ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

Дело № А62-3584/2019

20АП-5756/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12.09.2022 

Постановление изготовлено в полном объеме 14.09.2022

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Тимашковой Е.Н., судей Мордасова Е.В. и Стахановой В.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии представителей заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Эйвон Бьюти Продактс Компани» – ФИО2 (доверенность от 09.06.2022) и ФИО3 (доверенность от 01.11.2021), заинтересованного лица – Смоленской таможни – ФИО4 (доверенность от 25.05.2022 № 06-49/72), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Смоленской таможни на решение Арбитражного суда Смоленской области от 29.06.2022 по делу № А62-3584/2019, принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Эйвон Бьюти Продактс Компани» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) к Смоленской таможне (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) о признании незаконным решения и бездействия, 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Эйвон Бьюти Продактс Компани» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Смоленской таможне (далее – таможня), в котором просило: 

– признать незаконным решение, выраженное в письме от 23.01.2019 № 13-08/2153, об отказе в возврате таможенных платежей и об отказе во внесении изменений в декларации на товары № 10113100/030116/0000032, 10113100/030116/0000037, 10113100/080116/0000311, 10113100/080116/0000316, 10113100/110116/0000574, 10113100/140116/0000926, 10113100/140116/0001037, 10113100/170116/0001339, 10113100/180116/0001430, 10113100/190116/0001785, 10113100/210116/0002186, 10113100/210116/0002194, 10113100/220116/0002396, 10113080/130116/0000204, 10113080/160116/0000429, 10113080/180116/0000514, 10113100/030116/0000033, 10113100/030116/0000039, 10113100/080116/0000312, 10113100/110116/0000485, 10113100/110116/0000627, 10113100/140116/0000928, 10113100/150116/0001105, 10113100/170116/0001341, 10113100/180116/0001489, 10113100/200116/0001969, 10113100/210116/0002190, 10113100/220116/0002393, 10113100/220116/0002399, 10113080/130116/0000238, 10113080/160116/0000431, 10113100/030116/0000034, 10113100/030116/0000042, 10113100/080116/0000314, 10113100/110116/0000569, 10113100/120116/0000659, 10113100/140116/0001033, 10113100/150116/0001120, 10113100/170116/0001342, 10113100/180116/0001669, 10113100/200116/0002024, 10113100/210116/0002191, 10113100/220116/0002395, 10113100/220116/0002516, 10113080/150116/0000366, 10113080/160116/0000450, 10113080/180116/0000552, 10113080/180116/0000542, 10113080/210116/0000774 и 10113080/210116/0000806 (итого 50 ДТ); 

– признать незаконным бездействие таможни, длящееся с 29.01.2019 и выразившееся в непринятии решения о возврате таможенных платежей и о внесении изменений в декларации на товары № 10113100/170116/0001344, 10113100/240116/0002629, 10113100/240116/0002638, 10113100/240116/0002644, 10113100/250116/0002703, 10113100/250116/0002899, 10113100/250116/0002926, 10113100/260116/0003032, 10113100/270116/0003358, 10113100/270116/0003500, 10113100/250116/0003007, 10113100/280116/0003615, 10113100/290116/0003857, 10113100/310116/0004101, 10113100/310116/0004112, 10113100/090216/0005530, 10113100/110216/0006000, 10113100/140216/0006380. 10113100/160216/0006796, 10113100/180216/0007226, 10113100/180216/0007279, 10113100/190216/0007473, 10113100/190216/0007512, 10113100/200216/0007591, 10113100/170116/0001363, 10113100/240116/0002633, 10113100/240116/0002639, 10113100/240116/0002645, 10113100/250116/0002707, 10113100/250116/0002901, 10113100/250116/0002939, 10113100/260116/0003042, 10113100/270116/0003362, 10113100/270116/0003575, 10113100/280116/0003598, 10113100/290116/0003848, 10113100/290116/0003870, 10113100/310116/0004107, 10113100/310116/0004120, 10113100/100216/0005739, 10113100/120216/0006233, 10113100/150216/0006469, 10113100/160216/0006859, 10113100/180216/0007259, 10113100/190216/0007461, 10113100/190216/0007495, 10113100/200216/0007561, 10113100/200216/0007596, 10113100/170116/0001374, 10113100/240116/0002635, 10113100/240116/0002643, 10113100/240116/0002661, 10113100/250116/0002810, 10113100/250116/0002925, 10113100/250116/0002948, 10113100/260116/0003045, 10113100/270116/0003385, 10113100/270116/0003586, 10113100/280116/0003609, 10113100/290116/0003855, 10113100/290116/0003953, 10113100/310116/0004108, 10113100/030216/0004668, 10113100/110216/0005989, 10113100/140216/0006378, 10113100/150216/0006626, 10113100/170216/0007114, 10113100/180216/0007264, 10113100/190216/0007472, 10113100/190216/0007503, 10113100/200216/0007566, 10113100/200216/0007598, 10113100/200216/0007634, 10113100/240216/0007918, 10113100/240216/0008022, 10113100/290216/0008998, 10113100/290216/0009220, 10113080/230116/0000867, 10113080/270116/0001190, 10113080/290116/0001312, 10113080/020216/0001475, 10113080/150216/0002095, 10113080/160216/0002202, 10113080/170216/0002280, 10113080/230216/0002518, 10113100/210216/0007711, 10113100/240216/0007925, 10113100/240216/0008164, 10113100/290216/0008944, 10113100/290216/0009223, 10113080/230116/0000886, 10113080/280116/0001246, 10113080/310116/0001351, 10113080/020216/0001476, 10113080/150216/0002100, 10113080/170216/0002219, 10113080/180216/0002318, 10113100/220216/0007783, 10113100/240216/0008006, 10113100/250216/0008529, 10113100/290216/0009034, 10113100/290216/0008999, 10113080/270116/0001189, 10113080/280116/0001265, 10113080/310116/0001352, 10113080/100216/0001868, 10113080/150216/0002117, 10113080/170216/0002242 и 10113080/180216/0002325 (итого 109 ДТ); 

– обязать таможню устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества путем возврата излишне уплаченных таможенных платежей в сумме                     38 637 131 руб. 65 коп. по вышеуказанным 159 ДТ (с учетом уточнения).   

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 29.06.2022 заявление удовлетворено.

Не согласившись с судебным актом, таможня обратилась в апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новое решение. В обоснование своей позиции указывает на то, что судом неверно установлены фактические обстоятельства дела, неправильно применены нормы материального права. Указывает, что таможней в адрес общества направлены запросы от 29.03.2019 № 13-08/13120 и от 29.04.2019 о выяснении фактов, оказавших влияние на снижение размера лицензионных платежей, запрошенная информация представлена не была. Считает, что судом сделаны необоснованные выводы о правильности расчета ставки лицензионных платежей в размере 2 % в соответствии с методикой расчета лицензионных платежей, используемой при таможенном декларировании товаров. Обращает внимание на то, что таможней установлено несоответствие сумм лицензионных платежей, включенных в таможенную стоимость и фактически перечисленных правообладателю сумм лицензионных платежей, а именно сумма лицензионных платежей, включенных по ставке 6 %                                           (787 097 413 руб. 02 коп.), практически равна сумме лицензионных платежей, подлежащих оплате правообладателю по ставке 2 % (790 895 860 руб. 03 коп.), в связи с чем у таможни возникли сомнения в достоверности представленных обществом сведений о фактически уплаченных суммах лицензионных платежей. Полагает, что бездействие, выразившееся в невнесении изменений в сведения, заявленные в ДТ, отсутствует. 

