Арбитражный суд Московской области

         107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва 

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Москва

«19» апреля 2021 года                                                                        Дело № А41-34820/2020

Резолютивная часть решения объявлена «30» марта 2021 года. Решение изготовлено в полном объеме «19» апреля 2021 года.

Арбитражный суд Московской области 

в составе: судьи Быковских И. В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску  Зимина Романа Юрьевича, Никоновой Татьяны Анатольевны в интересах ООО "МТА" к Богомазову Сергею Александровичу, Вдовкиной Лидии Ивановне, Ермакову Денису Сергеевичу, Азаренковой Инне Николаевне о взыскании в солидарном порядке 94055350 руб. 00 коп. убытков, третье лицо - ООО "МТА",

при участии в судебном заседании:

от ФИО2  – лично, паспорт, ФИО8 по дов. от 21.01.2021 г.,

от ФИО3 – ФИО9 по дов. от 10.04.2020 г.,

от ФИО4 – лично, паспорт, ФИО10 по дов. от 10.09.2020 г.,

от ФИО5 – ФИО11 по дов. от 09.09.2020 г.,

от ФИО6 – ФИО12 по дов. от 17.09.2020 г.,

от ФИО7 

от ООО "МТА" – ФИО13 по дов. от 05.09.2020 г.,

                                                          установил:

ФИО2, ФИО3 в интересах ООО "МТА" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) обратились в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ФИО4, ФИО5, ФИО6 о солидарном взыскании в порядке принятого судом в соответствии со ст. 49 АПК РФ уточнения 94055350 руб. 00 коп. убытков.

Определением Арбитражный суд Московской области от 12.11.2020 к участию в деле в качестве соответчика по делу привлечена ФИО7.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечено ООО "МТА" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Иск предъявлен на основании ст. ст. 15, 53.1, 65.2, 170 ГК РФ, ст. ст. 32, 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ).

Исковые требования мотивированы неразумностью и недобросовестностью действий директора общества с ограниченной ответственностью "МТА" ФИО4, являющегося также участником Общества, действий участников Общества ФИО5, ФИО6, а также ФИО7, не являющейся участником Общества, но будучи стороной сделки, по результатам которой ООО "МТА" причинены убытки. Недобросовестность противоправного поведения директора ООО "МТА" и участников общества ФИО5 и ФИО6 выразилась в причинении ими обществу с ограниченной ответственностью "МТА" убытков в размере 94055350 руб. 00 коп. в связи с перечислением данными контролирующими Общество лицами денежных средств (арендных платежей) по заключенной ООО "МТА" (арендатором) в лице бывшего директора ФИО14 сделке с индивидуальным предпринимателем ФИО7 (арендодателем) по договору аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014. При этом стоимость арендуемого оборудования (компрессора ДЭН-22Ш и вагоноремонтной машины «Липчанка-2»)  по вышеназванному договору аренды за 2017-2019 более чем в 22 раза меньше выведенных из общества с ограниченной ответственностью "МТА" денежных средств только за период с 2017 г., при этом ФИО7 является дочерью участника ООО "МТА" ФИО5 Кроме того, 01.09.2015 ООО "МТА" в лице директора ФИО4 и индивидуальным предпринимателем ФИО7 к договору аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 было заключено дополнительное соглашение № 1, предусматривающее продление срока действия договора аренды до 30.11.2015 и условия о последующей пролонгации договора аренды № 01-12/14 от 18.12.2014. Также 16.09.2016 стороны заключили к вышеназванному договору аренды дополнительное соглашение № 2, по условиям которого в перечень арендуемых объектов было добавлено два компрессора ПТ-13-У1, которые, как указывают истцы, в действительности не являются компрессорами, а представляют собой тракторные прицепы, на которых размещены компрессоры, и которые не используются в деятельности Общества, так как не входят в инфраструктурную систему для ремонта вагонов. Также стороны увеличили размер арендной платы. Дополнительным соглашением № 3 от 24.09.2018 стороны снова увеличили размер арендной платы. Таким образом, за период с 2017 г. по 2019 г. по договору аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 Обществом индивидуальному предпринимателю ФИО7 была перечислена арендная плата в размере 81031050 руб. 00 коп., что составило 65 % от всех платежей в адрес контрагентов (123363013 руб. 40 коп.) и 45 % от полученной Обществом платы за выполненные работы и оказанные услуги (180411273 руб. 47 коп). Соответственно, ФИО7 за период с 2017 г. по 2019 г. получила 45 % от всей выручки Общества. При таких обстоятельствах истцы полагают, что разумных экономических причин пролонгировать вышеназванный договор аренды не имелось, и в действительности данная сделка прикрывает вывод денежных средств из Общества в целях распределения прибыли между контролирующими участниками Общества - ФИО4, ФИО5 и ФИО6

ФИО4 в отзыве на исковое заявление и дополнении к отзыву указал, что  благодаря заключению договора аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 для Общества стали возможными выход из убыточного состояния и получение значительной прибыли, производственная деятельность Общества с использованием арендованного оборудования приносит ООО "МТА" только выгоду, ввиду чего Общество получает значительную прибыль, которая распределяется между участниками Общества. При этом деятельность ООО "МТА" была одобрена единогласно всеми участниками Общества на общем собрании от 29.04.2017, что подтверждается протоколом общего собрания участников ООО "МТА" № 12/2017 от 29.04.2017. Кроме того, ответчик указал, что до приобретения доли ФИО2 было достоверно известно о существовании положения дел в Обществе, в том числе о факте заключения договора аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 и дополнительного соглашения № 2 от 16.09.2016 к нему, поскольку в период с 30.05.2016 по 13.06.2016 ФИО2 временно исполнял обязанности директора Общества и совершал оплату арендных платежей в пользу индивидуального предпринимателя ФИО7 При этом после приобретения доли в уставном капитале ФИО2 более трех лет не предъявлял никаких требований о недействительности вышеназванного договора аренды и его убыточности для Общества.

