АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

06 марта 2025 года

Дело №

А56-117039/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Александровой Е.Н., судей Бычковой Е.Н., Троховой М.В., 

при участии ФИО1 (паспорт) и ее представителя ФИО2 (доверенность от 19.05.2022), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 27.10.2021), от общества с ограниченной ответственностью «Тароид» представителя ФИО5 (доверенность от 17.12.2024), 

рассмотрев 18.02.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.07.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.10.2024 по делу № А56-117039/2017/суб.1(размер),

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Северо-западная трубная компания», адрес: 190000, Санкт-Петербург, ул. Чехова, д. 14б, лит. А, пом. 6-Н, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее – ООО «СЗТК»), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ПрофСтройМеталл», адрес: 192012, Санкт-Петербург, пр. Обуховской Обороны, д. 112, корп. 2, лит. И, пом. 517, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее – ООО «ПрофСтройМеталл», Общество), несостоятельным (банкротом). 

Определением суда первой инстанции от 20.03.2018 заявление принято к производству. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.05.2018 ООО «ПрофСтройМеталл» признано несостоятельным (банкротом), в его отношении введено конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО6.

Определением суда от 12.08.2019 ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

Общество с ограниченной ответственностью «Тароид» (далее – ООО «Тароид»; кредитор) обратилось в суд с заявлением о привлечении ФИО8 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества (обособленный спор № А56-117039/2017/суб.).

Кроме того, в рамках обособленного спора № А56-117039/2017/суб.2 с заявлением о привлечении ФИО9 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества обратилось ООО «СЗТК».

Определением суда первой инстанции от 05.12.2019 указанные обособленные споры объединены в одно производство для их совместного рассмотрения с присвоением объединенному обособленному спору номера А56-117039/2017/суб.1.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.08.2020 ФИО3, Адлер С.И., ФИО1, ФИО8 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПрофСтройМеталл», рассмотрение заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2021, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 25.05.2021, определение суда первой инстанции от 10.08.2020 отменено в части привлечения Адлера С.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в указанной части в удовлетворении заявления отказано; в остальной части определение от 10.08.2020 оставлено без изменения.

Определением суда первой инстанции от 15.03.2023 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника; конкурсным управляющим утвержден ФИО10.

Конкурсный управляющий ФИО10 02.02.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о возобновлении производства по обособленному спору № А56-117039/2017/суб.1 и об определении размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Определением суда первой инстанции от 31.07.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. В порядке привлечения к субсидиарной ответственности солидарно с ФИО3, ФИО1 и ФИО8 в конкурсную массу ООО «ПрофСтройМеталл» взыскано 277 600 840,41 руб.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.10.2024 определение от 31.07.2024 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами двух инстанций норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 31.07.2024 и постановление от 29.10.2024 в части взыскания с нее в конкурсную массу Общества 277 600 840,41 руб.; принять по делу новый судебный акт об освобождении ФИО1 от субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По мнению подателя жалобы, суды, взыскав заявленную сумму солидарно, не учли, что основной причиной банкротства послужило неудовлетворение требований кредиторов, которые возникли у ООО «ПрофСтройМеталл» в период, когда им руководили Адлер С.И., ФИО11 и ФИО3 (основанием задолженности стали невозвращенные кредиты, которые были взяты в 2017 году), тогда как ФИО1 являлась руководителем Общества в течение одного месяца и 4 дней. Суды также не приняли во внимание, что уже после рассмотрения спора об установлении оснований субсидиарной ответственности определением суда первой инстанции от 27.12.2023 по обособленному спору № А56-117039/2017/уб(НР) установлено отсутствие у должника товаров в обороте на дату заключения Обществом договоров залога, соответственно, не имелось оснований полагать, что утрата имущества должника произошла в период руководства ФИО1

