﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-9633/2010-АК

г. Пермь

29 декабря 2020 года

Дело № А60-10944/10

Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 декабря 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Даниловой И.П., Макарова Т.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Карпаковой С.В., 

при участии:

Бусыгин К.В. лично, паспорт,

от Бусыгина К.В.: от Бусыгина К.В.: Самсонова Е.И., паспорт, доверенность от 02.07.2018, Нестеренко Ю.С., паспорт, доверенность от 02.07.2018, диплом специалиста,от Трухина В.В.: Колесников М.Н., паспорт, доверенность от 04.07.2018,

от конкурсного управляющего Юрковской Е.В.: Степановских Е.А., паспорт, доверенность от 05.08.2020,

от АО «УНЭСКО»: Лобов М.В., удостоверение адвоката, доверенность от 06.12.2019,от Пядышева А.В.: Голышев Д.А., паспорт, доверенность от 18.10.2018,от Наумейко А.В.: Завьялов С.А., паспорт, доверенность от 20.08.2019, диплом специалиста,от ТОО «Мерона Киннисвара»: Завьялов С.А., паспорт, доверенность от 08.11.2019, Волков К.С., паспорт, доверенность от 11.12.2020,Зорина И.В., лично, паспорт,

от Лысова В.А.: Зорина И.В., паспорт, доверенность от 20.01.2020,от Ляпунова А.К.: Зорина И.В., паспорт, доверенность от 11.05.2019,от ООО «НГТ-Строй»: Зорина И.В., паспорт, доверенность от 20.02.2020,от ООО «Фирма «Десерт»: Зорина И.В., паспорт, доверенность от 22.04.2019,от ООО «Екатеринбургские транспортные газовые автобусы»: Зорина И.В., паспорт, доверенность от 28.05.2019,от ООО» Екатеринбургские транспортные газовые автомобили»: Зорина И.В., паспорт, доверенность от 28.05.2019,в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, которые о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Трухина В.В., Бусыгина К.В., Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зориной И.В., ООО «НГТ-Строй», конкурсного управляющего ЗАО «Агрогаз» Юрковской Е.В.

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 10 сентября 2020 года 

о результатах рассмотрения заявления ООО «НГТ-Строй» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – Бусыгна К.В. и Трухина В.В. (подано18.09.2013),

заявления конкурсного управляющего ЗАО «Агрогаз» Семенова С.В. о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зориной И.В., Петрова Д.А., Андреева С.Ю. (подано 15.11.2013),

заявления ООО «НГТ-Строй» о привлечении к субсидиарной ответственности АО «УНЭСКО» и Стрекотина А.А. (07.09.2018),

заявления временного управляющего АО «УНЭСКО» от 20.09.2019 о привлечении к субсидиарной ответственности АО «БМЗ им. И.П. Бардина», Пядышева А.В., ООО «Ресурс»,

заявления АО «УНЭСКО» от 12.05.2020 о привлечении к субсидиарной ответственности ТОО «Мерона Киннисвара», Наумейко С.А., Наумейко А.В.,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.10.2018 о признании недействительной сделки должника с ООО «НГТ-Контракт», оформленной договором купли-продажи недвижимого имущества от 21.08.2009, применении последствий недействительности сделки,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.10.2018 о признании недействительной сделки должника с ООО «УНЭСКО», оформленной договором купли-продажи недвижимого имущества от 19.08.2010, применении последствий недействительности сделки, 

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.10.2018 о признании недействительной сделки должника с ООО «НГТ-Контракт», оформленной договором купли-продажи недвижимого имущества от 01.10.2007, применении последствий недействительности сделки,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника со Стариковой Т.И., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 26.05.2010,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Сайбом В.А., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 28.07.2010,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Абсалямовым Р.Р., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 03.08.2010,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Кольцовым Ю.К., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 28.07.2010,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Бачининым В.А., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 21.05.2010,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 12.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Шадриным Е.С. оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 21.05.2010,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 12.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Дворяниновым А.М.,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Зориным Р.Н., оформленную договором купли-продажи автотранспортного средства от 17.06.2010,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.11.2018г. о признании недействительной сделки должника с Мажитовым А.М., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 03.08.2010 ,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Ильиным И.М., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 03.08.2010,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Максимовым А.П., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 21.05.2010,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 12.11.2018г. о признании недействительной сделки должника с Мичковым Е.А.,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Пермяковым С.А., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 21.05.2010 ,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Блесткиным С.А., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 21.05.2010,

заявления конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Бобровым М.Н., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 16.09.2010,

заявления конкурсного управляющего ЗАО «Агрогаз» Юрковской Е.В. от 12.11.2018 о признании сделки недействительной должника с Бабкиным Е.В., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 31.05.2010,

вынесенное в рамках дела № А60-10944/10

о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Агрогаз» (ОГРН 1026602176160, ИНН 6652011870),

третьи лица: Семенов С.В., Сосновских В.А., Оборин Ю.Л., Кузнецов Е.В., Шапкина И.Р., Воробьев А.И., Глазырин А.В., Шадрина В.А., Шадрин А.Р., Слобожанинов А.С., Карыпов С.А., Манкин Р.С., Климцев А.Н., Сударев С.А., АО «Газпром Центрэнергогаз», ООО «Уралгазинвест»,

установил:

определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.03.2010 принято к производству заявление ООО «Метания» о признании закрытого ЗАО «Агрогаз» несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22 апреля 2010 года в отношении должника закрытого акционерного общества «Агрогаз» введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим должника назначен Семёнов Сергей Валерьевич.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27 сентября 2010 года в отношении должника закрытого акционерного общества «Агрогаз» открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден Семёнов Сергей Валерьевич.

Опубликование сведений о признании должника закрытого акционерного общества «Агрогаз» несостоятельным (банкротом) и открытии конкурсного производства осуществлено в газете «КоммерсантЪ» № 188 от 09.10.2010.

Определением суда от 12 августа 2014 года (резолютивная часть определения оглашена 05 августа 2014 года) арбитражный управляющий Семёнов Сергей Валерьевич отстранён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Агрогаз».

Конкурсным управляющим закрытого акционерного общества «Агрогаз» (ИНН 6652011870, ОГРН 1026602176160) утверждена Юрковская Екатерина Васильевна (ИНН 665801693505, регистрационный номер в сводном реестре 336, адрес для корреспонденции: 620078, г. Екатеринбург, а/я 233) - член Некоммерческого партнёрства Межрегиональной саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Стратегия» (394033, г. Воронеж, пр. Ленинский, 172).

В дальнейшем судом первой инстанции приняты и совместно рассмотрены:

 заявление ООО «НГТ-Строй» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – Бусыгина К.В. и Трухина В.В. (подано18.09.2013),

заявление конкурсного управляющего ЗАО «Агрогаз» Семенова С.В. о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зорину И.В., Петрова Д.А., Андреева С.Ю. (подано 15.11.2013),

заявление ООО «НГТ-Строй» о привлечении к субсидиарной ответственности АО «УНЭСКО» и Стрекотина А.А. (07.09.2018),

заявление временного управляющего АО «УНЭСКО» от 20.09.2019 о привлечении к субсидиарной ответственности АО «БМЗ им. И.П. Бардина», Пядышева А.В., ООО «Ресурс»,

заявление АО «УНЭСКО» от 12.05.2020 о привлечении к субсидиарной ответственности ТОО «Мерона Киннисвара», Наумейко С.А., Наумейко А.В.,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.10.2018 о признании недействительной сделки должника с ООО «НГТ-Контракт», оформленной договором купли-продажи недвижимого имущества от 21.08.2009, применении последствий недействительности сделки,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.10.2018 о признании недействительной сделки должника с ООО «УНЭСКО», оформленной договором купли-продажи недвижимого имущества от 19.08.2010, применении последствий недействительности сделки, 

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.10.2018 о признании недействительной сделки должника с ООО «НГТ-Контракт», оформленной договором купли-продажи недвижимого имущества от 01.10.2007, применении последствий недействительности сделки,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника со Стариковой Т.И., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 26.05.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Сайбом В.А., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 28.07.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Абсалямовым Р.Р., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 03.08.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Кольцовым Ю.К., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 28.07.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Бачининым В.А., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 21.05.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 12.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Шадриным Е.С. оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 21.05.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 12.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Дворяниновым А.М.,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Зориным Р.Н., оформленную договором купли-продажи автотранспортного средства от 17.06.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.11.2018г. о признании недействительной сделки должника с Мажитовым А.М., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 03.08.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Ильиным И.М., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 03.08.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 09.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Максимовым А.П., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 21.05.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 12.11.2018г. о признании недействительной сделки должника с Мичковым Е.А.,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Пермяковым С.А., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 21.05.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Блесткиным С.А., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 21.05.2010,

заявление конкурсного управляющего должника Юрковской Е.В. от 08.11.2018 о признании недействительной сделки должника с Бобровым М.Н., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 16.09.2010,

заявление конкурсного управляющего ЗАО «Агрогаз» Юрковской Е.В. от 12.11.2018 о признании сделки недействительной должника с Бабкиным Е.В., оформленной договором купли-продажи автотранспортного средства от 31.05.2010.

По результатам рассмотрения этих заявлений судом первой инстанции вынесено определение от 10.09.2020, которым признано доказанным наличие оснований для привлечения Трухина Виталия Валерьевича и Бусыгина Константина Викторовича к субсидиарной ответственности по обязательствам закрытого акционерного общества «Агрогаз». Взыскано солидарно с Трухина Виталия Валерьевича и Бусыгина Константина Викторовича в пользу закрытого акционерного общества «Агрогаз» денежные средства в размере 129469279 (сто двадцать девять миллионов четыреста шестьдесят девять тысяч двести семьдесят девять) руб. 57 коп. В остальной части требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Трухин В.В., Бусыгин К.В., Лысов В.А., Ляпунов А.К., Зорина И.В., ООО «НГТ-Строй», конкурсный управляющий ЗАО «Агрогаз» Юрковская Е.В. обратились с апелляционными жалобами. 

