﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3960/19 

Екатеринбург

17 сентября 2021 г.

 

Дело № А76-177/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 14 сентября 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 сентября 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Плетневой В.В.,

судей Пирской О.Н., Соловцова С.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего Сахно Игоря Алексеевича - Гуляева Сергея Юрьевича на определение Арбитражного суда Челябинской области от 15.03.2021 по делу № А76-177/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2021 по тому же делу.

В судебном заседании приняли участие:

финансовый управляющий Гуляев С.Ю. (паспорт),

представитель общества с ограниченной ответственностью «Нокиан Шина» - Лосев А.В. (доверенность от 01.01.2021) путем использования системы онлайн-заседаний;

Сахно И.А. лично (паспорт) и его представитель Кузнецова Ю.А. (доверенность от 15.05.2020 № 74АА4847381) путем использования системы онлайн-заседаний.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 31.08.2018 должник - Сахно Игорь Алексеевич признан несостоятельным (банкротом) с введением процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена Подкорытова Светлана Валерьевна.

Определением от 01.08.2019 Подкорытова С.В. освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, финансовым управляющим утвержден Гуляев С.Ю.

Финансовый управляющий имуществом должника 10.07.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора купли-продажи от 27.12.2014, заключенного между Сахно И.А. и Олексюк Светланой Михайловной, и договора купли-продажи от 23.01.2015, заключенного между Олексюк С.М. и Сахно Сергеем Алексеевичем, и применении последствии недействительности взаимосвязанных сделок в виде возврата в собственность Сахно И.А. земельного участка с кадастровым номером 74:19:1107001:3817, расположенного по адресу: Россия, Челябинская область, р-н Сосновский, д. Малиновка, микрорайон «Лесной остров», пер. Просторный, д. 7; здания с кадастровым номером 74:19:1107001:3859, расположенного по адресу: Челябинская область, р-н Сосновский, д Малиновка, пер Просторный (мкр. Лесной остров), д 7.

Должник обратился в суд с заявлением об исключении из конкурсной массы жилого дома площадью 342,2 кв.м. и земельного участка кадастровый № 74:19:1107001:3817 2 категория земель: земли населенных пунктов для индивидуального жилищного строительства, расположенные по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, д. Малиновка, микрорайон «Лесной остров», пер. Просторный, д. 7.

Определением от 15.07.2020 заявления объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 15.03.2021 в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано. Жилой дом площадью 342,2 кв.м, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 74:19:1107001:3817 по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, д. Малиновка, микрорайон «Лесной остров», пер. Просторный, д. 7, признан единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением для должника.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2021 определение суда первой инстанции в части удовлетворения заявления должника отменено, в удовлетворении заявления Сахно И.А. отказано.

В кассационной жалобе, с учетом дополнений к ней, финансовый управляющий, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления финансового управляющего Гуляева С.Ю. и об отказе в удовлетворении заявления должника. Финансовый управляющий настаивает на наличии у оспариваемых сделок пороков, выходящих за пределы дефектов оспоримой сделки, предусмотренных статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), полагая, что при имеющихся в материалах дела доказательствах, с учётом позиции должника при рассмотрении обособленного спора у Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда были все основания для квалификации оспариваемых сделок как совершенных со злоупотреблением правом, при сговоре всех лиц, являющихся сторонами оспариваемых сделок; совершении сделок с нарушением норм действующего законодательства. 

По мнению заявителя, суд первой инстанции при вынесении определения неверно применил положения статьи 446 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) в совокупности со статьей 10 ГК РФ, распространив исполнительский иммунитет на земельный участок с жилым домом, характеристики которых явно превышают потребности должника в жилище, а также при доказанности злоупотребления должником правом, поскольку Сахно И.А. выразил свою волю на отчуждение имущества, на протяжении почти двух лет рассмотрения дела о банкротстве заявлял о наличии иного жилого помещения, пригодного для проживания; зарегистрировался в спорном помещении через год после рассмотрения спора о признании сделки недействительной; целенаправленно не ставил объекты недвижимости на кадастровый учёт (дом был зарегистрирован за братом должника - Сахно С.А.). Отразив указанные обстоятельства в судебном акте, суд первой инстанции неправомерно не применил положения статьи 10 ГК РФ. При этом, с учетом информации о месте работы должника и его супруги, месте обучения несовершеннолетнего Трифонова А.В., о медучреждениях, к которым прикреплены указанные лица, сведений из ресурсоснабжающих организаций, выписок из ЕГРН в отношении родственников должника, в том числе его родителей, финансовый управляющий указывает на несоответствие материалам дела выводов суда первой инстанции о том, что спорный дом является для Сахно И.А. единственным пригодным для проживания.

