АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-15627/2018 

Дата принятия решения –  16 октября 2018 года.

Дата объявления резолютивной части –  09 октября 2018 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Абдуллаева А.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем  ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Правовая консалтинговая группа «Корпорэйт», г. Казань к обществу с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс Победа», г.Казань о взыскании неустойки в размере 328 085 руб.,

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2,

с участием:

от истца  – представитель ФИО3, по доверенности, 

от ответчика  –  представитель ФИО4, по доверенности, 

от третьего лица– не явился, извещен, 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Правовая консалтинговая группа «Корпорэйт»  (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс Победа» (далее – ответчик) о взыскании неустойки в размере 328 085 руб.

В обоснование заявленных требование указано на неисполнение ответчиком  в установленный срок  обязательств по передаче  объекта долевого строительства.

Определением  Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.05.2018 исковое заявление принято к производству и назначено к рассмотрению  в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.06.2018  суд перешел к рассмотрению  дела по общим правилам искового производства в связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств и исследования дополнительных доказательств.

В   судебном заседании 11.09.2018 истец заявил об уточнении  исковых  требований и просил суд  взыскать неустойку в размере 325 897,80 руб. за период с 03.10.2017 по 01.03.2018.

Уточнение исковых требований принято судом в порядке статьи  49 АПК РФ.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования  по основаниям, изложенным в исковом заявлении и возражениях на отзыв.

Представитель ответчика возражал  относительно удовлетворения  требований истца по доводам, изложенным в отзыве на иск и дополнениях к отзыву.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилось.

Суд  в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) определил рассмотреть дело в  отсутствие третьего лица.

В судебном заседании представитель ответчика ходатайствовал  о приобщении к материалам дела копии  решения Советского районного суда г. Казани и выписки из ЕГРЮЛ в отношении региональной общественной организации «Поволжский центр защиты прав потребителей».

Суд отказал в приобщении представленных документов, поскольку  копия  решения суда не заверена в установленном порядке, представляет собой  документ с изъятыми сведениями, не позволяющий установить его содержание в полном объеме, данный документ ранее представлялся в материалы дела,  копия выписки из ЕГРЮЛ не  имеет отношения к  рассматриваемому спору,  представленные документы не отвечают требованиям допустимости и относимости доказательств.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между  обществом с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс «Победа» (застройщик) и ФИО2 (участник долевого строительства) 05.11.2015 заключен договор №200-24/19 участия в долевом строительстве 1 очереди жилого комплекса «Победа» по пр. Победы Советского района г. Казани (далее – договор).

Объектом долевого строительства  является квартира, параметры которой  указаны в пункте 1.1.2. договора.

Цена квартиры  определена сторонами  в  размере  3 280 850 руб. Срок передачи  квартиры участнику долевого строительства – до 31.12.2016.

Договор участия в долевом строительства зарегистрирован в установленном порядке в  Управлении Росреестра по Республике Татарстан.

Цена квартиры оплачена  участником долевого строительства в полном объеме.

Объект долевого строительства передан  участнику 01.03.2018, что подтверждается передаточным актом.

Право требования неустойки за период с 02 мая 2017 по день передачи объекта долевого участия  в связи с  неисполнением застройщиком в установленный срок обязательства по передаче квартиры  уступлено участником долевого строительства  истцу на основании договора уступки права требования от 14.08.2017 №7.

Договор уступки  зарегистрирован в  Управлении Росреестра по Республике Татарстан,  застройщик уведомлен о  состоявшейся уступке.

Неисполнение  требования  о выплате неустойки  за нарушение срока передачи объекта долевого строительства  явилось основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым  заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив в совокупности и взаимной связи представленные доказательства, заслушав пояснения участвующих в деле лиц, суд считает заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Федерального закона от 30.12.2004 №214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон об участии в долевом строительстве) по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

В силу пункта 1 статьи 6 Закона об участии в долевом строительстве застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором.

В соответствии с  пунктом 2 статьи 6 Закона об участии в долевом строительстве в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере.

 В силу положений статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации   (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и иных правовых актов. 

Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом или договором.

Рассматриваемым договором участия в долевом строительстве срок передачи участнику долевого строительства объекта строительства установлен до 31.12.2016.

Объект строительства передан  третьему лицу 01.03.2018.

Право требования взыскания неустойки передано третьим лицом истцу по договору уступки права требования.  

Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. 

В силу части 1 статьи 11 Закона об участии в долевом строительстве уступка участником долевого строительства прав требований по договору допускается только после уплаты им цены договора или одновременно с переводом долга на нового участника долевого строительства в порядке, установленном ГК РФ.

