АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-25001/2017

Дело № А65-5795/2017

г. Казань

30 мая 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 мая 2019 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Нагимуллина И.Р., 

судей Королёвой Н.Н., Нафиковой Р.А., 

при участии представителей:

истца – Репиной О.В. (доверенность от 24.08.2018), Абдуллина Э.М. (доверенность от 03.09.2018), Семеновой М.Н. (доверенность от 24.08.2018), Воловик Е.Л. (доверенность от 06.03.2019), 

ответчиков (публичное акционерное общество «Нижнекамскнефтехим») –Султанова А.Р. (доверенность от 07.03.2018 № 80-Дов), Гатауллина Э.А. (доверенность от 03.05.2018 № 130-Дов), Раскина М.Г. (доверенность от 03.05.2018 № 133-Дов), Бевзенко Р.С. (доверенность от 19.09.2017 № 218-Дов),

третьего лица (публичное акционерное общество «Казаньоргсинтез») – Жихарева Н.В. (доверенность от 14.01.2019 № 12/102), 

Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»  Пупкова В.В. (доверенность от 04.04.2018),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы Центрального банка Российской Федерации в лице Отделения Национального банка по Республике Татарстан Волго-Вятского главного управления, г. Казань, публичного акционерного общества «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» 

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2019 (председательствующий судья Жаткина С.А., судьи: Антонова О.И., Лыткина О.В.)

по делу № А65-5795/2017

по исковому заявлению Центрального банка Российской Федерации, г. Москва (ОГРН 1037700013020, ИНН 7702235133) в лице Отделения Национального банка по Республике Татарстан Волго-Вятского главного управления, г. Казань, к публичному акционерному обществу «Татфондбанк», г. Казань (ОГРН 1021600000036, ИНН 1653016914), публичному акционерному обществу «Нижнекамскнефтехим», г. Нижнекамск (ОГРН 1021602502316, ИНН 1651000010), обществу с ограниченной ответственностью «Сувар Девелопмент», г. Казань (ОГРН 1101690056819, ИНН 1657098604), обществу с ограниченной ответственностью «Новая нефтехимия», г. Казань (ОГРН 1087746535117, ИНН 7707662379) о признании недействительным соглашений о переводе долга и перемене лица в обязательстве от 18.07.2016 и применении последствий недействительности сделки, при участии третьего лица – публичного акционерного общества «Казаньоргсинтез», г. Казань,

УСТАНОВИЛ:

Центральный банк Российской Федерации в лице Отделения – Национального банка по Республике Татарстан Волго-Вятского главного управления (далее – Банк России) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к публичному акционерному обществу «Татфондбанк» (далее – ПАО «Татфондбанк»), публичному акционерному обществу «Нижнекамскнефтехим» (далее – ПАО «Нижнекамскнефтехим», общество «Нижнекамскнефтехим»), обществу с ограниченной ответственностью «Сувар Девелопмент» (далее – общество «Сувар Девелопмент», ООО «Сувар Девелопмент»), обществу с ограниченной ответственностью «Новая Нефтехимия» (далее – ООО «Новая Нефтехимия», общество «Новая Нефтехимия») о признании недействительными соглашений о переводе долга и перемене лиц в обязательствах от 18.07.2016 и применении последствий недействительности сделки в виде восстановления на ссудном счете общества «Нижнекамскнефтехим» задолженности в размере 2 200 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.05.2017 на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено публичное акционерное общество «Казаньоргсинтез» (далее – общество «Казаньоргсинтез»).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.08.2017, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2017, иск удовлетворен.

Признано недействительным (ничтожным) соглашение (б/н) от 18.07.2016, заключенное между ПАО «Татфондбанк», обществом «Нижнекамскнефтехим» и обществом «Сувар Девелопмент».

Признано недействительным (ничтожным) соглашение о перемене лиц в обязательствах от 18.07.2016, заключенное между ООО «Сувар Девелопмент», обществом «Новая нефтехимия» и ПАО «Татфондбанк».

Применены последствия недействительности ничтожной сделки путем восстановления записи на ссудном счете ПАО «Нижнекамскнефтехим» № 4520881010000000405 задолженности перед ПАО «Татфондбанк» по кредитному договору от 18.07.2016 № кк 26/16 в размере 2 200 000 000 руб.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2017 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

При новом рассмотрении постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2018 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.08.2017 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 13.12.2018 постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2018 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2019 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.08.2017 отменено, в удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационных жалобах Банк России и ПАО «Татфондбанк» просят отменить постановление арбитражного суда апелляционной инстанции и оставить в силе решение арбитражного суда первой инстанции.

В обоснование жалобы Банк России указывает, что судом апелляционной инстанции неправильно применены нормы материального права, нарушены нормы процессуального права, выводы суда не соответствуют установленным им обстоятельствам.