Финансовый управляющий также обращает внимание суда округа на недобросовестность действий должника при рассмотрении обособленного спора, а именно - после инициирования финансовым управляющим спора о признании недействительной совокупности сделок по отчуждению объектов недвижимости представитель должника заявлял о том, что его действия были направлены исключительно на получение денежных средств для покрытия долговых обязательств, затем в мае 2020 года, т.е. через год после подачи заявления о признании сделки недействительной, должник зарегистрировался в спорном доме и сразу же заявил о распространении на спорный дом исполнительского иммунитета, а осенью 2020 года (при рассмотрении обособленного спора о признании недействительным решения собрания кредиторов) должник завил, что в спорном доме совместно с ним проживает Иванова В.Н., её несовершеннолетний сын, а также престарелые родители должника, в декабре 2020 - между Ивановой В.Н. и Сахно И.А. был зарегистрирован брак.

Кроме того, ссылаясь на высокую стоимость спорного имущества, избыточность площади спорного жилого дома, а также на то, что Сахно И.А. осуществлял строительство дома на протяжении 2014 - 2017 годов, уже находясь в состоянии неплатежеспособности, право собственности на дом было зарегистрировано за Сахно С.А. в июне 2017, отмечая, что осуществление регистрации права собственности на дом значительно позже перехода права собственности на земельный участок позволило Сахно И.А. и Сахно С.А. искусственно избежать соблюдения принципа единства земельного участка и расположенной на нем недвижимости, финансовый управляющий оспаривает выводы суда первой инстанции об отсутствии факта причинения вреда кредиторам, указывая, что вред имущественным правам кредиторов причинен именно в момент регистрации права собственности на дом за Сахно С.А. в июне 2017, так как Сахно И.А. на протяжении длительного времени осуществлял расходование средств на строительство дома вместо расчетов с кредиторами. При этом финансовый управляющий отмечает, что сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможности ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи, кредиторами предпринимаются попытки по приобретению должнику квартиры, площадью, соответствующей нормам предоставления жилья на условиях социального найма взамен спорного дома, Сахно И.А. не лишен возможности проживания в квартире своих родителей, где он ранее был прописан.

Общество «Нокиан Шина» в отзыве на кассационную жалобу изложенные доводы поддерживает.

Должник в отзыве на кассационную жалобу в отношении изложенных доводов возражает, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции на основании статей 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, правоотношения участников спора (и связанных с ними лиц) развивались следующим образом.

Между обществом «Нокиан Шина» (продавец) и обществом «Ковент Шина» (покупатель) были заключены договоры поставки от 01.12.2012 № NS12-2619 (далее – договор поставки № 1) и от 19.12.2013 № N S13-2081 (далее – договор поставки № 2), задолженность по которым составила 94 390 717 руб. 29 коп. в период с января по ноябрь 2014 года и 22 677 629 руб. 43 коп. пеней.

В обеспечение исполнения обязательств по договору поставки № 1 между обществом «Нокиан Шина» и Дергобузовым В.К., Бариновой Н.А. и Сахно И.А. заключены договоры поручительства от 01.12.2012 № S12-2683, № S12-2684 и № S12-2685 соответственно. 

В обеспечение исполнения обязательств по договору поставки № 2 между обществом «Нокиан Шина» и Дергобузовым В.К., Бариновой Н.А. и Сахно И.А. заключены договоры поручительства от 01.01.2014 № S13-2085, № S13-2086 и №S13-2087 соответственно.

Между Сахно И.А. (продавец) и Олексюк С.М. (покупатель) заключен договор купли-продажи от 27.12.2014, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил следующее имущество (пункт 1 договора): земельный участок (кадастровый номер 74:19:1107001:1751), расположенный по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, примерно в 160 м по направлению на юг от ориентира д. Малиновка, по ген.плану участок № 199; земельный участок (кадастровый номер 74:19:1107001:1752), расположенный по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, примерно в 160 м по направлению на юг от ориентира д. Малиновка, по ген.плану участок № 200.

Согласно пункту 3 договора покупатель приобретает указанное имущество за 2 100 000 руб., которые оплачиваются до подписания настоящего договора.

