АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

18 июня 2024 года

Дело №

А13-665/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Колесниковой С.Г., судей Тарасюка И.М.,                 Яковлева А.Э.,

рассмотрев 03.06.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 14.12.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2024 по делу № А13-665/2021-24, 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 29.01.2021 принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью «Горстройзаказчик», адрес: 162612, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 10.03.2021 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением от 29.07.2021 введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В рамках названного дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО2 07.12.2022 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника наследника ФИО3 ФИО1 (Забайкальский край) в пределах наследственной массы.

Конкурсный управляющий ФИО4 20.06.2023 также направил в суд заявление  о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Определением суда от 23.06.2023 указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -                   АПК РФ).

Согласно уточненному требованию конкурсный управляющий просил взыскать с ФИО1, как наследника ФИО3, в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества                  6 781 000 руб. (в пределах стоимости имущества, полученного по наследству), с ФИО5 - 74 516 697 руб.

Определением суда от 14.12.2023 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 как правопреемника                  ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества; производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО5 отказано.

ФИО1 обжаловал определение суда первой инстанции в апелляционном порядке в части привлечения его как правопреемника ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от  22.02.2024 определение от 14.12.2023 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами двух инстанций норм права и несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить указанные определение  и постановление,  принять по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявленных требований или направить дело на новое рассмотрение. 

По мнению подателя жалобы, суд, установив в мотивировочной части определения максимальный размер субсидиарной ответственности ФИО1, в размере 6 781 000 руб., неправомерно оставил без внимания его доводы о неправомерном включении в конкурсную массу жилья, которое является единственным как для наследника, так и для наследодателя стоимостью 6 511 000 руб., а также о вынужденности принятия наследства в связи с вхождением в него единственного жилья наследника.

ФИО1 также полагает, что судами не применена правовая позиция, изложенная в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  10.06.2020), о необходимости судам оказывать содействие наследникам контролирующего должника лица в получении доказательств по правилам части 4 статьи 66 АПК РФ - и это повлекло   неверные выводы  о наличии оснований для субсидиарной ответственности ФИО3

Как указывает ФИО1, при разрешении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности  по пункту 1 части 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) суды не учли его ссылку на проведенный конкурсным управляющим финансовый анализ деятельности должника за два года, предшествовавших введению процедуры банкротства; данным анализом установлена убыточность хозяйственной деятельности должника; в частности -  на основании анализа соответствующих коэффициентов – выявлено превышение расходов над доходами, в том числе за счет существенной доли непогашенной дебиторской задолженности. Суды оставили без внимания указание представителя ФИО1 на то, что, по данным бухгалтерского баланса, стоимость данных основных средств должника на 31.12.2019 составляла 24 млн. руб., что в несколько раз меньше размера требований кредиторов. То есть, заключает податель жалобы,  сделки с указанными активами не могли повлечь объективного банкротства должника. 

По утверждению подателя жалобы,  банкротство должника было вызвано не действиями ФИО3, а внешними причинами, в том числе банкротством банков «Промэнергобанк» и «Северный кредит» (акционерные общества), обслуживавших счета должника, наличием существенного размера непогашенной дебиторской задолженности Общества, кризисными явлениями в экономике на протяжении 2020 года;  учтенные судами недействительные сделки фактически не были направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов, совершались в отношении кредиторов должника с целью погашения долгов перед ними, не привели к банкротству Общества.

Податель жалобы полагает, что количество оспоренных сделок и схожесть их условий по погашению таким образом требований кредиторов свидетельствовала об их совершении в рамках обычной хозяйственной деятельности должника.

Кроме того, отмечает ФИО1, суды не учли, что споры о недействительности сделок в основном рассматривались уже после смерти ФИО3 (09.11.2021), ее позиция, объяснения и доводы относительно причин  и условий данных сделок не были учтены, в связи с чем такие судебные акты не могут расцениваться как безусловные доказательства для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий                 ФИО2 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, считая их законными и обоснованными. 

Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, но представителей не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 21.05.2007. Основным видом экономической деятельности должника являлось строительство жилых и нежилых зданий (код ОКВЭД 41.20).

В период, предшествовавший возбуждению производства по делу о банкротстве (2017-2021 годы), ФИО3 исполняла обязанности директора Общества и являлась его единственным участником.

В связи со смертью ФИО3 09.11.2021 ее единственным наследником стал ФИО1

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд с настоящим заявлением о привлечении ФИО3 в лице наследника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества по пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ссылаясь на то, что ФИО3 заключены сделки по отчуждению имущества должника и преимущественному погашению кредиторской задолженности непосредственно перед возбуждением производства по делу о банкротстве; в период, когда у Общества уже возникли признаки банкротства, имелись неудовлетворенные требования кредиторов, в последующем включенные в реестр требований кредиторов Общества, ФИО3 совершены действия, которые привели к существенному уменьшению величины активов.

В результате анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 АПК РФ доказательств, руководствуясь положениями пунктов 1, 4 статьи 61.10, пункта 1 и подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, правовыми позициями, изложенными в пунктах 16,17, 19, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», суды пришли к выводу о том, что в результате деятельности ФИО3 Общество утратило возможность осуществлять хозяйственную деятельность и должнику в результате совершения существенно убыточных сделок причинен материальный ущерб.