Как указывает податель жалобы, в отзыве конкурсный управляющий отметил, что причиной доведения Общества до банкротства явилось доказанное совершение контролирующими его лицами убыточных сделок, однако это основание привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) ФИО1 не вменялось. ФИО1 привлечена к субсидиарной ответственности только за непередачу документации должника, тогда как ФИО3 – за доведение ООО «ПрофСтройМеталл» до банкротства, однако размер субсидиарной ответственности между ними распределен судами непропорционально причиненному Обществу вреду. Документация, имеющаяся в распоряжении конкурсного управляющего, позволяла проводить процедуры банкротства и расчеты с кредиторами Общества, иное суды не установили. ФИО1 является единственным неаффилированным лицом по отношению к ФИО3, Адлеру С.И. и ФИО8

 Как пояснила ФИО1, приступив к работе и ознакомившись как руководитель Общества с выпиской по его расчетному счету, обнаружив, что получавшиеся от общества с ограниченной ответственностью «Банк «Оранжевый» (далее - ООО «Банк «Оранжевый») денежные средства переводились на счет организаций, имеющих признаки фирм-однодневок, она незамедлительно подала заявление об освобождении от обязанностей генерального директора. 

Суды также в нарушение положений статей 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не исследовали представленные в дело доказательства, подтверждающие аффилированность Общества и его кредиторов (ООО «Тароид» и ООО «Банк «Оранжевый»), а также факты, свидетельствующие о предоставлении названными кредиторами должнику денежных средств в период имущественного кризиса, что имеет признаки компенсационного финансирования. Между тем, не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. 

Кроме того, суды не учли, что конкурсный управляющий выплатил по мнимому договору 7 992 500 руб., указанная сумма выбыла из конкурсной массы Общества, что повлекло, как полагает ФИО1, увеличение размера ее субсидиарной ответственности.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий ООО «ПрофСтройМеталл» ФИО10, ФИО3 и ООО «Тароид» просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения, считая их законными и обоснованными.  

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 04.02.2025 (судьи Александрова Е.Н., Бычкова Е.Н., Трохова М.В.) рассмотрение кассационной жалобы ФИО1 отложено на 18.02.2025.

В судебном заседании ФИО1 и ее представитель поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представители ООО «Тароид» и ФИО3 возражали против ее удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не препятствует рассмотрению кассационной жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ООО «ПрофСтройМеталл» создано 18.01.2017 путем реорганизации в форме преобразования из ЗАО «Профстройметалл» (ИНН 

<

***>), которое было основано в 2009 году. Единственным участником ООО «ПрофСтройМеталл» является ФИО3 

С 10.07.2014 генеральным директором ЗАО «Профстройметалл» являлся Адлер С.И., после преобразования ЗАО «Профстройметалл» он же являлся  генеральным директором ООО «ПрофСтройМеталл» в период с 18.01.2017 по 02.10.2017. 

С 02.10.2017 по 07.11.2017 руководителем должника являлась ФИО1, с 07.11.2017 - ФИО8

Основания для привлечения ФИО3, ФИО1 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПрофСтройМеталл»  установлены определением суда первой инстанции от 10.08.2021, постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2021 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 25.05.2021 по спору № А56-117039/2017/суб.1.

Так, суды трех инстанций установили, что до 30.09.2017 Общество осуществляло деятельность по оптовой торговле металлопродукцией и по данным бухгалтерского учета по состоянию на 30.06.2017 имело активы на сумму 377 387 тыс. руб., включая основные средства, запасы, дебиторскую задолженность, денежные средства и иное имущество.

Вместе с тем информация о месте нахождения соответствующих активов должника отсутствует.

Согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности и результатах проведения конкурсного производства от 30.04.2019 в конкурсную массу включено имущество на сумму 139 066 руб.

В связи с непередачей документов выявить оставшуюся часть имущества и провести полную инвентаризацию невозможно.

При этом ФИО1, располагавшая документацией ООО «ПрофСтройМеталл», осуществлявшая фактическое управление должником и после формального прекращения исполнения полномочий директора Общества, имевшая доступ к его расчетным счетам и совершавшая сделки в пользу аффилированных лиц вплоть до признания Общества банкротом, не обеспечила передачу конкурсному управляющему бухгалтерской документации должника, тем самым создав существенные затруднения для проведения процедуры банкротства.

