АРБИТРАЖНЫЙ СУД  

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А68-11130/2021

г. Калуга

24 апреля 2023 года

 

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17.04.2023

Постановление изготовлено в полном объеме 24.04.2023

 

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

судей 

 

при ведении протокола помощником судьи

при участии в заседании

от истца: 

индивидуального предпринимателя ФИО1 

 

от ответчика:

общества с ограниченной ответственностью «Аскон»

Нарусова М.М.,

Гладышевой Е.В.,

ФИО2,

 

ФИО3,

 

ФИО4.- представитель по доверенности от 11.11.2021;

 

ФИО5 – представитель по доверенности от 01.01.2022;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании, путем использования системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Воронежской области,  кассационные жалобы  индивидуального предпринимателя ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «АСКОН» на решение Арбитражного суда Тульской области от 16.06.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2022 по делу № А68-11130/2021, 

 

У С Т А Н О В И Л:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - истец, предприниматель, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Тульской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Аскон» (далее - ответчик, субарендатор, общество, ООО «Аскон») о взыскании долга по арендной плате за период с декабря 2018 года по июнь 2019 года в сумме 4 022 745 руб., пени в размере 4 022 745 руб., долга по оплате коммунальных платежей в сумме 284 836 руб. 24 коп. и убытков в размере 11 875 642 руб. 20 коп.(с учетом уточнения исковых требований).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Руссбизнеском», ООО «Торгсервис71», ООО «Фортуна», индивидуальные предприниматели ФИО6, ФИО7 и ФИО8.

 Решением Арбитражного суда Тульской области от 16.06.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Двадцатого Арбитражного апелляционного суда от 25.11.2022, решение Арбитражного суда Тульской области от 16.06.2022 по настоящему делу отменено в части отказа в удовлетворении исковых требований, исковые требования удовлетворены частично: с ответчика в пользу истца взыскано 2 407 346 руб. 37 коп., в том числе долг по арендной плате в сумме 1 048 193 руб. 55 коп., долг по оплате энергоресурсов в размере 104 293 руб. 62 коп. и неустойку в размере 1 254 859 руб. 20 коп., а также 13 577 руб. 40 коп. в возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя, распределены судебные расходы. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

ООО «АСКОН» ссылаясь на неправильное применение норм материального права, обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление апелляционной инстанции от 25.11.2022 отменить, оставив в силе решение суда первой инстанции от 16.06.2022.  Считает, что оснований для взыскания арендной платы и коммунальных платежей у суда не имелось, поскольку истцом не представлены доказательства пользования арендованным помещением после расторжения договора аренды.

ИП ФИО1 не согласившись с судебными актами первой и апелляционной инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований, за исключением ремонтно-восстановительных работ в сумме 1 717 842 руб., также обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить в части, взыскать с ответчика задолженность по арендной плате в размере 4 022 745 руб., по коммунальным платежам в сумме 284 836, 24 руб., пени в размере 4 022 745 руб., убытки в размере стоимости невозвращенных мебели и оборудования в сумме 9 782 200 руб. и 375 600 руб.

Кассатор указывает на то, что суд апелляционной инстанции оставил без внимания обстоятельства отсутствия фактического возврата помещений и имущества при наличии ключей у арендатора. Настаивает на недействительности акта осмотра от 21.03.2022. Подробно доводы изложены в кассационной жалобе.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы кассационной жалобы, возражал против удовлетворения кассационной жалобы ответчика.

Представитель ООО «АСКОН» поддержал доводы своей кассационной жалобы, возражал против удовлетворения кассационной жалобы истца.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд округа не направили. Дело рассмотрено в отсутствие представителей неявившихся лиц в порядке, предусмотренном статьей 284 АПК РФ.

Проверив в порядке, установленном главой 35 АПК РФ, правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов арбитражных судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Центрального округа пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ООО «Руссбизнеском» (арендодатель) и ИП ФИО1 (арендатор) заключен договор аренды недвижимого имущества в нежилом здании (лабораторный корпус) общей площадью 2066,8 кв. м, расположенном по адресу: 

<

...>, которое передано предпринимателю по акту приема-передачи от 01.03.2018.

