ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А54-54/2021

г. Тула

08 ноября 2023 года

20АП-6702/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 01 ноября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 08 ноября 2023 года.

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Мосиной Е.В.,  судей Дайнеко М.М., Капустиной Л.А.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

представители лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежаще,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Рязанской области от 10.08.2023 по делу  № А54-54/2021 (судья Кураксина О.В.), 

принятое по иску индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРН 

<

***>; г. Рязань) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН 

<

***>; Владимирская область, Суздальский район, с. Новоалександрово) о взыскании 80 000 руб. в счет возмещения стоимости оборудования, переданного по договору безвозмездного пользования оборудованием №297/16 от 27.10.2016; пени за нарушение срока возврата оборудования за период с 08.10.2020 по 16.11.2020 в сумме 96 000 руб.; пени за нарушение срока возврата оборудования и за нарушение срока возмещения стоимости оборудования, исчисленные с 17.11.2020 до момента фактического исполнения обязательства, в размере 3% от суммы  80 000 руб. за каждый день просрочки; судебных расходов в сумме 30 000 руб., 

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Меридиан» (ОГРН 

<

***>; 

<

...>, пом. I, ком. 6, оф. 3, подвал) временный управляющий ООО «Меридиан» - ФИО4 (123103, 

<

...>)

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО3 обратился в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 с требованием о взыскании      80000 руб. в счет возмещения стоимости оборудования, переданного по договору безвозмездного пользования оборудованием №297/16 от 27.10.2016; пени за нарушение срока возврата оборудования за период с 08.10.2020 по 16.11.2020 в сумме 96 000 руб.; пени за нарушение срока возврата оборудования и за нарушение срока возмещения стоимости оборудования, исчисленные с 17.11.2020 до момента фактического исполнения обязательства, в размере 3% от суммы 80 000 руб. за каждый день просрочки; судебных расходов в сумме 30 000 руб.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 10.08.2023 с ИП ФИО2 в пользу ИП ФИО3 взыскано 80 000 руб. в счет возмещения стоимости оборудования, пени в сумме 743 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме      20 000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6280 руб. Дальнейшее начисление пени на сумму 80 000 руб. решено производить с 17.11.2020 по день фактической уплаты денежных средств в размере двукратной ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с решением Арбитражного суда Рязанской области от 10.08.2023, ИП ФИО2 обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, с учетом дополнения, в которой просит решение суда отменить, в удовлетворении заявленных требований истца отказать. В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает на то, что суд не определил юридически значимые обстоятельства по делу, дал ненадлежащую оценку проведенной экспертизе, а также имеющимся в материалах дела доказательствам. Ответчик ссылается на то, что он не подписывал договор безвозмездного пользования оборудованием №297/16 от 27.10.2016, оборудование от ИП ФИО3 не принимал. Считает, что факт приобретения истцом спорного оборудования в собственность не подтвержден надлежащими доказательствами.  Отмечает, что ИП ФИО2 22.07.2021 утрачен статус предпринимателя. 

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 26.10.2016 между ИП ФИО3 (ссудодатель) и ИП ФИО2 (ссудополучатель) был заключен договор №297/2016 безвозмездного пользования оборудованием (т. 1 л.д. 18), по условиям которого ссудодатель передает ссудополучателю во временное безвозмездное пользование морозильное оборудование, наименование и количество которого указывается в акте приема-передачи оборудования к настоящему договору, а ссудополучатель обязуется вернуть принятое оборудование ссудодателю в том же состоянии, в каком он его получил (пункт 1.1 договора).

Ссудополучатель принимает и использует оборудование исключительно для хранения замороженной продукции, поставляемой ООО «Умка». Оборудование остается собственностью ссудодателя. Передача оборудования и его возврат производится по акту приема-передачи, заверенному печатями и подписями сторон. В акте приема-передачи стороны указывают количество, состояние передаваемого оборудования, комплектность, стоимость.

Оборудование передано истцом ответчику по акту приема-передачи от 27.10.2016 (т.1, л.д. 19).

