АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ 

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4, 

www.ekaterinburg.arbitr.ru e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru  

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А60-15774/2022

13 сентября 2023 года

г. Екатеринбург

 

Резолютивная часть решения объявлена 06 сентября 2023 года Полный текст решения изготовлен 13 сентября 2023 года 

Арбитражный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи  Ю.Ю. Франк, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи А.А.  Пузановой, рассмотрел в судебном заседании дело  

по иску ФИО1 в интересах общества с ограниченной  ответственностью «Стройинкор»  

к ФИО2, ФИО3 

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительно предмета спора, открытое акционерное общество «Торгмаш» (ИНН  

<

***>), ФИО4, ФИО5  

о взыскании убытков в размере 178 813 324 руб. 18 коп. 

при участии в судебном заседании  

от процессуального истца: ФИО6, представитель по доверенности от 13.09.2022;  от материального истца: ФИО7. представитель по доверенности от 15.07.2022,  

от ответчика (ФИО2): ФИО8, представитель по доверенности от 15.09.2021; 

от ответчика: ФИО3, лично, предъявлен паспорт; ФИО9, представитель по  доверенности от 19.04.2022.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения заявления извещены  надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и  месте судебного заседания на сайте суда.  

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены.  Отводов суду не заявлено.  

ФИО1 (далее – процессуальный истец), как участник ООО  «Стройинкор» (далее – материальный истец) обратилась в Арбитражный суд Свердловской  области с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3 (далее – ответчики) о взыскании убытков в размере 404 939 836 руб. 60 коп. (с  учетом увеличения, принятого в заседании 19.04.2023), в том числе: 266 012 616 руб. 48 коп.  – убытки, причиненные обществу в тот период, когда участником общества и директором  являлся ФИО2, ликвидатором – ФИО3, 138 927 220 руб. 12 коп. – убытки с  ФИО2 как с директора общества.  

 

Определением суда от 11 апреля 2022 года в порядке, установленном статьями 127,  133, 135, 136 АПК РФ, арбитражным судом указанное заявление принято к производству,  дело назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании.  

Ответчик (ФИО2) исковые требования не признал, представил отзыв на  исковое заявление. Ответчик указывает на то, что предъявление данного иска является  злоупотреблением правом со стороны истца. Также истцом не доказана противоправность  действий ответчика, повлекших причинение убытков. Сведениями об активах общества  истец располагал, о чем свидетельствует представленное им заключение. Активы, на наличие  которых ссылается истец, у общества никогда не было, что установлено вступившим в  законную силу решением суда по делу № А60-71015/2018. Также ответчик заявляет о  пропуске истцом срока исковой давности.  

Ответчик ФИО3 исковые требования не признала, представила  предварительный отзыв на исковое заявление. Ответчик указывает на то, что истцом  пропущен срок исковой давности в части требований к ликвидатору общества. Также  ответчик полагает, что истцом не доказан факт причинения действиями ответчика убытков  обществ. Активы, на наличие которых ссылается истец, у общества на момент ликвидации  общества не было.  

В судебном заседании 03 августа 2022 года процессуальный истец (ФИО1)  заявил ходатайство о фальсификации следующих доказательств:  

- договор уступки права требования к ООО СК «АльфаГрад» от 26.01.2018;  - договор уступки права требования к ООО «Сибирский лес» от 26.01.2018;  - договор уступки права требования к ФИО10 от 26.01.2018;  

- договор уступки права требования к ФИО11 от 26.01.2018; 

- договор уступки права требования к ООО «Национальный центр водных технологий  от 26.01.2018;  

- договор уступки права требования к ООО УК «Основа-Центр» от 26.01.2018; - договор уступки права требования к ООО «УниверсалСтройТорг» от 26.01.2018; - акт взаимозачета с ОАО «Торгмаш» от 26.01.2018, 

На вопрос суда представитель материального истца, представивший поименованные  документы посредством системы «Мой Арбитр» 02.08.2022, пояснил, что возражает против  исключения данных доказательств из числа доказательств по делу.  

Ходатайство процессуального истца о фальсификации доказательств принято судом к  рассмотрению (ст. 161 АПК РФ).  

Суд разъяснил сторонам возможные уголовно-правовые последствия заявления  ходатайства о фальсификации доказательств, о чем сделана отметка в протоколе судебного  заседания от 03 августа 2022 года.  

В целях проверки заявления о фальсификации процессуальный истец заявил  ходатайство об истребовании доказательств у ОАО «Торгмаш», Уральского банка ПАО  «Сбербанк», ООО «Основа-Центр». Данное ходатайство об истребовании доказательств  судом удовлетворено, о чем вынесены отдельные определения.  

Определением от 10.08.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не  заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ОАО  «Торгмаш» (ИНН 

<

***>), судебное разбирательство по делу отложено.  

В судебном заседании, состоявшемся 02.09.2022, истец представил дополнение к  заявлению о фальсификации доказательств, включив в него еще два документа,  представленных ответчиком:  

- акт взаимозачета с ООО «Основа-Центр» от 26.01.2018; - акт взаимозачета с ИП ФИО3 от 26.01.2018. 

 

В обоснование заявления истец указал, что из бухгалтерской отчетности за 2016 и  

2017, представленной в рамках дела № А60-71015/2018, ООО «Стройинкор» не указано в  

числе дебиторов ООО «Основа-Центр». 

В целях проверки заявления о фальсификации с учетом заявленного дополнения истец  

обратился с ходатайством об истребовании доказательств. В случае поступления в  

материалы дела поименованных документов истец просит назначить судебную экспертизу  

по вопросу давности изготовления представленных документов. 

Ответчик (ФИО3) обратилась с ходатайством о выделении в отдельное  

производство требования к ФИО3 

Заявленное ответчиком ходатайство рассмотрено арбитражным судом по правилам ст.  

159 АПК РФ и отклонено на основании ч. 1 ст. 130 АПК РФ. 

Определением от 17.11.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не  

заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Кишко  

Алексей Юрьевич. 

В судебном заседании 07.12.2022 истцом заявлено ходатайство о фальсификации  

доказательств: - акт приема-передачи векселей от 31.05.2017; - акт приема-передачи векселей от 01.06.2017; - акт приема-передачи векселей от 07.07.2017. 

Ответчики пояснили, что денежные средства возвращены в общество в виде векселей  

на общую сумму 68 892 484 руб. 39 коп., на сумму 10 000 000 руб. переданных ФИО2  

Р.А. обществу. Истцом не учтено, что 395 000 руб. было внесено в кассу и на расчетный  

счет, 285 000 руб. получено ФИО2 в качестве заработной платы. Ссылаясь на  

данные обстоятельства, ответчик пояснил, что убытки на стороне ответчика отсутствуют. 

В судебном заседании 19.01.2023 истец поддержал ранее заявленное ходатайство о  

фальсификации доказательств, представленных ответчиком ФИО2, дополнив  

перечень данных доказательств: - акт приема-передачи векселя от 31.05.2017; - акт приема-передачи векселя от 01.06.2017; - акт приема-передачи векселя от 07.07.2017; - акт приема-передачи векселя от 05.08.2016; - акт приема-передачи векселя от 07.11.2017; - акт приема-передачи векселя от 31.05.2016; - акт приема-передачи векселя от 06.09.2017; - акт приема-передачи векселя от 27.11.2017; - акт приема-передачи векселя от 07.06.2017; - акт приема-передачи векселя от 02.05.2017. 

