973/2023-327517(1) 

 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-65884/2023

Дело № А40-71606/17

г. Москва

23 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 ноября 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 23 ноября 2023 года  Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, судей С.Л. Захарова, О.И. Шведко, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2  

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 08 сентября 2023, о признании 

недействительными сделок в виде заключенных между ФИО2 и  

ФИО3 договора займа № ПК-17/02 от 17.02.16г., договора залога  недвижимого имущества от 29.06.16г. и Соглашения об отступном от 17.08.17г. по делу  

 № А40-71606/17 о банкротстве ФИО3 

при участии в судебном заседании: 

от ФИО2 – ФИО4 по доверенности от 26.07.2023,  ФИО2 – лично, паспорт РФ,  

от финансового управляющего должника ФИО5 – ФИО6 по  доверенности от 24.04.2023,  

Иные лица не явились, извещены. 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2020 по делу № А4071606/17 гражданин ФИО3 признан несостоятельным  (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым  управляющим утверждена Саргсян Офелия Гамлетовна, член Ассоциации «Московская  саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».  

Финансовый управляющий обратилась в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) с заявлением, уточненным в порядке ст. 49 АПК РФ, о признании  недействительными сделками – договора займа № ПК-17/02 от 17.02.2016г., договора  залога недвижимого имущества от 29.06.2016г. и Соглашения об отступном от  17.08.2017г., заключенных между ФИО3 и ФИО2 и применении последствий недействительности сделки в виде  возврата в конкурсную массу должника недвижимое имущество: - Земельный участок,  расположенный по адресу: Белгородская область, р-н Белгородский, с. Нижний  Ольшанец, в районе улицы Загадка, общей площадью 1200 кв.м, категория земель:  земли населенных пунктов – для ведения личного подсобного хозяйства, кадастровый  номер 31:15:2108006:23, - Земельный участок, расположенный по адресу: Белгородская  область, 

<

...> в районе дома № 5,  

общей площадью 890 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов – для ведения  личного подсобного хозяйства, кадастровый номер 31:15:2108006:24, - Жилой дом  общей площадью 321 кв.м, расположенный по адресу: Белгородская область, р-н  Белгородский, с. Нижний Ольшанец, ул. Загадка, д. 5б, общей площадью 321 кв.м,  этажность 2, кадастровый номер 31:15:2108006:50.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2023 заявление  финансового управляющего ФИО3 ФИО5 в уточненной редакции от  09.04.2021 г. удовлетворено.  

Суд признал недействительными сделки в виде заключенных между  ФИО2 и ФИО3 договора займа № ПК-17/02 от 17.02.2016г.,  договора залога недвижимого имущества от 29.06.2016г. и Соглашения об отступном  от 17.08.2017г.; Обязал ФИО2 возвратить в конкурсную массу  ФИО3 жилой дом площадью 321 кв.м. по адресу 

<

...>, кадастровый номер 31:15:2108006:50 и  земельный участок площадью 2090 кв.м. по адресу 

<

...> кадастровый номер 31:15:2108006:57.  

ФИО2 была подана апелляционная жалоба на  определение Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2023, в которой ответчик  просит отменить обжалуемое определение суда, принять по делу новый судебный акт,  которым отказать в удовлетворении заявленных требований.  

От финансового управляющего должника поступил письменный отзыв, в  котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, ссылаясь на его  законность и обоснованность, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

В судебном заседании представитель ответчик и его представитель поддержали  доводы апелляционной жалобы в полном объеме.  

Представитель финансового управляющего возражал на апелляционную  жалобу.  

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте  слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на  официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба  рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания  была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена  апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в  порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела  доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц,  участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения,  исходя из следующего.  

Как установил суд первой инстанции и следует из материалов дела, между  ФИО2 к ФИО3 17.02.2016 г. был заключен договор  беспроцентного займа № ПК-17/02.  

В соответствии с п.1.1. договора ФИО2 обязуется предоставить в  займы ФИО3 денежные средства, размере 55 000 000 руб. до 17.02.2018 г.  Пунктом 1.2. настоящего договора предусмотрено, что в случае предоставления займа,  путем передачи наличных денежных средств, ФИО3, в конце текста договора  подписывает расписку в их получении, что и было сделано ФИО3, то есть в  момент подписания договора займа ФИО2 передал ФИО3, денежные  

средства, в размере 55 000 000 руб., что подтверждается распиской в конце договора.  