Суды исходили из следующих обстоятельств.

По данным бухгалтерского учета за 2019 год, у Общества имелись чистые активы в размере 30,71 млн руб., на балансе значились основные средства на сумму 24,31 млн руб., материально-производственные запасы на сумму                      42,143 млн руб., общая стоимость активов составляла 240,47 млн руб.

По итогам инвентаризации у должника выявлены основные средства на сумму 1,317 млн руб., дебиторская задолженность на сумму 198,6 млн руб., получение которой в полном объеме невозможно.

Общество под руководством ФИО3 в течение года перед возбуждением дела о банкротстве продало все принадлежавшее ему движимое и недвижимое имущество, специальную и строительную технику, а также производственную базу (комплекс нежилых помещений, гаражи, склады, мастерские, производственный цех с оборудованием, административное здание), которые составляли материальную основу для осуществления полноценной хозяйственной деятельности должника.

В ходе процедуры конкурсного производства конкурсный управляющий направил в суд 84 заявления об оспаривании сделок, имеющих целью  причинение вреда имущественным правам кредиторов и преимущественное удовлетворение требований одних кредиторов, в том числе аффилированных с должником, перед иными кредиторами; общая сумма требований, заявленных для защиты прав и законных интересов публичного сообщества кредиторов, превысила 70 млн руб., что сопоставимо с размером задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.

Основная масса указанных судебных актов не исполнена, денежные средства в конкурсную массу не поступили.

Суды посчитали, что ФИО1 как правопреемник                     ФИО3 обоснованных опровержений данных выводов, разумных объяснений действиям ФИО3 не представил.

Судами отмечено, что в данном случае доказательства возможности существования плана по выходу Общества из кризисной ситуации, а равно того, что такой план являлся экономически обоснованным и мог привести к улучшению финансового состояния должника, не предъявлены. Соответствующие возражения не подтверждены какими-либо расчетами и не имеют под собой экономического обоснования.

Согласно пункту 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  10.06.2020,  судам необходимо учесть, что после смерти наследодателя наследники не всегда имеют возможность объяснить причины управленческих решений наследодателя, они, как правило, не располагают полным набором доказательств, которые мог бы представить наследодатель, если бы он не умер. Следовательно, судам необходимо оказывать содействие в получении доказательств по правилам части 4 статьи 66 АПК РФ. 

Означенная правовая позиция не исключает обязанность представления наследниками контролирующего должника лица доказательств в соответствии с нормой статьи 65 АПК РФ. ФИО1 не ссылается на заявление им каких-либо ходатайств с целью получения доказательств и на необоснованное отклонение таких ходатайств судами.

Суды верно исходили из того, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности  подлежит предъявлению к наследнику ФИО3 - ФИО1 - и может быть удовлетворено только в пределах стоимости наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 ГК РФ). При этом не имеет значения, вошло ли непосредственно в состав наследственной массы то имущество, которое было приобретено (сохранено) наследодателем за счет кредиторов в результате незаконных действий, повлекших субсидиарную ответственность.

Вопреки мнению подателя кассационной жалобы, указание в определении суда первой инстанции стоимости приобретенного по наследству имущества  не свидетельствует о наличии оснований для отмены судебного акта. 

В рамках настоящего обособленного спора разрешалось лишь требование  о наличии оснований для субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Суд констатировал наличие наследственной массы и стоимость унаследованного имущества. 

Вопрос о наличии оснований для исключения из конкурсной массы вошедшего в наследственную массу жилого помещения не разрешался.

В соответствии с пунктом 7 статьи 223.1 Закона о банкротстве  в конкурсную массу включается имущество, составляющее наследство гражданина.

В конкурсную массу не включается жилое помещение (его части) по истечении срока принятия наследства, установленного законодательством Российской Федерации, если такое имущество является единственным пригодным для постоянного проживания помещением для наследника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», вопросы об исключении из конкурсной массы имущества, о невключении в конкурсную массу имущества решаются финансовым управляющим самостоятельно во внесудебном порядке. Означенный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации  от 22.09.2021 № 91-КАД21-1-К3.

Разногласия между наследником и конкурсным управляющим по указанному вопросу подлежат разрешению в соответствии с положениями статьи 60 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд правильно указал, что доводы ФИО1 о невозможности определения размера субсидиарной ответственности в сумме, включающей в себя стоимость жилья, являвшегося единственным для наследника и наследодателя, на данной стадии судопроизводства, целью которой является установление оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, не имеют правового значения.

Означенные доводы подлежат разрешению при определении подлежащей взысканию с наследника суммы в порядке  субсидиарной ответственности после окончания расчетов с кредиторами и возобновления производства по данному спору.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Суды правильно применили нормы материального и процессуального права. Кассационная инстанция не находит оснований  для иной оценки представленных доказательств.

Несогласие подателя жалобы с оценкой, данной  судами фактическим обстоятельствам дела, не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных  актов.

С учетом изложенного правовых оснований для отмены обжалуемых судебных актов в соответствии с приведенными в кассационной жалобе  доводами не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 14.12.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда                            от 22.02.2024 по делу № А13-665/2021-24 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения. 

 

Председательствующий

С.Г. Колесникова

Судьи

 

И.М. Тарасюк

А.Э. Яковлев