ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-9530/2016-106

г. Киров

21 декабря 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2018 года.  

Полный текст постановления изготовлен 21 декабря 2018 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судей Сандалова В.Г., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

 

при участии в судебном заседании:

представителя конкурсного управляющего - ФИО2, действующего на основании доверенности от 01.02.2018,

представителя ФИО3, ФИО4 и ФИО5 – ФИО6 действующей на основании доверенности от 16.05.2018,

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы индивидуальных предпринимателей ФИО3, ФИО4, ФИО5

на определение Арбитражного суда Кировской области от 16.10.2018 по делу № А28-9530/2016-106, принятое судом в составе судьи Шилоносовой В.А.,

 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Энергомонтаж» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО7 

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН: 

<

***>, ОГРНИП: 

<

***>, место жительства: г. Киров), 

к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (ИНН: 

<

***>, ОГРНИП: 

<

***>, место жительства: г. Киров),

к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (ИНН:434584955257, ОГРНИП: 

<

***>, место жительства: г. Киров), 

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «РИЦ города Кирова», 

о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Энергомонтаж» (далее – ООО «Энергомонтаж», должник) конкурсный управляющий должником ФИО7 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Кировской области с заявлениями, объединенными в одно производство:

- к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3, ответчик1) о признании недействительным договора аренды нежилого помещения от 05.04.2017 №1 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО3 в пользу должника денежных средств в размере 1525000 руб.;

- к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее – ИП ФИО4, ответчик2) о признании недействительными договора оказания услуг от 14.03.2017 и договора подряда от 19.04.2017, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ИП ФИО4 в пользу должника денежных средств в размере 1500000 руб.;

- к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее – ИП ФИО8, ответчик3) о признании недействительными договора оказания услуг от 14.03.2017 и договора оказания услуг от 19.04.2017, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ИП ФИО5 в пользу должника денежных средств в размере 2588000 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «РИЦ города Кирова» (далее – ООО РИЦ г.Кирова», третье лицо).

Определением Арбитражного суда Кировской области от 16.10.2018 заявленные требования удовлетворены.

ИП ФИО3, ИП ФИО4, ИП ФИО5 с принятым определением суда не согласны, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят отменить определение суда от 16.10.2018 и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

По мнению заявителей жалоб, ИП ФИО5 не является лицом, уполномоченным влиять на деятельность должника, не является исполнительным органом, либо участником обществ с ограниченной ответственностью, перечисленных конкурсным управляющим, следовательно, не входит в одну группу лиц с ООО «Энергомонтаж». Должник фактически пользовался помещениями по адресу: 

<

...>, производил работы по ремонту переданных в аренду помещений для последующей сдачи в субаренду и получения прибыли. Между ИП ФИО3 и должником в письменной форме заключен договор аренды недвижимого имущества от 05.04.2017, по условиям которого помещения были переданы должнику в момент подписания договора; ежемесячно арендодатель выставлял должнику акты для оплаты арендных платежей; частично обязательства по договору со стороны должника были исполнены; должник производил работы в арендованных помещениях, в том числе по сделкам с ИП ФИО5, что свидетельствует об отсутствии признаков мнимости сделки. Договор оказания услуг от 14.03.2017 и договор подряда от 19.04.2017, заключённые между ООО «Энергомонтаж» и ИП ФИО4, не являются притворными сделками. Стороны выразили волю на заключение договоров подряда, что подтверждается подписями сторон в договорах, а также печатью должника. ИП ФИО4 фактически исполнил обязательства по договорам, т.е. выполнил работы на объектах ООО «Энергомонтаж», а должник принял оказанные работы, что подтверждается актами выполненных работ и не оспаривается конкурсным управляющим.

ИП ФИО5 указывает в апелляционной жалобе, что он не является участником, либо исполнительным органом в юридических лицах, указанных заявителем. Статус супруга ФИО9 не позволяет отнести его к группе лиц с должником по действующему письму ФАС РФ от 20.03.2008 № АЦ/5969. В соответствии с условиями договора оказания услуг от 14.03.2017 и согласно акту №1 от 10.04.2017 им были выполнены работы по монтажу автоматизированного теплового пункта, работы были приняты должником, о чем свидетельствует подпись и печать организации. Также на основании договора оказания услуг от 19.04.2017 согласно актам №15 от 20.04.2017, №16 от 28.04.2017, №17 от 11.05.2017, №17/1 от 16.05.2017, №18 от 20.06.2017, №18/1 от 24.07.2017, №19 от 25.07.2017, №19/1 от 26.07.2017, №19/1 от 26.07.2017, №20 от 27.07.2017, №20/1 от 22.08.2017, №21 от 23.08.2017, №21/1 от 24.08.2017, №22 от 25.08.2017, №22/1 от 15.09.2017, №23 от 18.09.2017, №23/1 от 19.09.2017, №24 от 22.09.2017, №24/1 от 16.10.2017, №25 от 09.11.2017 ИП ФИО5 выполнил общестроительные работы по адресу: 

<

...>. Таким образом, стороны выразили волю на заключение договоров подряда, что подтверждается подписями сторон в договорах, а также печатью должника. ИП ФИО5 фактически исполнил обязательства по договорам, т.е. выполнил работы на объектах ООО «Энергомонтаж», а должник принял оказанные работы, что подтверждается актами выполненных работ. В связи с тем, что ИП ФИО5 не является аффилированным лицом, либо лицом, входящим в одну группу лиц с должником, конкурсный управляющий не доказал недействительность сделки.