Договор уступки права ответчиком не оспорен, незаключенным либо недействительным в  судебном порядке не признан. 

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что право требования указанной неустойки по договору уступки права требования перешло к истцу.

Ответчик указывает на то, что право требования передано истцу без согласия ответчика, что является нарушением пункта  2 статьи  388 ГК РФ и, по мнению ответчика, влечет недействительность договора и отсутствие  правовых последствий  уступки.

Указанный довод ответчика отклоняется судом.

Согласно разъяснениям пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»  ничтожной является уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 1 статьи 388 ГК РФ). 

Статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью. 

При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве. 

 При оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

Принимая во внимание, что в соответствии со статьей 1 Закона об участии в долевом строительстве участниками  такого строительства могут выступать как физические, так и юридические  лица,  довод  ответчика о  существенном значении личности кредитора в рассматриваемом случае не  вытекает из существа обязательств.

Следовательно, в рассматриваемом случае  имеется  лишь установленное  договором  ограничение на уступку права без согласия  застройщика.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 17 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №54,  уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку.

Такая уступка может быть признана недействительной, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Суд может отказать в защите принадлежащего права в случае установления того, что лицо злоупотребило своим правом. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. 

В нарушение требований статьи 65 АПК РФ ответчиком не представлено  доказательств  злоупотребления правом  со стороны истца.

Доказательства, свидетельствующие о приобретении истцом  права требования неустойки на основании договора уступки  исключительно с намерением причинить вред ответчику, равно как и  действий в обход закона с противоправной целью либо  иного заведомо недобросовестного осуществления  прав со стороны истца,  в материалах дела отсутствуют.

Судом не установлено наличие обстоятельств, характеризующих деятельность  истца по приобретению у участника долевого строительства в порядке уступки права на взыскание  неустойки и реализации указанного права в судебном порядке, как  недобросовестное поведение.

Неустойка, установленная статьей 6 Закона об участии в долевом строительстве для застройщика  в случае нарушения им принятых на себя обязательств,  является законной неустойкой  и влечет обязанность застройщика по ее выплате  независимо от того, кем заявлено такое требование  - самим участником  долевого строительства либо лицом, приобретшим такое право  на основании  гражданско-правового договора, заключенного с участником  долевого строительства.

Предъявление цессионарием права требования неустойки в размере, рассчитанном в соответствии с требованиями Закона об участии в долевом строительстве, не может  иметь цели причинения вреда  застройщику и свидетельствовать о  злоупотреблении  правом со стороны истца.

Довод  ответчика о незаключенности договора цессии  в связи с отсутствием  в нем  указания  на период начисления  неустойки, право требования которой уступается, суд считает несостоятельным. 

Как следует из договора цессии, предметом уступки  стороны определили право требования неустойки за нарушение застройщиком обязательства по передаче объекта долевого строительства за период с 02.05.2017 по день передачи объекта долевого строительства цеденту.

Как следует из разъяснений пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», согласно взаимосвязанным положениям статьи 388.1, пункта 5 статьи 454 и пункта 2 статьи 455 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем.

Из содержания пункта 14 приведенного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №54 следует, что по общему правилу допускается  уступка требования об уплате сумм неустойки, начисляемых в связи с нарушением обязательства, в том числе подлежащих выплате в будущем.

Следовательно, согласование сторонами договора цессии условия об определении  конечной даты периода начисления неустойки  путем  указания на день передачи объекта долевого строительства участнику такого строительства не противоречит действующему законодательству и не может свидетельствовать о незаключенности договора.

Также суд  считает необоснованным заявление   ответчика  о притворности договора уступки права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В материалах дела отсутствуют доказательства наступления иных правовых последствий, чем те, которые предусмотрены заключенной сторонами сделкой уступки прав требования.

Напротив, из материалов дела усматривается, что воля сторон была направлена на создание тех правовых последствий, которые они предполагали при подписании договора.

Ссылки ответчика  на то, что  условие договора уступки о порядке оплаты цессии является «гонораром успеха» и стороны  действовали с целью «искусственного изменения подведомственности спора», не соответствуют установленным обстоятельствам дела.

Ответчик документально не подтвердил притворный характер сделки.

Представленная ответчиком  копия протокола осмотра доказательств  от 25.07.2018 содержит установленные в нотариальном  порядке  сведения, содержащиеся  на указанную дату на сайте  «Взыскание-неустойки-казань.рф» в сети  «Интернет».

При этом  сами по себе сведения не свидетельствуют  ни о злоупотреблении правом со стороны истца, ни о притворности сделки по уступке права, заключенной между истцом и третьим лицом.