В отзывах на иск ФИО5 и ФИО6 указали, что они не входят в какие-либо органы управления Обществом и не наделены правом выступать от имени ООО "МТА", ввиду чего считают себя ненадлежащими ответчиками по настоящему спору. При этом ФИО5 и ФИО6 пояснили, что спорный договор аренды не является убыточным для Общества, поскольку в течение всего срока действия договора Общество получало прибыль, что и является основной целью деятельности Общества согласно уставу. Также ФИО5 и ФИО6 пояснили, что договор аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014  был заключен Обществом до того, как ФИО5 (10.11.2016), ФИО6 (15.04.2015) стали его участниками, в связи с чем, какая-либо причинно-следственная связь между их действиями и заключением данного договор не усматривается. В отношении заявленных истцами требований к ФИО4 ответчики указали, что истцами не представлены доказательства наличия реальной возможности приобретения оборудования на изложенных ими условиях, так как представленные истцами условия не существовали в 2016 г. и не существуют в настоящее время. 

ФИО7 в отзыве на исковое заявление указала, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что она имела когда-либо какую-либо возможность определять действия общества с ограниченной ответственностью "МТА", включая возможность давать обязательные для исполнения указания органам юридического лица. При этом в отношении доводов истцов об аффилированности ООО "МТА" и ФИО7 последняя указала, что отношения между ней и Обществом существуют только в виде договора аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014, который до настоящего времени никем не оспорен и в установленном законом порядке недействительным или незаключенным не признан, и исполняется сторонами в соответствии с его условиями. Договор аренды был заключен на рыночных условиях, сложившихся в конкретный момент времени, соответствовал взаимной воле и волеизъявлению сторон, какое-либо понуждение к заключению и исполнению сделки отсутствовало. При этом сам по себе факт родственной связи ее и ФИО5 не свидетельствует и не может свидетельствовать о целях заключения и исполнения договора аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014, в том числе тех, о которых заявлено истцами.

ООО "МТА" в отзыве на исковое заявление и дополнении к отзыву поддержало позиции ответчиков и просило в удовлетворении исковых требований отказать.

ФИО7, извещённая надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства, в заседание суда не явилась. Дело рассмотрено в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ в ее отсутствие.

В судебном заседании ФИО2, его представитель и представитель ФИО3 настаивали на доводах и требованиях искового заявления.

ФИО4 и представители ответчиков ФИО5, ФИО6, а также третьего лица против удовлетворения исковых требований возражали по основаниям, изложенным в отзывах на иск и дополнениях к отзывам.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, рассмотрев доводы, изложенные в исковом заявлении, отзывах на него, дополнениях к отзывам, письменных пояснениях, показаниях свидетеля, и выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Пунктом 1 ст. 53 ГК РФ установлено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

В соответствии с п. 4 ст. 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Из материалов дела следует, что ООО "МТА" было зарегистрировано в качестве юридического лица 15.06.2011 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ в отношении ООО "МТА" участниками Общества являются ФИО2, владеющий 32 % уставного капитала, номинальной стоимостью 6000 руб. 00 коп., ФИО3, владеющая 17 % уставного капитала, номинальной стоимостью 3187 руб. 50 коп., ФИО6, владеющий 17 % уставного капитала, ФИО5, владеющая 17 % уставного капитала и ФИО4, владеющий 17 % уставного капитала.

Участник Общества ФИО4 с 13.05.2015 является директором ООО "МТА" на основании протокола общего собрания участников Общества № 7/2015 от 30.04.2015.

Истцы, ФИО2 и ФИО3, сославшись на вышеназванные обстоятельства и указанные ими в иске, обратились в суд с настоящим иском, поскольку их претензия об уплате убытков в добровольном порядке оставлена без удовлетворения.

В соответствии с п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.). 

В силу п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Аналогичные положения содержатся в Федеральном законе "Об обществах с ограниченной ответственностью".

В соответствии с пунктами 2, 3 и 5 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. 

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела. 

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник. 

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей. 

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. 

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, в рассматриваемом случае директора, истцы обязаны доказать сам факт причинения корпорации, в том числе им, убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе. 

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, сформулированным в абзацах 3, 4 пункта 12 Постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). 

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. 

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. 

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ) (пункт 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).

Между тем, как установлено судом и следует из материалов дела, ООО "МТА" было учреждено в 2011 г. по решению двух учредителей ФИО4 и ФИО2 с распределением долей в уставном капитале по 50 % каждому, о чем свидетельствует протокол общего собрания участников ООО "МТА" № 1/2011 от 07.06.2011 (т. 2, л.д. 137-138).

На основании заявления ФИО2 от 17.10.2012 он вышел из состава участников Общества с выплатой ему действительной стоимости доли, и единственным участником ООО "МТА" остался ФИО4 со 100 % долей в уставном капитале, что подтверждается решением единственного участника Общества № 2/2012 от 18.10.2012 (т. 2, л.д. 139).

Решением единственного участника Общества ФИО4 № 3/2012 от 27.11.2012 в состав участников был принят ФИО14 с долей в размере 1/6 уставного капитала Общества и увеличен уставный капитал Общества (т. 2, л.д. 140).