Ответчик (ФИО2) возразил против исключения данных документов из числа  

доказательств по делу. 

В связи с этим арбитражным судом в порядке ст. 161 АПК РФ сторонам разъяснены  

уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации, ходатайство принято судом к  

рассмотрению. 

Ходатайство истца об истребовании доказательств из Уральского банка ПАО  

«Сбербанк» судом рассмотрено и удовлетворено частично на основании ст. 66 АПК РФ.  

Ходатайство истца об истребовании из ПАО «Сбербанк» выписки по расчетному счету ООО  

«Стройинкор» за период с 31.05.2016 по 18.09.2016 судом рассмотрено и удовлетворено на  

основании ст. 66 АПК РФ, о чем принят отдельный судебный акт. 

В арбитражный суд 17.01.2023 от третьего лица ФИО4 поступил отзыв на иск, в  

котором указал, что ФИО2 уклонялся от представления информации о деятельности  

 

общества, в результате чего Кишко А.Ю. ничего не знал о снятии со счета наличных  денежных средств, цели их расходования, о доначислении обществу налогов.  

В судебном заседании 01.03.2023 истец пояснил, что заявление о фальсификации  поддерживает, считает, что данное заявление подлежит проверке путем проведения  экспертизы давности изготовления документов.  

От ФИО3 поступило ходатайство о приобщения документов, а именно:  оригинала договора займа от 03.04.2017, дубликата договора займа от 07.11.2017,дубликата  договора займа от 31.05.2016, дубликата договора займа от 31.05.2017, дубликата договора  займа от 27.11.2017, оригиналов актов приема-передачи простого векселя от 27.11.2017,от  07.11.2017,от 06.09.2017,от 31.05.2016, от 05.08.2016, от 02.05.2017,от 31.05.2017,от  01.06.2017,от 07.06.2017,от 07.07.2017 (дубликат), от 02.05.2017, от 29.05.2017,от 07.11.2017,  от 05.08.2016. Ходатайство судом рассмотрено, удовлетворено, документы приобщены к  материалам дела.  

 В судебном заседании 19.04.2023 истец заявил об увеличении исковых требований до  суммы 404 939 836 руб. 60 коп. (удовлетворено на основании ст. 49 АПК РФ), а также о  фальсификации доказательств: актов приема-передачи простых векселей от 12.12.2017, от  23.06.2017.  

Поскольку ответчики возразили против исключения данных документов из числа  доказательств по делу, арбитражный суд, руководствуясь ст. 161 АПК РФ, ходатайство  удовлетворил, разъяснив сторонам уголовно-правовые последствия данного заявления  (приложение № 1 к протоколу судебного заседания от 19.04.2023).  

В судебном заседании 25.05.2023 истец заявил о фальсификации доказательств  (пункты 11-17, с 20 по 22, 24 ходатайства). Ответчики возразили против исключения данных  документов из числа доказательств по делу. Сторонам разъяснены уголовно-правовые  последствия заявления о фальсификации (ст. 161 АПК РФ), что отражено в протоколе  судебного заседания от 25.05.2023 (приложение № 1).  

На вопрос суда ответчики пояснили, что подлинники документов, о фальсификации  которых заявлено истцом, у них отсутствуют в связи с истечением срока их хранения,  данные документы восстановлены.  

В судебном заседании 08.06.2023 ФИО5 обратилась с ходатайством о  привлечении ее к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных  требований относительно предмета спора. В обоснование заявленного ходатайства  ФИО5 ссылается на Апелляционное определение Свердловского областного суда  от 04.05.2023, которым произведен раздел совместно нажитого имущества между супругами  ФИО5 и ФИО2 Данным судебным актом за ФИО5 признано  право собственности на 25% доли в уставном капитале ООО «Стройинкор».  

Представитель процессуального истца поддержал заявленные им требования, а также  ходатайство о назначении судебной экспертизы.  

Ответчик представил объяснения на ходатайство истца о назначении судебной  экспертизы и увеличение исковых требований, устно пояснив, что назначение судебной  экспертизы нецелесообразно, поскольку документы, о фальсификации которых заявлено,  возможно проверить путем сопоставления с иными имеющимися в материалах дела  доказательствами. Заявляя о фальсификации доказательств, истец фактически оспаривает  действительность соответствующих сделок, срок исковой давности по которым уже давно  пропущен. Истцом пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям.  

Ответчик (ФИО2) в судебное заседание не явился, направил в суд отзыв на  ходатайство истца об увеличении размера исковых требований. В котором указал, что сделки  по предоставлению займов с последующим погашением не являются для ООО «Стройинкор»  убыточными. Займы были направлены на приобретение товаров/услуг, погашение кредита и  

 

прочую уставную деятельность, доказательств причинений ответчиком убытков обществу  истцом не представлено. Срок исковой давности истцом пропущен.  

Определением от 16.06.2023 арбитражный суд, руководствуясь ст. 51 АПК РФ, счел  необходимым привлечь ФИО5 к участию в деле в качестве третьего лица, не  заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.  

В судебном заседании 25.08.2023 процессуальный истец озвучил консолидированную  позицию по спору, а также поддержал ранее заявленное ходатайство о назначении судебной  экспертизы, а также обратился с ходатайством об истребовании доказательств, в котором  просит истребовать из Межрайонной ИФНС № 32 по Свердловской области документы,  представленные при проведении налоговой проверки в отношении ООО «Стройинкор»  (ИНН 

<

***>), по результатам которой был составлен Акт налоговой проверки № 15– 08/10 от 09.04.2019 г. и вынесено Решение № 15–108/925361977 от 31.01.2020 г.  

Ходатайство судом рассмотрено и отклонено, поскольку указанные документы не  имеют отношения к рассматриваемому спору, результаты анализа истребуемых истцом  документов отражены налоговым органом в акте и в решении, которое вступило в силу (ст.  66, ст. 67, ст. 68 АПК РФ).  

Ходатайство о назначении судебной экспертизы судом рассмотрено и отклонено. Суд  пришел к выводу о том, что назначение судебной экспертизы нецелесообразно, поскольку  документы, о фальсификации которых заявлено, возможно проверить путем сопоставления с  иными имеющимися в материалах дела доказательствами.  

В судебном заседании 06.09.2023 процессуальный истец озвучил консолидированную  позицию по спору, а также поддержал ранее заявленное ходатайство о восстановлении срока  исковой давности для подачи настоящего иска, в том случае, если суд придет к выводу о  пропуске данного срока. На вопрос суда представитель процессуального истца пояснил, что  супруги ФИО15 совместно обсуждали ведение хозяйственной деятельности в  виде участия в ООО «Стройинкор», поскольку это был семейный бизнес. Увеличение  уставного капитала связано с требованием ПАО «Сбербанк» для целей предоставления ООО  «Стройинкор» кредита, по которому ФИО1 выступала поручителем.  