Количество судебных споров с участием истца и согласованный сторонами порядок оплаты уступки  права также  не  доказывают   направленность  воли сторон  на  создание иных правовых последствий. 

В силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным. 

Как разъяснено в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. 

Согласованное сторонами условие о порядке оплаты  по договору цессии в процентном соотношении от суммы, взысканной судом,  не доказывает  притворности  сделки и  фактического заключения сторонами договора оказания юридических услуг.

Из условий договора уступки права требования следует, что воля третьего лица направлена на передачу права требования истцу. 

Доказательств, свидетельствующих об обратном, материалы дела не содержат  и ответчиком не приведено.

Отсутствие  доказательств оплаты по договору цессии  само по себе  не является доказательством притворности заключенной сделки.

Возможность уступки права требования на возмездной основе предусмотрена действующим законодательством, стороны вправе  самостоятельно согласовать  срок и порядок  оплаты. Третье лицо  по своему выбору реализовало свое право на защиту субъективного права путем реализации (уступки) истцу права на неустойку, обеспечивающую его право. 

      Как разъяснено  Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»,  согласно статье 421 ГК РФ стороны также вправе, в частности, заключить договор, по которому первоначальный кредитор (цедент) обязуется уступить новому кредитору (цессионарию) требование к должнику, а новый кредитор (цессионарий) принимает на себя обязанность передать первоначальному кредитору (цеденту) часть того, что будет исполнено должником по уступаемому требованию.

Доводы ответчика о недействительности договора уступки носят предположительный характер и не подтверждены доказательствами, отвечающими требованиям относимости и допустимости.

В рассматриваемом случае суд не усматривает в действиях истца и ответчика намерений причинить вред ответчику. В связи с изменением кредитора по обязательству объем прав и обязанностей ответчика не изменился.

Вопреки утверждению ответчика, получение истцом по договору цессии требований к ответчику по уплате неустойки с целью получения коммерческой прибыли, а не в целях защиты субъективного права, не является актом злоупотребления правом. 

Ссылка ответчика на пояснения руководителя истца, данные им при рассмотрении арбитражным судом дела №А65-18851/2018, не имеет правового значения для  рассматриваемого спора.

В рамках рассмотрения дела №А65-18851/2018  судом исследовались и устанавливались иные фактические обстоятельства и разрешался спор, вытекающий из иных договоров  участия в долевом строительства и уступки права, заключенных  другим  лицом (цедентом - участником долевого строительства).

Оснований  для  признания установленных по делу №А65-18851/2018 обстоятельств имеющими преюдициальное значение  для рассматриваемого спора не имеется.

Факт просрочки ответчиком своих обязательств перед третьим лицом подтверждается материалами дела  и  у третьего лица в силу закона возникло право требования с ответчика установленной законом неустойки за просрочку исполнения договорных обязательств, которое впоследствии перешло к истцу.

 Истец просит взыскать с ответчика неустойку за период с 03.10.2017 по 01.03.2018, исходя из двойной ставки неустойки, предусмотренной пунктом 2 статьи  6 Закона об участии в долевом строительстве,  в размере 325 897,80 руб.

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении подлежащей взысканию с него неустойки по статье 333 ГК РФ ввиду несоразмерности ее размера последствиям нарушенного обязательства, отсутствия возникновения убытков у истца и с учетом необходимости учитывать финансовые последствия для ответчика. 

Ответчик полагает необходимым определить  размер начисленной истцом неустойки исходя из 1/300 ставки рефинансирования Банка России, равной 7,5%.

В соответствии с пунктом статьи 333 ГК Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016  №7  «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ применяются также в случаях, когда неустойка определена законом. 

В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации именно законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод гражданина в целях защиты прав и законных интересов других лиц. 

Задача суда состоит в устранении явной несоразмерности ответственности в виде неустойки, установления баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. 

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательства и др.

Степень соразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, поэтому только суд, рассматривающий дело, вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного спора в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

Поскольку институт гражданско-правовой ответственности характеризуется наличием компенсационного характера, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату добросовестной стороне такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Следовательно, суд может уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению, с учетом представленных в материалы дела доказательств. 

Являясь мерой ответственности за нарушение обязательства и имея компенсационную природу убыткам кредитора, неустойки не может служить источником его обогащения. 

Суд соглашается с доводами ответчика о том, что размер начисленной истцом неустойки явно несоразмерен последствиям нарушенного обязательства и подлежит уменьшению.