Впоследствии, на основании заявления от 06.12.2012 ФИО4 вышел из состава участников ООО "МТА" с выплатой ему действительной стоимости доли, и единственным участником Общества остался ФИО14 со 100 % доли в уставном капитале Общества, на должность директора ООО "МТА" был назначен ФИО14, что подтверждается решением единственного участника ООО "МТА" № 4/2012 от 07.12.2012 (т. 2, л.д. 141).

07.10.2014 между ООО "МТА" (подрядчиком) в лице директора ФИО14 и ОАО «Новая перевозочная компания» (заказчиком) был заключен договор на выполнение работ по подготовке под погрузку грузовых вагонов № 283/НПК-14, по условиям которого подрядчик принял на себя обязательства на основании письменной заявки заказчика производить выполнение работ по подготовке под погрузку грузовых вагонов, принадлежащих заказчику на праве собственности, аренды или ином законном основании, для нужд ОАО «Михайловский ГОК» (грузоотправителя) на арендуемом подрядчиком железнодорожном пути не общего пользования, примыкающего к станции Курбакинская Московской железной дороги – филиала ОАО «РЖД» (т. 2, л.д. 142-150).

При этом ранее, 13.02.2014 для осуществления деятельности по ремонту и подготовке железнодорожных вагонов между ООО "МТА" (арендатором) и ОАО «Михайловский ГОК» (арендодателем) был заключен договор аренды части земельного участка № 140235, на котором были устроены железнодорожные пути (участок А-Б) протяженностью 28800 м. с путепроводом.

08.12.2014 с целью исполнения обязательств по договору № 283/НПК-14 между ООО "МТА" (арендатором) в лице директора ФИО14 и индивидуальным предпринимателем ФИО7 (арендодателем) был заключен договор аренды имущества № 01-12/14, по условиям которого арендодатель предоставил арендатору во временное владение и пользование компрессор ДЭН-22Ш и вагоноремонтную машину «Липчанка-2».

Стороны установили, что стоимость пользования оборудованием, переданным арендатору, за каждый отремонтированный с помощью арендованного оборудования грузовой вагон составляет 150 рублей, без НДС за компрессор ДЭН-221 Ш; -700 рублей, без НДС за вагоноремонтную машину «Липчанка-2» (п. 5.1 договора аренды).

Пунктом 5.3 договора аренды предусмотрено, что размер арендной платы при наличии в том необходимости и объективных реальностей может в период срока действия договора изменяться по соглашению сторон, но не чаще одного раза в год.

В силу ст. 39 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ в обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично и оформляются письменно. При этом положения статей 34, 35, 36, 37, 38 и 43 настоящего Федерального закона не применяются, за исключением положений, касающихся сроков проведения годового общего собрания участников общества.

На момент заключения договора аренды директор ООО "МТА" ФИО14 являлся единственным участником Общества, владеющим долей в размере 100 % уставного капитала Общества.

Необходимость и целесообразность заключения договора относится к компетенции директора Общества.

Соответственно, договор аренды имущества № 01-12/14 от 08.12.2014 был заключен по воле единственного участника ООО "МТА".

При этом ни директор, ни единственный участник Общества ФИО14, ни само Общество не являлись аффилированными лицами по отношению к арендодателю ФИО7 ввиду следующего.

Согласно бухгалтерскому балансу за 2014 год активы ООО "МТА" составляли 3418 тыс. руб., и по результатам своей хозяйственной деятельности Общество имело убыток в размере 76000 руб., ввиду чего не имело финансовой возможности приобрести в собственность вагоноремонтную машину.

После заключения договора аренды вагоноремонтной машины основным видом деятельности ООО "МТА" стало выполнение работ по ремонту и подготовке железнодорожных вагонов для ОАО «Михайловский ГОК» на железнодорожного пути 34 Б станции Погрузочная, устроенном на арендованном у ОАО «Михайловский ГОК» земельном участке.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле, истец - ФИО2, являлся работником ООО "МТА", а также в то время занимал  должность заместителя директора по производственной деятельности общества, то есть принимал непосредственное участие по организации деятельности по ремонту и подготовке железнодорожных вагонов для ОАО «Михайловский ГОК» на железнодорожного пути 34 Б станции Погрузочная, а после начала деятельности Общества по ремонту и подготовке железнодорожных вагонов для ОАО «Михайловский ГОК» ФИО2, занимая должность директора по производству, принимал непосредственное участие в этом производственном процессе, о чем свидетельствуют его письма в адрес руководства ОАО «Михайловский ГОК».

После получения в аренду вагоноремонтной машины и начала её использования в деятельности ООО "МТА" по выполнению работ по ремонту и подготовке железнодорожных вагонов для нужд ОАО «Михайловский ГОК» активы Общества по итогам 2015 года увеличились, а убыток сократился, о чем свидетельствует бухгалтерский баланс ООО "МТА" за 2015 г.

По единогласному решению общего собрания участников общества от 30.04.2015 директором ООО "МТА" был избран ФИО4, что подтверждается протоколом общего собрания участников Общества № 7/2015 от 30.04.2015.

При этом ссылка истцов на то, что внеочередным общим собранием от 30.04.2018 (протокол № 01/2018 от 30.04.2018) ФИО4 был переизбран директором Общества при отсутствии кворума, правового значения для разрешения настоящего дела не имеет, поскольку в соответствии со ст. ст. 8, 32, 33, 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ данный закон не предусматривает юридических последствий, связанных с истечением срока полномочий руководителя общества с ограниченной ответственностью, а также истцами не представлено доказательств оспаривания ими указанного решения в установленном порядке.