Кроме того, истец обратился с ходатайство об отложении судебного разбирательства  для предоставления аудиторского заключения по результатам анализа предоставленных  обществом оборотно-сальдовых ведомостей.  

Ходатайство судом рассмотрено и отклонено, поскольку суд не усматривает  необходимости в представлении данного документа (ст. 158, ст. 67 , ст. 68 АПК РФ).  

Представитель материального истца полагает, что исковые требования  удовлетворению не подлежат.  

Ответчики поддержали ранее озвученную позицию по спору, просят отказать в  удовлетворении исковых требований, в том числе по причине истечения срока исковой  давности. На вопрос суда ответчик ФИО3 пояснила, что ревизионная комиссия в  обществе никогда не создавалась, бухгалтерский учет и аудит, ежегодное проведение  которого являлось обязательным условием кредитного договора между ООО «Стройинкор»  и ПАО «Сбербанк», входил в обязанности привлеченной организации ООО «Паритет».  

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного  разбирательства, что подтверждается материалами дела, в судебное заседание не явились.  

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд 

УСТАНОВИЛ:

Согласно Выписке из ЕГРЮЛ ООО «Стройинкор» создано 02.08.2002, начиная с 2010  года участниками общества являются ФИО1 с долей участия 50% в уставном капитале  

 

общества (на основании договора купли-продажи доли от 12.11.2010) и Урманов Р.А. с долей  участия 50% в уставном капитале общества, директором общества является Урманов Р.А.  

По результатам общего собрания участников общества «Стройинкор», оформленных  протоколом № 25 от 08.02.2011, участниками общества принято решение об утверждении  уставного капитала общества в размере 150 000 000 руб. и об утверждении итогов внесения  участниками дополнительных вкладов, в том числе: ФИО1 – 74 995 000 руб., ФИО2 – 74 995 000 руб.  

В подтверждение факта внесения в общество соответствующего вклада ФИО1  (далее – процессуальный истец) представлена копия квитанции к ПКО № 11 от 08.02.2011 с  отметкой налогового органа. Операция по увеличению уставного капитала отражена в  бухгалтерской отчетности общества (счет № 80).  

Впоследствии между ФИО1 (далее – продавец) и ФИО2 (далее –  покупатель) заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Стройинкор»  от 26.01.2018. по условиям которого ФИО1 продала ФИО2, а ФИО2  купил у ФИО1 50 % уставного капитала общества «Стройинкор» номинальной  стоимостью 75 000 000 руб. Отчуждаемая доля продана продавцом покупателю за  105 000 000 руб., которые продавец обязался оплатить в установленном сроки и порядке (до  30.10.2018, 30.06.2019, 30.12.2019).  

ФИО2 как единственным участником общества принято решение № 18 от  24.05.2018 о проведении добровольной ликвидации общества, в качестве ликвидатора  общества назначена ФИО3  

Сведения о принятом решении единственного участника ООО «Стройинкор» были в  установленном порядке направлены в регистрирующий орган – Межрайонную ИФНС  России № 32 по Свердловской области.  

01 06.2018 Межрайонной ИФНС России № 32 по Свердловской области в ЕГРЮЛ была  внесена запись под государственным регистрационным номером 6186658107388 о том, что  ООО «Стройинкор» находится в стадии ликвидации.  

Сообщение о принятом решении размещено в журнале «Вестник государственной  регистрации» от 27.06.2018 часть 1 № 25, также в нём был установлен срок для предъявления  требований кредиторов.  

10.12.2018 ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его  несостоятельным (банкротом).  

Решением № 19 от 28.03.2019 ФИО2 отменил ранее принятое им решение о  ликвидации и прекратил полномочия ФИО3 в качестве ликвидатора.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 11 февраля 2019 года по делу   № А60-71015/2018 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом),  введена процедура реализации имущества гражданина.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.11.2019 по делу № А6071015/2018, оставленным без изменения Постановлением Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 31.01.2020, арбитражным судом по результатам рассмотрения  заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов ФИО2  задолженности по оплате доли, образовавшейся по договору купли-продажи от 26.01.2018,  данный договор признан недействительной сделкой, применены последствия  недействительности сделки в виде восстановления кредитора в правах участника ООО  «Стройинкор» с размером доли 50% уставного капитала, в удовлетворении заявления  кредитора о включении требования в реестр требований кредиторов должника отказано.  

Ссылаясь на то, что в период с 26.01.2018 по 30.01.2020 (дата вступления в законную  силу определения от 12.11.2019 по делу № А60-71015/2018) деятельность ООО  «Стройинкор» находилась под полным контролем ФИО2 как единственного  участника и директора общества, а в период проведения процедуры добровольной  

 

ликвидации общества (с 24.05.2018 по 28.03.2019) – под контролем ликвидатора  Коноваловой Е.В., истец указал, что совместными действиями данных лиц обществу  причинены убытки в общей сумме 266 012 616 руб. 48 коп. (том 17 л.д. 35 – 97), в том числе:  

1) 166 608 435 руб. 08 коп., из которых 160 303 435 руб. 08 коп. – убытки в результате  утраты дебиторской задолженности, отраженной в составе активов ООО «Стройинкор» на  31.12.2017; 6 305 000 руб. – убытки в результате утраты запасов, отраженных в составе  активов ООО «Стройинкор» на 31.12.2017;  

2) 99 404 181 руб. 40 коп., из которых 84 240 831 руб. 69 коп. – убытки в результате  несения ООО «Стройинкор» затрат по контрагенту ООО «Монолитспецстрой» вместо ООО  «Основа-Центр»; 15 163 349 руб. 71 коп. – убытки в результате доначисления НДС,  необоснованно принятого к вычету по затратам в пользу ООО «Монолитспецстрой», т.к. это  вычеты ООО «Основа-Центр».  

Помимо этого, по утверждению истца, ФИО2 как директором общества  последнему причинены убытки в размере 138 927 220 руб. 12 коп., из которых:  

1) 12 065 200 руб., из которых 10 224 746 руб. – убытки в результате несения расходов  в пользу ООО СК «Эверест Плюс» при отсутствии реальных финансово-хозяйственных  взаимоотношений; 1 840 454 руб. – убытки в результате доначислений НДС, принятого к  вычету по затратам в пользу ООО СК «Эверест Плюс»;  

2) 2 146 590 руб. 77 коп. – убытки в виде пени, начисленной в рамках дела № А6051199/2020 на неуплаченные своевременно суммы НДС, доначисленного по  взаимоотношениям с ООО «Монолитспецстрой» и ООО «Эверест Плюс»;  

3) 124 715 429 руб. 35 коп. – убытки в результате незаконного перечисления денежных  средств со счета ООО «Стройинкор» в пользу ФИО2 и его аффилированных лиц, из  которых  

- 85 109 000 руб. – сумма снятия наличных денежных средств в период с 01.06.2016 по  23.08.2017 (т. 17 л.д. 42 – 45);  

- 13 221 053 руб. 84 коп. – сумма снятия ФИО2 наличных денежных средств,  безналичных перечислений в пользу ФИО2 и по его обязательствам в период с  27.09.2016 по 30.08.2017 (т. 17 л.д. 46 – 89);  

- 17 434 700 руб. – сумма платежей в пользу ФИО12 в период с 05.04.2017 по  23.08.2017 (т.17 л.д. 90 – 94);  

- 8 950 675 руб. 51 коп. – сумма перечислений в пользу ФИО3 и по ее  обязательствам в период с 27.09.2016 по 06.10.2017 (т.17 л.д. 95 – 97).  