В тот же день между ИП ФИО1 (арендатор) и ООО «Аскон» (субарендатор) заключен договор субаренды нежилых помещений от 01.03.2018 (далее - договор), в соответствии с которым субарендатор принимает во временное пользование офисные и бытовые помещения площадью 335 кв. м и 256 кв. м, складские помещения общей площадью 1 399,7 кв. м, находящиеся в нежилом здании (лабораторный корпус), расположенном по адресу: 

<

...>.

В соответствии с пунктами 3.2 - 3.3 договора ежемесячная арендная ставка платы за нежилые помещения составляет 595 000 руб. и вносится за каждый месяц до 5 числа оплачиваемого месяца.

Согласно пунктам 3.4 и 3.11 договора субарендатор возмещает арендатору либо арендодателю затраты на оплату тепло- и электроэнергии и в случае прекращения действия договора обязан произвести все расчеты по арендной плате, эксплуатационным расходам и иным договорным обязательствам, связанным с использованием и содержанием помещения.

В соответствии с пунктом 4.1 договора субарендатор обязан возвратить имущество арендатору на основании акта приема-передачи не позднее последнего дня действия договора в том же состоянии (с учетом естественного износа), в котором имущество было передано по акту приема-передачи при заключении договора.

В пункте 5.3 договора стороны предусмотрели право любой из сторон в одностороннем порядке без объяснения причин расторгнуть договор, письменно уведомив об этом другую сторону не позднее, чем за 60 календарных дней о предстоящем освобождении помещения.

Согласно пункту 6.2 договора при просрочке внесения арендной платы субарендатор обязан уплатить неустойку в размере 0,1% от несвоевременно уплаченной суммы за каждый день просрочки.

В соответствии с актами от 01.03.2018 истец передал ответчику нежилые помещения с находящимися в нем оборудованием и мебелью.

01.05.2018 сторонами подписано дополнительное соглашение к договору, которым арендная плата уменьшена до 590 800 руб.

Также между обществом (заказчик) и предпринимателем (исполнитель) заключен договор на обслуживание нежилого помещения от 01.03.2018 (далее - договор обслуживания), предметом которого является оказание исполнителем услуг и выполнение работ по содержанию и обслуживанию арендуемых нежилых помещений, расположенных по адресу: 

<

...>, включающих коммунально-техническое обслуживание и санитарное содержание помещений. В соответствии с пунктом 2.2 данного договора заказчику запрещается самостоятельное проведение ремонтных работ инженерных систем и оборудования, помещений и мебели, а также переоборудование помещений, а пункт 3.1 договора возлагает на исполнителя организацию работы по устранению причин аварийных ситуаций, порчи имущества и нанесения вреда помещениям с обязательным составлением соответствующего акта.

Письмом без даты и исходящего регистрационного номера общество уведомило предпринимателя о намерении расторгнуть договор аренды с 12.11.2018 в связи с оптимизацией бизнес-процессов, вручив данный документ адресату 17.09.2018, однако к указанной дате субарендатор арендованное имущество ИП ФИО1 не возвратил и продолжил его использование.

Истец направил ответчику счета на оплату арендных платежей за ноябрь 2018 года № 111 от 29.10.2018 на сумму 334 911 руб. 33 коп. и № 118 от 30.11.2018 на сумму 256 108 руб. 67 коп., которые были оплачены платежными поручениями № 11675 от 27.11.2018 на сумму 154 911 руб. 33 коп., № 12406 от 17.12.2018 на сумму 180 000 коп. и № 190 от 14.01.2019 на сумму 256 108 руб. 67 коп. 

25.01.2019 ИП ФИО1 направил почтовым отправлением в адрес ООО «Аскон» уведомление, которым предложил ответчику обеспечить присутствие его представителей 01.02.2019 в 10 час. 00 мин. по адресу: 

<

...> для участия в составлении акта осмотра имущества с последующей оценкой стоимости причиненного ущерба. Данная корреспонденция получена ответчиком 28.01.2019, однако представители ООО «Аскон» для участия в осмотре не прибыли, ввиду чего акт осмотра от 01.02.2019 составлен арендатором совместно с представителем арендодателя, оценщиком ФИО9 и гражданином ФИО10 

13.02.2019 истец направил ответчику претензию от 08.02.2019 исх. 01, с требованием об уплате задолженности по внесению арендной платы и неустойки, долга по оплате тепло- и электроэнергии и убытков, причиненных ненадлежащей эксплуатацией арендованного имущества. Данная претензия получена адресатом 15.03.2019.