В обоснование своей позиции ФИО4 указал, что при ознакомлении с документацией Общества им было установлено, что в соответствии с п. 12.2 договора на выполнение работ по подготовке под погрузку грузовых вагонов № 283/НПК-14 от 07.10.2014 он был заключен на срок до 31.12.2014, и его действие продлевается на каждый следующий календарный год на тех же условиях, если ни одна из сторон не выразит свое желание о прекращении его действия не позднее, чем за один месяц до окончания срока действия. Таким образом, учитывая, что имелась вероятность того, что ОАО «Новая перевозочная компания» (заказчик) откажется от продления действия договора на выполнение работ по подготовке под погрузку грузовых вагонов № 283/НПК-14 от 07.10.2014 на очередной календарный год, и вследствие этого отпадет необходимость в использовании ООО "МТА" арендуемой им вагоноремонтной машины, между ООО "МТА" и индивидуальным предпринимателем ФИО7 к договору аренды было заключено дополнительное соглашение № 1 от 01.09.2015, которым стороны установили срок действия договора аренды до 30.11.2015 и внесли изменения в п.12.2 договора аренды, определив, что действие договора продлевается на каждый следующий календарный год на тех же условиях, если ни одна из сторон не выразит своего желания о прекращении действия настоящего договора не позднее, чем за один месяц до окончания срока действия договора.

При этом изначально пункт 12.2 договора аренды предусматривал, что договор действует с момента подписания и прекращает свое действие 30.11.2015.

Соответственно, действия директора ООО "МТА" ФИО4 по заключению дополнительного соглашения № 1 от 01.09.2015 по внесению изменений в п.12.2 договора аренды являются разумными, поскольку такое соглашение позволяет прекратить выплату арендной платы за вагоноремонтную машину и другое оборудование в случае, если по инициативе ООО «Новая перевозочная компания» будет прекращено действие договора на выполнение работ по подготовке под погрузку грузовых вагонов № 283/НПК-14 от 07.10.2014 на очередной календарный год.

16.09.2016 между ООО "МТА" и индивидуальным предпринимателем ФИО7 было заключено дополнительное соглашение № 2, согласно которому арендодатель передал ООО "МТА" в аренду дополнительно два компрессора ПТ-13-У1.

Между тем, вопреки утверждению истцов изменение размера арендной платы в сторону её увеличения за ранее предоставленные по договору аренды компрессор ДЭН-22 Ш (150 рублей с одного отремонтированного вагона) и вагоноремонтную машину «Липчанка-2» (700 рублей с одного отремонтированного вагона), не производилось.

Кроме того, ссылки истцов на то, что два компрессора ПТ-13-У1 не используются в деятельности Общества, также несостоятельны и отклоняются судом, поскольку это оборудование используется непосредственно для выполнения Обществом работ по подготовке железнодорожных вагонов в зимний период и согласно инвентаризационной описи, составленной совместно с аудиторами, привлеченными самим ФИО2, по состоянию на 20.12.2019 эти компрессоры находились в наличии у Общества.

Спорные компрессоры используются Обществом только в зимний период для очистки вагонов от снега перед их ремонтом, а потому на другие периоды договор аренды имущества № 01-12/14 от 08.12.2014 в части этих компрессоров расторгается и они возвращаются арендодателю, что подтверждается представленными в материалы дела соглашениями о расторжении от 30.04.2017, от 31.03.2019, от 29.02.2020 (т. 3, л.д. 55-59).

При этом дополнительным соглашением № 2 от 16.09.2016 к договору аренды имущества № 01-12/14 от 08.12.2014 стороны дополнили договор пунктом 1.14, согласно которому арендодатель обязалась за свой счет обеспечивать ГСМ (дизельным топливом, моторным маслом) переданные в аренду компрессоры ПТ-13-У1 для бесперебойной их работы. 

Соответственно, из получаемой арендной платы арендодатель несет значительные затраты на покупку ГСМ (дизельным топливом, моторным маслом) для обеспечения работы компрессоров ПТ-13-У1, которые используются ООО "МТА" в своих интересах.

24.09.2018 директором Общества ФИО4 и индивидуальным предпринимателем ФИО7 было заключено дополнительное соглашение № 3 к договору аренды, которым стороны увеличили размер арендной платы: 250 руб. за компрессор ДЭН-22Ш с одного отремонтированного вагона; 850 руб. за вагоноремонтную     машину  «Липчанка-2»  с  одного отремонтированного вагона; 250 руб. за компрессор ПТ-13-У1 с одного отремонтированного вагона; 250 руб. за компрессор ПТ-13-У1 с одного отремонтированного вагона.

При таких обстоятельствах арбитражный суд отмечает, что однократное изменение сторонами договора размера арендной платы и однократное продление срока действия договора соответствует условиям пункта 5.1 договора аренды имущества № 01-12/14 от 08.12.2014 и, вопреки доводам иска, не свидетельствует о недобросовестности и неразумности действий директора ООО "МТА".

Как следует из бухгалтерского баланса за 2016 год, по итогам 2016 года Общество получило прибыль в размере 6898000 руб. 00 коп. Причем такая деятельность Общества была одобрена единогласно всеми участниками ООО "МТА" на общем собрании участников Общества от 29.04.2017, и между ними была распределена чистая прибыль в размере 5000000 руб. 00 коп., что подтверждается протоколом общего собрания участников ООО "МТА" № 12/2017 от 29.04.2017.