Ссылаясь на данные обстоятельства, а также на положения ст. 53.1 ГК РФ, истец  обратился с рассматриваемым иском в арбитражный суд.  

Заслушав представителей сторон, изучив представленные в дело доказательства по  правилам ст. 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их  совокупности и взаимосвязи, суд пришел к выводу о том, что заявленные истцом требования  удовлетворению не подлежат исходя из следующего.  

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации,  юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские  обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми  актами и учредительным документом.  

На основании пункта 4 статьи 32, пункта 1 статьи 40 Закона об обществах, руководство  текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом  общества (генеральный директор, президент и другие), избираемым общим собранием  участников общества или советом директоров (наблюдательным советом) общества.  

Закон об обществах требует, чтобы единоличный исполнительный орган такого  общества при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей действовал в интересах  общества добросовестно и разумно (пункт 1 статьи 44 Закона). В соответствии с абзацем 1  

 

пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 44  Закона об обществах, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного  документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, в том числе  единоличный исполнительный орган общества, обязано возместить по требованию  юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического  лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа  юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если  будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно  действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не  соответствовали обычным условиям гражданского (делового) оборота или обычному  предпринимательскому риску (абзац 2 пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации, пункт 3 статьи 44 Закона об обществах).  

По смыслу приведенных положений, установленная статьей 53.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации, ответственность органов управления хозяйственным обществом  является средством внутрикорпоративного регулирования: единоличный исполнительный  орган общества (генеральный директор и другие) отвечает перед участниками за управление  доверенным ему обществом, а также за представление интересов общества при заключении  сделок с иными участниками оборота.  

Лицо, которому участниками хозяйственного общества доверено руководство его  деятельностью, должно использовать предоставленные ему полномочия для удовлетворения  общих интересов общества, отвечающих интересам его участников, не вправе подменять  интересы корпорации своим личным интересом, либо интересами третьих лиц (конфликт  интересов), и обязано возместить убытки, причиненные обществу, если в условиях  конфликта интересов такое лицо действовало недобросовестно.  

Согласно пунктам 1, 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков  лицами, входящими в состав органов юридического лица», истец, заявляющий требование о  взыскании убытков с единоличного исполнительного органа, должен доказать наличие  обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий  (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица,  а также представить доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического  лица.  

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в  частности, когда он действовал при наличии конфликта между его личными интересами  (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе  при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом  сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была  заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном  законодательством порядке (пункт 2 постановления № 62).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации,  под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или  должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение  его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило  бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено  (упущенная выгода).  

При этом общими условиями деликтной ответственности является наличие состава  правонарушения, включающего в себя: наступление вреда, противоправность поведения  причинителя вреда, причинная связь между двумя первыми элементами, вина причинителя  

 

вреда, размер причиненного вреда, и удовлетворение требований о взыскании ущерба  возможно при доказанности всей совокупности условий деликтной ответственности.  

В обоснование требования о взыскании убытков истец процессуальный ссылается на  бухгалтерские балансы за 2017 и 2018 годы, а также выписки по расчетным счетам ООО  «Стройинкор», истребованные арбитражным судом в рамках настоящего дела по  ходатайству ФИО1  

Процессуальный истец указал, что при проведении судебной экспертизы в рамках дела   № А60-71015/2018 в материалы дела была представлена справка о дебиторской  задолженности, отраженной в бухгалтерском учете по состоянию на 31.12.2017, согласно  которой размер дебиторской задолженности, отраженной в составе активов общества,  составлял 163 638 435 руб. 08 коп., что соответствует сведениям, отраженным в строке 1230  бухгалтерского баланса общества за 2017. Помимо дебиторской задолженности в состав  активов по итогам 2017 отражены запасы стоимостью 6 305 000 руб. (строка 1210  бухгалтерского баланса за 2017). По итогам 2018 года, нашедшим отражение в  бухгалтерском балансе за 2018 год, стоимость чистых активов общества снизилась до  195 000 руб. (отчет об изменениях капитала стр.3600), стоимость запасов, отраженная в  строке 1210 составляет 0 руб., стоимость дебиторской задолженности составляет 608 000  руб. (строка 1230 бухгалтерского запаса).  

В обоснование добросовестного и разумного поведения ответчиками представлены  подробные пояснения и документы (договоры уступки и акты взаимозачета). Из объяснений  ответчиков следует, что запасы стоимостью 6 305 000 руб. представляли собой парковочные  места, которые ООО «Стройинкор» в лице директора ФИО2 реализовало по  договорам купли-продажи недвижимого имущества от 23.11.2017 (том 8 л.д. 142 – 149) ООО  «Электростальконструкция» в лице директора УК АО «Группы СВЭЛ» ФИО4  

При рассмотрении обособленного спора по заявлению ФИО1 о включении в  реестр кредиторов требования, основанного на неисполнении должником договора купли-продажи доли в деле № А60-71015/2018, судом исследовался вопрос об установлении  действительной рыночной стоимости доли в уставном капитале ООО «Стройинкор»,  являвшейся предметом договора, на дату его заключения.  

В соответствии с заключением специалиста ООО «Агропромоценка» № 08-04/2019 от  07.05.2019 г., рыночная стоимость доли в уставном капитале ООО «Стройинкор» в размере  50 % уставного капитала, которая была продана ФИО1 ФИО2 по договору от  26.01.2018 составляла на дату заключения договора 107 463 000 руб.  

В соответствии с заключением эксперта ФИО13 180-Л об определении  рыночной стоимости 50 % доли в уставном капитале ООО «Стройинкор» по состоянию на  26.01.2018 рыночная стоимость доли на дату заключения договора купли-продажи с  ФИО2 составляла 53 104 000 руб. При этом вывод эксперта о достоверности  бухгалтерской (финансовой) отчетности предприятия носит предположительный  (вероятностный) характер.  

Между тем, данное заключение не является отчетом по оценке и носит  информационный характер. К аналогичным выводам пришли суды первой и апелляционной  инстанции по делу № А60-71015/2018 на странице 13 Постановления от 23.11.2019.  

В целях определения действительной (рыночной) стоимости доли в уставном капитале  ООО «Стройинкор» в размере 50 % на 12.11.2019 (дата вынесения определения  Арбитражного суда Свердловской области о признании недействительным договора купли-продажи доли), судом в рамках обособленного спора по заявлению ФИО1 о включении  в реестр кредиторов требования в виде разницы между рыночной стоимостью доли в ООО  «Стройинкор» на момент ее передачи ФИО2 по договору от 26.01.2018 и  действительной стоимостью доли, определенной на основании стоимости чистых активов  ООО «Стройинкор» на 31.12.2018, арбитражным судом была назначена судебная экспертиза.  

