АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8910/22 

Екатеринбург

26 января 2023 г.

Дело № А60-62985/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 января 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е. А.,

судей Шершон Н. В., Артемьевой Н. А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО3 и ФИО1 на решение Арбитражного суда Свердловской области от 11.07.2022 по делу №А60-62985/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 16.11.2021);

ФИО3 – Гора А.Н. (доверенность от 04.12.2020);

Администрации города Нижний Тагил – ФИО4 (доверенность от 08.06.2022);

Нижнетагильского муниципального унитарного предприятия «Нижнетагильские тепловые сети» (далее – предприятие «НТТС») – ФИО5 (доверенность от 07.12.2022).

Муниципальное бюджетное учреждение «Центр обслуживания зданий и помещений» (далее – учреждение «ЦОЗиП», истец) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Тагил-энерго лаборатория» (далее – общество «ТЭЛ», ответчик) о признании недействительными сделками:

1) энергосервисный договор от 02.02.2018 № 21, заключенный между учреждением «ЦОЗиП» и обществом «ТЭЛ»,

2) энергосервисный договор от 02.02.2018 № 22, заключенный между учреждением «ЦОЗиП» и обществом «ТЭЛ»,

3) энергосервисный договор от 02.02.2018 № 23, заключенный между учреждением «ЦОЗиП» и обществом «ТЭЛ»,

4) энергосервисный договор от 02.02.2018 № 24, заключенный между учреждением «ЦОЗиП» и обществом «ТЭЛ»,

5) энергосервисный договор от 02.02.2018 № 25, заключенный между учреждением «ЦОЗиП» и обществом «ТЭЛ»; о применении последствий недействительности сделок в виде взыскания денежных средств в сумме 41 379 201 руб. 73 коп.

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ФИО1, Администрация города Нижний Тагил, предприятие «НТТС».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 11.07.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2022, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО3, ФИО1 обратились в суд округа с кассационными жалобами, в которых просят обжалуемые судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

ФИО3 считает, что суды не приняли во внимание обстоятельства, установленные решением суда от 23.09.2019 по делу № А60-17246/2019, тем самым нарушив положения части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; полагает, что, поскольку требования по ранее рассмотренному делу (№ А60-17246/2019) совпадают по сторонам, предмету и основанию иска с требованиями, заявленными в настоящем споре, производство по нему подлежит прекращению применительно к пункту 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кассатор также ссылается на то, что суды неверно применили последствия недействительности сделок в виде односторонней реституции, при этом не дали надлежащей правовой оценки позиции ФИО3 о применении в рассматриваемом случае двусторонней реституции. Заявитель считает, что суды неправильно применили нормы действующего законодательства о сроке исковой давности, поскольку не учли доказательства осведомленности истца о наличии фактических обстоятельств недобросовестности сторон спорных сделок; также обращает внимание на неприменение судами положений части 5 статьи 166 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при этом ссылается на недобросовестность истца при подаче заявления о признании сделок недействительными.

Кроме того, по мнению кассатора, возобновление действия энергосервисных контрактов № 394/15 от 10.08.2015 и № 474/2016 от 27.10.2016 не может являться основанием для признания недействительными оспариваемых истцом энергосервисных договоров, равно как и судебные акты, принятые в рамках рассмотрения дела №А60-44715/2018 не могут повлиять на законность и обоснованность судебного акта по настоящему делу; отмечает, что спорные договоры заключались с учетом положений Федерального закона от 18.07.2011 №223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее – Закон № 223-ФЗ) и при рассмотрении дела №А60-17246/2019 была установлена последовательность действий, исключающая возможность сговора при заключении спорных договоров. 

Помимо этого ФИО3 ссылается на то, что услуги, оказываемые обществом «ТЭЛ» в рамках исполнения оспариваемых энергосервисных договоров принимались и оплачивались заказчиком, что установлено судебными актами по делу № А60-17246/2019, а одобрением заключения оспариваемых договоров, утверждением официальной отчетности, перепиской и осуществлением оплаты оказанных услуг по оспариваемым договорам истцом были совершены действия, которые давали основание другим лицам полагаться на действительность сделок, при этом кассатор считает, что признание договоров недействительными не является безусловным основанием для возврата ответчиком оплаты за фактически оказанные и принятые заказчиком услуги. 

