СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...> e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № 17АП-10058/2025(1)-АК

Дело № А71-17920/2023

20 января 2026 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2026 года. Постановление в полном объеме изготовлено 20 января 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Гладких Е.О., судей Даниловой И.П., Устюговой Т.Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Паршиной В.Г.

при участии в судебном заседании: должника ФИО1 (паспорт), представителя должника ФИО2 (паспорт, доверенность от 24.01.2025)

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел апелляционную жалобу кредитора, государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»,

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26 сентября 2025 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании недействительными договора дарения от 10.07.2015 здания (жилой дом), 25.7 кв.м и земельного участка 1810 +/- 15 кв.м, и договора дарения от 10.07.2015 здания (жилой дом) 229.9 кв.м и земельного участка 1188 +/- 24 кв.м,

вынесенное в рамках дела № А71-17920/2023 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1, третье лицо: ФИО4,

лицо, в отношении которого совершена оспариваемые сделки, ФИО5,

установил:

ОАО «Уральский Трастовый Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 24.10.2023 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу № А71-17920/2023.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.11.2023 (резолютивная часть решения от 22.11.2023) ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден член Ассоциации «САМОРЕГУЛИРУЕМАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ ЦЕНТРАЛЬНОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА» ФИО3.

Финансовый управляющий должника ФИО3 24.11.2024 обратился в суд с заявлением о признании недействительными:

- договора дарения от 10.07.2015 здания (жилой дом), 25.7 кв.м, по адресу: 

<

...> д. *, и земельного участка, 1810 +/- 15 кв.м, по адресу: Российская Федерация, Удмуртская Республика, Каракулинский муниципальный район, сельское поселение Чегандинское, 

<

...> земельный участок *;

- договора дарения от 10.07.2015 здания (жилой дом), 229.9 кв.м по адресу: 

<

...> д. * и земельного участка 1188 +/- 24 кв.м по адресу: Удмуртская Республика, муниципальный округ 

<

...> земельный участок *.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.12.2024 заявление финансового управляющего принято к производству, назначено судебное заседание. К участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечена ФИО5.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.05.2025 к участию в обособленном споре привлечен ФИО4.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11.09.2025 в реестре требований кредиторов ФИО1 произведена замена кредитора – открытого акционерного общества «Уральский Трастовый Банк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на Государственную корпорацию «АГЕНТСТВО ПО СТРАХОВАНИЮ ВКЛАДОВ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по размеру и очередности удовлетворения,

установленным решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28 ноября 2023 года по делу № А71-17920/2023.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26 сентября 2025 года отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 ФИО3 о признании договора дарения от 10.07.2015 здания (жилой дом), 25.7 кв.м, по адресу: 

<

...> д. * и земельного участка 1810 +/- 15 кв.м, по адресу: Российская Федерация, Удмуртская Республика, Каракулинский муниципальный район, сельское поселение Чегандинское, 

<

...> земельный участок *, и договора дарения от 10.07.2015 здания (жилой дом) 229.9 кв.м по адресу: 

<

...> д. *, и земельного участка 1188 +/- 24 кв.м по адресу: Удмуртская Республика, муниципальный округ 

<

...> земельный участок *, недействительными сделками.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор- Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» обратился с апелляционной жалобой, просит определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26 сентября 2025 года отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что судом первой инстанции не учтена площадь спорного жилого помещения. Так, как минимум для двух совершеннолетних членов семьи должника спорное жилое помещение не является единственным жильем, при этом, площадь спорного жилого помещения составляет 229,9 кв.м, что явно превышает разумные потребности в жилье для двух человек; что судом первой инстанции не учтено, что заключение оспариваемых договоров имело место при наличии неисполненных обязательств перед кредитором; что безвозмездная сделка совершена должником в пользу заинтересованного лица после признания банка несостоятельным (банкротом) и непосредственно перед направлением в суд заявления о привлечении лиц, контролировавших банк, к субсидиарной ответственности.

До начала судебного заседания от должника поступил отзыв, просит определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу кредитора- без удовлетворения.

В судебном заседании должник с участием своего представителя против доводов апелляционной жалобы возражали, определение суда первой инстанции считают законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, апелляционную жалобу- без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле и извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание

представителей не направили, что в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 02.12.2009 между ФИО5 (займодавец 1), ФИО6 (займодавец 2) и ФИО1 (заемщик) заключен договора займа.