 

В соответствии с заключением эксперта ООО «Оценка и экспертиза собственности»  Сегаля Л.А. от 18.03.2021, рыночная стоимость доли в уставном капитале ООО  «Стройинкор» в размере 50 % уставного капитала на 12.11.2019 составила 51 500 руб.  

Из материалов дела следует, что в рамках дела № А60-71015/2018 договор купли-продажи доли в уставном капитале общества «Стройинкор» от 26.01.2018 признан  недействительной сделкой. В удовлетворении заявления ФИО1 о включении  требования в реестр требований кредиторов ФИО2 отказано, поскольку данное  требование основано на недействительной сделке.  

Основанием для признания договора недействительным и, как следствие, отказа во  включении требования ФИО1 в реестр требований кредиторов ФИО2,  послужили те обстоятельства, что при заключении договора купли-продажи доли от  26.01.2018 на ФИО2 как на должника возложены необоснованно завышенные  денежные обязательства в условиях очевидной невыгодности самой спорной сделки;  покупатель с очевидностью не имел намерения исполнять договор в части оплаты  приобретенной доли; сделка совершена лишь для вида, истинная воля сторон не была  направлена на создание реальных правовых последствий, целью данной сделки являлось  искусственное создание задолженности ФИО2 перед ФИО1 в нарушение прав  и законных интересов иных кредиторов должника, в результате совершения оспариваемого  договора на стороне кредитора возникло преобладающее по размеру над остальными  кредиторами должника требование; такое поведение сторон признано судами  недобросовестным, в связи с чем договор купли-продажи от 26.01.2018 признан  недействительной сделкой на основании статей 10, 170 ГК РФ.  

С учётом того, что сделка формально исполнена в части передачи спорной доли, оплата  по договору должником не произведена, в порядке применения последствий  недействительности сделки, суд восстановил ФИО1 в правах участника ООО  «Стройинкор» с размером доли 50% уставного капитала.  

Кроме того, постановлением Арбитражного суда Уральского округа № Ф09-7524/19 от  26.05.2020 года установлено, что удовлетворяя заявления о признании сделки  недействительной и отказывая в удовлетворении заявления ФИО1 о включении в  реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции, выводы которого  поддержал суд апелляционной инстанции, исходил из того, что в результате совершения  оспариваемого договора на стороне кредитора возникло преобладающее по размеру над  остальными кредиторами должника требование, а совокупность представленных  доказательств подтверждала недобросовестность поведения должника и кредитора, в том  числе направленность их действий на причинение вреда интересам других кредиторов.  

В постановлении Арбитражный суд Уральского округа указано, что в связи с  признанием сделки мнимой, доля кредитором не передавалась должнику и, соответственно,  право на долю в уставном капитале общества у должника не возникло. Таким образом,  применяя последствия ничтожности сделки (по причине ее мнимости), суды восстановили  кредитора ФИО1 в правах участника общества «Стройинкор» с размером доли 50%  уставного капитала для внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ.  

Как установлено вступившим в законную силу Постановлением Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 23.11.2019 по делу № А60-71015/2018 (ст. 69 АПК  РФ), ликвидатором ФИО3 составлен ликвидационный баланс ООО «Стройинкор».  В связи с чем заказан отчет об оценке действительной (рыночной) стоимости 50 процентной  доли в общества «Стройинкор» по состоянию на 26 января 2018 года, в котором указано, что  рыночная стоимость 50 процентной доли общества «Стройинкор» уже на момент сделки, а  именно на 26.01.2018 года, составляла 3 075 000 руб. Для составления данного отчета взяты  документы из материалов дела № А60-71015/2018, представленные ООО «Стройинкор» при  проведении экспертизы, в том числе бухгалтерская отчетность за 2017 год.  

 

Как пояснила в судебном заседании Коновалова Е.В., являвшаяся ликвидатором  общества в период с 24.05.2018 по 28.03.2019, чистые активы общества снижались, начиная с  2015 года, предприятие ежегодно получало убыток, исходя из балансовых данных убыток за  2015 год составил 11 418 тысяч рублей, за 2016 год убыток составил 26 565 тыс. руб., за 2017  год убыток составил 43 416 тыс. руб., прибыль от деятельности предприятие не получало. В  связи со сложившейся ситуацией и было принято решение о ликвидации общества. Из  представленных ей документов членом СРО о допуске к определенным видам работ ООО  «Стройинкор» не являлось с 2016 года, утрачено СРО до заключения сделки с Кишко О.В.,  штатных сотрудников у общества не было, начиная с 2016 года. Кроме того все ликвидные  активы Общества (остававшиеся в собственности квартиры) были отчуждены в ноябре- декабре 2017 года ООО «Электростальконструкция».  

К исковому заявлению ФИО1 приложена копия квитанция к приходному  кассовому ордеру № 11 от 08.02.2011 на сумму 74 995 000 руб. в подтверждение довода об  увеличении уставного капитала общества. Вместе с тем в отсутствие движения денежных  средств внесенных в уставный капитал, зачисления их на расчетный счет общества, не  представляется возможным установить использование денежных средств в деятельности  общества.  

Изложенные выше обстоятельства в совокупности опровергают факт наличия у  общества активов в размере, указанном в бухгалтерском балансе по состоянию на 31.12.2017  года, о чем ФИО1 как участник общества не могла не знать на дату предполагаемой  сделки купли-продажи доли.  

Определениями от 12.08.2022, 03.11.2022, 26.01.2023 по ходатайству процессуального  истца в рамках настоящего дела арбитражным судом истребованы доказательства у ООО  «Основа-Центр», ОАО «Торгмаш», ПАО «Сбербанк» (выписки по расчетным счетам ООО  «Стройинкор» за период с 19.09.2016 по 26.01.2018 и с 31.05.2016 по 18.09.2016, копии  векселей и информации по ним), АО «ВУЗ-Банк» (выписка по расчетному счету АО  «Торгмаш за период с 19.09.2016 по 26.01.2018).  

Анализ представленных документов и расчета истца позволяет сделать вывод о том, что  все спорные снятия денежных средств с расчетного счета общества, их перечисление  ФИО2, ФИО12 и ФИО3 производились в период с 01.06.2016  по 06.10.2017.  

В обоснование добросовестного и разумного поведения ответчиком ФИО2  представлены акты приема-передачи векселей от 31.05.2016, от 31.05.2017; от 01.06.2017; от  07.07.2017; от 04.08.2016, от 05.08.2016;от 29.05.2017, от 30.05.2017, от 31.05.2017, от  23.06.2017, от 12.12.2017, от 30.07.2017, от 07.11.2017; от 31.05.2016; от 06.09.2017; от  27.11.2017; от 07.06.2017; от 02.05.2017.  

В судебных заседаниях 19.01.2023 и 25.05.2023 истцом заявлено о фальсификации  данных документов, поскольку, по мнению истца, акты изготовлены ответчиком  непосредственно к судебному заседанию. В связи с этим истцом заявлено ходатайство о  назначении по настоящему делу судебной экспертизы на предмет определения давности  составления поименованных актов.  