В последующем между Олексюк С.М. (продавец) и Сахно С.А. (покупатель) заключен договор купли-продажи от 23.01.2015, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил следующее имущество (пункт 1 договора): земельный участок (кадастровый номер 74:19:1107001:1751), расположенный по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, примерно в 160 м по направлению на юг от ориентира д. Малиновка, по ген.плану участок № 199; земельный участок (кадастровый номер 74:19:1107001:1752), расположенный по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, примерно в 160 м по направлению на юг от ориентира д. Малиновка, по ген.плану участок № 200.

Согласно пункту 3 договора покупатель приобретает указанное имущество за 2 120 000 руб., которые оплачиваются до подписания настоящего договора.

Впоследствии указанные земельные участки были объединены, объединенному земельному участку присвоен кадастровый номер 74:19:1107001:3817 и адрес: Челябинская обл., Сосновский район, д. Малиновка, микрорайон «Лесной остров», пер. Просторный, д. 7.

В Арбитражный суд города Санкт-Петербург и Ленинградской области 18.08.2015 поступило исковое заявление общества «Нокиан Шина» к обществу «Ковент Шина» о взыскании долга, пеней по договору поставки № 1 и договору поставки № 2.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.10.2015 по делу № А56-59500/2015, при участии Бариновой Н.А. на стороне общества «Ковент Шина», с основного должника – общества «Ковент-шина» в пользу общества «Нокиан Шина» взыскана задолженность в размере 91 925 585 руб. 41 коп. долга, 22 138 027 руб. 21 коп. пеней.

Решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 31.10.2016 по делу № 2-2623/2016 (в редакции апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 04.10.2017) с Дергобузова В.К., Бариновой Н.А. и Сахно И.А., как поручителей по обязательствам общества «Ковент Шина», в пользу общества «Нокиан Шина» взыскана задолженность по договорам поставки № 1 и № 2 в сумме 72 447 810 руб., неустойка 7 000 000 руб.

Из представленной в материалы дела копии регистрационного дела усматривается, что Сахно С.А. обратился в Управление Росреестра по Челябинской области с заявлением об осуществлении государственной регистрации права собственности на жилой дом площадью 342,2 кв.м, год завершения строительства 2017, расположенный по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, д. Малиновка, микрорайон «Лесной остров», пер. Просторный, д. 7.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 12.02.2018 принято к производству суда заявление о признании Сахно И.А. несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 04.04.2018 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 31.08.2018 должник - Сахно И.А. признан несостоятельным (банкротом) с введением процедуры реализации имущества гражданина.

Определением от 01.08.2019 финансовым управляющим имуществом должника утвержден Гуляев С.Ю.

Ссылаясь на то, что на момент продажи указанных земельных участков на них располагался жилой дом (кадастровый номер 74:19:1107001:3859), право собственности на который было зарегистрировано Сахно С.А. после заключения оспариваемых договоров, спорные сделки совершены с целью сокрытия имущества от кредиторов и причинения им вреда в пользу заинтересованных лиц, поскольку Сахно С.А. является родным братом должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Возражая в отношении доводов финансового управляющего, должник в письменном отзыве от 16.10.2019 указывал, что получил за проданные земельные участки наличные денежные средства в размере 2 100 000 руб., которые направил на расчеты с кредиторами. В письменном отзыве от 18.05.2020 позиция должника была изменена, должник пояснил, что оспариваемые договоры были подписаны формально с целью изменения титульного собственника объекта недвижимости, при этом фактически жилой дом и земельный участок не передавались новым собственникам и оставались во владении должника, денежные средства по оспариваемым договорам должник не получал. Должник не отрицал, что Сахно С.А. является его родным братом, пояснил, что спорные договоры были заключены с целью вывода имущества во избежание обращения взыскания на жилой дом и земельный участок. Должник указал, что ранее ему на праве собственности принадлежали две трехкомнатные квартиры: площадью 65,9 кв.м по адресу: г. Челябинск, ул. С. Юлаева, 23, кв. 100 (в данной квартире должник был зарегистрирован), и площадью 140,9 кв.м по адресу: г. Челябинск, ул. Ак. Королева, 4, кв. 91. Квартира площадью 65,9 кв.м по адресу: г. Челябинск, ул. С. Юлаева, 23, кв. 100, продана должником 31.05.2011, денежные средства, полученные от продажи квартиры, были направлены на приобретение земельных участков с кадастровыми номерами 74:19:1107001:1751 и 74:19:1107001:1752. Квартира площадью 140,9 кв.м по адресу: г. Челябинск, ул. Ак.Королева, 4, кв. 91, продана должником 07.06.2011, денежные средства, полученные от продажи квартиры, были направлены на строительство жилого дома. Поскольку иного имущества у должника не было, он зарегистрировался в квартире своих родителей по адресу: г. Челябинск, Комсомольский пр., д. 81а, кв. 33, однако фактически с родителями не проживал, арендовал жилое помещение на период строительства дома, которое осуществлял самостоятельно в период с 2011 по 2017 годы, в подтверждение чего в материалы дела представлены договор на выполнение работ по разработке проекта частного коттеджа, договор строительного подряда, договор на выполнение монтажа инженерных систем, договоры подряда на выполнение работ по бурению скважины, на строительство газопровода и т.п. Также должник указал, что в настоящее время он проживает в спорном жилом доме с супругой Ивановой В.Н. и ее несовершеннолетним сыном, лично оплачивает коммунальные платежи и расходы, связанные с эксплуатацией жилого дома. В подтверждение указанных обстоятельств должник представил квитанции о перечислении денежных средств в адрес управляющей компании - общества с ограниченной ответственностью ЭК «Лесной остров». В квитанциях плательщиком указан Сахно С.А., как пояснил должник, управляющая компания автоматически указывает в качестве плательщика собственника имущества независимо от того, кто фактически осуществляет платежи. Иного жилого помещения, пригодного для проживания, у должника не имеется.

