266/2023-28616(2) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А03-7173/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 17 мая 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 18 мая 2023 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:  председательствующего Качур Ю.И.,  

судей Доронина С.А.,  ФИО1 – 

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Алтайского края от 28.09.2022 (судья  Бояркова Т.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда  от 15.12.2022 (судьи Марченко Н.В., Подцепилова М.Ю., Сухотина В.М.) по делу   № А03-7173/2022 по иску общества с ограниченной ответственностью «Вэйт»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – истец, ООО «Вэйт») о взыскании  с ФИО2 (далее - ответчик) в порядке субсидиарной ответственности  10 230 000 руб.  

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета  спора: арбитражный управляющий ФИО3 (далее -  управляющий); ФИО4; ФИО5; ФИО6; Федеральная налоговая служба; ФИО7;  ФИО8; общество с ограниченной ответственностью (далее –  ООО) «Производственно-торговая компания «Трансфера»; ООО «ТВЧ-Сервис»; закрытое  акционерное общество «Компания Промтехснаб»; ООО «Промшина»; ООО «Фрилайн»;  ООО «Евродизель-Сервис»; ООО «Кузбассбизнесавто»; ООО «ЭКГ «Кузбасс Сервис»;  ООО «Детальавто»; ООО «Кузбасс Групп»; ООО «Промышленная ресурсная компания»;  ООО «Литий-Н».  

Суд установил: 

ООО «Вэйт» 23.05.2022 обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением  к ФИО2 о взыскании с него в порядке субсидиарной ответственности  10 230 000 руб.  

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 28.09.2022, оставленным без  изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022,  заявление удовлетворено; с ФИО2 в пользу ООО «Вэйт» взыскано  10 230 000 руб. долга и 74 150 руб. в возмещение судебных расходов по уплате  государственной пошлины.  

ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит решение  арбитражного суда от 28.09.2022, постановление апелляционного суда от 15.12.2022  отменить, в удовлетворении иска ООО «Вэйт» отказать.  

В обоснование жалобы податель приводит следующие доводы: истец не обосновал,  каким образом непередача конкурсному управляющему ответчиком всей документации  

повлияла на проведение процедуры банкротства, учитывая, что в материалы дела  ответчиком представлены почтовые квитанции от 25.11.2020 и от 01.12.2020 с описью  вложения и отчетами об отслеживании отправлений, которые подтверждают направление  в адрес управляющего ФИО3 и получение им всей имеющейся у ответчика  документации; в действиях ответчика отсутствует какое-либо противоправное поведение,  прямая (непосредственная) причинно-следственная связь между поведением ответчика  и невозможностью погашения всех требований кредиторов должника; ненадлежащие  бездейстие по неоспариванию сделок должника и невзысканию дебиторской  задолженности со стороны управляющего привели к ее необоснованному списанию  в размере 162 243 830,30 руб. и невозможности удовлетворения требований кредиторов.  

В заседание суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, не явились.  Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения  судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке,  предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии  со статьями 286, 288 АПК РФ законность судебных актов, суд кассационной инстанции  не находит оснований для их отмены.  

Как следует из материалов дела, ООО «Горное предприятие Континент» (далее –  ООО «ГПК», должник) зарегистрировано в Едином государственном реестре  юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 27.12.2017.  

Полномочия единоличного исполнительного органа ООО «ГПК» осуществлял  директор ФИО2, владеющий 100 % долей в уставном капитале общества в период  с 08.08.2018 по 28.04.2022.  

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 31.08.2020 по делу   № А03-8969/2020 на основании заявления ООО «Вэйт» в отношении ООО «ГПК» введена  процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3, требование  ООО «Вэйт» в размере 10 230 000 руб., подтвержденное решением Арбитражного суда  Кемеровской области от 12.05.2020 по делу № А27-21923/2019, включено в третью  очередь реестра требований кредиторов должника.  

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 23.03.2021 по делу   № А03-8969/2020 ООО «ГПК» признано банкротом, открыто конкурсное производство,  конкурсным управляющим утвержден ФИО3  

Поскольку все мероприятия конкурсного производства по делу № А03-8969/2020  выполнены и отсутствовала возможность пополнения в дальнейшем конкурсной массы  должника, суд определением от 10.03.2022 завершил конкурсное производство  в отношении ООО «ГПК», запись о прекращении деятельности общества внесена  в ЕГРЮЛ 28.04.2022.  