Вопреки выводам апелляционного суда, Банк России имеет законный интерес в оспаривании соглашения о переводе долга, заключение данного соглашения затрагивает его права и обязанности. Замена заемщика представляет собой замену предмета залога, на что Банк согласия не давал; замена заемщика по кредитному договору ухудшило качество залога. Вывод суда о применении статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) является неверным.

ПАО «Татфондбанк» в обоснование своей жалобы указывает, что вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии у Банка России законного интереса в оспаривании соглашения о переводе долга является ошибочным и основан на неверном толковании норм материального права. Для кредитора личность должника в обязательстве имеет существенное значение. Поскольку предметом залога является требование к конкретному должнику (заемщику), то замена заемщика представляет собой замену предмета залога, на что требуется согласие Банка России.

В судебном заседании представители Банка России, конкурсного ПАО «Татфондбанк» поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах.

Представители ПАО «Нижнекамскнефтехим» и ПАО «Казаньоргсинтез» с доводами кассационных жалоб не согласились, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, Арбитражный суд Поволжского округа для удовлетворения жалоб оснований не находит.

Исковые требования истец основывает тем, что согласно нормам Положения Банка России от 12.11.2007 № 312-П «О порядке предоставления Банком России кредитным организациям кредитов, обеспеченных активами или поручительствами», 18.10.2008 между Банком России и ПАО «Татфондбанк» был заключен генеральный кредитный договор № 30581018 на предоставление кредитов Банка России, обеспеченных активами.

В соответствии с условиями генерального кредитного договора и соответствующим ходатайством ПАО «Татфондбанк» от 13.09.2016 № 52 о включении активов в состав активов, принимаемых в обеспечение по кредитам Банка России, ПАО «Татфондбанк» истцу был предоставлен актив, а именно право требования по кредитному договору от 18.07.2016 № кк 26/16, заключенному между ПАО «Татфондбанк» и ПАО «Нижнекамскнефтехим» на 2 200 000 000 руб., в целях включения в состав активов, принимаемых в обеспечение по кредитам Банка России в соответствии с Положением от 12.11.2007 № 312-П.

Вместе с ходатайством о включении активов в состав активов, принимаемых в обеспечение по кредитам Банка России, истцу были представлены оригинал кредитного договора и выписки по ссудным счетам ПАО «Нижнекамскнефтехим», подтверждающие остаток по основному долгу по состоянию на 13.09.2016 в размере 2,2 млрд. руб. На основании заявления от 28.09.2016 № 273 истцом ответчику (ПАО «Татфондбанк») был предоставлен кредит по фиксированной процентной ставке в размере 3 103 000 000 руб.

Согласно положениям генерального кредитного договора, извещению о предоставлении кредита Банка России от 28.09.2016 № 0007423923, право требования по кредитному договору от 18.07.2016 № кк 26/16 находится в залоге у Банка России. Предметом залога является право требования к ПАО «Нижнекамскнефтехим».

При этом Банк России указывал, что определение конкретного заемщика имеет принципиальное значение для принятия актива в обеспечение кредита Банка России и выдачи самого кредита, что прямо подтверждается положениями пунктов 3.2, 3.4, 3.5, 3.7 Положения Банка России от 12.11.2007 № 312-П «О порядке предоставления Банком России кредитным организациям кредитов, обеспеченных активами или поручительствами», поскольку в зависимости от степени финансового положения заемщика, качества обслуживания им долга, иных факторов, непосредственно связанных с заемщиком, определяются критерии категории качества кредита, что учитывается Банком России при принятии в залог активов. Одновременно заемщик должен соответствовать ряду критериев, в том числе не являться аффилированным лицом банка.

Также истец указывал, что в декабре 2016 года ему стало известно о наличии соглашения, датированного 18.07.2016, т.е. одной датой с датой самого кредитного договора № кк 26/16, заключенного между ПАО «Нижнекамскнефтехим» (заемщик), ПАО «Татфондбанк» (банк) и ООО «Сувар Девелопмент» (новый заемщик), согласно которому ПАО «Нижнекамскнефтехим» передает, а ООО «Сувар Девелопмент» принимает на себя все обязанности заемщика по возврату суммы кредита в размере 2 200 000 000 руб., уплате процентов и всех причитающихся платежей, возникших на основании кредитного договора от 18.07.2016 № кк 26/16.

Согласно условиям данного соглашения оно вступает в силу в одну из следующих дат, в зависимости от того, какая из них наступит ранее: в день, в который значение норматива достаточности базового капитала Банка (Н1.1), рассчитанного Банком в соответствии с Инструкцией Банка России от 03.12.2012 № 139-И «Об обязательных нормативах банков», достигнет уровня ниже 4,5 процентов; 01 июля 2018 года.

