Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А75-13312/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена  16 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 ноября 2023 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                    Чинилова А.С.,

судей                                                                  Лукьяненко М.Ф.,

ФИО1,

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «УралТрансСервис» на решение от 03.05.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (судья Агеев А.Х.) и постановление от 31.07.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Халявин Е.С., Веревкин А.В., Еникеева Л.И.) по делу № А75-13312/2021 по иску общества с ограниченной ответственностью «УралТрансСервис» (454084, Челябинская область, 

<

...>, оф. 2, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Челябинский завод железобетонных изделий № 1» (628181, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, г. Нягань, мкр. 4-й, д. 13, пом. 250, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: акционерное общество «Банк Интеза», конкурсный управляющий ФИО2.

В заседании приняли участие представители общества с ограниченной ответственностью «УралТрансСервис»: директор ФИО3 на основании решения единственного участника от 09.08.2021, ФИО4 по доверенности от 15.03.2023.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «УралТрансСервис» (далее – ООО «УралТрансСервис», истец) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к акционерному обществу «Челябинский завод железобетонных изделий № 1» (далее – АО «ЧелЖБИ-1», ответчик) о взыскании 12 138 143 руб. 28 коп.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: акционерное общество «Банк Интеза», конкурсный управляющий ФИО2.

Решением от 03.05.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, оставленным без изменения постановлением от 31.07.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении исковых требований в части взыскания 6 350 218 руб. 16 коп. отказано. В остальной части исковые требований оставлены без рассмотрения. С ООО «УралТрансСервис» в доход федерального бюджета взыскано 54 751 руб. государственной пошлины.

ООО «УралТрансСервис» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, считая их незаконными, необоснованными, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований истца в полном объеме.

В обоснование жалобы приведены следующие доводы: уточненная истцом сумма исковых требований не указана ни в одном из обжалуемых судебных актов; в настоящем споре истцом был заявлен больший размер текущих требований, так как был уточнен период взыскания и сумма произведенных платежей, при этом все заявленные платежи являются текущими, на что указано в постановлении от 19.07.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-19803/2017, согласно которому ООО «УралТрансСервис» перечислило за АО «ЧелЖБИ-1» в пользу третьих лиц денежные средства на общую сумму 12 138 143 руб. 28 коп.; наличие либо отсутствие аффилированности между АО «ЧелЖБИ-1» и ООО «УралТрансСервис» в период перечисления денежных средств правового значения для разрешения настоящего спора не имеет, поскольку данное обстоятельство не освобождает ответчика от исполнения обязательств, возникших вследствие неосновательного обогащения; приведенные в обжалуемых судебных актах нормы права фактически к настоящему спору никакого отношения не имеют, так как относятся к установлению обоснованности включения в реестр требований кредиторов соответствующих требований, а не ко взысканию текущих платежей; вывод судов о компенсационном финансировании должника в условиях имущественного кризиса такого должника является необоснованным; у должника к ООО «УралТрансСервис» отсутствуют какие-либо претензии по поводу использования имущества должника или получения денежных средств; основная часть платежей была направлена на нормальное функционирование и продолжение деятельности АО «ЧелЖБИ-1»; в предоставленных истцом выписках по расчетному счету ООО «УралТранСервис» не имеется ни одного поступления от контрагентов АО «ЧелЖБИ-1»; наличие актов сверки взаимных расчетов фактически указывает на то, что ответчик по существу долг признал, что послужило основанием для исчисления срока исковой давности заново, в связи с чем срок исковой давности в данном случае нельзя считать пропущенным и отказывать по данному основанию в удовлетворении исковых требований; все платежи, заявленные ООО «УралТрансСервис» в исковом заявлении, были произведены после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) АО «ЧелЖБИ-1», при этом для отнесения произведенных платежей к текущим не имеет никакого значения, когда фактически обязательства по данным платежам перед третьим лицом возникли у должника – АО «ЧелЖБИ-1», а имеет значение когда было произведено перечисление денежных средств, то есть когда задолженность по произведенным платежам возникла у должника – АО «ЧелЖБИ-1» перед ООО «УралТрансСервис».

В отзыве на кассационную жалобу АО «ЧелЖБИ-1» просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения как соответствующие действующему законодательству.