ФИО3, будучи единственным участником ООО «ПрофСтройМеталл», ввиду своего должностного положения имел доступ к финансовым документам и активам должника, принимал решения о назначении руководителей, следовательно, должен был действовать добросовестно в интересах должника и обеспечить сохранность документов и материальных ценностей.

В то же время ФИО3 назначил на должность генерального директора ФИО1, которая не передала документацию и активы общества конкурсному управляющему. Местонахождение документации и активов после прекращения договора аренды офисного помещения должника неизвестно и не раскрыто. Затем ФИО3 назначил на должность генерального директора ФИО8, который отвечает признакам «номинального», сведений об осуществлении им какой-либо хозяйственной деятельности не имеется. После назначения ФИО8 должник прекратил свою деятельность и вскоре признан банкротом. То есть на 02.10.2017 вся документация общества находилась в офисе, а впоследствии в результате действий/бездействия назначенных именно ФИО3 руководителей должник был доведен до банкротства, в том числе по причине совершения недействительных сделок в пользу аффилированных лиц (обособленные споры № А56-117039/2017/сд. 1 и сд.2).

На основании изложенного суды заключили, что действия, в том числе, ФИО1 повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов Общества, в связи с чем привлекли ее к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда первой инстанции от 31.07.2024 с ФИО3, ФИО1 и ФИО8, привлеченных к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, в солидарном порядке в пользу должника взыскано 277 600 840,41 руб.

Суд первой инстанции не установил оснований для снижения размера субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Кассационная инстанция, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, исходит из следующего.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 № 17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», если обжалуемая часть решения суда обусловлена другой его частью, которая не обжалуется заявителем, то эта часть решения также подлежит проверке судом. Данные разъяснения применимы и при толковании положений статьи 286 АПК РФ о пределах рассмотрения дела кассационным судом.

В рассматриваемом случае ФИО3, ФИО1 и ФИО8 привлечены к субсидиарной ответственности солидарно, размер этой ответственности определен судами одинаково для всех. 

Следовательно, суд кассационной инстанции не может проверить законность определения суда первой инстанции, постановления суда апелляционной инстанции лишь в части, относящейся к ФИО1, не затрагивая вопросы, касающиеся размера ответственности ФИО3 и ФИО8 В связи с этим обжалуемые судебные акты проверены судом округа в отношении всех ответчиков.

В соответствии с частью 1 статьи 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В рамках настоящего дела о банкротстве судебными актами по обособленному спору № А56-117039/2017/суб.1 удовлетворены заявления ООО «Тароид» и ООО «СЗТК» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. ФИО3, ФИО1 и ФИО8 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПрофСтройМеталл» по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве: ФИО3 как участник должника ввиду своего должностного положения принимал решения о назначении руководителей, имел доступ к финансовым документам и активам должника,  должен был действовать добросовестно в интересах должника и обеспечить сохранность документов и материальных ценностей, подтверждения чего в материалы дела не представлено, презумпция вины названного лица в доведении должника до банкротства не опровергнута; ФИО1 и ФИО8 - как руководители Общества, в чьи обязанности входили организация бухгалтерского учета, хранение документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника, а в случае утраты, недостаточности или повреждения документации - восстановление всех документов Общества. Невыполнение руководителями должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника расценено судом как недобросовестное поведение, направленное на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. 

В соответствии с пунктом 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), изложенный в резолютивной части определения о приостановлении производства по делу вывод суда о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является общеобязательным (статья 16 АПК РФ), что исключает повторную проверку этого вывода после возобновления производства по обособленному спору на основании абзаца первого пункта 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Доводы подателя жалобы об отсутствии оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности ввиду непередачи конкурсному управляющему документации должника, совершения недействительных сделок, подлежат отклонению как направленные на преодоление вступившего в законную силу судебного акта (обход закона).

Обжалуемыми судебными актами по обособленному спору № А56-117039/2017/суб.1(размер) размер субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО1 и ФИО8 определен одинаково для всех  ответчиков, денежные средства в сумме 277 600 840,41 руб. взысканы с них в солидарном порядке.