Ответчик направил истцу письмо от 18.03.2019 исх. б/н с указанием на прекращение действия договора аренды 15.11.2018 и предложением подписать акт приема-передачи имущества, которое получено предпринимателем 26.04.2019, но оставлено без ответа.

19.03.2019 ответчик направил истцу телеграмму с просьбой допустить 22.03.2019 в 14 час. представителей общества, эксперта и техника специализированной организации в спорные помещения для оценки их состояния, однако письмом от 21.03.2019 исх. 02 предприниматель, подтвердив получение телеграммы 20.03.2019, отказал в допуске представителей ответчика и привлеченных ими лиц к ранее занимаемым помещениям и указал, что в помещениях проводятся восстановительные работы. Факт отказа в допуске к арендуемым помещениям ответчик совместно с привлеченными экспертами-оценщиками отразил в акте № 316-19 от 22.03.2019.

В претензии от 25.03.2019 исх. б/н общество указало предпринимателю на ненадлежащее исполнение обязательств по договору обслуживания нежилых помещений, проанализировав составленный им акт осмотра от 01.02.2019 с приведением соответствующих пунктов договора, нарушенных исполнителем, однако адресат не обеспечил получение направленной в его адрес корреспонденции, а при ее доставке оператором почтовой связи отказался от получения документов.

Письмом от 19.04.2019 исх. б/н ООО «Аскон» в очередной раз предложило ИП ФИО1 подписать акт приема-передачи имущества, указанного в договоре аренды. Данное письмо получено адресатом 16.05.2019, однако оставлено без реагирования.

В последующем между ИП ФИО1 (арендодатель) и ООО «Торгсервис 71» (субарендатор) заключен договор аренды недвижимого имущества № 01 от 25.06.2019 в отношении части нежилого здания (лабораторный корпус), расположенного по адресу: 

<

...>.

На основании заключенного истцом договора № 19 от 30.10.2019 оценщиком ФИО9 подготовлен отчет № 19-2019У от 27.12.2020 об оценке рыночной стоимости права требования возмещения ущерба, причиненного недвижимому имуществу, расположенному по адресу: 

<

...>, согласно которому ущерб составил с учетом износа материалов 1 625 600 руб.

Неспособность сторон самостоятельно урегулировать вопросы, связанные с возвратом арендованного имущества, и отказ ответчика в удовлетворении имущественных требований предпринимателя послужил поводом для обращения истца в арбитражный суд.

Отказывая полностью в удовлетворении исковых требований суд первой инстанции пришел к выводу о том, что вследствие реализации ответчиком права на отказ от дальнейшего исполнения договора аренды и фактического освобождения занимаемых помещений 17.11.2018 договор прекратил действие, что исключает удовлетворение исковых требований о взыскании долга по арендной плате, неустойки и оплате коммунальных ресурсов за декабрь 2018 года и последующие периоды. Отказывая в удовлетворении требования о взыскании убытков, суд области исходил из взаимосвязанности правоотношений сторон, регулируемых договором субаренды и договором обслуживания арендованных помещений, по условиям которого именно ИП ФИО1 являлся лицом, обязанным за плату обеспечить надлежащую техническую эксплуатацию арендованного имущества, производить еженедельной осмотр и текущий ремонт подвесного потолка, стен в помещениях, напольного покрытия, офисной мебели, а из содержания оформленных им акта осмотра от 01.02.2019 и письма от 21.03.2019 следует, что находящееся в арендованных помещениях имущество не изымалось арендатором и частично демонтировано или перемещено самим предпринимателем при проведении ремонтных работ. Суд области также пришел к выводу о том, что описанное в акте осмотра 01.02.2019 состояние имущества, с учетом его естественного износа, является не следствием деятельности субарендатора, а следствием неисполнения именно ИП ФИО1 своих обязательств по договору на обслуживание нежилого помещения от 01.03.2018, что исключает удовлетворение его требований в рассматриваемой части.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и частично удовлетворяя исковые требования, правомерно исходил из следующего.