Согласно п. 1 договора займодавцы передают заемщику денежные средства на строительство жилого дома по адресу: 

<

...> д. * в размере 2 500 000 руб. на указанный ниже срок, а заемщик обязуется возвратить указанную сумму с процентами за предоставление суммы займа в обусловленный срок.

С момента ввода в эксплуатацию (2013 год) по настоящее время должник и члены его семьи проживают в доме по адресу: 

<

...> д. *. Для них данное жилье является единственным.

Между должником (даритель) и ФИО6 (одаряемый) 10.07.2015 заключен договор дарения.

Согласно п. 1.1 договора даритель безвозмездно передает одаряемому в собственность земельный участок с расположенным на нем жилым домом, находящийся по адресу: 

<

...> д. *, а одаряемый принимает его в качестве дара.

Согласно п. 1.2 договора указанный земельный участок принадлежит дарителю на основании договора купли-продажи земельного участка от 05.09.2013 № 492/2013, зарегистрированного в Управлении Федеральной регистрационной службы по Удмуртской Республике в с. Каракулино 30.09.2013, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 30.09.2013 сделана запись регистрации № 18-18-10/003/2013-534. Земельный участок/категории земель: земли населенных пунктов имеет общую площадь 1188 кв.м и находится по адресу: 

<

...> уч. № *.

Согласно п. 1.3 договора жилой дом принадлежит дарителю на основании: разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 18.12.2012 № RU 1811000-510 выданного Администрацией Каракулинского района Удмуртской Республики, зарегистрированного в Управлении Федерального регистрационной службы по Удмуртской Республике в с. Каракулино 04.03.2013, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 04.03.2013 сделана запись регистрации № 18-18-10/002/2013-279. Жилой дом 3-этажный (подземных этажей – 1), общая площадь 229,9 кв.м, инв. № 4094 по адресу местоположения: 

<

...> д. *.

Также 10.07.2015 должником (даритель) и ФИО6 (одаряемый) заключен договор дарения, согласно п. 1.1 которого даритель безвозмездно передает одаряемому в собственность земельный участок с расположенным на нем жилым домом, находящиеся по адресу: 

<

...> д. *, а одаряемый принимает его в качестве дара. Объектами дарения выступили здание (жилой дом), 25.7 кв.м, по адресу: 

<

...> д. * и земельный участок, 1810 +/- 15 кв.м, по адресу: Российская Федерация, Удмуртская Республика, Каракулинский муниципальный район, сельское поселение Чегандинское, 

<

...> земельный участок *.

Конкурсный управляющий ОАО «УТБ» - ГК «АСВ» 13.07.2015 обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «УТБ» ФИО7, ФИО1, ФИО8, ФИО9, о взыскании солидарно в пользу ОАО «УТБ» суммы в размере 304 934 руб.

Здание (жилой дом) 25.7 кв.м, по адресу: 

<

...> д. * 15.11.2015 снято с кадастрового учета в связи с обрушением (ветхость) и демонтировано. В настоящий момент указанный объект недвижимости отсутствует в натуре.

Отец должника ФИО6 04.01.2019 умер.

На основании завещания, удостоверенного 13.12.2017 нотариусом нотариального округа «Каракулинский район» Удмуртской Республики ФИО10 за № 2-1348 по реестру, наследницей указанного в настоящем свидетельстве имущества ФИО6, умершего 04 января 2019 года, является супруга, ФИО5.

Наследство, на которое выдано свидетельство, состоит из: земельного участка площадью 1 188 кв.м, используемого для ведения личного подсобного хозяйства, расположенного на землях населенных пунктов по адресу: 

<

...> д. *. Указанный земельный участок принадлежит наследодателю по праву собственности, возникшему на основании договора дарения, заключенного в с. Каракулино 10.07.2015.

ФИО5 вступила в наследство и в отношении недвижимого имущества по адресу: 

<

...> д. *.

Определением от 07.03.2019 заявление конкурсного управляющего ОАО «УТБ» - ГК «АСВ» удовлетворено, ФИО7, ФИО1, ФИО8, ФИО9 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного общества «Уральский Трастовый Банк»; производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания всех мероприятий конкурсного производства,

формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами открытого акционерного общества «Уральский Трастовый Банк».