При этом суды отклонили доводы ФИО1 об отсутствии оснований для солидарного взыскания, а равно и об уменьшении размера субсидиарной ответственности исходя из периода осуществления ею фактического контроля над Обществом и размера причиненного вреда, сославшись на пункт 43 Постановления № 53 и невозможность пересмотра выводов, изложенных в судебных актах, которыми установлено наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Действительно, по общему правилу, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, субсидиарную ответственность за доведение должника до банкротства они несут солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Вместе с тем указанные положения закона находятся во взаимосвязи с иными нормами Закона о банкротстве, которые, в частности, предусматривают, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица (пункт 11 статьи 61.11).

Кроме того, положения статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются с учетом разъяснений, приведенных в Постановлении № 53. 

Так, в пункте 22 Постановления № 53 разъяснено, что в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их действия привели к такому банкротству, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). В этом случае суд распределяет между ними совокупный размер ответственности, исчисляемый по правилам абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, определяя долю, приходящуюся на каждое контролирующее лицо, пропорционально размеру причиненного им вреда. При невозможности определения размера причиненного вреда исходя из конкретных операций, совершенных под влиянием того или иного лица, размер доли, приходящейся на каждое контролирующее лицо, может быть определен пропорционально периодам осуществления ими фактического контроля над должником.

Таким образом, положения статьи 61.11 Закона о банкротстве во взаимосвязи с приведенными разъяснениями отвечают общим правилам привлечения к гражданско-правовой ответственности и предполагают оценку степени вины лица, привлекаемого к ответственности, в том числе при солидарном привлечении к ответственности нескольких лиц.

В данном случае в судебных актах, которыми установлено наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, выводы о совместных действиях ФИО3, ФИО1 и ФИО8 по доведению должника до банкротства отсутствуют; действовали ли названные лица раздельно и независимо друг от друга, суды также не установили; на солидарное привлечение к ответственности в определении от 10.08.2021, постановлении апелляционной инстанции от 20.02.2021 и постановлении суда округа от 25.05.2021 по спору № А56-117039/2017/суб.1 не указано.

Контролировавшие должника лица привлечены к субсидиарной ответственности по различным основаниям: ФИО3 принимал решения о назначении руководителей Общества с нарушением принципа добросовестности, в том числе, назначил на должность генерального директора должника ФИО8, отвечающего признакам номинального директора, а также не обеспечил сохранность документации и активов Общества (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве); ФИО1 во время и после осуществления полномочий генерального директора должника, имевшая доступ к финансово-хозяйственной деятельности Общества, не исполнила обязанность по передаче в полном объеме конкурсному управляющему документации должника (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При этом ФИО3 в ходе судебного разбирательства заявлял о том, что с момента назначения ФИО1 на должность генерального директора ООО «ПрофСтройМеталл» деятельность должника перешла под контроль ООО «Юридическая фирма «Тай-Соф» и ФИО1 В дальнейшем уже в ходе рассмотрения дела о банкротстве ему стало известно о недобросовестных действиях ООО «Юридическая фирма «Тай-Соф» и ФИО1 - совершении двух сделок по выводу денежных средств должника. ФИО3 указывал, что целью ФИО12, ФИО1 и ООО «Юридическая фирма «Тай-Соф» являлось не оказание услуг по договору от 14.09.2017, а незаконное завладение активами Общества.

Между тем, ФИО12 и ООО «Юридическая фирма «Тай-Соф» не признаны контролирующими должника лицами. 

ФИО1 же о своем взаимодействии с ФИО3 с момента назначения на должность генерального директора Общества также не сообщала.

Обстоятельства, которые бы свидетельствовали о том, что у всех контролирующих должника лиц в итоге имелся единый умысел, направленный на вывод активов, за счет которых могли быть погашены все требования кредиторов, в судебных актах, которыми установлено наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, не отражены. 

Соучастие названных лиц в любой форме в доведении должника до банкротства в упомянутых судебных актах не установлено.

Коль скоро соответствующие выводы не отражены в определении суда первой инстанции от 10.08.2021, постановлении апелляционного суда от 20.02.2021 и постановлении кассационной инстанции от 25.05.2021 по спору № А56-117039/2017/суб.1, то перечисленные выше обстоятельства, имеющие правовое значение в силу требований статьи 61.11 Закона о банкротстве и пункта 22 Постановления № 53, подлежали исследованию и оценке судами при определении размера субсидиарной ответственности ответчиков.

