ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-27218/2021

г. Красноярск

07 октября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена «05» октября  2022 года. 

Полный текст постановления изготовлен         «07» октября  2022 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Радзиховской В.В.,

судей: Хабибулиной Ю.В., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Кредитно-Страховой Дом» на определение Арбитражного суда Красноярского края от  «19» мая 2022 года по делу № А33-27218/2021,  

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Кредитно-Страховой Дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее –заявитель) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Сибирский Производственный Альянс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 660064, 

<

...>, далее - должник) несостоятельным (банкротом). По результатам рассмотрения обоснованности заявления кредитор, с учетом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просит:

1. Признать должника банкротом;

2. Утвердить арбитражным управляющим ФИО2 члена Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс» (603000, 

<

...>).

3. Включить требование в реестр требований кредиторов в размере 13000000 руб., а также заявитель просит ввести в отношении должника процедуру наблюдения.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 19.05.2022  заявление о признании должника – ООО «Сибирский Производственный Альянс» банкротом признанно обоснованным, в отношении должника введена  процедура наблюдения. Требование ООО «Кредитно-Страховой Дом» признанно обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника – ООО «Сибирский Производственный Альянс» в размере 13 000 000 руб. основного долга в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты: после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации. Временным управляющим должником утверждена ФИО2. 

Не согласившись с данным судебным актом, ООО «Кредитно-Страховой Дом» обратилось с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт, указав на то, что в настоящих правоотношениях новый кредитор ООО «Кредитно-Страховой дом» не является контролирующим лицом должника, не является аффилированным лицом, кроме того право требования взыскания задолженности с ООО «Сибирский Производственный Альянс» было приобретено на торгах. Кроме того, в настоящих правоотношениях отсутствует компенсационное финансирование, поскольку финансирование по договору займа было в 2013 году, (15.03.2013 года - дата заключения договора займа) и также отсутствуют иные задолженности до 2013 года. Данное обстоятельство не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в пункте 6.2 Обзора. И соответственно у суда первой инстанции отсутствовали основания понижать очередность удовлетворения требований ООО «Кредитно-Страховой Дом». При этом следует учесть, что само по себе нахождение в реестр требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным. 

Учитывая, что лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 АПК РФ (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти"), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие  лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.

При повторном рассмотрении заявления судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

ООО «Сибирский Производственный Альянс» зарегистрировано МИФНС № 23 по Красноярскому краю 06.10.2011 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. Основной вид деятельности – производство блоков мощения, стеклоблоков. Плит и прочих изделий из прессованного или отформованного стекла, используемых в строительстве; производство стекла для витражей; производство многоячеистого стекла или пеностекла в блоках, плитах и аналогичных формах.

Как следует из материалов дела, основанием возникновения задолженности ООО «Сибирский Производственный Альянс» является ненадлежащее исполнение должником обязательств по договору займа № 27/2013 от 15.10.2013.

Заочным решением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 09.04.2019 по делу № 2-825/2019 с ООО «Сибирский Производственный Альянс» (660004, 

<

...>, ИНН 

<

***>, КПП 246201001, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО3 взысканы денежных средств в размере 13 006 000 рублей, из них: 13 000 000 рублей сумма займа, 6 000 рублей государственная пошлина. На принудительное взыскание выдан исполнительный лист серии ФС № 032550017 от 06.06.2019. На основании исполнительного листа ОСП по Ленинскому району г. Красноярска возбуждено исполнительное производство №79689/19/24010-ИП от 09.08.2019.

04.06.2021 между ФИО3 (цедент) в лице финансового управляющего ФИО4, действующего на основании решения Арбитражного суда Красноярского края от 05.06.2018 по делу № А33-21951/2017 и обществом с ограниченной ответственностью «Легионгрупп» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования.

Между ООО «Легионгрупп» (цедент) и ООО «Кредитно-Страховой Дом» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования № 01/07-21 от 01.07.2021, по условиям которого цедент передает право требования к ООО «Сибирский Производственный Альянс» на сумму 13 006 000 руб. цессионарию.

Определением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 14.09.2021 по делу № 2-825/2019 произведена замена ФИО3 на его правопреемника ООО «Кредитно-Страховой Дом».