При рассмотрении обособленного спора суд первой инстанции, проанализировав характер заявленных требований и спорных правоотношений, пришел к выводу о том, что спорная сделка совершена должником за периодом подозрительности, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предусмотренные в указанной норме основания для оспаривания сделок неприменимы к спорным правоотношениям в этой части требований, однако счел, что у данной сделки имеются пороки, выходящие за пределы дефектов оспоримой сделки.

Рассмотрев заявление финансового управляющего, суд первой инстанции установил, что оспариваемая сделка заключена между заинтересованными лицами (Сахно С.А. является родным братом должника, Олексюк С.М. и должник являются участниками общества с ограниченной ответственности «Центр логистики»), ответчик был осведомлен о неплатежеспособности должника. Сделка совершена после возникновения у Сахно И.А. как поручителя обязательств перед обществом «Нокиан Шина». Целью совершения сделки являлся вывод имущества должника для невозможности обращения на него взыскания и причинения вреда кредиторам. Более того, в нарушение принципа единства судьбы земельного участка и расположенного на нем объекта недвижимости, оспариваемые договоры не содержали сведений о фактически построенном на земельном участке жилом доме.

Таким образом, суд первой инстанции при рассмотрении обособленного спора фактически пришел к выводу о наличии у оспариваемых сделок признаков недействительности, отметив при этом, что в ходе рассмотрения настоящего спора поведение должника и ответчика не являлось добросовестным.

Вместе с тем, установив, что на момент рассмотрения настоящего спора должник и члены его семьи проживают в спорном жилом доме, иного пригодного для проживания недвижимого имущества у них не имеется, руководствуясь положениями статьи 446 ГПК РФ и разъяснениями, изложенными в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», отказал в признании спорных сделок недействительными, поскольку при возврате имущества в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом, и установил, что жилой дом площадью 342,2 кв.м, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 74:19:1107001:3817 по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, д. Малиновка, микрорайон «Лесной остров», пер. Просторный, д. 7, является единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением для должника.

Пересмотрев обособленный спор в порядке апелляционного производства, апелляционный суд, проанализировав характер заявленных требований и спорных правоотношений, поддержав выводы суда первой инстанции о совершении спорной сделки за периодом подозрительности, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, вследствие чего положения названной статьи неприменимы к спорным правоотношениям в этой части требований, с выводами суда первой инстанции о возможности применения к спорным правоотношениям положений статей 10, 168 ГК РФ не согласился, поскольку обстоятельства совершения оспариваемой сделки соответствуют признакам подозрительной сделки.

Вместе с тем, установив, что данное нарушение не привело к принятию неверного решения, поскольку, признавая наличие в действиях сторон оспариваемой сделки признаков злоупотребления правом, суд первой инстанции правомерно применил разъяснения, изложенные в пункте 4 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», апелляционный суд оснований для отмены определения суда первой инстанции в данной части не установил.

Отменяя определение суда первой инстанции в части удовлетворения заявления должника, апелляционный суд исходил из того, что поскольку спорный жилой дом не находится в собственности должника, он не может быть признан единственным жилым помещением, пригодным для проживания должника.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьей 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). 

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63). 

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы. 

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. 

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. 

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановление Пленума от 23.12.2010 № 63). 

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя. 