От общества в суд апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором оно, считая принятое решение законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и изложенные в отзыве возражения, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в период с 03.01.2016 по 29.02.2016 обществом в регионе деятельности таможни осуществлено таможенное декларирование готовой косметической и некосметической продукции по следующим ДТ                                                        № 10113100/030116/0000032, 10113100/030116/0000034, 10113100/030116/0000042, 10113100/080116/0000314, 10113100/110116/0000569, 10113100/120116/0000659, 10113100/140116/0001033, 10113100/150116/0001120, 10113100/170116/0001342, 10113100/170116/0001374, 10113100/180116/0001669, 10113100/200116/0002024, 10113100/210116/0002191, 10113100/220116/0002395, 10113100/220116/0002516, 10113100/240116/0002635, 10113100/240116/0002643, 10113100/240116/0002661, 10113100/250116/0002810, 10113100/250116/0002925, 10113100/250116/0002948, 10113100/030116/0000037, 10113100/080116/0000311, 10113100/080116/0000316, 10113100/110116/0000574, 10113100/140116/0000926, 10113100/140116/0001037, 10113100/170116/0001339, 10113100/170116/0001344, 10113100/180116/0001430, 10113100/190116/0001785, 10113100/210116/0002186, 10113100/210116/0002194, 10113100/220116/0002396, 10113100/240116/0002629, 10113100/240116/0002638, 10113100/240116/0002644, 10113100/250116/0002703, 10113100/250116/0002899, 10113100/250116/0002926, 10113100/260116/0003032, 10113100/030116/0000033, 10113100/030116/0000039, 10113100/080116/0000312, 10113100/110116/0000485, 10113100/110116/0000627, 10113100/140116/0000928, 10113100/150116/0001105, 10113100/170116/0001341, 10113100/170116/0001363, 10113100/180116/0001489, 10113100/200116/0001969, 10113100/210116/0002190, 10113100/220116/0002393, 10113100/220116/0002399, 10113100/240116/0002633, 10113100/240116/0002639, 10113100/240116/0002645, 10113100/250116/0002707, 10113100/250116/0002901, 10113100/250116/0002939, 10113100/260116/0003042, 10113100/260116/0003045, 10113100/270116/0003385, 10113100/270116/0003586, 10113100/280116/0003609, 10113100/290116/0003855, 10113100/290116/0003953, 10113100/310116/0004108, 10113100/030216/0004668, 10113100/110216/0005989, 10113100/140216/0006378, 10113100/150216/0006626, 10113100/170216/0007114, 10113100/180216/0007264, 10113100/190216/0007472, 10113100/190216/0007503, 10113100/200216/0007566, 10113100/200216/0007598, 10113100/220216/0007783, 10113100/240216/0008006, 10113100/250216/0008529, 10113100/290216/0009034, 10113100/290216/0008999, 10113080/150116/0000366, 10113080/160116/0000450, 10113080/180116/0000552, 10113080/230116/0000867, 10113080/270116/0001190, 10113080/290116/0001312, 10113080/020216/0001475, 10113080/150216/0002095, 10113080/160216/0002202, 10113080/170216/0002280, 10113100/270116/0003358, 10113100/270116/0003500, 10113100/250116/0003007, 10113100/280116/0003615, 10113100/290116/0003857, 10113100/310116/0004101, 10113100/310116/0004112, 10113100/090216/0005530, 10113100/110216/0006000, 10113100/140216/0006380, 10113100/160216/0006796, 10113100/180216/0007226, 10113100/180216/0007279, 10113100/190216/0007473, 10113100/190216/0007512, 10113100/200216/0007591, 10113100/200216/0007634, 10113100/240216/0007918, 10113100/240216/0008022, 10113100/290216/0008998, 10113100/290216/0009220, 10113080/130116/0000204, 10113080/160116/0000429, 10113080/180116/0000514, 10113080/210116/0000774, 10113080/230116/0000886, 10113080/280116/0001246, 10113080/310116/0001351, 10113080/020216/0001476, 10113080/150216/0002100, 10113080/170216/0002219, 10113100/270116/0003362, 10113100/270116/0003575, 10113100/280116/0003598, 10113100/290116/0003848, 10113100/290116/0003870, 10113100/310116/0004107, 10113100/310116/0004120, 10113100/100216/0005739, 10113100/120216/0006233, 10113100/150216/0006469, 10113100/160216/0006859, 10113100/180216/0007259, 10113100/190216/0007461, 10113100/190216/0007495, 10113100/200216/0007561, 10113100/200216/0007596, 10113100/210216/0007711, 10113100/240216/0007925, 10113100/240216/0008164, 10113100/290216/0008944, 10113100/290216/0009223, 10113080/130116/0000238, 10113080/160116/0000431, 10113080/180116/0000542, 10113080/210116/0000806, 10113080/270116/0001189, 10113080/280116/0001265, 10113080/310116/0001352, 10113080/100216/0001868, 10113080/150216/0002117, 10113080/170216/0002242, 10113080/180216/0002325, 10113080/180216/0002318, 10113080/230216/0002518 (итого 159 ДТ) (далее – спорные ДТ).

Таможенная стоимость товаров была определена обществом с использованием метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

В соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 5 Соглашения между Правительством Республики Беларусь, Правительством Республики Казахстан и Правительством Российской Федерации от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза» в структуру таможенной стоимости задекларированных товаров были включены лицензионные платежи в размере 6 % ставки роялти, в соответствии с пунктом А статьи  III лицензионного соглашения от 09.07.2012, заключенного между «Эйвон Продактс Инк.» (Avon Products INC.) и обществом (регистрационный от 29.01.2013 № РД0117817).

Между обществом и иностранным правообладателем – Avon Products INC. 08.06.2016 заключено дополнительное соглашение № 2 к лицензионному соглашению от 09.07.2012, по условиям которого стороны договорились о снижении ставки роялти с 6 % до 2 %, выплачиваемых лицензиатом в пользу правообладателя по лицензионному соглашению. При этом стороны также договорились, что условия, зафиксированные в дополнительном соглашении от 08.06.2016 № 2, распространяют свое действие на отношения сторон, возникшие с 01.01.2016.

Стороны согласовали, что за использование товарных знаков правообладателя лицензиат, начиная с 01.01.2016, осуществляет платежи (роялти) в пользу правообладателя в размере 2 % от чистых продаж лицензиата.

Общество обратилось в Роспатент с заявлением от 26.07.2016 № 2016Д13404 о государственной регистрации изменений к лицензионному соглашению, согласованных сторонами в дополнительном соглашении от 08.06.2016 № 2. В процессе государственной регистрации Роспатентом были предъявлены требования об уточнении адреса иностранного правообладателя, в связи с чем общество и иностранный правообладатель оформили дополнительное соглашение  от 23.12.2016 № 2, содержащее уточненный адрес правообладателя, и направили его в Роспатент 01.02.2017 в дополнение к вышеуказанному первоначальному заявлению от 26.07.2016 № 2016Д13404. По результатам анализа представленных документов изменения в лицензионное соглашение, оформленные путем подписания двух дополнительных соглашений от 08.06.2016 № 2 и от 23.12.2016, были зарегистрированы Роспатентом 22.03.2017. Роспатент проинформировал общество о принятом решении путем направления письма Роспатента от 23.03.2017 № 2016Д13404 и уведомления от 23.03.2017 (с заключением).

Согласно позиции общества дополнительные соглашения  от 08.06.2016 № 2 и от 23.12.2016 вступили в законную силу для третьих лиц, в том числе для таможенных органов, с момента их государственной регистрации Роспатентом 22.03.2017 и распространяются на правоотношения сторон, начиная с 01.01.2016. В связи с этим до момента их государственной регистрации общество продолжало включать лицензионные платежи в таможенную стоимость ввозимых товаров, исходя из ставки лицензионных платежей в размере 6 %. Тем не менее лицензионные платежи были фактически рассчитаны и уплачены обществом исходя из ставки 2 % с учетом указанных выше дополнительных соглашений.

В связи с подписанием дополнительного соглашения, снижающего ставку лицензионного платежа с 6 % до 2 %, общество 20.12.2018 обратилось в  таможню с заявлением о внесении изменений в декларации на товары в части корректировки таможенной стоимости (№ 06-05/95)  и с заявлением о возврате (зачете) сумм излишне уплаченных таможенных пошлин, налогов.  

В соответствии с письмом таможни от 10.01.2019 № 12-25/383 заявление общества оставлено без рассмотрения и в качестве основания для непринятия решения о возврате таможенных платежей по заявлению общества таможня сослалась на то, что им не были представлены документы, подтверждающие факт излишней уплаты таможенных платежей. При этом из этого же письма следует, что обращение общества от 20.12.2018                       № 06-05/95 о внесении изменений в декларации на товары представлено обществом в таможню одновременно с заявлением о возврате, что подтверждается указанием в письме входящего номера данного обращения (от 27.12.2018 № 24980), и рассматривается таможенным органом в установленном законодательством порядке.

По результатам рассмотрения обращения общества о внесении изменений в декларации на товары таможня письмом от 23.01.2019 № 13-08/2153 отказала обществу во внесении изменений в 50 деклараций на товары из 159 спорных ДТ в связи с истечением трехлетнего срока и невозможностью проведения таможенного контроля., а также  проинформировала его, что ею инициирована проверка документов и сведений в отношении товаров, ввезенных обществом по остальным спорным таможенным декларациям (109 ДТ), в связи с чем вопрос о внесении изменений в декларации на товары будет рассмотрен таможенным органом только после завершения данной проверки.

На момент истечения установленного таможенным законодательством Союза и законодательством Российской Федерации о таможенном деле 30-дневного срока на принятие таможенным органом решения по обращению о внесении изменений, а также заявлению о возврате излишне уплаченных таможенных платежей, такие решения не были приняты таможенным органом.

Впоследствии по результатам проведенной проверки таможней был составлен акт проверки документов и сведений после выпуска товаров от 31.05.2019                                                         № 10113000/203/310519/А105, на основании которого в адрес общества таможней было направлено письмо от 03.06.2019 № 19-08/19174, которым обществу было фактически отказано во внесении изменений в остальные 109 ДТ.

Основанием для отказа во внесении изменений в указанные ДТ послужило истечение 3-годичного срока, установленного статьей 310 ТК ЕАЭС, по состоянию на дату направления указанного письма таможни, а также вывод о том, что представленные обществом документы не могут быть рассмотрены в качестве достаточного подтверждения фактически уплаченных лицензионных платежей и не могут быть рассмотрены в качестве достаточных для внесения изменений в ДТ.

Расценив, что решение таможни, изложенное в письме от 23.01.2019 № 13-08/2153 (по 50 ДТ), и отсутствие по истечении 30-дневного срока решения по остальным 109 ДТ означают фактический отказ во внесении изменений в 159 ДТ, общество обратилось в суд с заявлением. 

Рассматривая заявление и удовлетворяя его в полном объеме, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

 В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200, частью 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» ненормативный акт, решение и действие (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц могут быть признаны недействительными или незаконными при одновременном несоответствии закону и нарушении прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий: 1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов; 2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; 3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления; 4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

На основании  пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений завершается таможенным органом не позднее                                          30 календарных дней со дня представления запрошенных документов и (или) сведений.

