СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск                                                                                       Дело № А45-16270/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 8 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 февраля 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                       Дубовика В.С., 

судей                                                                  Иванова О.А., 

                                                                            Михайловой А.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 (№07АП-12466/2021(28)) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 08.12.2023 по делу № А45-16270/2021 (судья Штальман М.В.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью СК «СМУ 9» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 630008, 

<

...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительными сделками платежей в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2, 

 

при участии в судебном заседании:

от ИП ФИО2 – ФИО4 по доверенности от 08.10.2023, паспорт, 

от конкурсного управляющего – ФИО5 по доверенности от 12.12.2023, паспорт, 

от ФИО6 – ФИО7 по доверенности от 09.08.2022 в порядке передоверия по доверенности от 03.05.2023, паспорт,  

 

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью СК «СМУ 9» (далее – ООО СК «СМУ 9», должник) конкурсный управляющий ФИО3 (далее - конкурсный управляющий ФИО3) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными платежей, совершенных должником в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2, апеллянт). 

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 08.12.2023 заявление конкурсного управляющего ФИО3 удовлетворено. Признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств ООО СК «СМУ 9» в адрес ИП ФИО2 в период с 24.04.2019 по 11.10.2019 в сумме 1 000 000 рублей. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ИП ФИО2 в конкурсную массу должника 1 000 000 рублей. С ИП ФИО2 в доход федерального бюджета взыскано 6 000 рублей госпошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО2 обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Новосибирской области от 08.12.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В обоснование доводов жалобы указано на отсутствие признаков недействительности сделки, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Ссылается на реальность и возмездность сделки. Заявитель отмечает, что стороны сделки не являются аффилированными лицами, платежи совершены в отсутствие признаков неплатежеспособности должника. 

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) конкурсный управляющий ФИО3 представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель ИП ФИО2 – ФИО4 в судебном заседании доводы апелляционной жалобы поддержала.

Представитель конкурсного управляющего – ФИО5 настаивала на позиции, изложенной в отзыве на апелляционную жалобу.

Представитель ФИО6 – ФИО7 просила определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, решением суда от 15.04.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

12.04.2023 конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в суд с заявлением о признании недействительными сделками безналичных платежей должника в пользу ИП ФИО2 на общую сумму 1 000 000 рублей, совершенных в период с 24.04.2019 по 11.10.2019, и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ИП ФИО2 в пользу должника 1 000 000 рублей.

В качестве правовых оснований требований конкурсного управляющего указаны положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов. 

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве следует, что совершенные должником или другими лицами за счет должника сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества и имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в том числе сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63)).

В соответствии со статей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами являются лица, входящие в одну группу лиц с должником, а также аффилированные лица.

Вместе с тем, согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу №А53-885/2014, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только путем подтверждения аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Из разъяснений, приведенных в абзаце седьмом пункта 5 постановления № 63, следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как следует из определения Верховного Суда РФ от 23.08.2019 №304-ЭС15-2412(19) по делу №А27-472/2014, положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

Из диспозиции названных норм (как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) следует, что помимо установленных законом обстоятельств, требующих анализа, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, в ходе проведения процедуры конкурсного производства в отношении ООО СК «СМУ 9», конкурсным управляющим установлены следующие платежи, совершенные должником в период с 24.04.2019 по 11.10.2019 в пользу ИП ФИО2

Определением суда от 19.07.2021 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

В рассматриваемом случае оспариваемые платежи совершены должником в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых включены в реестр и не погашены до настоящего момента:

- задолженность перед ООО «Промстройсибирь» за поставку стройматериалов по договору сформировалась за период апрель – август 2019 года. Требование кредитора включено в реестр требований кредиторов должника (далее - РТК) определением суда от 07.07.2022;

- задолженность перед ООО «АС Фасад» за поставку стройматериалов и выполнение работ сформировалась за период апрель 2019 года – апрель 2021 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 07.12.2022;

- задолженность перед ООО «Люкс» за поставку щебня сформировалась за период апрель – ноябрь 2019 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 24.02.2022;

- задолженность перед ООО «Сибирские климатические системы» по договорам подряда формировалась с начала 2019 года по июль 2021 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 01.02.2023;

- задолженность перед ООО «Априум» за поставленный товар сформировалась с июня 2019 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 21.07.2022;

- задолженность перед ООО «БФК-Эксперт» по оплате выполненных работ по договорам подряда формировалась с 2018 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 31.08.2022;

- задолженность перед ООО «Новатон» формировалась с апреля 2019 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 15.06.2022 на основании решения Арбитражного суда Новосибирской области от 08.10.2021 по делу № А45-27768/2021;

- задолженность перед ООО «ЮСТ» формировалась с июня 2018 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 25.08.2022 на основании решения Арбитражного суда Новосибирской области от 06.05.2021 по делу № А45-5716/2021;

- задолженность перед бюджетом: долг по НДС сформировался за период с 4 квартала 2020 по 2 квартал 2021 года, а за 1 – 2 квартал 2021 года образуется задолженность по иным обязательным платежам, в том числе, второй очереди (страховые взносы на обязательное пенсионное страхование). Образование задолженности перед бюджетом возникло на фоне уже имеющихся к тому моменту у должника признаков объективной неплатежеспособности, формировавшихся с 2019 года.