Лысов В.А., Ляпунов А.К., Зорина И.В. в своих апелляционных жалобах просят суд указать, что в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего обособленного спора, Лысов В.А. и Ляпунов А.К. не могут относиться к лицам, контролирующим ЗАО «Агрогаз»; исключить из определения от 10.09.2020 абзац 3, изложенный на странице 19 данного определения, как противоречие, опровергнутое далее непосредственно обжалуемым судебным актом (листы 24 - 25 определения от 10.09.2020), либо сделать ссылку на то, что доводы, изложенные судом первой инстанции в абзаце 3 на странице 19 определения от 10.09.2020, - это пояснения к/у Юрковской Е.В.; дополнить предложение (лист 24, абзац 1), указав его следующим образом: «Однако, судом принимаются доводы, изложенные в отзывах Андреева С.Ю., ООО «НГТ- Строй», Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зориной И.В.»; исключить последний абзац на листе 25 (либо изменить его, отклонив доводы к/у Юрковской Е.В., как опровергнутые многочисленными доказательствами, представленными Лысовым В.А., Ляпуновым А.К. и Зориной Н.В. в материалы настоящего обособленного спора, не оспоренными никем из участников спора); указать в резолютивной части судебного акта: «Заявление кредитора ООО «НГТ-Строй» от 18.09.2013 удовлетворить в полном объеме...(далее по тексту)...В удовлетворении к/у Юрковской Е.В. отказать в полном объеме (в том числе на основании статьи 10 ГК РФ - в связи со злоупотреблением конкурсным управляющим своими процессуальными правами».

ООО «НГТ-Строй» в апелляционной жалобе просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2020 отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности АО «УНЭСКО» и Стрекотина А.А. и привлечь данных лиц к субсидиарной ответственности солидарно с Трухиным В.В. и Бусыгиным К.В. в размере остатка непогашенных требований; внести изменения в обжалуемый судебный акт: указать лиц, требования которых удовлетворены; указать, что в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего обособленного спора, Лысов В.А. и Ляпунов А.К. не могут относиться к лицам, контролирующим ЗАО «Агрогаз»; исключить из определения от 10.09.2020 абзац 3, изложенный на странице 19 данного определения, как противоречие, опровергнутое далее непосредственно обжалуемым судебным актом (листы 24 - 25 определения от 10.09.2020), либо сделать ссылку на то, что доводы, изложенные судом первой инстанции в абзаце 3 на странице 19 определения от 10.09.2020, это пояснения к/у Юрковской Е.В.; дополнить предложение (лист 24, абзац 1), указав его следующим образом: «Однако, судом принимаются доводы, изложенные в отзывах Андреева С.Ю., ООО «НГТ- Строй», Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зориной И.В.»; исключить последний абзац на листе 25 (либо изменить его, отклонив доводы к/у Юрковской Е.В., как опровергнутые многочисленными доказательствами, представленными Лысовым В.А., Ляпуновым А.К. и Зориной И.В. в материалы настоящего обособленного спора, не оспоренными никем из участников спора); в отношении отказа в удовлетворении требований Юрковской Е.В. применить положения статьи 10 ГК РФ - в связи со злоупотреблением конкурсным управляющим своими процессуальными правами»; исключить 2-й абзац на листе 12, в котором указано: «не представляется возможным с достоверностью установить личность акционера ЗАО «Агрогаз» в период с 18.01.2010 года: ООО «Термогаз» или АО «УНЭСКО» (лист 12, абзац 2); исключить из обжалуемого определения предложение: «Кроме того, необходимо учитывать, что Бусыгин К.В. исполнял в период совершения сделки обязанности единоличного исполнительного органа должника, подписывал от имени ЗАО «Агрогаз» документы об отчуждении, подавал их на государственную регистрацию перехода права собственности, одобрял сделку от имени единственного акционера должника ЗАО «Термогаз» (лист 15, последний абзац); исключить из обжалуемого определения предложение: «...заявитель полагает, что АО «УНЭСКО» подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку являлось единственным акционером должника в период отчуждения 21.08.2009 ЗАО «Агрогаз» в пользу ООО «УНЭСКО» лесопильного цеха» (лист 26, абзац 4 определения от 10.09.2020); исключить из обжалуемого определения следующее предложение: «Более того, вступившим в силу судебным актом уже установлены причинители вреда, размер их ответственности. В Определении Арбитражного суда Свердловской области от 28.04.2016 о взыскании убытков с Семенова С. В. за отчуждение имущественного комплекса суд установил перечень виновных в причинении убытков сделкой по отчуждению 15.10.2010 объектов в Сысерти лиц, указав в качестве таковых Семенова С.В., ООО «НГТ-Контракт», руководитель АО «Агрогаз» (Бусыгин К.В.), разделив ответственность на троих» (лист 30, абзац 5 обжалуемого определения).

Конкурсный управляющий в своей апелляционной жалобе выражает несогласие с выводом суда о пропуске срока исковой давности. Считает, что начало течения трехлетнего срока исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности следует исчислять не ранее чем с 25 декабря 2015 года, то есть не ранее продажи имущества (дебиторской задолженности ЗАО «Агрогаз», которая состоялась 23.12.2015, после которой стало достоверно известно о недостаточности денежных средств, составляющих конкурсную массу должника для удовлетворения исковых требований. Также не согласен с выводом суда об отсутствии оснований для привлечения лиц, контролирующих должника в период с 01.01.2007 и по декабрь 2008 года по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве. По мнению конкурсного управляющего, судом первой инстанции не дана оценка дополнению к заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности Бусыгина К.В. Конкурсный управляющий просит определение суда первой инстанции отменить в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявлений конкурсных управляющих  Семенова С.В. и Юрковской Е.В.

Бусыгин К.В. просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 10 сентября 2020 г. по делу № А60-10944/2010 отменить. Определить размер ответственности Бусыгина К.В. в размере причиненных в результате отчуждения имущества убытков. Привлечь к субсидиарной ответственности Зорину И.В., Лысова В.А., Ляпунова А.К., Петрова Д.А., Андреева С.Ю. по п. 2 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» за неисполнения обязанности по подаче заявления о банкротстве. Взыскать с Зориной И.В., Лысова В.А., Ляпунова А.К., Петрова Д.А., Андреева С.Ю. убытки в следующем размере: с Лысова В.А. денежные средства в сумме 9 952 494, 10 рублей, с Ляпунова А.К. денежные средства в сумме 31 052 706, 51 рублей, с Петрова Д.А. денежные средства в сумме 22 129 131, 29 рублей, с Андреева С.Ю. денежные средства в сумме 126 750 рублей, с Зориной И.В. и Петрова Д.А. денежные средства солидарно в сумме 916 423, 61 рублей, с Зориной И.В. и Ляпунова А.К. денежные средства солидарно в сумме 103 833, 98 рублей.

По мнению Бусыгина К.В., судом первой инстанции неверно квалифицированы действия Бусыгина К.В. как основания для привлечения к субсидиарной ответственности на сумму непогашенных требований кредиторов ЗАО «Агрогаз». Судом первой инстанции неверно определен размер ответственности Бусыгина К.В. Судом первой инстанции при определении размера ответственности Бусыгина К.В. не был учтен факт взыскания с Семенова С.В. убытков в размере 1/3 (определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.04.2016), что привело к неверному определению размера ответственности Бусыгина К.В. также считает, что судом первой инстанции неправомерно отказано в привлечении к ответственности Зориной И.В., Лысова В.А., Ляпунова А.К., Петрова Д.А., Андреева С.Ю.

Трухин В.В. просит определение Арбитражного суда Свердловской области 10 сентября 2020 года по делу № А60-10944/2010 отменить. В удовлетворении требований о привлечении В.В. Трухина к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Агрогаз» отказать.

По мнению Трухина В.В., он не может быть признан виновным в банкротстве ЗАО «Агрогаз», поскольку на момент совершения Трухиным В.В. действий, которые ставятся ему в вину, ЗАО «Агрогаз» уже отвечало признакам неплатежеспособности. В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения Трухиным В.В. вменяемых ему в вину действий, установление причинно-следственной связи между виновными действиями и банкротством должника, было обязательным для привлечения виновного лица к ответственности. Трухин В.В. не является конечным бенефициаром ни ЗАО «Агрогаз», ни АО «БМЗ», получившего материальную выгоду в результате действий, вменяемых Трухину В.В. в вину. Трухин В.В., хоть и был связан с ЗАО «Агрогаз», его участниками и кредиторами, но никогда не совершал сделок от лица ЗАО «Агрогаз», и не давал указаний на совершение сделок, которые были вменены ему в вину. Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.04.2016 года, имеющим преюдициальное значение для настоящего дела, уже был установлен круг лиц, виновных в причинении убытков сделкой, вменяемой в вину Трухину В.В.. Трухин В.В. к указанным лицам не относится.

Отзывы, дополнения к отзывам на апелляционные жалобы и письменные пояснения поступили от Лысова В.А., Зориной И.В., Ляпунова А.К., Андреева С.Ю., Пядышева А.В., АО «БМЗ», ООО «Ресурс», ООО «НГТ-Строй», АО «УНЭСКО», конкурсного управляющего ЗАО «Агрогаз» Юрковской Е.В., ТОО «Мерона Киннисвара», Наумейко А.В., Наумейко С.А.

В судебном заседании представители поддержали позиции своих доверителей согласно рассматриваемым апелляционным жалобам и приобщенным к материалам дела отзывам на апелляционные жалобы.  

Бусыгиным К.В. заявлено ходатайство о назначении по делу судебной оценочной экспертизы для определения рыночной стоимости отчужденного недвижимого имущества. 

Заявленное ходатайство рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 159 АПК РФ, и отклонено в связи с отсутствием оснований для проведения по делу заявленной экспертизы (ч. 1 ст. 82 АПК РФ). 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Как следует из рассматриваемых заявлений, лица, в отношении которых заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности, по мнению заявителей, в различные периоды времени являлись контролирующими должника лицами. 

Так, Лысов В.А. являлся единоличным исполнительным органом ЗАО «Агрогаз» в период с 01.02.2003 по 03.08.2007; Ляпунов А.К. - единоличным исполнительным органом ЗАО «Агрогаз» в период с 06.08.2007 по 21.01.2008; Петров Д.А. – единоличным исполнительным органом ЗАО «Агрогаз» в период с 22.01.2008 по 09.07.2008; Андреев С.Ю. - единоличным исполнительным органом ЗАО «Агрогаз» в период с 09.07.2008 по 08.12.2008; Зорина И.В. - заместителем директора по финансам в ЗАО «Агрогаз» в период с 03.09.2007 по 07.08.2008; Бусыгин К.В. - директором ЗАО «Агрогаз» в период с 09.12.2008 по 27.09.2010; Трухин В.В. - единоличным исполнительным органом ООО «НГТ-Холдинг»; Стрекотин А.А. - единоличным исполнительным органом АО «УНЭСКО»; АО «УНЭСКО» - акционер ЗАО «Агрогаз» в период с 18.01.2010; АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина», ООО «Ресурс» и Пядышев А.В. являются лицами, которым в настоящее время принадлежат активы должника по адресу: Свердловская область, г. Сысерть, ул. Карла Либкнехта, д. 2а; ООО «УНЭСКО» - лицо, которому в настоящее время принадлежат активы должника по адресу: Свердловская область, г. Сысерть, ул. Карла Либкнехта, д. 2а; ТОО «Мерона Киннисвара», Наумейко С.А. и Наумейко А.В. - конечные участники компаний, участвовавших в ЗАО «Агрогаз», в том числе, ООО «НГТ-Холдинг».