В силу пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

При проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров) (пункт 1 статьи 313 ТК ЕАЭС).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза (пункт 2 этой же статьи).

Пунктом 1 статьи 4 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза» (далее – Соглашение) установлено, что таможенной стоимостью товаров, ввозимых на единую таможенную территорию таможенного союза, является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на единую таможенную территорию таможенного союза и дополненная в соответствии с положениями статьи 5 указанного Соглашения.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 39 ТК ЕАЭС (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1)) таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении ряда условий.

Ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Абзацем 2 пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 18) разъяснено, что принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 4 статьи 65 ТК ТС и пункта 3 статьи 2 Соглашения судам следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения, которой лежит на таможенном органе. 

Согласно части 2 статьи 67 ТК ЕАЭС возврат (зачет) сумм излишне уплаченных и (или) излишне взысканных таможенных пошлин, налогов осуществляется таможенным органом при условии внесения в установленном порядке изменений (дополнений) в сведения об исчисленных таможенных пошлинах, налогах, заявленные в декларации на товары, и при соблюдении иных условий для возврата (зачета) сумм излишне уплаченных и (или) излишне взысканных таможенных пошлин, налогов, устанавливаемых законодательством государства-члена, в котором произведены уплата и (или) взыскание таможенных пошлин, налогов.

В силу пунктов 3 и 4 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных ТК ЕАЭС и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары.

Действующим таможенным законодательством не установлено, что декларант может обратиться с заявлением на возврат излишне уплаченных таможенных платежей только после внесения изменений в декларацию на товары, т.е. после согласия таможенного органа на внесение таких изменений и регистрации им корректировки декларации на товары (КДТ).

Пунктом 2 статьи 67  ТК ЕАЭС предусмотрено, что возврат (зачет) сумм излишне уплаченных и (или) излишне взысканных таможенных платежей осуществляется таможенным органом при условии внесения в установленном порядке изменений (дополнений) в сведения об исчисленных таможенных пошлинах, налогах и сборах, заявленные в декларации на товары.

Из данной нормы следует, что внесение изменений в декларацию на товары является условием возврата сумм излишне уплаченных таможенных платежей, т. е. условием решения и действия, принимаемого и совершаемого таможенным органом, а не условием обращения декларанта с заявлением на возврат излишне уплаченных таможенных платежей.

Кроме того, согласно второму абзацу пункта 13 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, установленного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 (далее – Порядок, Решение № 289, соответственно), в случае если обращение содержит сведения, необходимые в соответствии с законодательством государства-члена для возврата (зачета) излишне уплаченных и (или) излишне взысканных таможенных, иных платежей, оно рассматривается в качестве заявления на возврат (зачет), если в соответствии с законодательством государства-члена возврат (зачет) излишне уплаченных и (или) излишне взысканных таможенных, иных платежей производится по заявлению плательщика.

С учетом сказанного суд первой инстанции справедливо посчитал, что поскольку правом Союза установлено, что обращение о внесении изменений в декларации на товары и заявление на возврат излишне уплаченных (взысканных) таможенных платежей могут быть поданы одновременно, то одновременно с заявлением о возврате (зачете) сумм излишне уплаченных таможенных пошлин, налогов от 20.12.2018 общество инициировало внесение изменений в декларации на товары путем направления в таможню обращения от 20.12.2018 № 06-05/95 о внесении изменений в декларации на товары и о корректировке таможенной стоимости после выпуска товаров. Данное обращение было подано с полным соблюдением требований Порядка, утвержденного Решением № 289.

Оба вышеуказанных документа поступили в адрес таможни одновременно, 27.12.2018.

Следовательно, общество в соответствии с пунктом 3 статьи 112 ТК ЕАЭС и Порядком внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, одновременно с подачей заявлений о возврате излишне уплаченных таможенных платежей представило в таможню обращения о внесении изменений в декларации на товары (ДТ) и оформленные КДТ, инициировав тем самым внесение изменений в ДТ, позволяющих квалифицировать таможенные платежи как излишне уплаченные. Указанные документы поданы обществом вместе с заявлением о возврате излишне уплаченных таможенных платежей.

При обращении с заявлением о возврате таможенных платежей от 20.12.2018 в таможню обществом были также представлены все остальные документы, подлежащие представлению для рассмотрения заявления о возврате таможенных платежей, предусмотренные статьями 147 и 122 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ                         «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (далее – Закон № 311-ФЗ).

Таким образом, обществом были полностью соблюдены требования статей 147 и 122 Федерального закона, а также пункта 29 постановление Пленума ВС РФ № 18, установленные для возврата таможенных платежей.

В связи с указанным суд первой  инстанции справедливо указал, что получив заявления о возврате и обращения о внесении изменений в ДТ, таможня имела возможность в течение 30 дней рассмотреть указанные обращения и в случае согласия внести истребованные изменения в ДТ, после чего принять решение о возврате излишне уплаченных платежей, что полностью соответствовало бы положениям пункта 2 статьи 67 ТК ЕАЭС. 

Между тем по результатам рассмотрения обращения общества о внесении изменений в декларации на товары таможня письмом от 23.01.2019 № 13-08/2153 отказала обществу во внесении изменений в 50 деклараций на товары из 159 спорных ДТ со ссылкой на пропуск трехлетнего срока и невозможностью ввиду этого проведения таможенного контроля, что противоречит положениям таможенного законодательства, поскольку указанный срок проведения таможенного контроля подлежит исчислению не на дату направления таможенным органом своего же письма от 23.01.2019 № 13-08/2153, а на дату регистрации обращения о внесении изменений в декларации на товары в таможенном органе.

Данный вывод подтверждается пунктом 18 Порядка, согласно которому таможенный орган отказывает во внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, в том числе, в случае, если обращение о внесении изменений поступило в таможенный орган после истечения срока, предусмотренного пунктом 7 статьи 310  ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 7 статьи 310 ТК ЕАЭС таможенный контроль проводится в период нахождения товаров под таможенным контролем, определяемый в соответствии со статьей 14 ТК ЕАЭС. На основании пункта 1 и подпункта 1 пункта 7 статьи 14 ТК ЕАЭС, ввозимые на таможенную территорию Союза, находятся под таможенным контролем с момента пересечения таможенной границы Союза и находятся под таможенным контролем до приобретения ими статуса товаров Союза.

Ввозимые товары приобретают статус товаров Союза с момента их выпуска таможенными органами в соответствии с таможенной процедурой выпуска для внутреннего потребления (пункт 2 статьи 134 ТК ЕАЭС).

Таким образом, таможенный контроль может проводиться в течение трех лет с даты выпуска товаров таможенными органами, а, значит, таможня вправе отказать во внесении изменений только в те декларации на товары, в отношении которых указанный срок истек на момент подачи обращения о внесении изменений в декларации на товары.

Поскольку выпуск товаров осуществляется таможенными органами после регистрации декларации на товары, то решение о выпуске по всем 50 декларациям было принято таможней после даты регистрации вышеперечисленных таможенных деклараций. При этом обращение от 20.12.2018 № 06-05/95 (от 27.12.2018 № 24980) о внесении изменений в соответствующие таможенные декларации поступило в таможню 27.12.2018, а первая из вышеперечисленных таможенных деклараций была зарегистрирована 03.01.2016.

Следовательно, на момент подачи обращения о внесении изменений в декларации на товары указанный 3-х летний срок не истек ни по одной из вышеперечисленных 50 ДТ. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу, что отказ таможни, выраженный в письме от 23.01.2019 № 13-08/2153 (по 50 ДТ), во внесении изменений в указанные декларации на товары по причине истечения срока является незаконным.

В данном письме также сообщено, что в отношении остальных 109 ДТ инициирована проверка документов и сведений.

В соответствии со вторым абзацем пункта 16 Порядка рассмотрение таможенным органом обращения и документов, предусмотренных абзацем первым пункта 12 настоящего Порядка, производится в соответствии с законодательством государства-члена в установленный законодательством этого государства-члена срок, который не может превышать 30 календарных дней со дня регистрации обращения и документов, предусмотренных абзацем первым пункта 12 настоящего Порядка, в таможенном органе.

Согласно части 4 статьи 108 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ                            «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 289-ФЗ) данный срок также составляет 30 календарных дней со дня регистрации обращения.

Пунктом 18 Порядка установлен перечень случаев, в которых таможенные органы вправе принять решение об отказе во внесении изменений в ДТ.

В силу пункта 19 Порядка в иных случаях таможенный орган разрешает внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ. 

При этом Порядок не предусматривает возможности проведения таможенного контроля с нарушением вышеуказанного 30-дневного срока применительно к рассматриваемой ситуации.

Таким образом, обращение общества о внесении изменений в декларации на товары, зарегистрированное таможней 27.12.2018, должно было быть ею рассмотрено не позднее 28.01.2019.

Однако в указанные сроки ни одно из указанных решений в отношении остальных 109 спорных ДТ таможней принято не было, а вместо этого письмом от 23.01.2019                             № 13-08/2153 таможня проинформировала общество о том, что ею инициирована проверка документов и сведений в отношении товаров, ввезенных обществом по данным 109 таможенным декларациям, в связи с чем вопрос о внесении изменений в декларации на товары будет рассмотрен таможенным органом только после завершения данной проверки.