В последующие годы деятельность Общества была также исключительно прибыльной: в 2017 году прибыль составила 2871000 руб. 00 коп.; в 2018 году - 3321000 руб. 00 коп., в 2019 году - 9271000 руб. 00 коп. (после заключения дополнительного соглашения № 3 от 24.09.2018 к договору аренды).

Более того, как установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 09.10.2019 по делу № А41-54225/19, 30.04.2018 состоялось внеочередное общее собрание участников ООО "МТА", на котором по седьмому вопросу повестки дня «Анализ хозяйственной деятельности общества за 2015 г., 2016 г., 2017 г.» было приняты решения: признать хозяйственную деятельность ООО "МТА" в 2015, 2016, 2017 годах удовлетворительной; утвердить годовой отчет и годовую бухгалтерскую отчетность за 2017 год; из оставшейся на конец отчетного 2017 года нераспределенной прибыли решено распределить между участниками Общества пропорционально их долям 4000000 руб. 00 коп., произвести выплату безналичным путем с расчетного счета Общества частями или единовременно в течение 60 дней с момента принятия решения. 

В силу ч. 1 ст. 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно ч. 2  ст. 69 АПК РФ, основанием для освобождения от доказывания служат обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, обстоятельства, доказанные в рамках дела № А41-54225/19 и подтвержденные решением Арбитражного суда Московской области от 09.10.2019 по делу № А41-54225/19, не подлежат повторному доказыванию по настоящему делу.

Исходя из установленных вышеназванным судебным актом обстоятельств, ссылка истцов на переизбрание ФИО4 генеральным директором ООО "МТА" решением общего собрания участников от 30.04.2018 в отсутствие кворума несостоятельна и подлежит отклонению, поскольку данное решение собрания участников в установленном законом порядке не оспаривалось, срок на такое обжалование уже истек, при этом ФИО2 согласился с принятым на указанном собрании решением о распределении прибыли Общества за 2015-2017 гг., что подтверждается вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 09.10.2019 по делу № А41-54225/19.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).

Как установлено судом, производственная деятельность ООО "МТА" с использованием арендованного оборудования приносила Обществу выгоду, ввиду чего Общество получало значительную прибыль, которая распределялась между участниками Общества и выплачивалась им.

Соответственно, доводы истцов о том, что ООО "МТА", являясь арендатором спорного оборудования, исполняет убыточный и экономически нецелесообразный для Общества договор аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014, несостоятельны и ничем не подтверждены (ст. 65 АПК РФ).

Кроме того, как следует из искового заявления, ФИО3 стала участником ООО "МТА" с 15.04.2015, а ФИО2 - с 03.05.2017 на основании нотариально удостоверенного договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО "МТА" от 14.04.2017.

При этом до приобретения доли ФИО2 как выше указано судом, было достоверно известно о существующем положении дел в Обществе, в том числе о факте существования договора аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014, заключенного в редакции дополнительных соглашений № 1 от 01.09.2015, № 2 от 16.09.2016 между ООО "МТА" с индивидуальным предпринимателем ФИО7, поскольку с 12.09.2011 ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ООО "МТА", находясь в должности директора по производству.

Более того, в период с 30.05.2016 по 13.06.2016 ФИО2 временно исполнял обязанности генерального директора Общества и производил в пользу индивидуального предпринимателя ФИО7 оплату арендных платежей по договору аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014, что подтверждается платежными поручениями № 703 от 06.06.2016 на сумму 390150 руб. 00 коп., № 714 от 08.06.2016 на сумму 595000 руб. 00 коп.

Таким образом, как руководитель Общества в указанный период, ФИО2 не мог не знать о финансовом состоянии ООО "МТА".

При этом после приобретения доли в уставном капитале Общества ФИО2 более трех лет не предъявлял никаких требований о недействительности договора аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 и его убыточности для Общества.

Также, судом установлено, что с 2017 г. ФИО2 как индивидуальный предприниматель осуществлял конкурирующую с ООО "МТА" деятельность по ремонту колесных пар железнодорожных вагонов по договору с той же организацией - ОАО «Новая перевозочная компания», что подтверждается судебными делами № 2-1638/2019, № 2-290/2020, № 2-773/2020, которые рассмотрены в Железногорском городском суде Курской области.

Истец - ФИО3 до приобретения ею 15.04.2015 доли в уставном капитале ООО "МТА" имела возможность ознакомиться с существующим положением дел в Обществе.

Кроме того, 29.04.2017 ФИО3 принимала участие в общем собрании участников Общества и голосовала «за» утверждение годового отчета и годовой бухгалтерской отчетность за 2016 год, и получила соответствующую долю дивидендов от распределенной на этом собрании чистой прибыли Общества за 2016 год в размере 5000000 руб. 00 коп., что подтверждается протоколом общего собрания участников ООО "МТА" № 12/2017 от 29.04.2017.

Дивиденды, распределенные по решению собрания от 30.04.2018 в размере 680000 руб. 00 коп. также были выплачены ФИО3 платежными поручениями № 415 от 21.06.2019 и № 416 от 21.06.2019, что подтверждается вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 13.09.2019 по делу № А41-55617/19.

Таким образом, арбитражный суд приходит к выводу, что доводы истцов об убыточности деятельности Общества ввиду заключения спорного договора аренды имущества являются несостоятельными, ФИО2 и ФИО3 получали доход от деятельности Общества.

Соответственно, ссылки истцов о том, что у Общества возникли существенные убытки из-за ежегодной пролонгации договора аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 и перечисления в качестве арендной платы денежных средств, которые только за период с 2017 по 2019 в своей совокупности свыше чем в 22 раза превысили стоимость арендуемого имущества, опровергаются выше установленными судом обстоятельствами. 