Основанием к уменьшению размера субсидиарной ответственности привлекаемых к ней лиц по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве могут служить, в частности, следующие обстоятельства:

- наличие имевших место помимо действий (бездействия) ответчиков обстоятельств, повлекших неплатежеспособность должника (абзац третий пункта 19 Постановления № 53);

- доказанная ответчиком явная несоразмерность причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов;

- проявление ответчиком деятельного раскаяния, например, погашение вреда в причиненном размере, способствование нахождению имущества должника или иных бенефициаров и т.д.

В данном случае суды двух инстанции указали, что материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих наличие оснований для снижения размера субсидиарной ответственности ФИО1

Вместе с тем ФИО1 в обоснование своих доводов о наличии оснований для уменьшения размера ее ответственности указывала, что исполняла обязанности руководителя Общества только в период с 02.10.2017 по 09.11.2017, то есть 1 месяц и 4 дня, тогда как задолженность перед кредиторами, требования которых в дальнейшем были включены в реестр в размере свыше 277 млн. руб., возникла до ее вступления в должность.

Данные доводы правовой оценки в обжалуемых судебных актах не получили.

Из реестра требований кредиторов ООО «ПрофСтройМеталл» по состоянию на 08.07.2024 следует, что, как минимум, требования кредиторов на сумму 31 168 068,49 руб. (по договору займа от 16.06.2017, договору цессии от 25.10.2017 № 25/10), и на сумму 37 520 874,65 руб. (по договору о залоге товаров в обороте от 27.06.2017 № 173500/074-3) возникли 02.08.2017 и 27.06.2017, то есть задолго до назначения ФИО1 руководителем Общества.

В отношении включенного в реестр требования на сумму 114 996 765,09 руб., возникшего из кредитных договоров от 01.02.2017, от 20.02.2017, от 03.05.2017г., от 14.06.2017, от 22.08.2017, от 30.08.2017, от 01.09.2017, от 12.09.2017, заключенных между Обществом и ООО «Банк «Оранжевый», и договоров цессии от 24.10.2017, в реестре хотя указана дата возникновения требования 19.04.2018, но из расчета, представленного ООО «Тароид» 03.10.2018 в материалы обособленного спора № А56-117039/2017/тр.8, видно, что задолженность в указанном размере была сформирована уже по состоянию на 24.10.2017 и в значительной части приходится на период до вступления ФИО1 в должность генерального директора ООО «ПрофСтройМеталл».

Аналогичная ситуация также усматривается и в отношении иных включенных в реестр требований.

Более того, наличие у должника по состоянию на ноябрь 2017 года значительных по размеру обязательств с истекшими сроками исполнения установлено в постановлении апелляционного суда от 20.10.2020 по обособленному спору № А56-117039/2017/сд.2, согласно которому судом включены в третью очередь реестра требования таких кредиторов как:

- ООО «Банк «Оранжевый» (переданные в порядке цессии ООО «Тароид») в размере 103 836 530,31 руб. основного долга по кредитным договорам 

<

***> от 01.02.2017, № 09/НКЛ-17 от 20.02.2017, № 32/ВКЛ-17 от 03.05.2017, № 44/НКЛ-17 от 14.06.2017, № 71/ВКЛ-17 от 22.08.2017, № 74/ВКЛ-17 от 30.08.2017, № 75/ВКЛ-17 от 01.09.2017, № 78/ВКЛ-17 от 12.09.2017 и начисленных процентов (определение суда от 23.04.2019 по делу № А56-117039/2017/тр.8);

- АО «Россельхозбанк» в размере 37 520 874,65 руб. основного долга по договору от 27.06.2017 № 173500/0074 об открытии кредитной линии с лимитом задолженности (определение суда от 16.08.2019 по делу № А56-117039/2017/тр.11);

