СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-6332/2023(2)-АК

Дело № А50-31811/2021

27 декабря 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2023 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено  27 декабря 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей                               Чухманцева М.А., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

заявителя жалобы, ответчика ФИО2 – ФИО3, доверенность от 29.08.2023, паспорт,

конкурсного управляющего ФИО4 (лично), паспорт,

от ООО «Уралец» - ФИО5, доверенность от 10.07.2023, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – представители не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, ФИО6

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 20 сентября 2023 года

о признании недействительными перечислений денежных средств в период с 23.12.2020 по 25.12.2020 с расчетного счета должника на в пользу ФИО6 в общем размере 1 000 000,00 руб., применении последствий недействительности сделки, 

вынесенное в рамках дела № А50-31811/2021 

о признании Производственного кооператива «Оптово-розничная компания «Ильинское молоко» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), несостоятельным (банкротом),

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 02.11.2022  Производственный кооператив «Оптово-розничная компания «Ильинское молоко» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

Сведения о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства были опубликованы в газете «Коммерсантъ» 12.11.2022 (выпуск № 210), в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 08.11.2022.

14.04.2023 в арбитражный суд поступило заявление кредитора ООО «Уралец» о признании недействительной сделкой перечислений 23.12.2020, 25.12.2020 в общей сумме 1 000 000,00 руб. со счета должника денежных средств в качестве возврата займа ФИО6, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания указанной суммы с ответчика с целью обращения их в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 20.09.2023 (резолютивная часть от 20.09.2023) заявленные требования удовлетворены. Признаны недействительной сделкой перечисления в период с 23.12.2020 по 25.12.2020 денежных средств с расчетного счета должника в пользу ФИО6 в общем размере 1 000 000,00 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежные средства в указанной сумме, восстановлении ФИО6 права требования к должнику в сумме 1 000 000,00 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, ответчик ФИО6 обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. Указывает, что оспариваемыми перечислениями ответчик вернул себе денежные средства путем перечисления на счет физического лица, предоставленные должнику для погашения обязательств перед ООО «Агропромышленный комплекс «РУЗКОМ», которые ответчиком были получены в заем от ФИО7 Какого-либо злоупотребления со стороны ответчика не имеется, причинение вреда кредиторам возвратом должником заемных средств не произведено. Указывает на отсутствие у должника на момент спорных сделок признаков неплатежеспособности, на осуществление в период спорных платежей расчетов с кредиторами.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего и кредитора ООО «Уралец» поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, считают доводы необоснованными, обжалуемое определение законным и не подлежащим отмене.

Участвующий в судебном заседании представитель ответчика доводы жалобы поддерживает в полном объеме, настаивает на отмене определения.

Конкурсный управляющий и представитель ООО «Уралец» поддерживают возражения, изложенные в письменных отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Пермского края от 27.12.2021 принято к производству заявление ООО «Уралец» о признании Производственного кооператива «Оптово-розничная компания «Ильинское молоко» несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением от 02.11.2022 Производственного кооператива «Оптово-розничная компания «Ильинское молоко» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

В период с 07.09.2020 до даты введения в отношении должника процедуры конкурсного производства (27.12.2021) председателем кооператива являлся ФИО6.

Учредителями в период с 07.09.2020 по настоящее время являются:

- ФИО8 с размером доли в уставном капитале 20% (номинальная стоимость доли – 10 000,00 руб.);

- ФИО9 с размером доли в уставном капитале 20% (номинальная стоимость доли – 10 000,00 руб.);

- ФИО10 с размером доли в уставном капитале 20% (номинальная стоимость доли – 10 000,00 руб.);

- ФИО11 с размером доли в уставном капитале 20% (номинальная стоимость доли – 10 000,00 руб.);

- ФИО6 с размером доли в уставном капитале 20% (номинальная стоимость доли – 10 000,00 руб.).

В ходе проведения соответствующей процедуры (анализ движения денежных средств) арбитражным управляющим должника установлено, что в период с 23.12.2020 по 25.12.2020 произошло перечисление денежных средств в пользу ФИО6 в общем размере 1 000 000,00 руб. с указанием в основании (назначении) платежей: «возврат беспроцентного займа, НДС не облагается.», что было отражено в анализе финансово-хозяйственной деятельности должника.