В связи с наличием у должника статуса индивидуального предпринимателя на дату совершения сделки, несмотря на совершение сделок до 01.10.2015, в рассматриваемом обособленном споре подлежат применению нормы главы III.1 Закона о банкротстве. Доводы финансового управляющего об отсутствии оснований для применения главы III.1 Закона о банкротстве (устанавливающий основания недействительности оспоримой сделки по специальным основаниям и влекущей применение годичного срока исковой давности) и необходимости применения к оспариваемой сделке норм статей 10, 168, 170 ГК РФ (устанавливающих ничтожность сделки и влекущих применение трехлетнего срока исковой давности) – не могут быть признаны судом округа обоснованными, поскольку финансовым управляющим при рассмотрении настоящего обособленного спора не указывались какие-либо обстоятельства, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок (статья 61.2 Закона о банкротстве), апелляционным судом такие обстоятельства (исходя из имеющихся материалов обособленного спора, доводов и пояснений участников процесса) также установлены не были. 

Вместе с тем, суд округа не может согласиться с судами в части выводов, касающихся неприменения к спорным отношениям положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Как указали суды, оспариваемые сделки заключены 27.12.2014 и 23.01.2015, в то время как производство по делу о банкротстве должника возбуждено 12.02.2018, то есть более чем через три года после совершения сделок, вследствие чего положения названной статьи неприменимы к спорным правоотношениям в этой части требований.

Согласно позиции должника, оспариваемые договоры были подписаны формально с целью изменения титульного собственника объекта недвижимости, при этом фактически жилой дом и земельный участок не передавались новым собственникам и оставались во владении должника, денежные средства по оспариваемым договорам должник не получал, спорные договоры были заключены с целью вывода имущества во избежание обращения взыскания на жилой дом и земельный участок, денежные средства, полученные от продажи квартиры 07.06.2011, должником направлены на строительство жилого дома, осуществляемого должником в период с 2011 по 2017 годы, и установлено судом первой инстанции, оспариваемые сделки были направлены сокрытие строительства жилого дома и его вывод во избежание обращения на него взыскания. При этом судом первой инстанции установлено, и должником не опровергнуто, что спорный жилой дом являлся самовольной постройкой и не мог быть продан вместе с земельными участками, факт наличия спорного жилого дома, определенной степени готовности, при заключении оспариваемых сделок, и последующее расходование денежных средств на его строительство вместо расчетов с кредиторами должником не опровергнут.

Таким образом, по оспариваемым договорам отчуждено недвижимое имущество, в том числе жилой дом, право собственности на которое подлежит государственной регистрации. Следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации. Соответствующая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4). В рассматриваемом случае регистрация произведена 26.06.2017, то есть купля-продажа для целей банкротства считается совершенной в пределах трех лет до возбуждения производства по делу (12.02.2018) и потому сделка могла быть оспорена по специальным основаниям недействительности, предусмотренным законодательством о несостоятельности.

При этом спорная сделка формально подпадала под критерии подозрительности: совершена с аффилированными лицами; произведено отчуждение дорогостоящего объекта недвижимости; финансовому управляющему с даты введения процедуры реструктуризации должник не представил надлежащих доказательств получения оплаты; сделка совершена в трехлетний период подозрительности (производство по делу возбуждено 12.02.2018, тогда как государственная регистрация произведена 26.06.2017 (при оспаривании сделки по специальным банкротным основаниям для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности – учету подлежит дата такой регистрации (307-ЭС15-17721 от 17.10.16; 307-ЭС18-1843 от 09.07.2018)). 

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

При этом при доказанности обстоятельств, составляющих презумпции, закрепленные в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. 

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления № 63).

Вместе с тем, судами первой и апелляционной инстанций указанные обстоятельства применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве не исследовались. 

В то же время судом первой инстанции фактически установлено недобросовестное поведение должника при совершении спорных сделок и последующем рассмотрении настоящего обособленного спора, а также признаны заслуживающими внимания доводы финансового управляющего о том, что в ходе рассмотрения настоящего спора поведение должника и ответчика не являлось добросовестным (Сахно И.А. выразил свою волю на отчуждение имущества; на протяжении почти двух лет рассмотрения дела о банкротстве заявлял о наличии иного жилого помещения, пригодного для проживания; зарегистрировался в спорном помещении через год после рассмотрения спора о признании сделки недействительной; целенаправленно не ставил объекты недвижимости на кадастровый учёт (дом был зарегистрирован Сахно С. А.)), однако судами оценки данному поведению должника касательно возможности применения в данном случае статьи 446 ГПК РФ не дано, наличие у должника и членов его семьи иного пригодного для проживания недвижимого имущества не исследовано, тогда как при злоупотреблении участником спора своими процессуальными правами, в том числе высказывании противоречивой позиции в ходе его рассмотрения, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления вправе отказать лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применять иные меры, предусмотренные законом.

