645/2024-25175(4) 

 

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 10АП-1835/2024, 10АП-1837/2024

Дело № А41-65456/19

19 марта 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 19 марта 2024 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Досовой М.В.,  

судей Катькиной Н.Н., Семикина Д.С. при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда  Московской области от 27.12.2023 по делу № А41-65456/19  

о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Крамакс» при участии в судебном заседании: ФИО3 – лично, паспорт; от ООО «Профкран» - ФИО4 по доверенности от 20.02.2024; 

от ООО «Крамакс+» - ФИО4 по доверенности № 1 от 09.01.2024;  от ООО «КубКран» - ФИО4 по доверенности № 1 от 10.01.2024;  

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим  образом,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 10.02.2020 ЗАО «Крамакс»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в  отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим  утвержден ФИО5.  

Публикация сведений о признании ЗАО «Крамакс» несостоятельным (банкротом)  произведена в газете «Коммерсантъ» № 28(6749) от 15.02.2020.  

16.12.2021 в суд поступило заявление ООО «Производственно-Коммерческая  Фирма «Ростовстрой» о привлечении к субсидиарной ответственности ООО  «Крамакс+», «КубКран», ООО «Профкран», по обязательствам должника.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 20.01.2022 произведена  процессуальная замена кредитора ООО «ПКФ «Ростовстрой» по делу № А41-65456/19 на  ФИО2.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.12.2023 в  удовлетворении указанного заявления отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2,  ФИО3 обратились в Десятый арбитражный апелляционный  суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение от 27.12.2023  отменить, заявление ФИО2 удовлетворить.  

ООО «Крамакс+» направило отзыв, против удовлетворения апелляционной  жалобы ФИО2 возражало.  

Конкурсный управляющий ЗАО «Крамакс» ФИО5 направил письменные  пояснения на апелляционные жалобы. Одновременно заявил ходатайство о  рассмотрении апелляционных жалоб в свое отсутствие.  

ООО «КубКран» направило письменные возражения на апелляционные жалобы. 

С учетом отсутствия возражений лиц, участвующих в деле, ходатайство  конкурсного управляющего ЗАО «Крамакс» ФИО5 удовлетворено.  

В судебном заседании ФИО3 поддержал доводы апелляционных жалоб. 

Представитель ООО «Профкран», ООО «Крамакс+», ООО «КубКран» возражал  против удовлетворения апелляционных жалоб.  

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123,  153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте  судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на  официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.  

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность  применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и  процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии  со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела  доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции  пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.  

В качестве правового основания для привлечения ООО «Крамакс+», ООО  «КубКран», ООО «Профкран» к субсидиарной ответственности заявитель сослался на  статью 61.11 Закона о банкротстве.  

Отказывая в удовлетворении требований ФИО2, суд первой инстанции  обоснованно исходил из следующего.  

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  

предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с  особенностями, установленными Законом о банкротстве.  

Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации», руководители должника могут быть  привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда  несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными  действиями.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ  «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) и  Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение  заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10  Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего  Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о  банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).  

В силу разъяснений, данных в пункте 2 Информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых  вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №  73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации», положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности,  статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам  должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их  привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом  указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени  должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ.  

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона   № 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по  обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до  вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 9, 10), независимо от даты  возбуждения производства по делу о банкротстве. Если же данные обстоятельства имели  место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения о  субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в  редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10),  и Закона о банкротстве банков в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона   № 73-ФЗ (в частности, пункт 3 статьи 9.1 и статья 14), независимо от даты возбуждения  производства по делу о банкротстве.  

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности,  содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не  подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до  01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК  

РФ), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о  банкротстве обратной силы.  

Таким образом, нормы материального права, устанавливающие основания для  привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в  период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).  

В данном случае применению подлежат положения пункта 4 статьи 10 Закона о  банкротстве.  

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в  указанный период, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие  действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае  недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам.  

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным  (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в  том числе если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или  нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3  настоящего Федерального закона.  