Полагая, что указанные перечисления являются недействительными сделками на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный кредитор ООО «Уралец» обратился в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Рассмотрев заявление управляющего, суд первой инстанции признал требования подлежащими удовлетворению.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд не усматривает основания для отмены (изменения) обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно ст.61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, в соответствии со ст.61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст. 61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В данном случае из материалов дела следует, что дело о банкротстве возбуждено 27.12.2021, оспариваемые перечисления совершены в период с 23.12.2020 по 25.12.2020, то есть в пределах периода подозрительности, предусмотренного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названого постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Помимо периода «подозрительности» оспариваемой по специальным основаниям сделки, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Согласно п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

При рассмотрении спора судом первой инстанции установлено, что предоставление ответчиком денежных в средств в заем должнику подтверждается материалами спора и лицами, участвующими в споре, не оспаривается (карточка счета 66.03; выписка по счету должника).

Денежные средства по договорам займа были внесены на расчетный счет должника, что подтверждает факт наличия по оспариваемым сделкам равноценного встречного требования.

Также суд установил, что у ответчика имелась финансовая возможность предоставить заем должнику (ответчиком даны пояснения и предоставлены документы в подтверждение того, что ему данные денежные средства были предоставлены в заем и впоследствии возвращены, что подтверждается представленными документами, в том числе договором займа от 16.12.2020, распиской о возврате денежных средств). Указанные обстоятельства также никем не оспариваются.

ООО «Уралец» и конкурсный управляющий должника в обоснование требований указали на совершение оспариваемых перечислений в период наличия у должника неисполненных обязательств, требования по которым в последующем включены в реестр требований кредиторов, в том числе перед ООО «Екатерининское» (требование основано на договоре поставки от 01.10.2019, подтверждается решением Арбитражного суда Пермского края от 10.03.2021 по делу № А50-23290/2020 и определением Арбитражного суда Пермского края от 11.10.2021 по делу № А50-23290/2020); ООО «Уралец» (требование основано на договоре поставки № 1 от 01.04.2019, установлено решением Арбитражного суда Пермского края 02.09.2021 по делу № А50-9368/2021).

В суде первой инстанции ответчик возражал относительно наличия у должника на момент оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности, отмечая, что судебные акты о взыскании вынесены лишь в 2021 г., а сделки в декабре 2020 г., а также на осуществление расчетов с иными кредиторами.

В апелляционной жалобе ФИО6 приводит аналогичные доводы, которые подлежат отклонению, поскольку из указанных решений, как верно отметил суд первой инстанции, следует, что неустойка начислена за период начиная с 27.12.2019 и с 10.12.2019 соответственно, то есть с декабря 2019 года должник прекратил исполнение обязательств перед кредитором. О наличии у должника неисполненных обязательств ответчик, являвшийся его руководителем, не мог не знать. Кроме того, исковое заявление ООО «Екатерининское» было принято к производству 07.10.2020, то есть до совершения оспариваемых сделок.

Доказательств погашения обязательств перед иными кредиторами ответчиком не представлены.

Таким образом на момент совершения спорных перечислений у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед иными независимыми кредиторами.

При этом судами учтено, что наличие задолженности перед отдельными кредиторами о неплатежеспособности должника не свидетельствует. Однако, в данном случае имеющиеся неисполненные обязательства свидетельствуют о причинении оспариваемыми платежами вреда кредиторам, поскольку они лишись денежных средств, за счет которых было возможно погашение их требований.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что на момент совершения спорных перечислений у должника имелись имущество и денежные средства, в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств перед независимыми кредиторами в полном объеме, в материалы спора не представлены.

Из материалов дела следует и лицами, участвующими в деле, не оспаривается аффилированность должника и ответчика, ввиду вхождения ответчика в состав учредителей должника, его подконтрольность ответчику, являвшемуся председателем кооператива.

Ссылка апеллянта на отсутствие у него возможности влияния на принятие решений должника отклоняется как несоответствующая фактическим обстоятельствам.

В силу правовых позиций, выраженных в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), аффилированность (заинтересованность) должника и ответчика может быть не только юридической, но и фактической, при которой сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений. О наличии фактической аффилированности (заинтересованности) может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В п. 3.3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018 (далее – Обзор судебной практики от 04.07.2018) даны разъяснения, что разновидностью финансирования по смыслу п.1 ст. 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается гак же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

ООО «Уралец» и конкурсный управляющий указывают на предоставление ответчиком должнику займа в качестве временной финансовой помощи.