ФИО1 в своей кассационной жалобе приводит доводы, аналогичные доводам кассационной жалобы ФИО3, полагая, что при вынесении оспариваемых решений судами  неверно применены  положения части 2 статьи  69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что привело  к принятию незаконных и необоснованных судебных актов по  настоящему делу; суды  неправомерно применили  для обжалуемого спора преюдицию постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2020 по делу №А60-44715/2018, не применив при этом преюдицию решения  Арбитражного суда Свердловской области  от 23.09.2019 по делу №А60-17246/2019, оставленного без изменения вышестоящими судебными инстанциями, допустив возникновение конфликта судебных актов; судами неверно  установлены фактические обстоятельства дела и неправильно применены нормы действующего законодательства  об исковой давности, истцом срок исковой давности пропущен; суды первой и апелляционной инстанции  не применили  положения статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не прекратили производство по настоящему делу, несмотря на то, что имеется вступивший в законную силу судебный акт, принятый по спору между  теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям (дело №А60-17246/2019); по мнению кассатора, исполнение оспариваемых контрактов подтверждено решением Арбитражного  суда Свердловской области от 23.09.2019по делу 3А60-17246/2019, не оспорено и подтверждается материалами настоящего дела;  кроме того, как полагает ФИО1, суды незаконно удовлетворили требование истца  о применении последствий недействительности сделок и взыскании  исполненного по договорам в виде  односторонней реституции, что не соответствует положениям статей 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В отзывах на кассационные жалобы учреждение «ЦОЗиП», предприятие «НТТС» просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между учреждением «ЦОЗиП» и обществом «ТЭЛ» 02.02.2018 заключены энергосервисные договоры на выполнение действий (работ, услуг), направленных на энергосбережение и повышение энергетической эффективности использования энергетических ресурсов на объектах заказчика, а также по техническому обслуживанию установленного энергоэффективного оборудования, инженерно-технических систем и сетей на объектах заказчикана общую сумму 638 274 819 руб. 57 коп. в отношении 257 объектов, находящихся на территории городского округа город Нижний Тагил, а именно:

- энергосервисный договор от 02.02.2018 № 21 (номер извещения 31806009268) в отношении дошкольных образовательных организаций (47 объектов), цена договора 144 104 906 руб. 31 коп.;

- энергосервисный договор от 02.02.2018 № 22 (номер извещения 31806009422) в отношении образовательных организаций (24 объекта), цена договора 167 466 701 руб. 68 коп.;

- энергосервисный договор от 02.02.2018 № 23 (номер извещения 31806009474) в отношении дошкольных образовательных организаций и организаций дополнительного образования (35 объектов), цена договора 193 371 685 руб. 89 коп.;

- энергосервисный договор от 02.02.2018 № 24 (номер извещения 31806009522) в отношении образовательных организаций и организаций дополнительного образования (68 объектов), цена договора 60 142 180 руб. 93 коп.;

- энергосервисный договор от 02.02.2018 № 25 (номер извещения 31806009559) в отношении дошкольных образовательных организаций (83 объекта), цена договора 73 189 344 руб. 76 коп.

Названные договоры вступают в силу с даты их заключения и действуют в течение десяти полных календарных лет.

Судами отмечено, что постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2020, вынесенным  по делу №А60-44715/2018, оставленным без изменения вышестоящими судами, установлено, что расторжение директором учреждения «ЦОЗиП» ФИО1 ранее действовавших энергосервисных контрактов № 394/15, № 474/2016 с предприятием «НТТС» происходило при злоупотреблении правом, с целью исключения из цепочки взаимоотношений предприятия «НТТС» и вывода бюджетных денежных средств на подконтрольное, аффилированное общество - общество «ТЭЛ».

Установленные данным судебным актом обстоятельства повлекли восстановление энергосервисных контрактов № 394/15, № 474/2016, необоснованно расторгнутых директором ФИО1, что при наличии оспариваемых договоров возлагает на учреждение «ЦОЗиП» дополнительные обязательства в совокупности на 638 000 000 руб.

При этом учреждение «ЦОЗиП» подчеркивает, что при отсутствии обстоятельств, связанных с расторжением контрактов № 394/15, № 474/2016, контракты сохранили бы свое действие, а потребность в заключении договоров № 21, № 22, № 23, № 24, № 25, в свою очередь, отсутствовала бы ввиду наличия действующих вышеуказанных контрактов.

Ссылаясь на установленные в ходе рассмотрения дела №А60-44715/2018 обстоятельства фактической аффилированности участников спорных сделок, недобросовестности действий ФИО1 и ФИО3, направленных на достижение единой, недобросовестной цели -  вывод прибыли, получаемой по энергосервисным контрактам в виде бюджетных средств в контролируемые аффилированными лицами юридические лица, учреждение «ЦОЗиП» обратилось в суд с рассматриваемым заявлением. 