В обоснование заявленных требований ФИО2 ссылалась на то, что  доведение до банкротства ЗАО «Крамакс» является исключительно следствием  совместных действий (с учетом распределения ролей и вклада своих усилий в  реализации согласованных действий) состоящих в аффилированной связи ООО  «Крамакс+», ООО «КубКран», ООО «Профкран», извлекших выгоду из своего  незаконного, в том числе недобросовестного поведения через входящих наряду с  данными организациями в состав аффилированной группы следующих лиц: ФИО16  Юхани Ярвилехто, ФИО6, ФИО7,  ФИО8, ФИО9.  

Заявитель полагает, что аффилированность ООО «Крамакс+», ООО «КубКран»,  ООО «Профкран» подтверждается через фиктивное составление дополнительного  соглашения от 25.07.2014 № 1 о досрочном расторжении договора аренды от 27.12.2012   № А-28-2012, акта возврата имущества (крана) от 25.07.2014, подписанных от имени  ЗАО «Крамакс» нелегитимным генеральным директором ФИО8, имитацию  (инсценировку) передачи имущества ЗАО «Крамакс», в то время как аффлированные  лица присвоили башенный кран POTAIN MD 285В (Франция), что в последующем  привело к наращиванию долговой нагрузки и вынужденному перенаправлению  денежных средств, что не позволило ЗАО «Крамакс» рассчитаться с кредиторами.  

ФИО2 ссылается на то, что ответчиками совершены действия во вред  имущественным правам кредиторов должника (ответчики создали необходимые условия  для возникновения вреда), исходя из того, что ФИО8, являясь нелегитимным  генеральным директором ЗАО «Крамакс», в связи с подконтрольностью ему  документооборота ЗАО «Крамакс» имел реальную фактическую возможность в  одностороннем порядке составлять и подписывать любые документы.  

После внесения 04.08.2014 записи в ЕГРЮЛ о легитимном генеральном директоре  ЗАО «Крамакс» ФИО3 ни по адресу, ни по месту нахождения ЗАО «Крамакс»  не располагается.  

Доказательств того, что данный башенный кран передавался ФИО3, в  материалах дела не имеется.  

Решением Арбитражного суда Московской области от 25.07.2019 по делу № А4165826/2018 удовлетворен иск ООО «Крамакс» к ФИО16 Юхани Ярвилехто, ФИО6, ФИО10, ФИО11,  ФИО9 о признании сделок недействительными.  Восстановлено право ФИО16 Юхани Ярвилехто в отношении 39 обыкновенных именных  бездокументарных акций, дата государственной регистрации и государственный  регистрационный № выпуска ценных бумаг: 06.04.2005 г № 1-01-53659- Н,  регистрирующий орган - РО ФСФР России в ЦФО, Эмитент - Закрытое акционерное  общество «Крамакс», номинальная стоимость одной акции - 10 000 рублей (десять тысяч  руб. 00 коп.) с одновременным прекращением прав на данные акции у ФИО9.  

По мнению заявителя, наличие аффилированности ООО «Крамакс+», ООО  «КубКран», ООО «Профкран» подтверждается тем, что требования ООО «Профсервис»,  включенные в реестр требований кредиторов ЗАО «Крамакс», в своей основе носят  корпоративный характер, поскольку выбранный способ ведения ООО «Крамакс+», ООО  «КубКран», ООО «Профкран», ООО «Профсервис» предпринимательской деятельности  в сложно структурированной аффилированной группе, при котором постоянно  участвовал один и тот же круг лиц, позволили указанным организациям в рамках дела №  А41-107445/2017 о банкротстве ООО «Профсервис» получить 64,76% от числа голосов  конкурсных кредиторов, что обеспечило ФИО9 возможность погасить  требования за счет уменьшения конкурсной массы ЗАО «Крамакс» в той ее части,  которая приходится на долю ООО «Профсервис» в настоящем деле, т.е. извлечь выгоду  из незаконного недобросовестного поведения.  

Согласно абзацу 31 статьи 2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального  закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) контролирующим должника является лицо, имеющее  либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления  о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в  том числе, путем принуждения руководителя или членов органов управления должника  либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления  должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть  признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия,  основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия  могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться  пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или  более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной  (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).  