В судебном заседании 25.05.2023 на вопрос суда ответчики пояснили, что подлинники  документов, о фальсификации которых заявлено истцом, у них отсутствуют в связи с  истечением срока их хранения, данные документы восстановлены.  

Ввиду отсутствия подлинников документов, о фальсификации которых истцом  заявлено, а также подтверждение ответчиком факта составления данных документов в более  поздние даты, нежели чем те, которые в них указаны, суд пришел к выводу о  нецелесообразности проведения судебной экспертизы, в связи с этим в удовлетворении  ходатайства истца отказано, с указанием на возможность проверки данных документов иным  способом.  

 

Ссылаясь на то, что период, в котором процессуальным истцом заявлено о  возникновении убытков, является значительным (более семи лет), ответчики заявили о  пропуске истцом срока исковой давности, установленного ст. 196 ГК РФ.  

В соответствии с ч. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года  со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.  

Согласно пункту 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса участники корпорации вправе, в  частности, требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения  причиненных корпорации убытков (статья 53.1).  

Как указано в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации», участник корпорации,  обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о  возмещении причиненных корпорации убытков (статья 531 Гражданского кодекса) в силу  закона является ее представителем.  

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм  Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение срока исковой  давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее  правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического  лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто  является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса).  

Пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами,  входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что течение срока давности по  иску участника общества, обратившегося в интересах юридического лица, начинается со дня,  когда такой участник узнал о нарушении прав общества.  

В силу абзаца второго статьи 34 Закона об обществах с ограниченной ответственностью  уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания  участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества.  Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два  месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.  

Таким образом, годовое общее собрание участников общества по итогам 2015-2017  года должно было проводиться с февраля по апрель 2016 года, 2017, 2018.  

Как пояснили стороны в ходе судебного разбирательства годовые общие собрания,  начиная с 2011 года в обществе не проводились.  

Согласно п.8.4 Устава ООО «Стройинкор» (том 1 л.д. 28-29) очередное общее собрание  участников общества проводится один раз в год и созывается генеральным директором  общества. В случае пропуска генеральным директором установленного срока для принятия  решения о созыве внеочередного общего собрания такое внеочередное общее собрание  может быть созвано органом или лицами, требующими его проведение.  

Согласно п.9.1 Устава органом финансового контроля в обществе является ревизионная  комиссия общества, которая избирается общим собранием его участников на срок 3 года.  Ревизионная комиссия общества вправе в любое время проводить проверки финансово-хозяйственной деятельности общества и иметь доступ ко всей документации, касающейся  его деятельности; проводит проверки годовых отчетов и бухгалтерских балансов общества  до их утверждения общим собранием.  

Утверждая о внесении в уставный капитал общества вклада в сумме 74 995 000 руб.,  ФИО1 не представила доказательств реализации прав, закрепленных за ней уставом  общества в поименованных выше пунктах. Доказательств того, каким образом  

 

осуществлялся контроль соответствующей деятельности директора Урманова Р.А. со  стороны участника Кишко О.В., начиная с 2011 года, процессуальный истец не представил.  

В судебном заседании 06.09.2023 процессуальный истец на вопрос суда пояснил, что  супруги ФИО15 совместно обсуждали ведение хозяйственной деятельности в  виде участия в ООО «Стройинкор», поскольку это был семейный бизнес. Увеличение  уставного капитала связано с требованием ПАО «Сбербанк» для целей предоставления ООО  «Стройинкор» кредита, по которому ФИО1 выступала поручителем.  

Из представленного в материалы дела договора об открытии невозобновляемой  кредитной линии от 31.01.2011 № 76982 (представлен в копии в заседание 06.09.2023),  заключенного между ОАО «Сбербанк России» (кредитор) и ООО «Стройинкор» (заемщик), в  качестве обеспечения своевременного и полного выполнения обязательств заемщика по  договору, в том числе возврата кредита, уплаты процентов, комиссионных платежей,  заемщик предоставляет кредитору среди прочего 100% доли участия в ООО «Стройинкор»,  поручительства физических лиц: ФИО2, ФИО4, ФИО1 (п.9.1, п.9.1.4,  п.9.1.6 договора).  

В пунктах 9.1, 9.1.5.1, 9.1.2, 9.1.3 договора об открытии невозобновляемой кредитной  линии от 31.01.2011 № 76982 (том 9 л.д. 15-30), заключенного между ОАО «Сбербанк  России» (кредитор) и ООО «Стройинкор» (заемщик), в качестве обеспечения  своевременного и полного выполнения обязательств заемщика по договору заемщик  предоставляет кредитору среди прочего 50% доли участия в ООО «Стройинкор»,  поручительства физических лиц: ФИО2, ФИО1  

Согласно п.8.2.4 данного договора ООО «Стройинкор» как заемщик обязался  предоставлять кредитору ежеквартально, а по окончании года – бухгалтерский отчет и  аудиторское заключение; расшифровки кредиторской и дебиторской задолженности с  указанием наименований кредиторов, должников, суммы задолженности и дат  возникновения задолженности и иные финансово-отчетные документы.  

По договорам купли-продажи недвижимого имущества от 23.11.2017 (том 8 л.д. 142 –  149) ООО «Стройинкор» в лице директора ФИО2 проданы ООО  «Электростальконструкция» в лице директора УК АО «Группы СВЭЛ» ФИО4  нежилые помещения (парковочные места).  

В ходе судебного разбирательства стороны пояснили, что кредитная линия погашена  в 2017 году.  

Таким образом, с учетом презумпции разумности действий участников гражданского  оборота (п.5 ст. 10 ГК РФ) есть основания полагать, что действия направленные на  совершение операций по получению кредита и последующего перераспределения денежных  средств в обществе с учетом кредиторской и дебиторской задолженности в период с 2011 по  2017 годы (включительно) обсуждались на внутригрупповых переговорах между ФИО2, ФИО1, ФИО4, в их основе лежит достигнутая членами группы  договоренность.  

В связи с этим оснований полагать, что ФИО2 уклонялся от представления  информации о деятельности общества процессуальному истцу, в результате чего ФИО1  и ФИО4 ничего не знали о снятии со счета наличных денежных средств, цели их  расходования до обращения к ФИО2 с требованием о предоставлении  дополнительных документов в 2022, не имеется.  

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, а также отсутствие у  общества активов в размере, указанном в бухгалтерском балансе по состоянию на 31.12.2017  года, учитывая, что в определении суда от 12.11.2019 судом была установлена  недобросовестность поведения, как ФИО2, так и аффилированного по отношению к  нему кредитора ФИО1, суд пришел к выводу о том, что, не смотря на формальную  передачу 50% доли ФИО2, ФИО1 продолжала оставаться участником общества  

 

«Стройинкор». Разумно и добросовестно осуществляя права и обязанности участника  общества, Кишко О.В. должна была располагать соответствующей информацией о  финансово-хозяйственной деятельности общества по состоянию на 26.01.2018 и выразить  свое отношение к данным обстоятельствам в ходе осуществления обществом  соответствующей деятельности.  

Следовательно, течение срока давности по требованиям процессуального истца к  ФИО2 и ФИО3 о взыскании убытков в виде утраты дебиторской  задолженности и запасов, в виде перечисления денежных средств с расчетного счета  общества в период с 2015 по 2017 годы начинается с 26.01.2018 и истекает 26.01.2021.  