Кроме того, в тот же день, т.е. 18.07.2016, между ООО «Сувар Девелопмент» (цедент), обществом «Новая Нефтехимия» (цессионарий) и ПАО «Татфондбанк» (банк) было подписано соглашение о перемене лиц в обязательствах, согласно которому ООО «Сувар Девелопмент» передает, а ООО «Новая Нефтехимия» принимает на себя все обязанности цедента, как стороны заемщика по возврату суммы кредита в размере 2,2 млрд. руб., уплате процентов за пользование кредитом, возникшие на основании кредитного договора от 18.07.2016 и перешедшие к цеденту на основании соглашения от 18.07.2016 о переводе долга.

Пунктом 6 указанного соглашения стороны установили момент вступления его в силу одновременно с вступлением в силу соглашения о переводе долга от 18.07.2016, указанного в пункте 1.1.

Между ПАО «Казаньоргсинтез» и ООО «Сувар Девелопмент» был заключен договор цессии от 18.07.2016 № 21-13954/16, согласно которому ООО «Сувар Девелопмент» было уступлено право требования к ПАО «Татфондбанк», вытекающее из договора субординированного депозита от 18.07.2016, заключенного между ПАО «Казаньоргсинтез» и ПАО «Татфондбанк» также на сумму в размере 2 200 000 000 руб.

ПАО «Татфондбанк» 18.07.2016 выдало банковскую гарантию на 2 400 000 000 руб. в обеспечение выполнения ООО «Сувар Девелопмент» обязательств перед ПАО «Казаньоргсинтез» по договору цессии от 18.07.2016 № 21-13954/16.

В письме от 09.12.2016, направленном ПАО «Нижнекамскнефтехим», ООО «Сувар Девелопмент», ссылаясь на пункт 4 соглашения о переводе долга от 18.07.2016, а также на свои обязательства по договору цессии от 18.07.2016 № 21-13954/16, просило перечислить денежные средства по платежным реквизитам ПАО «Казаньоргсинтез».

Письмом от 09.12.2016 за подписью председателя правления ПАО «Татфондбанк» Мусина Р.Р. ПАО «Татфондбанк» уведомило ПАО «Нижнекамскнефтехим» о том, что 09.12.2016 значение норматива достаточности базового капитала Банка (Н1.1) достигло уровня ниже 4,5 процентов, при этом согласно отчетности, предоставляемой ПАО «Татфондбанк» на ежедневной основе с 26.01.2016, по состоянию на 10.12.2016 такое снижение отсутствовало, показатель Н1.1 соответствовал 5,45%.

Платежным поручением от 09.12.2016 № 53808 ПАО «Нижнекамскнефтехим» перечислило ПАО «Казаньоргсинтез» 2 238 469 945 руб. 36 коп.

После этого, 12.12.2016, ПАО «Татфондбанк» были осуществлены внутрибанковские проводки по переводу долга. В автоматизированной банковской системе «Union Business System» в операционном дне 09.12.2016 проведены операции по переводу долга ПАО «Нижнекамскнефтехим», образованного по кредитному договору от 18.07.2016 № кк 26/16 на 2 200 000 000 руб., на ссудный счет ООО «Сувар Девелопмент», а затем, также 09.12.2016, со ссудного счета ООО «Сувар Девелопмент» на ссудный счет ООО «Новая Нефтехимия».

Истец, считая, что соглашения о переводе долга и о перемене лиц в обязательства являются недействительными, обратился в арбитражный суд.

Удовлетворяя заявленные требования, арбитражный суд первой инстанции, руководствуясь статьями 166, 167, 168 ГК РФ, пришёл к выводу о том, что оспариваемым соглашением о переводе долга и действиями по их фактическому исполнению были нарушены права и законные интересы Банка России, как залогодержателя прав (требований) по кредитному договору от 18.07.2016 № кк 26/16, поскольку в результате заключения и фактического исполнения ответчиками оспариваемого соглашения в одностороннем порядке без согласия истца изменен предмет залога, в связи с чем истец утратил возможность фактического обращения взыскания на предмет залога - права (требования), вытекающие из кредитного договора от 18.07.2016 № кк 26/16, должником по которому выступало ПАО «Нижнекамскнефтехим», в том виде, в каком они существовали на момент передачи в залог, а ПАО «Нижнекамскнефтехим» и ООО «Сувар Девелопмент» и ООО «Новая нефтехимия» имеют несопоставимые показатели, которые содержатся в раскрываемой данными организациями финансовой отчетности. При этом определение конкретного заемщика по кредитному договору (ПАО «Нижнекамскнефтехим») в данном случае имеет существенное значение для принятия актива в обеспечение кредита Банка России и выдачи самого кредита. Суд также указал, что в настоящее время обязательства ПАО «Нижнекамскнефтехим» перед ПАО «Татфондбанк» в виде ссудной задолженности по кредитному договору от 18.07.2016 № кк 26/16 на общую сумму 2,2 млрд. руб., права требования, по которому были переданы в сентябре 2016 года в пул обеспечения кредитов Банка России, отсутствуют ввиду их перевода на ООО «Новая Нефтехимия», являющееся крупнейшим акционером ПАО «Татфондбанк», а значит, его аффилированным лицом с долей участия в уставном капитале 20,241% и по данному критерию также не соответствующая предъявляемым к заемщику требованиям, содержащимся в Положении № 312-П.

