АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077,  http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

 

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

 

г. Томск                                                                                                        Дело № А67- 9634/2018

22.11.2019

 

Резолютивная часть решения объявлена 18.11.2019.

 

Арбитражный суд Томской области в составе судьи Токарева Е. А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению по исковому заявлению открытого акционерного общества "Рикор Электроникс" (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>,  ОГРНИП 316703100051772)

третьи лица – ООО «Техносфера» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО3

о взыскании 180000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав

при участии в судебном заседании: ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 (предъявлен паспорт), представителя ответчика – ФИО4 (предъявлен паспорт), действующий на основании устного заявления ответчика, 

 

У С Т А Н О В И Л:

Открытое акционерное общество «Рикор Электроникс» (далее – ОАО «Рикор Электроникс») обратилось в Арбитражный суд Томской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – предприниматель ФИО2) о взыскании 50 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 289416, а также 200 рублей расходов на получение выписки из ЕГРИП в отношении ответчика, 300 рублей расходов на приобретение контрафактного товара, 116 рублей почтовых расходов.

Исковые требования обоснованы статьями 1225, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы нарушением ответчиком исключительных прав на зарегистрированный товарный знак, выразившемся в предложении к продаже товара (датчика положения дроссельной заслонки) с нанесенным на него товарным знаком, правообладателем которого является истец. Размер компенсации определен истцом в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, которая установлена лицензионным договором от 01.10.2016, заключенным истцом с обществом с ограниченной ответственностью «Техносфера» (лицензиатом).

Определением суда от 30.08.2018 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Ответчик представил отзыв на исковое заявление (л.д. 123, т.1), в котором просил отказать в удовлетворении иска по основаниям, изложенным в отзыве на иск. По мнению ответчика, представленные истцом кассовый и товарный чеки являются не допустимыми доказательствами, поскольку на них отсутствует дата, количество приобретаемого товара, модель датчика, не указано что товар приобретен истцом. Представленная видеозапись покупки товара также не может служить допустимым доказательством, поскольку видеозапись прерывается, что свидетельствует о возможности подмены датчика истцом.

До принятия решения по существу спора истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации увеличил размер исковых требований до 180 000 рублей, а также уточнил размер расходов на приобретение контрафактного товара до 180 рублей и размер почтовых расходов до 92 рублей (л.д. 45-46, т.1).

Определением арбитражного суда от 15.01.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Техносфера» (далее – ООО «Техносфера»), индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – ИП ФИО3)

Третьи лица отзывы на исковое заявление не представили.

В судебном заседании ИП ФИО3 пояснил, что осуществлял продажу датчика от имени ИП ФИО2, фактически исполнял обязанности продавца. Товарный чек (бланк) от имени ИП ФИО3 выдан ошибочно, поскольку печать на нем поставлена от ИП ФИО2, а также кассовый чек выдан ИП ФИО2

Определением суда от 25.07.2019 по делу назначена судебная оценочная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «Западно-Сибирская оценочная компания» (634050, 

<

...>) ФИО5.

Экспертное заключение представлено в материалы дела.

Истец и третьи лица, надлежащем образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились. Дело рассмотрено по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ. 

В судебном заседании представитель ответчика исковые требования не признал, поддержал позицию, изложенную в отзыве на иск.

Заслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, суд находит требования истца подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ОАО «Рикор Электроникс» является правообладателем товарного знака «» с номером регистрации 289416, правовая охрана которому предоставлена в отношении товаров Международной классификации товаров и услуг (далее - МКТУ): 07 класса – краны (части машин); муфты сцепления; части ременных и цепных передач (натяжные ролики, механизмы напряжения, успокоители); 09 класса – жгуты проводов; колодки для электрических соединений; выключатели закрытые; резистивные датчики, 12 класса – колеса зубчатые для наземных транспортных средств, 20 класса – пробки пластмассовые, что подтверждается свидетельством о регистрации товарного знака (л.д. 13-14, т.1).

13.02.2018 в торговой точке ответчика, осуществлена реализация товара – датчика положения дроссельной заслонки. По утверждению истца, на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 289416.