Согласно акту истец передал ответчику следующее оборудование: морозильную камеру: Италфроси ЛВН 400Г, заводской номер 604149018310, стоимостью 20 000 руб., Фрост, заводской номер 0144618010, стоимостью 30 000 руб.;  Фрост, заводской номер 60059200005690, стоимостью 30 000 руб.

Согласно пункту 4.3 договоров, каждая из сторон вправе во всякое время отказаться от настоящего договора, известив об этом другую сторону за семь дней.

В соответствии с пунктом 2.2.5 договора, ссудополучатель обязан возвратить своими силами и за свой счет оборудование ссудодателю в семидневный срок с момента отказа от договора безвозмездного пользования в надлежащем состоянии по адресу: 

<

...>. В случае невозврата оборудования в указанный срок, оборудование считается утраченным ссудополучателем, и ссудополучатель обязуется возместить стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи.

16.09.2020 истец ценным письмом направил ответчику извещение о расторжении с 30.09.2020 договора безвозмездного пользования оборудованием №297/16 от 27.10.2016, что подтверждается описью вложений (т. 1 л.д. 20-22), с просьбой возвратить оборудование индивидуальному предпринимателю ФИО3 в срок не позднее 07.10.2020 по адресу: 

<

...>.

Ответчик на настоящее извещение не ответил, оборудование истцу не возвратил.

Пунктом 3.3 договора установлено, в случае продажи, утраты или передачи оборудования третьим лицам без согласия ссудодателя, ссудополучатель в семидневный срок возмещает ссудодателю полную стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи.

Стоимость невозвращенного ответчиком оборудования составила 80 000 руб.

16.11.2020 истец направил ответчику претензию с требованием выплатить денежные средства в размере 80 000 руб. в счет возмещения стоимости оборудования, переданного по договору безвозмездного пользования оборудованием №297/16 от 27.10.2016, а также денежные средства в размере 96 000 руб. в счет погашения пени за нарушение срока возврата оборудования (т. 1 л.д. 15-17).

Претензия истца оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения, что явилось основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования частично, арбитражный суд исходит из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В рассматриваемом случае обязательства сторон возникли из договора №297/16 от 27.10.2016 безвозмездного пользования оборудованием, правовое регулирование которого осуществляется в соответствии с главой 36 ГК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 689 ГК РФ по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Согласно части 1 статьи 699 ГК РФ каждая из сторон вправе во всякое время отказаться от договора безвозмездного пользования, заключенного без указания срока, известив об этом другую сторону за один месяц, если договором не предусмотрен иной срок извещения.

Аналогичное право предусмотрено пунктом 4.3 договора.

В силу пункта 1 статьи 450.1 ГК РФ право на односторонне изменение условий договорного обязательства или на односторонний отказ от его исполнения может быть осуществлено управомоченной стороной путем соответствующего уведомления другой стороны. Договор изменяется или прекращается с момента, когда данное уведомление доставлено или считается доставленным по правилам статьи 165.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что с учетом положения пункта 2 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом. При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 ГК РФ). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Таким образом, односторонний отказ от договора - односторонняя сделка, прекращающая обязательство во внесудебном порядке.

16.09.2020 истец ценным письмом направил ответчику извещение о расторжении с 30.09.2020  договора безвозмездного пользования оборудованием №297/16 от 27.10.2016, что подтверждается описью вложений (т. 1 л.д. 20-22), с просьбой возвратить оборудование ИП ФИО3 в срок не позднее 07.10.2020 по адресу: 

<

...>.

Извещение направлено ответчику по адресу, указанному в адресной справке УМВД России по Владимирской области (

<

...>), регистрируемым почтовым отправлением № 60136286000464 и  согласно информации об отслеживании почтовых отправления АО «Почта России» 19.09.2020 получено адресатом.

Учитывая вышеизложенное, суд верно указал, что спорный договор является прекращенным с 19.09.2020 и у ответчика, в силу пункта 2.2.5 договора, возникла обязанность возвратить своими силами и за свой счет оборудование ссудодателю в семидневный срок с момента отказа от договора, т.е. не позднее 29.09.2020, в надлежащем состоянии по адресу: 

<

...>.