При прекращении действия договора аренды стороны взаимно пренебрегая необходимостью надлежащего документально оформления обстоятельств, влияющих на их обязательственные правоотношения, не оформили акт приема-передачи (возврата) имущества, а также, игнорируя взаимные законные интересы друг друга, не произвели совместный осмотр арендованного имущества, что породило спор, переданный истцом на разрешение арбитражного суда.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в пункте 31 обзора судебной практики № 2 (2020), акт приема-передачи имущества арендодателю не является единственным допустимым доказательством прекращения арендатором пользования арендуемой вещью и суд на основании иных доказательств может установить данные обстоятельства при разрешении спора.

Делая вывод о возврате ответчиком имущества истцу 17.11.2018, суд области исходил из подписания сторонами по договору обслуживания арендованных помещений актов № 125 от 17.11.2018 и № 126 от 17.11.2018 на суммы, соответствующие стоимости оказания услуг в течение 17 дней, исходя из того, что прекращение оказания предпринимателем таких услуг тождественно прекращению арендных обязательств в связи с освобождением ответчиком нежилых помещений.

Между тем, как верно указано судом второй инстанции, истцом для внесения арендной платы весь расчетный период ноября 2018 года выставлены в адрес ответчика счета № 111 от 29.10.2018 и № 118 от 30.11.2018, которые полностью оплачены платежными поручениями № 190 от 14.01.2019, № 11675 от 27.11.2018, № 12406 от 17.12.2018, что подтверждает пользование арендованным имуществом в течение указанного месяца и опровергает выводы, которыми руководствовался суд при разрешении спора.  Невыставление ИП ФИО1 после 17.11.2018 счетов на оплату услуг по обслуживанию нежилых помещений, являвшихся предметом субаренды, не свидетельствует о том, что после указанной даты арендованное имущество не использовалось ООО «Аскон», тем более, что данные расчетные документы относятся к исполнению обязательств по другому договору и их отсутствие может свидетельствовать только о том, что предприниматель не предъявлял требований об исполнении обязательств по оплате услуг, выяснение факта оказания или неоказания которых выходит за рамки рассматриваемого спора.

Кроме того, судом апелляционной инстанции верно указано, что уведомление ООО «Аскон» о намерении расторгнуть договор аренды с 12.11.2018, с учетом пункта 5.3 данного договора и факта получения 17.09.2018 этой корреспонденции предпринимателем, обоснованно не позволяют считать датой прекращения арендных обязательств ответчика 17.11.2018, поскольку после этой даты, как следует из подписанных им же документов и произведенных платежей, он продолжил использование арендованного имущества. Возражения истца об обратном, не свидетельствуют в пользу его правовой позиции, поскольку выполнение предпринимателем на документе, в котором речь идет о договоре от 01.03.2018 и его расторжении с 12.11.2018, даты получения уведомления 17.09.2017 свидетельствует об очевидной ошибке в годе, а выполнение на экземпляре самого истца в верхней части этого же документа записи «17.11», подтверждает расчетную дату ожидаемого окончания срока действия договора, с учетом предусмотренного пунктом 5.3 права на односторонний отказ от его исполнения.

Суд апелляционной инстанции верно принял уведомление от 25.01.2019 исх. 01 ИП ФИО1, которым он со ссылкой на договор субаренды вызывает представителей ООО «Аскон» для совместного осмотра имущества, как документ, который свидетельствует о том, что предпринимателем установлен контроль над нежилыми помещениями и они находятся в его владении, что соответственно прекращает обязательство ответчика по внесению арендной платы. Последующая переписка сторон, свидетельствующая об отказе истца допустить представителей общества в ранее арендованные помещения, и указание на выполнение в них ремонтных работ свидетельствуют в пользу данного вывода, позволяя апелляционному суду при разрешении спора исходить из того, что арендованное имущество возвращено истцу не позднее 24.01.2019. Документов, свидетельствующих о наступлении такого события ранее, материалы дела не содержат, а проявленное ответчиком при передаче имущества бездействие, выразившееся в возврате помещений без оформления соответствующего акта, и неспособность в условиях состязательного судебного процесса надлежащими средствами процессуального доказывания подтвердить иную более раннюю дату передачи имущества, являвшегося предметом договора субаренды, влечет для ООО «Аскон» в обязательственных правоотношениях обязанность внести арендную плату за период с 01.12.2018 по 24.01.2019 на основании абзаца 2 статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Доводы истца, основанные на содержании девятого листа акта осмотра от 01.02.2019,  о том, что на складской площади нежилых помещений остались товары и продукция в объеме 35 паллет и прочие материальные ценности субарендатора, обоснованно не приняты судом второй инстанции, поскольку, не являлись препятствием для принятия данного арендованного имущества предпринимателем, так как в соответствии с пунктом 6.4 договора субаренды он не несет ответственность за сохранность такого имущества и был вправе переместить его в удобное для него место.