Указанные обязательства были обеспечены договором залога недвижимого  имущества от 29.06.2016, предметом которого являлись: земельный участок площадью  1200 кв.м, с кадастровым номером 31:15:2108006:23, расположенный по адресу:  Белгородская область, Белгородский район, с.Нижний Ольшанец, в районе ул. Загадка;  земельный участок площадью 890 кв.м с кадастровым номером 31:15:2108006:24 по  адресу: 

<

...> в  районе дома № 5; жилой дом общей площадью 321 кв.м с кадастровым номером   № 31:15:2108006:50 по адресу: 

<

...>, стоимостью 50 000 000,00 руб., зарегистрированным  управлением Росреестра по Белгородской области 12.07.2016.  

17.07.2017 ФИО2 направил ФИО3 требование о возврате  денежных средств по договору займа.  

22.08.2017 ФИО2 и ФИО3 заключили соглашение об  отступном, по которому стороны договорились о прекращении всех взаимных  обязательств, вытекающих из договора беспроцентного займа, и ФИО3  предоставил ФИО2 принадлежащие ему на праве собственности объекты  недвижимости, указанные в договоре залога. Стоимость размера отступного составляет  55 000 000,00 руб. В пункте 1.7 соглашения об отступном отражено, что с момента  регистрации данного соглашения недвижимого имущества переходит в собственность  залогодержателя.  

Управляющий просила признать недействительными заключенные между  ФИО2 и ФИО3 договор займа № ПК-17/02 от 17.02.16г. и  договора залога недвижимого имущества от 29.06.16г. на основании п. 2 ст.61.2 ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)», ст.ст.10, 168, 170 ГК РФ, а также заключенное  между ФИО3 и ФИО2 17.08.17г. Соглашение об отступном на  основании п.2 ст. 61.2, п.2 ст. 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст.10,  168, 170 ГК РФ.  

В обоснование заявленный требований управляющий, в том числе, указала, что  отсутствуют доказательства, подтверждающие фактическую передачу денежных  средств от ФИО2 к ФИО3 и наличие у ФИО2  фактической возможности передать денежные средства.  

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника банкротом  принято судом к производству 23 мая 2017, в то время как, договоры займа и залога  заключены 17.02.2016 и 29.06.2016 соответственно, т.е. в течение трехлетнего периода  до принятия заявления, а соглашение об отступном - 17.08.2017, т.е. после принятия  заявления, и могут быть оспорены по ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Удовлетворяя заявленные требования на основании ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ, и  не усматривая правовых оснований для квалификации недействительности спорных  сделок еще и на основании специальных норм ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)», суд первой инстанции пришел к выводу, что договор беспроцентного  займа № ПК-17/02 от 17.02.16г. и Договор залога от 29.06.16г. совершены для вида и  без намерения создать соответствующие правовые последствия, а оспариваемые сделки  были заключены при злоупотреблении правом со стороны ФИО3 и  ФИО2, с учетом недоказанности фактической передачи денежных средств  по договору займа.  

Суд первой инстанции также указал, что целью заключения спорного  соглашения об отступном являлась необходимость обхода ФИО3 и  ФИО2 имеющихся в Росреестре запретов на совершение регистрационных  действий в отношении спорных объектов недвижимости, принадлежащих ФИО3, при этом, ФИО3 и ФИО2 имели цель на вывод активов  ФИО3, а соглашение об отступном от 17.08.17г. было заключено с намерением  

придать реальность фиктивным правоотношениям в обход ограничений.  

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда первой инстанции о  необходимости признания спорных сделок недействительными по ст.ст.10, 168, 170 ГК  РФ, также полагает, что имеются основания для признания сделок недействительными  по ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве в силу следующего.  

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с  особенностями, установленными Законом о банкротстве.  

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий  вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании  недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности  ничтожных сделок, заключенных должником.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов (подозрительная сделка), может быть признана арбитражным судом  недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия  заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления  и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и  если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения  сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом,  если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была  знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в  отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в  имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава  учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:  стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на  последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее  совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные  учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской  Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по  хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены  указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  

его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Согласно пункту 5 постановления Пленума ВАС РФ N 63 для признания сделки  недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех  следующих обстоятельств:  

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает  в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  цель причинения имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо  одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления  Пленума ВАС РФ N 63).  

