Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А27-16930/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июля 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Атрасевой А.О.,

судей                                                                  Куклевой Е.А.,

ФИО1 –

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, ФИО2 на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 17.12.2024 (судья Шулик Ю.С.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025 (судьи Фролова Н.Н., ФИО3, Фаст Е.В.) по делу № А27-16930/2023 о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – должник), принятые по заявлению ФИО4 (далее также – кредитор) о признании обязательств общими в деле о банкротстве должника.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 06.05.2025.

Суд установил:

в деле о банкротстве должника ФИО4 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании его требования общим обязательством супругов (бывших супругов) ФИО2 и ФИО2; взыскании с ФИО2 денежных средств.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 17.12.2024, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025, заявление удовлетворено частично, обязательство по договору займа от 01.11.2017 признано общим обязательством ФИО2 и его бывшей супруги ФИО2; в остальной части заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 и ФИО2 обратились с кассационными жалобами, в которых просят их отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области (с учетом дополнений к кассационной жалобе ФИО2).

В обоснование кассационных жалоб их податели ссылаются на отсутствие в судебных актах мотивов и доказательств, по которым суды пришли к выводу о том, что полученные заемные средства были израсходованы на нужды и в интересах семьи У-вых, а не на личные цели должника, связанные с развитием бизнеса, учитывая, что соответствующие доказательства кредитором не были представлены; судами первой и апелляционной инстанций неправомерно возложено бремя доказывания личного характера возникших обязательств на должника и его бывшую супругу; судами не дана надлежащая оценка доводам о том, что принадлежащее должнику и его бывшей супруге имущество не было приобретено на земные денежные средства кредитора, напротив, в материалы дела представлены пояснения и соответствующие им доказательства, подтверждающие источники приобретения принадлежащего имущества.

Также кассаторы указывают на неосведомленность бывшей супруги о заключении должником договора займа с ФИО4, поскольку фактически брачные отношения между супругами в указанный период прекратились, что судами не было исследовано.

Финансовый управляющий ФИО6 (далее – управляющий) и кредитор в представленных отзывах на кассационные жалобы, приобщенных к материалам дела в порядке статьи 279 АПК РФ, просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал кассационные жалобы, также указав, что обособленный спор подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции по причине непривлечения ФИО2 при рассмотрении обоснованности требования ФИО4 о включении в реестр кредиторов должника.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведениясудебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд округа пришел к выводу об отсутствии оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО2 и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке с 10.05.2008 по 16.08.2019.

В период их брака между ФИО4 (заимодавец) и должником (заемщик) заключен договор займа денежных средств от 01.11.2017, по условиям которого заимодавец передал в собственность заемщика денежные средства в размере 39 919 000 руб., а заемщик обязался вернуть заимодавцу сумму займа в порядке и в сроки, предусмотренные договором.

Между обществом с ограниченной ответственностью «Нефтесбыт-НК» (далее – ООО «Нефтесбыт-НК», поручитель), в лице директора ФИО7, а также лично ФИО7 (поручитель), ФИО4 (кредитор) и ФИО2 (должник) заключены договоры поручительства от 01.11.2017 № 2, № 3 к договору займа от 01.11.2017, согласно условиям которых поручители обязались отвечать перед кредитором за исполнение должником обязательств по договору займа от 01.11.2017.

Апелляционным определением Кемеровского областного суда от 12.02.2024 по делу № 33-207/2024 с ООО «Нефтесбыт-НК», ФИО2 и ФИО7 солидарно в пользу ФИО4 взыскана задолженность по договору займа от 01.11.2017 в размере 31 199 500 руб., проценты за пользование займом в размере 45 319 791,90 руб., неустойка в размере 192 325,68 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 000 руб.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 24.04.2024 требование ФИО4 включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 109 507 457,77 руб., отдельно в реестре требований кредиторов третьей очереди учтено требование в размере 4 911 143,22 руб.