Довод истца относительно наличия препятствий для принятия спорного помещения, обусловленные его ненадлежащим техническим состоянием, также правомерно отклонены судом апелляционной инстанции, поскольку по смыслу статьи 622 ГК РФ, с учетом правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2015 № 308-ЭС15-11360, наличие недостатков арендованного имущества, которые не были устранены арендатором, не является основанием для отказа в приемке имущества, так как при таких обстоятельствах законные интересы арендодателя подлежат защите иными способами, в том числе, предусмотренными абзацем девятым статьи 12 ГК РФ. 

Также суд апелляционный инстанции верно установил не имеющими правового значения для разрешения спора доводы истца, основанные на интерпретации высказываний представителей ООО «Аскон» в суде первой инстанции, как позволяющих, по его мнению, сделать вывод о дате освобождения спорных помещений, так как при взаимном признании каких-либо обстоятельств стороны могли в порядке, предусмотренном часть 2 статьи 70 АПК РФ, заключить соответствующее процессуальное соглашение, однако таких действий ими сделано не было.

Учитывая, что доказательств внесения арендной платы за период с 01.12.2018 по 24.01.2019 ответчиком в материалы дела не представлено, с учетом пункта 1 дополнительного соглашения от 01.05.2018, которым стороны изменили пункт 3.2 договора субаренды, определив ежемесячную ставку арендной платы в размере 590 800 руб., исходя из положений ст. 614 ГК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу об удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчика долга в общей сумме 1 048 193,55 коп.

Руководствуясь статьями 329, 330 АПК РФ, пунктом 6.2 договора, установив факт просрочки оплаты по Договору, с учетом постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497, вступившим в силу с 01.04.2022, согласно которому на срок шесть месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве, что в силу подпункта 2 пункта 3 статья 9.1, абзацев 5 и 7 - 10 пункта 1 статьи 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ), с учетом разъяснения, содержащегося в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44), влечет для кредиторов в обязательственных правоотношениях наступление последствий в виде невозможности начисления неустойки (штрафов, пеней) за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств, возникших до введения моратория, суд апелляционной инстанции правомерно взыскал с ответчика неустойку в размере 1 254 859, 20 руб.

Ответчиком расчет неустойки не оспорен, контррасчет не представлен, ходатайства в порядке требований ст. 333 ГК РФ в суд первой инстанции не заявлено.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика стоимости тепловой и электрической энергии, поданной на объект субаренды в спорный период. Данное требование основано на пункте 3.4 договора, согласно которому субарендатор возмещает арендатору либо арендодателю затраты оплату тепло- и электроэнергии, начиная с даты подписания акта приема-передачи помещения. В соответствии пунктом 3.5 договора аренды оплата тепло- и электроэнергии осуществляется по счетам, выставляемым арендатором либо арендодателем.

Учитывая установленный период пользования арендованным имуществом, отсутствие доказательств оплаты стоимости потребленной в период аренды тепло- и электроэнергии, судом апелляционной инстанции верно указано на то, что ответчик, обязан произвести оплату указанных энергоресурсов за период с 01.12.2018 по 24.01.2022 в размере 104 293,62 руб., правомерно отказав в удовлетворении остальной части иска.

Отказывая в удовлетворении требования о взыскании убытков  в размере  11 875 642 руб. 20 коп. суды правомерно руководствовались тем, что заключенными 01.03.2018 договорами аренды и обслуживания, предусматривалась передача ответчику в пользование нежилых помещений с установленным в них оборудованием и мебелью с одновременным возложением на предпринимателя обязанности обеспечения надлежащего технического и санитарного состояния занимаемых помещений, что позволяло при добросовестном исполнении данных обязательств учитывать взаимные законные интересы истца и ответчика.

