АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

03 сентября 2025 года Дело № А05-4387/2020  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковлева А.Э., судей Александровой Е.Н., Герасимовой Е.А.,  

при участии конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Мой дом» Верховцева Василия Анатольевича (паспорт),  

рассмотрев 27.08.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Мой дом» Верховцева Василия Анатольевича на определение Арбитражного суда Архангельской области от 18.12.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2025 по делу № А05-4387/2020,  

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Архангельской области от 17.03.2022 общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Мой дом», адрес: 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество, должник), признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.  

Конкурсный управляющий 27.05.2024 обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделками должника платежей, совершенных в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 в период с 31.05.2016 по 30.01.2017, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания в конкурсную  

массу 32 944 500 руб. неосновательного обогащения (с учетом уточнения, принятого судом в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – АПК РФ).  

К участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено  

ООО «СК-29», ФИО3. 

Определением суда от 18.12.2024 в удовлетворении заявления отказано. Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда  

от 21.04.2025 определение от 18.12.2024 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить определение от 18.12.2024 и постановление от 21.04.2025 и направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд Архангельской области в ином судебном составе.  

Конкурсный управляющий указывает, что не мог и не должен был узнать о спорных платежах сразу после своего назначения 27.05.2021 (конкурсный управляющий узнал об этих платежах более чем через год после своего  

назначения, когда банк по запросу арбитражного суда в рамках обособленного спора направил в материалы дела компакт-диск с выписками банковского счета ответчика ФИО2).  

По мнению подателя кассационной жалобы, обжалуемые судебные акты вынесены с нарушением норм процессуального права, а именно с нарушением принципа обязательности судебного акта (статья 16 АПК РФ), а также правил преюдициальности (статья 69 АПК РФ).  

Конкурсный управляющий считает, что при вынесении апелляционного постановления от 21.04.2025 было нарушено его право на судебную защиту.  

Податель кассационной жалобы указывает, что судом не принят во внимание и не проанализирован выход пороков оспариваемых платежей за пределы диспозиции подозрительной сделки (часть 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; далее – Закон о банкротстве), содержащийся в дополнениях конкурсного управляющего.  

По мнению конкурсного управляющего, выводы обжалуемых судебных актов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, при этом имело место нарушение норм как материального права (об исчислении срока давности), так и процессуального права (о преюдиции), что повлекло вынесение незаконных определения  

от 18.12.2024 и постановления от 21.04.2025. 

В отзыве, поступившем в суд в электронном виде, ФИО2 возражает против удовлетворения кассационной жалобы.  

В дополнение к кассационной жалобе конкурсный управляющий поддерживает доводы и просит отменить обжалуемые судебные акты.  

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержал доводы кассационной жалобы.  

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.  

Как следует из материалов дела, должником в пользу ФИО2 совершены платежи на общую сумму 32 944 500 руб. с указанием их  

назначения – сварочные работы. 

Ссылаясь на положения статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –  

ГК РФ), установив отсутствие равноценного встречного исполнения, совершение оспариваемых платежей в пользу заинтересованного лица с противоправной целью вывода актива должника и причинения вреда имущественным правам кредиторов, полагая, что оспариваемые платежи являются мнимыми, совершенными под видом безвозмездной сделки, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.  

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, установив наличие встречного предоставления и пропуск сроков оспаривания сделок, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего ФИО1 о признании спорных платежей недействительными соглашениями и применении последствий недействительности совершенных сделок.  

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и в возражениях относительно указанной жалобы, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.  

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Пунктом 2 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.  

Конкурсный управляющий указывает, что оспариваемые платежи являлись притворными сделками, поскольку в действительности ФИО2 не оказывал должнику каких-либо услуг; платежи, совершенные в его пользу, в действительности прикрывали безвозмездный вывод денежных средств Общества.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (специальные основания, предусмотренные статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве).  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, а также абзаца четвертого пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2  

и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную  

(статьи 10 и 168 ГК РФ). 

Между тем, согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, для признания сделки должника-банкрота недействительной на основании статей 10, 168  

ГК РФ лицу, обратившемуся с соответствующим требованием, необходимо обосновать наличие у оспариваемой сделки пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.  

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034,  

от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886 и др.). 

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016, по общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по безвозмездному отчуждению имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.  

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления № 63).  

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2  

статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по  

статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.  

Из заявления конкурсного управляющего и письменных пояснений следует, что оспариваемые платежи являлись притворными сделками, поскольку ФИО2 не оказывал должнику каких-либо услуг; платежи в действительности прикрывали безвозмездный вывод денежных средств.  

Между тем, пороки сделок, совершенных должником или за счет должника безвозмездно или в отношении аффилированных с ним лиц в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате которых причинен вред имущественным правам кредиторов, полностью охватываются пределами дефектов, поименованных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  

должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

В силу пунктов 5 и 6 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Между тем, обязательным условием для возможности признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является совершение такой сделки в период подозрительности – в течение трех лет до даты возбуждения производства по делу о банкротстве.  

В рассматриваемом случае оспариваемые платежи совершены в период 

с 31.05.2016 по 30.01.2017, то есть за пределами подозрительности, что исключает возможность их оспаривания по статье 61.2 Закона о банкротстве.  

При этом сам по себе факт совершения сделок до начала течения периодов подозрительности, исключающий возможность их оспаривания по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве, не является достаточным основанием для квалификации возникших отношений как ничтожных. Положения статей 10 и 168 ГК РФ могут быть применены только к сделкам, совершенным с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.  

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10, 168, 170 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывало бы возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу  

 № А40-17431/2016). 

С учетом изложенного, даже при доказанности всех признаков, на которые ссылается конкурсный управляющий, суд не находит оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а для квалификации правонарушения по данной норме отсутствует как минимум один из обязательных признаков – трехлетний период подозрительности.  

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций правомерно не нашли оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.  

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа приходит к  

выводу о том, что обжалуемые судебные акты основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, и на основании пункта 1 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит оставлению без изменения.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Архангельской области от 18.12.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2025 по делу № А05-4387/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Мой дом» Верховцева Василия Анатольевича – без удовлетворения.  

Председательствующий А.Э. Яковлев Судьи Е.Н. Александрова 

Е.А. Герасимова