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами статьи 10 Закона о банкротстве.

Федеральным законом от 29.07.2017 №  266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 ст. 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ; положения подп. 1 п. 12 ст. 61.11, пунктов 3-6 ст. 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункта 1 статьи 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 N 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом, согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Согласно статье 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, также может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам (пункт 4 статья 10 Закона о банкротстве; здесь и далее в редакции, применяемой к спорным правоотношениям).

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств;

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Установленная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпция является опровержимой: контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника. Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно (абзац 6 пункт 4 статья 10 Закона о банкротстве).

Из смысла вышеуказанных положений Закона о банкротстве следует, что на руководителя организации - должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность отсутствуют; содержат заведомо искаженную информацию, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (ст. 6, 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статья 64, пункт 2 статья 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника Согласно Федеральному закону от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» все хозяйственные операции, проводимые организацией, подлежат оформлению первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская отчетность подлежат хранению не менее пяти лет после отчетного года. Ответственность за ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возложена на руководителя организации. Возможность привлечения к ответственности за обеспечение сохранности бухгалтерского учета имеет своей целью обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника

В пункте 2 статье 126 Закона о банкротстве указано, что на руководителя должника возложена обязанность в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить ему передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно статье 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо (пункт 2 статьи 61.11 Закона №127-ФЗ).

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Руководствуясь указанными нормами и вышеозначенными правовыми подходами, суд первой инстанции верно рассмотрел вопрос о сроке исковой давности в отношении всех заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, в основание всех поданных заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности положены обстоятельства (действия и бездействия), совершенные в период 2007 - 2010 годов. 

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми заявлены требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных ст. 10 Закона о банкротстве.

Срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности по общему правилу начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания (иным образом определять его действия)); неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность; недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами, при этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Суд первой инстанции верно указал, что в ходе рассмотрения настоящего дела о банкротстве нормы права по порядку определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления, неоднократно изменялись, и законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и давности привлечения к ответственности является обеспечение эффективности реализации публичных функций и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений, а в основе установления этих сроков давности лежит то, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

В связи с названными изменениями законодательства, соответствующая правоприменительная практика в вышеназванный период также неоднократно изменялась, при этом начало течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении к субсидиарной ответственности определялось моментом, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности (статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ), в дальнейшем - не ранее даты завершения реализации имущества должника и окончательного формирования конкурсной массы (постановление Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 07.06.2012 № 219/12), а затем - с момента, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности (статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ и последующих редакциях).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.01.2012, вынесенным при рассмотрении настоящего дела о банкротстве ЗАО «Агрогаз», обществу «НГТ-Строй» было отказано в удовлетворении требования о привлечении Бусыгина К.В. к субсидиарной ответственности в связи с тем, что на тот момент еще не были исчерпаны все мероприятия по формированию конкурсной массы, что соответствовало имевшей место на тот момент правоприменительной судебной практике, нашло свое отражение в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 07.06.2012 № 219/12.

Фактически данные законодательные и правоприменительные позиции являлись актуальными до 30.06.2013, то есть до вступления в силу Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, которым внесены изменения в статью 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, и с учетом определения Арбитражного суда Свердловской области от 13.01.2012 по настоящему делу, суд первой инстанции правильно установил, что право на иск возникло у заинтересованных лиц 30.06.2013.

Следовательно, в пределах сроков исковой давности поданы заявление ООО «НГТ-Строй» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - Бусыгина К.В. и Трухина В.В. (подано 18.09.2013), заявление конкурсного управляющего ЗАО «Агрогаз» Семенова С.В. о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зорину И.В., Петрова Д.А., Андреева С.Ю. (подано 15.11.2013).

По остальным требованиям срок исковой давности для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности пропущен.

Суд первой инстанции обоснованно признал доказанным наличие оснований для привлечения Трухина Виталия Валерьевича и Бусыгина Константина Викторовича к субсидиарной ответственности по обязательствам закрытого акционерного общества «Агрогаз».

В качестве оснований для привлечения данных лиц к субсидиарной ответственности заявлены следующие действия: 

- по инициативе Трухина В.В. Бусыгиным К.В. осуществлен вывод недвижимого имущества ЗАО «Агрогаз» по нескольким сделкам, причинившим вред должнику, а именно:  лесопильного цеха площадью 1 431,40 кв.м, котельной площадью 118,6 кв.м, блока сушильных камер площадью 1824,7 кв.м, расположенных по адресу: Свердловская область, г. Сысерть, ул. Карла-Либкнехта, д. 2а за 3 762 253,95 (по мнению заявителя, по заниженной стоимости) на основании договора от 21.08.2009 с ООО «УНЭСКО»; права аренды земельного участка площадью 25 000 кв.м с кадастровым номером: 66:25:2901021:11 на основании договора от 25.05.2010 с ООО «УНЭСКО» (безвозмездно); земельного участка с кадастровым номером 66:25:2901021:137 на основании договора от 19.08.2010 с ООО «УНЭСКО» за 254 000 рублей; нежилого помещения площадью 421,9 кв.м с кадастровым (условным) номером: 66-66-19/057/2010-475, нежилого помещения площадью 3 095,7 кв.м с кадастровым номером 66-66-19/057/2010-478, нежилого помещения площадью 561,9 кв.м с кадастровым номером 66-66-19/057/2010-477, нежилого помещения площадью 15,1 кв.м с кадастровым номером 1/76/И/63, нежилого помещения площадью 9 646,5 кв.м с кадастровым номером 66-66-19/077/2010-396, нежилого помещения площадью 2 107,9 кв.м с кадастровым номером 66-66-19/077/2010-395, земельного участка площадью 91 817 кв.м с кадастровым номером 66:25:2901021:136 на основании договора аренды с правом выкупа от 03.12.2008 расположенных по адресу: Свердловская область, г. Сысерть, ул. Карла-Либкнехта, д. 2а за 28 067 911 рублей.

- Трухиным В.В. и Бусыгиным К.В. из ЗАО «Агрогаз» в период с 2009 по 2010 годы в пользу подконтрольных ему лиц (ЗАО «Уромгаз», ООО «УК «НГТ-Контракт», ООО «ЧОП «НГТ-партнер», ЗАО «НГТ-элемент трубопровода», ЗАО «УНЭСКО», ООО «НГТ-Контракт», ООО «Метания», ООО «НГТ-энергогазсервис» выведены денежные средства в размере 57 188 818,23 рублей;

- со счетов ЗАО «Агрогаз» происходили необоснованные перечисления 31 140 405 рублей в пользу ООО «Техпроект»; 

- перечислялись денежные средства в пользу ЗАО «Автократор»; 

- произошел необоснованный отказ от взыскания дебиторской задолженности с ООО «УНЭСКО» за выполненные в 2007 году работы в размере 35 миллионов рублей;

- осуществлена продажа на основании договора от 27.04.2009 с ООО «НГТ-Холдинг» доли должника в ООО «Агрогазстройкомплекс» по заниженной стоимости в 2 500 рублей.

Таким образом, поскольку Бусыгин К.В. и Трухин В.В. привлекаются к субсидиарной ответственности за события, совершенные в 2008-2010 годах, соответственно установление у них статуса контролирующих лиц верно произведено судом на основании положения статей 2 и 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в соответствующих редакциях.

Согласно статье 2 Федеральный закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в ред. от 27.07.2010) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Таким образом, субъектами названного вида ответственности в спорный период для юридических лиц, имеющих организационно-правовую форму общества с ограниченной ответственностью, помимо учредителей (участников), руководителя, являлись также и иные лица, имевшие право давать обязательные для должника указания или возможность иным образом определять его действия (далее все названные лица в совокупности - контролирующие лица).

При разрешении вопроса о допустимости привлечения к субсидиарной ответственности лиц, прямо не являющихся руководителями и участниками общества, в числе прочего доказыванию подлежит отнесение их к категории иных контролирующих лиц, которые, несмотря на отсутствие формального статуса участника или руководителя, имели фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания либо иным образом определять его поведение, то есть осуществляли контроль над его деятельностью. Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием офшорных организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником. В ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы должника контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов. В любом случае на это лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала).

Из ответа АО «Независимая регистрационная компания» от 30.10.2018 следует, что с 29.12.2006 по 30.03.2008 единственным акционером должника являлось ООО «Уромгаз», с 30.03.2008 по 26.11.2008 ООО «Энергогаз», а с 26.11.2008 ООО «Тремогаз». При этом до 31.10.2010 реестр акционеров ЗАО «Агрогаз» вело само общество. Соответственно, сведения, предоставленные АО «Независимая регистрационная компания» предоставлены на основании данных, полученных от должника.

Кроме того, в материалах дела содержатся сведения, указывающие на то, что в период с 18.01.2010 года акционером ЗАО «Агрогаз» являлось АО «УНЭСКО»: акт зачета взаимных требований от 18.01.2016, определение Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2010 по делу №А60- 9380/2010, решение единственного акционера ЗАО «Агрогаз» от 25.05.2010, решение единственного акционера ЗАО «Агрогаз» от 07.07.2010.

Учитывая указанные обстоятельства, не представляется возможным с достоверностью установить личность акционера ЗАО «Агрогаз» в период с 18.01.2010: ООО «Термогаз» или АО «УНЭСКО».

Единственным учредителем ЗАО «Агрогаз» является ООО «Уральский инжиниринговый центр» (приложение 1 к отзыву ООО «НГТ-Строй» от 13.07.2020), а единственным учредителем ООО «Уральский инжиниринговый центр» с 2006 года по состоянию на текущую дату является ООО «НГТ-холдинг» (приложение 2 к отзыву ООО «НГТ-Строй» от 13.07.2020).

Не является спорным в настоящем деле факт того, что участниками/акционерами обществ ООО «Термогаз» и АО «УНЭСКО» являлись ООО «НГТ-Холдинг» и ООО «Уральский инжиниринговый центр», при этом единственным участником ООО «Уральский инжиниринговый центр» является ООО «НГТ-Холдинг».

Руководителем ООО «НГТ-Холдинг» в период с 28.03.2006 по ноябрь 2019 года являлся Трухин Виталий Валерьевич, что следует из материалов дела, рассмотренных в рамках настоящего дела обособленных споров (приложение 3 к отзыву ООО «НГТ-Строй» от 13.07.2020). Кроме того, до марта 2008 года Трухин В.В. входил в состав Совета директоров единственного акционера ЗАО «Агрогаз» - ООО «Уромгаз», что подтверждено протоколом 27 от декабря 2007.