Конкурсный управляющий в отзыве с доводами апелляционной жалобы не согласен, считает оспариваемое определение законным и обоснованным, ссылаясь на то, что оспариваемые договоры являются мнимыми, притворными сделками, заключены исключительно для целей вывода денежных средств, а также для целей финансирования ремонтных (строительных) работ на объектах недвижимости, принадлежащих ФИО3

Законность определения Арбитражного суда Кировской области от 16.10.2018 проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, Арбитражный суда Кировской области определением от 11.08.2016 на основании заявления ООО «Взлет-Финанс» возбудил производство по делу № А28-9530/2016 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Энергомонтаж»; определением от 03.05.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7. 

Решением суда от 26.12.2017 ООО «Энергомонтаж» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утвержден ФИО7

05.04.2017 между ИП ФИО3 (арендодатель) и ООО «Энергомонтаж» (арендатор) подписан договор аренды нежилого помещения №1, по условиям которого арендодатель предоставил в аренду на 11 месяцев арендатору для расположения офисов, производства, складирования оборудования и материалов арендатора: помещение площадью 808,8 кв.м., этаж 1,2,3, кадастровый №43:40:000668:142, административное помещение площадью 451 кв.м., 2 этаж, кадастровый №43:40:000668:139, нежилое помещение площадью 394 кв.м., 1 этаж, кадастровый №43:40:000668:140, помещение столовой площадью 343 кв.м., 1 этаж, кадастровый №43:40:000668:146, административное помещение площадью 454 кв.м., 3 этаж, кадастровый №43:40:000668:150, земельный участок площадью 3714 кв.м. с кадастровым №43:40:000668:25; перечисленные помещения, земельный участок расположены по адресу: 

<

...> (т.1 л.д.19-24).

В пункте 1.2 определено, что договор одновременно является актом приема-передачи.

Пунктом 2.1.4 договора установлена обязанность арендатора безвозмездно передать арендодателю по истечении срока действия договора, также при его досрочном расторжении, все произведенные улучшения, неотделимые без вреда от конструкции помещений, если даже улучшения были произведены с согласия арендодателя. Стоимость неотделимых улучшений возмещению не подлежит.

Из содержания пункта 2.1.12 договора следует, что арендатор обязан самостоятельно заключить договоры ресурсоснабжения, обслуживания и эксплуатации арендуемого помещения.

Согласно пункту 3.1 договора размер ежемесячной арендной платы составляет в период с 05.04.2017 по 31.08.2017 - 500000 руб., с 01.09.2017 до конца действия договора - 1 млн.руб. Оплата за отопление, электроэнергию, водоснабжение, эксплуатационные услуги, охрану помещения, услуги связи, вывоз ТБО, аренду земельного участка не входит в стоимость арендной платы и оплачивается арендатором отдельно.

В дело представлены акты к договору аренды за апрель-ноябрь 2017 года, подписанные ИП ФИО3 и ООО «Энергомонтаж» (т.1 л.д.25-30).

ООО «Энергомонтаж» через ООО «РИЦ г. Кирова» со ссылкой на агентский договор от 10.04.2017 № 8 в адрес ИП ФИО3 произведены в мае-августе 2017 года перечисления денежных средств (арендной платы) за должника в сумме 1525000 руб. (т.1 л.д.32-41, 188-197).

Письмом от 03.11.2017 в связи с наличием задолженности за июль-октябрь 2017 года по арендной плате, невозможностью ее единовременного погашения ООО «Энергомонтаж» предложило ИП ФИО3 расторгнуть договор аренды. В соответствии с актом приема - передачи от 30.11.2017 по договору аренды нежилого помещения от 05.04.2017 №1 должник передал, а ИП ФИО3 приняла помещения, перечень которых был перечислен выше, земельный участок, расположенные по адресу: 

<

...>. В акте отмечено, что арендатор безвозмездно передает арендодателю все произведенные улучшения, неотделимые без вреда от конструкции помещений. Стоимость неотделимых улучшений возмещению не подлежит. Акт подписан обеими сторонами (т.1 л.д.182-183).