Согласно уведомлению ОСП по Ленинскому району г. Красноярска о ходе исполнительного производства от 13.10.2021 остаток задолженности по основному долгу составляет 13 006 000 руб. Доказательства погашения задолженности в материалы дела не представлены.

В материалы дела ООО  «Кредитно-Страховой Дом» представлено согласие на финансирование процедуры банкротства в случае отсутствия имущества у должника.

Сообщение о намерении обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Сибирский Производственный Альянс» несостоятельным (банкротом) опубликовано кредитором в Едином федеральном реестре юридически значимых сведений о фактах деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и иных субъектов экономической деятельности за № 09770230 от 01.10.2021.

Наличие у ООО  «Сибирский Производственный Альянс» задолженности в сумме 13 000 000 руб. основного долга просроченной свыше трех месяцев послужило основанием для обращения кредитора в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Установив, что требование кредиторов не удовлетворено должником на дату заседания арбитражного суда, соответствует условиям, установленным пунктом 2 статьи 33 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в силу абзаца второго пункта 3 статьи 48 Закона о банкротстве достаточных оснований для введения в отношении должника процедуры наблюдения.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 7 Закона о банкротстве правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом обладают должник, конкурсный кредитор, уполномоченные органы, а также работник, бывший работник должника, имеющие требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 и пунктом 2 статьи 6 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены при условии, что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей.

При этом, согласно пункту 2 статьи 4 Закона о банкротстве, для определения наличия признаков банкротства должника учитываются размер денежных обязательств, в том числе размер задолженности за переданные товары, выполненные работы и оказанные услуги, суммы займа с учетом процентов, подлежащих уплате должником, размер задолженности, возникшей вследствие неосновательного обогащения, и размер задолженности, возникшей вследствие причинения вреда имуществу кредиторов, за исключением обязательств перед гражданами, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, обязательств по выплате выходных пособий и оплате труда лиц, работающих по трудовому договору, обязательств по выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также обязательств перед учредителями (участниками) должника, вытекающих из такого участия.

В соответствии с пунктом 2 статьи 7 Закона о банкротстве право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора, работника, бывшего работника должника, уполномоченного органа по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или судебного акта о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда о взыскании с должника денежных средств.

В качестве обоснования заявленного требования кредитором в материалы дела представлены первичные документы и вступившее в законную силу решение Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 09.04.2019 по делу № 2-825/2019.

Согласно статьям 16 АПК РФ и 13 ГК РФ  вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ  вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Доказательства исполнения указанного судебного в полном объеме акта или его пересмотра в установленном процессуальном законодательством порядке не представлены.

Доказательства погашения задолженности в полном объеме должником не представлены.

Таким образом, наличие денежного обязательства должника перед кредитором на дату судебного заседания в размере 13 000 000 руб. основного долга подтверждено материалами дела.

В соответствии с пунктом 3 статьи 48 Закона о банкротстве в случае, если требование заявителя соответствует условиям, установленным пунктом 2 статьи 33 настоящего Федерального закона, признано обоснованным и не удовлетворено должником на дату заседания арбитражного суда по результатам рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом или заявление должника соответствует требованиям статьи 8 или 9 настоящего Федерального закона арбитражный суд выносит определение о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения.

Поскольку обязательство должника перед кредиторами является денежным и размер данного обязательства превышает триста тысяч рублей и не исполнено в течение трех месяцев с даты, когда они должны быть исполнены, суд первой инстанции сделал правомерный вывод о наличии предусмотренных статьей 3 Закона о банкротстве признаков банкротства и соблюдении условий, установленных статьей 7, пунктом 2 статьи 33 Закона о банкротстве. Данное обстоятельство является основанием для введения процедуры наблюдения.

Согласно пункту 28 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" из смысла нормы, содержащейся в пункте 2 статьи 49 Закона о банкротстве, в определении арбитражного суда о введении наблюдения должны содержаться, в том числе, указания на признание требований заявителя обоснованными, очередность удовлетворения этих требований и их размер. В последующем кредиторы не обязаны предъявлять такие требования в порядке, предусмотренном статьей 71 Закона. Кредиторы, предъявившие требования к должнику, должник, временный управляющий, представители учредителей (участников) должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия вправе обжаловать определение о введении наблюдения в части обоснованности, очередности и размера требований.