Суд первой инстанции пришёл к выводу, что заключение и фактическое исполнение спорного соглашения о переводе долга в нарушение положений ГК РФ (статей 1, 6, 10, 345, 346) посягает на права и законные интересы истца, а, следовательно, такая сделка в силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ ничтожна.

Поскольку соглашение о перемене лиц в обязательствах от 18.07.2016, заключенное между ООО «Сувар Девелопмент» (цедент), ООО «Новая нефтехимия» (цессионарий) и ПАО «Татфондбанк» (банк) было заключено во исполнение признанного недействительным (ничтожным) соглашения (б/н) от 18.07.2016, заключенного между ПАО «Татфондбанк», ПАО «Нижнекамскнефтехим» и ООО «Сувар Девелопмент», данное соглашение о перемене лиц в обязательствах от 18.07.2016 также является недействительным (ничтожным).

Отменяя решение суда первой инстанции, Двенадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения исковых требований.

Апелляционный суд указал, что законом не предусмотрена возможность ставить действительность сделки в зависимость от возникших после её заключения обстоятельств, вызванных действиями иных лиц. 

Для признания договора недействительным основания его недействительности должны иметь место либо до его заключения, либо в момент его заключения. 

Факт нарушения прав и охраняемых законом интересов истца, оспаривающего сделку, является юридически значимым для дела обстоятельством, и это нарушение должно иметь место также на момент совершения сделки.

Требования истца в настоящем деле основаны на нарушении ответчиками положений статей 345, 10, 168 ГК РФ при заключении соглашения о переводе долга.

Между тем доказательства нарушения сторонами соглашения о переводе долга от 18.07.2016 положений статьи 345 ГК РФ истцом не представлены.

В силу положений статьи 345 ГК РФ предмет залога может быть заменен другим лишь по соглашению залогодателя и залогодержателя. 

Согласно статье 358.3 ГК РФ сведения о должнике залогодателя в обязательном порядке должны быть определены при залоге прав. 

Предметом залога в правоотношениях между Банком России и ПАО «Татфондбанк» является право требования последнего по кредитному договору от 18.07.2016 № кк 26/16.

Кредиты Банка России под залог нерыночных активов предоставляются кредитным организациям - резидентам Российской Федерации, отвечающим требованиям Положения Банка России от 12.11.2007 № 312-П «О порядке предоставления Банком России кредитным организациям кредитов, обеспеченных активами или поручительствами», на условиях срочности, платности, возвратности и обеспеченности.

Пункт 3.2 Положения № 312-П содержит требования к активам, предоставляемым Банку России в обеспечение кредитных обязательств перед ним.

Таким образом, личность заёмщика, степень его финансового положения, качество обслуживания им долга, иные факторы, непосредственно связанные с заемщиком, определяют категорию качества кредита, что учитывается Банком России при принятии активов, обеспечивающих обязательства кредитных организаций перед Банком России по полученным кредитам, то есть при заключении кредитного договора Банком России и определения способа обеспечения кредитных обязательств.

Однако предметом иска в рассматриваемом деле является иная сделка, к правоотношениям сторон которой Положение № 312-П не применимо.

Данный факт нашел свое подтверждение и в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2017 по делу № АКПИ17-526, согласно которому ПАО «Нижнекамскнефтехим» не является кредитной организацией, в связи с чем Положение № 312-П не создает препятствий к осуществлению его прав и реализации законных интересов, не возлагает на него каких-либо обязанностей. Факты совершения ПАО «Нижнекамскнефтехим» гражданско-правовых сделок с одной из кредитных организаций, получающей кредиты Банка России, не относятся к содержанию правоотношений, регулируемых данным Положением, субъектом которых, в свою очередь, ПАО «Нижнекамскнефтехим» не является. 