Ссылаясь на то, что заемные средства получены должником в период брака, использованы на нужды семьи, кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В обоснование заявления кредитор указал на то, что после 01.11.2017, но в период брака, супругами приобретен значительный объем дорогостоящего имущества:

- 16.11.2018 заключен договор купли-продажи жилого помещения площадью 126,4 кв. м, по адресу: Краснодарский край, город Сочи, Хостинский район, улица Депутатская, дом 9, квартира 2, право собственности оформлено на имя супруги должника;

- 02.02.2018 заключен договор купли-продажи нежилого здания площадью 85,8 кв. м, по адресу: Кемеровская область, Новокузнецкий район, поселок Чистая Крива, База отдыха «Южная», кадастровый номер 42:09:1713001:775, право собственности оформлено на имя супруги должника;

- 23.07.2018 заключен договор купли-продажи нежилого здания площадью 81,6 кв. м, по адресу: Кемеровская область, Новокузнецкий район, поселок Чистая Крива, База отдыха «Южная», кадастровый номер 42:09:1713001:776, право собственности оформлено на имя супруги должника;

- 13.04.2018 осуществлена постановка на регистрационный учет легкового автомобиля ЛЕКСУС NX200T, VIN 

<

***>, поставлен на учет на имя должника;

- 29.03.2019 осуществлена постановка на регистрационный учет легкового автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУИЗЕР 150 (ПРАДО) VIN 

<

***>, поставлен на учет на имя должника.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, исходил из того, что ответчиками не опровергнуты приведенные кредитором доводы расходования полученных в заем денежных средств на нужды семьи, ввиду чего признал такую задолженность общим обязательством супругов.

Отказывая в удовлетворении требования заявителя в остальной части, суд исходил из того, что обращение в суд с требованием о признании обязательства гражданина общим с его супругом неравноценно требованию о взыскании задолженности с супруга должника.

Суд округа считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и примененным нормам права.

Согласно пункту 7 статьи 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) к общим обязательствам супругов относятся солидарные обязательства либо возникшие вследствие предоставления одним супругом за другого поручительства или залога.

В силу пункта 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), согласно пункту 2 названной выше статьи относятся, в том числе, доходы каждого из супругов от предпринимательской деятельности.

Для возложения на супруга должника солидарной обязанности по возврату полученных должником денежных средств, обязательство должно являться общим, то есть в силу пункта 2 статьи 45 СК РФ должно возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.

Таким образом, осуществление должником в период брака предпринимательской деятельности, которая предусматривает поступление от нее дохода, идущего в совместную собственность супругов, является основанием для признания долгов от предпринимательской деятельности одного супруга общими обязательствами супругов.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – Постановление № 48) разъяснено, что в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов. Погашение этих требований за счет конкурсной массы осуществляется в следующем порядке. Сначала погашаются требования всех кредиторов, в том числе кредиторов по текущим обязательствам, из стоимости личного имущества должника и стоимости общего имущества супругов, приходящейся на долю должника. Затем средства, приходящиеся на долю супруга должника, направляются на удовлетворение требований кредиторов по общим обязательствам (в непогашенной части), а оставшиеся средства, приходящиеся на долю супруга должника, передаются этому супругу. (пункты 1 и 2 статьи 45 СК РФ).

Вопрос о признании обязательства общим разрешается судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве), и к участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика, а, если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов, и соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника (абзац второй пункта 6 Постановления № 48).

Действительно, согласно выработанной судебной правоприменительной практике, исходя из норм действующего законодательства отсутствует презумпция наличия совместного долга супругов - наоборот, долг считается индивидуальным, пока не будет доказано, что денежные средства по нему были потрачены на нужды семьи – при этом бремя доказывания возлагается на лицо, требующее признания долга общим (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016).

Вместе с тем, исходя из специфики дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренция кредиторов, высокая вероятность злоупотребления правом) в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым.

Бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978).

По спорам о признании долга общим обязательством супругов кредитору достаточно привести серьезные доводы и представить существенные косвенные свидетельства об использовании предоставленных им средств на нужды семьи (ординарные расходы на продукты и товары потребления, улучшение имущественного положения семьи), после чего бремя доказывания обратного переходит на супругов.