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу  контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать  должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его  действия (пункт 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1  статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного суда  Российской Федерации от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745(2) по делу № А56-83793/2014,  для обоснования возможности лица определять действия должника необходимо  доказать: возможность контролирующего лица распоряжаться имуществом должника;  возможность контролирующего лица принимать административно-хозяйственные  решения должника.  

К субсидиарной ответственности подлежит привлечению лицо, осуществляющее  фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления  отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими  действиями приведшее его к банкротству.  

При этом установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием  юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве»).  

Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных  полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и  старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника.  

Согласно пункту 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему  правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено  требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований  возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).  

Между тем судом первой инстанции установлено следующее. 

ЗАО «Крамакс» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ООО  «Профсервис» о признании дополнительного соглашения от 25.07.2014 № 1 о досрочном  расторжении договора аренды от 27.12.2012 № А-28-2012, заключенного между  сторонами незаключенным; о признании прав и обязанностей по дополнительному  соглашению от 25.07.2014 № 1 у ЗАО «Крамакс» отсутствующими.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.07.2017 по делу № А4038017/17, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 19.10.2017 и постановлением Арбитражного суда Московского  округа от 07.02.2018, в удовлетворении заявленных требований отказано.  

Как усматривается из указанных судебных актов, по договору аренды от 27.12.2012   № А-28-2012 ЗАО «Крамакс» передало ООО «Профсервис» на основании акта приема- 

передачи от 18.06.2013 башенный кран марки POTAIN MD 285D, заводской номер  410215, во временное владение и пользование.  

Пунктом 1.7 договора предусмотрено, что оборудование находится у ЗАО  «Крамакс» в лизинге по договору от 20.12.2012 № 58641, заключенному с ООО  «ЮниКредит Лизинг» (далее – лизингодатель).  

Лизингодатель 10.07.2014 уведомил лизингополучателя об одностороннем  расторжении договора лизинга.  

ЗАО «Крамакс» 18.07.2014 известило ООО «Профсервис» о досрочном  расторжении договора аренды от 27.12.2012 № А-28-2012 и о необходимости возвратить  предмет аренды.  

Между ЗАО «Крамакс» и ООО «Профсервис» 25.07.2014 заключено  дополнительное соглашение № 1 к договору аренды от 27.12.2012 № А-28-2012, в  соответствии с которым ЗАО «Крамакс» обязалось возвратить гарантийное обеспечение,  а ООО «Профсервис» - оборудование в течение 5 дней с момента подписания  дополнительного соглашения.  

Указанное соглашение подписано со стороны ЗАО «Крамакс» генеральным  директором ФИО12, оборудование передано ЗАО «Крамакс» по акту приема-передачи от 25.07.2014.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.07.2016 по делу № А4017714/2015 исковые требования ОО «ЮниКредит Лизинг» удовлетворены частично.  

Суд обязал ЗАО «Крамакс» вернуть ОО «ЮниКредит Лизинг» предмет лизинга:  башенный кран POTAIN MD 258B (Франция), заводской кран 410215, переданный по  договору лизинга от 20.12.2012 № 5864L.  

В удовлетворении иска к ООО «Профсервис» отказано. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2016  решение Арбитражного суда города Москвы от 04.07.2016 оставлено без изменения.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.02.2017 решение  Арбитражного суда города Москвы от 04.07.2016 и постановление Девятого  арбитражного апелляционного суда от 17.11.2016 оставлены без изменения.  

Принимая постановление от 10.03.2023 по кассационной жалобе ФИО2  по делу № А40-17714/2015 по иску ООО «ЮниКредит Лизинг» к ЗАО «Крамакс», ООО  «Профсервис» о возврате имущества (башенный кран POTAIN MD 258B) и  истребовании имущества из чужого незаконного владения Арбитражный суд  Московского округа указал, что при отсутствии в материалах дела других доказательств,  в том числе регистров бухгалтерского и налогового учетов, а также невозможностью их  физического получения, представленный надлежащим образом оформленный акт  возврата от 25.07.2014 отвечает требованиям, указанным в части 1 и части 2 статьи 9  Федерального закона «О бухгалтерском учете» и, при наличии доказательств  физической возможности у ООО «Профсервис» самостоятельно осуществлять  транспортировку, является надлежащим и достаточным доказательством,  подтверждающим факт возврата крана, поскольку договором аренды предусмотрено, что  

документом, свидетельствующим о факте приема-передачи оборудования, является  именно акт, подписанный сторонами по форме Приложения № 4.  