В судебном заседании представители сторон ООО «УралТрансСервис» поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Изучив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 284, 286, 287, 288 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и соблюдение норм процессуального права при принятии обжалуемых судебных актов, а также соответствие выводов в указанных актах установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, решением от 13.12.2018 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры АО «ЧелЖБИ-1» признано несостоятельным (банкротом). Конкурсным управляющим утвержден ФИО2

ООО «УралТрансСервис" 12.12.2019 обратилось с заявлением о включении требования в размере 10 362 359 руб. 44 коп. в реестр требований кредиторов АО «ЧелЖБИ-1».

Определением от 22.01.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-19803/2017 в удовлетворении требований отказано.

Постановлением от 19.07.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-19803/2017 определение от 22.01.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры изменено в части отказа во включении требований ООО «УралТрансСервис» в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 6 923 592 руб. 29 коп., принят новый судебный акт, требования ООО «УралТрансСервис» о включении в реестр требований кредиторов должника в размере 6 923 592 руб. 29 коп. оставлено без рассмотрения, в остальной части определение суда от 22.01.2021 оставлено без изменения.

Судом апелляционной инстанции в рамках дела № А75-19803/2017 установлено, что платежи в период с 14.02.2018 по 13.12.2018 на общую сумму 6 923 592 руб. 29 коп. совершены ООО «УралТрансСервис» после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника, в связи с чем подлежащие возврату по соответствующим письмам денежные средства применительно к нормам статьи 5 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) являются текущими обязательствами последнего и в реестр требований кредиторов включению не подлежат.

Постановлением от 20.10.2021 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа определение от 22.01.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и постановление от 19.07.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-19803/2017 в части отказа во включении в реестр требований кредиторов должника требования ООО «УралТрансСервис» в размере 3 438 767 руб. 15 коп. отменено. В указанной части обособленный спор направлен на новое рассмотрениев Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Полагая, что в период с 14 февраля по 13 декабря 2018 года ООО «УралТрансСервис» платежи в пользу третьих лиц за АО «ЧелЖБИ-1» на общую сумму 6 923 592 руб. 29 коп. совершены после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) АО «ЧелЖБИ-1», с целью получения вышеуказанных текущих платежей ООО «УралТрансСервис» обратилось к конкурсному управляющему АО «ЧелЖБИ-1» ФИО2 с заявлением о возврате суммы текущих платежей на общую сумму 6 923 592 руб. 29 коп.

Поскольку до настоящего времени ответа на данное требование от должника не получено, денежные средства не выплачены, истец обратился в арбитражный суд с уточненными требованиями о взыскании 12 138 143 руб. 28 коп.

Суд первой инстанции, принимая решение, исходил из следующего.

Относительно исковых требований ООО «УралТрансСервис» о взыскании задолженности, возникшей в результате погашения требований истца по делу о банкротстве публичного акционерного общества «Челябинскгоргаз» (по платежным поручениям от 06.03.2018 № 96 на сумму 456 411 руб. 84 коп. и от 09.04.2018 № 212 на сумму 115 867 руб. 43 коп.), суд отметил, что такое погашение не является для должника (АО «ЧелЖБИ-1») текущей задолженностью перед ООО «УралТрансСервис», если ПАО «Челябинскгоргаз» приняло такое исполнение от ООО «УралТрансСервис», то стороны вправе в порядке правопреемства произвести замену кредитора в судебном порядке без изменения очередности требования кредитора.

Суд первой инстанции указал, что в состав платежей не могут входить все платежи, произведенные по указанию ФИО5 (выдача денежных средств под отчет генеральному директору АО «ЧелЖБИ-1» ФИО5 составляет 3 038 305 руб. 95 коп., иным работникам – 650 100 руб.), поскольку выдача наличных денег под отчет проводится при условии полного погашения подотчетным лицом задолженности по ранее полученной под отчет сумме наличных денег, при отсутствии исполнения встречного обязательства в форме предоставления отчетности о расходовании денежных средств либо обязательств их возврата указанные действия являются юридически значимым действием, направленным на вывод активов из хозяйственного оборота организации.

При этом к платежам подобного происхождения необходимо отнести также произведенный возврат займа ФИО5 платежными поручениями от 15.12.2017 на общую сумму 564 950 руб. 23 коп., с учетом того, что конкурсный управляющий АО «ЧелЖБИ-1» не обладает сведениями о заключении таких договоров займа, доказательств реальности займа не представлено.