- АО «Россельхозбанк» (переданные поручителю - некоммерческой организации «Фонд содействия кредитованию малого и среднего бизнеса, микрокредитная компания», исполнившему основное обязательство) в размере 34 476 248,15 руб. основного долга по договору от 27.06.2017  № 173500/0074 об открытии кредитной линии с лимитом задолженности и начисленных процентов (определение суда от 06.08.2019 по делу № А56-117039/2017/тр.10);

- ООО «Управляющая компания «ГарантФинКом» (переданные в порядке цессии ООО «Тароид») в размере 28 500 000 руб. основного долга по договору займа от 16.06.2017 и начисленных процентов (определение суда от 08.11.2018 по делу № А56-117039/2017/тр.6);

- ПАО БАНК «СИАБ» (переданные поручителю - некоммерческой организации «Фонд содействия кредитованию малого и среднего бизнеса, микрокредитная компания», исполнившему основное обязательство) в размере 15 526 986,30 руб. основного долга по кредитному договору от 07.02.2017 № 18-17 (определение суда от 20.02.2019 по делу № А56-117039/2017/тр.22);

- ПАО БАНК «СИАБ»  в размере 15 000 000 руб. основного долга по кредитному договору от 07.02.2017 № 18-17 и начисленных процентов (определение суда от 17.10.2019 по делу № А56-117039/2017/тр.2);

- МИФНС № 24 по Санкт-Петербургу в размере 11 159 218,31 руб.  задолженности по налогам и страховым взносам во внебюджетные фонды, в том числе по НДС за 1, 3 кварталы 2017 года и по страховым взносам на обязательное медицинское страхование в ФОМС с 01.01.2017 (определение суда от 11.10.2019 по делу № А56-117039/2017/тр.7);

- ООО «Завод фасонных изделий» в размере 12 957 777,90 руб.  основного долга по договорам поставки и подряда от 14.09.2016 (определение суда от 13.05.2019 № А56-117039/2017);

- ООО «СЗТК» в размере 5 462 391,10 руб.  основного долга по договору поставки от 31.07.2015.

Кроме того, как указал суд, у должника имелись неисполненные обязательства по выплате заработной платы перед работниками, подтвержденные судебными актами Невского районного суда города Санкт-Петербурга, а также задолженность по НДФЛ в общей сумме 2 551 255 руб., которая отнесена ко второй очереди реестра требований кредиторов.

Учитывая наличие у ООО «ПрофСтройМеталл» значительных просроченных обязательств перед множеством кредиторов, подачу в октябре 2017 года трех исковых заявлений о взыскании задолженности по обязательствам с наступившим сроком исполнения, апелляционный суд в постановлении от 20.10.2020 охарактеризовал положение должника на ноябрь 2017 года как имеющее все признаки имущественного кризиса. 

ФИО3 при рассмотрении спора в части оснований субсидиарной ответственности также пояснял, что он обратился в ООО «Юридическая фирма «Тай-Соф» в связи с поиском выхода для ООО «ПрофСтройМеталл» из кризисной ситуации. 

Таким образом, поскольку материалы дела свидетельствуют о том, что к моменту назначения ФИО1 руководителем должника у ООО «ПрофСтройМеталл» уже имелись неисполненные обязательства в общей сумме свыше 260 млн. руб., а на участие ФИО1 в деятельности должника в период до 02.10.2017 лица, участвующие в деле, не ссылались, суд кассационной инстанции полагает, что доводы подателя кассационной жалобы о несоразмерности причиненного ФИО1 вреда объему реестра требований кредиторов требуют исследования и оценки.

В такой ситуации выводы судебных инстанций о возложении на лицо, приступившее к исполнению обязанностей руководителя должника в преддверии банкротства и виновное в непередаче конкурсному управляющему документации, субсидиарной ответственности в объеме, равном размеру всех требований кредиторов, в значительной мере возникших до приобретения упомянутым лицом статуса контролирующего должника, требуют дополнительного обоснования.

Определяя сумму, подлежащую взысканию с контролировавших Общество лиц, суды исходили из представленной конкурсным управляющим информации (по состоянию на июль 2024 года) о совокупном размере требований кредиторов, включенных в реестр, и об общем объеме требований, учитываемых за реестром.