Ответчик в суде первой инстанции пояснял, что денежные средства были предоставлены должнику путем заключения беспроцентного займа с целью погашения задолженности перед ООО «Агропромышленный комплекс «РУЗКОМ» по договору поставки № 49 от 16.11.2018.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами спора. 

Предоставление ответчиком беспроцентного займа не является типичным для природы заемных правоотношений. Фактически денежные средства предоставлены ФИО6 в качестве компенсационного финансирования деятельности кооператива, что явно следует из причины предоставления этих средств и ответчиком не оспаривается.

Само по себе предоставление денежных средств должнику контролирующим его лицом, в целях компенсационного финансирования, указывает на недостаточность собственных денежных средств должника для расчетов с кредиторами, что подпадает под признаки недостаточности имущества должника, сформулированные в ст. 2 Закона о банкротстве. 

При этом не имеет значения способ предоставления компенсационного финансирования и его оформление. 

Контролирующее лицо не наделило должника при его создании необходимым для осуществления деятельности имуществом, дофинансировало его путем предоставления необходимого имущества, тем самым перераспределив риски утраты крупного вклада на случай возможного банкротства, что свидетельствует о том, что избранная контролирующим лицом процедура финансирования уже в момент ее выбора приводила в очевидному дисбалансу прав должника и прав независимых кредиторов.

Ответчик в апелляционной жалобе не отрицает, что оспариваемыми платежами он возвратил себе заемные средства для погашения своих обязательств по займу, взятому для предоставления должнику финансовой поддержки. При этом ответчик полагает отсутствующим нарушение прав иных кредиторов, поскольку возврат должником заемных средств не причинил вреда кредиторам.

Указанная позиция судом апелляционной инстанции признается ошибочной, основанной на неверном толковании норм права.

В отличие от обычных правоотношений, вытекающих из договора займа, при предоставлении финансирования деятельности должника, осуществленного в обход публичной корпоративной процедуры по увеличению размера уставного капитала, возврат денежных средств перед проведением расчетов с независимыми кредиторами не предполагается и совершение действий по обратному перечислению денежных средств указывает на отступление сторонами сделки от первоначального намерения финансового поддержания должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны участника (акционера).

Изъятие вложенного ответчиком не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (п. 4 ст. 1 ГК РФ). Исходя из позиции, изложенной в Обзоре судебной практики от 04.07.2018, обстоятельства, свидетельствующие о совершении действий, оформленных в качестве возврата займов (изъятие вложенного), имеют пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок.

Действующим законодательством предусмотрена возможность возврата лицом, предоставившим компенсационное финансирование, этих денежных средств, при наличии у должника финансовой возможности для его возврата.

В данном случае оспариваемыми перечислениями произведен возврат компенсационного финансирования, без какого-либо экономического обоснования, при наличии у должника неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами, в отсутствие у должника финансовой возможности для их погашения.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В результате возвращения компенсационного финансирования путем совершения в декабре 2020 г. оспариваемых платежей в общем размере 1 000 000,00 руб. уменьшилась имущественная масса должника, за счет которой могли быть удовлетворены требования независимых кредиторов, тем самым нарушены их права. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии всей совокупности условий для признания данных платежей должника в пользу ответчика недействительными сделками на основании ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Выводы суда являются обоснованными и законными.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения. 

В связи с незаконным перечислением должником денежных средств, в качестве последствий недействительности сделок суд первой инстанции правомерно взыскал с ответчика денежные средства в сумме 1 000 000,00 руб., а ответчику восстановил право требования к должнику в указанном размере, поскольку реальность предоставления денежных средств должнику подтверждена и не оспаривается.

Доводы заявителя апелляционной жалобы по существу направлены на переоценку выводов арбитражного суда первой инстанции, являющихся, по мнению суда апелляционной инстанции, законными и обоснованными.

Исходя из изложенного, оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст.270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. Нормы процессуального права применены судом первой инстанции правильно. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в связи с подачей апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 20 сентября 2023 года по делу № А50-31811/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

 

М.А. Чухманцев 

 

 

М.С. Шаркевич