Сумма 6 156 414 руб., полученная ООО «УралТрансСервис» от общества с ограниченной ответственностью «Мечел-Транс» (далее – ООО «Мечел-Транс») за аренду вагонов, принадлежащих АО «ЧелЖБИ-1», суд посчитал доходом АО «ЧелЖБИ-1», указав, что в акте сверки такой доход не отражен, как и не отражены иные доходы.

Суд первой инстанции посчитал, что в рассматриваемом случае сложилась ситуация, когда контролирующее должника лицо – генеральный директор ФИО5 – выбрал компенсационное финансирование должника в условиях имущественного кризиса такого должника, при этом денежные средства предоставлялись уже после возбуждения судом производства по делу о банкротстве и являлись частично собственными денежными средствами ответчика (АО «ЧелЖБИ-1»), поскольку поступали от контрагентов АО «ЧелЖБИ-1» на счет ООО «УралТрансСервис» по указанию ФИО5 и по обязательствам АО «ЧелЖБИ-1», таким образом, в связи с использованием конструкции компенсационного финансирования через ООО «УралТрансСервис» все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства, возлагаются на контролирующих должника лиц.

Установив, что ряд требований, заявленных ко взысканию, не относятся к текущим платежам (в том числе, заработная плата за 2016 – 2017 годы, возвраты займов 2016, 2017 годы, ввиду отсутствия сведений о заключении соответствующих договоров и реальности их исполнения и др. согласно консолидированному расчету, представленному ответчиком в дело 21.04.2023), принимая во внимание, что к текущим платежам возможно отнести требования на сумму 6 350 218 руб. 16 коп., в остальной части заявленные требования являются реестровыми, суд пришел к выводу о том, что ООО «УралТрансСервис» в части превышающей сумму 6 350 218 руб. 16 коп. подлежит оставлению без рассмотрения на основании пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требований истца в части текущих требований (6 350 218 руб. 16 коп.), поскольку отсутствуют доказательства прерывания течения срока исковой давности по суммам, перечисленным в период с 08.12.2017 по 23.08.2018.

Суд апелляционной инстанции с указанными мотивами и выводами согласился, отклонив довод ООО «УралТрансСервис» о том, что аффилированность истца и ответчика не имеет отношения для разрешения данного спора на основании следующего.

ФИО5 являлся учредителем ООО «УралТрансСервис» с 09.08.2011 по 20.08.2019 и генеральным директором должника АО «ЧелЖБИ-1» с 24.06.2011.

В рамках дела № А75-19803/2017 было установлено, что ООО «УралТрансСервис» является аффилированным лицом к АО «ЧелЖБИ-1», они оба находятся под контролем общего с ответчиком конечного бенефициара, между тем истец длительное время не предпринимал действий по истребованию у АО «ЧелЖБИ-1» задолженности.

При этом должник находился в состоянии имущественного кризиса, поскольку на постоянной основе обращался с просьбой к ООО «УралТрансСервис» об оплате за него задолженности.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (часть 1 статьи 288 АПК РФ).

Проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, отзывена нее, выступлении представителя ООО «УралТрансСервис», суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в связи со следующим.

По смыслу статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в случае, когда исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними, а не правилами о суброгации (абзац первый пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

Согласно пункту 5 статьи 313 ГК РФ при отсутствии такого соглашения к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 ГК РФ.

Объем прав, переходящих новому кредитору, определен статьей 384 ГК РФ. По общему правилу требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования.

Само по себе исполнение аффилированным с должником лицом долговых обязательств последнего за счет собственных средств является правомерным поведением и не свидетельствует о противоправном либо корпоративном характере этих правоотношений в смысле, придаваемом абзацем восьмым статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 310-ЭС17-20671).

В рассматриваемом случае суды установили, что ООО «УралТрансСервис» погасило задолженность АО «ЧелЖБИ-1» перед третьими лицами на основании распорядительных писем ответчика, то есть должник (ответчик) возложил исполнение своих обязательствна истца.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 27.03.2023 в рамках дела №А75-19803/2017 установлено, что по смыслу статьи19 Закона о банкротстве ООО «УралТрансСервис» и АО «ЧелЖБИ-1» являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу. ФИО5 являлся учредителем с 09.08.2011 по 20.08.2019 ООО «УралТрансСервис» и генеральным директором должника АО «ЧелЖБИ-1» с 24.06.2011.

При рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)), выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либос ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

В рамках настоящего спора в судах первой и апелляционной инстанций, уполномоченных оценивать доказательства и устанавливать обстоятельства дела, конкурсный управляющий АО «ЧелЖБИ-1» ссылался на факты, ставящие под сомнение обоснованность требования истца, в том числе на: принадлежность поступивших на счет истца денежных средств, которыми произведены расчеты за ответчика перед третьими лицами; отсутствие разумных экономических мотивов совершения сделок кредитором в интересах неплатежеспособного должника.

Вместе с тем, судами первой и апелляционной инстанций вышеуказанные обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, в их совокупности и взаимосвязи в должной мере не исследованы. Обществом «УралТрансСервис» не опровергнуты доводы конкурсного управляющего ответчика, не раскрыты разумные экономические причины осуществления платежей за неплатежеспособного должника, находившегося в процедуре конкурсного производства.

Делая вывод о транзитном характере движения денежных средств суды как первой, так и апелляционной инстанций не приводят подробного анализа поступленийи расходования денежных средств от контрагентов должника на счёте истца, с учётом возражений последнего о том, что все денежные средства, поступившие от контрагента АО «ЧелЖБИ-1», были истрачены ООО «УралТрансСервис» ранее, до начала перечисления денежных средств за АО «ЧелЖБИ-1» в пользу третьих лиц.

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.

Если стороны настоящего дела действительно являются аффилированными, к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой истец должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитораи уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, абзац четвертый пункта4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)») (данные правовые позиции изложены в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Суть возражений конкурсного управляющего АО «ЧелЖБИ-1» по исковым требованиям сводилась к тому, что общество «УралТрансСервис» и АО «ЧелЖБИ-1» контролируются одним и тем же конечным бенефициаром – ФИО5, который определял действия истца и ответчика, которые использовали счет общества «УралТрансСервис» в качестве транзитного. Требование такого кредитора по перечислению денежных средств за должника третьим лицам не подлежит удовлетворению, поскольку оплата происходит не деньгами плательщика.

Таким образом при новом рассмотрении дела суду следует проверить доводы ответчика о наличии транзита денежных средств по счёту истца, провести анализ поступлений и расходования денежных средств от контрагентов должника на счёте истца.

Также суду следует поставить на обсуждение вопрос о наличии правового интереса истца и разумных экономических причин осуществления платежей за неплатежеспособного должника, находившегося в процедуре конкурсного производства, в том числе рассмотреть вопрос о квалификации правоотношений сторон, как совершенных в рамках договора покрытия.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2023 № 308-ЭС22-18712), в ситуации, когда третье лицо, не являющееся стороной договорных отношений, состоящее при этом в иной обязательственной связи с должником, производит платеж за данного должника по просьбе последнего его кредитору, предполагается, что в основе операций по оплате чужого долга лежит договоренность между названными третьим лицом и должником - заключенная ими сделка о погашении тем самым собственного обязательства упомянутого третьего лица перед таким должником, закрепленного в ином договоре (договор о покрытии).

С учетом этой позиции в силу положений статьи 65 АПК РФ на истце в данном случае лежало бремя обоснования разумных причин того, что общество «УралТрансСервис», погашая деньгами задолженность за общество АО «ЧелЖБИ-1» перед третьими лицами, не имело намерения таким образом уменьшить свой денежный долг перед АО «ЧелЖБИ-1» по иному договору.

При наличии договора о покрытии аффилированный кредитор не вправе, ссылаясь на суброгацию, заявлять о включении требования в реестр. Наличие такого договора предполагается, если установлено свободное перемещение активов внутри группы. Обязанность опровергнуть эту презумпцию возлагается на аффилированного кредитора.

Одним из условий квалификации правоотношений сторон, как совершенных в рамках договора покрытия, является наличие у них компенсационной природы, то есть приобретение требования у независимого кредитора должно быть обусловлено безвозмездным получением цессионарием каких-либо активов от должника либо экономической группы, в которую входит должник.

При этом сами по себе названные разъяснения (в том числе при реальности первоначального долга) не препятствуют квалификации действий аффилированного цессионария в качестве злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) при наличии соответствующих оснований.

Доказывание добросовестной цели приобретения у независимого кредитора прав требований к должнику должно переноситься на заинтересованное лицо, которому надлежит подробно раскрыть характер взаимоотношений внутри группы, подтвердив факт того, что соответствующие правоотношения оформлены в связи с их действительным экономическим смыслом, обусловлены разумными экономическими целями, а их совершение имеет отличную от интересов группы направленность.

