ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-238223/16

04 февраля 2020 года

город Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 04 февраля 2020 года

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего судьи – Мысака Н.Я., 

судей: Зверевой Е.А., Зеньковой Е.Л.

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2 (мать, паспорт)

от ФИО3 – лично, паспорт

от финансового управляющего ФИО4 – ФИО5 по дов. от 09.01.2020, ФИО6 по дов. от 09.01.2020

рассмотрев 30 января 2020 года в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО4, 

на определение от 16 сентября 2019 года 

Арбитражного суда города Москвы, 

на постановление от 18 ноября 2019 года 

Девятого арбитражного апелляционного суда 

по заявлению о признании недействительной сделкой договора дарения от 30.04.2015, заключенного между ФИО3 и ФИО1 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.04.2018 (дата объявления резолютивной части) в отношении ФИО3 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО7

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки - договор дарения от 30.04.2015, заключенный между ФИО3 и ФИО1 по отчуждению в пользу ФИО1:

- 1/4 доли в праве собственности на земельный участок с кадастровым номером 50:27:0020229:137 площадью 2 600 кв. м по адресу г. Москва, с/о Щаповский, вблизи д. Кузенево, КИЗ "Лесное озеро", уч. 49;

- 1/4 доли в праве собственности на жилой дом с кадастровым номером 77:22:0020229:995 площадью 281,3 кв. м по адресу г. Москва, с/о Щаповский, вблизи д. Кузенево, КИЗ "Лесное озеро", д. 49 и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2019, заявление финансового управляющего удовлетворено.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 13.06.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2019 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Отменяя судебные акты и направляя обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд округа указал на наличие противоречий во вступившем в законную силу решении Троицкого районного суда города Москвы от 02.12.2016 по гражданскому делу N 2-2754/2016 и судебных актах, принятых арбитражными судами в рамках настоящего обособленного спора. Кроме того, суд кассационной инстанции сослался на то, что вывод о неплатежеспособности должника в рассматриваемый период был сделан без учета определения Раменского городского суда Московской области от 17.08.2015 по делу N 2-3810/2015.

При новом рассмотрении обособленного спора определением Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2019, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, финансовый управляющий должника ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления в полном объеме.

В обоснование кассационной жалобы финансовый управляющий ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что на момент совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами (ФИО8, ПАО «Банк ВТБ», АО «Фондсервисбанк», ИФНС № 25 по г. Москве); в результате совершения указанной сделки причинен имущественный вред правам кредиторов; признание сделки недействительной не ухудшает положения прав дочери должника, учитывая, что она не утрачивает права пользования жилым домом;  решением Троицкого районного суда от 02.12.2016 по гражданскому делу № 2-2754/2016 не имеет преюдициального значения, поскольку судебный акт принят исключительно на основании требований ФИО8; обязательства должника перед ФИО8 возникли до заключения мирового соглашения, утвержденного определением Раменского городского суда от 17.08.2015 по делу № 2-3810/2015.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель финансового управляющего поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами,  заявление финансового управляющего должника основано на положениях статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано тем, что 30.04.2015 между ФИО3 и ФИО1 был заключен договор дарения, по которому в пользу ответчика было произведено отчуждение 1/4 доли в праве собственности на земельный участок с кадастровым номером 50:27:0020229:137 площадью 2 600 кв. м по адресу г. Москва, с/о Щаповский, вблизи д. Кузенево, КИЗ "Лесное озеро", уч. 49 и 1/4 доли в праве собственности на жилой дом с кадастровым номером 77:22:0020229:995 площадью 281,3 кв. м по адресу г. Москва, с/о Щаповский, вблизи д. Кузенево, КИЗ "Лесное озеро", д. 49. По мнению финансового управляющего должника, указанный договор был заключен лишь для вида, без намерения должника и его тринадцатилетней дочери создать реальные правовые последствия - объекты были подарены, при этом дочь должника проживала в жилом доме как до, так и после совершения сделки, а также, что сделка ничтожна, поскольку совершена во вред кредиторам с целью вывода активов должника, учитывая, что на момент отчуждения объекты обладали значительной ценностью (кадастровая стоимость жилого дома составляла 15 764 811,51 руб., кадастровая стоимость земельного участка составляла 8 350 316 руб.).