Таким образом, в период совершения оспариваемых сделок должник находился в состоянии неплатежеспособности.

При разрешении подобного рода дел, с одной стороны, необходимо учитывать, что участники гражданского оборота в рамках своей деятельности ежедневно совершают юридически значимые операции (сделки), и потому те операции, которые по своим условиям или характеристикам являются обычными, должны оставаться действительными. С другой стороны, не может быть сохранена юридическая сила за сделками, которые совершены явно во вред должнику и его кредиторам, в том числе при наличии недобросовестности выгодоприобретателя по сделке. Таким образом, необходимо соблюдать баланс между принципом правовой определенности, стабильностью гражданского оборота и обеспечением разумных имущественных интересов участников данного оборота, с одной стороны, и недопустимостью злоупотребления правом, незаконного вывода активов должника, с другой.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

ИП ФИО2 указывает, что задолженность у должника перед ним возникла на основании договоров оказания юридических услуг от 20.03.2019, 01.10.2019 по правовому обеспечению деятельности ООО СК «СМУ 9».

Вместе с тем, ФИО2 в материалы дела не представлен достаточная совокупность доказательств, позволяющая устранить все разумные сомнения относительно существования оснований получения спорных платежей. 

Само по себе совершение безвозмездной сделки между должником и ИП ФИО2 свидетельствует о фактической аффилированности и заинтересованности сторон, а также о наличии у них совместных целей, скрытых от иных участников правоотношений.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о недействительности оспариваемой сделки, бремя опровержения данных утверждений переходит на другую сторону сделки, в связи с чем она должна доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность. Указанная позиция также отражена в судебных актах по делу №А81-769/2017, в том числе в определении Верховного Суда РФ от 30.09.2019 №304-ЭС19-15936.

Отношения по оказанию юридических услуг, как правило, характеризуются наличием значительного количества косвенных доказательств, подтверждающих их реальность. К таким доказательствам, в частности, может быть отнесена переписка сторон договора, содержащая постановку конкретных поручений исполнителю, либо подтверждающая направление исполнителем проектов юридических документов. Кроме того, такими доказательствами могут являться судебные акты, подтверждающие участие исполнителя в судебных заседаниях в качестве представителя заказчика, а равно подготовленные и подписанные исполнителем процессуальные документы, приобщенные к материалам дела.

Каких-либо косвенных доказательств, которые могли бы подтвердить реальность оказания ФИО2 юридических услуг в пользу ООО СК «СМУ 9» в период с 24.04.2019 по 11.10.2019 в материалы дела не представлено.

Сам по себе факт наличия у ФИО2 юридического образования, а также наличия заключенных договоров юридического обслуживания с другими лицами, не может являться подтверждением возмездности оспариваемых платежей применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора.

Суд апелляционной инстанции соглашается с критической оценкой пояснений ФИО2 о том, что вся первичная документация, опосредующая взаимоотношения с ООО СК «СМУ 9» по договору оказания юридических услуг, была им утрачена.

Согласно позиции ФИО2 оригиналы документов передавались привлеченному бухгалтеру, и не были возвращены в полном объеме При этом, каких-либо доказательств в обоснование данного довода ответчиком также не представлено (в частности, суд предлагал ФИО2 представить договор на бухгалтерское обслуживание, однако данные документы в материалы дела приобщены не были).

Согласно пункту 1 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Указанный закон распространяет свое действие, в том числе, на индивидуальных предпринимателей (пп. 4 п. 1 ст. 2), в связи с чем на ФИО2 может быть возложен риск ненадлежащего хранения первичной документации о своей финансово-хозяйственной деятельности.

ФИО6 в ходе рассмотрения обособленного спора в материалы дела были представлены договоры оказания юридических услуг от 20.03.2019, 01.10.2019, а также акты выполненных работ, подписанные со стороны ИП ФИО2, однако, не подписанные со стороны должника.

ФИО6 в своих пояснениях указывает, что каких-либо юридических услуг ФИО2 в пользу должника не оказывал, а оспариваемые сделки бывший руководитель должника также квалифицирует как безвозмездные.

Приведенный в договоре от 20.03.2019 перечень услуг подтверждает доводы конкурсного управляющего о том, что их оказание в любом случае должно было сопровождаться возникновением ряда косвенных доказательств реальности рассматриваемых правоотношений – получением заданий от заказчика, направлением в адрес исполнителя проектов договоров и иных документов для правовой экспертизы, направлением первичных документов для подготовки претензий и исковых заявлений, а также наличием исходящей корреспонденции в адрес ООО СК «СМУ 9» – подготовленных процессуальных документов, правовых заключений, проектов претензий, договоров и т.д.

Кроме того, перечень услуг, изложенный в договоре, не соотносится с пояснениями ФИО2 о том, что большая часть таких услуг оказывалась устно.