Как неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации, сама по  себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества  на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели  причинения вреда) не блокирует возможность квалификации оспариваемой сделки  должника в качестве подозрительной. Цель причинения вреда имущественным правам  кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях  (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  Указанная правовая позиция подлежит применению и при рассмотрении споров о  признании сделки недействительной по общим основаниям статьи 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации (определение Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4).  

В п. 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010  г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального  закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что в порядке главы III.1  Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования  арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по  специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3  и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим  основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по  основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).  

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать  соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

В соответствии с разъяснениями, отраженными в пункте 86 Постановления  

Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении  судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида,  без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1  статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для  вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на  движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или  доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом  сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.  

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида  государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое  имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании  пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с  оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О  несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления  гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов  кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть  признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве  сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в  частности направленная на уменьшение конкурсной массы.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской  Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность  другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми  признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму  займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.  

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других  вещей.  

Пунктом 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что в случае, если законом или договором займа не предусмотрено  иное, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа.  Проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа, если отсутствует  иное соглашение между сторонами (пункт 2 статьи 809 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

В силу пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации  заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке,  которые предусмотрены договором займа.  

Согласно представленному в материалы дела договору займа и пояснениям лиц,  участвующих в деле, сумма займа в размере 55 000 000 руб. передавалась должнику в  момент подписания договора наличными денежными средствами.  

Судом первой инстанции сделан верный вывод об отсутствии сведений о  фактической передаче ФИО2 денежных средств в размере 55 000 000 руб.  в пользу ФИО3, а равно и отсутствии доказательств расходования ФИО3 денежных средств в размере 55 000 000 руб.  

В абзаце третьем п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах,  связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что при оценке  достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику  наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к  

приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие  обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов)  предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле  удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены  должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете  и отчетности и т.д.  

Разъяснения, данные в п. 26 Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N  35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  банкротстве" относительно необходимости проверки финансовой возможности  продиктованы целью недопущения недобросовестности сторон.  

В подтверждение возможности ФИО2 предоставить в долг ФИО3 денежные средства в сумме 55 000 000 рублей, Ответчиком в материалы дела были  представлены: договор на долевое участие в строительстве от 09.08.2016, договор  купли-продажи нежилого помещения от 03.07.2017, справка о состоянии вклада,  выписка из лицевого счета жены ФИО2 ФИО7, договор уступки  права требования от 10.09.2013, свидетельство о регистрации права от 21.10.2014 и  15.12.2008, выписка из ЕГРН от 08.02.2017 и 24.05.2021, история операций по карте,  отчет о деятельности ООО «Глобус».  

Однако представленные ответчиком доказательства, не могут быть приняты в  качестве достаточных доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что  финансовое положение ФИО2 позволяло ему передать ФИО3 в  феврале 2016 года денежные средства в сумме 55 000 000 руб.  

Так, из анализа Выписок со счета ФИО7 в ПАО Сбербанк за период с  24.02.2015 по 07.03.2018 следует, что они не подтверждают финансовое положение  самого ФИО2, позволяющее предоставить ФИО3 денежные  средства в сумме 55 миллионов рублей, так, займ представлен в феврале 2016 года,  однако по выпискам со счета ФИО7 сумма поступивших денежных средств за  период с 24.02.2015 по 17.02.2016 в общей сумме не составляет и трех миллионов  рублей, что значительно меньше представленной ФИО3 в феврале 2016 года  суммы займа 55 000 000 рублей.  

Накопление денежных средств за 2015-2016 гг. для передачи ФИО3  займа в размере 55 000 000 руб. лишено экономического смысла, кроме того, доходы  ФИО7 не являются доходами самого ФИО2  

Представленные ФИО2 Договор на долевое участие в  строительстве от 09.08.2016 и Договор купли-продажи нежилого помещения от  03.07.2017, не могут быть приняты в качестве доказательства наличия финансовой  возможности ФИО2, т.к. дата договоров значится после выдачи займа, т.е.  после 17.02.2016.  