Установив, что оспариваемые договоры  являются сделками, совершенными при злоупотреблении правами, как со стороны органов управления НТ МУП «НТТС», так и со стороны органа управления учреждения «ЦОЗиП», приняв во внимание, что в рамках дела № А60-44715/2018 установлен факт аффилированности ФИО1 и ФИО3, а также а также о том, что выводы суда о подконтрольности предприятия «НТТС», учреждения «ЦОЗиП» и общества «ТЭЛ» группе аффилированных лиц подтверждены материалами дела, при этом неустановив нарушения истцом срока исковой давности, руководствуясь положениями статей 10, 168, 166, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, требования истца удовлетворили, исходя из следующего. 

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015  №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №25) разъяснено, что пункт 2 статьи 174 названного Кодекса предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала (должна была знать); о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента; при этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения; по этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если были обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, сделка была способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Нормы о сговоре касаются случая недобросовестного осуществления полномочий, но не любого случая такой недобросовестности, а только лишь такого, который сопровождается недобросовестным сговором между представителем и другой стороной; чем очевиднее фактор объективного конфликта интересов и аффилированности представителя (директора) и контрагента, тем ниже тот пороговый уровень аномальности сделки, при котором суд вправе применить этот состав недействительности, и наоборот; помимо этого данная правовая конструкция предполагает доказывание ущерба; ущерб может выражаться не только в совершении сделки не по рыночной цене, но и в иных проявлениях, если представляемому навязывается сделка, которую он, скорее всего, не совершил бы, или сделка на условиях, менее выгодных, чем мог реально добиться представитель, если бы действовал разумно и добросовестно; эти составы недействительности тесно связаны; если доказан сговор, то для оспаривания по пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации достаточно установления какого-либо ущерба интересам представляемого; но оспаривание возможно и тогда, когда сговор не доказан: для этого необходимо доказать наличие настолько явного ущерба интересам представляемого, что это должен был определить контрагент по сделке (адресат односторонней сделки); иначе говоря, в обоих случаях подлежит доказыванию ущерб интересам представляемого, который в одном случае должен сопровождаться доказанным сговором представителя с другой стороной, а в другом - носить очевидный, явно выраженный характер.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена; в частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 8 Постановления № 25).

Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, и иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред иному лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом контрагентом, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

        В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Установление факта злоупотребления правом может являться основанием для признания сделок недействительными (ничтожными), о чем неоднократно указано высшими судебными инстанциями при официальном толковании действующего законодательства, в частности, указано, что злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункты 9, 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015). 

 Согласно позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306- ЭС16-20056(6) доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Как верно отмечено судом апелляционной инстанции второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. Таким образом, аффилированность предполагает наличие взаимного интереса или взаимной зависимости между юридическими лицами или их участниками, органами управления и т.п. Данный принцип не является основанием для ограничения деятельности субъекта. Однако аффилированность свидетельствует о единстве интересов, целей принятия и реализации отдельных решений, в том числе недобросовестных.

Как установлено судами и следует из материалов дела, на момент совершения оспариваемых сделок действующим от имени учреждения «ЦОЗиП» (одна из сторон сделок) без доверенности органом учреждения являлся его руководитель (директор) ФИО1, другой стороной сделки являлось общество «ТЭЛ», его директор - ФИО3

Суды пришли к выводам, о том, что заключение договоров осуществлялось указанными лицами, являющимися аффилированными, преследовавшими единую цель вывода денежных средств, при недобросовестности действий, как со стороны органов управления предприятия «НТТС», так и со стороны органа управления учреждения «ЦОЗиП», при этом суды исходили из следующего.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела, суды,  руководствуясь положениями части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняли во внимание обстоятельства, установленные постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2020 по делу № А60-44715/2018.