Судом в солидарном порядке с ответчиков в пользу должника взыскано 277 600 840,41 руб., из них: требования кредиторов третьей очереди реестра, не обеспеченных залогом, в размере 275 082 541,04 руб.; требования кредиторов третьей очереди реестра по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) в размере 2 176 210,43 руб.; требования, учитываемые за реестром требований кредиторов в размере 342 088,94 руб. 

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица (абзац второй пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Данные положения преследуют цели достижения определенности в вопросе о размере субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, а также обеспечения баланса имущественных интересов как привлекаемого к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, так и кредиторов должника, в том числе с учетом их статуса заинтересованного лица (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 20.07.2023 № 2037-О).

Согласно пункту 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020) (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020) при разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность.

Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты. Именно поэтому в том числе абзац третий пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам.

По утверждению подателя жалобы, в рассматриваемом случае ООО «Банк «Оранжевый» и его правопреемник по договорам цессии ООО «Тароид» являлись аффилированными с должником и ФИО3 лицами, выдача банком последних кредитов Обществу производилась в период наличия у должника имущественного кризиса, имеет признаки компенсационного финансирования, то есть указанные лица не имеют статуса независимых кредиторов, что лишает их возможности заявлять требование о привлечении к субсидиарной ответственности.

Доводы ФИО1 о необходимости исключения из размера субсидиарной ответственности обязательств перед заинтересованными лицами - ООО «Банк «Оранжевый» и ООО «Тароид» были отклонены судами первой и апелляционной инстанции со ссылкой на то, что ни при проверке наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, ни при установлении размера ответственности, не была доказана аффилированность ООО «Банк «Оранжевый» и ООО «Тароид», равно как и их причастность к управлению должником. Требования указанных кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника без понижения очередности, судебные акты в установленном порядке пересмотрены не были.

Иное обоснование своих выводов в этой части судебные инстанции не привели.

Из материалов дела следует, что требования ООО «Банк «Оранжевый» и ООО «Тароид» включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника. При рассмотрении судом заявлений названных кредиторов о включении их требований в реестр доводов о заинтересованности кредиторов и должника заявлено не было.

Как указывает податель жалобы, в настоящий момент третью очередь реестра включено требование ООО «Тароид» в размере 146 164 833,58 руб., основание задолженности – задолженность по кредитным договорам ООО «ПрофСтройМеталл» перед ООО «Банк Оранжевый», передана ООО «Тароид» по договорам цессии (определение суда от 23.04.2019 по делу № А56-1170039/2017/тр.8). По сведениям протокола собрания кредиторов должника от 06.07.2022 сума требований ООО «Тароид» составляет 146 164 833,58 руб., что составляет 53,135% от всех требований, включенных в реестр требований кредиторов. 

ООО «Банк Оранжевый» также является кредитором Общества с требованием в размере 490 049,52 руб., основание задолженности – задолженность по кредитному договору (определение суда от 24.12.2018 по делу № А56-1170039/2017/з1).

Между тем, судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении настоящего спора об определении размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц не учтено, что обстоятельства, свидетельствовующие о заинтересованности ООО «Банк Оранжевый» и ООО «Тароид» по отношению к должнику, установлены при рассмотрении иного обособленного спора (определение суда от 27.12.2023 по делу № А56-1170039/2017/уб(НР)), рассмотренного судом в данном деле о банкротстве ООО «ПрофСтройМеталл».

Так, в рамках спора № А56-1170039/2017/уб(НР) судом рассмотрено требование конкурсного управляющего Общества о взыскании солидарно с Адлера С.И., ФИО1, ФИО8, ООО «Охранное предприятие «Кировское охранное предприятие К.О.П.» убытков в пользу ООО «ПрофСтройМеталл» в размере 74 000 000,00 руб. в связи с утратой имущества должника - товаров в обороте, находившихся в залоге у АО «Россельхозбанк», а также у ООО «Банк Оранжевый». 

В ходе судебного разбирательством судом исследовался вопрос о том, были ли изначально переданы банку товары в обороте (ТМЦ) по договору залога, оцененные по балансовой стоимости в 74 000 000 руб., никак не идентифицированные ни по количеству, ни по наименованию, являвшиеся также предметом залога и по иным договорам, заключенным между ООО «ПрофСтройМеталл» и ООО «Банк Оранжевый» в период с 14.04.2017 по 01.09.2017.