Земельный участок по адресу: 

<

...> д. * ФИО5 продан 13.02.2021 по договору купли-продажи ФИО4 за 85 000 руб.

Ссылаясь на злоупотребление должником правом и мнимость оспариваемых сделок, финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении договоров дарения его стороны действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам, в обход закона с противоправной целью, а также иным образом заведомо недобросовестно осуществляли гражданские права.

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X настоящего Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Оспариваемые сделки совершены 10.07.2015, то есть до 01.10.2015, следовательно, данные сделки могут быть оспорены в рамках настоящего дела по общим основаниям гражданского законодательства, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота,

учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ. В связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного

разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П, от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника и т.д.).

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N 6526/10 по делу N А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не

совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Соответственно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование заявления финансовый управляющий ссылается на то, что указанные сделки совершены 10.07.2015 в пределах десятилетнего срока для оспаривания, со злоупотреблением права, в преддверии подачи 13.07.2015 конкурсным управляющим заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по делу № А71-8362/2012 о банкротстве ОАО «Уральский Трастовый Банк». Указанные сделки по отчуждению имущества совершены без равноценного встречного исполнения (на основании договора дарения), с аффилированным лицом – ФИО6 (отцом должника). В результате указанных сделок причинен вред имущественным правам ОАО «УТБ», т.к. должником было отчуждено имущество, за счет реализации которого возможно было бы погасить его требования. Также сделка должника по отчуждению здания (жилого дома), 229.9 кв.м по адресу: 

<

...> д. * и земельного участка имеет признаки мнимости, т.к. должник продолжал и продолжает проживать по адресу: 

<

...> д. *.

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, договор дарения от 10.07.2015 в отношении здания (жилой дом), 229.9 кв.м по адресу: 

<

...> д. * и земельного участка 1188 +/- 24 кв.м по адресу: Удмуртская Республика, муниципальный округ 

<

...> земельный участок *, не подлежит признанию недействительным, поскольку спорный жилой дом и находящийся под ним земельный участок является единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи жильем, соответственно, они не подлежат включению в конкурсную массу, в связи с чем отсутствует признак причинения вреда оспариваемыми сделками.

Согласно части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может

быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его часть), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, и на земельные участки, на которых расположены данные объекты, за исключением указанного имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Указанное ограничение обусловлено необходимостью защиты конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 N 456-О).

Как указано выше, с момента ввода в эксплуатацию (2013 год) по настоящее время должник и члены его семьи проживают в доме по адресу: 

<

...> д. *. Для них данное жилье является единственным, следовательно, оно не подлежит реализации.

Доказательств наличия зарегистрированного в установленном законом порядке за должником права на иное жилое помещение, в материалах обособленного спора не имеется (статья 65 АПК РФ).

Поскольку спорный жилой дом и находящийся под ним земельный участок является единственным пригодным для проживания должника и членов

его семьи жильем, соответственно, они не подлежат включению в конкурсную массу, в связи с чем, отсутствует признак причинения вреда оспариваемыми сделками. Следовательно, признание недействительной данной сделки не приведет к пополнению конкурсной массы.

Наличие в собственности совершеннолетних детей должника иного жилого помещения, вопреки доводам апелляционной жалобы, данные выводы суда не опровергает.

Как установлено судом, помимо указанных кредитором двух совершеннолетних детей должника, спорное жилое помещение является единственным пригодным как для должника, так и для несовершеннолетней дочери должника- ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и матери должника- ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая, в силу своего возраста и состояния здоровья проживать отдельно не может.

Доказательств принятия должником мер по искусственному приданию спорному жилому помещению статуса единственного жилья в материалы дела не представлено.

При этом подлежат отклонению доводы кредитора о том, что спорный объект обладает признаками роскошного жилья, площадь, приходящаяся на каждого члена семьи, превышает минимальные нормативы, поскольку сам по себе метраж площади дома еще не доказывает его состояние как роскошного жилья.