При этом в рассматриваемом случае неравноценность сделки, а именно превышение стоимости арендной платы над рыночной стоимостью арендованного имущества, сама по себе не может свидетельствовать о том, что лица, ее заключившие, обязаны возместить убытки.

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения, если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Вместе с тем, как было указано выше, договор аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 был заключен от имени ООО "МТА" бывшим директором Общества ФИО14, который являлся единственным участником Общества, владеющим долей в размере 100 % уставного капитала. 

Документальных доказательств того, что данная сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения истцами суду и в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, арбитражный суд приходит к выводу, что сам по себе факт заключения договора аренды и его дальнейшее продление не свидетельствуют о наличии оснований для взыскания с директора Общества убытков, учитывая, что целью указанных сделок являлось получение Обществом прибыли по результатам осуществления хозяйственной деятельности.

Доводы истцов о том, что под прикрытием вышеназванного договора аренды из Общества ежегодно выводятся денежные средства в десятки раз, превышающие стоимость арендуемого оборудования, в интересах ФИО4, ФИО5 и ФИО6, которые таким образом распределяют между собой прибыль Общества, носят предположительный характер, несостоятельны и ничем не подтверждены.

Свои утверждения о наличии испрашиваемых истцами убытков ФИО2 и ФИО3 основывают на том, что если бы договор аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 прекратил свое действие с 01.01.2017, а ООО "МТА" приобрело бы в январе 2017 года в собственность оборудование, арендованное по этому договору (вагоноремонтная машина «Липчанка-2», компрессор ДЭН-22Ш и 2 компрессора ПТ-13-У1) и начало его использовать в своей хозяйственной деятельности с 01.01.2017, то размер денежных средств, который мог бы быть сэкономлен ООО "МТА" за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, составил бы 77938050 руб. 00 коп.

Из этого следует, что неразумность действий директора Общества ФИО4 истцы усматривают в том, что он не прекратил действие договора аренды с 01.01.2017 и не приобрел в январе 2017 г. в собственность Общества оборудование (вагоноремонтная машина «Липчанка-2», компрессор ДЭН-22Ш и 2 компрессора ПТ-13-У1), что, по мнению истцов, не позволило Обществу получить соответствующую прибыль.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 3 ст. 10 ГК РФ).

Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ и товариществ, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников). Исходя из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 1 Постановления от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Таким образом, согласно действующему законодательству и сложившейся судебной практике, для взыскания недополученных доходов, в первую очередь, следует установить реальную возможность получения этих доходов и их размер, соответственно, кредитор должен доказать, что допущенное должником нарушение явилось единственным препятствием,  не  позволившим ему получить доходы.

При исчислении размера неполученных доходов первостепенное значение имеет определение достоверности (реальности) тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При определении размера упущенной выгоды должны учитываться данные, которые бесспорно подтверждают реальную возможность получения денежных сумм или иного имущества. При этом ничем не подтвержденные расчеты о предполагаемых доходах не могут быть приняты во внимание.

Лицо, заявившее требование о взыскании убытков в виде упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, а не в качестве его субъективного представления.

Следовательно, при предъявлении исковых требований о взыскании упущенной выгоды истцу необходимо представить доказательства реальности получения дохода (наличия условий для извлечения дохода, проведения приготовлений, достижения договоренностей с контрагентами и пр.).

Для взыскания упущенной выгоды истцу необходимо доказать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы при обычных условиях гражданского оборота. Под обычными условиями оборота следует понимать типичные для него условия функционирования рынка, на которые не воздействуют непредвиденные обстоятельства либо обстоятельства, трактуемые в качестве непреодолимой силы.

Таким образом, применение гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом. При этом лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать следующую совокупность обстоятельств: факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда.

Недоказанность одного из указанных фактов, свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

Помимо этого, как указано выше, для взыскания упущенной выгоды истцу необходимо доказать, что совершенное должником нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим заинтересованному хозяйствующему субъекту получить доходы, а все остальные необходимые приготовления для их получения им были сделаны.

Как указано выше, обстоятельствами, которые приводят истцы в обоснование заявленных требований, являются несовершение директором действий по прекращению с 01.01.2017 договора аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 и несовершение действий по приобретению в январе 2017 г. в собственность Общества оборудования.

Воля юридического лица формируется согласно процедуре, предусмотренной законом, на уровне органов управления такого лица.

Между тем, норм, напрямую обязывающих директора Общества при определенных условиях отказываться от договоров, исполнение которых приносят обществу прибыль, а также приобретать в собственность Общества какое-либо имущество, ни законом, ни уставом ООО "МТА" не предусмотрено.

Деятельность общества по получению прибыли основана на риске и не является плановой и влекущей при обычных условиях оборота получение ежемесячного фиксированного дохода.

В обоснование своих доводов истцы ссылаются на отчет аудиторской проверки ООО "МТА" от 16.01.2020, согласно которому для приобретения ООО "МТА" оборудования понадобилось бы получить краткосрочный кредит, учитывая остаток денежных средств на 01.01.2018 в сумме 2951490 руб. 00 коп., сумма кредита составила бы 3632510 руб. 00 коп., а также на заключение специалиста от 11.06.2020, в котором содержится вывод о том, что сумма расходов, которую потребовалось бы понести ООО "МТА" в январе 2017 г. для приобретения в собственность оборудования, аналогичного переданного по договору аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014, в том числе затраты на покупку, доставку и ввод в эксплуатацию оборудования, оплату процентов по кредиту, составила бы 3093000 руб. 00 коп.