Общим обязательство должника и его супруга перед кредитором устанавливается судами путем оценки доводов лиц, участвующих в обособленном споре, и представленных доказательств с учетом подхода о справедливом распределении бремени доказывания, которое должно быть реализуемым.

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора судами установлено, что договор займа заключен должником в период брака с ФИО2, соответственно, предполагается, что денежные средства израсходованы на нужды семьи (во благо семьи) независимо от того, кто выступал заемщиком по договору.

Доказательств раздельного проживания супругов, ведения раздельного хозяйства и отсутствие взаимных отношений между супругами, в том числе объективно свидетельствующих о том, что заемные денежные средства были израсходованы на личные цели должника, в материалы спора не представлено; брачный договор между супругами не заключался.

Довод о том, что судами не исследовался вопрос о фактическом прекращении между супругами брачных отношений подлежит отклонению, поскольку из отзыва ФИО2, представленного в суд первой инстанции, а также текста апелляционной жалобы не следует, что на указанные обстоятельства ответчики обращали внимание судов, представляли соответствующие доказательства в подтверждение указанных сведений, однако они остались без должной оценки.

Возражая относительно заявленных требований, должник и ФИО2 указали на то, что денежные средства потрачены на развитие должником предпринимательской деятельности, также отметив наличие у бывшей супруги в спорный период собственного дохода.

Между тем приведенные ответчиками доводы на правовую квалификацию спорных правоотношений не влияют.

В рассматриваемом случае должник личный характер своего обязательства перед кредитором допустимыми доказательствами не подтвердил, а ФИО2 ограничилась доводом о том, что денежные средства были израсходованы на нужды бизнеса супруга.

Однако, документальное подтверждение того, что расходы семьи и домашний быт были организованы исключительно за счет доходов только ФИО2 в материалы спора не представлено.

Более того, использование заемных средств на развитие предпринимательской деятельности по существу направлено на улучшение качества жизни семьи, получения стабильного дохода, что в свою очередь является основанием для признания обязательств общими.

Также суды верно исходили из того, что для признания обязательства общим не требуется идентификации вещей, в которые были трансформированы полученные денежные средства, так как использование денежных средств в повседневной жизни в принципе может не оставлять овеществленного результата (например, ведение супругами роскошной жизни без покупки имущества).

Таким образом, с учетом презумпции осведомленности одного из супругов о действиях другого супруга, которая в данном деле не опровергнута, того что расходование денежных средств на нужды исключительно должника либо на цели, не обусловленные нуждами семьи, относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждено, вывод судов о том, что обязательства по договору займа носят общий характер, является правильным.

Доводы кассатора о неверном распределении бремени доказывания, отсутствии доказательств, подтверждающих расходование денежных средств на нужды семьи, судом округа отклоняются, поскольку возлагая бремя доказывания расходования денежных средств на должника и ФИО2 и отклоняя доводы последней об ином распределении бремени доказывания, суды правомерно исходили из ограниченности кредитора в сборе доказательств по подобным требованиям, так как супруги не заинтересованы в том, чтобы оказывать кредиторам содействие и представлять доказательства расходования средств для нужд семьи с целью возможного избежания солидарной ответственности по обязательствам перед кредитором.

Определение Арбитражного суда Кемеровской области от 24.04.2024 о признании требования ФИО4 обоснованным ФИО2 не обжаловано.

Изложенные в кассационных жалобах доводы не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, о незаконности судебных актов не свидетельствуют, по существу повторяют позицию ответчиков, изложенную в судах обеих инстанций, которой дана мотивированная и объективная оценка с учетом анализа представленных доказательств и установленных по обособленному спору обстоятельств, в связи с чем не могут являться основанием для отмены состоявшихся судебных актов.

Нарушений норм процессуального права, которые в силу статьи 288 АПК РФ являются основанием для отмены судебного акта, судом округа не установлено.

В связи с этим кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 17.12.2024 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025 по делу № А27-16930/2023 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                                     А.О. Атрасева

Судьи                                                                                                                    Е.А. Куклева

ФИО1