Основанием заявленных требований являются неправомерные действия ПАО «Татфондбанк» как залогодателя по договору залога по замене предмета залога без согласия залогодержателя – Банка России, то сеть совершение действий (замена предмета залога) в рамках договора залога, заключенного между ПАО «Татфондбанк» и Банком России, а не в рамках оспариваемых соглашений о переводе долга и о перемене лиц в обязательстве от 18.07.2016.

Между тем, заключая оспариваемые соглашения, стороны договоров каких-либо действий по изменению предмета залога по договору залога, заключенному ПАО «Татфондбанк» и Банком России в сентябре 2016 года, не совершали.

Доказательства обратного истцом в материалы дела не представлены.

При заключении соглашения о переводе долга для замены первоначального должника на нового достаточно согласия кредитора, личности же обоих должников не влияют на законность сделки по переводу долга.

Суд апелляционной инстанции также указал, что довод истца о «порочности» нового должника (ООО «Новая Нефтехимия») лишь на основании его аффилированности по отношению к ПАО «Татфондбанк», не свидетельствует о недействительности спорных соглашений от 18.07.2016, при наличии бесспорных доказательств их совершения, а также отсутствии в настоящем деле доказательств прямой заинтересованности ПАО «Татфондбанк» в перемене лиц в обязательстве в рамках заключенного кредитного договора.

Вывод суда первой инстанции о том, что ПАО «Нижнекамскнефтехим» и ООО «Новая нефтехимия» имеют несопоставимые показатели, которые содержатся в раскрываемой данными организациями финансовой отчетности, не подтвержден соответствующими доказательствами, которые бы свидетельствовали о невозможности ООО «Новая нефтехимия» исполнить обязательства нового заёмщика по кредитному договору от 18.07.2016 № кк26/16. При этом на момент заключения спорного соглашения о переводе долга признаки неплатёжеспособности ООО «Новая нефтехимия» отсутствовали. Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Новая нефтехимия» возбуждено лишь 29.08.2017.

Установив указанные обстоятельства, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заключенные 18.07.2016 между ПАО «Нижнекамскнефтехим» (заемщик), ПАО «Татфондбанк» (банк) и ООО «Сувар Девелопмент» (новый заемщик), согласно которому ПАО «Нижнекамскнефтехим» передает, а ООО «Сувар Девелопмент» принимает на себя все обязанности заемщика по возврату суммы кредита в размере 2 200 000 000 руб., уплате процентов и всех причитающихся платежей, возникших на основании кредитного договора от 18.07.2016 № кк 26/16; подписанное между ООО «Сувар Девелопмент» (цедент), ООО «Новая Нефтехимия» (цессионарий) и ПАО «Татфондбанк» (банк) соглашение о перемене лиц в обязательствах, согласно которому ООО «Сувар Девелопмент» передает, а ООО «Новая Нефтехимия» принимает на себя все обязанности цедента, как стороны заемщика по возврату суммы кредита в размере 2,2 млрд. руб., уплате процентов за пользование кредитом, возникшие на основании кредитного договора от 18.07.2016 и перешедшие к цеденту на основании соглашения от 18.07.2016 о переводе долга, на момент их заключения не нарушали положений статьи 345 ГК РФ.

Суд признал, что обстоятельства, на которых истец основывает свои требования к ответчикам, в настоящем деле какими-либо доказательствами не подтверждены.

Кроме того, законодателем не предусмотрена возможность ставить действительность сделки в зависимость от возникших после её заключения обстоятельств, вызванных действиями иных лиц.

Обратное означало бы отсутствие стабильности имеющихся между сторонами сделки правоотношений и позволило бы сторонам иной, позднее заключенной сделки, ссылаться на нарушение их прав оспариваемой сделкой.

Для признания договора недействительным основания его недействительности должны иметь место либо до его заключения, либо в момент его заключения, но никак не после. Действия по исполнению договора сами по себе не могут служить основанием для его недействительности постольку, поскольку они не порочат сам договор (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.06.2012 № 76/12).

Таким образом, факт нарушения прав и охраняемых законом интересов истца, оспаривающего сделку, является юридически значимым для дела обстоятельством, и это нарушение должно иметь место также на момент совершения сделки.

Из анализа статей 153, 154 ГК РФ следует, что договор перевода долга не является трехсторонней сделкой, поскольку правоотношение по отношению к кредитору остается неизменным, меняется лишь лицо, обязанное по исполнению (должник) (статья 392.1 ГК РФ). Наличие обязательного согласия на перевод долга не означает принятие кредитором на себя новых обязательств. Действия кредитора важны для заключения сделки по переводу долга лишь в части дачи согласия на такой перевод. Все иные действия кредитора, в том числе и в отношении третьих лиц, повлиять на действительность либо недействительности соглашения о переводе долга не могут.