На дату исключения ООО «ГПК» из ЕГРЮЛ указанное общество имело  неисполненное обязательство перед ООО «Вейт» на общую сумму 10 230 000 руб.,  при этом определением суда от 29.12.2020 и решением суда от 23.03.2021 по делу   № А03-8969/2020 установлено, что ФИО2 не передал управляющему документы,  которые касаются запасов, дебиторской и кредиторской задолженности, сведения  о которых отражены в последнем бухгалтерском балансе за 2019 год, в связи с чем  указанные документы истребованы у ФИО2 в судебном порядке, но указанное  определение до завершения процедуры банкротства должника осталось не исполненным  

в полном объеме, что препятствовало формированию конкурсной массы.  

Полагая, что бывшим руководителем ООО «ГПК» ФИО2 причинен  существенный вред имущественным правам ООО «Вэйт», поскольку ответчик уклонялся  от передачи документации должника его управляющему, а также материальных и иных  ценностей, истец, руководствуясь пунктом 3 статьи 61.14 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон  о банкротстве), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Удовлетворяя исковые требования и привлекая к субсидиарной ответственности  по долгам ООО «ГПК» ФИО2 за непередачу документации должника,  суды первой и апелляционной инстанции исходили из наличия совокупности  необходимых условий и доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО2  статуса контролирующего должника лица как его единственного участника  и руководителя, а также неисполнения возложенной на него подпунктом 2 пункта 2 статьи  61.11 Закона о банкротстве обязанности, вследствие чего требования кредитора остались  непогашенными.  

Суд округа полагает, что судами по существу приняты правильные судебные акты. 

Пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве установлено, что правом на подачу  заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию,  предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, после прекращения производства  по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения  судебных расходов, обладают кредиторы, чьи требования были включены в реестр  требований кредиторов.  

ООО «Вэйт» является таким кредитором. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), субсидиарная  ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности  гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной  ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий  (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения  к ответственности).  

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим  должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее  не более чем за три года, предшествующих возникновению признаком банкротства,  а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании  должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или  возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению  сделок и определению их условий.  

На основании пунктов 2 и 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, к числу таких лиц  относятся руководители должника и его участники, имеющие право самостоятельно либо  совместно с заинтересованными лицами распоряжаться более чем половиной долей  уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или  более чем половину голосов в общем собрании участников юридического лица либо право  назначать (избирать) руководителя должника.  

ФИО2 являлся единственным участником и руководителем должника  в период с 08.08.2018 по 28.04.2022, поэтому подпадает под понятие контролирующего  должника лица и может быть привлечен к субсидиарной ответственности по его  

обязательствам.  

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность  по обязательствам должника.  

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица, если документы бухгалтерского учета к моменту вынесения определения  о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом  отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных  законодательством Российской Федерации, формирование которой является  обязательным, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно  затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе  формирование и реализация конкурсной массы.  

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу пункта 3.2  статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126  Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению  арбитражному управляющему документации и имущества должника.  

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие  необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет получить полную  информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, принимать меры,  направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося  у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником,  требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.  

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины  требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации  должника свидетельствует о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие  информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования  кредиторов.  

Во избежание рисков субсидиарной ответственности руководитель обязан передать  документы в систематизированном виде по соответствующему акту с указанием  реквизитов документов, а в случае невозможности передачи должен оказать всестороннее  содействие в восстановлении документов, розыске имущества, истребовании от третьих  лиц документов и ценностей, в том числе в судебном порядке.  

Применяемые при разрешении споров о привлечении к субсидиарной  ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или  искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве),  обусловлены обязанностью заявителя представить суду объяснения относительно того,  как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие  в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства;  правом привлекаемого к ответственности лица опровергнуть названные презумпции,  доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели  к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав  отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности,  

подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей  по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости  и осмотрительности, какая от него требовалась (определения Верховного Суда  Российской Федерации от 17.03.2022 № 305-ЭС21-23266, от 16.10.2017   № 302-ЭС17-9244).  

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства  понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих  должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных  активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период  подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки  и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной  массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений,  исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда  должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц,  являющихся членами данных органов; невозможность взыскания дебиторской  задолженности или ее реализации на торгах.  

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной связи  между приведенными действиями (бездействием) контролирующего должника лица  и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При доказанности условий,  составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую  сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том,  что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным  поведением ответчика.  

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника  лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить  требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет,  что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.  

Привлекая ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника за не передачу его документации, суды правомерно исходили из следующего.  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Алтайского края  от 29.12.2020 по делу № А03-8969/2020 установлено, что ФИО2 не передал  управляющему документы, которые касаются запасов (91 746 тыс. руб.), дебиторской  (141 525 тыс. руб.) и кредиторской (278 476 тыс. руб.) задолженности, финансовых  вложений (53 043 тыс. руб.), сведения о которых отражены в последнем бухгалтерском  балансе за 2019 год.  