По итогам рассмотрения данного обособленного спора во взыскании убытков отказано. При этом суд констатировал, что относимых и допустимых доказательств реального наличия у должника заложенного имущества на сумму 74 000 000 руб. на 17.06.2017, на 27.09.2017, на 02.10.2017, а равно и на даты заключения договоров залога ТМЦ (товаров в обороте), не представлено; не представлено доказательств реального наличия ТМЦ на указанную сумму и на даты назначения ответчиков на должность руководителя, а также доказательств надлежащего учета и проверки залогодателями после заключения договоров залога конкретных ТМЦ (товаров в обороте). 

Вместе с тем при рассмотрении настоящего спора ни судом первой, ни судом апелляционной инстанций не дана оценка такому нетипичному (нестандартному) поведению упомянутых выше кредиторов, нехарактерному для независимых участников хозяйственного оборота применительно к масштабам их деятельности, как предоставление должнику значительных денежных средств в отсутствие ликвидного обеспечения.

В рамках обособленного спора о взыскании убытков ФИО1 также приводила доводы о фактической аффилированности лиц, подписавших акт от 12.10.2017, в котором ООО «Банк Оранжевый» подтвердило наличие имущества в указанную дату. Так, ООО «Банк Оранжевый» в период с 01.02.2017 по 12.09.2017 заключило с Обществом кредитные договоры на сумму около 556 000 000 руб., при этом в качестве обеспечения Общество предоставило ООО «Банк Оранжевый» то же имущество, что было передано АО «Россельхозбанк», обеспечив при этом многомиллионный кредит лишь на 10 800 000 руб. Значительная часть полученных средств Обществом не возвращена, впоследствии ООО «Банк Оранжевый» переуступил право требования долга 114 900 000 руб. по договору цессии ООО «Тароид»; учредителем ООО «Банк Оранжевый» и ООО «Тароид» является ФИО13

Как указал суд в определении от 27.12.2023 по делу № А56-1170039/2017/уб(НР), данные доводы ответчика при новом рассмотрении спора документально не опровергнуты.

В рамках настоящего спора ФИО1 дополнительно пояснила, что ФИО3 являлся председателем правления ООО «Банк Оранжевый» в 2009 - 2010 годах. ООО «Банк Оранжевый» и ООО «Тароид» являются аффилированными лицами по отношению к должнику через учредителей ФИО13 и ФИО3

Принимая во внимание изложенное и поскольку учет требований заинтересованных (аффилированных) по отношению к должнику лиц в составе третьей очереди реестра не исключает аффилированность кредитора с должником и не преодолевает правовые последствия такой аффилированности (заинтересованности), установленные абзацем третьим пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, при рассмотрении настоящего спора у судов не имелось оснований ограничиваться ссылкой на то, что требования указанных кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника без понижения очередности.

Доводы ответчика об уменьшении размера субсидиарной ответственности с учетом того, что требования аффилированных с Обществом кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника, подлежали исследованию судом по существу.

Поскольку названные обстоятельства не были исследованы и учтены судами первой и апелляционной инстанции при проверке расчета размера субсидиарной ответственности ответчиков, следует признать, что выводы судов сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела и относящихся к предмету доказывания. 

С учетом изложенного обжалуемые определение и постановление не могут быть признаны законными и обоснованными.

В соответствии с частью 1 статьи 288 АПК РФ основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Ввиду принятия судебных актов по неполно исследованным обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения спора, определение от 31.07.2024 и постановление апелляционного суда от 29.10.2024 подлежат отмене, а дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, исключить из размера взыскиваемой суммы требования заинтересованных по отношению к ответчикам лиц, проверить расчет размера субсидиарной ответственности с учетом всех доводов лиц, участвующих в деле, после чего принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.07.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.10.2024 по делу № А56-117039/2017/суб.1(размер) отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение. 

Председательствующий

Е.Н. Александрова

Судьи

Е.Н. Бычкова

М.В. Трохова