Судом апелляционной инстанции установлено, что между ООО «Аскон» и ИП ФИО1 в период действия договора на обслуживание нежилого помещения от 01.03.2018 регулярно производились расчеты по оплате оказанных предпринимателем услуг по обслуживанию арендованного имущества, целью которых было обеспечение его надлежащего состояния. Доводы истца, как верно отмечено судом второй инстанции, при такой конструкции обязательственных правоотношений, о том, что в период использования обществом арендованных помещений, оборудования и мебели их износ не соответствовал условиям нормальной эксплуатации, не согласуются с его предыдущим поведением, так как при надлежащем проведении обязательных еженедельных осмотров он не сообщал субарендатору о нарушениях условий эксплуатации арендованного имущества, приводящего к сверхнормативному ухудшению его состояния, равно как и не производил необходимый в таких условиях текущий ремонт. Таким образом, правовая позиция истца в указанной части вступает в противоречие с предыдущим поведением предпринимателя в спорном правоотношении, что в силу эстоппеля лишает ИП ФИО1 права ссылаться на обстоятельства, которые ранее, исходя из его собственного поведения, признавались бесспорными.

Неявка ответчика 01.02.2019 для участия в осмотре помещений в соответствии с уведомлением от 25.01.2019 исх. 1 не может рассматриваться, как правомерное основание для последующего воспрепятствования истцом ему произвести такой осмотр 22.03.2019 или в любую другую согласованную дату. Между тем, как  верно указано судом, запретив доступ в ранее арендованное помещение и без урегулирования с ответчиком имущественных разногласий по его техническому состоянию, ИП ФИО1 произвел выполнение ремонтных работ, безвозвратно уничтожив доказательства, которые могли бы являться предметом судебной оценки при разрешении спора.

В качестве доказательства, обосновывающего ненадлежащее техническое состояние возвращенного имущества, истцом представлен акт осмотра от 01.02.2019, который обоснованно не принят судами, как основание для оценки имущества по состоянию на 27.12.2020, поскольку составлен вне рамок Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 29.07.1998 № 135-ФЗ).

Кроме того, суд апелляционной инстанции верно указывает на то, что при формировании по данному основанию требования цены иска в размере 11 875 642, 20 руб. истец принимает стоимость восстановительного ремонта в сумме 1 717 842, 20 руб. без учета износа материалов, а также учитывает полную стоимость имущества в размере 10 157 800 руб., переданного ответчику в соответствии с приложениями к договору субаренды от 01.03.2018. Согласно отчету № 19-2019У от 27.12.2020 рыночная стоимость ремонтных работ с учетом износа отделочных материалов (26,6%) составляет 1 625 600 руб.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статьям 622 и 655 ГК РФ при прекращении договора возвращение арендованного имущества по передаточному акту или иному аналогичному по содержанию документу являлось обязанностью ответчика. Как верно указано судом апелляционной инстанции ООО «Аскон» не было лишено возможности составить такой акт в одностороннем порядке, направить его в адрес ответчика заказным почтовым отправлением и в дальнейшем ссылаться на эти обстоятельства. Между тем, пренебрежение ответчиком правилами документального оформления своих действий в обязательственных правоотношениях влечет для него возникновение обязанности уплатить арендные платежи за период до установленной судом даты поступления имущества во владение истца, однако не порождает для последнего правовых оснований бездоказательно требовать возмещения убытков в размере стоимости оборудования и мебели, указанного в приложениях к договору субаренды, а также возлагать на субарендатора бремя оплаты ремонтных работ, обоснование необходимости выполнения которых сделано исключительно на основании одностороннего акта от 01.02.2019.

При этом судом второй инстанции принят во внимание долгосрочный характер арендных правоотношений между сторонами, обусловленный ежегодным перезаключением договоров субаренды нежилых помещений с оформлением актов приема-передачи ИП ФИО1 имущества ООО «Аскон», но без оформления актов возврата данного имущества предпринимателю по истечению срока аренды по каждому из ранее заключенных договоров. Что очевидно повлияло на пренебрежение ответчика необходимостью оформления такого акта при отказе от дальнейшего исполнения договора субаренды от 01.03.2018 и обусловило совершение таких действий только 18.03.2019, что было связано с получением 15.03.2019 обществом претензии от 08.02.2019 исх. 01 с имущественными требованиями предпринимателя.