Определяя разумный размер подлежащей взысканию неустойки, суд исходит из компенсационного характера неустойки и необходимости соблюдения баланса интересов истца и ответчика.

Суд учитывает, что истец не является стороной правоотношений потребитель – застройщик, а на профессиональной основе занимается предпринимательской деятельностью, связанной в том числе с приобретением у граждан – потребителей права требования неустойки к  застройщикам для последующего обращения в арбитражный суд. 

Являясь новым кредитором, истец использует специальные, повышенные способы защиты нарушенных прав потребителей, тогда как таковым не является и не несет существенных негативных последствий от допущенной застройщиком просрочки. При изложенных обстоятельствах взыскание неустойки в заявленных размерах приведет к неосновательному обогащению истца.

Учитывая предмет обязательства, обеспеченного неустойкой (передача построенной жилой квартиры для проживания),  и  отсутствие у истца статуса  потребителя  применительно к правовому регулированию защиты прав потребителей,    суд  считает, что  при определении величины размера неустойки не имеется оснований  исходить из стоимости аренды (коммерческого найма) аналогичной квартиры при сравнимых обстоятельствах в течение периода просрочки.

Принимая во внимание отсутствие возникновения убытков у истца вследствие  ненадлежащего исполнения обязательств ответчиком, исходя из критериев соразмерности неустойки и последствий нарушения обязательства, суд приходит к выводу, что  размер  неустойки подлежит определению исходя из однократной ставки ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Истец не представил суду доказательств того, что размер возможных его убытков,   связанных с нарушением ответчиком срока исполнения обязательства по передаче квартиры, превышает указанную сумму. 

Судом отклоняется представленный ответчиком расчет  предполагаемого (возможного) дохода третьего лица (участника долевого строительства) со ссылкой на процентные ставки банков по привлеченным вкладам  физических лиц, поскольку в рассматриваемом случае  речь идет о нарушении ответчиком  неденежного обязательства по передаче квартиры и  размер возможного потенциального дохода физического лица от банковского вклада (денежного обязательства)  не может  являться  обоснованием разумного размера убытка, возникшего вследствие  ненадлежащего исполнения неденежного обязательства.

Согласно пункту 2  Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» снижение неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России на основании соответствующего заявления ответчика допускается лишь в экстраординарных случаях, когда убытки кредитора компенсируются за счет того, что размер платы за пользование денежными средствами, предусмотренный условиями обязательства (заем, кредит, коммерческий кредит), значительно превышает обычно взимаемые в подобных обстоятельствах проценты.

Доказательств наличия обстоятельств экстраординарности в рассматриваемом случае судом не установлено,  ответчиком не представлено.

Доказательств, свидетельствующих  об экстраординарности  рассматриваемого случая, ответчик не добыл и суду не представил.

Представленный  ответчиком отчет по экспертизе балансовой  стоимости прибыли в расчете на один квадратный метр реализованных жилых помещений  не свидетельствует о наличии оснований для снижения неустойки.   Стоимость прибыли застройщика, рассчитанная  им  в целях  строительства  и  реализации квартир  участникам долевого строительства, не находится  в  прямой  связи с  обстоятельствами нарушения застройщиком обязательств по передаче объектов долевого участия в установленный срок.  

Наличие  оснований для снижения неустойки, а также экстраординарности  нарушения обязательств,  не может доказываться  обоснованием  балансовой  стоимости прибыли застройщика в результате строительства.  

То обстоятельство, что истец не является стороной договора долевого участия и не имеет заинтересованности в исполнении указанного договора, а приобретая право требования неустойки, исключительно преследует цель получения коммерческой прибыли, учтено судом при оценке соразмерности размера неустойки последствиям нарушения обязательства и при применении статьи 333 ГК РФ.

С учетом  изложенного, исходя из установленных для данной категории споров принципов состязательности арбитражного процесса,  равенства его сторон,  суд приходит к выводу, что  исковые требования  документально подтверждены,  предъявлены правомерно и подлежат частичному  удовлетворению. 

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат распределению в соответствии со статьей 110 АПК РФ, излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату истцу из федерального бюджета. При этом суд исходит из того, что при уменьшении арбитражным судом размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика, исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без  учета ее уменьшения.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 - 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс «Победа» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Правовая консалтинговая группа «Корпорэйт» 108 110 руб. 75 коп. неустойки и 9 518 руб. в счет возмещения расходов по государственной пошлине. 

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Правовая консалтинговая группа «Корпорэйт» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 44 руб., выдав соответствующую справку. 

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Татарстан в месячный срок.

Председательствующий судьяА.Г. Абдуллаев