Как верно отмечено судом первой инстанции, стоимость услуг в договоре определена в качестве твердой суммы (п. 3.1 Договора – стоимость услуг составляет 500 000 рублей), что не характерно для договоров абонентского юридического обслуживания, предусматривающих, как правило, фиксированную сумму вознаграждения в месяц. В данном же случае договор заключен на период с 20.03.2019 по 31.07.2019 гг., то есть на период, не являющийся кратным календарному месяцу, что затрудняет вопрос перерасчета вознаграждения в ежемесячном периоде (подобное оформление документов отклоняется от обычной практики делового оборота).

Как следует из акта №1 от 01.04.2019, исполнитель за период с 20.03.2019 г. по 31.03.2019 (11 дней) оказал услуги стоимостью 100 000 рублей. Перечень оказанных услуг дублирует предмет договора (п. 1.2). 

Вместе с тем, согласно акту №2 от 07.05.2019, исполнитель за период с 01.04.2019 по 30.04.2019 (календарный месяц) также оказал услуги стоимостью 100 000 рублей. Перечень услуг является идентичным предмету договора (п. 1.2) и акту №1 от 01.04.2019. 

Аналогичным образом составлены акты №3 от 03.06.2019, №4 от 01.07.2019, №5 от 01.08.2019.

Следовательно, содержание указанных актов опровергает довод ФИО2 о том, что должник находился на абонентском юридическом обслуживании и оплачивал исполнителю фиксированную сумму вознаграждения ежемесячно. Оплата суммы в 100 000 рублей за неполный месяц юридического обслуживания (март) не является экономически целесообразной для должника, равно как и для любого добросовестного участника гражданского оборота, противоречит сложившейся практике в аналогичных отношениях.

ФИО2 также не представлено доказательств направления актов выполненных работ для подписания должнику в указанные в актах даты. Равным образом не представлено пояснений относительно причин, по которым ФИО2 не истребовал экземпляры подписанных актов у должника с 2019 года.

Несмотря на указание в договоре от 01.10.2019 ежемесячной стоимости услуг в размере 50 000 рублей (п. 3.1), при том же объеме работ (услуг) по договору происходит двукратное удешевление стоимости обслуживания. Экономического обоснования данному обстоятельству ответчиком не представлено.

Кроме того, акты выполненных работ также копируют содержание предмета договора, являются абстрактными и не включают в себя указания на конкретные услуги, оказанные исполнителем в конкретном периоде.

Согласно п. 3.3 договора оплата услуг производится не позднее 5 числа месяца, следующего за расчетным. То есть, условиями договора предусмотрена ежемесячная оплата после подписания акта выполненных работ.

Вместе с тем платежным поручением от 11.10.2019 на сумму 500 000 рублей со счета должника на счет ФИО2 перечислена сумма, равная стоимости юридического обслуживания за весь период действия договора. Данные обстоятельства не характерны как для подобных правоотношений, так и для практики хозяйственной деятельности ФИО6, осуществлявшего расчеты с кредиторами с задержкой и не практиковавшего предварительную оплату по обязательствам, момент расчета по которым не наступил.

Ответчиком в материалы дела приобщены копии договоров на оказание юридических услуг с иными организациями, акты оказанных услуг за период с 2015 по 2019 год, на обозрение суду были представлены подлинники таких документов в судебном заседании, состоявшемся 07.11.2023. При этом, следуя версии ФИО2, документы передавались им привлеченному бухгалтеру, документы, опосредующие наличие правоотношений между ИП ФИО2 и должником в 2019 году, и многие другие документы утрачены, не сохранилось даже копий, в то время как в распоряжении ответчика находятся документы в отношении иных контрагентов за этот же период не только в копиях, но и в подлинниках (в частности, договор от 01.03.2019 и акты к нему, заключенный с ПАО «Норвик Банк»).

Вышеуказанные обстоятельства также свидетельствуют о наличии между сторонами фиктивного документооборота для фактического вывода денежных средств в отсутствие встречного исполнения.

В нарушение положений статьи 65 АПК РФ ИП ФИО2, реализуя свои процессуальные полномочия, не представил объективных и неоспоримых доказательств оказания юридических услуг в пользу должника, ограничившись лишь минимальным объемом первичных документов, которые могли быть изготовлены в отсутствие реальных хозяйственных правоотношений.

В рассматриваемом случае, учитывая установленную судом аффилированность сторон, факт оказания юридических услуг в пользу должника не может доказываться путем предъявления минимального комплекта документов.

В результате сделки произошло уменьшение имущественной массы на сумму спорных платежей, что и является причинением вреда имущественным правам кредиторов, непосредственно влияет на возможность кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В связи с изложенным, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии оснований для признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Последствия недействительности сделки применены судом первой инстанции правильно в соответствии с положениями пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Несогласие апеллянта с оценкой суда первой инстанции представленных в материалы дела доказательств не является основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 08.12.2023 по делу № А45-16270/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

Председательствующий 

 

В.С. Дубовик

 

Судьи

 

О.А. Иванов 

 

 

А.П. Михайлова