Поскольку возврат оборудования не осуществлен, оно в силу пунктов 2.2.5 договоров считается утраченным ссудополучателем и у последнего возникает обязанность возместить стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи (пункты 22, 28 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»).

В ходе рассмотрения дела ИП ФИО2 в порядке статьи 161 АПК РФ заявлено о фальсификации представленных истцом доказательств: договора безвозмездного пользования оборудования №297/16 от 27.10.2016 и акта приема-передачи оборудования от 27.10.2016.

Истец возражал против исключения данных документов из числа доказательств по делу.

В целях проверки в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 161 АПК РФ, заявления ответчика о фальсификации доказательств суд определением от 25.11.2021 назначил по делу судебную экспертизу, проведение которой поручил эксперту Владимирского экспертно-консультативному бюро - эксперту ФИО5.

Согласно заключению эксперта Владимирского экспертно-консультативному бюро подписи от имени ФИО2 (ссудополучатель) в договоре безвозмездного пользования оборудованием №297/16 от 27.10.2016 и а акте приема передачи оборудования от 27.10.2016 к договору безвозмездного пользования оборудованием №297/16 от 27.10.2016 выполнены не ФИО2, а другим лицом.

Рассмотрев в порядке статьи 71 АПК РФ вышеуказанное заключение эксперта, суд области пришел к выводу о том, что экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, не содержит противоречий, отсутствуют основания для иного толкования выводов экспертизы. Недостатков в экспертном заключении, сомнений в правильности и объективности содержащихся в нем выводов не имеется, каких-либо доказательств, опровергающих выводы эксперта, не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Стороны с приведенным выше экспертным заключением ознакомлены, возражений относительно результатов экспертного исследования не заявлено.

Суд первой инстанции неоднократно определениями от 10.03.2022, от 07.04.2022, 19.05.2022, 16.06.2022, 01.09.2022, от 09.03.2023, от 13.04.2023, от 18.05.2023, 15.06.2023 в рамках возложенной на него правовой нормой обязанности разъяснял ответчику последствия проставления в спорных документах (договор безвозмездного пользования оборудованием № 297/16 от 27.10.2016 и акт приема-передачи оборудования от 27.10.2016 к договору безвозмездного пользования оборудованием № 297/16 от 27.10.2016) печати и предлагал проверить ее подлинность.

В свою очередь ответчик в письменных пояснениях указал, что ходатайств о проведении экспертизы относительно оттиска печати не заявляет, в связи с ее сильным износом и заменой. При этом доказательств уничтожения печати не представлено.

С учетом изложенного, суд области пришел к выводу о том, что на спорных договоре и акте имеется печать индивидуального предпринимателя ФИО2, что им не оспорено.

В пункте 3.25 ГОСТ Р 6.30-2003 «Государственный стандарт Российской Федерации. Унифицированные системы документации. Унифицированная система организационно-распорядительной документации. Требования к оформлению документов», утвержденного постановлением Государственного комитета Российской Федерации по стандартизации и метрологии от 03.03.2003 № 65-ст (действовал на момент заключения спорных договоров и подписания актов), предусмотрено, что оттиск печати заверяет подлинность подписи должностного лица на документах, удостоверяющих права лиц, фиксирующих факты, связанные с финансовыми средствами, а также на иных документах, предусматривающих заверение подлинной подписи. Документы юридического лица заверяются печатью. 

Учитывая изложенное, юридическое значение печати организации заключается в удостоверении ее оттиском подлинности подписи лица, управомоченного представлять юридическое лицо во внешних отношениях, а также того факта, что соответствующий документ исходит от юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота и субъектом предпринимательского права.

Вопреки мнению ответчика, несмотря на результаты экспертного исследования, сам по себе тот факт, что в ходе судебного разбирательства по результатам судебной экспертизы установлено, что договоры подписаны не ИП ФИО2, при наличии на указанных документах печати ответчика ИП ФИО2 свидетельствует как о заключении договора безвозмездного пользования, так и о передаче спорного оборудования от истца ответчику по акту и именно во исполнение заключенных договоров ссуды.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 28.01.2020 по делу №А54-9958/2017.