Таким образом, исходя из представленных самими же истцами документов, по состоянию на 01.01.2017 и по состоянию на 01.01.2018 у Общества не имелось собственных средств, достаточных для приобретения соответствующего оборудования, и для покупки оборудования необходимо было бы привлекать кредитные денежные средства.

При этом истцы реальную возможность получения ООО "МТА" кредита для приобретения оборудования не обосновали.

Кроме того, следует учесть то, что сделка по приобретению имущества стоимостью, как указывают истцы в размере 2730000 руб. 00 коп. по состоянию на 01.01.2017, а по состоянию на 01.01.2018 - 6270000 руб. 00 коп., исходя из стоимости активов Общества на эти даты, являлась бы крупной сделкой, на заключение которой требовалось согласие общего собрания участников Общества.

Вместе с тем, ФИО2 и ФИО3 доказательств обращения в ООО "МТА" о созыве собрания общества с такой повесткой не представили, то есть сами истцы, как участники общества, проведение собрания участников с таким вопросом повестки дня не инициировали.

Следовательно, истцы не представили доказательств того, что действия (бездействие) директора Общества ФИО4 являлись единственным препятствием, не позволившим Обществу получить от хозяйственной деятельности прибыль большую, чем оно получило в реальности, то есть наличие упущенной выгоды.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 8 пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Как установлено выше, договор аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 является частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых Общество получает прибыль от своей основной деятельности. 

Договор аренды заключен для исполнения обязательств по договору на выполнение работ по подготовке под погрузку грузовых вагонов № 283/НПК-14 от 07.10.2014. При этом такие работы осуществляются Обществом с использованием арендуемой вагоноремонтной машины на железнодорожных путях, устроенных на земельном участке, арендуемом Обществом у ОАО «Михайловский ГОК» договору аренды части земельного участка № 140235 от 13.02.2014. Кроме того, работы выполняются в соответствии с Регламентом взаимодействия работников ОАО «РЖД», ПАО «Михайловский ГОК» и ООО «МосТрансАльянс» при подаче на пути необщего пользования порожних грузовых вагонов под погрузку, вагонов под сдвоенные операции и в ремонт в объеме ТР-1, утвержденном главным инженером ПАО «Михайловский ГОК» от 28.11.2017, который является обязательным для исполнения работников ОАО РЖД, ООО "МТА" и УЖДТ ПАО «Михайловский ГОК».

В рамках многостороннего Регламента взаимодействия от 28.11.2017 ООО "МТА"  направило в адрес АО «Михайловский ГОК» и Тульского филиала ОАО «РЖД» запрос о возможности приостановления деятельности по ремонту и подготовке вагонов на срок 30-45 дней в связи с заменой вагоноремонтной машины. 

В ответ на данное обращение АО «Михайловский ГОК» сообщило о недопустимости в этом году остановки вагоноремонтной машины. 

Начальник Депо Тульского филиала ОАО «РЖД» письмом № 742 от 10.09.2020 также сообщил о том, что приостановка подготовки вагонов в объеме ТР-1 на предприятии ООО "МТА" на срок от 30 до 45 суток, неизбежно повлечет за собой накопление неисправных вагонов на путях АО «Михайловский ГОК им. ФИО15» и, как следствие, на путях станции Курбакинская, что в свою очередь крайне негативно повлияет на ее пропускную способность.

Помимо этого, директор Общества ФИО4 направил в адрес АО «Новая перевозочная компания» письмо № 14-1-2020 от 14.09.2020 с просьбой рассмотреть вопрос о возможности в течение 30-45 дней (срок, необходимый для замены вагоноремонтной машины) осуществлять ремонт вагонов силами ПТО станции «Курбакинская». 

На данное обращение АО «Новая перевозочная компания» письмом от 16.09.2020 сообщило, что осуществление подготовки вагонов силами ПТО Курбакинская не представляется возможным, а потому остановка Обществом работ по проведению ремонта вагонов будет расценена АО «Новая перевозочная компания» как нарушение договорных условий.

При таких обстоятельствах, учитывая вышеизложенное, утверждения истцов о том, что Общество могло бы приобрести аналогичное оборудование со значительно лучшими техническими характеристиками в собственность и организовать на нем деятельность по ремонту и подготовке железнодорожных вагонов для АО «Михайловский ГОК» в рамках договора на выполнение работ по подготовке под погрузку грузовых вагонов № 283/НПК-14 от 07.10.2014, и получить от этого большую прибыль, носят предположительный и вероятностный характер. Надлежащих доказательств этому истцы суду и в материалы дела в нарушение положений ст. 65 АПК РФ не предоставили.

В аудиторском заключении от 16.01.2020, представленном истцами, указано, что для приобретения ООО "МТА" понадобилось бы получить краткосрочный кредит, учитывая остаток денежных средств на 01.01.2018 в сумме 2951490 руб. 00 коп., сумма кредита составила бы 3632510 руб. 00 коп. 

Как следует из искового заявления, основным доказательством причинения убытков истцы приводят вывод, содержащийся в заключении специалиста от 11.06.2020 о том, что  если бы договор аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 прекратил свое действие с 01.01.2017, а ООО "МТА" приобрело бы в январе 2017 г. в собственность оборудование (вагоноремонтная машина «Липчанка-2», компрессор ДЭН-22Ш и 2 компрессора ПТ-13-У1) и начало его использовать в своей хозяйственной деятельности с 01.01.2017 то размер денежных средств, который мог бы быть сэкономлен ООО "МТА" за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, составил бы 77938050 руб. 00 коп.