С учетом сказанного суд первой инстанции правомерно посчитал, что, во-первых,  неисполнение таможней в установленный срок обязанности по рассмотрению заявлений общества по существу свидетельствует о том, что ею допущено незаконное бездействие, в результате которого нарушены права и законные интересы общества в сфере предпринимательской деятельности, во-вторых, письмо таможни от 23.01.2019                                 № 13-08/2153 не содержит ни решение о внесении изменений в ДТ, ни решение об отказе во внесении изменений в данные 109 ДТ, в связи с чем представляет собой лишь промежуточный ответ в отношении 109 спорных ДТ. По этой причине данное письмо лишь свидетельствует о том, что в сроки, установленные законом, предусмотренные законом решения о внесении изменений в ДТ или об отказе во внесении изменений в ДТ таможенным органом приняты не были.

Следовательно, таможней было допущено бездействие, выразившееся в непринятии в установленные сроки, то есть до 29.01.2019 решения о внесении изменений в декларации на товары в установленные законом сроки.

Впоследствии по результатам проведения проверки таможней был составлен акт проверки документов и сведений после выпуска товаров от 31.05.2019                                                  № 10113000/203/310519/А105, на основании которого в адрес общества было направлено письмо таможни от 03.06.2019 № 19-08/19174 об отказе во внесении изменений в остальные 109 ДТ, поскольку таможня пришла к выводу о том, представленные обществом документы в качестве доказательств уплаты роялти по ставки 2 % лицензиару отражают общие сведения, которые не представляется возможным идентифицировать и соотнести применительно к товарам, задекларированным по обжалуемым декларациям на товары.

Представленные обществом документы не могли быть рассмотрены в качестве достаточного подтверждения фактически уплаченных лицензионных платежей, которые относятся к товарам, задекларированным по вышеуказанным ДТ, и, соответственно, не могли быть рассмотрены в качестве достаточных для внесения изменений в ДТ.

В силу пунктов 1 и 4 статьи 68 Таможенного кодекса Таможенного союза, действовавшего в период ввоза товаров по спорным таможенным декларациям (далее – ТК ТС), решение о корректировке заявленной таможенной стоимости товаров принимается таможенным органом при осуществлении контроля таможенной стоимости как до, так и после выпуска товаров, если таможенным органом или декларантом обнаружено, что заявлены недостоверные сведения о таможенной стоимости товаров, в том числе неправильно выбран метод определения таможенной стоимости товаров и (или) определена таможенная стоимость товаров. Корректировка таможенной стоимости товаров и пересчет подлежащих уплате таможенных пошлин, налогов до и после выпуска товаров, а также срок их уплаты осуществляются в порядке и по формам, которые установлены решением Комиссии таможенного союза (преобразована в Евразийскую экономическую комиссию). 

Аналогично, пунктом 3 статьи 112 ТК ЕАЭС, применяемого в настоящее время, предусмотрено, что сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Евразийской экономической комиссией.

Согласно подпункту «а» пункта 11 Порядка  сведения, заявленные в декларации на товары, подлежат изменению (дополнению) после выпуска товаров по результатам таможенного контроля или иного вида контроля, осуществляемого таможенными органами в пределах своей компетенции в соответствии с законодательством государств-членов, проведенного таможенным органом, в том числе, в следующих случаях: в связи с обращением, в том числе, в случае выявления недостоверных сведений, влекущих за собой изменение размера исчисленных и (или) подлежащих уплате таможенных платежей, взимание которых возложено на таможенные органы; выявления несоответствия сведений, заявленных в ДТ, сведениям, содержащимся в документах, представленных при таможенном декларировании товаров, и (или), подлежащим указанию в ДТ.

Обществом был выявлен факт заявления недостоверных сведения о величине лицензионных платежей, подлежащих включению в таможенную стоимость товаров, поскольку фактическая уплата лицензионных платежей была осуществлена обществом по ставке 2 % от суммы чистых продаж, а не по ставке 6 %, на применении которой настаивает таможня.

Отражение в таможенной декларации таможенной стоимости, определенной с учетом 6 % ставки лицензионных платежей вместо 2 %, фактически примененной при уплате лицензионных платежей в адрес иностранного правообладателя, повлекло за собой несоответствие сведений, заявленных в таможенной декларации, сведениям, которые подлежали указанию в данной декларации.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции справедливо указал, что выявление указанного факта является законным основанием для внесения изменений и дополнений в декларации на товары на основании подпункта а) пункта 11 Порядка, утвержденного Решением № 289.

Согласно пункту 6 постановления Пленума ВС РФ № 18 лицо, декларирующее таможенную стоимость ввозимых товаров, обязано подтвердить соответствие заявленных им сведений действительности (достоверность), представив в таможенный орган количественно определяемую и документально подтвержденную информацию. Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом (далее – таможенный представитель) данных требований Кодекса и Соглашения судам следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Судом первой инстанции установлено, что факт уплаты лицензионных платежей по ставке 2 % подтверждается следующими доказательствами:

1) дополнительными соглашениями  от 08.06.2016 № 2 и от 23.12.2016;

2) письмом иностранного правообладателя Avon Products Inc., США от 24.05.2018 (с переводом на русский язык);

3) инвойсом иностранного правообладателя от 09.06.2016 № 2016-01 (с переводом на русский язык);

4) платежным поручением от 29.06.2016 № 960;

5) бухгалтерской справкой общества от 31.08.2018 № 12, содержащей сведения о распределении сумм лицензионных платежей по месяцам;

6) отчетами по сумме чистых продаж за январь и февраль 2016 года;

7) расчетами скидки за ноябрь 2015 года, декабрь 2015 года и январь 2016 года;

8) ведомостью к счету RU52-30-01 «Валют. сч. HSBC (USD)» по оплате роялти за период с 01.01.2016 по 31.01.2018;

9) регистром к счету RU44-966 «Роялти» по учету роялти за период                                  2016 – 2017 годы.

Факт уплаты лицензионных платежей в сумме, равной 2 % от чистых  продаж, также подтверждается ведомостью банковского контроля по лицензионному соглашению от 29.08.2018, где, в частности, в строке 36 Раздела II «Сведения о платежах» ведомости банковского контроля указаны суммы платежей в долларах США, уплаченных обществом 29.06.2016, которые соответствуют сумме, указанной в инвойсе правообладателя                                     от 09.06.2016 № 2016-01, и составляющей 2 % от суммы чистых продаж в период с 01.01.2016 по 31.05.2016.

Кроме того, в подразделе III.I «Сведения о подтверждающих документах» (к указанному периоду относится строка 53) указаны номер и дата соответствующего инвойса иностранного правообладателя с отражением перечисленных сумм лицензионных платежей в рублях и в долларах США за указанный период времени, которые полностью соответствуют суммам, указанным в инвойсе.

Как справедливо отметил суд первой инстанции, все вышеперечисленные документы были представлены обществом в таможню вместе с обращением о внесении изменений в декларации на товары. 

В тоже время таможня не представила доказательств, свидетельствующих о недостоверности указанных документов.

Согласно пункту 1 статьи 4 Соглашения об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза, заключенного 25.01.2008 и действовавшего в период регистрации рассматриваемых таможенных деклараций, таможенной стоимостью товаров, ввозимых на таможенную территорию Таможенного союза, является стоимость сделки с ними (Метод 1), то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Таможенного союза и дополненная в соответствии с положениями статьи 5 Соглашения, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

– установлены совместным решением органов таможенного союза;

– ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы;

– существенно не влияют на стоимость товаров;

2) продажа товаров или их цена не зависят от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 5 настоящего Соглашения могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 4 этого же Соглашения факт взаимосвязи между продавцом и покупателем сам по себе не должен являться основанием для признания стоимости сделки неприемлемой для целей определения таможенной стоимости товаров. В этом случае должны быть проанализированы сопутствующие продаже обстоятельства. Если указанная взаимосвязь не повлияла на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате, стоимость сделки должна быть признана приемлемой для целей определения таможенной стоимости товаров. В случае если продавец и покупатель являются взаимосвязанными лицами и при этом на основе информации, предоставленной декларантом (таможенным представителем) или полученной таможенным органом иным способом, таможенный орган обнаружит признаки того, что взаимосвязь продавца и покупателя повлияла на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате, то таможенный орган в письменной форме сообщает декларанту (таможенному представителю) об этих признаках. В этом случае таможенный орган принимает решение о проведении дополнительной проверки, в том числе с целью анализа сопутствующих продаже обстоятельств. Декларант (таможенный представитель) имеет право доказать отсутствие влияния взаимосвязи продавца и покупателя на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате.

В соответствии с пунктом 5 статьи 325 ТК ЕАЭС перечень документов и (или) сведений, в том числе письменных пояснений, запрашиваемых таможенным органом у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 и пунктом 1 статьи 326 ТК ЕАЭС при проведении контроля таможенной стоимости товаров, определяется с учетом выявленных признаков недостоверного определения таможенной стоимости ввозимых товаров, а также с учетом условий и обстоятельств сделки, физических характеристик, качества и репутации ввозимых товаров. При этом запрос документов и (или) сведений, в том числе письменных пояснений, должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в декларации на товары, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений, в том числе письменных пояснений.