Между ООО «Энергомонтаж» (заказчик) и ИП ФИО5 (исполнитель) подписаны договоры на выполнение работ на объектах ООО «Энергомонтаж: 

- от 14.03.2017, во исполнение которого в соответствии с актом от 10.04.2017 №1 на выполнение работ-услуг заказчик принял выполненный исполнителем монтаж автоматизированного теплового пункта, стоимость работ составила 200000 руб. (т.1 л.д.19-22);

- от 19.04.2017, по которому согласно приложению №1 к договору в перечень работ включены общестроительные работы на объекте по адресу: 

<

...>; сторонами согласована локальная смета от 19.04.2017 №13 общестроительных работ на объекте по адресу: ул. Филатова,12, на сумму 2388068 руб. (т.1 л.д.23-67).

Между ООО «Энергомонтаж» (заказчик) и ИП ФИО4 (исполнитель) подписан договор оказания услуг от 14.03.2017, по условиям которого исполнитель обязуется выполнить, а заказчик принять работы, которые выполняются на объекте ООО «Энергомонтаж» по адресу: 

<

...>. Во исполнение данного договора по акту от 10.04.2017 №1 заказчик принял выполненный исполнителем монтаж автоматизированного теплового пункта, стоимость работ составила 200000 руб.; согласно акту от 13.04.2017 №2 ИП ФИО4 выполнил, а ООО «Энергомонтаж» приняло строительно-отделочные работы (3 этаж) стоимостью 460000 руб. (т.1 л.д.17-22).

Кроме того, между данными сторонами заключен договор подряда от 19.04.2017, по которому сторонами согласована локальная смета от 19.04.2017 №12 общестроительных работ на сумму 840020 руб. (т.1 л.д.23-36).

Конкурсный управляющий, считая, что сторон оспариваемых сделок являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, совершили действия, направленные на создание искусственной кредиторской задолженности с целью вывода активов должника из конкурсной массы, причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанных сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок.

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований конкурсного управляющего, в связи с чем признал оспариваемые сделки недействительными и применил последствия недействительности сделок. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В рассматриваемом случае в качестве правового обоснования заявленных требований о признании сделок недействительными конкурсный управляющий ООО «Энергомонтаж» ФИО7 сослался на статью 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10,170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве). 

Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 6 Постановления № 63 под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления № 63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление правом) обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»,  исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

В пункте 1 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Такая сделка является ничтожной.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Из разъяснений, приведенных в пункте 86 Постановления № 25, следует, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 87, 88 Постановления №25 в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Материалы рассматриваемого дела свидетельствуют о том, что оспариваемые сделки совершены 14.03.2017, 05.04.2017, 19.04.2017, то есть после возбуждения  дела о банкротстве ООО «Энергомонтаж» (11.08.2016), в преддверии введения в отношении должника процедуры наблюдения (03.05.2017), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

На момент совершения оспариваемых сделок должник имел не погашенную задолженность перед кредиторами третьей очереди, впоследствии включенными в реестр требований кредиторов должника, в том числе: ФНС России, ООО «Взлет Финанс» (заявитель по делу о банкротстве), акционерным обществом «ККС», обществом с ограниченной ответственностью ЮА «ГеоТрейд». 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Кировской области от 29.12.2017 установлено, что анализ финансового состояния должника, проведенный в период наблюдения, свидетельствует о неплатежеспособности предприятия, недостаточности у него ликвидных активов для своевременного погашения текущих обязательств, невозможности восстановления платежеспособности должника в порядке и сроки, установленные Законом о банкротстве. Согласно бухгалтерскому балансу должника по состоянию на 31.12.2016, активы предприятия составляли 143917000 руб., из них дебиторская задолженность в сумме 128172000 руб., обязательства должника – 128295000 руб. Временный управляющий пояснил, что деятельность должника прекращена, сумма дебиторской задолженности, указанная в бухгалтерском балансе, предприятием документально не подтверждена, платежеспособность и имущественное положение дебиторов должника неизвестны. Документы в подтверждение ликвидности дебиторской задолженности, платежеспособности ООО «Энергомонтаж» не представлены (т.1 л.д.131-137).

Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии у должника на момент заключения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности.

Заинтересованным по отношению к должнику лицом в силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве является лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом к должнику. 

Согласно статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Аффилированными лицами юридического лица являются, в том числе лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

В силу статьи 9 Федерального  закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пункта 1-7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1-7 настоящей части признаку.

Из письменных пояснений, схем, сведений с ресурса «Контур.Фокус», данных ЕГРЮЛ следует, что с 09.03.2017 по дату введения конкурсного производства руководителем ООО «Энергомонтаж» являлся ФИО10.

ФИО10 с 17.07.2012 также находился в должности директора общества с ограниченной ответственностью «Кировская лифтовая компания», учредитель общества с 22.04.2011 - ФИО3. 