Кроме того, по смыслу разъяснений, данных в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», должник не вправе обходить правила об исполнительском иммунитете, меняя место жительства в отсутствие к тому объективных причин (и как следствие, перенося своими односторонними действиями в ущерб интересам взыскателя иммунитет с одного помещения на другое) после того, как кредитор начал предпринимать активные действия, направленные на получение исполнения. 

По своей правовой природе требование арбитражного управляющего о признании подозрительной сделки недействительной представляет собой косвенный иск, заявляемый в интересах конкурсной массы для последующего удовлетворения кредиторов должника. При рассмотрении подобного требования материально-правовые интересы кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам выгодоприобретателей по сделке. При этом согласно разъяснениям, изложенным в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Назначение исполнительского иммунитета состоит не в том, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником право собственности на жилое помещение, а в том, чтобы не допустить нарушения конституционного права на жилище в самом его существе, как и умаления человеческого достоинства, гарантируя гражданину-должнику и членам его семьи сохранение обеспеченности жильем на уровне, достаточном для достойного существования.

Следовательно, запрет обращения взыскания на единственное пригодное для постоянного проживания гражданина-должника и членов его семьи жилое помещение конституционно оправдан постольку, поскольку он обеспечивает этим лицам сохранение жилищных условий, приемлемых в конкретной социально-экономической обстановке, от которой и зависят представления о том, какое жилое помещение можно или следует считать достаточным для удовлетворения разумной потребности человека в жилище.

Обусловленные конституционно значимыми ценностями границы института исполнительского иммунитета в отношении жилых помещений, как они вытекают из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П, состоят в том, чтобы гарантировать гражданам уровень обеспеченности жильем, необходимый для нормального существования без умаления достоинства человека. Это, однако, не должно исключать ухудшения жилищных условий гражданина-должника и членов его семьи на том лишь основании, что жилое помещение, принадлежащее ему на праве собственности, - независимо от его количественных и качественных характеристик, включая стоимостные, - является для этих лиц единственным пригодным для постоянного проживания. Такое ухудшение жилищных условий тем более не исключено для тех случаев несостоятельности (банкротства), когда права кредиторов нарушает множественное и неоднократное (систематическое) неисполнение должником обязательств при общих размерах долга, явно несоразмерных имущественному положению гражданина.

Отказ при определенных обстоятельствах от применения исполнительского иммунитета не может приводить к нарушению предусмотренного статьей 27 (часть 1) Конституции Российской Федерации права каждого, кто законно находится на территории Российской Федерации, выбирать место пребывания и жительства. Ухудшение жилищных условий вследствие отказа в применении исполнительского иммунитета не может вынуждать гражданина-должника к изменению места жительства (поселения), что, однако, не препятствует ему согласиться с последствиями, допустимыми по соглашению участников исполнительного производства и (или) производства по делу о несостоятельности (банкротстве).

Согласно положениям статьи 17 Конституции Российской Федерации, которым корреспондируют и положения пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, - вправе отказать гражданам-должникам в защите прав, образующих исполнительский иммунитет согласно абзацу второму части первой статьи 446 ГПК РФ в его взаимосвязи с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, если по делу установлено, что само приобретение жилого помещения, формально защищенного таким иммунитетом, состоялось со злоупотреблениями, наличие которых позволяет применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления.

На основании изложенного, принимая во внимание, что судами неправильно применены нормы материального права, должным образом не исследованы доводы и возражения участвующих в деле лиц, существенным образом влияющие на установление факта наличия (отсутствия) оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, выводы об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований являются преждевременными, суд округа полагает необходимым отменить принятые в рамках настоящего дела судебные акты и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду с учетом изложенного в мотивировочной части настоящего постановления надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе дать надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, с учетом комплексного анализа обстоятельств дела, исследовать и оценить все представленные доказательства, в случае необходимости - истребовать иные доказательства, и по результатам исследования и оценки этих доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и надлежащими положениями законодательства.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 15.03.2021 по делу № А76-177/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2021 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.       

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                               В.В. Плетнева 

Судьи                                                                                             О.Н. Пирская 

                                                                                                       С.Н. Соловцов