Факт розничной продажи указанного товара подтверждается товарным чеком и кассовым чеком от 13.02.2018, видеозаписью приобретения товара, а также самим товаром (л.д. 39, т.1).

Ссылаясь на нарушение исключительного права на товарный знак, зарегистрированный под номером 289416, ОАО «Рикор Электроникс» направило ответчику претензию с требованием устранить нарушение и урегулировать имеющиеся требования правообладателя (л.д. 17-19, т. 1).

Неисполнение ответчиком требований претензии послужило основанием для обращения ОАО «Рикор Электроникс» в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования в части, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации правовая охрана предоставляется результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации (интеллектуальная собственность), в том числе товарным знакам.

В силу статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Согласно статье 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве. 

В соответствии со статьей 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. 

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

Как разъяснено в пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: во-первых, от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг. 

При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления). Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителей.

Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.  При определении сходства словесных обозначений они сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному производителю. Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товара, круг потребителей и другие признаки.

Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В судебном заседании осуществлено непосредственное исследование вещественного доказательства – спорного товара, реализованного ответчиком. Судом установлено, что на приобретенном товаре – датчике положения дроссельной заслонки имеется изображение в виде обозначения «».

Визуальное сравнение зарегистрированного товарного знака № 289416 с обозначением на реализованном ответчиком товаре позволяет сделать вывод о наличии сходства до степени смешения.

Доводы ответчика о том, что видеозапись покупки спорного товара прерывается, что свидетельствует о возможности подмены датчика истцом, отклоняются судом ввиду необоснованности.

Как установлено судом при изучении в судебном заседании представленной видеозаписи, на 00:58 мин. записи видно как товар выдан покупателю и находится на прилавке магазина, где отчетливо видно название «HOFER» (на упаковке имеется наклейка зеленого цвета). На 02:09 мин. сьемки (в автомобиле) виден тот же товар – название на коробке «HOFER» (на упаковке имеется наклейка зеленого цвета).

Таким образом, представленный на видеозаписи (товар после прерывания записи), совпадает с товаром, приобретенным у ответчика.

Поскольку ответчиком не представлены доказательства наличия у него права на использование товарного знака № 289416, следует признать, что реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и нарушает принадлежащие ему исключительные права на товарный знак.

Доводы ответчика о том, что товар реализован ИП ФИО3, а не ИП ФИО2 отклоняются судом ввиду необоснованности.

Как установлено судом на основании официальной общедоступной информации из ЕГРИП, ФИО3 прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 22.03.2016 (задолго до продажи спорного товара).

Кроме того, как пояснял в судебном заседании сам ФИО3 он осуществлял реализацию товара от имени ИП ФИО2, действуя как продавец товара.

Факт реализации спорного товара ИП ФИО2 подтвержден материалами дела (л.д. 39).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Поскольку ответчиком не представлены доказательства наличия у него права на использование товарного знака № 289416, следует признать, что реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и нарушает принадлежащие ему исключительные права на товарный знак.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель в порядке защиты права на товарный знак вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Размер компенсации в сумме 180 000 рублей определен истцом в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление от 23.04.2019 № 10), заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ) (пункт 62 Постановления от 23.04.2019 № 10).

В обоснование стоимости права использования товарного знака истцом представлен лицензионный договор о предоставлении неисключительных прав на использование объекта интеллектуальной собственности от 01.10.2016, согласно которому ОАО «Рикор Электроникс» (лицензиар) за вознаграждение предоставило обществу «Техносфера» (лицензиату) право на использование на неисключительной основе на территории Российской Федерации товарного знака (знака обслуживания) по свидетельству № 289416 в отношении всех товаров, включенных в 07, 09, 12, 20 классы МКТУ.

В соответствии с пунктом 4.1 данного договора лицензиат за получение неисключительного права использования объекта интеллектуальной собственности обязался выплатить лицензиару фиксированное вознаграждение в размере 90 000 рублей.

Между тем наличие лицензионного договора не лишает ответчика права в порядке статей 9, 41, 65, 66, 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации опровергать обоснованность размера требуемой истцом компенсации путем представления суду доказательств, свидетельствующих о завышенном, явно неразумном размере вознаграждения лицензиара.