Согласно пункту 5 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42 (далее – Положение, утвержденное Решением № 42), при проведении контроля таможенной стоимости товаров, в том числе после их выпуска, признаками недостоверного определения таможенной стоимости товаров являются, в частности, следующие обстоятельства: 

а) выявление несоответствия сведений, влияющих на таможенную стоимость ввозимых товаров и содержащихся в одном документе, иным сведениям, содержащимся в том же документе, а также сведениям, содержащимся в иных документах, в том числе в документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, сведениям, полученным из информационных систем таможенных органов, и (или) информационных систем государственных органов (организаций) государств-членов в рамках информационного взаимодействия таможенных органов и государственных органов (организаций) государств-членов, и (или) из других источников, имеющихся в распоряжении таможенного органа на момент проведения проверки, сведениям, полученным другими способами в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, входящими в право Союза, и (или) законодательством государств-членов;

б) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза;

в) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, определенной в соответствии с информацией о биржевых котировках, биржевых индексах, ценах аукционов, информацией из ценовых каталогов;

г) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой компонентов (в том числе сырьевых), из которых произведены (состоят) ввозимые товары; д) наличие взаимосвязи продавца и покупателя ввозимых товаров в сочетании с более низкой ценой ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, продажа и покупка которых осуществлялись независимыми продавцом и покупателем;

е) наличие оснований полагать, что структура таможенной стоимости ввозимых товаров не соблюдена (например, к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, не добавлены либо добавлены не в полном объеме лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров, расходы на страхование и т. п.).

Порядок, утвержденный Решением № 289, не предусматривает обязанности декларанта по доказыванию отсутствия влияния взаимосвязи на сумму лицензионных платежей для внесения изменений в декларации на товары.

Из вышеприведенных положений статьи 4 Соглашения также следует, что основанием для отказа в применении Метода 1, является выявление таможенным органом факта влияния взаимосвязи именно на цену ввозимых товаров, а не на сумму лицензионных платежей. 

Обосновывая свою позицию, таможня исходит из того, что представленные обществом документы отражают общие сведения, которые не представляется возможным идентифицировать и соотнести применительно к товарам, задекларированным по спорным ДТ.

Не соглашаясь с таким мнением таможни, суд первой инстанции обоснованно указал, что таможенная стоимость товаров, ввезенных по рассматриваемым таможенным декларациям, определена с применением Методики расчета сумм лицензионных платежей, которая подробно отражена в письмах общества от 15.12.2015 № 06-05/231, от 14.01.2016 № 06-05/257, от 15.02.2016 № 06-05/34 и от 14.07.2016 № 06-05/223.

Соответствующие расчеты отдельно по каждому из артикулов ввезенных товаров отражены в расчетах цены реализации товаров, ввозимых на территорию Российской Федерации и лицензионных платежей, относящихся к ввозимым товарам (далее – Расчеты), которые предоставлялись обществом таможне вместе с таможенными декларациями в разрезе каждого из артикулов, исходя из ставки лицензионных платежей в размере 6 %.

При направлении обращения о внесении изменений в декларации на товары вместе с данным обращением были представлены соответствующие Расчеты по каждому из артикулов, подготовленные с применением ставки лицензионных платежей, равной 2 %.

Причем сведения, отраженные в указанных Расчетах, были подтверждены документально, в том числе копиями инвойсов иностранного поставщика; копиями деклараций на товары; копиями корректировок деклараций на товары; копиями деклараций таможенной стоимости, поданными как на этапе таможенного декларирования, так и на этапе направления обращения о внесении изменений в декларации на товары; копиями каталогов (брошюр), устанавливающих цены на ввозимые товары, по которой такие товары продаются на внутреннем российском рынке; копиями ежемесячных Расчетов скидки; копиями ежемесячных отчетов по сумме чистых продаж, с учетом которых осуществляется расчет сумм лицензионных платежей и т. п.

В связи с этим суд первой инстанции справедливо отметил, что указанные Расчеты и документы не вызывали возражений у таможни ни на этапе таможенного декларирования рассматриваемых таможенных деклараций, ни после государственной регистрации дополнительных соглашений Роспатентом, когда общество стало включать в таможенную стоимость товаров, ввозимых по текущим поставкам, лицензионные платежи, рассчитанные исходя из ставки 2 %, что свидетельствует о согласии таможенного органа с упомянутой выше методикой расчета сумм лицензионных платежей в целом. 

При направлении обращения о внесении изменений в анализируемые ДТ данная методика осталась неизменной, изменилась лишь ставка лицензионных платежей с 6 % на 2 %.

Таким образом, на момент рассмотрения обращения у таможни имелись все документы и сведения по каждому из артикулов ввезенных товаров, необходимые для проверки правильности расчетов сумм подлежащих возврату таможенных платежей и для принятия решений о внесении изменений в декларации на товары, а также для возврата сумм излишне уплаченных таможенных платежей.

В подтверждение своей позиции общество настаивает на том, что реализация подавляющего большинства товаров (более 99 %) осуществляется им в адрес физических лиц на основании заказов-нарядов, в которых не отражаются сведения о номерах таможенных деклараций, что не опровергнуто таможней. 

Согласно пункту 1 статьи 34.2 НК России,  постановлению Правительства Российской Федерации от 26.12.2011 № 1137 и письму Минфина России, уполномоченного на предоставление письменных разъяснений по вопросам применения законодательства Российской Федерации о налогах и сборах, от 19.10.2015                                        № 03-07-09/59679 продажи товаров физическим лицам оформляются в виде книги продаж в течение определенного периода (день, месяц, квартал). Данные книги продаж оформляются по установленной форме, которая не предполагает отражения номеров таможенных деклараций в отношении реализованных товаров. Таким образом, при реализации вышеописанной модели бизнеса ведение партионного учета ввезенных товаров не предусмотрено действующим законодательством и является невозможным с практической точки зрения.

Общество представило в материалы дела Положение об учетной политике  для целей бухгалтерского учета, из которого не следует, что при ведении бухгалтерского учета общество соотносит суммы лицензионных платежей за использование товарных знаков и суммы уплаченных таможенных пошлин и сборов с конкретной партией ввезенных товаров. При ведении обществом бухгалтерского учета ввезенных товаров партионный учет не ведется.

Следовательно, позиция таможни о невозможности в рассматриваемом случае точно соотнести сумму лицензионных платежей с конкретной таможенной декларацией никак не указывают на неправомерность поведения самого декларанта или недостоверность представленных им сведений и документов, а правомерность позиции общества подтверждается тем, что с момента регистрации изменений Роспатентом оно стало включать в таможенную стоимость товаров, ввозимых по текущим поставкам, лицензионные платежи, рассчитанные исходя из ставки 2 % с использованием приведенной выше Методики расчета и с применением точно таких же подтверждающих документов, а таможня принимала заявленную таможенную стоимость, определенную с применением данной ставки.

Также общество ссылается на то, что таможней проведен целый ряд дополнительных проверок таможенной стоимости по более чем 20-ти разным декларациям на товары общества, оформленным после государственной регистрации дополнительных соглашений Роспатентом, когда общество стало включать в таможенную стоимость товаров, ввозимых по текущим поставкам, лицензионные платежи, рассчитанные исходя из ставки 2 % (например, № 10113110/280717/0096615, 10113110/070817/0101158, 10113110/210817/0108700 и 10113110/040917/0115551). Все проверки были завершены принятием таможней таможенной стоимости, определенной Обществом на этапе таможенного декларирования, а также решениями о выпуске товаров, что свидетельствует о достоверности и полноте заявленных сведений о ввезённых товарах, заявленной таможенной стоимости ввезенных товаров и возможности применения указанной Методики. Каких-либо решений о невозможности применения метода определения таможенной стоимости по цене сделки с ввозимыми товарами либо Методики таможня не принимала.

Дополнительное соглашение от 08.06.2016 № 2 распространяется на правоотношения сторон, возникшие в период с 01.01.2016. Лицензионные платежи были уплачены обществом сразу после согласования с иностранным правообладателем изменения ставки лицензионных платежей. 

Следовательно, взаимоотношения сторон по оплате лицензионных платежей полностью урегулированы сторонами путем заключения данного дополнительного соглашения.

До момента заключения указанного дополнительного соглашения от 08.06.2016                         № 2 общество продолжало рассчитывать сумму лицензионных платежей по ставке 6 %, предусмотренной лицензионным соглашением.

Однако сразу после заключения дополнительного соглашения сумма лицензионных платежей была пересчитана и фактически уплачена именно по ставке 2 %.

В соответствии со статьей 433 ГК РФ дополнительные соглашения вступили в силу для третьих лиц, включая таможню, только с момента их государственной регистрации 22.03.2017. Заявление ставки в размере 2 % до этого момента могло быть расценено таможней как заявление недостоверных сведений о таможенной стоимости ввозимых товаров и могло повлечь административную ответственность общества по части 2 статьи 16.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которая предусматривает наказание в виде административного штрафа в размере от одной второй до двукратной суммы подлежащих уплате таможенных пошлин, налогов с конфискацией товаров, явившихся предметами административного правонарушения, или без таковой либо конфискацию товаров.

В связи с этим общество продолжало заявлять сведения о сумме лицензионных платежей, рассчитанных по ставке 6 %, вплоть до регистрации дополнительных соглашений Роспатентом, с целью соблюдения действующего гражданского законодательства и исключения риска привлечения общества к указанной административной ответственности.

В такой ситуации, на что правомерно обратил внимание суд первой инстанции, общество вправе было ожидать, что включению в таможенную стоимость подлежат только суммы лицензионных платежей, которые были фактически уплачены обществом, и размер которых был подтвержден обществом документально. Непринятие таможней мер к возврату сумм излишне уплаченных таможенных платежей, образовавшихся вследствие включения в таможенную стоимость сумм лицензионных платежей в большем размере, чем был фактически уплачен обществом, и в котором у него отсутствовала обязанность по уплате лицензионных платежей, может свидетельствовать о недобросовестном подходе таможенного органа к исполнению своих обязанностей.