Также в рамках рассмотрения кассационной жалобы ФИО2 суд  кассационной инстанции установил, что факт заключения между ЗАО «Крамакс» и ООО  «Профсервис» в 2012 году договора аренды не свидетельствует об их аффилированности  в силу действующего законодательства.  

На момент подписания дополнительного соглашения и акта возврата от 25.07.2014  единственным учредителем и генеральным директором ООО «Профсервис» являлась  ФИО13; генеральным директором ЗАО «Крамакс» являлся ФИО8 (запись в  ЕГРЮЛ от 17.04.2014 № 2145047050377 (решение Арбитражного суда Московской  области от 06.09.2017 по делу № А41-27184/2017); мажоритарным акционером, а затем с  04.08.2014 генеральным директором ЗАО «Крамакс» являлся ФИО3. (лицо,  привлекаемое к субсидиарной ответственности в рамках дела № А41-65456/2019).  

Доказательств того, что имелись какие-либо правоотношения или какая-либо  корпоративная связь между ФИО13 и ФИО8 в материалы дела не  представлено.  

Факт предполагаемой заявителем аффилированности сторон договора не  установлен, заявителем не доказан.  

Допустимых и достоверных доказательств того, что указанные лица/стороны  являлись аффилированными не представлено, равно как не представлено доказательств  того, что ООО «Профсервис» обладало полномочиями по даче обязательных для  исполнения ФИО8 указаний или имело возможность иным образом определять  действия ЗАО «Крамакс».  

При таких обстоятельствах, суд в рамках дела № А40-17714/2015 пришел к  выводу, что между ООО «Профсервис» и ЗАО «Крамакс» отсутствуют формальные  юридические признаки, позволяющие признать их входящими в одну группу лиц:  ФИО8 не входит и не входил когда-либо в одну группу лиц с ООО «Профсервис»  (и наоборот: ООО «Профсервис» или ФИО13 не входит и не входила когда-либо в  одну группу лиц с ЗАО «Крамакс»), не имели корпоративных взаимоотношений.  

Доказательств обратного в материалы дела не представлено. Между тем,  доказывание этих обстоятельств является обязанностью лица, заявившего  соответствующее требование.  

ООО «Профсервис» обратилось в Арбитражный суд города Москвы к ЗАО  «Крамакс» с иском о взыскании 4 808 742,40 руб. задолженности по договору аренды  башенного крана с последующим выкупом от 27.12.2012 № А-28-2012.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2017 по делу № А40223813/16, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 29.01.2018 и постановлением Арбитражного суда Московского  округа от 23.05.2018, заявленные требования удовлетворены.  

В рамках рассмотрения апелляционной жалобы ООО «ПКФ «Ростовстрой» по делу   № А40-223813/2016 судом также установлено, что ни на дату совершения сделки  (подписания дополнительного соглашения от 25.07.2014 № 1 и акта возврата от  

25.07.2014), ни на дату рассмотрения апелляционной жалобы должник (ЗАО «Крамакс»)  и кредитор (ООО «Профсервис») не являлись аффилированными лицами.  

В материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о  подконтрольности ЗАО «Крамакс» ООО «Профсервис», а также отмечено, что в данном  случае преюдициальность постановления Девятого арбитражного апелляционного суда  от 15.11.2021 и постановления Арбитражного суда Московского округа от 01.02.2022  служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает  действие принципа правовой определенности.  

Следовательно, в рамках дел № А40-38017/2017, № А40-17714/2015 судами  установлено, что кран возвращен ООО «Профсервис», в связи с чем договор аренды  башенного крана с последующим выкупом от 27.12.2012 № А-28-2012 прекратил свое  действие.  