Довод истца о том, что обстоятельства недействительности оспариваемой сделки наступили уже после заключения договора залога с ПАО «Татфондбанк», поскольку на момент заключения договора залога соглашение о переводе долга ещё не вступило в силу в отсутствие наступления отлагательного условия – снижения уровня Н1.1 ниже 4,5%, отклонен судом апелляционной инстанции как не подтвержденный материалами дела.

В силу положений статьи 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Согласно статье 391 ГК РФ при заключении соглашения о переводе долга первоначальный должник полностью выбывает из основного обязательства, а его место занимает новый должник, который становится обязанным перед кредитором.

В пункте 3 (во взаимосвязи с пунктом 9) оспариваемого соглашения о переводе долга стороны определили момент исполнения обязательств по переводу долга. В указанную дату первоначальный заёмщик перечисляет новому заёмщику денежные средства, после чего последний становится обязанным перед кредитором по обязательствам, вытекающим из кредитного договора от 18.07.2016 № кК 26/16.

Момент вступления в силу соглашения о переводе долга, определённый сторонами в пункте 3, определяет лишь момент исполнения обязательств сделки, с которого новый должник (ООО «Сувар Девелопмент») займёт место первоначального должника (ПАО «Нижнекамскнефтехим»).

Вступление же самого договора в силу, как и возникновение обязательств по нему, у сторон сделки имело место на момент его заключения, то есть подписания (18.07.2016).

Установленное же пунктом 9 соглашения о переводе долга от 18.07.2016 право ПАО «Нижнекамскнефтехим» в любое время до момента исполнения обязательства, предусмотренного пунктом 4, отказаться от его исполнения в одностороннем порядке, и прекращение соглашения с момента получения ООО «Новая Нефтехимия» уведомления об отказе, свидетельствует о согласовании сторонами воли относительно момента вступления в силу (дата подписания соглашения).

Суд апелляционной инстанции признал, что по сути своей в спорном соглашении стороны предусмотрели отсрочку оплаты переводимого долга, что в свою очередь не влияет на момент замены должника; определение уровня значения Н1.1 на 09.12.2016, при условии исполнения сторонами условий, при которых перевод долга уже произошёл, в настоящее время не может повлиять на действительность оспариваемой сделки.

Довод истца о преюдициальности для настоящего спора судебных актов по делу № А40-88336/2017 также отклонен апелляционным судом, поскольку ООО «Новая Нефтехимия» (ответчик по настоящему делу) и ПАО «Казаньоргсинтез» (третье лицо по настоящему делу) не являлись участниками спора в деле № А40-88336/2017. Факты (обстоятельства), установленные по ранее рассмотренному делу с участием одних лиц, не имеют преюдициального значения для других лиц, участвующих в новом деле (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.10.2014 по делу № 308-ЭС14-91).

Кроме того, апелляционный суд признал неверными выводы суда первой инстанции о применении к спорным правоотношениям положений статьи 157 ГК РФ.

В силу части 1 статьи 157 ГК РФ сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит.

Из содержания оспариваемого соглашения о переводе долга (пункт 3) следует, что стороны предусмотрели два обстоятельства, при которых соглашение вступает в силу – в день когда, уровень значения Н1.1. снизится ниже 4,5 %, либо конкретная дата – 01.07.2018.

Согласно положениям части 3 статьи 157 ГК РФ и разъяснениям, данным пунктом 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если наступлению условия недобросовестно содействовала сторона, которой наступление условия выгодно, то условие признается не наступившим. 

Суд указал, что в приведённых нормах речь идёт о выгоде недобросовестной стороны, содействовавшей наступлению отлагательного условия, именно в рамках названной сделки, а не в отношении третьих лиц (Банка России), сторонами такой сделки не являющихся. 

Данное ограничение имеет своей целью защитить добросовестных сторон сделки по переводу долга. 

При наступлении одного из условий вступления в силу соглашения о переводе долга ПАО «Татфондбанк» не преследовало какую-либо выгоду по отношению к другим сторонам сделки, следовательно, действия его по направлению письма о снижении значения уровня Н1.1 в адрес ПАО «Нижнекамскнефтехим» в любом случае не могут повлечь негативные последствия для последнего.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что к спорным правоотношениям не могут быть применены положения части 3 статьи 157 ГК РФ и пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Заключив спорное соглашение о переводе долга, ПАО «Нижнекамскнефтехим» и ООО «Сувар Девелопмент» с согласия ПАО «Татфондбанк» поставили перемену лиц в обязательстве по кредитному договору от 18.07.2016 № кк 26/16 в зависимость от двух обстоятельств, наступление одного из которых очевидно, установив тем самым альтернативный момент его исполнения.