Для признания жилья роскошным оценке в совокупности подлежат как превышение площади объекта над нормативом предоставления, так и иные характеристики конкретного объекта: жилая площадь объекта, место расположения, конструктивные особенности, внешнее и внутреннее художественное оформление, уровень инфраструктуры в районе нахождения, техническое оснащение и другие. Однако иные доказательства превышения параметров дома над разумной потребностью в жилище отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что индивидуальное жилищное строительство, в отличие от многоквартирной застройки, предполагает особенности, связанные с техническим оснащением системами жизнеобеспечения. Технические помещения жилого дома не могут учитываться при определении норматива предоставления жилых помещений. Действующим законодательством нормативная площадь жилого помещения устанавливается для квартир, расположенных в многоквартирных жилых домах. Такого рода помещения предполагают наличие общего имущества (тамбуры, входные группы, лестничные клетки, бойлерные и т.д.), которые не учитываются при расчете норматива, поскольку не связаны непосредственно с проживанием граждан.

Как следует из пояснений должника, жилая площадь жилого дома составляет всего 84,5 кв.м, а примерная стоимость- 4 912 000 руб.

Таким образом, принимая во внимание, что жилая площадь спорного дома составляет 84,5 кв.м, а примерная стоимость- 4 912 000 руб. доводы

кредитора о превышении используемого должником и членами его семьи для проживания жилого дома разумной потребности в жилище, о его роскошности признаются несостоятельными.

Более того, данные доводы не являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, поскольку не заявлялись.

Как установлено материалами дела 15.11.2015 здание (жилой дом) 25.7 кв.м, по адресу: 

<

...> д. * было снято с кадастрового учета в связи с обрушением (ветхость) и демонтировано. В настоящий момент указанный объект недвижимости отсутствует в натуре, что также подтверждается фотоматериалами, представленными в материалы дела.

Таким образом, с учетом периода снятия дома с учета по причине его ветхости, суд пришел к выводу, что мероприятия по реализации указанного имущества были бы экономически не целесообразны, данный жилой дом не мог бы являться значимым для целей процедуры банкротства имуществом, за счет которого могли бы быть удовлетворены требования кредиторов.

Земельный участок по адресу: 

<

...> д. * ФИО5 по договору купли-продажи был продан ФИО4 за 85 000 руб.

Доказательств иной стоимости спорного имущества по состоянию на дату совершения договора дарения в материалы дела не представлено.

Учитывая изложенное, суд признал подтвержденными доводы должника и заинтересованного лица о том, что указанное имущество не имело существенной ценности для целей погашения требований кредиторов, а цель совершения сделки дарения не была отличной от цели, обычно преследуемой при совершении сделок дарения, и не была обусловлена намерением причинить вред имущественным правам кредиторов.

Доводы финансового управляющего о мнимости сделки также не нашли своего подтверждения, поскольку из пояснений и доказательств, приведенных ФИО4, следует, что земельный участок по адресу: 

<

...> д. * фактически вообще не использовался и находился в заброшенном состоянии.

Обстоятельства последующей перепродажи спорного имущества также не свидетельствуют о том, что целью совершения договора дарения являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Принято судом во внимание и то, что заявление о привлечении должника к субсидиарной ответственности было подано лишь 13.07.2015, то есть после совершения оспариваемой сделки.

Доводы финансового управляющего и кредитора о том, что должник и другая сторона сделки должны были предполагать последующую подачу и удовлетворение в отношении должника заявления о привлечении к

субсидиарной ответственности, судом отклонены, поскольку само по себе привлечение к субсидиарной ответственности не презюмируется. Более того, обстоятельства дела не свидетельствуют о том, что должник совершил оспариваемую сделку, выводя или переводя на другие лица все свои активы, стремясь не допустить дальнейшее обращение взыскания на них по обязательствам кредиторов. Кредитором таких доказательств суду не представлено, из документов дела таких признаков не усматривается.

Таким образом, оценив представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего.

При этом возражения должника о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности судом отклонены, так как его течение при введении процедуры банкротства начинается лишь тогда, когда действующий разумно финансовый управляющий узнал или должен был узнать о совершении сделки и об основаниях ее недействительности.

Доводы апелляционной жалобы о том, что должник совершил оспариваемые сделки, предполагая возможность привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам банка, подлежат отклонению.

Как указано выше, в данном случае следует доказать, что при заключении договоров стороны действовали со злоупотреблением правом.

Однако доказательств того, что при заключении договоров стороны злоупотребили правом, фактически осуществили вывод активов с целью не допустить обращения взыскания на имущество для расчетов с кредиторами должника в материалы дела не представлены, умысел сторон на реализацию какой-либо противоправной цели не доказан.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26 сентября 2025 года по делу № А71-17920/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий Е.О. Гладких

Судьи И.П. Данилова

Т.Н. Устюгова