Так, из названного постановления следует, что соглашения о расторжении контрактов от 27.10.2016 № 474/2016 и от 10.08.2015 № 394/15 подписаны после того, как ФИО1, являвшийся руководителем предприятия «НТТС» на момент заключения и исполнения энергосервисных контрактов, был назначен руководителем учреждения «ЦОЗиП», при этом доказательства, подтверждающие экономическую целесообразность заключения соглашения о расторжении энергосервисных контрактов, в материалах дела отсутствуют, а последующее заключение энергосервисных договоров от 02.02.2018 № 21, № 22, № 23, № 24, № 25 непосредственно с обществом «ТЭЛ» с предметом договора и объектами, аналогичными энергосервисным контрактам, заключенным с предприятием «НТТС», свидетельствует о сохранении потребности в выполнении работ, ранее выполняемых предприятием «НТТС», ввиду чего суд заключил об отсутствии разумных экономических мотивов расторжения энергосервисных контрактов на момент совершения сделок, при этом, не усмотрев оснований для расторжения энергосервисных контрактов от 10.08.2015 №394/15 и от 27.10.2016 №474/16, суд пришел к выводу о том, что их расторжение было совершено в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов предприятия «НТТС», а значит, имеется совокупность обстоятельств, свидетельствующих о недействительности соглашения от 14.12.2017 о расторжении энергосервисных контрактов от 10.08.2015 №394/15 и от 27.10.2016 №474/2016.

Материалами дела № А60-44715/2018 также подтверждается и тот факт, что выполнение работ по энергосервисным контрактам от 10.08.2015 № 394/15, от 27.10.2016 № 474/2016 осуществлялось именно силами предприятия «НТТС», а не обществом «ТЭЛ», однако из выписок по счетам следует, что общество «ТЭЛ» в отсутствие на то правовых оснований, перечислило индивидуальным предпринимателям, которые одновременно являлись работниками общества «ТЭЛ», денежные средства на сумму более 27 млн. руб.

Судами отмечено, что в ходе рассмотрения дела № А60-44715/2018  суд счел, что схема организации договорных и хозяйственных отношений с предприятием «НТТС» позволила обществу «ТЭЛ» не только необоснованно получать от него бюджетные средства, но и в дальнейшем заключить энергосервисные договоры от 02.02.2018 № 21, № 22, № 23, № 24, № 25 с учреждением «ЦОЗиП» и в результате данной бизнес-модели общество «ТЭЛ» получило возможность извлекать выгоду из взаимоотношений с учреждением «ЦОЗиП» после расторжения энергосервисных контрактов, заключенных с предприятием «НТТС».

Из данного спора также следует, что ФИО1 являлся директором предприятия «НТТС» в период с 06.06.2014 по 20.07.2018, при этом в период с 30.10.2017 по 29.03.2019 он значился директором и учреждения «ЦОЗиП»; одновременно с его увольнением с должности руководителя должника и переходом на новую должность были перезаключены энергосервисные контракты напрямую с обществом «ТЭЛ», в результате чего из цепочки хозяйственных отношений исключено предприятие «НТТС», более того, документы, связанные с выполнением энергосервисных контрактов, в том числе кадровые, со стороны предприятия «НТТС» были подписаны ФИО6 – исполнительным директором, а со стороны общества «ТЭЛ» документы подписывал директор ФИО3, который являлся его директором и участником в период с 19.05.2015 по 19.12.2021.

При этом, как отметил суд в ходе рассмотрения указанного дела, ФИО1, ФИО6 и ФИО3 в период с 21.06.2012 по 30.04.2014 являлись участниками общества с ограниченной ответственностью «Полезная энергия» (далее – общество «Полезная энергия») и именно совместное участие в обществе «Полезная энергия» предопределило выбор должником (в лице ФИО1) в 2015 году в качестве контрагента общества «ТЭЛ» (в лице директора ФИО3), а также последующее расторжение энергосервисных договоров с предприятием «НТТС» (в лице ФИО6) и возникновение договорных отношений между учреждением «ЦОЗиП» (в лице директора ФИО1) и обществом «ТЭЛ» (в лице директора ФИО3).

Также судами отмечено, что постановлением апелляционного суда по делу № А60-44715/2018 установлено, что ФИО1, ФИО6 и ФИО3, будучи деловыми партнерами, организовали схему исполнения договоров таким образом, чтобы прибыль по энергосервисным контрактам в виде бюджетных средств не могла выйти за пределы контролируемых ими юридических лиц, в том числе при смене места работы кем-либо из участников. Кроме того судом апелляционной инстанции  в ходе рассмотрения дела № А60-44715/2018 установлена аффилированность ФИО1, ФИО6 и ФИО3, указано, что, поскольку сделки совершены заинтересованными лицами, они не могли не знать о противоправной цели сделок. 

