﻿﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-7659/2018

г. Краснодар

25 декабря 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25декабря 2019 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Кухаря В.Ф., судей  Рыжкова Ю.В. и Трифоновой Л.А.,  при ведении протокола помощником судьи Смирновым К.Н. и участии в судебном заседании, проводимом с использованием систем видеоконференц-связи с Арбитражным судом Республики Северная Осетия  – Алания, от истца  – общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Владикавказ» (ИНН 1513061265, ОГРН 1161513054890) – Караевой М.Э. (доверенность от 11.03.2019), от ответчика – открытого акционерного общества «Гран» (ИНН 1513031253, ОГРН 1111513012269) – Машкиной Т.М. (доверенность от 23.12.2019), рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Владикавказ» на решение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 24.05.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2019 по делу № А61-7659/2018, установил следующее.

ООО «Газпром межрегионгаз Владикавказ» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ОАО «Гран» (далее – компания) о взыскании 498 199 рублей 13 копеек долга за газ и 19 268 рублей 32 копеек пеней (уточненные требования).

Решением от 24.05.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 09.09.2019, с компании в пользу общества взыскано 7314 рублей задолженности за июль, август 2018 года и 337 рублей 57 копеек пеней с 26.08.2018 по 13.11.2018 за просрочку оплаты газа.  Суды пришли к выводу о пригодности узла учета газа (УУГ) компании и не установили оснований для применения расчетного метода определения объема газа.

В кассационной жалобе общество просит отменить судебные акты и  удовлетворить иск. Заявитель указывает, что подписанным представителем ответчика актом проверки подтвержден факт изменения состава газопотребляющего оборудования; актом также зафиксирована неисправность датчика давления газа, повлиявшая на правильность работы УУГ.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы жалобы, представитель компании просил оставить судебные акты без изменения, полагая, что основания для их отмены отсутствуют.

Изучив материалы дела и выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что в удовлетворении жалобы надлежит отказать.

Как следует из материалов дела, общество (поставщик) и компания (покупатель) заключили договор поставки газа от 20.10.2017 № 39-2-15166/18-22, по условиям которого поставщик обязался с 01.01.2018 по 31.12.2022 включительно поставлять газ, а покупатель – получать (выбирать) и оплачивать его (пункт 2.1 договора). В соответствии с пунктом 4.1 договора количество поставляемого газа (объема) газа определяется по УУГ, установленному у покупателя. При отсутствии либо неисправности контрольно-измерительных приборов, по которым производится определение количества газа, а также отсутствии действующего поверительного клейма, отсутствии или нарушении пломб, установленных поставщиком на УУГ или задвижках байпасов, на вводных задвижках, несоответствии УУГ требованиям действующих нормативно-технических документов, непредставлении покупателем данных о расходе газа (показания счетчиков, диаграмм и распечаток по расходу и т. д.), а также при недопуске представителей поставщика к газопотребляющему оборудованию и к УУГ, количество поставляемого газа определяется по проектной мощности неопломбированных газопотребляющих установок исходя из времени, в течение которого подавался газ в период отсутствия либо неисправности средств измерения, либо по соглашению сторон. Пунктом 4.3 договора согласовано, что определение количества газа (объема) производится по контрольно-измерительным приборам УУГ, указанного в техническом соглашении, подписанном сторонами (приложение № 4 к договору). В соответствии с пунктом 4.1 договора период времени, в течение которого расход газа определяется по проектной мощности неопломбированных газопотребляющих установок покупателя исходя из 24 часов их работы в сутки, начинается: в случае несоответствия УУГ покупателя действующим нормативным документам (ГОСТ 8.899-2015, ГОСТ 8.586.1-5 2005, ГОСТ 8.740-2011) – с момента обнаружения несоответствия поставщиком газа; в случае наличия неповеренного средства измерения узла учета газа – с момента окончания срока поверки прибора, входящего в состав узла учета; в случае неисправности любого из средств измерения, входящего в состав УУГ, отсутствия или нарушения пломб поставщика – с момента неисправности средства измерения, а при невозможности определения времени неисправности – с даты начала текущего расчетного периода (пункт 4.4 договора).

Техническим соглашением от 20.10.2017 (приложение № 4 к договору) стороны согласовали состав узла учета газа, в который включены ВКГ-3Т № 139646 и РСГ Сигнал 80 G160 № 00616, а в качестве газопотребляющего оборудования  указаны 10 горелок лабораторных с максимальным проектным расходом газа на одну установку 0,2 нм3/час (у двух горелок максимальный проектный расход газа указан равным 0) и один котел Дакон Р-300 с максимальным проектным расходом газа 36 нм3/час.

По утверждению истца, во исполнение договора он поставил компании газ в июле 2018 года в объеме 40,176 тыс. куб. м на сумму 289 892 рубля 32 копейки и в августе 2018 года – 28,526 тыс. куб. м. на сумму 208 306 рублей 81 копейку, а всего на сумму 498 199 рублей 13 копеек.