Пункт 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п. п. 3 - 5 ст. 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

В п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что в силу п. 3 ст. 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Суды верно указали, что поскольку оспариваемая сделка заключена до 01.10.2015, спорная сделка может быть оспорена только на основании ст. 10 ГК РФ, а не по специальным основаниям Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В обоснование своих доводов о недействительности сделки финансовый управляющий должника ссылается на заключение договора дарения со злоупотреблением права с единственной целью - вывести недвижимое имущество должника для недопущения обращения на него взыскания.

Вместе с тем, с учетом указаний суда кассационной инстанции, суды учли, что в материалы дела представлено решение Троицкого районного суда города Москвы от 02.12.2016 по гражданскому делу N 2-2754/2016 по иску ФИО8 к ФИО3, ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО1, о признании недействительным договора дарения от 30.04.2015 по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении данного иска, суд общей юрисдикции исходил из того, что цель совершения сделки - передача ребенку доли в праве собственности на земельный участок и жилой дом, где ребенок проживает и где собственником доли в праве уже является ее старшая сестра, в связи с предстоящим расторжение брака между родителями, не отличается от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок. Кроме того, суд общей юрисдикции пришел к выводу о том, что договор дарения совершен в пределах предоставленных полномочий, с целью обеспечения интересов ребенка, защита прав и интересов которого в соответствии с положениями семейного законодательства является основной обязанностью его родителей.

Троицкий районный суд города Москвы указал, что истцом не представлены относимые и допустимые доказательства с достоверностью свидетельствующие о том, что при заключении договора дарения ФИО3 было допущено злоупотребление правом путем отчуждения имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания и что при дарении имущества действия участников сделки не были направлены на достижение именно того юридического результата, который должен быть получен при заключении данной сделки.

Таким образом, обжалуемая финансовым управляющим сделка была предметом рассмотрения Троицкого районного суда города Москвы, требования рассматривались по основаниям недействительности, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, на которые ссылается финансовый управляющий в обоснование заявления об оспаривании сделки, по итогам рассмотрения спора суд общей юрисдикции признал договор соответствующим закону.

Согласно части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, и, учитывая, что в рамках гражданского дела N 2-2754/2016 договор дарения от 30.04.2015 оспаривался по основаниям недействительности, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, судебный акт об отказе в удовлетворении иска вступил в законную силу, пришли к обоснованному и правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявления.

Отклоняя доводы финансового управляющего должника о том, что  оспаривание в деле о банкротстве по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации имеет иное содержание, нежели при оспаривании в общеисковом производстве, в частности, по причине того, что финансовый управляющий заявляет свои требования в интересах всех кредиторов должника, в то время как ФИО8 в суде общей юрисдикции отстаивал лишь свои интересы, суды указали, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что на момент заключения оспариваемого договора ФИО3 не исполнял свои обязательства перед иными кредиторами, кроме как перед ФИО8

В отношении доводов о наличии неисполненных обязательств у должника перед ФИО8 суд первой инстанции учитывал, что Раменским городским судом Московской области определением от 17.08.2015 по делу N 2-3810/2015 по иску ФИО8 к ФИО3 утверждено мировое соглашение, согласно условиям которого ФИО3 обязуется исполнить обязательства по договорам процентного займа от 19.05.2009 и 25.06.2009 на общую сумму 5 700 000 руб. в соответствии с определенным сторонами графиком платежей, начиная с 31.01.2016.

Таким образом, учитывая условия мирового соглашения, обязательства перед ФИО8 возникли у ФИО3 более чем через полгода с момента заключения оспариваемого договора дарения.

Учитывая недоказанность неплатежеспособности ФИО3 на момент совершения оспариваемой сделки, суд пришел к выводу, что безвозмездное отчуждение имеющегося у гражданина имущества, в том числе в пользу заинтересованного лица (дочери), в отсутствие договорных обязательств, препятствующих такому отчуждению, не может быть расценено как злоупотребление правом.

Действующим законодательством не запрещено собственнику распоряжаться своим имуществом, такое поведение является разумным для добросовестного гражданина.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы,  подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 16 сентября 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18 ноября 2019 года по делу № А40-238223/16 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий судья         Н.Я. Мысак

Судьи:      Е.Л. Зенькова

                                                                        Е.А. Зверева