Отказ в допуске представителей ООО «Аскон» и привлеченных им специалистов для осмотра 22.03.2019 помещений, оборудования и мебели в целях урегулирования возникших разногласий свидетельствует о явном противодействии со стороны ИП ФИО1 в объективном установлении технического состояния спорного имущества, что ставит под обоснованное сомнение достоверность составленного предпринимателем акта от 01.02.2019, на основании которого подготовлен отчет об оценке № 19-2019У от 27.12.2020, а документально подтвержденный факт уклонения истца от подписания акта приема-передачи (возврата) арендованного имущества, направленного ответчиком с сопроводительным письмом от 18.03.2019 почтовым отправлением с описью вложения, свидетельствует о проявленном предпринимателем злоупотреблении в спорном правоотношении. Действия истца, который с одной стороны препятствовал ответчику в доступе в ранее арендованные помещения и выполнял там необходимый, по его мнению, ремонт, а с другой стороны требует в судебном порядке взыскания арендной платы по июнь 2019 года, являются не только противоречивыми по своему правовому содержанию, но и свидетельствуют о намерении посредством использования механизмов судебной защиты необоснованно обогатиться за счет контрагента, который самим истцом был ограничен в возможности обеспечить в марте 2019 года объективное документирование спорных обстоятельств, связанных с техническим состоянием возвращенного имущества.

Участие в составлении акта осмотра от 01.02.2019 собственника имущества ООО «Руссбизнеском», ФИО9 и ФИО10, при отсутствии иных надлежащих доказательств достоверности указанных в этом документе сведений, не способно в ситуации проявленного в последующем явного злоупотребления правом со стороны предпринимателя восполнить отсутствие двустороннего характера данного документа, что исключает возможность принятия его в качестве надлежащего доказательства для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию.

Проанализировав содержания договора аренды от 01.03.2018, заключенного между ООО «Руссбизнеском» и ИП ФИО1, и договора субаренды от 01.03.2018, заключенного между ИП ФИО1 и ООО «Аскон», суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу, что в спорном арендном правоотношении они по существу выступают в качестве единого экономического субъекта, имеющего согласованный интерес во взыскании денежных средств с ответчика.

Участие оценщика ФИО9 в составлении акта осмотра от 01.02.2019 без заключения соответствующего договора и задания на оценку, является нарушением разделов IV и V Федерального стандарта оценки «Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки (ФСО № 1)», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 20.05.2015 № 297, действовавшего в спорный период, что не позволяет считать данный акт документом, фиксирующим результаты осмотра спорного имущества оценщиком и ставит под обоснованное сомнение достоверность составленного этим лицом спустя более чем 22 месяца отчета об оценке № 19-2019У от 27.12.2020.

Кроме того, судами сделан верный вывод о том, что нахождение оборудования и мебели в помещениях, которые арендовал ответчик, подтверждается указанным актом осмотра от 01.02.2019, составленным самим истцом, в котором перечислена мебель и оборудование переданное ответчику в аренду. Согласно актам приема-передачи оборудования и мебели, являвшихся приложением к договорам субаренды от 01.07.2014, от 27.05.2015, от 28.04.2016 и от 01.04.2017, их стоимость за более чем 4 года эксплуатации осталась неизменной в размерах соответственно 9 782 200 руб. и 375 600 руб., заявляемых истцом к возмещению в составе убытков, что невозможно с учетом естественного износа данного имущества. При этом, указанное обстоятельство свидетельствует о том, что приведенная в актах приема-передачи к договору субаренды от 01.03.2018 стоимость оборудования и мебели не отражала действительную рыночную стоимость данного имущества, которая могла бы быть принята для целей разрешения рассматриваемого спора. Более того, перезаключая с 2014 года каждый следующий раз с ответчиком договоры субаренды и представляя по актам приема-передачи оборудование и мебель, предприниматель такими конклюдентными действиями соглашался с соблюдением нормальных условий эксплуатации данного имущества и никаких допустимых доказательств того, что указанное имущество, техническое обслуживание которого осуществлял на платной основе сам истец, пришло в полную негодность в результате действий работников ООО «Аскон» в период с 01.03.2018 по 24.01.2019 в материалы дела нее представлено. Действия истца, который в одностороннем порядке до урегулирования спорных правоотношений с ответчиком отремонтировал помещения и передал 25.06.2019 их в субаренду другому лицу, повлекли безвозвратную утрату доказательств, исследование которых, в том числе путем производства судебной экспертизы, позволило бы проверить обоснованность доводов ИП ФИО1 о наличии оснований для возмещения убытков ООО «Аскон». Произведенный 01.03.2022 по предложению суда первой инстанции совместный осмотр сторонами спорных помещений не способен восполнить обстоятельства подлежащие доказыванию, по рассматриваемому делу, поскольку складское и иное оборудование, ранее представлявшееся в аренду ООО «Аскон» отсутствует, а идентифицировать мебель, находящуюся в офисных помещениях, не представляется возможным. В этой связи составленный по заказу истца ООО «Складинжиниринг» технический отчет № СИ19-0026 от 06.02.2019, с учетом отчета №№ 137/22 от 10.03.2022, составленного ООО «Воронежский Центр Экспертизы» по заказу ответчика, в ситуации невозможности из-за действий предпринимателя провести судебно-экспертное исследование спорного имущества не позволяет считать его доводы доказанными. Представленные истцом в материалы дела фотографические изображения не позволяют в рассматриваемом случае установить правомерность и размер имущественных требований о возмещении убытков, равно как документально подтвердить какие объекты и когда именно фиксировались таким образом.