Отказ таможни учесть экономически обоснованные расходы общества по уплате лицензионных платежей по документально подтвержденной ставке лицензионных платежей в размере 2 % от суммы чистых продаж, а не 6 %, как настаивает  таможня, по формальному признаку ведет к искажению реального размера обязательств общества по уплате таможенных платежей в соответствии с действительным экономическим смыслом хозяйственных операций общества.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу, что общество имело все основания полагать, что таможня, выполняя свои обязанности публично-правового характера, не сможет произвольно отказаться от их реализации и добросовестно подойдет к соблюдению порядка возврата сумм излишне уплаченных таможенных платежей и внесению изменений в декларации на товары.

Следовательно, включению в таможенную стоимость ввозимых товаров подлежат лицензионные платежи только в том размере, в котором покупатель их фактически произвел или должен произвести. Из представленных документов видно, что сумма лицензионных платежей была рассчитана и фактически уплачена обществом исходя из ставки лицензионных платежей в размере 2 % чистых продаж, а не исходя из ставки 6 %. 

С учетом изложенного суд первой инстанции по праву посчитал, что у таможни отсутствовали законные основания для отказа обществу в возврате излишне уплаченных таможенных платежей.

В апелляционной жалобе таможня, ссылаясь на положения части 2 статьи 157.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), считает, что общество было обязано согласовать с таможенным органом заключение дополнительного соглашения № 2, предусматривающего снижение ставки лицензионных платежей с 6 % до 2 %.

В соответствии с частью 2 статьи 157.1 ГК РФ если на совершение сделки в силу закона требуется согласие третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, о своем согласии или об отказе в нем третье лицо или соответствующий орган сообщает лицу, запросившему согласие, либо иному заинтересованному лицу в разумный срок после получения обращения лица, запросившего согласие.

Из вышеприведенной нормы следует, что сама по себе она не устанавливает перечень случаев, в которых на заключение сделки требуется согласие, в частности, государственного органа, и применяется только тогда, когда требование о получении согласия государственного органа на заключение сделки прямо установлено другим законом.

Однако в апелляционной жалобе таможня не указывает какой-либо закон, которым было бы установлено требование о получении согласия таможенного органа на заключение дополнительного соглашения к лицензионному договору. 

Это обусловлено тем, что ни право Союза, ни гражданское, ни таможенное законодательство Российской Федерации не предусматривают обязанности импортера по согласованию лицензионного договора либо вносимых в него изменений с таможенными органами. 

В этой связи таможня не могла быть лишена права на выражение отказа на заключение дополнительного соглашения, поскольку законом ей такое право не предоставлено.

Таким образом, позиция таможни основана на неправильном толковании положений статьи 157.1 ГК РФ. 

Также, по мнению таможни, изложенному в апелляционной жалобе,  обязательность для таможенных органов применения дополнительного соглашения в части включения в таможенную стоимость лицензионных платежей в размере 2 % возникла только в отношении товаров, таможенное декларирование которых производилось, начиная с 22.03.2017 – с даты его регистрации в Роспатенте, в связи с чем   таможня считает, что положения дополнительного соглашения, распространяющие его действие на правоотношения сторон, возникшие с 01.01.2016, не должны ею учитываться.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 433 ГК РФ договор, подлежащий государственной регистрации, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

При этом согласно пункту 2 статьи 425 ГК РФ стороны вправе установить, что условия заключенного ими договора применяются к их отношениям, возникшим до заключения договора, если иное не установлено законом или не вытекает из существа соответствующих отношений.

Соответственно, положения пункта 2 дополнительного соглашения, распространяющие его действие на правоотношения сторон, возникшие с 01.01.2016, после государственной регистрации дополнительного соглашения имеют такую же юридическую силу для третьих лиц, в том числе для таможенных органов, как и остальные его положения.

Именно на основании данного пункта 2 дополнительного соглашения после его государственной регистрации лицензионные платежи были рассчитаны и фактически уплачены обществом в отношении товаров, заявленных в ДТ в период с 01.01.2016 по 22.03.2017 также исходя из ставки 2 %, а не 6 %. 

Данный факт в полном объеме подтвержден обществом необходимыми документами.

Настаивая на своем мнении со ссылкой на пункт 3 статьи 433 ГК РФ, таможня не учитывает пункт 2 статьи 425 ГК РФ и положения пунктов 2 и 3 статьи 2, подпункта 7 пункта 1 и пункта 3 статьи 5 Соглашения об определении таможенной стоимости.

Кроме этого таможня в апелляционной жалобе, ссылаясь на условия договора, что «...платежи по лицензионному соглашению должны совершаться в долларах США не позднее 30 (тридцати) дней после последнего дня каждого календарного месяца или его части, в отношении которых были начислены соответствующие выплаты...», указывает, что иные сроки исполнения лицензионного соглашения сторонами не согласовывались, но согласно ведомости банковского контроля в период с 19.12.2015 по 28.06.2016, с 20.07.2016 по 25.05.2017 платежи не осуществлялись.

Однако апелляционный суд считает, что данный факт не свидетельствует о том, что лицензионные платежи были уплачены обществом исходя из 6 %.

Пояснения общества по данному вопросу изложены в пункте 11 его возражений  от 26.08.2019 на отзыв таможни от 25.06.2019 № 04-21/21147, а до этого была доведена до ее сведения письмами от 30.04.2019 № 06-05/29 и от 28.05.2019 № 06-05/116.  

Так, с учетом ухудшения финансовых показателей в первой половине 2016 года общество инициировало проведение переговоров с иностранным правообладателем, направленных на снижение ставки лицензионных платежей с 6 % до 2 %. В период проведения переговоров оплата лицензионных платежей обществом в адрес иностранного правообладателя не осуществлялась. По результатам проведенных переговоров сторонами было подписано дополнительное соглашение от 08.06.2016 № 2 к лицензионному договору, которое предусматривает снижение ставки лицензионного платежа. Данное дополнительное соглашение распространяется на правоотношения сторон, возникшие в период с 01.01.2016. Лицензионные платежи были уплачены обществом сразу после согласования с иностранным правообладателем изменения ставки лицензионных платежей. Следовательно, взаимоотношения сторон по оплате лицензионных платежей полностью урегулированы сторонами путем заключения данного дополнительного соглашения.

Следует также отметить, что до момента заключения указанного дополнительного соглашения от 08.06.2016 № 2 общество продолжало рассчитывать сумму лицензионных платежей по ставке 6 %, предусмотренной лицензионным соглашением. Однако сразу после заключения дополнительного соглашения сумма лицензионных платежей была перерассчитана и фактически уплачена именно по ставке 2 %.

Финансовые показатели общества также не позволяли регулярно выплачивать лицензионные платежи во второй половине 2016 года. Тем не менее, сразу после возникновения такой возможности лицензионные платежи по ставке 2 % были уплачены обществом иностранному правообладателю в полном объеме.

Также таможня в апелляционной жалобе  указывает, что в целях подтверждения цены реализации товаров, на основании которой были рассчитаны лицензионные платежи, у общества запрашивались бухгалтерские документы, отражающие сумму лицензионных платежей по каждому артикулу, задекларированному в анализируемых ДТ. Бухгалтерские документы, позволяющие идентифицировать лицензионные платежи по конкретному артикулу в определенной ДТ, таможне обществом не представлены.

В то же время лицензионное соглашение не предусматривает обязанность общества по составлению бухгалтерских документов по расчету сумм лицензионных платежей применительно к каждому артикулу ввозимых товаров. Соответственно, данные бухгалтерские документы не составлялись и не могли быть предоставлены по запросу таможенного органа в силу их отсутствия.

Однако  применяемая обществом Методика предусматривает расчет лицензионных платежей, включенных в таможенную стоимость каждого из ввезенных товаров, индивидуально для каждого из артикулов ввезенных товаров и не может включать в себя какие-либо иные поставки.  

Из материалов дела усматривается, что сумма лицензионных платежей рассчитывалась обществом и включалась в таможенную стоимость ввозимых товаров для каждого артикула индивидуально. При подаче обращений о внесении изменений аналогичный комплект документов был представлен обществом в таможню в разрезе каждого из ввезенных артикулов. 

В связи с этим доводы таможни об отсутствии у него документов, позволяющих точно соотнести сумму лицензионных платежей с конкретными артикулами ввозимых товаров, являются необоснованными.

В апелляционной жалобе таможня указывает, что общество поясняло, что не ведет «партионный учет», однако в представленных в суд счетах-фактурах имеется привязка к номеру ДТ и товару, что подтверждает ведение бухгалтерского учета в привязке к конкретной товарной партии.

В связи с этим апелляционный суд обращает внимание на то, что реализация подавляющего большинства товаров (более 99 %) осуществляется обществом в адрес физических лиц.

С учетом положений пунктов 1, 2 и 3 статьи 169 и пункта 1 статьи 143 Налогового кодекса Российской Федерации (далее — НК России) физические лица не являются налогоплательщиками НДС, в связи с чем счета-фактуры при продаже физическим лицам не оформляются.