Указанное обстоятельство также подтверждается решением суда от 23.03.2021  по делу № А03-8969/2020, из которого следует вывод суда о том, что имеющейся  у управляющего информации крайне недостаточно, чтобы сделать мотивированный вывод  о невозможности восстановления платежеспособности должника.  

Для принудительного исполнения определения от 29.12.2020 по делу   № А03-8969/2020 19.02.2021 выдан исполнительный лист, на основании которого  возбуждено исполнительное производство от 22.03.2021 № 43234/21/42008-ИП.  

Несмотря на принятые управляющим ФИО3 меры, ФИО2  не исполнил обязанность по передаче управляющему бухгалтерской и иной  документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника,  информации об их местонахождении и структуре запасов не дал.  

При этом размер непогашенных требований кредиторов, включенных в реестр,  согласно определению суда от 10.03.2022 по делу № А03-8969/2020 составил  107 803 176,89 руб.  

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «ГПК» за 2018 год у должника числятся  запасы на сумму 65 547 000 руб., дебиторская задолженность 50 892 000 руб., денежные  средства 96 000 руб.; за 2019 год у должника числятся запасы на сумму 91 746 000 руб.,  дебиторская задолженность 141 525 000 руб., финансовые вложения 53 043 000 руб.  

Кроме того, на дату введения процедуры конкурсного производства управляющим  выявлена дебиторская задолженность в размере 162 243 830,30 руб., которая 24.02.2022  списана ввиду отсутствия необходимых документов первичного бухгалтерского учета для  ее принудительного взыскания.  

В настоящем случае судами правомерно учтено, что ответчик уклонялся  от передачи конкурсному управляющему всей необходимой документации, материальных  и иных ценностей должника, в результате чего погашение реестра требований кредиторов  стало невозможным. Сокрытие ответчиком активов должника и документации,  позволяющей их установить, послужили основанием для привлечения контролирующего  должника лица – ФИО2 к субсидиарной ответственности в соответствии  с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Указанные обстоятельства установлены в ходе рассмотрения обособленного спора  об истребовании у ФИО2 документации ООО «ГПК», участником которого  он и являлся. При этом последний определение суда от 29.12.2020 по делу   № А03-8969/2020 не оспаривал, в ходе рассмотрения спора возражений относительно  представленных доказательств не заявлял, выводов суда не опровергал, поэтому,  руководствуясь пунктом 2 статьи 69 АПК РФ, суды пришли к верному выводу о том, что  данные обстоятельства носят преюдициальный характер и не подлежат повторному  исследованию, установлению или оспариванию в рамках данного обособленного спора.  

В то же время в рамках данного обособленного спора судами уже давалась оценка  почтовым квитанциям от 25.11.2020 и от 01.12.2020, которые не подтверждают  направление ФИО2 в адрес управляющего ФИО3 и получение им всей  необходимой документации и имущества должника. Надлежащих, относимы, допустимых  и достаточных доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, в материалы  в настоящего обособленного спора ответчиком также не представлено  (статьи 9, 65 АПК РФ).  

Таким образом, ФИО2 как единственный участник и директором  ООО «ГПК» должен был предоставить управляющему и суду перечень имущества  должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы,  отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.  

Отсутствие документов первичного бухгалтерского учета и отчетности  воспрепятствовало надлежащему формированию конкурсной массы, в том числе  осуществлению управляющим исковой работы с дебиторами, выявлению сделок,  подлежащих оспариванию. Доводы кассатора об обратном обоснованно отклонены  судами, как неподтвержденные документально (статья 65 АПК РФ).  

Учитывая имеющиеся сведения о размере активов должника, содержащиеся в его  последней бухгалтерской отчетности, суды пришли к правильному выводу о том, что  в результате бездействия ответчика было существенно затруднено проведение процедур,  применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы  

должника в целях расчетов с его кредиторами, поэтому вывод судов о наличии оснований  для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу  документации должника является верным.  

Таким образом, невыполнение бывшим директором и учредителем ООО «ГПК» –  ФИО2 без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче  управляющему документации общества свидетельствует о его недобросовестном  поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет  которого могли быть погашены требования кредиторов в рамках дела о банкротстве  должника.  

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, по существу направлены на иную  оценку доказательств и фактических обстоятельств дела, установленных судами первой  и апелляционной инстанций, переоценка которых в силу статьи 286 АПК РФ не входит  в компетенцию суда округа.  

Нарушений судами норм материального или процессуального права, являющихся  в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов, судом кассационной  инстанции не установлено, в связи с чем кассационная жалоба не подлежит  удовлетворению.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный  суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

решение Арбитражного суда Алтайского края от 28.09.2022 и постановление Седьмого  арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022 по делу № А03-7173/2022 оставить  без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.  

Председательствующий Ю.И. Качур 

Судьи С.А. Доронин  

 ФИО1