Поскольку с настоящим иском процессуальный истец обратился в арбитражный суд  28.03.2022, суд пришел к выводу о том, что срок исковой давности по требованиям о  взыскании с ФИО2 и ФИО3 убытков в сумме 166 608 435 руб. 08 коп.  (убытки в результате утраты дебиторской задолженности, убытки в результате утраты  запасов), о взыскании с ФИО2 убытков в сумме 124 715 429 руб. 35 коп. ( убытки в  результате незаконного перечисления денежных средств со счета ООО «Стройинкор» в  пользу ФИО2 и его аффилированных лиц) пропущен, что является самостоятельным  основанием для отказа в удовлетворении исковых требований (ст. 199 ГК РФ).  

Ходатайство истца о восстановлении процессуального срока на подачу настоящего иска  удовлетворению не подлежит, поскольку оснований для восстановления срока исковой  давности судом не установлено.  

Поскольку в удовлетворении исковых требований в части взыскания убытков в виде  утраты дебиторской задолженности и запасов, в виде перечисления денежных средств с  расчетного счета общества в период с 2015 по 2017 годы отказано в связи с пропуском срока  исковой давности, доказательства, представленные ответчиками (договор уступки права  требования к ООО СК «АльфаГрад» от 26.01.2018; договор уступки права требования к ООО  «Сибирский лес» от 26.01.2018; договор уступки права требования к ФИО10 от 26.01.2018; договор уступки права требования к ФИО11 от 26.01.2018; договор уступки права требования к ООО «Национальный центр  водных технологий от 26.01.2018; договор уступки права требования к ООО УК «Основа- Центр» от 26.01.2018; договор уступки права требования к ООО «УниверсалСтройТорг» от  26.01.2018; акт взаимозачета с ОАО «Торгмаш» от 26.01.2018, акт взаимозачета с ООО  «Основа-Центр» от 26.01.2018; акт взаимозачета с ИП ФИО3 от 26.01.2018; акты  приема-передачи векселей от 31.05.2016, от 31.05.2017; от 01.06.2017; от 07.07.2017; от  04.08.2016, от 05.08.2016;от 29.05.2017, от 30.05.2017, от 31.05.2017, от 23.06.2017, от  12.12.2017, от 30.07.2017, от 07.11.2017; от 31.05.2016; от 06.09.2017; от 27.11.2017; от  07.06.2017; от 02.05.2017) не подлежат исследованию судом на предмет их фальсификации.  

По требованию процессуального истца о взыскании с ФИО2 и ФИО3 убытков, основанных на результатах налоговой проверки, арбитражный суд пришел к  следующим выводам.  

Согласно решению от 31.01.2020 № 15-08/925361977, принятому МИФНС № 32 по  Свердловской области по результатам выездной налоговой проверки за период с 01.01.2015  по 08.06.2018 на основании акта налоговой проверки № 15-08/10 от 09.04.2019, налоговым  органом установлены следующие нарушения:  

- ООО «Стройинкор» по ООО «Монолитспецстрой» по налогу на прибыль организаций  за 2015 неправомерно завысило расходы, уменьшающие сумму доходов за 2015 на  84 240 832 руб., так как это расходы застройщика ООО «Основа-Центр» (том 4 л.д. 16-17), в  результате чего обществом неправомерно предъявлен к вычету НДС в сумме 15 163 350 руб.  за 4 в. 2015г. (том 4 л.д.246 оборот);  

- за 1 и 2 кварталы 2016 ООО «Стройинкор» отразило в книге покупок по контрагенту  ООО «Эверест Плюс» перечисление денежных средств на сумму 12 065 200 руб. в  

 

отсутствие реальности хозяйственных операций на сумму 10 224 746 руб. с целью получения  необоснованной налоговой выгоды, нацеленной на завышение расходов для исчисления  налога на прибыль организаций в сумме 2 044 949 руб. и завышения налогового вычета по  НДС в сумме 1 840 454 руб. (стр. 212-223 решения – том 4 л.д. 131-133).  

Согласно карточкам счетов бухгалтерского учета налоговым регистрам по налогу на  прибыль организации, книгам покупок ООО «Стройинкор» по документам ООО «СК  «Эверест Плюс» суммы были приняты в состав косвенных расходов по устранению  недостатков по жилому дому 1 очереди, расположенному по адресу: г. Екатеринбург,  Чкаловский район, пер. Трактористов 4. Данный объект был введен в эксплуатацию в 2011 –  2012гг., данные расходы отражены за 2016 г. неправомерно и не являются расходами ООО  «Стройинкор» в проверяемый период 01.01.2015 – 08.06.2018гг. (стр. 223 решения).  

Решением от 31.01.2020 № 15-08/925361977 отказано в привлечении ООО  «Стройинкор» к налоговой ответственности, с ООО «Стройинкор» взысканы не  перечисленные налоги и сборы в общей сумме 17 188 468 руб. и пени в сумме 1 994 174 руб.  48 коп.  

Как пояснил процессуальный истец, о принятом решении ему стало известно минимум  с 31.01.2020, с чем суд соглашается.  

Вместе с тем, материалы дела не содержат доказательств фактического перечисления  ООО «Стройинкор» в адрес ООО «Монолитспецстрой» денежных средств в сумме  84 240 832 руб., данный факт также не установлен по результатам налоговой проверки,  следовательно, факт причинения обществу убытков ответчиками процессуальным истцом не  доказан (ст. 15 ГК РФ, ст. 65 АПК РФ).  

Из платежных поручений № 156 от 11.03.2016 на сумму 2 913 500 руб., № 161 от  16.03.2016 на сумму 2 190 200 руб., № 166 от 17.03.2016 на сумму 3 611 500 руб., № 234 от  08.04.2016 на сумму 2 630 000 руб.(том 5 л.д. 113 – 116) следует, что денежные средства  перечислены обществом в адрес ООО «Эверест Плюс» в марте-апреле 2016. Операции с  контрагентом ООО «Эверест Плюс» отражены в книге покупок ООО «Стройинкор» за 1  квартал 2016.  

Как установлено судом ранее, ФИО1 по состоянию на 26.01.2018 не могла не  знать о финансово-хозяйственной деятельности общества за период, предшествовавший  указанной дате. Поскольку с настоящим иском процессуальный истец обратился в  арбитражный суд 28.03.2022, суд пришел к выводу о том, что срок исковой давности по  данному требованию истцом пропущен, что является самостоятельным основанием для  отказа в удовлетворении исковых требований (ст. 199 ГК РФ).  

Проанализировав выводы налогового органа, содержащиеся в акте от 09.04.2019 и в  решении от 31.01.2020, суд пришел к выводу о том, что причинно-следственная связь между  фактом начисления ООО «Стройинкор» налоговым органом НДС и пеней по результатам  проверки и действиями директора ФИО2 отсутствует, исходя из следующего.  

Особенностью налогового администрирования при доказывании получения  налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды является сбор налоговым органом  совокупности доказательств, свидетельствующих о направленности действий  налогоплательщика на минимизацию его налоговых обязательств.  