Возражая против заявленной истцом стоимости права использования товарного знака, ответчиком представлен отчет ООО «Бюро оценки «ТОККО» от 10.12.2018. Согласно данному отчету, ориентировочная рыночная стоимость неисключительного права на использование объекта интеллектуальной собственности – товарного знака (знака обслуживания) № 289416 составляет 28 800 рублей (л.д. 90-93,т.1).

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Принимая во внимание, что истцом в материалы дела не представлены иные лицензионные договоры, помимо договора от 01.10.2016, позволяющие определить цену, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, отсутствие у ответчика возможности подтвердить наличие либо отсутствие таких лицензионных договоров, а также значительное (более чем в 3 раза) расхождение стоимости права использования товарного знака, установленной в договоре и определенной по результатам независимой оценки, представленной ответчиком, а также в связи с имевшимся между сторонами спором относительно стоимости права использования товарного знака, судом по ходатайству ответчика назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Западно-Сибирская оценочная компания», эксперту  ФИО5.

Согласно заключению эксперта от 30.09.2019 № 1452/2019, выполненному экспертом ФИО5, рыночная стоимость права на использование на неисключительной основе на территории Российской Федерации товарного знака (знака обслуживания) по свидетельству № 289416 в отношении всех товаров, включенных в 07, 09, 12 и 20 классы МКТУ, составляет 28 400 рублей (л.д 22-50, т.2).

Экспертное заключение соответствует требованиям статей 82, 83 и 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в нем отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, эксперт надлежащим образом предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Истцом не оспорено заключение судебной экспертизы, документально не опровергнуты выводы эксперта, не представлены иные лицензионные договоры. Истом также не представлено правовое и фактическое обоснование невозможности определения стоимости права использования товарного знака путем экспертного исследования. При этом само по себе несогласие истца с таким способом определения стоимости  права без надлежащего обоснования не может ставить под сомнения выводы экспертного исследования. Выводы, содержащиеся в экспертном заключении, подтверждаются иными собранными доказательствами по делу, в частности, отчетом ООО «Бюро оценки «ТОККО» от 10.12.2018.

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства, суд считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 289416 в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определенной в соответствии с экспертным заключением, а именно в размере 56 800 рублей. В остальной части исковые требования удовлетворению не подлежат.

Довод истца об отсутствии вины ответчика судом не принимается.

Исходя из разъяснения, данного в пункте 72 Постановления от 23.04.2019 № 10 и в пункте 7 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применения в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав. Это положение подлежит применению к способам защиты соответствующих прав, не относящимся к мерам ответственности. Ответственность за нарушение интеллектуальных прав (взыскание компенсации, возмещение убытков) наступает применительно к статье 401 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Исходя из изложенного, ответчик не может быть освобожден от гражданско-правовой ответственности, в том числе в связи с тем, что он предполагал контрагента добросовестным, поскольку деятельность ответчика является предпринимательской и осуществляется им с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих.

Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой им продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на товарный знак, ответчиком в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если одно нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации совершено действиями нескольких лиц совместно, такие лица отвечают перед правообладателем солидарно.

Распределение ответственности лиц, совместно нарушивших исключительное право, друг перед другом по регрессному обязательству производится по правилам пункта 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из причинителей вреда. При этом не является обязательным участие в деле в качестве соответчиков всех лиц, последовательно допустивших различные нарушения исключительного права на результат интеллектуальной деятельности (например, выпуск, оптовую реализацию, розничную продажу контрафактных материальных носителей), а также всех нарушителей при совместном нарушении (пункт 71 Постановления от 23.04.2019 № 10).

