ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-55079/2024

Дело № А40-273797/21

г. Москва

01 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 01 октября 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи А.А. Комарова, 

судей Ж.Ц. Бальжинимаевой,  А.Г. Ахмедова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2024 по делу №А40- 273797/21, об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суд города Москвы от 30.08.2022 ФИО4 признана несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5. 

Определением суда от 03.04.2023 ФИО5 освобожден от обязанностей финансового управляющего должника ФИО4. 

Определением суда от 04.09.2023 ФИО2 утвержден финансовым управляющим должника. 

01.11.2023 (согласно штампу канцелярии суда) в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности. 

Определением суда от 26.03.2024 ПАО Сбербанк привлечено к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора; ФИО3 привлечена к участию в обособленном споре в качестве ответчика. 

Через канцелярию суда от ПАО Сбербанк поступил отзыв. Документы приобщены к материалам дела в порядке ст.ст. 41, 66 АПК РФ. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2024 г. в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2024 г. отменить, принять новый судебный акт. 

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Из материалов дела следует, что при проведении анализа документации должника финансовому управляющему стало известно, что должником до признания его банкротом был совершен ряд сделок по отчуждению принадлежащего ему недвижимого имущества, а именно: 

1) Договор купли-продажи земельного участка с домом от 23.03.2020 года (зарегистрирован 19.06.2020 года) 

2) Договор купли-продажи от 11.09.2021 года. 

На основании Договора купли-продажи от 11.09.2021 года должник в период неплатежеспособности и наличия судебного акта в пользу кредитора Шах Р. произвел умышленное отчуждение своего недвижимого имущества с целью причинения вреда кредиторам, а именно квартиры, расположенной по адресу: город Москва, вн.тер.г. поселение Филимонковское, 

<

...> (кадастровый номер: 77:17:0150111:6052). 

Стороной сделки являлся покупатель: ФИО3. 

Цена по договору составляет 4 850 000 руб. 

Финансовый управляющий указал, что сделка по продаже квартиры, совершенная на основании Договора купли-продажи от 11.09.2021, является недействительной по основаниям, предусмотренным, ст. 10, ст. 168 ГК РФ и дополнительно п. 1 п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ в связи со следующим. 

Должник обладал признаками неплатежеспособности, так как имел неисполненные обязательства. 

Реальная рыночная стоимость проданного недвижимого имущества существенно выше стоимости, указанной в оспариваемом договоре. 

В материалах реестрового дела отсутствуют подписи сторон, а также Акт передачи недвижимого имущества, что свидетельствует о невозможности установления того факта была ли реальная передача указанного имущества покупателю. 

На момент регистрации указанного договора на сайте https://mos-gorsud.ru/ имелась информация о наличии спора между должником и кредитором, о чем покупателю могло быть известно при должной осмотрительности и добросовестности. 

Согласно материалам дела, 11.09.2021 между ФИО3 и ПАО Сбербанк заключен кредитный договор 

<

***> «Приобретение готового жилья» на сумму 3 880 000,00 руб. 

11.09.2021 между ФИО4 и ФИО3 заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером: 77:17:0150111:6052, расположенной по адресу: г. Москва, поселение Филимонковское, 

<

...>. 

Указанный объект недвижимости находится в залоге у ПАО Сбербанк. 

В силу ч. 1 ст. 61.1. ФЗ «О несостоятельности(банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

В силу ч. 2 ст. 61.2. ФЗ «О несостоятельности(банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

При этом в силу абз. 2 обозначенной части цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если сделка была совершена безвозмездно. 

На основании изложенных обстоятельств финансовым управляющим сделан вывод о мнимости договоров, а реальной целью сделок было искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. 

Таким образом, оспариваемые сделки финансовый управляющий считает подозрительными, совершенными безвозмездно с целью причинения вреда кредиторам и подлежащими признанию недействительными на основании ст. 61.1. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве). 

Заявление о признании Должника банкротом принято Арбитражным судом города Москвы к производству 17 декабря 2021г. 

Согласно абз. 3 п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). 

В соответствии с п. 2 ст. 61.2. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В нарушение п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 финансовым управляющим не представлены доказательств наличия обстоятельств для признания подозрительной сделки недействительной, а именно: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

Согласно п. 7 Постановления предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Ни одно из указанных обстоятельств не имело место на момент заключения оспариваемой сделки, доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

Таким образом, оснований для применения положений п. 7 Постановления не усматривается, совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной как подозрительной не имеется, обстоятельство, указанное в п.п. а) п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, финансовым управляющим не доказано. 

Финансовый управляющий полагает наличие презумпции совершения оспариваемых сделок с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, но не представляет суду доказательств наличия одновременно двух обязательных условий, предусмотренных п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, при которых может иметь место указанная презумпция, а именно: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Таким образом, финансовый управляющий, доказывая наличие указанной презумпции, должен представить суду доказательства, что по состоянию на 11.09.2021 Должник отвечал признакам неплатежеспособности (прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств) или недостаточности имущества (превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника). 

Применительно к требованиям статьи 65 АПК РФ финансовым управляющим указанные доказательства не представлены. 

Стоимость согласно договору купли-продажи составила 4 850 000,00 руб., из которых 3 880 000,00 руб. было оплачено ФИО3 из кредитных денежных средств, предоставленных ей ПАО Сбербанк. 

Также, перед заключением спорного договора купли-продажи, ФИО3 заказала отчет об оценке приобретаемой недвижимости. 

Согласно отчету об оценке № 21-1969-08 от 30.08.2021 рыночная стоимость квартиры с кадастровым номером: 77:17:0150111:605 составила 4 878 217,00 руб. 