Иные выводы суда будут направлены не переоценку вступивших в законную силу  судебных актов, что не допустимо.  

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в  определении от 21.01.2016 № 309-ЭС15-12082, в силу принципа публичной  достоверности данных ЕГРЮЛ не может быть признан недействительным договор,  заключенный от лица компании представителем, имеющим доверенность, которую  подписало лицо, указанное в ЕГРЮЛ в качестве единоличного исполнительного органа,  несмотря на то, что после заключения договора решение об избрании данного лица  единоличным исполнительным органом признано судом недействительным. Сделки,  совершенные лицом, действующим в качестве единоличного органа юридического лица,  следует считать действительными, пока и если решение о назначении такого лица не  будет оспорено в установленном порядке.  

Доводы ФИО2 о незаконной смене единоличного исполнительного  органа ЗАО «Крамакс» и отсутствии полномочий ФИО8 на подписание  дополнительного соглашения и акта возврата техники являлись предметом оценки судов  и отклонены Арбитражным судом Московского округа в постановлении от 23.05.2018 по  делу № А40-223813/2016, поскольку уже были рассмотрены, оценены и отклонены как  необоснованные судами при рассмотрении дел № А40-38017/17 и № А40-17714/15.  

При этом судами была учтена правовая позиция, приведенная в Постановлении  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.07.2007 №  3259/07 по делу № А19-13038/06 о действительности сделки, совершенной до  вступления в силу решения суда о признании недействительным решения совета  директоров общества об избрании или назначении генерального директора.  

Судом первой инстанции верно отмечено, что постановление от 22.09.2015 о  прекращении в отношении ФИО8 уголовного дела по обвинению в совершении  преступления не имеет правового значения в рамках рассмотрения настоящего спора,  поскольку по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли  они определенным лицом, для арбитражного суда обязателен лишь вступивший в  законную силу приговор суда по уголовному делу.  

Таким образом, установленными судом обстоятельствами подтверждается, что  подписание дополнительного соглашения от 25.07.2014 № 1 осуществлено генеральным  директором в пределах своей компетенции, как сделка, совершенная в процессе  обычной хозяйственной деятельности.  

Доказательств недействительности указанного дополнительного соглашения в  материалы дела не представлено.  

К аналогичным выводам пришли суды и в деле № А41-27184/2017, в рамках  которого ЗАО «Крамакс» и ФИО3 обращались в Арбитражный суд Московской  области с иском о взыскании с ФИО8 6 010 515, 66 руб. убытков.  

Обращаясь в суд, ЗАО «Крамакс» и его участник ФИО3, указали, что  ФИО8, в период с 08.04.2014 по 15.07.2014 выполнявший функции единоличного  исполнительного органа ЗАО «Крамакс», своими виновными действиями причинил  ЗАО «Крамакс» убытки.  

В обоснование требований истцы указали, что ответчик сфальсифицировал  сведения о его назначении генеральным директором ЗАО «Крамакс», что было  установлено в рамках уголовного дела, а также указали, что ФИО8 незаконно  распорядился имуществом Общества, в результате чего последнему были причинены  убытки.  

В подтверждение факта незаконности занятия ФИО8 должности  генерального директора ЗАО «Крамакс» в материалы дела было представлено  постановление следователя по особо важным делам следственного отдела по городу  Химки Главного следственного управления Следственного комитета Российской  Федерации по Московской области от 22.09.2015 о прекращении уголовного дела №  14333 по обвинению ФИО8 в совершении преступления, предусмотренного  частью 1 статьи 170.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, по основанию,  предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса  Российской Федерации в связи с актом об амнистии.  

В рамках уголовного дела № 14333 ЗАО «Крамакс» потерпевшим не признавалось.  Постановлением от 22.09.2015 о прекращении названного уголовного дела не  установлены обстоятельства, свидетельствующие о причинении ФИО8 ЗАО  «Крамакс» материального ущерба в заявленном размере.  

Инвентаризационные описи от 05.08.2014 и от 29.09.2016, представленные  истцами в материалы дела в качестве подтверждения факта утраты обществом  имущества по вине ответчика, по мнению судов, не свидетельствуют о том, что  выявленная недостача товарно-материальных ценностей является следствием действий  (бездействия) ответчика, поскольку инвентаризация проведена по истечении двух лет с  момента освобождения ФИО8 от занимаемой должности.  