В письме Минфина России от 19.10.2015 № 03-07-09/59679, уполномоченного давать письменные разъяснения налоговым органам на основании пункта 1 статьи 34.2 НК России, указано, что согласно пункту 3 статьи 168 НК России физические лица не являются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость и этот налог к вычету не принимают, в случае реализации физическим лицам товаров (работ, услуг) составляется бухгалтерская справка-расчет или сводный документ, содержащие суммарные (сводные) данные по указанным операциям, совершенным в течение определенного периода (день, месяц, квартал). Пунктом 1 Правил ведения книги продаж, применяемой при расчетах по налогу на добавленную стоимость, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 26.12.2011 № 1137, установлено, что продавцы ведут книгу продаж, применяемую при расчетах по налогу на добавленную стоимость, на бумажном носителе либо в электронном виде, предназначенную для регистрации счетов-фактур (контрольных лент контрольно-кассовой техники, бланков строгой отчетности при реализации товаров, выполнении работ, оказании услуг населению). С учетом изложенного в указанном случае в книге продаж следует регистрировать вышеуказанную бухгалтерскую справку-расчет или сводный документ.

Таким образом, объемы соответствующих продаж в адрес физических лиц отражены в ежеквартальных выписках из книги продаж общества за 2016 и 2017 годы и не привязаны к конкретным декларациям на товары.

Общество также осуществляло реализацию товаров в адрес нескольких юридических лиц, являющихся оптовыми покупателями. Действительно, в рамках данных поставок были оформлены счета-фактуры. Однако продажи товаров в адрес таких юридических лиц в течение указанного периода времени составили около 0,05 % от общей суммы продаж.

Кроме того, Обществом в материалы дела представлено Положение об учетной политике общества для целей бухгалтерского учета, из которого следует, что при ведении бухгалтерского учета оно не соотносит суммы лицензионных платежей за использование товарных знаков и суммы уплаченных таможенных пошлин и сборов с конкретной партией ввезенных товаров. При ведении обществом бухгалтерского учета ввезенных товаров партионный учет не ведется.

При таких обстоятельствах какие-либо противоречия в доводах общества о том, что оно не ведет партионный учет, отсутствуют, а выводы таможни об обратном не основаны на фактических обстоятельствах спора.

В апелляционной жалобе таможней указано, что в адрес «AVON PRODUCTS INC.» (США) направлен запрос от 29.03.2019 № 13-08/13120 о выяснении фактов, оказавших влияние на снижение размера лицензионных платежей, а именно, установлено ли снижение лицензионных платежей только для ООО «ЭЙВОН БЬЮТИ ПРОДАКТС КОМПАНИ» (Россия) и (или) для других потребителей в Российской Федерации (других странах). Однако ответ на указанный запрос не предоставлен.

В отношении данного довода следует отметить, что пунктом 5 статьи 331 ТК ЕАЭС  установлен исчерпывающий перечень лиц, у которых может быть проведена таможенная проверка, к числу которых относятся:

1)         декларант;

2)         перевозчик;

3)         лицо, осуществляющее временное хранение товаров в местах, не являющихся складом временного хранения;

4)         лицо, осуществляющее деятельность в сфере таможенного дела;

5)         лицо, обладающее полномочиями в отношении товаров после их выпуска;

6)         уполномоченный экономический оператор;

7)         лицо, напрямую или косвенно участвовавшее в сделках с товарами, помещенными под таможенную процедуру;

8)         лицо, в отношении которого имеется информация, свидетельствующая о том, что в его владении и (или) пользовании находятся (находились) товары в нарушение международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования, законодательства государств-членов, в том числе товары, незаконно перемещенные через таможенную границу Союза.

Вместе с тем AVON PRODUCTS INC. (США) является иностранным правообладателем товарных знаков и не относится ни к одной из вышеперечисленных категорий проверяемых лиц.

Кроме того, порядок направления таможенными органами международных запросов установлен Соглашением между Правительством Российской Федерации и Правительством Соединенных Штатов Америки о сотрудничестве и взаимной помощи в таможенных делах, заключенным 28.09.1994 в г. Вашингтоне. Данный порядок предусматривает направление международных запросов в адрес американских организаций исключительно через Федеральную таможенную службу (ФТС России) и таможенные органы США.

Однако в рассматриваемой ситуации таможня направила запрос напрямую в адрес иностранного правообладателя.

С учетом изложенного следует признать, что данный запрос направлен с нарушением положений международного соглашения Российской Федерации, а также с превышением предоставленных таможенному органу полномочий. По этой причине отсутствие ответа со стороны иностранного правообладателя не может послужить причиной для отказа обществу во внесении изменений в декларации на товары.

Кроме того, общество также не может нести ответственность за действия иностранного правообладателя.

В апелляционной жалобе таможня также ссылается на то, что  по результатам проведенного анализа включения обществом в декларации на товары лицензионных платежей установлено, что общая сумма лицензионных платежей, включенная в таможенную стоимость по ставке 6 %, составила 787 097 413 руб. 02 коп., тогда как исходя из счетов, представленных обществом, фактическая сумма, перечисленная правообладателю, составила 790 895 860 руб. 03 коп., что свидетельствует о    несоответствии сумм лицензионных платежей, включенных в таможенную стоимость и фактически перечисленных правообладателю сумм лицензионных платежей, а именно, сумма лицензионных платежей, включенных по ставке 6 % (787 097 413 руб. 02 коп.), практически равна сумме лицензионных платежей, подлежащих оплате правообладателю по ставке 2 % (790 895 860 руб. 03 коп.). При таких обстоятельствах у таможни возникли сомнения в достоверности представленных обществом сведений о фактически уплаченных суммах лицензионных платежей.

Однако данный  довод не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с подпунктами (I) и (V) пункта Б статьи II лицензионного соглашения оно распространяется не только на ввозимую продукцию, но и на продукцию, произведенную обществом в России. При этом в силу пункта Ж статьи III указанного лицензионного соглашения общество обязано вести точный и полный учет производства и реализации товаров в соответствии с надлежащими установленными принципами бухгалтерского учета.

С учетом этого в течение периода с 03.01.2016 по 06.04.2017 обществом уплачивались лицензионные платежи в адрес иностранного правообладателя не только в отношении ввезенных товаров, но и в отношении в отношении продукции, произведенной обществом на территории России. Сумма данных лицензионных платежей входит в сумму лицензионных платежей, фактически уплаченных обществом в адрес иностранного правообладателя и исчисленных по ставке 2 %, и составляет 352 355 810 руб., что подтверждается бухгалтерской справкой общества от 19.07.2019.

Иными словами из 790 895 860 руб. 03 коп. лицензионных платежей, фактически уплаченных обществом в адрес иностранного правообладателя по ставке 2 %, около 44 % приходится на товары, произведенные обществом на территории Российской Федерации. Между тем сумма лицензионных платежей в отношении таких товаров не подлежит включению в таможенную стоимость ввозимых товаров.

Соответственно, из общей суммы лицензионных платежей, уплаченных обществом в адрес иностранного правообладателя, только 438 540 050 руб. 03 коп. относятся к ввезенным товарам. По этой причине при сравнении суммы лицензионных платежей, фактически уплаченных в адрес иностранного правообладателя, с суммой лицензионных платежей, включенных обществом в таможенную стоимость ввозимых товаров, необходимо применять сумму 438 540 050 руб. 03 коп., а не 790 895 860 руб. 03 коп., указанную в жалобе. 

Таким образом, ссылки таможни на сумму 790 895 860 руб. 03 коп. в апелляционной жалобе являются неправомерными, поскольку данная сумма включает в себя, в том числе лицензионные платежи, относящиеся к товарам, произведенным в России и не подлежащие включению в таможенную стоимость ввезенных товаров.

Кроме того, указанная в апелляционной жалобе сумма лицензионных платежей в размере 787 097 413 руб. 02 коп., фактически включенных в таможенную стоимость ввозимых товаров исходя из ставки 6 %, была рассчитана таможенным органом только исходя из сведений о сумме лицензионных платежей, включенных в таможенную стоимость товаров, оформленных в регионе деятельности таможни. При этом данная сумма охватывает только те таможенные декларации, по которым общество обращалось в таможню с заявлениями о возврате.

Между тем таможенное декларирование ввозимых товаров также осуществлялось обществом в Московской, Московской областной и Центральной акцизной таможнях. При этом общество включало лицензионные платежи в таможенную стоимость товаров, ввезенных в регионе деятельности всех вышеперечисленных таможенных органов. При таможенном декларировании обществом используются услуги таможенных представителей (таможенных брокеров) ООО «Профиль-Евро» и ООО «Импортпродукт».

К тому же общество не обращалось в таможню с заявлением о возврате сумм излишне уплаченных таможенных платежей в отношении ввезенной в регионе деятельности таможни печатной продукции ввиду большого количества таких товаров, значительного объема административной работы, требующейся для подготовки заявлений о возврате таможенных платежей и незначительности суммы таможенных платежей, которые могут быть возвращены в отношении таких товаров. Однако в таможенную стоимость данных товаров общество также включало лицензионные платежи. Несмотря на это суммы соответствующих лицензионных платежей не были учтены  таможней при подготовке акта проверки. Обратного таможней не доказано.

В связи с этим общество запросило таможенных брокеров предоставить информацию о суммах лицензионных платежей, включенных в таможенную стоимость ввезенных товаров. Согласно предоставленной ими информации общая сумма лицензионных платежей, включенных обществом в таможенную стоимость товаров, ввезенных в период с 03.01.2016 по 06.04.2017, составила 1 603 595 450 руб. 33 коп.