Помимо этого, рассматривая названный спор, суды установили, что указанные договоры заключались в период, когда руководителем общества «ТЭЛ» являлся ФИО3, руководство деятельностью предприятия «НТТС» в качестве единоличного исполнительного органа осуществлял ФИО1 в период с 06.06.2014по 20.07.2018 (в материалах дела № А60-44715/2018 имеются подтверждающие сведения из ЕГРЮЛ, согласно которым ФИО1 являлся директором, действующим без доверенности от имени этого юридического лица в период с 06.06.2014 по 20.07.2018), после чего 09.10.2017 ФИО1 был назначен руководителем учреждения «ЦОЗиП» с 12.10.2017,  ФИО6 исполняющим обязанности директора предприятия «НТТС», но, несмотря на состоявшуюся 09.10.2017 передачу полномочий руководителя предприятия «НТТС» от ФИО1 к ФИО6, согласно сведениям из ЕГРЮЛ именно ФИО1 продолжал являться директором предприятия «НТТС» до момента назначения нового директора ФИО7 и внесения о нем сведений в ЕГРЮЛ 20.07.2018.

   Как следует из  постановления апелляционного суда от 04.12.2020 по делу №А60-44715/2018, при совершении вышеуказанных сделок предприятием «НТТС» с учреждением «ЦОЗиП» и обществом «ТЭЛ» ФИО1 имел возможность контролировать деятельность предприятия «НТТС», учреждения «ЦОЗиП», являясь его официальным руководителем, общества «ТЭЛ» (совместно с ФИО3, с которым находился в отношениях фактической аффилированности), при этом последовательность согласованного поведения ФИО1, ФИО6 и ФИО3, действовавших от имени указанных организаций, находившихся в отношениях формальной (корпоративной) и фактической аффилированности, свидетельствует о том, что в действительности они преследовали цель через совершение оспариваемых сделок обеспечить вывод денежных средств из имущественной массы предприятия «НТТС», причинив вред независимым кредиторам предприятия «НТТС».

Таким образом, исследовав и оценив все имеющиеся в материалах дела доказательства с учетом конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание установленные по делу № А60-44715/2018 обстоятельства, руководствуясь приведенными положениями действующего законодательства и соответствующими разъяснениями суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для признания сделок недействительными в связи  с чем, удовлетворили заявленные учреждением «ЦОЗиП» требования.

Доводы кассатора об  истечении срока исковой давности судом округа отклонены, поскольку были предметом рассмотрения судов, получили  правовую оценку и  были  отклонены.

Судом апелляционной инстанции отмечено, что в рамках дела № А60-17246/2019 по иску муниципального образования города Нижний Тагил в лице администрации рассматривался спор о признании недействительными в силу ничтожности заключенных между учреждением «ЦОЗиП» и обществом «ТЭЛ» энергосервисных договоров от 02.02.2018№ 21, № 22, № 23, № 24, № 25; в удовлетворении заявленных требований судами отказано ввиду отсутствия доказательств недействительности (ничтожности) сделок.

При этом муниципальное образование города Нижний Тагил в лице администрации полагая недействительными (ничтожными) указанные договоры предприняло меры к признанию их таковыми, положив в основу иска иные фактические и  правовые основания, нежели в настоящем деле.

В то же время в рамках дела № А60-44715/2018 о банкротстве предприятия «НТТС» управляющий ФИО8 обратился в суд с требованием о признании недействительными соглашения от 14.12.2017 о расторжении энергосервисных контрактов от 10.08.2015 №394/15 и от 27.10.2016 № 474/2016, подписанных между должником и учреждением «ЦОЗиП», в ходе рассмотрения которого и были установлены приведенные выше обстоятельства, в том числе обстоятельства, предопределившие выбор предприятия «НТТС» (в лице ФИО1) в 2015 году в качестве контрагента общества «ТЭЛ» (в лице директора ФИО3), а также последующее расторжение энергосервисных договоров должником (в лице ФИО6), и возникновение договорных отношений между учреждением «ЦОЗиП» (в лице директора ФИО1) с обществом «ТЭЛ» (в лице директора ФИО3), позволившие суду прийти к выводу об организации схемы исполнения договоров таким образом, чтобы прибыль по энергосервисным контрактам в виде бюджетных средств не могла выйти за пределы контролируемых ими юридических лиц, в том числе, при смене места работы кем-либо из участников данных отношений.