Исходя из указанных обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно счел доказанным наличие у Трухина Виталия Валерьевича корпоративной связи с ЗАО «Агрогаз» (должником).

Сторонами сделок, которые, причинили вред должнику, являлись ООО «НГТ-Контракт» (договор аренды с правом выкупа от 03.12.2008, исполненный 15.10.2010) и ООО «УНЭСКО» (договоры от 21.08.2009, 25.05.2019, 19.08.2010).

Участниками ООО «НГТ-Контракт» также являлись ООО «НГТ-Холдинг» и ООО «Уральский инжиниринговый центр». 

При этом Трухин В.В. также являлся одним из участников и руководителем ООО «УНЭСКО», директором ООО «НГТ-контракт» до августа 2010 года.

Все перечисленные сделки были одобрены Трухиным В.В. со стороны покупателей имущества: протоколом общего собрания участников ООО «НГТ - Контракт» от 14.09.2010 было одобрено заключение договора аренды с правом выкупа от 03.12.2008, протоколом общего собрания участников ООО «УНЭСКО» от 20.08.2009 было одобрено заключение договора от 21.08.2009, протоколом общего собрания участников ООО «УНЭСКО» от 24.05.2010 было одобрено заключение договора от 25.05.2010.

Судом первой инстанции верно указано, что, одобряя условия сделок от имени покупателей, Трухин В.В., имеющий корпоративную связь с ЗАО «Агрогаз», не мог не знать об экономическом эффекте, который будет оказан на должника совершаемыми сделками.

Кроме того, из материалов дела следует, что Трухин В.В. непосредственно участвовал в управлении деятельностью ЗАО «Агрогаз»:

доверенность ЗАО «Агрогаз» сроком до 31.12.2007 с визой Трухина В.В., выданная на имя Седачева СМ. для регистрации объектов недвижимости в Краснодарском крае;

изменения в Устав ЗАО «Агрогаз», внесенные на основании решения внеочередного собрания акционеров ЗАО «Агрогаз» от 09.03.2007 и утвержденные собранием акционеров ЗАО «Агрогаз» в лице председателя собрания акционеров ЗАО «Агрогаз» Трухина В.В.;

письмо от 17.08.2007 директора ЗАО «Агрогаз» в адрес генерального директора ООО «НГТ-холдинг» Трухина В.В. о содействии в заключении договоров с ООО «Термогаз»;

«Правила внутреннего распорядка и пользования территорией арендаторами помещений на промышленной площадке (являющейся собственностью ЗАО «Агрогаз») в г. Сысерть, К. Либкнехта, 2 а», согласованные с генеральным директором ООО «НГТ-холдинг» Трухиным В.В., а также подписанные заместителем генерального директора ООО «НГТ-холдинг» Стрекотиным А.А.;

повторное письмо от 21.05.2008 директора ЗАО «Агрогаз» в адрес генерального директора ООО «НГТ-холдинг» Трухина В.В. с просьбой вернуть все документы на имущество, находящееся в г. Сысерть, К. Либкнехта, 2 а;

предварительный план мероприятий по ЗАО «Агрогаз» за подписью генерального директора УК «НГТ-холдинг» Трухина В.В.

ЗАО «Агрогаз» входило в возглавляемый Трухиным В.В. «НГТ-Холдинг», в который также входили ООО «Термогаз», ЗАО «Уромгаз», ООО «Метания», ООО «НГТ-Контракт», ЗАО «НГТ-Элемент трубопровода» и другие компании. Учредителем большинства компаний холдинга являлось ООО «НГТ-Холдинг», возглавляемое Трухиным В.В.

Суд первой инстанции, оценив все собранные в рамках настоящего спора доказательства в соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ, пришел к правильному выводу, что, несмотря на то, что конечным владельцем компаний «НГТ-Холдинг» является Наумейко А.В. через товарищество с ограниченной ответственностью «Мерона Киннисвара», доказательств того, что данное лицо принимало участие в управлении деятельностью должника, в частности, являлось инициатором, одобряло или было хотя бы осведомлено о сделках с имуществом ЗАО «Агрогаз», материалы дела не содержат, в то время как в отношении директора ООО «НГТ-Холдинг» Трухина В.В. такие доказательства имеются.

Так, из представленных ООО «НГТ-Строй» писем следует, что Трухин В.В. давал указания директорам компаний холдинга, в том числе, ЗАО «Агрогаз», согласовывал правила использования имущества должника по адресу: Свердловская область, Сысерть, ул. Карла Либкнехта, д. 2а, план мероприятий по ЗАО «Агрогаз», располагал сведениями о кредиторской и дебиторской задолженности компании.

Судом также обоснованно учтено, что в конечном итоге отчужденное имущество оказалось во владении компаний, контролируемых Трухиным А.В., а не Наумейко А.В.: база в Краснодаре принадлежит АО «УНЭСКО», имущество в Сысерти принадлежит ООО «УНЭСКО».

Таким образом, совокупность установленных обстоятельств (наличие корпоративных связей, одобрение практически всех совершенных сделок с имуществом должника, сведения о выдаче указаний и получении информации о его деятельности, сохранение контроль над имуществом должника после введения в отношении него процедуры банкротства) позволили суду первой инстанции сделать правильный вывод о том, что Трухин В.В. являлся контролирующим ЗАО «Агрогаз» лицом.

Бусыгин К.В. являлся контролирующим ЗАО «Агрогаз» лицом в силу исполнения обязанностей единоличного исполнительного органа с 26.12.2008 до введения в отношении должника конкурсного производства.

Согласно статье 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 28.04.2019) «О несостоятельности (банкротстве)» необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и причинением вреда имущественным правам кредиторов.

В отличие от содержания этого же пункта этой же статьи в ранее действовавшей редакции Закона о банкротстве, наличие причинно-следственной связи между вменяемыми действиями и несостоятельностью должника не является обязательным условием привлечения к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Данной нормой установлена субсидиарная ответственность контролирующих лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний таких лиц.

15.10.2010 на основании договора аренды с правом выкупа от 03.12.2008 произведено отчуждение в пользу АО «НГТ-Контракт» нескольких объектов недвижимости, расположенных по адресу: Екатеринбург, ул. Карла-Либкнехта, д. 2а: нежилого помещения площадью 421,9 кв.м с кадастровым (условным) номером: 66-66-19/057/2010-475; нежилого помещения площадью 3 095,7 кв.м с кадастровым номером 66-66-19/057/2010-478; нежилого помещения площадью 561,9 кв.м с кадастровым номером 66-66-19/057/2010-477; нежилого помещения площадью 15,1 кв.м с кадастровым номером 1/76/И/63; нежилого помещения площадью 9 646,5 кв.м с кадастровым номером 66-66-19/077/2010-396; нежилого помещения площадью 2 107,9 кв.м с кадастровым номером 66-66-19/077/2010-395;- земельного участка площадью 91 817 кв.м с кадастровым номером 66:25:2901021:136.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2013 по делу №°А60-10944/2010 отчуждение данных объектов признано недействительной сделкой. Судом установлено, что имущество было отчуждено должником по цене в 7,5 раз ниже рыночной (за 210 780 000 рублей при рыночной стоимости 28 067 911 рублей). Данные обстоятельства также были предметом рассмотрения обособленного спора по взысканию убытков с конкурсного управляющего Семенова С.В. (определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.04.2016 по делу №А60-10944/2010).

Бусыгин К.В. и Трухин В.В. были привлечены к участию при рассмотрении данного обособленного спора.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами установлен факт причинения указанной сделкой вреда имущественным правам кредиторов на сумму 182 712 089 рублей (разница между рыночной стоимостью и ценой отчуждения имущества).

Доводы Трухина В.В. и Бусыгина К.В. о недостоверности заключения эксперта ООО «Независимая консалтинговая компания» Азанова И.Н. (определение Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08 октября 2012 года о назначении экспертизы) и невозможности использования его в качестве доказательства, ссылки на альтернативные результаты оценки и рецензии обоснованно не приняты во внимание судом первой инстанции как направленные на переоценку выводов, имеющих преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора.

Вина Бусыгина К.В. в совершении указанной сделки установлена вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.04.2016 по делу №А60-10944/2010. 

Кроме того, Бусыгин К.В. исполнял в период совершения сделки обязанности единоличного исполнительного органа должника, подписывал от имени ЗАО «Агрогаз» документы об отчуждении, подавал их на государственную регистрацию перехода права собственности, одобрял сделку от имени единственного акционера должника ЗАО «Термогаз».

Выводы о вине Трухина В.В. в совершении данных действий также следует обоснованными, поскольку Трухиным В.В. подписаны признанные постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2013 по делу № А60-10944/2010 сфальсифицированными документы, явившиеся основанием для перехода права собственности на имущество, а именно: договор аренды от 03.12.2008, акт приема передачи от 03.12.2008, договор уступки права требования от 02.10.2009, письма от 31.10.2009, 05.10.2009. Таким образом, Трухин В.В. осознанно совершал активные действия по формированию документов с целью совершения указанной вредоносной для должника и его кредиторов сделки.

Суд первой инстанции верно указал, что Трухин В.В. знал о негативном экономическом эффекте, который окажет на ЗАО «Агрогаз» совершение данной сделки (поскольку имущество приобреталось по цене в 7,5 раз ниже рыночной) и желал наступления такового. При этом Трухин В.В., являясь руководителем ООО «НГТ-Холдинг» и зная об условиях данной сделки, мог воспрепятствовать ее совершению (не одобрить и прямо запретить ее совершение директору ООО «Термогаз» и ЗАО «Агрогаз» Бусыгину К.В.), поскольку она являлась очевидно невыгодной для должника. Однако Трухин В.В., вопреки интересам должника, совершил активные действия по заключению сделки на стороне ООО «НГТ-Контракт», чем фактически одобрил данные действия также и со стороны ЗАО «Агрогаз».

Таким образом, отчуждением недвижимого имущества по договору аренды с правом выкупа от 03.12.2008 Бусыгин К.В. и Трухин В.В. 15.10.2010 (дата перехода права собственности) причинили вред имущественным правам кредиторов ЗАО «Агрогаз» на сумму 182 712 089 рублей (ст. 69 АПК РФ).

При этом суд первой инстанции, давая оценку доводам сторон о относительно доказанности негативных экономических последствий совершенных сделок, правильно исходил из того, что данный спор может быть рассмотрен без проведения оценочной экспертизы в связи со следующим.