Удовлетворяя требования истца, суд первой инстанции исходил из недобросовестных действий ПАО «Татфондбанк», направленных на изменение предмета залога, повлекших утрату истцом возможности фактического обращения взыскания на предмет залога - права (требования), вытекающие из кредитного договора от 18.07.2016 № кк 26/16, должником по которому выступало ПАО «Нижнекамскнефтехим».

Между тем, недобросовестность в действиях ответчиков – ПАО «Нижнекамскнефтехим», ООО «Сувар Девелопмент», судом не установлена.

О недобросовестных действиях сторон соглашений от 18.07.2016 могли бы свидетельствовать их действия, из которых следовало бы, что стороны уже при заключении спорных соглашений имели информацию о намерении кредитора (ПАО «Татфондбанк) впоследствии взять кредит у Банка России, предоставив в качестве залога право требования по договору от 18.07.2016 № 26/16.

Однако доказательства того, что ПАО «Нижнекамскнефтехим», заключая соглашение о переводе долга, мог знать о будущих недобросовестных действиях ПАО «Татфондбанк» в отношении Банка России, которые могут повлечь признание сделки ничтожной, и подверг бы себя не имеющему экономического смысла риску вновь приобрести статус заёмщика по кредитному договору № кк 26/16, оплатив свои обязательства по соглашению перед новым должником, отсутствуют.

То есть на дату 18.07.2016 хотя бы одна из сторон оспариваемой сделки должна была понимать, что ее исполнение нарушит права Банка России в случае представления им ПАО «Татфондбанк» кредита под обеспечение. 

Из материалов дела, а также пояснений сторон следует, что вопрос о выдаче кредита Банком России ПАО «Татфондбанк» начал рассматриваться только в сентябре 2016 года, проверка представленных заемщиком документов началась 13.09.2016, заявление на выдачу кредита поступило 28.09.2016, и само извещение о его выдаче также направлено 28.09.2016. При этом Банком России не могло быть принято решение об отказе в предоставлении кредита. 

Доказательств того, что заключая оспариваемый договор, все стороны спорной сделки изначально предполагали нарушение прав Банка России, в материалы дела не представлено.

Для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны кредитора, но и со стороны первоначального должника (ПАО «Нижнекамскнефтехим», ООО «Сувар Девелопмент»).

Между тем в дело не предоставлено доказательств, что заключая оспариваемые договоры, стороны изначально предполагали нарушение прав Банка России, поскольку никакого интереса у последнего к сделкам, совершенным ответчиками на 18.072016, не было.

Таким образом, истцом в настоящем деле не опровергнута презумпция добросовестного осуществления ПАО «Нижнекамскнефтехим» своих гражданских прав (статья 10 ГК РФ).

Выводы суда первой инстанции о злоупотреблении ПАО «Татфондбанк» своими правами при заключении договора залога с Банком России не опровергают факта заключения соглашений от 18.07.2016 с соблюдением норм действующего законодательства (статья 345 ГК РФ), в связи с чем не могут повлечь за собой признания данного соглашения недействительным, поскольку недобросовестные действия ПАО «Татфондбанк» имели место уже при предоставлении обеспечения Банку России, а не при заключении спорной сделки по переводу долга.

Ничтожность же сделки определяется обстоятельствами, существовавшими на момент ее заключения.

Заключив спорные соглашения в один день с кредитным договором № кк 26/16, предоставляя Банку России информацию о предмете залога и должнике, ПАО «Татфондбанк» не указало сведений о том, что обязательства по кредитному договору неизбежно перейдут к ООО «Новая Нефтехимия». Однако предоставление неполной информации при заключении договора залога имеет отношение к залоговым правоотношениям между Банком России и ПАО «Татфондбанк», следовательно, не может свидетельствовать о недействительности спорных соглашений.

При таких обстоятельствах недобросовестность ПАО «Татфондбанк», в том числе при выражении согласия на перевод долга и перемену лиц в обязательстве, не влияет на действительность соглашений от 18.07.2016.

Кроме того, Банк России не воспользовался своим правом регистрации уведомления о залоге движимого имущества (прав требования) в реестре уведомлений о залоге, что повлекло за собой утрату Банком России оснований ссылаться на право залога в обоснование заявленных требований в силу пункта 4 статьи 339.1 ГК РФ.

Также судом апелляционной инстанции установлена противоречивость выводов суда первой инстанции.

Судом первой инстанции сделан вывод одновременно как о восстановлении прав истца путем восстановления на ссудном счете ПАО «Нижнекамскнефтехим» записи о задолженности по кредитному договору от 18.07.2016 № кк 26/16, так и о порочности самого предоставления (получения) кредита по договору от 18.07.2016 № кк 26/16, право требования по которому, в таком случае, не могло быть предметом договора залога, как не может быть и восстановлена обязанность первоначального заёмщика перед кредитором.