Сведения о том, что ФИО2 в период с 29.06.2011 до 03.12.2016  являлся директором, а также учредителем с 06.06.2014 до 17.12.2016 (доля 2 450 000  руб. (100%) ООО «Глобус», также не могут быть приняты в качестве доказательства  наличия финансовой возможности ФИО2, так как не представлены сведения  о выплате дивидендов ФИО2 как участнику ООО «Глобус».  

Кроме того, из анализа Выписки из ЕГРЮЛ ООО «Глобус», следует, что  организация исключена из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в  отношении которого внесена запись о недостоверности — 26.06.2020, что в свою  очередь свидетельствует о том, информация о юридическом лице не соответствует  действительности.  

Вместе с тем, из анализа счета ФИО3 в КБ «Интеркредит» за период с  12.01.2015 по 29.01.2016 следует, что должник ежемесячно перечислял ФИО2 денежные средства в сумме 30 000 рублей в качестве заработной платы, что в  может свидетельствовать о том, что ФИО2 работал у ФИО3 получая  

заработную плату.  

Принимая во внимание разъяснения п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от  22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением  дел о банкротстве» ФИО2 не представлены сведения о наличии  финансовой возможности (в том числе отсутствие задекларированного дохода) и  экономической целесообразности (договор займа беспроцентный, ФИО2  работал у ФИО3 и получал заработную плату в размере 30 000 рублей)  предоставления ФИО3 займа в сумме 55 000 000 рублей.  

Апелляционный суд отмечает, что в материалах дела отсутствуют сведения о  фактической передаче денежных средств от ФИО2 ФИО3 в размере  55 000 000 рублей, наличия у ФИО2 фактической возможности передать  подобную значительную сумму денежных средств, и экономическая целесообразность  заключения договора беспроцентного займа.  

Кроме того отсутствуют доказательства расходования ФИО3  денежных средств в размере 55 000 000 рублей.  

Учитывая изложенное, арбитражный суд критически отнесся к представленным  ответчиком доказательствам наличия у него финансовой возможности на выдачу займа  должнику по оспариваемому договору.  

В материалы дела не представлены доказательства того, что в результате  совершения спорных сделок улучшилось финансовое состояние должника.  

Отсутствуют также доказательства, свидетельствующие о достаточности  имущества должника на момент совершения спорных сделок для удовлетворения  требований всех кредиторов.  

По смыслу п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве, к заинтересованным лицам  должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц либо являются по  отношению к нему аффилированными.  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником  процесса (например, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с  ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) судом на такое лицо  может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы  совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного  соглашения (п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации  N 4 (2017), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017).  

Согласно правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда  российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о  банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через  подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к  одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР  от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности  на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех  случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно  позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется  возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения  предпринимательской деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение  лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и  последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным независимым  участникам рынка.  

Ответчиком и должником не представлено пояснений относительно  экономической целесообразности заключения беспроцентного займа, а также  взаимоотношений сторон с учетом ежемесячношл перечисления должником  

Плужникову И.И. денежных средств в сумме 30 000 рублей в качестве заработной  платы.  

Подобные сделки противоречат положениям параграфа 1 Главы 42  Гражданского кодекса Российской Федерации о займе, недоступны обычным  независимым участникам рынка и стали возможными в результате того, что ответчик  является заинтересованным лицом по отношению к должнику.  

Договоры займа и залога, а также соглашение об отступном заключены в  отсутствие законных оснований, о чем ответчик не мог не знать.  

Суд первой инстанции также правомерно указал на то, что заключение цепочки  сделок совершено с целью обхода ФИО3 и ФИО2 имеющихся в  Росреестре запретов на совершение регистрационных действий в отношении спорных  объектов недвижимости, принадлежащих ФИО3  

Как было указано ранее, договор займа и обеспечивающий его исполнение  договор залога недвижимого имущества заключены 17.02.2016 и 29.06.2016  соответственно.  

При этом, 23.05.2017 арбитражным судом города Москвы принято к  производству заявление кредитора ФИО8 о банкротстве ФИО3  

17.08.2017 между ФИО2 и ФИО3 заключено  Соглашение об отступном, т.е. после даты возбуждения производства по делу о  несостоятельности (банкротстве) в отношении ФИО3 определением  Арбитражного суда города Москвы 23.05.2017.  