Как следует из материалов настоящего дела, к моменту введения в отношении должника конкурсного производства, у общества имелся ликвидный, оборотоспособный актив стоимостью 210 780 000 руб., расположенный по адресу: Российская Федерация, Свердловская область, г. Сысерть, ул. Карла Либкнехта, д. 2А, и состоящий из: часть здания, помещения площадью 487,5 кв.м, расположенное в здании нежилого назначения - гараж, литер В, кадастровый (или условный) номер 6666- 19/022/2006-310, общей площадью 555,5 кв.м; часть здания, помещения площадью 5 660,8 кв.м, расположенные в здании нежилого назначения - административно-бытового корпуса цеха № 2, этажность: 4, литер «А», кадастровый (или условный) номер 1/76/А-А1/63, обшей площадью 7 977,7 кв.м; часть здания, помещения площадью 12 086,8 кв.м, расположенные в здании нежилого назначения - производственном корпусе 2-го МСЦ, этажность: 1, литер «Б», кадастровый (или условный) номер 1/76/Б/63, общей площадью 19 379,6 кв.м; часть здания, помещения площадью 567,1 кв.м, расположенные в здании нежилого назначения - авторемонтная мастерская (кирпичный гараж), этажность: 1, литер «Р», кадастровый (или условный) номер 1/76/Р/63, общей площадью 801,1 кв.м; здание нежилого назначения - цех сушки и сортировки пиломатериалов, площадью 760,5 кв.м, этажность: 1, литер «4», кадастровый (или условный) номер 66-66-19/044/2008-150, инвентарный номер 76/38/0004/63-01; здание нежилого назначения - проходная, площадью 15,1 кв.м, этажность: 1, кадастровый (или условный) номер 1/76/И/63, инвентарный номер 76.

Обстоятельства выбытия данного объекта из собственности ЗАО «Агрогаз» подробно изложены в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 февраля 2013 года, которым признана недействительной сделка по передаче имущества, принадлежащего ЗАО «Агрогаз» в собственность ООО «НГТ-Контракт», оформленная договором аренды от 03.12.2008, При этом, поскольку имущество в дальнейшем снова было отчуждено, судом апелляционной инстанции признано, что оно не может быть возвращено в конкурсную массу, в связи с чем применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «НГТ-Контракт» в пользу ЗАО «Агрогаз» 210 780 000 рублей.

Документы по отчуждению, признанные постановлением от 07.02.2013 сфальсифицированными, были подписаны Трухиным В.В. Бусыгин К.В., в свою очередь, представлял документы на государственную регистрацию.

В дальнейшем, исходя из отчета конкурсного управляющего, данная задолженность была в последующем продана на торгах, проведенных посредством публичного предложения по цене 125 000 руб. 00 коп.

Следовательно, фактический размер убытков, причиненный действиями указанных лиц только по данной сделке составляет: 210 780 000 рублей - 28 067 911 рублей- 125 000руб. 00коп. = 182 587 089 руб. 00 коп.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования в части привлечения к субсидиарной ответственности Трухина В.В. и Бусыгина К.В., абсолютно верно исходил из того, что, несмотря на длительность рассмотрения настоящего дела о банкротстве и меняющееся законодательство в части норм о субсидиарной ответственности, в институте субсидиарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков либо специальные правила о субсидиарной ответственности, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Пунктом 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 28.04.2009) «О несостоятельности (банкротстве)» установлена субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц за причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Таким образом, критерием определения вида ответственности контролирующего лица является степень и размер вреда, который причинили действия такого лица относительно масштабов деятельности должника.

В связи с вышеизложенным, учитывая, что пункт 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 28.04.2009) «О несостоятельности (банкротстве)» связывает наступление субсидиарной ответственности с причинением вреда имущественным правам кредиторов, а не исключительно с доведением должника до банкротства, судом первой инстанции правильно отклонены ссылки Бусыгина К.В. и Трухина В.В. на невозможность привлечения их к субсидиарной ответственности в связи тем, что вменяемые им действия совершены	после возникновения у ЗАО «Агрогаз» признаков неплатежеспособности.

Исходя из имеющихся в материалах дела доказательств, на момент назначения Бусыгина К.В. на должность единоличного исполнительного органа ЗАО «Агрогаз» у должника уже имелись признаки неплатежеспособности, что следует из аналитического отчета о проведении экономического анализа ЗАО «Агрогаз» за 2006-2009 годы, выполненного специалистом Маминой И.Л., который свидетельствует о неплатежеспособности ЗАО «Агрогаз» в течение всего 2006 года, нахождении должника в том положении, при котором удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов привело бы к невозможности удовлетворить требования остальных кредиторов, либо к невозможности продолжения деятельности ЗАО «Агрогаз». Те же выводы содержатся в анализе финансового состояния ЗАО «Агрогаз», выполненном конкурсным управляющим Семеновым С.В., где содержится вывод о неплатежеспособности должника до 01.04.2007, а также проведенной на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 01.10.2019 экспертами НП «Уральская палата готового бизнеса» Симкиным И.Л. и Неустроевой М.А. экспертизой, в которой установлена неплатежеспособность ЗАО «Агрогаз» до 09.12.2008.

В то же время, массовое отчуждение активов и принятие решений об их отчуждении по заниженной стоимости имело место в период с декабря 2008 года, когда обязанности единоличного исполнительного органа исполнял Бусыгин К.В. Совокупная рыночная стоимость отчужденных после декабря 2008 года активов значительно превышает размер обязательств, включенных в реестр требований кредиторов. Это указывает на то, что если бы описанные выше сделки не были совершены, то требования кредиторов могли быть удовлетворены за счет реализации имущества должника в рамках исполнительного производства или в процедурах банкротства.

Именно в период после декабря 2008 года должник лишился своих наиболее ликвидных и дорогостоящих активов. Таким образом, именно совершение описанных выше сделок причинило наибольший вред кредиторам ЗАО «Агрогаз» и сделало невозможным удовлетворение их требований. 

В связи с этим, учитывая влияние вменяемых действий на деятельность должника (размер ущерба доказанного превышает сумму требований, включенных в реестр), суд апелляционной инстанции соглашается с вывыдом суда первой инстанции о том, что Бусыгин К.В. и Трухин В.В. подлежат привлечению субсидиарной ответственности на всю сумму непогашенных требований в размере 129 469 279 (сто двадцать девять миллионов четыреста шестьдесят девять тысяч двести семьдесят девять) руб. 57 коп., а не к ответственности в виде возмещения убытков. Суд первой инстанции верно обратил при этом внимание на то, что сумма причиненных Бусыгиным К.В. и Трухиным В.В. убытков в любом случае превышает максимальный размер субсидиарной ответственности, поэтому такая квалификация не ухудшает положение привлекаемых к ответственности лиц.

Оснований для удовлетворения заявления о приостановлении производства в части установления размера субсидиарной ответственности не имеется.

Кроме того, о согласованных действиях Бусыгина К.В. и Трухина В.В. по выводу активов ЗАО «Агрогаз» свидетельствуют следующие факты.

На основании договора от 21.08.2009 было произведено отчуждение в пользу ООО «УНЭСКО» лесопильного цеха площадью 1 431,40 кв.м, котельной площадью 118,6 кв.м, блока сушильных камер площадью 1824,7 кв.м, расположенных по адресу: Свердловская область, г. Сысерть, ул. Карла - Либкнехта, д. 2а за 3 263 524,70 .

Бусыгин К.В. при совершении данной сделки подписывал им от имени должника договор купли-продажи от 21.08.2009, акт приема-передачи от 21.09.2009, дополнительное соглашение №1 от 18.09.2009, решение №1/09 от 20.08.2009 об одобрении данной сделки от имени единственного акционера должника ООО «Термогаз», подал документы на государственную регистрацию перехода права собственности.

Трухиным В.В. от имени ООО «УНЭСКО» подписаны договоры купли-продажи от 21.09.2009, акта приема-передачи от 21.09.2009, дополнительное соглашения №1 от 18.09.2009, от имени участника ООО «УНЭСКО» одобрено совершение сделки (протокол общего собрания ООО «УНЭСКО» №2/09 от 20.08.2009), выдана доверенность на совершение Бусыгиным К.В. (директором ЗАО «Агрогаз») регистрационных действий от имени ООО «УНЭСКО».

25.05.2010 ЗАО «Агрогаз» безвозмездно уступило в пользу ООО «УНЭСКО» право аренды земельного участка площадью 25 000 кв.м с кадастровым номером: 66:25:2901021:11. Бусыгин К.В. в данной сделке являлся подписантом от имени должника договора уступки права аренды земельного участка от 25.05.2010, подавал документы на государственную регистрацию. Трухиным В.В. от имени ООО «УНЭСКО» подписан договор уступки права аренды земельного участка от 25.05.2010, а также одобрена соответствующая сделка от имени покупателя (протокол общего собрания участников ООО «УНЭСКО» от 24.05.2010 №1/10).

19.08.2010 ЗАО «Агроагз» произвело отчуждение земельного участка с кадастровым номером 66:25:2901021:137 на основании договора с ООО «УНЭСКО» за 254 000 рублей, подписанного с одной стороны Бусыгиным К.В. (им же сданным на государственную регистрацию), с другой - Трухиным В.В..

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о доказанности совершения в период с 2008 год по 2010 год систематических и согласованных действий Бусыгина К.В. и Трухина В.В. по отчуждению в пользу подконтрольных Трухину В.В. ООО «УНЭСКО» и ООО «НГТ-Контракт» имущества и имущественных прав ЗАО «Агрогаз».

В силу абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой (абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника Лысова В.А. (с 01.02.2003 по 03.08.2007), Ляпунова А.К. (с 06.08.2007 по 21.01.2008), Петрова Д.А. (с 22.01.2008 по 09.07.2008), Андреева С.Ю. (с 09.07.2008 по 08.12.2008), а также Зориной И.В. (занимала должности начальника отдела маркетинга с 08.12.2005 года, заместителя генерального директора по экономике и финансам с 03.09.2007 по 07.08.2008), суд первой инстанции верно исходил из следующего. 

Исходя из обстоятельств спора (многочисленных пояснений сторон), указанные лица подлежат ответственности за несоблюдение обязанности по обращению с заявлением должника в арбитражный суд о признании его несостоятельным (банкротом), совершение платежей в адрес аффилированных лиц без встречного предоставления, дополнительно Ляпунов А.К. - за совершение сделки должника на заведомо невыгодных для него условиях (база в Краснодаре).

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в ред. от 01.12.2007 неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9 Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 24.10.2005 №133-ФЗ, указанная редакция не претерпела изменений вплоть до прекращения деятельности Андреева С.Ю.), руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с учредительными документами должника на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

в иных предусмотренных настоящим Федеральным законом случаях.