Между тем, в этом же заключении специалиста указано на то, что сумма расходов, которую потребовалось бы понести ООО "МТА" в январе 2017 г. для приобретения в собственность оборудования, аналогичного переданного по договору аренды, в том числе затраты на покупку, доставку и ввод в эксплуатацию оборудования, оплату процентов по кредиту, составила бы 3093000 руб. 00 коп., из чего следует, что и в январе 2017 г. для приобретения оборудования Общество из-за недостатка для этого денежных средств должно было бы получить кредит.

Однако, определение вероятности наступления события и размера ущерба, возникшего в результате события, которое могло наступить или не наступить с определенной вероятностью, невозможно расценить как получение доказательства, отвечающего требованиям относимости и допустимости по смыслу ст. ст. 64, 67, 68, 71 АПК РФ, а ввиду чего отчет по результатам проведения независимой аудиторской проверки ООО "МТА" от 16.01.2020 за период с 01.01.2018 по 31.12.2018, подготовленный ООО «Люксэкономсервис», и заключение специалиста № 18-03/20 от 11.06.2020, подготовленное специалистами ООО ЭГ «ВК», на которые ссылаются истцы, не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств по делу и, соответственно, не могут быть положены в основу настоящего судебного акта.

В соответствии с ч. 3 ст. 41, ч. 1 ст. 65 АПК РФ  каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий и последствий несоблюдения установленных судом процессуальных сроков (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Таким образом, истцами не доказаны неправомерность бездействия директора Общества ФИО4, причинно-следственная связь между его бездействием и возникновением у Общества ущерба, наличие и размера ущерба, поскольку вероятность приобретения в январе 2017 г. и/или в январе 2018 г. в собственность Обществом оборудования, которая могла бы состояться (как указывают сами истцы) только в случае также вероятностного привлечения кредитных средств, не может оцениваться как достоверно наступивший факт, влекущий причинение Обществу убытков. 

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения заявленных истцами требований к ФИО4 не имеется. 

Рассматривая заявленные ФИО2 и ФИО3 исковые требования к ФИО5, ФИО6 и ФИО7, арбитражный суд также не усматривает оснований для их удовлетворения ввиду следующего.

В обоснование иска к данным ответчикам истцы указали, что разумных экономических причин пролонгировать договор аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 не имелось, и в действительности данная сделка прикрывает вывод денежных средств из Общества в целях распределения прибыли между контролирующими участниками Общества - ФИО4, ФИО5 и ФИО6

Согласно пункту 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации вправе, в частности, требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1) и оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 Гражданского кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Таким образом, названная норма предусматривает, что участник общества вправе выступать в защиту как собственных корпоративных прав участника (при оспаривании решения органов корпорации), так и в защиту прав и законных интересов самого общества (при оспаривании сделок корпорации и заявлении требований о взыскании причиненных корпорации убытков).

В рамках настоящего спора истцы – ФИО16 и ФИО3 обратились в суд с требованием о взыскании причиненных Обществу убытков.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

С учетом вышеизложенного, истцы, в том числе должны доказать, что нарушены их права и законные интересы как участников Общества.

Согласно ст. 53.2 ГК РФ в случаях, если настоящий Кодекс или другой закон ставит наступление правовых последствий в зависимость от наличия между лицами отношений связанности (аффилированное), наличие или отсутствие таких отношений определяется в соответствии с законом.

Аффилированными лицами юридического лица являются:

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы.

Данный перечень является закрытым и не подлежит расширительному толкованию.

В связи с изложенным не может быть определена какая-либо юридическая    аффилированность    между   ФИО7  и  ООО "МТА", поскольку ФИО7 не владела и не владеет долями в уставном капитале ООО "МТА", а заключенный между ФИО7 и ООО "МТА" договор аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014 не предоставляет ей возможность оказывать влияние на деятельность ООО "МТА" по своему усмотрению.

Отношения между указанными лицами существуют только лишь в виде договора аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014, который до настоящего времени никем не оспорен, не признан недействительным или незаключенным, исполняется сторонами в полном соответствии с его условиями.

Какие-либо иные отношения между ответчиками и Обществом, которые можно было бы квалифицировать как предоставляющие возможность ответчику ФИО7 оказывать влияние на деятельность юридического лица по своему усмотрению и давать обязательные для исполнения указания органам юридического лица, отсутствуют.

 Доказательства обратного истцами суду и в материалы дела в нарушение требований ст. 65 АПК РФ не представлены.

Сам по себе факт участия родственницы ФИО7 с долей 17 % в уставном капитале ООО "МТА"  не свидетельствует и не может свидетельствовать о целях заключения и исполнения договора аренды имущества № 01-12/14 от 18.12.2014, в том числе тех, о которых заявлено истцами. 

Договор аренды был заключен на рыночных условиях, сложившихся в конкретный момент времени, соответствовал взаимной воле и волеизъявлению сторон, какое-либо принуждение к заключению и исполнению сделки отсутствовало.

Принимая во внимание вышеизложенное, оснований для удовлетворения иска к ФИО5, ФИО6 и ФИО7 также не имеется.

Между тем, требования истцов о солидарном взыскании с ответчиков указанной им суммы убытков являются несостоятельными и не основанными на законе.

В силу ст. 322  ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное.

Исходя из установленных судом обстоятельств дела и условий спорного договора аренды, ни в силу закона, ни в силу договора солидарная обязанность перед истцами у ответчиков (ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7) по заявленным требованиям наступить не могла.

Таким образом, исковые требования удовлетворению не подлежат.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 167-171, 176, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московской области 

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия.

Судья                                                     И. В. Быковских