Как следует из материалов дела, задолженность в размере 13 000 000 руб. образовалась в связи с неисполнением должником обязательств по возврату займа на основании заключенного между ФИО3 и должником договора займа № 27/2013  от 15.10.2013.

15.10.2013 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Сибирский Производственный Альянс» (заемщик) заключен договор займа денежных средств №27/2013, согласно пункту 1.1. которого ФИО3 передал в собственность ООО «Сибирский Производственный Альянс» денежные средства в размере 13000000 руб. В силу пункта 1.2 договора заем является беспроцентным. Согласно пункту 3.1 договора должник обязался возвратить ФИО3 сумму денежного займа в срок до 15.10.2018.

В силу норм статьей 65, 68 АПК РФ заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной её обязательств.

Исходя из сложившейся судебной практики (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475) о заинтересованности сторон сделки может свидетельствовать как аффилированность юридическая (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), так и фактическая. Заинтересованность не исключается и в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако, сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

В соответствии с правовой позицией, отраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), о наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц учредителями ООО «Сибирский Производственный Альянс» являются ФИО3 с долей участия в уставном капитале общества 60%, ФИО5 с долей в размере 30% и ФИО6 с размером доли 10%.

При таких обстоятельствах, в силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве ФИО3 является заинтересованным по отношению к должнику лицом.

В силу разъяснений пункта 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

Судом неоднократно предлагалось ФИО3 представить доказательства, подтверждающие факт выдачи займа, а также доказательства, подтверждающие финансовую возможность выдать заем. Указанные доказательства не представлены. Однако суд приходит к выводу, что поскольку доказательства, подтверждающие аффилированность заявителя с должником и займодавцем, отсутствуют, на него не могут быть возложены риски процессуального поведения третьего лица.

Вместе с тем в силу пункта 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Кроме того, в соответствии с пунктом 3.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом, или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника.

Как указано ранее, пунктом 3.1 договора срок возврата займа определен сторонами 15.10.2018. При этом пунктом 3.3 договора предусмотрено право займодавца в любой момент времени требовать возврата займа в полном объеме.

Однако сведения об истребовании задолженности ФИО3 не представлены.

Взыскание задолженности в судебном порядке на основании заочного решения Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 09.04.2019 по делу № 2-825/2019 произведено в ходе рассмотрения дела о банкротстве ФИО3

Однако как следует из указанного решения, ФИО3 изначально подано заявление об отказе от заявленных требований.

ФИО3 в 2013 году предоставлен беспроцентный заем должнику на продолжительный срок (5 лет). Экономический интерес займодавца в предоставлении займа в отсутствие какой-либо прибыли на его стороне кредитором не раскрыт, при взыскании задолженности первоначально займодавцем заявлено об отказе от иска.

Согласно информации о финансовых показателях должника, размещенной в открытых источниках в сети «Интернет»[1], в 2016 году непокрытый убыток общества составил -18,1 млн. руб., к 2018 году данный показатель увеличился до -22,7 млн. руб.

Учитывая вышеизложенное, суд первой станции пришел к верному выводу, что ФИО3 предоставлено должнику финансирование в ситуации имущественного кризиса.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

04.06.2021 между ФИО3 (цедент) в лице финансового управляющего ФИО4, действующего на основании решения Арбитражного суда Красноярского края от 05.06.2018 по делу № А33-21951/2017 и ООО «Легионгрупп» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования.

Договор уступки прав требования от 04.06.2021 заключен по результатам открытых электронных торгов посредством публичного предложения имущества ФИО3, а именно Лота № 2: Право требования к ООО «Сибирский Производственный Альянс» (660004, 

<

...>, ИНН 

<

***>, КПП 246201001, ОГРН 

<

***>) о взыскании денежных средств в размере 13 006 000 руб., начальная цена продажи -11 705 400 руб.

Между ООО «Легионгрупп» (цедент) и ООО «Кредитно-Страховой Дом» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования № 01/07-21 от 01.07.2021, по условиям которого цедент передает право требования к ООО «Сибирский Производственный Альянс» на сумму 13 006 000 руб. цессионарию.

В соответствии с пунктами 3,4,5 договора № 01/07-21 от 01.07.2021 цессионарий обязуется выплатить цеденту денежные средства в размере 130 000 руб. (113 000 руб. предоплата производится в течении трех дней с момента подписания договора, остаток 17 000 руб. в течении трех лет со дня подписания указанного договора).

Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, сторонами согласованы все существенные условия договоров уступки прав требования, в связи с чем право требования по договору займа перешло от ФИО3 к ООО «Легионгрупп», а от него к ООО «Кредитно-Страховой Дом».

При этом доказательства, подтверждающие заинтересованность ООО «Легионгрупп» и ООО «Кредитно-Страховой Дом» по отношению к должнику, в материалах дела отсутствуют.

По общему правилу, основания для субординации устанавливаются на момент возникновения обязательства по возврату компенсационного финансирования. 

Таким образом, поскольку суд пришел к выводу о предоставлении ФИО3 должнику компенсационного финансирования, предъявление независимым кредитором требования, которое основано на указанном обязательстве не может являться основанием для отказа в субординации.

Указанная правовая позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2022 N 304-ЭС19-9345(5).

При таких обстоятельствах, учитывая, что обязательство должника перед кредитором является денежным, кредитором соблюдены требования статьи 4 Закона о банкротстве, доказательства исполнения должником указанного обязательства суду не представлены, судом первой инстанции законно и обоснованно требование признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника – ООО «Сибирский Производственный Альянс» в размере 13 000 000 руб. основного долга в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты: после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона  о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона  о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Г РФ.

При этом, суд первой инстанции верно указал, что  установление в деле о банкротстве должника иных кредиторов и включения их требований в реестр требований кредиторов, не лишает права таких кредиторов обратиться в суд с заявлением о пересмотре настоящего судебного акта в части признания требования обоснованным в порядке, установленном главой 37 АПК РФ.

Принимая во внимание положения статей 20, 20.2, 45 Закона о банкротстве, разъяснений, содержащихся в пункте 54 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35, установив, что кандидатура арбитражного управляющего ФИО2 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в реестре арбитражных управляющих – 348, адрес для направления корреспонденции: 654000, Кемеровская обл., г. Новокузнецк, а/я 99/408), члена Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс», соответствует предъявляемым к арбитражным управляющим требованиям, установленным статьями 20 и 20.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно утвердил его в качестве временного управляющего должника.

Доводы жалобы отклоняются судом апелляционной инстанции по  основаниям, изложенным в   настоящем  постановлении. 

В своей апелляционной жалобе кредитор отрицает аффилированность сторон. 

По результатам оценки указанных пояснений и иных представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что действия кредитора по предоставлению должнику отсрочки исполнения обязательств на срок от более двух лет до полутора лет были обусловлены общностью экономических интересов должника и кредитора.

Контролирующее лицо, пытающееся вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, должно принимать на себя все связанные с этим риски, которые не могут перекладываться на других кредиторов получателя финансирования (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указано в пункте 3.3 Обзора от 29.01.2020 разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ  является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

Согласно пункту 3.2 Обзора от 29.01.2020 невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статьи 813 Гражданского кодекса Российской Федерации), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Указанные правовые позиции об очередности удовлетворения требования распространяются и на предоставившее компенсационное финансирование аффилированное с должником лицо, которое не имело прямого контроля над должником, но действовало под влиянием общего для него и должника контролирующего лица (пункт 4 Обзора от 29.01.2020).

В рассматриваемом обособленном споре суд первой инстанции пришел к выводу, что поведение сторон договоров не соответствует общепринятым взаимоотношениям независимых друг от друга лиц и не может быть признано экономически целесообразными для юридического лица, основной целью которого является извлечение прибыли, что, в свою очередь, свидетельствует о компенсационном финансировании деятельности должника.

Надлежащего обоснования экономической целесообразности указанных действий кредитора (доказательств наличия разумных экономических причин предоставления финансирования, отличных от мотивов предоставления компенсационного финансирования) при рассмотрении настоящего спора судам первой и апелляционной инстанций не представлено. Как равно и не представлены достаточные доказательства отсутствия внутрикорпоративных связей между кредитором и должником.

На основании изложенного, доводы апелляционной жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы установлено, что арбитражный суд первой инстанции не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения Арбитражного суда Красноярского края от  «19» мая 2022 года по делу № А33-27218/2021 не имеется.

Согласно положениям АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от  «19» мая 2022 года по делу № А33-27218/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

Ю.В. Хабибулина

 

И.В. Яковенко