При рассмотрении требований ответчик обращал внимание судов первой и апелляционной инстанций на обстоятельства, в том числе установленные вступившим в законную силу определением от 27.03.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу о банкротстве ответчика №А75-19803/2017, аффилированности ООО «УралТрансСервис» и АО «ЧелЖБИ-1», через ФИО5 являющегося учредителем с 09.08.2011 по 20.08.2019 ООО «УралТрансСервис» и генеральным директором должника АО «ЧелЖБИ-1» с 24.06.2011.

Вместе с тем вышеуказанные обстоятельства и доводы ответчика, являющиеся существенными для рассмотрения обособленного спора по существу, остались без надлежащей правовой оценки судов.

Поскольку общества находились под контролем одного лица, отсутствие предъявления требований друг к другу на столь значительные суммы могло быть обусловлено наличием скрытого договора покрытия, что действительно исключает возможность удовлетворения требований.

В случае не установления обстоятельств свободного перемещения активов внутри группы (договора покрытия), судам следует разрешить доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по каждому требованию, перешедшему к истцу.

Признавая пропущенным срок исковой давности, что явилось самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований, суды не определили момент начала течения срока исковой давности по заявленным требованиям (по каждому перешедшемук истцу праву требования к ответчику). Суды ограничились лишь констатацией факта пропуска срока давности по суммам, перечисленным в период с 08.12.2017 по 23.08.2018, продекларировав нормы закона о сроке давности.

В связи с чем устанавливая обстоятельства пропуска срока исковой давности по перешедшим к истцу от третьих лиц прав требования к ответчику, суду (в случае необходимости) следует рассмотреть вопрос о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, получателей денежных средств.

Помимо того, суды нижестоящих инстанций делая выводы о том, что часть требований на сумму 5 787 925 руб. 12 коп. (12 138 143 руб. 28 коп. – 6 350 218 руб. 16 коп.) являются реестровыми требованиями для ответчика, в связи с чем подлежат установлению в деле о банкротстве должника, не приняли во внимание, что ранее постановлением от 19.07.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу №А75-19803/2017 требования истца на сумму 6 923 592 руб. 29 коп. были расценены как текущие требования, в связи с чем оставлены без рассмотрения. Таким образом разница 573 347 руб. 13 коп. (6 923 592 руб. 29 коп. – 6 350 218 руб. 16 коп.) была отнесена судами к реестровым требованиям для ответчика, в то время как истец, учитывая выше обозначенную позицию суда апелляционной инстанции, обратился в суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Следовательно, суду при новом рассмотрении дела следует учесть, что истец, с учётом состоявшегося постановления от 19.07.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу №А75-19803/2017, может получить защиту в части исковых требований на сумму 6 923 592 руб. 29 коп. только в рамках настоящего дела.

Поскольку в результате неправильного применения норм материального права суды не установили обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, обжалуемые судебные акты в силу части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отменес направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора суду необходимо учесть изложенное, устранить указанные нарушения, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора (реальный характер отношений сторон, исключающий транзитное перечисление денежных средств и наличие между участниками скрытого договора покрытия), дать оценку всем доводами возражениям участвующих в деле лиц, верно распределить бремя их доказывания между лицами, участвующими в деле, учитывая их фактические возможности по доступук доказательствам, аффилированность, добросовестное/недобросовестное осуществление гражданских и процессуальных прав, сокрытие доказательств от оппонента в нарушение пункта 3 статьи 307 ГК РФ; в зависимости от установленных обстоятельств проверить заявление конкурсного управляющего о пропуске кредитором срока исковой давности; предложить лицам, участвующим в деле, при необходимости представить дополнительные доказательств в подтверждение своих доводов и возражений в порядке части 2 статьи 66 АПК РФ, а также обеспечить возможность истребования доказательств при затруднительности их самостоятельного получения, принять судебный актв соответствии с нормами материального и процессуального права.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы суд округа не рассматривал, поскольку на основании пункта 3 статьи 289 АПК РФ при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 03.05.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и постановление от 31.07.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-13312/2021 отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                А.С. Чинилов

 

Судьи                                                                                              М.Ф. Лукьяненко

 

ФИО1