При этом, как разъяснено в пункте 72 Постановления от 23.04.2019 № 10, лицо, с которого при отсутствии его вины взысканы убытки или компенсация, а равно у которого изъят материальный носитель, вправе предъявить регрессное требование к лицу, по вине которого первым лицом было допущено нарушение, о возмещении понесенных убытков, включая суммы, выплаченные третьим лицам (пункт 4 статьи 1250 ГК РФ). Положения статьи 1081 ГК РФ в данном случае не подлежат применению. Суд при рассмотрении дела о нарушении исключительного права по ходатайству ответчика в качестве третьих лиц привлекает к участию в деле лиц, к которым, по мнению ответчика, возможно предъявление регрессного требования. Вместе с тем непривлечение таких лиц к участию в деле о нарушении исключительного права не препятствует предъявлению к ним иска в порядке регресса.

При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов (в том числе рассчитанной двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

Вместе с тем в данном деле отсутствует основной критерий, являющийся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П  основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, – одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности. Как указывалось выше, истцом предъявлено требование о защите исключительного права лишь на один товарный знак (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.01.2019 № 310-ЭС18-16787).

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

Ввиду того, что ответчиком в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены доказательства незначительности имущественных потерь правообладателя, связанных с допущенным нарушением, реализации только одного экземпляра контрафактной продукции, объективной невозможности выявить возможное нарушение исключительных прав истца до начала реализации продукции, тяжелого финансового положения, либо иных обстоятельств, объективно свидетельствующих об исключительности рассмотренного случая нарушения прав истца, суд не нашел оснований для уменьшения размер компенсации ниже минимального предела.

Истцом также заявлено требование о взыскании 200 руб. расходов на получение выписки из ЕГРИП в отношении ответчика, 180,00 руб. расходов на приобретение контрафактного товара, 92,00 руб. почтовых расходов.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. 

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Перечень судебных издержек, предусмотренный положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является исчерпывающим.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», понесенные истцом расходы в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости.

Предметом исковых требований ОАО «Рикор Электроникс» является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца. 

В связи с изложенным расходы ОАО «Рикор Электроникс» на приобретение представленного вещественного доказательства являются судебными издержками по смыслу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Стоимость товара составила 300,00 руб., что подтверждается видеозаписью процесса закупки товара, товарным и кассовым чеками. Истец просит взыскать с ответчика 180,00 руб. судебных расходов на приобретение контрафактного товара.

В подтверждение несения расходов по оплате почтовых услуг истцом в материалы дела представлены соответствующие почтовые квитанции.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Несение расходов на получение сведений из ЕГРИП на бумажном носителе подтверждено представленной истцом выпиской из ЕГРИП, выданной на бумажном носителе и заверенной регистрирующим органом (с учетом пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» и абзаца второго пункта 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 19.05.2014 № 462).

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований.

В рассматриваемом случае частичное удовлетворение требований истца обусловлено тем, что первоначально заявленная истцом сумма компенсации являлась необоснованной, и это установлено только в ходе судебного разбирательства по результатам проведения судебной экспертизы. Таким образом, частичное удовлетворение иска не связано с нарушением истцом или ответчиком претензионного порядка урегулирования спора, поэтому судебные расходы подлежат распределению по общим правилам – пропорционально размеру требований, признанных судом обоснованными.

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу ОАО «Рикор Электроникс» подлежат взысканию 63,10 руб. судебных расходов на получение сведений из ЕГРИП на бумажном носителе, 56,79 руб. судебных расходов на получение доказательств, 29,02 руб. почтовых расходов. Судебные расходы на уплату государственной пошлины по иску и на проведение судебной экспертизы также относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд     

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>,  ОГРНИП 316703100051772) в пользу открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) 56800,00 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 289416, 63 рубля 10 копеек в возмещение судебных издержек на получение сведений из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей на бумажном носителе, 56 рублей 79 копеек в возмещение судебных издержек на получение доказательств, 29 рублей 02 копейки в возмещение почтовых расходов, 2000,00 руб. в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины, всего: 58948,91 руб.

В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>,  ОГРНИП 316703100051772) 2395 рублей 75 копеек в возмещение судебных издержек на проведение судебной экспертизы.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>,  ОГРНИП 316703100051772) в доход федерального бюджета 19,00 руб. государственной пошлины.

Взыскать с открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 4380,00 рублей государственной пошлины.

 

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

 

Судья                                                                           Е.А. Токарев