При этом заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных настоящей статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 3 статьи 9 Федерального закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, заявление о банкротстве подано 25.03.2010 кредитором ЗАО «Метания». 23.03.2010 кредитором ООО «НГТ- Автоматика» также подавалось заявление о признании ЗАО «Агрогаз» банкротом, однако определением Арбитражного суда Свердловской области по от 25.03.2010 по делу А60-10418/2010 оно было возвращено заявителю. Иных заявлений, согласно Картотеке арбитражных дел, в отношении должника не подавалось.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ 21.12.2017 № 53).

При этом заявитель должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ 21.12.2017 № 53).

По результатам исследования представленных в материалы дела доказательств, суд первой инстанции не согласился с позицией конкурсного управляющего о том, что обязанность по подаче заявления о признании ЗАО «Агрогаз» несостоятельным (т.е. устойчивые признаки неплатежеспособности) возникла у руководителя должника не позднее 2007 года.

Суд первой инстанции критически оценил анализ финансового состояния ЗАО «Агрогаз», выполненный конкурсным управляющим Семеновым С.В., где содержится вывод о неплатежеспособности должника до 01.04.2007, ввиду наличия многочисленных судебных актов о недобросовестности конкурсного управляющего, наличия фактических доказательств, свидетельствующих об осуществлении Семеновым С.В. действий, направленных злонамеренное уменьшение конкурсной массы должника в целях создания финансовой выгоды лицам, признанным судом (настоящим судебным актом) контролирующими должника лицами.

Также обоснованно критически суд первой инстанции отнесся к выводам проведенной на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 01.10.2019 экспертами НП «Уральская палата готового бизнеса» Симкиным И.Л. и Неустроевой М.А. экспертизы в части установления факта неплатежеспособность ЗАО «Агрогаз» до 09.12.2008 (лист заключения №22), ввиду отсутствия какого-либо анализа данного вывода, а также противоречий между выводами экспертов и мотивировочной частью экспертного заключения, исходя из которой, банкротство предприятия вызвано выводом дорогостоящих активов, произведенным в период с декабря 2008 года.

Суд первой инстанции также верно исходил из того, что обязанность руководителя должника обратиться в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент сдачи бухгалтерской отчетности, в том случае, когда из бухгалтерской отчетности очевидно усматривается недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами. В этой связи при выявлении признака недостаточности имущества нельзя ориентироваться на отсутствие у организации чистой прибыли и убыточность ее деятельности, сравнивать необходимо размер обязательств и стоимость активов.

Бухгалтерская отчетность ЗАО «Агрогаз» свидетельствует о том, что даже у последнего директора Бусыгина К.В. не было необходимости обращаться с заявлением о признании ЗАО «Агрогаз» банкротом.

В частности, баланс за 2007 год свидетельствует о том, что активы ЗАО «Агрогаз» но состоянию на 31.12.2007 составляют 475 078 тыс. руб., в том числе: основные средства, незавершенное строительство, запасы (включая сырье, материалы, продукцию), денежные средства. Сумма обязательств (краткосрочных и долгосрочных) по состоянию на 31.12.2007 составила по данным баланса 454 631 тыс.руб. Разницу между активами и обязательствами составляют положительные чистые активы в сумме 20 447 тыс.руб., в том числе нераспределенная прибыль в сумме 20 344 тыс.руб.

Согласно Отчету о прибылях и убытках за 2007 год предприятием ЗАО «Агрогаз» получена прибыль в сумме 6 657 тыс.руб.

Таким образом, но результатам анализа отчетности за 2007 год можно сделать вывод: у ЗАО «Агрогаз» в 2007 году увеличилась прибыль и чистые активы по сравнению с 2006 годом. По результатам деятельности ЗАО «Агрогаз» за 2007 год на основании предоставленного баланса можно сделать вывод о достаточности активов для покрытия имеющихся обязательств.

Бухгалтерский баланс за 1 квартал 2008 года показывает, что активы ЗАО «Агрогаз» по данным предоставленного баланса по состоянию на 31.03.2008 составляют 384 162 тыс. руб., в том числе: основные средства, незавершенное строительство, запасы (включая сырье, материалы, продукцию), денежные средства.

Сумма обязательств (краткосрочных и долгосрочных) по состоянию на 31.03.2008 составила по данным баланса 360 722 тыс.руб.

Разницу между активами н обязательствами составляют положительные чистые активы в сумме 23 440 тыс.руб., в том числе, нераспределенная прибыль в сумме 23 337 тыс.руб.

Чистые активы в 1 кв. 2008 года увеличились по сравнению с данными на 31.12.2007 год на сумму 2 993 тыс.руб.

Согласно Отчету о прибылях и убытках за 1 кв. 2008 года обществом получена прибыль в сумме 2 993 тыс.руб. Отмечается существенный рост выручки за 1 квартал 2008 года по сравнению с аналогичным периодом предшествующего года (1 квартал 2007 года).

Таким образом, по результатам анализа отчетности за 1 квартал 2008 года можно сделать следующий вывод: у ЗАО «Агрогаз» увеличилась прибыль н чистые активы по сравнению с показателями на 01.01.2008 год. По результатам деятельности ЗАО «Агрогаз» за 1 квартал 2008 года на основании предоставленного баланса можно сделать вывод о достаточности активов для покрытия имеющихся обязательств.

Вышеуказанные факты, отраженные в бухгалтерской отчетности (баланс и отчет о прибылях и убытках) за 2007 год и I квартал 2008 года, позволяет сделать вывод о достаточности у ЗАО «Агрогаз» активов для покрытия имеющихся обязательств. Таким образом, у ЗАО «Агрогаз» даже по состоянию на 31.03.2008 не было необходимости обращаться в суд с заявлением о признании себя банкротом.

При этом в материалах дела не имеется достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что признаки банкротства ЗАО «Агрогаз» возникли в период руководства обществом Лысовым В.А. (с 01.02.2003 по 03.08.2007), Ляпуновым А.К. (с 06.08.2007 по 21.01.2008), Петрова Д.А. (с 22.01.2008 по 09.07.2008), Андреевым С.Ю. (с 09.07.2008 по 08.12.2008).

Суд первой инстанции также обоснованно не признал Зорину И.В. контролирующим должника лицом, поскольку доказательств прямого или косвенного влияния на принятие решений должником не представлено. Суд верно указал, что само по себе занятие должности менеджера высшего звена в обществе не свидетельствует о реальной возможности влиять на действия должника. Доказательства наличия у Зориной И.В. права давать должнику обязательные указания в материалы дела не представлено.

Отклоняя довод о возможности квалификации предъявленных требований в качестве требований о взыскании убытков, суд первой инстанции отметил следующее.

Действительно, при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (пункт 20 постановления № 53).

Вместе с тем, вменяемые ответчикам деяния были совершены ими в период 2007 года - декабрь 2008 года. Управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности только 15.11.2013.

Применительно к настоящему делу срок исковой давности по требованию о взыскании убытков подлежит исчислению с даты ведения процедуры конкурсного производства, то есть с 27.09.2010.

Следовательно, срок исковой давности по заявлению о возмещении убытков управляющим пропущен.

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности АО «УНЭСКО», Стрекотина А.А., суд правильно исходил из следующего.

Заявитель полагает, что АО «УНЭСКО» подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку являлось единственным акционером должника в период отчуждения 21.08.2009 ЗАО «Агрогаз» в пользу ООО «УНЭСКО» лесопильного цеха площадью 1 431,40 кв.м, котельной площадью 118,6 кв.м, блока сушильных камер площадью 1824,7 кв.м за 3 762 253,95 (по мнению заявителя, по заниженной стоимости), 25.05.2010 в пользу ООО «УНЭСКО» права аренды земельного участка площадью 25 000 кв.м с кадастровым номером: 66:25:2901021:11 (безвозмездно), 19.08.2010 земельного участка с кадастровым номером 66:25:2901021:137 за 254 000 рублей (по мнению заявителя, по заниженной стоимости) в пользу ООО «УНЭСКО». ООО «НГТ-Строй» считает, что данные сделки причинили вред должнику и были санкционированы АО «УНЭСКО» как единственным акционером.

Суд первой инстанции признал обоснованным сделанное ЗАО «УНЭСКО» и Стрекотиным А.А. заявление о пропуске срока исковой давности по основаниям, изложенным ранее.

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина», ООО «Ресурс» и Пядышева А.В., суд первой инстанции правильно исходил из следующего.

Заявитель относит АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина», ООО «Ресурс» и Пядышева А.В. к контролирующим лицам в связи с тем, что они являются конечным выгодоприобретателем активов должника, а именно, нескольких объектов недвижимости, расположенных по адресу: Екатеринбург, ул. Карла-Либкнехта, д. 2а: нежилого помещения площадью 421,9 кв.м с кадастровым (условным) номером: 66-66-19/057/2010-475; нежилого помещения площадью 3 095,7 кв.м с кадастровым номером 66- 66-19/057/2010-478; нежилого помещения площадью 561,9 кв.м с кадастровым номером 66 - 66-19/057/2010-477; нежилого помещения площадью 15,1 кв.м с кадастровым номером 1/76/И/63; нежилого помещения площадью 9 646,5 кв.м с кадастровым номером 66- 66-19/077/2010-396; нежилого помещения площадью 2 107,9 кв.м с кадастровым номером 66- 66-19/077/2010-395; - земельного участка площадью 91 817 кв.м с кадастровым номером 66:25:2901021:136.

Указанные объекты находились в собственности должника до 15.10.2010, когда на основании договора аренды с правом выкупа от 03.12.2008 они вместе с несколькими другими объектами были переданы в собственность ООО «НГТ-Контракт». Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2013 данная сделка признана недействительной, применены последствия в виде взыскания с ООО «НГТ-Контракт» рыночной стоимости отчужденного имущества в размере 210 780 000 рублей.

На основании договора купли-продажи №01-27/10 от 07.12.2010 указанные объекты были проданы АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина». Решением единственного акционера АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина» Пядышева А.В. данные объекты вместе с другими внесены в уставный капитал ООО «Ресурс», которое до настоящего времени является их собственником.

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве изложен в Федеральном законе от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" форме опровержимой презумпции, носящей материально-правовой характер.

В пункте 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137 указано, что к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве (в части норм материального права), которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

Учитывая, что АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина» ООО «Ресурс» и Пядышев А.В., привлекаются к субсидиарной ответственности за участие в сделках, совершенных в 2010 году, действовавшая на тот момент редакция Закона о банкротстве не содержала соответствующей презумпции, указанные лица не могут быть отнесены к контролирующим на основании доказанного факта извлечения выгоды по подпункту 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

В то же время, заявитель и лица, участвующие в деле, не лишены возможности доказывать наличие у АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина» ООО «Ресурс» и Пядышева А.В. статуса контролирующих должника лиц без ссылки на данную презумпцию по общим основаниям, указанным в действовавшей на момент приобретения имущества редакции Закона о банкротстве.