Судом апелляционной инстанции также указано, что материалами дела установлен факт перечисления денежных средств ПАО «Нижнекамскнефтехим» новому должнику, обусловленный переменой лиц в обязательстве (платежное поручение от 09.12.2016 № 53808). 

Пунктом 80 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом. 

Однако в рассматриваемом случае, восстановив запись о ссудной задолженности ПАО «Нижнекамскнефтехим» перед ПАО «Татфондбанк», суд первой инстанции не обязал ООО «Новая Нефтехимия» возвратить все полученное по соглашению с ПАО «Нижнекамскнефтехим».

Таким образом, на ПАО «Нижнекамскнефтехим» будет лежать обязанность уплаты задолженности по договору, которая уже была им исполнена.

При таких условиях суд пришел к выводу, что удовлетворение требований Банка России не приведет к восстановлению нарушенного права. 

Наличие лишь материального интереса Банка России, направленного на обеспечение исполнения обязательств по выданному им кредиту надлежащими, качественными и ценными активами по смыслу Положения Банка России от 12.11.2007 № 312-П, не является достаточным основанием для  удовлетворения его иска. 

Имущественный интерес истца должен иметь законные основания.

При этом материально-правовой интерес не может подтверждаться наличием залога права требования по кредитному договору, расцениваемому самим истцом в качестве притворной сделки.

Кроме того, на момент заключения спорного соглашения – 18.07.2016, материально-правовой интерес истца отсутствовал, поскольку договор залога был заключен в сентябре 2016 года, что само по себе исключает нарушение его прав и законных интересов в рассматриваемом случае.

Суд апелляционной инстанции также не согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии иного способа защиты права истца как залогодержателя прав (требований) по кредитному договору от 18.07.2016 № кк 26/16, кроме как применения последствий недействительности ничтожных сделок путем восстановления на ссудном счете записи о задолженности.

При этом суд согласился с доводами заявителей апелляционных жалоб о том, что юридический факт, обозначенный истцом в качестве основания для признания соглашения от 18.07.2016 недействительным - снижение обеспеченности кредита - не может быть положен в качестве основания для признания оспариваемого соглашения недействительным в порядке пункта 2 статьи 168 ГК РФ, поскольку законом предусмотрены также иные последствия нарушения прав залогодержателя, не связанные с недействительностью сделки.

Так, согласно статье 813 ГК РФ при невыполнении заемщиком предусмотренных договором займа обязанностей по обеспечению возврата суммы займа, а также при утрате обеспечения или ухудшении его условий по обстоятельствам, за которые заимодавец не отвечает, заимодавец вправе потребовать от заемщика досрочного возврата суммы займа и уплаты причитающихся процентов, если иное не предусмотрено договором.

В пункте 3 статьи 345 ГК РФ указано, что если замена предмета залога другим имуществом в случае, предусмотренном подпунктом 1 пункта 2 настоящей статьи, произошла в результате действий залогодателя, совершенных в нарушение договора залога, залогодержатель вправе потребовать досрочного исполнения обязательства, обеспеченного залогом, а при его неисполнении - обращения взыскания на новый предмет залога.

Законом предусмотрены также специальные способы защиты прав кредитора при предоставлении ненадлежащего обеспечения, в частности, признание недействительным кредитного транша выданного на основании Генерального кредитного договора в силу обмана ПАО «Татфондбанк» залогодержателя относительно того, кто является должником по заложенному праву (статьи 179 и 431.1 ГК РФ), возмещение убытков, понесённых Банком России в связи со снижением качества обеспечения и несоответствия действительности заверений ПАО «Татфондбанк» (статья 431.2 ГК РФ) путем предъявления исков о возмещении убытков к конкретным лицам, допустившим обман. Возможность обращения с таким иском прямо предусмотрена законом (пункт 4 статьи 179 ГК РФ).

Банк России, утверждая о том, что указанные способы защиты не могли привести к восстановлению нарушенного права, доказательств этому не представил.

Кроме того, суд апелляционной инстанции установил, что судом первой инстанции решение принято с нарушением норм процессуального права, выразившихся в выходе за пределы заявленных исковых требований.

Суд первой инстанции отказал истцу в принятии уточнений исковых требований, вместе с тем из мотивировочной части решения следует, что суд по собственной инициативе дает оценку заявленному истцом новому требованию о признании сделки по исполнению недействительной, что противоречит требованиям статьи 49 АПК РФ.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции соглашается с выводом суда апелляционной инстанции о том, что у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения требований истца.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом апелляционной инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения принятого по делу судебного акта.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2019 по делу № А65-5795/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий судья				И.Р. Нагимуллин

Судьи								Н.Н. Королёва

									Р.А. Нафикова