Факт включения обществом вышеуказанных сумм лицензионных платежей в таможенную стоимость ввезенных товаров подтверждается 7 справками таможенных брокеров от 18.07.2019 и от 19.07.2019. Ввоз товаров по таможенным декларациям, перечисленным в этих справках, а также факт включения в таможенную стоимость товаров, ввезенных по данным декларациям, лицензионных платежей в суммах, указанных в соответствующих справках, подтверждается копиями деклараций таможенной стоимости, копии некоторых из которых (в качестве примеров) также приведены в приложениях к возражениям общества от 26.08.2019 на отзыв  таможни от 25.06.2019 № 04-21/21147.

С учетом изложенного и исходя из информации, предоставленной таможенными брокерами, являющимися независимыми от общества третьими лицами, общая сумма лицензионных платежей, включенных обществом в таможенную стоимость товаров, ввезенных в период с 03.01.2016 по 06.04.2017, составила 1 603 595 450 руб. 33 коп., что в 3,5 раза превышает сумму лицензионных платежей, относящихся к спорным товарам и фактически уплаченным обществом в адрес иностранного правообладателя                              (438 540 050  руб. 03 коп.). Следовательно, доводы таможни о том, что общая сумма лицензионных платежей, включенных в ДТ в регионе деятельности таможни по ставке                  6 %, соответствует сумме лицензионных платежей, фактически уплаченной обществом по ставке 2 %, не соответствуют действительности.

По мнению таможни, изложенному в апелляционной жалобе, бездействие, выразившееся в невнесении изменений в сведения, заявленные в ДТ, отсутствует. 

При этом таможня также указывает, что при обращении в арбитражный суд общество исходило из обязанности таможенного органа положительно разрешить обращение о внесении изменений в ДТ.

Согласно второму абзацу пункта 16 Порядка, установленного Решением  № 289, рассмотрение таможенным органом обращения и документов, предусмотренных абзацем первым пункта 12 настоящего Порядка, производится в соответствии с законодательством государства-члена в установленный законодательством этого государства-члена срок, который не может превышать 30 календарных дней со дня регистрации обращения и документов, предусмотренных абзацем первым пункта 12 настоящего Порядка, в таможенном органе.

Согласно части 4 статьи 108 Закона № 289-ФЗ  данный срок также составляет                             30 календарных дней со дня регистрации обращения.

Пунктом 18 Порядка установлен перечень случаев, в которых таможенные органы вправе принять решение об отказе во внесении изменений в ДТ. В силу пункта 19 Порядка в иных случаях таможенный орган разрешает внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ.

Из данных положений следует, что в пределах указанного срока таможенный орган обязан принять либо решение о внесении изменений в ДТ, либо решение об отказе во внесении изменений в ДТ. Однако, в течение указанного срока ни одно из указанных решений в отношении 109 деклараций на товары принято не было.

Порядок не предусматривает возможности проведения таможенного контроля с нарушением вышеуказанного 30-дневного срока применительно к рассматриваемой ситуации.

Соответственно, обращение общества о внесении изменений в декларации на товары, зарегистрированное таможней 27.12.2018, должно было быть рассмотрено таможней не позднее 28.01.2019.

Однако в указанный срок ни одно из указанных решений в отношении остальных 109 спорных ДТ таможней принято не было. 

Неисполнение таможенным органом в срок, предусмотренный пунктом 33 Правил, обязанности по рассмотрению заявлений общества по существу свидетельствует о том, что таможенным органом допущено незаконное бездействие, в результате которого нарушены права и законные интересы общества в сфере предпринимательской деятельности.

Письмо Смоленской таможни от 23.01.2019 № 13-08/2153 не содержит ни решение о внесении изменений в ДТ, ни решение об отказе во внесении изменений в данные 109 ДТ, в связи с чем представляет собой лишь промежуточный ответ в отношении 109 спорных ДТ. По этой причине данное письмо лишь свидетельствует о том, что в сроки, установленные законом, предусмотренные законом решения о внесении изменений в ДТ или об отказе во внесении изменений в ДТ таможней приняты не были.

Следовательно, таможней было допущено бездействие, выразившееся в непринятии решения о внесении изменений в декларации на товары в установленные законом сроки.

В качестве обоснования проведения таможенного контроля с нарушением 30-дневного срока, установленного для рассмотрения обращений о внесении изменений и возврата излишне уплаченных таможенных платежей, в апелляционной жалобе таможня ссылается на положения приказов Федеральной таможенной службы от 29.08.2009 № 1560 и от 03.07.2014 № 1286.

Однако положения приказа ФТС России от 03.07.2014 № 1286 не устанавливают и не могут устанавливать право таможенных органов нарушать 30-тидневный срок рассмотрения обращений о внесении изменений в декларации на товары, установленный Порядком и Законом № 289-ФЗ, имеющим большую юридическую силу.

Пункт 12 Порядка, утвержденного приказом ФТС России от 25.08.2009 № 1560,  вообще не регулирует порядок проведения проверок на основании обращения о внесении изменений в декларации на товары, поданного декларантом. Положения данного приказа также не предусматривают возможность проведения таможенного контроля с нарушением срока рассмотрения обращения о внесении изменений в декларации на товары, установленного Решением № 289 и частью 4 статьи 108 Закона № 289-ФЗ.

Кроме того, в соответствии с преамбулой приказа ФТС России № 1560 он был разработан на основании статьи 367 Таможенного кодекса Российской Федерации, принятого еще до создания Таможенного союза в 2010 году и до его преобразования в Евразийский экономический союз в 2015 году.

Согласно пункту 2 статьи 392 Закона № 289-ФЗ нормативные правовые акты Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, принятые до дня вступления в силу указанного Федерального закона, действуют в части, не противоречащей международным договорам и актам в сфере таможенного регулирования, а также настоящему Федеральному закону, впредь до признания их утратившими силу или принятия соответствующих нормативных правовых актов.

Проведение проверки с нарушением сроков, установленных Решением № 289 и частью 4 статьи 108 Закона № 289-ФЗ, входит в противоречие с положениями данных правовых актов. Следовательно, даже в случае, если бы положения приказов ФТС России № 1560 и 1286 предусматривали бы соответствующие полномочия таможенных органов, то они не подлежали бы применению.

Следует также отметить, что приказ ФТС России № 1286 не прошел регистрации в Министерстве юстиции Российской Федерации. В силу пункта 10 Указа Президента Российской Федерации от 23.05.1996 № 763 «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти» нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти, кроме актов и отдельных их положений, содержащих сведения, составляющие государственную тайну, или сведения конфиденциального характера, не прошедшие государственную регистрацию, а также зарегистрированные, но не опубликованные в установленном порядке, не влекут правовых последствий, как не вступившие в силу, и не могут служить основанием для регулирования соответствующих правоотношений, применения санкций к гражданам, должностным лицам и организациям за невыполнение содержащихся в них предписаний. На указанные акты нельзя ссылаться при разрешении споров.

При таких обстоятельствах ссылки таможни на положения приказа ФТС России                         № 1286, не имеющие юридической силы и противоречащие положениям Порядка и Закона № 289-ФЗ, свидетельствует о несоответствии позиции таможенного органа действующему законодательству.

В апелляционной жалобе таможня также упоминает, что ею в адрес общества был направлен запрос от 23.01.2019 № 13-08/2153 и повторный запрос от 29.04.2019                                  № 13-08/16427.  При этом таможня подтверждает, что ответы на данные запросы были получены ею 08.05.2022. Единственный вопрос, по которому ответ так и не был получен, это информация от правообладателя о том, была ли ставка лицензионных платежей снижена только для общества и (или) для потребителей в других странах.  

В связи с этим следует отметить, что первый запрос от 23.01.2019 № 13-08/2153 не содержит срока представления документов. По содержанию второй запрос от 29.04.2019 № 13-08/16427 фактически дублирует первый запрос и устанавливает срок для представления запрошенной информации – 30.05.2019.

Ответ общества на запрос от 23.01.2019 № 13-08/2153 был направлен в таможню письмом от 30.04.2019 № 06-05/29 и фактически поступил в таможню 08.05.2019. В данном ответе общество ответило на все поставленные таможней вопросы, а также сообщило, что по вопросу о том, была ли ставка лицензионных платежей снижена только для общества и (или) для потребителей в других странах, общество направило официальный запрос в адрес правообладателя от 10.02.2019. Копия запроса с переводом на русский язык была предоставлена в таможню вместе с ответом от 30.04.2019                                   № 06-05/29. Однако иностранный правообладатель отказал в предоставлении запрошенной информации по причине ее конфиденциальности и чувствительности для иных лицензиатов, осуществляющих использование товарных знаков Avon на своих рынках.

В соответствии с абзацем третьим  пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

В рассматриваемой ситуации общество по объективным, независящим от него причинам, не имело возможности предоставить информацию по данному вопросу таможенного органа. Соответственно, сам по себе факт непредставления данной информации по запросу таможенного органа не мог послужить основанием для непринятия таможенным органом решения, предусматривающего возврат обществу сумм излишне уплаченных таможенных платежей.

Таким образом, все доводы апелляционной жалобы не могут повлиять на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения.

Таможней в апелляционной жалобе не приведено фактов, которые не были учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу. 

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Неправильного применения судом норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом сказанного решение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Смоленской области от 29.06.2022 по делу № А62-3584/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

 

Е.Н. Тимашкова

Судьи

 

Е.В. Мордасов

В.Н. Стаханова