Названная цель достигается, в том числе, путем создания формального  документооборота с участием организаций, имеющих номинальный характер деятельности,  созданных и функционирующих исключительно для использования их в качестве  формального заключения договоров, формального поставщика товаров (работ, услуг) для  налогоплательщика. В реальности указанные товары (работы, услуги) не поставляются (не  оказываются) налогоплательщику, в то время как в бухгалтерском и налоговом учете как  налогоплательщика, так и его контрагента подобные операции отражаются с целью придания  им видимости экономического смысла. В результате налогоплательщик получает  

 

возможность воспользоваться по таким операциям правом на получение налогового вычета  по НДС и уменьшить доходы, получаемые от реализации товаров (работ, услуг), на  соответствующие расходы.  

Данные ситуации следует отличать от ситуаций, когда товар (работа, услуга), тем не  менее, поставляется (оказывается) налогоплательщику и принимается к учету, однако по  иной цене. Номинальные контрагенты используются в данном случае для искажения  видимости реального поставщика товара и призваны завысить его стоимость либо по ряду  причин скрыть его.  

Для вменения руководителю должника ответственности в виде возмещения убытков  недостаточно выводов уполномоченного органа, сделанных по результатам выездной  налоговой проверки.  

Создание формального документооборота с участием номинальных лиц, привлеченных  или функционирующих исключительно для использования их в качестве формальных  контрагентов для налогоплательщика в целях минимизации его налоговых обязательств,  предполагает отсутствие реальных обязательств с участием налогоплательщика, в то время  как в бухгалтерском и налоговом учете как налогоплательщика, так и его контрагента  подобные операции отражаются с целью придания им видимости экономического смысла.  

Если модель ведения бизнеса с использованием формального документооборота  создана непосредственно контролирующим должника лицом или, по крайней мере, при  известности ему об обстоятельствах, характеризующих выстроенную схему как построенную  на использовании фиктивных сделок, что фактически означает совершение им действий с  умыслом или грубой неосторожностью, на ответчика может быть возложено устранение  имущественных потерь кредиторов.  

Указанные ситуации следует отличать от тех, когда допущенное нарушение сводится к  документальной неподтвержденности совершенной должником операции, нарушению  правил учета, что, как правило, имеет место, если налогоплательщик не участвовал в  уклонении от налогообложения, организованном иными лицами, но не проявил должную  осмотрительность при выборе контрагента и взаимодействии с ним, то основание для  возложения обязанности по уплате налога на контролировавшего должника лица в таком  случае, как правило, отсутствует.  

Применительно к обстоятельствам настоящего дела суд, проанализировав решение от  31.01.2020, установил, что существо вменяемых нарушений обусловлено неправильным  отражением в бухгалтерской документации хозяйственных операций, повлекшим  увеличение расходов для исчисления налога на прибыль общества.  

Ранее, данные о налоговых вычетах по НДС в отношении ООО «Эверест Плюс» (за 1  квартал 2016) были предметом камеральной налоговой проверки, результаты которой  отражены в решении № 37655 от 09.12.2016 (том 11 л.д.93, л.д. 123). В ходе проверки не  выявлено обстоятельств направленности действий налогоплательщика при заключении и  исполнении сделок с ООО СК «Эверест Плюс». Из анализа книг продаж следует, что ООО  СК «Эверест Плюс» отражены хозяйственные операции с проверяемым налогоплательщиком  (ООО «Стройинкор»).  

При повторной проверке (решение от 31.01.2020) налоговым органом установлено, что  по документам ООО «СК «Эверест Плюс» суммы были приняты в состав косвенных  расходов по устранению недостатков по жилому дому 1 очереди, расположенному по адресу:  г. Екатеринбург, Чкаловский район, пер. Трактористов 4. Данный объект был введен в  эксплуатацию в 2011 – 2012гг., в связи с этим данные суммы неправомерно включены в  расходы ООО «Стройинкор».  

Вместе с тем по результатам налоговой проверки в привлечении ООО «Стройинкор» к  налоговой ответственности отказано, вина установлена в форме неосторожности (том 4 л.д.  247).  

 

Изложенные выше факты позволяют сделать вывод о том, что выявленные ошибки при  ведении бухгалтерского учета не свидетельствуют о создании и поддержании Урмановым  Р.А. такой системы хозяйственной деятельности и отчетности общества, которая была  нацелена на намеренное искажения документации общества, умышленное искажение  реальных налоговых обязательств, на систематическое извлечение выгоды Урмановым Р.А.  во вред обществу, в связи с этим достаточных оснований для привлечения Урманова Р.А. к  гражданско-правовой ответственности в виде взыскания сумм доначисленных налогов и  пени не имеется (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).  

В рассматриваемом случае отнесение суммы недоимки к убыткам общества является  ошибочным, поскольку данная сумма по своей правовой природе не относится к штрафным  санкциям, а является суммой обязательного налогового платежа просроченного к оплате, но  подлежащего в любом случае оплате налогоплательщиком. Начисленные налоговым органом  пени также не являются убытком для истца, поскольку являются компенсацией потерь  бюджета вследствие уплаты налога в более поздний срок.  

В настоящее время задолженность перед бюджетом по уплате НДС в сумме 15 163 350  руб. погашена ООО «Основа-Центр» за ООО «Стройинкор».  

При изложенных обстоятельствах, исковые требования удовлетворению не подлежат. 

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, расходы по уплате  государственной пошлины в сумме 200 000 руб. относятся на процессуального истца и  возмещению не подлежат (ст. 110 АПК РФ).  

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170, 176 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

РЕШИЛ:

1. В удовлетворении исковых требований отказать. 

2. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного  срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи  апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную  силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.  

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в  Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения  (изготовления его в полном объеме).  

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через  арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана  посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в  сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.  

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию  о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на  интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.  

В соответствии с ч. 3 ст. 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его  ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.  

С информацией о дате и времени выдачи исполнительного листа канцелярией суда  можно ознакомиться в сервисе «Картотека арбитражных дел» в карточке дела в документе  «Дополнение».  

По заявлению взыскателя дата выдачи исполнительного листа (копии судебного акта)  может быть определена (изменена) в соответствующем заявлении, в том числе посредством  внесения соответствующей информации через сервис «Горячая линия по вопросам выдачи  

 

копий судебных актов и исполнительных листов» на официальном сайте арбитражного суда  в сети «Интернет» либо по телефону Горячей линии (343) 371-42-50.  

В случае неполучения взыскателем исполнительного листа в здании суда в  назначенную дату, исполнительный лист не позднее следующего рабочего дня будет  направлен по юридическому адресу взыскателя заказным письмом с уведомлением о  вручении.  

В случае если до вступления судебного акта в законную силу поступит апелляционная  жалоба, (за исключением дел, рассматриваемых в порядке упрощенного производства)  исполнительный лист выдается только после вступления судебного акта в законную силу. В  этом случае дополнительная информация о дате и времени выдачи исполнительного листа  будет размещена в карточке дела «Дополнение».  

Судья Ю.Ю. Франк 

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 30.01.2023 1:12:00

Кому выдана Франк Юлия Юрьевна