При этом ответчик не представил доказательств неправомерного выбытия данной печати из его владения, возбуждения уголовного дела по факту хищения печати, уничтожения печати, а равно не оспаривал факт проставления печати на данных документах, а также на иных представленных на экспертное исследование документах, ссылаясь лишь на отсутствие подписи.

Допустив использование своей печати на указанных документах, ответчик не дал оснований истцу сомневаться в действительности заключенных договоров и их надлежащем исполнении при подписании актов передачи спорного оборудования.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления ответчика о фальсификации доказательств.

Согласно статье 421 ГК РФ принцип свободы договора предполагает добросовестность действий сторон, разумность и справедливость его условий, в частности их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Под свободой договора подразумевается, что стороны действуют по отношению друг к другу, основываясь на началах равенства и автономии воли, и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах.

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Отсутствие в первом предложении пункта 2.2.5 договора указания на то, отказ ссудодателя или ссудополучателя является основанием для возникновения у последнего обязанности доставить оборудование по соответствующему адресу, позволяет суду толковать данное условие таким образом, что указанное обязательство возникает у ответчика при отказе любой из сторон сделки от договора и определяющим является только момент осведомленности о таком отказе. В случае отказа ссудополучателя от договора, последний, как субъект юридически значимого действия, должен признаваться осведомленным об этом с момента направления соответствующего уведомления контрагенту, а в случае отказа ссудодателя от договора осведомленность обусловлена моментом, когда ссудополучатель узнал или должен был узнать об этом, в том числе датой получения соответствующего сообщения.

В силу пунктов 2.2.5 и 3.3 договора неисполнение ссудополучателем обязанности в согласованный сторонами срок возвратить имущество ссудодателю, с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 22 и 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», прекращает обязательство ответчика по передаче оборудования и трансформирует его в обязательство по уплате денежных средств (денежное обязательство), исполнения которого справедливо требует истец.

В соответствии с частью 2 статьи 450.1 ГК РФ в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Поскольку истец отказался от договоров, то у ответчика возникла обязанность по возврату полученного по договорам оборудования.

При неисполнении обязанности по возврату оборудования в установленный срок, у ответчика, в силу согласованных сторонами условий, возникла обязанность возместить стоимость полученного оборудования, в семидневный срок, поскольку оборудование признается сторонами утраченным.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований ИП ФИО3, в связи с чем взыскал с ИП ФИО2 сумму задолженности в размере 80 000 руб.

Отклоняя доводы ИП ФИО2 об отсутствии прав у ИП ФИО3 на спорное оборудование и, как следствие, ничтожности договоров безвозмездного пользования оборудованием и актов его передачи, суд исходил из того, что факт наличия у ответчика спорного оборудования и его использования подтверждается в представленных в материалы дела договорах и актах, скрепленных печатью ответчика.

При этом передача имущества ссудодателем, во владении которого оно находится, без обязательного согласия собственника данного имущества в соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ не свидетельствует о ничтожности договора безвозмездного пользования, а доказательств признания этого договора недействительным по оспоримым основаниям в материалы дела не представлено.

Кроме того, согласно абзацу второму пункта 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 №73 доводы лица, пользовавшегося соответствующим имуществом, о том, что право собственности на него принадлежит не лицу, предоставившему имущество, а иным лицам и поэтому договор, определяющий условия пользования имуществом, является недействительной сделкой, не должны приниматься во внимание при рассмотрении спора.

Рассмотрев требование истца о взыскании с ответчика пени за нарушение срока возврата оборудования за период с 08.10.2020 по 16.11.2022 в сумме 96 000 руб., начисленных на основании пункта 3.6 договора, с дальнейшим начислением 17.11.2020 до момента фактического исполнения обязательства по оплате оборудования в размере 3%  от суммы 80 000 руб. за каждый день просрочки, суд области, руководствуясь положениями статьи 330 ГК РФ, принимая во внимание, что доказательств возврата оборудования и возмещения его стоимости в материалы дела не представлено, пришел к выводу о том, что требование истца о взыскании пени является обоснованным в силу следующего. 