Ходатайство истца о признании недопустимым доказательством акта осмотра от 21.03.2022 (представлен в электронном виде в качестве приложения к объяснениям ООО «Аскон» от 07.04.2022), составленного сторонами в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, правомерно отклонено судом апелляционной инстанции, поскольку по своему смыслу является оспариванием его правового значения для целей установления подлежащих доказыванию обстоятельств. Данный акт подписан, в том числе представителем ИП ФИО1, и составлен в целях разрешения гражданско-правового спора, ввиду чего утверждение истцом о получении ответчиком данного доказательства с нарушением процессуального законодательства является проявлением противоречия в его поведении. Предусмотренная статьей 71 АПК РФ процедура оценки доказательств судом не предполагает признания по ходатайству участвующего в деле лица какого-либо из них ненадлежащим по правилам статьи 159 АПК РФ. При этом, произведенный ООО «Аскон» сопоставительный анализ содержания актов от 01.03.2018, 01.02.2019 и 21.03.2022 свидетельствует в пользу правовой позиции ответчика и подтверждает нахождение оборудования и мебели в ранее занимаемых им помещениях, а отсутствие нескольких предметов мебели применительно к факту осмотра имущества спустя более чем три года после его передачи истцу не создает оснований для взыскания их стоимости с ответчика, ввиду неподтверждения надлежащими доказательствами выбытия этого имущества вследствие его виновных действий.

В случае действительного повреждения арендованного имущества по вине ответчика стороны не были лишены возможности своевременно составить совместно соответствующий акт, а при наличии у них непреодолимых разногласий могли согласовать специализированное учреждение, специалисты которого способны произвести необходимое техническое исследование, выводы которого были бы обязательны для сторон. При неспособности согласовать и такие действия, указанные обстоятельства могли быть установлены путем проведения судебной экспертизы в ходе искового производства, инициированного ИП ФИО1, однако последний, воспользовавшись единственной неявкой представителей ООО «Аскон» на осмотр 01.02.2019, как поводом для создания обществу в последующем препятствий для объективного установления обстоятельств спора, ограничил в созданной им самым ситуации доступные средства процессуального доказывания своих доводов.

На основании изложенного, суды первой и апелляционной инстанции пришли к правомерному выводу об отказе в удовлетворении требования истца о взыскании убытков.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями ст. ст. 67, 68, 71 АПК РФ, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд апелляционной инстанции, верно установил, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению в размере 2 407 346,37 руб., в том числе долга в сумме 1 152 487, 17 руб. и неустойки в размере 1 254 859, 20 руб.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, поскольку были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанции и сводятся к иной, чем у судов, трактовке обстоятельств и норм права, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела, а суд кассационной инстанции не вправе осуществлять названные процессуальные действия в нарушение своей компетенции, предусмотренной нормами ст. 286, 287 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебный акт основан на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, принят с соблюдением норм материального и процессуального права и на основании пункта 1 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежат оставлению без изменения.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2022 по делу № А68-11130/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы -  без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок со дня вынесения  в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном  ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                   М.М. Нарусов

 

Судьи                                                                                                  Е.В. Гладышева

 

                                                                                                                      ФИО2