Согласно статье 2 Федеральный закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в ред. от 27.07.2010) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

Закон о банкротстве в редакции от 27.07.2010 в любом случае связывает наличие статуса контролирующего лица с возможностью повлиять на хозяйственную деятельность должника, с наличием реальной возможности влиять на принятие управленческих решений.

Вместе с тем, АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина» ООО «Ресурс» и Пядышев А.В. не являются аффилированными по отношению к ЗАО «Агрогаз» лицами, никогда не входили в состав органов управления, акционеров, участников должника, не давали ему обязательных для исполнения указаний.

Ссылки заявителя на то, что ряд сотрудников ЗАО «Агрогаз» Блесткин С.А. (водитель-механик), Пермяков С.А. (инженер-механик), Бусыгин К.В. (директор по коммерции) в определенный период времени работали в АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина» не свидетельствует о наличии у заинтересованного лица либо его акционеров или участников контроля над ЗАО «Агрогаз». Сохранение трудовых отношений с работниками предприятия при смене его собственника является нормальной практикой ведения хозяйственной деятельностью и даже обязанностью работодателя в отношении определенной категории сотрудников (статья 75 Трудового кодекса РФ).

В связи с этим основания для признания АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина» ООО «Ресурс» и Пядышева А.В. контролирующими должника лицами отсутствуют, что исключает их привлечение к субсидиарной ответственности.

Заявление АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина» ООО «Ресурс» и Пядышева А.В. о пропуске заявителем срока исковой давности на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности является обоснованным.

Кроме того, заявителем не приведены доводы о том, какой вред был причинен действиями АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина» ООО «Ресурс» и Пядышева А.В., а также обоснование извлечения выгоды из противоправного поведения руководства должника.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Основания для привлечения АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина» ООО «Ресурс» и Пядышева А.В. к ответственности в виде возмещения убытков также отсутствуют.

При рассмотрении требования о возмещении внедоговорного вреда суд должен установить: 1) противоправность действий причинителя вреда, 2) наличие вреда и его размер, 3) причинно-следственную связь между возникшими убытками и действиями (бездействием) причинителя вреда, а также 4) его вину (статьи 15, 51.3, 1064 ГК РФ).

В материалах дела отсутствуют доказательства причинения АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина» ООО «Ресурс» и Пядышевым А.В. противоправных действий в отношении должника. Данные лица не заключали сделок с должником и не взаимодействовали с ним каким-либо иным образом, не связаны с ЗАО «Агрогаз», не являются его органами управления, не входили в состав участников, не влияли на принимаемые управленческие решения.

Более того, вступившим в силу судебным актом уже установлены причинители вреда, размер их ответственности. В определении Арбитражного суда Свердловской области от 28.04.2016 о взыскании убытков с Семенова С.В. за отчуждение имущественного комплекса суд установил перечень виновных в причинении убытков сделкой по отчуждению 15.10.2010 объектов в Сысерти лиц, указав в качестве таковых Семенова С.В., ООО «НГТ-Контракт», руководитель АО «Агрогаз» (Бусыгин К.В.), разделив ответственность на троих.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (статья 69 АПК РФ).

Кроме того, заявителем пропущен срок исковой давности, установленный для требования о взыскании убытков. Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года. Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Поскольку о положенных в основу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности обстоятельствах заявитель узнал не позднее 07.02.2013 (признание Семнадцатым арбитражным апелляционным судом недействительной сделки по отчуждению объектов в Сысерти в пользу ООО «НГТ-Контракт»), срок исковой давности истек 07.02.2016. Между тем заявление подано 20.09.2019, то есть с пропуском срока. 

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «УНЭСКО» заявитель указывает, что именно в пользу данной организации было совершено отчуждение большинства объектов недвижимости должника по заниженной стоимости, а именно: лесопильного цеха площадью 1 431,40 кв.м, котельной площадью 118,6 кв.м, блока сушильных камер площадью 1824,7 кв.м за 3 762 253,95 (по мнению заявителя, по заниженной стоимости) на основании договора от 21.08.2009; права аренды земельного участка площадью 25 000 кв.м с кадастровым номером 66:25:2901021:11 на основании договора от 25.05.2010 (безвозмездно); земельного участка с кадастровым номером 66:25:2901021:137 на основании договора от 19.08.2010 за 254 000 рублей. Кроме того, ООО «УНЭСКО» является наряду с АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина» конечным (через ООО «НГТ-Контракт») выгодоприобретателем имущества должника, отчужденного на основании договора аренды с правом выкупа от 03.12.2008.

Суд первой инстанции по вышеприведенным основаниям сделал обоснованный вывод о том, что ООО «УНЭСКО» не может быть привлечено к субсидиарной ответственности в связи с истечением срока давности.

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ТОО «Мерона Киннисвара», Наумейко С.А. и Наумейко А.В., суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Заявитель обосновывает привлечение ТОО «Мерона Киннисвара», Наумейко С.А. и Наумейко А.В. к субсидиарной ответственности их косвенным участием в должнике через несколько российских и иностранных юридических лиц: в 2006 году - через участие в испанской компании Sanar Trade SRL, которое являлось участником ТОО «Мерона Кеннисвара», которое являлось участником	ООО	«НГТ-Холдинг»,	которое в свою очередь являлось акционером должника (косвенное участие через три организации); в 2007 году - через участие в испанской компании Sanar Trade SRL, которое являлось участником ТОО «Мерона Кеннисвара», которое являлось участником ООО «НГТ-Холдинг» с долей 43,26%, которое являлось участником ООО «Кул-Недвижимость», которое являлось участником ООО «Уромгаз» с долей 38,887%, которое являлось акционером ЗАО «Агрогаз» (косвенное участие через четыре организации); с 2009 года - через участие в испанской компании Sanar Trade SRL, которое является участником ТОО «Мерона Кеннисвара», которое является участником ООО «НГТ-Холдинг» с долей 43,26%, которое является участником ООО «Термогаз» с долей 50%, которое является акционером ЗАО «Агрогаз» (косвенное участие через четыре организации).

Заявитель полагает, что ТОО «Мерона Киннисвара», Наумейко С.А. и Наумейко А.В. являлись скрытыми бенефициарами вывода имущества должника в пользу подконтрольных им компаниям, а именно, продажи базы в Краснодарском крае по договору от 01.10.2007 и имущественного комплекса в Сысерти по договору от 03.12.2008, заключенным между должником и ООО «НГТ-Контракт». Заявитель считает, что данные сделки совершены по инициативе и в интересах ТОО «Мерона Киннисвара», Наумейко С.А. и Наумейко А.В в силу их косвенного участия в ООО «НГТ-Контракт».

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в подлежащей применению редакции, контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

Контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

Суд первой инстанции верно установил, что в материалы дела не представлено каких-либо доказательств совершения ТОО «Мерона Киннисвара», Наумейко С.А. и Наумейко А.В. действий, направленных на совершение управленческих решений в отношении должника. Указанные лица не принимали решений об одобрении сделок должника, не назначали на должность органы его управления или вообще знали что-либо о деятельности ЗАО «Агрогаз».

Представленные в материалы дела документы о принятии решений в ООО «Уромгаз» в период с 2000 по 2009 годы относятся, в большей части, к иному периоду (за несколько лет до совершения спорных и сделок и возникновения признаков неплатежеспособности).

Суд первой инстанции также признал обоснованным заявление ответчиков о пропуске срока исковой давности.

Суд первой инстанции также не установил оснований для взыскания с ТОО «Мерона Киннисвара», Наумейко С.А. и Наумейко А.В. убытков.

Согласно статье 53.1 Гражданского кодекса РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Факт совершения ответчиками каких-либо противоправных действий (в том числе, их участие в заключении, одобрении сделок по продаже недвижимого имущества от 01.10.2007 и 03.12.2008) материалами дела не подтверждается.

Из протокола общего собрания участников ООО «НГТ-Контракт» следует, что сделка по заключению договора аренды с правом выкупа имущества в Сысерти от 03.12.2008 была одобрена Трухиным В.В. и Стрекотиным А.А.

Кроме того, суд первой инстанции также согласился с доводом о пропуске срока исковой давности и в части требования о взыскании убытков по основаниям, изложенным выше.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований о признании недействительными сделок, суд первой инстанции пришел к следующим обоснованным выводам. 

01.10.2007 между ЗАО «Агрогаз» и ООО «НГТ-Контракт» заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: Краснодарский край, Щербиновский район, ст. Старощербиновская, ул. Промышленная, 12: административного двухэтажного кирпичного здания с подвалом общей площадью 657,8 кв.м; цеха общей площадью 1 478, 5 кв.м; котельной площадью 10,7 кв.м; земельного участка (кадастровый номер 23:36:07 07037:0012).

Данное имущество было отчуждено за 1 000 000,00 рублей.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ в редакции от 26.06.2007 срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Заявление о признании договора от 01.10.2007 недействительным подано 09.10.2018, то есть за пределами сроков исковой давности, в связи с чем заявленные конкурсным управляющим требования удовлетворению не подлежат.

По договору от 21.08.2009 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу ООО «УНЭСКО» следующих объектов недвижимости, расположенных по адресу: Свердловская область, г. Сысерть, ул. Карла-Либкнехта, д. 2а.: лесопильного цеха площадью 1 431,40 кв.м, котельной площадью 118,6 кв.м, права аренды земельного участка площадью 25 000 кв.м с кадастровым номером: 66:25:2901021:11, блока сушильных камер площадью 1824,7 кв.м.

Имущество было отчуждено за 3 263 524,70 рублей.

Учитывая, что оспариваемая сделка совершена менее чем за один год до принятия к производству заявления о признании ЗАО «Агрогаз» банкротом (26.03.2010), на момент ее совершения должник отвечал признакам неплатежеспособности, имущество было продано по цене в несколько раз ниже рыночной, имеются формальные основания для признания сделки недействительной.

В то же время, согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ в редакции от 17.07.2009 срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Заявление о признании договора от 21.08.2009 подано 09.10.2018, то есть за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

19.08.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу ООО «УНЭСКО» земельного участка с кадастровым номером 66:25:2901021:137. Стоимость имущества согласно договору составила 254 000,00 рублей.

Согласно заключению Азанова И.Н. по состоянию на 15.10.2010 стоимость земельного участка составила 9 271 000,00 рублей. Рыночная стоимость земельного участка не оспаривается, использована Бусыгиным К.В. при расчете размера ответственности.