Суды указали, что инвентаризация, проведенная в августе 2014 года, также не  свидетельствует о том, что выявленная недостача товарно-материальных ценностей  является следствием действий (бездействия) ФИО8, поскольку материалы дела не  содержат доказательств наличия у ЗАО «Крамакс» утраченного имущества на момент  вступления ФИО8 в должность генерального директора.  

Решением Арбитражного суда Московской области от 06.09.2017, оставленным без  изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2017 и  постановлением Арбитражного суда Московского округа от 02.04.2018 по делу № А4127184/2017, в иске ЗАО «Крамакс» и ФИО3 отказано.  

Вопреки доводам заявителей апелляционных жалоб материалами дела не  подтверждается, что ООО «Крамакс+», ООО «КубКран», ООО «Профкран» имели  возможность и право формально или фактически осуществлять контроль над  должником.  

Законодательством о несостоятельности не предусмотрена презумпция наличия  вины в доведении до банкротства только лишь за сам факт принадлежности ответчику  статуса контролирующего лица (определение Верховного Суда Российской Федерации  от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8)).  

Необходимы доказательства исключительно активных действий по совершению и  (или) одобрению сделок, причинивших существенный вред, либо противоправное  бездействие (несовершение действий, являющихся обязательными в силу указаний  закона) по предупреждению банкротства.  

Между тем ФИО2 не обосновала,каким образом заключение  дополнительного соглашения от 25.07.2014 № 1 о досрочном расторжении договора  аренды от 27.12.2012 № А-28-2012, акта возврата от 25.07.2014 привело к банкротству  должника.  

Судом апелляционной инстанции установлено, что в рамках настоящего дела ООО  «ПКФ «Ростовстрой» обращалось с заявлением о привлечении к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника ФИО16 Юхани Ярвилехто, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и  ФИО9.  

В обоснование заявленных требований ООО «ПКФ «Ростовстрой» сослалось на  наличие аффилированности (единой группы лиц, осложненной аффилированной  связью) между ФИО8, ООО «Профсервис», ФИО4, ООО «Крамакс+», ООО «КубКран», ООО «Профкран»,  ФИО14, ФИО15, ФИО13, ФИО7, ФИО16 Юхани Ярвилехто,  ФИО6, ФИО9 с единым  корпоративным центром управления (консолидация группы лиц), а также статуса  контролирующих ЗАО «Крамакс» лиц ФИО8, ФИО7, ФИО16  Юхани Ярвилехто, ФИО6, ФИО9.  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Московской  области от 15.04.2022 в удовлетворении указанного заявления отказано.  

При этом суды не установили аффилированности между указанными лицами, а  также пришли к выводу о том, что заключение должником дополнительного соглашения  от 25.07.2014 № 1 о досрочном расторжении договора аренды от 27.12.2012 № А-282012, а также акта возврата башенного крана от 25.07.2014 не повлекло причинение  

существенного вреда имущественным правам кредиторам должника и не привело к  невозможности ЗАО «Крамакс» дальнейшего ведения финансово-хозяйственной  деятельности и прекращению исполнения своих обязательств (постановление Десятого  арбитражного апелляционного суда от 16.06.2022).  

Таким образом, доводы об аффилированности ООО «Крамакс+», ООО «КубКран»,  ООО «Профкран», и доведении ЗАО «Крамакс» до банкротства заключением  соглашения от 25.07.2014 № 1, на которые ссылается ФИО2 в рамках  настоящего обособленного спора, являлись предметом оценки судов и были отклонены  как несостоятельные и документально не подтвержденные.  

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, заявителями  апелляционных жалоб в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и  обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционных жалобах не приведено.  

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены  и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного  спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу,  влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда  первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и  не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения  суда.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к  отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.  

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не  имеется.  

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 27.12.2023 по делу № А4165456/19 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа  

через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня его принятия. 

Председательствующий cудья М.В. Досова  

Судьи Н.Н. Катькина  Д.С. Семикин