С 14.06.2011 ФИО10 возглавлял ООО «УКС «ГЖК», с 23.07.2013 100% участником данной организации стала ФИО9. 

ФИО9 с 06.02.2014 владеет 67% доли в уставном капитале ООО «КСС г. Кирова», директором которого с этого же числа является ФИО4. ФИО9 с 23.07.2013 является 100% участником ООО «Центр коммунальных энергосберегающих технологий», с 14.02.2013 директором данного общества является ФИО4.

Согласно сведениям из ЗАГС (запись акта о заключении брака № 429 от 05.08.2011) ФИО11 (до брака - ФИО12) Ольга Михайловна является супругой ФИО5. 

Проанализировав выше изложенные сведения и субъектный состав оспариваемых сделок, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что ответчики входят в одну группу лиц и фактически являются заинтересованными лицами.

Доводы заявителей жалоб, что ИП ФИО5 не входит в группу лиц, подлежат отклонению, поскольку по смыслу подпункта 7 пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», физическое лицо, его супруг, родители входят в одну группу лиц.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт наличия у общества признаков неплатежеспособности на дату заключения оспариваемых сделок с заинтересованными лицами, что презюмирует цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Материалами дела подтверждено и ответчиками не опровергнуто, что должник фактически не ведет деятельность с 2016 года. На момент подписания  договора аренды нежилого помещения № 1(05.04.2017) количество сотрудников должника составляло 5 человек, расширения штата не планировалось, в отношении должника было возбуждено производство по делу о банкротстве и предприятие находилось в преддверии введения процедуры наблюдения.

При этом в рамках исполнения оспариваемых конкурсным управляющим договоров оказания услуг и подряда от 14.03.2017 и от 19.04.2017, заключенных с ИП ФИО4 и ИП ФИО5, в арендуемых ООО «Энергомонтаж» помещениях производились строительно-отделочные работы, по указанному адресу осуществлялся монтаж теплового пункта. В общей сложности по договорам подряда и оказания услуг ООО «Энергомонтаж» оплачено ИП ФИО4 1500000 руб., ИП ФИО5 - 2588000 руб.

При этом договор аренды был заключен на короткий срок - 11 месяцев, без условия об автоматической пролонгации, и предусматривал безвозмездную передачу арендодателю по истечении срока действия договора, а также при его досрочном расторжении всех неотделимых улучшений, даже произведённых с согласия арендодателя (пункт 2.1.4), что явно не отвечает интересам экономически независимого субъекта хозяйственной деятельности.

Таким образом, спорные договоры заключены без разумных экономических целей для должника, на дату подписания договора у должника отсутствовала необходимость в аренде имущества, в совершении строительно-отделочных работ в арендуемых помещениях, монтаже теплового пункта, что свидетельствует о фактической заключенности договоров в интересах арендодателя и о создании искусственной кредиторской задолженности должника перед заинтересованными лицами.

В результате заключения оспариваемых сделок у должника возникли текущие денежные обязательства, которые привели к уменьшению активов должника и, соответственно, частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований за счет его имущества, что свидетельствует о причинении вреда должнику и кредиторам. 

Таким образом, материалами дела подтверждено, что действия сторон оспариваемых договоров (ООО «Энергомонтаж», ИП ФИО3, ИП ФИО4, ИП ФИО5) существенным образом отличались от добросовестного осуществления гражданских прав. Сделки совершены в ущерб кредиторам при злоупотреблении правом сторонами сделки.

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем конкурсный управляющий. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009).

Однако в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие использование должником в своей предпринимательской деятельности арендуемого у ИП ФИО3 имущества, а именно: договоры на обслуживание помещений, несение расходов по эксплуатации (уборка, связь, мебель, энерго- и водоснабжение и т.д.), наличие в штате должника соответствующих работников.

Материалами дела также не подтверждено отражение операций, связанных с арендой имущества, в бухгалтерском и налоговом учете ИП ФИО3

Таким образом, материалами дела подтверждено, что оспариваемые договоры заключены сторонами при злоупотреблении правом, договор аренды подписан сторонами для вида, в отсутствие фактических правоотношений по аренде помещений, с целью создания искусственной задолженности ООО «Энергомонтаж» перед ИП ФИО3, а сделки оказания услуг и подряда совершены в интересах собственника помещений - ФИО3, а не должника.

При данных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Признав оспариваемые договоры недействительными сделками, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование конкурсного управляющего в части применения последствий недействительности сделок.

Обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены не имеется. 

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кировской области от 16.10.2018 по делу № А28-9530/2016-106 оставить без изменения, а апелляционные жалобы индивидуальных предпринимателей ФИО3, ФИО4, ФИО5 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий                               

Судьи

 

Т.М. Дьяконова

В.Г. Сандалов

Е.В. Шаклеина