По условиям п. 1.7 Соглашения об отступном Стороны обязались совершить  действия по государственной регистрации спорного Соглашения в срок до 01.09.2017.  

Вместе с тем, государственная регистрация перехода права на спорные объекты  осуществлена 19.02.2019, т.е. на 1,5 года позднее обусловленного срока.  

Белгородским районным судом от 15 марта 2018 г. удовлетворенны исковые  требования ФИО2 к ФИО3 о  признании права собственности на недвижимое имущество.  

Впоследствии 25 мая 2023 г. определением Белгородского областного суда  заочное решение Белгородского районного суда Белгородской области от 15.03.2018 по  гражданскому делу по иску ФИО2 к ФИО3 о признании права собственности на недвижимое имущество отменено,  принято по делу новое решение, которым в удовлетворении иска ФИО2 к  ФИО3 о признании права собственности на недвижимое имущество отказано.  

23.03.2018 введена процедура реструктуризации долгов в отношении ФИО3  

07.02.2020 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена  реализация имущества гражданина.  

Заявитель ссылался на то, что Договор залога имущества между ФИО2 и ФИО3 заключен 29 июня 2016 года, в то время как Приказом Банка  России от 29 июня 2016 года № ОД-2081 отозвана лицензия на осуществление  банковских операций у кредитной организации Коммерческий банк «Интеркредит»  (АО) (рег. № 3047, г. Москва), основным бенефициаром которого являлся ФИО3.  

В настоящее время, Агентство по страхованию вкладов направило в  Арбитражный суд Москвы заявление о привлечении бывших контролирующих лиц КБ  «Интеркредит» к субсидиарной ответственности по обязательствам банка в размере  более 217 млн рублей.  

ФИО3 являлся контролирующим лицом в КБ «Интеркредит» (АО), что  подтверждено судебным актами Арбитражного суда города Москвы по делу № А40148648/16 от 15.06.2020, вступившими в силу, которым удовлетворено заявление  конкурсного управляющего КБ «Интеркредит» (АО) ГК АСВ о взыскании солидарно с  

Чернышева Дмитрия Валерьевича, Лебедева Виктора Александровича, Решетиловой  Натальи Леонидовны, Киданова Евгения Ивановича, Климовицкого Владимира  Исааковича, Щеголевского Михаила Мироновича, Выговской Марианны Овсеповны,  Бурдина Вадима Станиславовича, Тарасенко Андрея Александровича в пользу КБ  «Интеркредит» (АО) убытки в размере 120 000 000 рублей.  

Кроме того, конкурсный управляющий КБ «Интеркредит» (АО) ГК АСВ в  рамках дела о несостоятельности банкротстве АБ «Интеркредит» по делу № А40148648/16 обратился в Арбитражный суд города Москвы о привлечении ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО3, ФИО12,  ФИО14, ФИО16, ФИО17, ФИО18 к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника на сумму 217.097.000 рублей.  

Указанные обстоятельства подтверждают, что заключение Договора  беспроцентного займа, Договора залога и Соглашения об отступном – имели своей  целью вывод активов должника ФИО3 и причинения ущерба имущественным  интересам кредитором ФИО3, с целью придать реальность фиктивным  правоотношениям и обхода ограничений в отношении спорных объектов,  зарегистрированных регистрирующими органами на основании Постановлений  Тропарево-Никулинского ОСП по городу Москве.  

Управляющий также пояснила, что ФИО3 в ее адрес во исполнение  судебного акта об истребовании у него документов в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) в процедуре реструктуризации долгов, почтовым отправлением были  представлены документы по акту приема-передачи, согласно которому отсутствуют  сведения о существовании спорного Договора займа. Согласно почтовому штампу дата  отправки 18.09.2018.  

Таким образом, ФИО3 не сообщал финансовому управляющему о  наличии подобного заемного и залогового обязательства перед ФИО2, а  также о заключении соглашения об отступном от 17.08.2017.  

Спорные сделки прикрывали безвозмездный вывод ликвидных активов  должника в преддверии его банкротства в пользу аффилированного лица, что привело к  причинению вреда имущественным правам кредиторов должника, выразившегося в  уменьшении потенциальной конкурсной массы в отсутствие реальной возможности  получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника.  