Учитывая, что оспариваемая сделка совершена менее чем за один год до принятия к производству заявления о признании ЗАО «Агрогаз» банкротом (26.03.2010), на момент ее совершения должник отвечал признакам неплатежеспособности, имущество было продано по цене в несколько раз ниже рыночной, имеются формальные основания для признания сделки недействительной.

В то же время, согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ в редакции от 27.12.2009 срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Заявление о признании договора от 19.08.2010 подано 09.10.2018, то есть за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

16.09.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Боброва М.Н. транспортного средства ГАЗ-31105 2006 года выпуска, vin X9631105071370010 за 5 000 рублей.

Согласно заключению ООО «Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 50 000 рублей.

21.05.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Бачинина В.А. автомобиля УАЗ-37419-210 (2000 года выпуска, vin XTT374190Y0002629) за 5 000 рублей.

Согласно заключению ООО	«Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 87 000 рублей.

03.08.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Мажитова А.М. автотранспортного средства МАЗ-53371	(1994 года выпуска, vin XTM533710R0014367) за 5 000 рублей.

Согласно заключению	ООО	«Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 150 000 рублей.

17.06.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Зорина Р.Н. автотранспортного средства КАМАЗ - 55118 (1996 года выпуска, vin XTC551110T1091107) за 5 200 рублей.

Согласно заключению ООО	«Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 310 000 рублей.

03.08.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Ильина И.М. автотранспортного средства МАЗ-64229-032 (1996 года	выпуска, vin

 XTM642290T0011114) за 22 500 рублей.

Согласно заключению ООО	«Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 420 000 рублей.

21.05.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Максимова А.П. автотранспортного средства ВАЗ - 2107 (2004 года выпуска, vin X7D21070040035598) за 3 000 рублей.

Согласно заключению ООО «Синергия» № 261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 82 000 рублей.

28.07.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Кольцова Ю.К. автотранспортного средства УАЗ - 31514 (1997 года выпуска, модель №417800, двигатель №50309608S) за 6 000 рублей.

Согласно	заключению ООО «Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 62 000 рублей.

28.07.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Сайба В.А. автотранспортного средства ГАЗ 3102 (2002 года выпуска, vin XTH31020021114501) за 15 000 рублей.

Согласно заключению ООО «Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 18 000 рублей.

26.05.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Стариковой

 Т.И. автотранспортного средства УАЗ-3909 (1996 года выпуска, vin XTT390900T0003465) за 3 000 рублей.

Согласно заключению ООО «Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 67 000 рублей.

21.05.2010ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Блесткина  С.А. автотранспортного средства Сузуки Гранд Витара (2001 года выпуска, vin JSAFTL52V00155561) за 20 000 рублей.

Согласно	заключению ООО	«Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 350 000 рублей.

21.05.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Пермякова С.А. автотранспортного средства Дэу Нексия (2000 года выпуска, vin ULV3L31BDYA097408) за 5 000 рублей.

Согласно заключению ООО	«Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 100 000 рублей.

23.05.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Дворянинова А.М. автотранспортного средства УАЗ-31512	(2002 года выпуска, vin XTT31512020016257) за 5 000 рублей.

Согласно заключению ООО	«Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 93 000 рублей.

21.05.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Мичкова Е.А. автотранспортного средства ВИС-2345-0000012 (2006 года выпуска, vin X6D23450060015049) за 5 450 рублей.

Согласно заключению ООО	«Синергия» №261018/2-э от 26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 67 000 рублей.

31.05.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Бабкина Е.В. автотранспортного	средства	УАЗ-220602	(1995 года выпуска, vin XTT22060220006844) за 5 000 рублей.

Согласно заключению	ООО	«Синергия» №261018/2-э от	26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 52 000 рублей.

21.05.2010 ЗАО «Агрогаз» произвело отчуждение в пользу Шадрина Е.С. автотранспортного	средства	ГАЗ-3102	(1997	года	выпуска, vin XTH31020021109886) за 2 500 рублей.

Согласно заключению ООО	«Синергия» № 261018/2-э от	26.10.2018 рыночная стоимость автомобиля составила 39 000 рублей.

Учитывая, что оспариваемые сделки совершены менее чем за один год до принятия к производству заявления о признании ЗАО «Агрогаз» банкротом, а также после подачи данного заявления, на момент совершения должник отвечал признакам неплатежеспособности, имущество было продано по цене в несколько раз ниже рыночной, имеются формальные основания для признания сделок недействительными.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ в редакции от 27.12.2009 срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Заявления о признании сделок, совершенных в период с 21.05.2010 по 16.09.2010 поданы в период с 08.11.2018 по 12.11.2018, то есть за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

При этом, согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Заявление ненадлежащей стороны о применении исковой давности правового значения не имеет (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43).

При рассмотрении обособленного спора заявление о пропуске исковой давности сделано Стариковой Т.И., Кольцовым Ю.К., Абсалямовым Р.Р., Блесткиным С.А. Поэтому суд отказывает в удовлетворении требований к данным ответчикам.

В отношении же остальных сделок по транспортным средствам, суд первой инстанции также не нашел оснований для признания их недействительными, поскольку в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что другая сторона сделки знала о совершении оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, доказательства наличия между сторонами заинтересованности по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, при отсутствии иных доказательств о порочности сделки - также не приведены.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства, судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Суд первой инстанции правильно применил указанные в тесте настоящего постановления нормы права, оценив по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании фактические обстоятельства, доказательства, представленные в материалы дела, доводы и возражения сторон в их совокупности и взаимосвязи в порядке, предусмотренном статьями 65, 66, 67, 68, 70, 71 АПК РФ, и обоснованно привлек Трухина В.В. и Бусыгина К.В. к субсидиарной ответственности, а также не усмотрел правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности и ответственности в виде взыскания убытков остальных ответчиков.

Доводы апелляционных жалоб Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зориной И.В., ООО «НГТ-Строй» по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены и отклоняются доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего о том, что срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности составляет три года и исчисляется с 23.12.2015, когда были получены деньги от продажи требований к ООО «НГТ-Контракт», основанных на постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2013, поскольку выводы суда первой инстанции о том, что срок исковой давности составляет один год и исчисляется с 30.06.2013, когда статья 10 Закона о банкротстве предоставила конкурсным кредиторам право самостоятельно подать заявление о привлечении к субсидиарной ответственности сделаны на основании правильно примененных норм материального и процессуального права в их взаимосвязи, а также соответствуют сложившимся правовым подходам к рассмотрению споров о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Более того, отклоняя доводы апелляционных жалоб о неправильном исчислении срока исковой давности, суд апелляционной инстанции принимает во внимание как обоснованные доводы противоположной стороны о том, что понимание того, что конкурсной массы ЗАО «Агрогаз» не хватит для погашения реестра, возникло задолго до продажи 23.12.2015 прав требования к ООО «НГТ-Контракт».

Так, проданное право требования к ООО «НГТ-Контракт» на 210 миллионов еще 25.05.2015 было оценено всего в 10 миллионов рублей при реестре в 150 миллионов рублей. Очевидно, что даже продажа дебиторской задолженности по максимальной стоимости существенно не повлияла на расчеты с кредиторами. В итоге задолженность продана  за 125 000 рублей.

С 2013 года было очевидно, что реально получить взысканные с ООО «НГТ-Контракт» 210 миллионов рублей будет невозможно. С 19.03.2014 в материалах дела находятся материалы исполнительного производства в отношении ООО «НГТ-Контракт» (том 133). Из материалов следует, что у ООО «НГТ-Контракт» есть лишь имущество общей стоимостью 2 576 рублей, нет денег на счетах, недвижимого имущества либо транспортных средств, деятельности компания не ведет.

Кроме того, целый ряд иных обстоятельств указывал на невозможность удовлетворения требований кредиторов: 03.06.2011 было продано последнее собственное имущество ЗАО «Агрогаз». Далее продавались только «производные» активы, появившиеся в ходе процедуры (взысканные убытки с управляющего, реституционные требования к ООО «НГТ-Контракт»); 19.09.2013 и 15.11.2013 уже были поданы первые заявление о привлечении к субсидиарной ответственности (к Трухину В.В., Бусыгину К.В. и иным), которые были рассмотрены в данном споре. Это противоречит позиции конкурсного управляющего, поскольку в таком случае эти заявления поданы за 2 года до начала течения сроков на их подачу; 140 миллионов взысканных с Семенова С.В. в качестве убытков также было бы недостаточно. Рассчитывать на полное погашение данной задолженности также не приходилось: сам Семенов С.В. не погасил вообще ничего, а страхование его ответственности было ограничено 23,5 миллионами рублей; конкурсное производство открыто 27.09.2010, что само по себе подразумевает невозможность расчета с кредиторами в полном объеме.

Доводы апелляционных жалоб Трухина В.В. и Бусыгина К.В. о том, что отсутствует причинно-следственная связь между их действиями и банкротством ЗАО «Агрогаз», отклоняются апелляционной коллегией, поскольку опровергаются многочисленными имеющимися в материалах дела доказательствами, получившими надлежащую оценку суда первой инстанции. 

Как следует из материалов настоящего дела о банкротстве и на что правильно ссылается представитель АО «Металлургический завод имени И.П. Бардина», ООО «Ресурс» и Пядышева А.В., прослеживаются систематические действия кредиторов и управляющих, направленные на то, чтобы не допустить формирование конкурсной массы и погасить требования исключительно за счет привлечения кредиторов группы Зориной И.В. и АО «БМЗ» к субсидиарной ответственности. Так, за все то время, которые рассматривается дело о банкротстве, ни кредиторы, ни управляющие не оспорили ни одной сделки помимо договора аренды с правом выкупа от 01.10.2017. При этом в рамках данного спора суд установил основания для недействительности всех этих сделок, но срок их оспаривания был пропущен. Из материалов дела о банкротстве очевидно, что никто не был заинтересован в их оспаривании в установленный срок, поскольку это повлекло бы изъятие имущества общей стоимостью более 70 миллионов рублей у ООО «УНЭСКО» и АО «УНЭСКО», подконтрольных Трухину В.В. Кроме того, из материалов дела следует, что кредиторы ЗАО «Агрогаз» 11.07.2011 приняли решение о списании дебиторской задолженности на 72 миллиона рублей, а 26.03.2013 о передаче его в качестве отступного ЗАО «Уромгаз». Действия конкурсного управляющего по невзысканию задолженности неоднократно признавались незаконными (определения от 26.01.2012, 27.06.2013).

С учетом изложенного, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат, обжалуемое определение суда должно быть оставлено без изменения.

Статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при подаче апелляционных жалоб на обжалуемое определение не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 10 сентября 2020 года по делу № А60-10944/10 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

И.П. Данилова

 

Т.В. Макаров