То есть, разница между рыночной стоимостью квартиры, согласно отчету об оценке, и ценой приобретения, указанной в договоре купли-продажи, составила 0,04 %. 

Однако существенным является расхождение стоимости объекта с его рыночной стоимостью в размере 30% и более. 

Вместе с тем, понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 N 5- П, наличие в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций.

Таким образом, квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества (его количества, ликвидности, периода экспозиции и т.п.).

Сопутствующие заключению договора обстоятельства и контекст взаимоотношений сторон, в том числе сведения об источниках отыскания денежных средств на оплату, в рассматриваемом конкретном случае исключают вывод о подозрительности сделки, а также о неравноценном характере осуществленного контрагентом должника встречного предоставления. 

Необходимость предоставления таких доказательств подтверждается установившейся судебной практикой. 

Так, Арбитражный суд Московского округа в своем Постановлении от 16.08.2019 N Ф05-14273/2018 по делу N А40-101096/2017 подтвердил законность судебных актов нижестоящих инстанции, указав, что «суды, отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, исходили из отсутствия в действиях должника и ответчиков признаков злоупотребления правом, поскольку конкурсным управляющим не представлено доказательств, подтверждающих, что на момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, не представлено доказательств неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых перечислений денежных средств». 

Более того, в абзаце 5 пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что даже наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в ст. ст. 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Одновременно с этим, как указывает сформированная судебная практика, недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.11.2019 N Ф05-4429/2019 по делу N А40-96744/2016, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.12.2019 N Ф05-2894/2019 по делу N А40-29553/2017). 

Не доказано финансовым управляющим и наличие хотя бы одного из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.07.2011 N ВАС-2763/2011 по делу N А56- 24071/2010 ипотека, установленная в пользу добросовестного залогодержателя, сохраняется, в том числе, если сделка залогодателя по приобретению имущества признана недействительной.

Исходя из общего принципа равенства участников гражданских отношений (ст. 1 ГК РФ) и необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота, залогодержатель вправе использовать способ защиты своего права залога ссылаясь на собственную добросовестность. 

В противном случае на добросовестного залогодержателя при отсутствии к тому должных оснований будут возлагаться риски последствий, связанных с нарушением сторонами сделок при отчуждении имущества требований действующего законодательства. 

По смыслу ст. 10 и абзаца 2 п. 2 ст. 335 ГК РФ недобросовестным признается залогодержатель, которому вещь передана в залог от лица, не являющегося ее собственником (или иным управомоченным на распоряжение лицом), о чем залогодержатель знал или должен был знать. 

То есть, для прекращения залога в рассматриваемом случае необходимо установить недобросовестность действий ПАО Сбербанк при заключении кредитного договора с ФИО3 

Исходя из предусмотренной законом презумпции добросовестности залогодержателя, выбытия спорного имущества из владения должника по его воле, необходимо установить конкретные обстоятельства, касающиеся реальной осведомленности ПАО Сбербанк о порочности отчуждения спорного имущества, переход права собственности на которое был в установленном законом порядке зарегистрирован в Росреестре. 

В данном случае, ПАО Сбербанк при заключении кредитного договора №95784306 от 11.09.2021: проверило правоустанавливающие документы залогодателя; установило отсутствие каких-либо обременений/ограничений, зарегистрированных в отношении объекта недвижимости; установило отсутствие процедур банкротства и исполнительных производств, возбужденных в отношении участников сделки. 

Таким образом ПАО Сбербанк при заключении сделки действовало добросовестно и с должной степенью осмотрительности, не знало (и не могло знать) о якобы имевших место неправомерных действиях должника/иных лиц, участников сделки. 

При таких обстоятельствах финансовым управляющим не представлено доказательств наличия совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции в удовлетворении заявления отказал. 

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, специальные основания для оспаривания сделок предусмотрены, в том числе статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Так, в силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Как следует из пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из пункта 6 Постановления N 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 7 Постановления N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции также являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В предмет доказывания в рамках настоящего спора в силу указанных норм и разъяснений входит одновременно совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, сам факт причинения вреда в результате совершения сделки, а также осведомленность другой стороны сделки об указанной цели должника. Недоказанность хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих установлению, влечет отказ в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной по заявленным основаниям (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

Кроме того, в силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд, в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения, отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно, наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ) и т.п.

В пункте 7 Постановления N 25 разъяснено, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, коллегия исходит из того, что финансовым управляющим не представлено доказательств наличия совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

В этой связи суд также исходит из того, что финансовым управляющим не доказана заинтересованность указанных лиц по смыслу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве, а даже при наличии какой-либо взаимосвязи между должником и ответчиком - это само по себе не свидетельствует о недействительности оспариваемых сделок.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако в данных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 №10044/11 по делу №А32-26991/2009, определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069 по делу №А40-17431/2016).

В определении от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069 Верховный Суд Российской Федерации указал, что по общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы. В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

В рассматриваемом случае позиция финансового управляющего сводится к тому, что целью заключения спорной сделки являлся вывод ликвидного имущества в ущерб интересам кредиторов. Однако такие обстоятельства охватываются правилами, предусмотренными статьей 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной.

Таким образом, финансовый управляющий в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказал наличие обстоятельств, выходящих за пределы специальных оснований, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделки недействительной.

В соответствии со ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст.71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. 

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч.4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 102, 110, 269-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый Арбитражный апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2024 по делу №А40- 273797/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     А.А. Комаров

Судьи:                                                                                                          Ж.Ц. Бальжинимаева

А.Г. Ахмедов