Участники сделок - договоров займа, залога и соглашения об отступном,  действуя согласованно, преследовали своей целью вывод актива должника из-под  обращения на него взыскания по обязательствам должника перед кредиторами, суд  апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что сделки  не были направлены на достижение правового результата, предписанного для такого  рода сделки законом, и расценивает последовательные сделки по предоставлению  займа от 17.02.2016 и передачи имущества в залог 29.06.2016 и отступного от  17.08.2017, как единую сделку, соответственно соглашение о предоставлении  отступного является также мнимым.  

При этом судом принимается во внимание, что на практике для достижения  противоправной цели нередко заключается не одна, а целая цепочка взаимосвязанных  сделок, в том числе и с участием третьих лиц, большая часть из которых соответствует  всем требованиям закона, но в совокупности с остальными сделками (чаще всего  притворными или мнимыми) дает в итоге противоправный результат.  

Учитывая изложенное, спорные сделки являются недействительными по ч. 2 ст.  61.2 Закона о банкротстве, ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ, и правомерно признаны  недействительными судом.  

Относительно довода заявителя жалобы о пропуске срока исковой давности,  

суд апелляционной инстанции не может согласиться по следующим основаниям.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума ВАС  РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявление об оспаривании  сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в  течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).  

Согласно п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок  исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности  ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166)  составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям  начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае  предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо  узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой  давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может  превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.  

Течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права  у финансового управляющего оспаривать сделки должника.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.03.2018 по делу № А4071606/17 введена процедура реструктуризации долгов в отношении гражданина  ФИО3, финансовым управляющим утверждена Саргсян Офелия  Гамлетовна, член Ассоциации «Московская саморегулируемая организация  профессиональных арбитражных управляющих».  

В связи с утверждением финансового управляющего ФИО3 ФИО5 23.03.2018 в процедуре реструктуризации долгов были запрошены сведения по  имуществу должника, финансовым управляющим ФИО5 получена Выписка из  ЕГРН от 19.04.2018, согласно которой спорные объекты значились в собственности  ФИО3  

Кроме того, финансовым управляющим ФИО3 в адрес должника было  направлено уведомление с разъяснениями об ограничениях установленных  законодательством в процедуре реструктуризации долгов, в том числе и отчуждение  имущества, уведомление получено ФИО3 26.04.2018.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2020 по делу № А4071606/17 гражданин ФИО3 признан несостоятельным  (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым  управляющим утверждена Саргсян Офелия Гамлетовна, член Ассоциации «Московская  саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».  

В связи с утверждением финансового управляющего ФИО3 ФИО5 07.02.2020 в процедуре реализации имущества должника были запрошены  сведения по имуществу должника, финансовым управляющим ФИО5 получена  Выписка из ЕГРН от 28.02.2020, согласно которой спорные объекты уже не  принадлежали ФИО3 и 16.03.2020 финансовый управляющий ФИО3  ФИО5 обратилась с заявлением о признании недействительными сделок по  отчуждению Должником двух земельных участков и жилого дома, расположенных по  адресу: Белгородская область, 

<

...>.  

Таким образом, суд первой инстанции верно указал, что финансовым  управляющим не пропущен срок для обращения с заявлением о признании сделки  недействительной, так как ему стало известно о выбытии спорных объектов должника в  процедуре реализации имущества в феврале 2020 года при запросе сведений из ЕГРН о  принадлежности ФИО3 объектов недвижимости и в марте 2020 года  финансовый управляющий ФИО3 ФИО5 обратилась с заявлением о  признании недействительными сделок по отчуждению Должником двух земельных  участков и жилого дома, расположенных по адресу: Белгородская область, р-н  

Белгородский, с. Нижний Ольшанец, ул. Загадка.  

Доводы апелляционной жалобы сводятся фактически к повторению  утверждений, исследованных и правомерно отклоненных судом первой инстанции, не  опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что  само по себе не является основанием для признания определения необоснованным  

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит  оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам,  изложенным в апелляционной жалобе.  

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или  опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 08 сентября 2023 по делу № А4071606/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: В.В. Лапшина  

Судьи: С.Л. Захаров  

 О.И. Шведко