Согласно пункту 2.2.5 договора, согласно которому ссудополучатель обязался возвратить своими силами и за свой счет оборудование ссудодателю в семидневный срок с момента отказа от договора безвозмездного пользования. В случае невозврата оборудования в указанный срок оборудование считается утраченным ссудополучателем и ссудополучатель обязуется возместить стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи.

За нарушение пункта 2.2.5 пунктом 3.6 договора предусмотрена ответственность ссудополучателя в виде уплаты ссудодателю пени в размере 3 % от стоимости оборудовании за каждый день неисполнения обязательств.

Рассматривая данное требование, суд, с учетом структуры договора и последовательного порядка изложения взаимных обязательств сторон путем буквального толкования его условий, исходил из того, что с момента получения ответчиком уведомления истца об отказе от исполнения договора ссудополучатель обязан в соответствии с пунктом 2.2.5 договора в семидневный срок своими силами и за свой счет доставить оборудование по указанному адресу и в случае неисполнения данной обязанности, начиная с восьмого дня, ссудодатель вправе требовать уплаты пени за просрочку срока возврата переданного имущества. При этом, по истечении указанных семи дней, если оборудование не возвращено ссудополучателю, оно считается утраченным и обязательство ссудодателя трансформируется в обязательство возмещения его стоимости, выплату которой согласно пункту 3.3 договора он обязан произвести в семидневный срок. В данном пункте не указано, с какого момента подлежит исчисление данного срока, однако последовательность исполнения обязательств свидетельствует о том, что денежное обязательство возникает через семь дней после наступления срока возврата оборудования, ввиду чего предусмотренная пунктом 3.6 договора неустойка в течение первых семи дней с даты истечения срока на возврат оборудования обеспечивает обязательство по возврату этого имущества, а начиная с восьмого дня обеспечивает денежное обязательство по возмещению стоимости оборудования до момента его фактического исполнения, так как трансформация обязательства из товарного в денежное не прекращает условий обеспечения его исполнения посредством установления неустойки, предусмотренной договором.

Согласно положениям пункта 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства. Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве).

Как указано выше, спорный договор прекратил свое действие 19.09.2020 и у ответчика, в силу пункта 2.2.5 договора, возникла обязанность возвратить своими силами и за свой счет оборудование ссудодателю в семидневный срок с момента отказа от договора, т.е. не позднее 29.09.2020.

Рассмотрев ходатайство ответчика о применении статьи 333 ГК РФ, руководствуясь правовой позицией, изложенной в пунктах 71, 73, 75, 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», оценив условия договора, принимая во внимание фактические обстоятельства, суд области пришел к выводу о чрезмерности установленной договором ответственности ответчика (3% за каждый день просрочки) и необходимости снижения ее до двукратной учетной ставки Банка России, действовавшей в период просрочки (4,25% х 2), что составляет 743 руб.  (80 000 руб. х 8,5% х 40 день /366 дней).

Дальнейшее начисление пени на сумму 80 000 руб. следует производить с 27.11.2020 по день фактической уплаты денежных средств в размере двукратной учетной ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Рассмотрев требование истца о возмещении судебных расходов по оплате юридических услуг в сумме 30 000 руб., руководствуясь положениями статей 106, 110, 112 АПК РФ, разъяснениями, изложенными в пунктах 11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», принимая во внимание объем фактически выполненной представителем истца работы,  характер спора, количество аналогичных судебных дел, рассмотренных с участием истца, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае расходы на оплату услуг представителя являются разумными и подлежат взысканию с ответчика в сумме 20 000 руб.

Так, юридические услуги истцу (заказчику) оказывались на основании договора №2-40 об оказании юридических услуг от 16.11.2020 (т. 1 л.д. 23), заключенного с ООО «Феникс» (исполнитель), по условиям которого исполнитель обязуется оказать заказчику юридические услуги по представлению в суде (включая досудебный порядок урегулирования спора) интересов Заказчика по делу о взыскании возмещения стоимости оборудования, переданного по договору безвозмездного пользования оборудованием, неустойки с ответчика – ИП ФИО2, а Заказчик обязуется оплатить эти услуги. Исполнитель обязуется привлечь к оказанию услуг своего сотрудника: руководителя юридического направления ФИО6 (пункт 1.1 договора).