        Судом апелляционной инстанции принято во внимание и  отмечено, что приведенные выше обстоятельства с учетом  аффилированности указанных лиц и того, что во всех приведенных организациях руководящие должности занимали названные лица, не были известны и полностью раскрыты перед судом в период рассмотрения дела №А60-17246/2019 по иску муниципального образования города Нижний Тагил в лице администрации о признании недействительными в силу ничтожности заключенных между учреждением «ЦОЗиП» и обществом «ТЭЛ» энергосервисных договоров от 02.02.2018 № 21, № 22, № 23, № 24, №25 и были установлены лишь при вынесении апелляционным судом  постановления от   04.12.2020  в ходе рассмотрения обособленного спора по делу № А60-44715/2018 о банкротстве предприятия «НТТС» в результате и  в связи с предоставлением  документов, конкурсным управляющим предприятия «НТТС» и Федеральной налоговой службой, о наличии которых истец по настоящему делу ранее не знал и не мог знать. 

После установления указанных обстоятельств в ходе рассмотрения дела №А60-44715/2018 о банкротстве предприятия «НТТС» (постановления апелляционной инстанции от 04.12.2020), само юридическое лицо  - учреждение «ЦОЗиП», возглавляемое иным лицом на момент обращения с настоящим иском, 02.12.2021 обратилось в суд с требованиями, в основу которых положены фактические обстоятельства, установленные при рассмотрении дела № А60-44715/2018, полагая, что именно с  их учетом,  оспариваемые сделки подлежат признанию недействительными.

Принимая во внимание изложенное, полагая, что реальная возможность узнать о наличии всей совокупности указанных выше обстоятельств, положенных в основу рассматриваемого иска, влиявших как на расторжение  ранее заключенных энергосервисных договоров, так и  на заключение оспариваемых договоров, возникла у истца по настоящему иску лишь с момента их установления судом 04.12.2020 и они не могли быть  известны ранее с учетом фактических обстоятельств данного конкретного дела,  суды проанализировав положениями статей 199, 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, данными в абзаце 2 пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», из которых следует, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором, а также  приняв во внимание правовые подходы, нашедшие отражение в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 8194/13, определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2016 № 305-ЭС16-3884 и постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.11.2011 № 17912/09, от 24.05.2012 № 71802/11, от 24.09.2013 № 10715/12, от 26.02.2013 № 12913/12)  пришли к выводу, что  срок исковой давности в данном случае  с учетом даты подачи иска в  суд 02.12.2021 не пропущен.

Кроме того, вопреки позиции заявителей жалобы о том, что суды необоснованно не приняли во внимание судебные акты, вынесенные в рамках дела №А60-17246/2019, поскольку они являются преюдициальными при рассмотрении настоящего дела, суд апелляционной инстанции отметил, что данный спор рассматривался между иными лицами по иным основаниям, отличным от заявленных истцом в рамках настоящего дела, при этом обстоятельства, имеющие значение для полного и всестороннего рассмотрения настоящего спора, установлены постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу № А60-44715/2018 от 04.12.2020, в то время как судебный акт по делу № А60-17246/2019 был вынесен 17.07.2020, вследствие чего суду не были известны обстоятельства, установленные постановлением суда от 04.12.2020 по делу № А60-44715/2018, основанные, в том числе на  иных доказательствах, представленных суду в ходе рассмотрения указанного дела конкурсным управляющим предприятия «НТТС» и Федеральной налоговой службой.

Доводы о наличии оснований для прекращения производства по  настоящему делу  судом округа также рассмотрены и  отклонены, поскольку настоящий спор и  спор, рассмотренный в рамках дела №А60- 17246/2019, тождественными не являются. 

Иные доводы кассаторов (в том числе относительно необоснованности применения последствий, фактическом исполнении оспариваемых договоров и иные) судом округа во внимание не приняты, поскольку являлись предметом рассмотрения судов и были отклонены с учетом  доказательств представленных в рамках настоящего дела и  обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела № А60-44715/2018, опровергающих приведенные кассаторами доводы, при этом мотивы, изложенные в кассационных жалобах, выводов судов не опровергают и  не свидетельствуют о наличии оснований для отмены вынесенных судебных актов.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Кассационная жалоба не содержит доводов, свидетельствующих о несоответствии выводов судов установленным ими обстоятельствам по делу, а изложенные в кассационной жалобе доводы заявлены без учета выводов судов, не опровергают их, а повторяют доводы, которые являлись предметом проверки судов первой и апелляционной инстанций, доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами судов, основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка.

Несогласие с их оценкой, иная интерпретация, а также неправильное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

В связи с изложенным обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

 

                                              П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 11.07.2022 по делу №А60-62985/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО3 и ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Председательствующий   Е.А. Павлова 

Судьи   Н.В. Шершон 

                                                                                    Н.А. Артемьева