Направленная обществом претензия от 14.11.2018 с требованием оплаты указанной задолженности оставлена компанией без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в арбитражный суд с иском.

По смыслу статьи 544 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Отношения поставщиков и покупателей газа регулировались в спорный период Правилами поставки газа в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 № 162 (далее – Правила поставки газа), а также Правилами учета газа, утвержденными приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 30.12.2013 № 961 (далее – Правила учета газа).

Согласно пункту 2.10 Правил учета газа при приеме-передаче газа его объем измеряется средствами измерений и (или) техническими системами и устройствами с измерительными функциями, определенными проектной документацией на объекты транспортировки, хранения и (или) потребления. При отсутствии либо неисправности средств измерений и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями у потребителя количество поданного газа поставщиком или газораспределительной организацией определяется по проектной мощности газопотребляющих объектов исходя из времени, в течение которого подавался газ в период отсутствия либо неисправности средств измерения и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями (пункт 3.9 Правил учета газа). В пункте 21 Правил поставки газа установлено, что поставка и отбор газа без учета его объема не допускаются.

Правила поставки газа определяют узел учета как комплекс средств измерений и устройств, обеспечивающих учет количества газа, а также контроль и регистрацию его параметров.

В соответствии с пунктами 22 и 23 Правил поставки газа учет объема газа, передаваемого покупателю, производится контрольно-измерительными приборами стороны, передающей газ, и оформляется документом, подписанным сторонами по форме и в сроки, указанные в договоре поставки газа. При неисправности или отсутствии контрольно-измерительных приборов у передающей стороны объем переданного газа учитывается по контрольно-измерительным приборам принимающей газ стороны, а при их отсутствии или неисправности – по объему потребления газа, соответствующему проектной мощности неопломбированных газопотребляющих установок и времени, в течение которого подавался газ в период неисправности приборов, или иным методом, предусмотренным договором.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, суды сочли недоказанным факт безучетного потребления газа и не установили оснований для применения расчетного метода определения  объема газа исходя из мощности газопотребляющего оборудования. При этом суды исходи из следующего.

Истец произвел начисление за поставленный газ по проектной мощности газопотребляющих установок за период с 01.07.2018 по 23.08.2018 по проектной мощности газопотребляющих установок (в связи с заменой 23.08.2018 прибора учета), с 24.08.2018 по 31.08.2018 – по показаниям УУГ, ссылаясь на результаты проверки УУГ и составленный обществом акт от 23.07.2018.

В акте проверки истец указал 11 нарушений. При этом с учетом пояснений истца  фактически влияющими на учет газа являются нарушения, указанные в пунктах 2, 9 и 10 акта, а именно: предел измерения датчика давления не соответствует фактическому; датчик давления находится в нижней части счетчика, заполнен маслом; канал давления УУГ неисправен.

Судом установлено, что ответчиком произведена реконструкция УУГ в соответствии с проектом № 562/18, разработанным предпринимателем Дзусовым И.В., который согласован с истцом 23.03.2018, а проект газификации согласован 26.07.2017 (т. 1, л. д. 113, 123). Акт приемки законченного строительством объекта (монтаж газопровода среднего давления и перенос УУГ) подписан 27.03.2018 представителями ответчика, Госгортехнадзора России и ООО «Газпром газораспределение Владикавказ» без замечаний.

Актом от 30.03.2018, подписанным представителями общества без замечаний, УУГ компании со всеми составляющими, в том числе датчиком давления МИДА-ДА (№ 10418421), принят в коммерческую эксплуатацию.

Таким образом, названный  акт от 30.03.2018 подтверждает исправность УУГ на момент его приемки.

Оценивая отраженное в акте проверки нарушение (предел измерения датчика давления МИДА-ДА не соответствует фактическому давлению), суды отметили, что на момент проверки 23.07.2018 срок поверки названного датчика давления не истек. В акте проверки не указано на неисправность датчика давления и по какой причине предел измерения датчика давления не соответствует фактическому давлению. Не представлено доказательств того, каким образом определены отраженные в пунктах 2 и 10 нарушения (методика, инструменты и т. д.) и как данные нарушения влияют на достоверность учета.

Ссылка заявителя на обнаружение несертифицированных горелок в количестве 19 штук оценена и отклонена судами в связи с отсутствием доказательств, подтверждающих эти нарушения. Соответствующий довод жалобы направлен на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств, поэтому отклоняются судом кассационной инстанции в силу статей 286 и 287 АПК РФ.

Кроме того, с учетом недоказанности нарушений работы УУГ истец не обосновал, каким образом выявленное им несертифицированное оборудование повлияло на достоверность учета газа.

Доводы жалобы не опровергают правильности выводов судебных инстанций и не свидетельствуют о допущенных судами нарушениях норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела.

При таких обстоятельствах основания для отмены или изменения решения и постановления отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 24.05.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2019 по делу № А61-7659/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                      В.Ф. Кухарь

Судьи                                                                                                                     Ю.В. Рыжков

                                                                                                                                Л.А. Трифонова