В соответствии с пунктом 1.2, в рамках настоящего договора исполнитель обязуется: изучить представленные заказчиком документы и проинформировать Заказчика о возможных вариантах разрешения спорного вопроса; соблюсти досудебный порядок урегулирования спора; подготовить исковое заявление и прочие необходимые документы в суд и представлять интересы заказчика на всех стадиях судебного процесса.

Стоимость оказания услуг по настоящему договору определена в размере 30 000 руб. Оплата услуг исполнителя производится заказчиком в момент подписания договора (пункты 3.1, 3.2 договора).

Оплата юридических услуг произведена истцом 16.11.2020, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру №3646 от 16.11.2020 на сумму 30 000 руб. (том 1 л.д. 24).

В ходе рассмотрения дела интересы истца представляла ФИО6 (на основании доверенности от 22.05.2020) - работник ООО «Феникс» (трудовой договор от 21.05.2020), которая подготовила и направила ответчику претензию, подготовила и направила в суд исковое заявление, дополнение правовой позиции, возражения на отзыв ответчика.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что он не подписывал договор безвозмездного пользования оборудованием №297/16 от 27.10.2016, оборудование от ИП ФИО3 не принимал, отклоняются судебной коллегией, поскольку о заключении договора безвозмездного пользования и о передаче спорного оборудования от истца ответчику по акту во исполнение заключенных договоров ссуды свидетельствует тот факт, что на указанных документах проставлена печать ИП ФИО2 

Ссылки на то, что факт приобретения истцом спорного оборудования в собственность не подтвержден надлежащими доказательствами, несостоятельны и подлежат отклонению в силу следующего.   

Применительно по аналогии к разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды», судам следует иметь в виду, что положения статьи 608 Гражданского кодекса Российской Федерации не означают, что в ходе рассмотрения споров, связанных с нарушением арендатором своих обязательств по договору аренды, арендодатель обязан доказать наличие у него права собственности на имущество, переданное в аренду. Доводы арендатора, пользовавшегося соответствующим имуществом и не оплатившего пользование объектом аренды, о том, что право собственности на арендованное имущество принадлежит не арендодателю, а иным лицам и поэтому договор аренды является недействительной сделкой, не принимаются судом во внимание.

Таким образом, возможная передача имущества ссудодателем, в отсутствие согласия собственника данного имущества в соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации не свидетельствует о ничтожности договора безвозмездного пользования, так как между сторонами этого договора возникают обязательственные, а не вещно-правовые отношения.

Доказательств наличия условий для признания договора недействительным как оспоримой сделки, в материалы дела не представлено.

Доводы апелляционной жалобы о том, что производство по делу подлежит прекращению на основании пункта 1 части 1 статьи 150 АПК РФ в связи с утратой ответчиком статуса индивидуального предпринимателя (22.07.2021), отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку не свидетельствуют о рассмотрении настоящего спора арбитражным судом с нарушением правил подведомственности, учитывая, что во время заключения спорного договора и на день подачи искового заявления он обладал статусом индивидуального предпринимателя.

Утрата статуса индивидуального предпринимателя в ходе рассмотрения дела не влечет за собой изменение подведомственности и необходимость прекращения производства по делу (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Доводы подателя, изложенные в жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции по существу рассмотренного дела, а выражают несогласие с ними, что не является основанием для отмены оспариваемого решения. Данные доводы в полном объеме были предметом исследования первой инстанции и им судом дана полная и правильная оценка. Основания для переоценки обстоятельств, правильно оцененных первой инстанции, у апелляционного суда отсутствуют.

Учитывая, что все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, судом установлены и подтверждены представленными в материалы дела доказательствами, оснований для иных выводов по существу спора у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих по правилам части 4 статьи 270 АПК РФ безусловную отмену судебного акта, апелляционным судом не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Рязанской области от 10.08.2023 по делу  № А54-54/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Е.В. Мосина

М.М. Дайнеко

Л.А. Капустина