АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу

 

27.05.2024

 

Дело № А84-2370/2021

г. Калуга 

 

Резолютивная часть постановления объявлена             22.05.2024 

Постановление изготовлено в полном объеме              27.05.2024

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

Гладышевой Е.В.

судей

ФИО1

Григорьевой М.А.         

 

от лиц, участвующих в деле:

от ФИО2:

 

от иных лиц, участвующих в деле:

 

лично на основании паспорта;

 

не явились, извещены надлежаще.

 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Севастополя от 20.11.2023 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2024 по делу № А84-2370/2021, 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Севастополя от 14.05.2021 в отношении ФИО3 (далее – должник, ФИО3) возбуждено дело о банкротстве. 

Определением суда от 01.07.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Решением Арбитражного суда города Севастополя от 25.10.2021 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом),  в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Определением от 06.03.2023 финансовым управляющим утверждена ФИО5

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками - договоры аренды, заключенные между ФИО3 и ФИО6  от 26.04.2018,  от 01.12.2018, от 09.01.2019, а также договоры субаренды, заключенные между ФИО6  и ФИО7 от 01.05.2018,  от 09.01.2019  и применении последствий недействительности сделок в виде понуждения ИП  ФИО7 освободить занимаемые помещения, расположенные по адресу: 

<

...>   и сдачи финансовому управляющему в полной целостности и исправности, в том числе с неотъемлемыми улучшениями; взыскания в солидарном порядке  с ФИО6, ФИО7  убытков  в размере 22 428 000 рублей (с учетом уточнений).

Определением Арбитражного суда  города Севастополя от 20.11.2023, оставленным без изменения постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2024, в удовлетворении требований финансового управляющего отказано. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, кредитор – ФИО8 обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт. В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что спорные сделки являются единой сделкой, совершенные в период подозрительности при неравноценном встречном исполнении, между аффилированными лицами, с целью вывода активов должника. 

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий просил судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований.

ФИО7 в отзыве на кассационную жалобу просила судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании кредитор поддержал доводы кассационной жалобы. 

Представители иных лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Учитывая наличие доказательств надлежащего извещения не явившихся лиц о времени и месте судебного разбирательства, кассационная жалоба рассмотрена в порядке статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие их представителей.

Суд, исследовав представленные материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы, заслушав кредитора, приходит к выводу о наличии оснований для  отмены судебных актов первой и апелляционной инстанций в части с направлением дела на новое рассмотрение, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, на основании  договора купли-продажи от 13.12.2011 ФИО3  принадлежит земельный участок с кадастровым номером 91:03:002003:139, расположенный по адресу: 

<

...>, а также жилой дом площадью 1 129, 5 кв. м. с кадастровым номером 91:03:002003:1093, расположенный на данном земельном участке. 

Решением Ленинского суда города Севастополя от 07.08.2015 по делу № 2-777/2015 объект капитального строительства – многоквартирный жилой дом, расположенный на земельном участке по адресу: 

<

...>, признан самовольной постройкой, подлежащей сносу. Решением Ленинского суда города Севастополя от 24.07.2019 право собственности ФИО3  на 1/2 долю земельного участка и жилого дома, расположенного по адресу ул. Олега Кошевого, 14,  прекращено в результате раздела общего совместного имущества с супругой ФИО9

Из материалов дела усматривается, что фактически объектом аренды оспариваемых договоров являются  помещения жилого дома по адресу: 

<

...>, используемого должником в коммерческих целях.

Как указал финансовый управляющий и не оспаривается лицами, участвующими в деле, между должником ФИО3 (арендодатель) и родным братом должника ФИО6 (арендатор) заключался договор аренды от 26.04.2018, предметом которого являлось  помещение первого этажа, площадью 400 кв. м. Текст договора в материалах дела отсутствует.

Далее, между  ФИО3 и ФИО6 заключен договор аренды от 01.12.2018 всего здания по указанному выше адресу, общей площадью 1300 кв.м.  Согласно пунктам 5.1, 5.2 договора размер арендной платы за весь арендуемый объект в целом составляет 45 000 рублей, подлежащей уплате до 1 числа каждого месяца (т.1, л.д. 88-90).

Между ФИО3 (арендодатель)  и ФИО6 (арендатор) заключен договор аренды от 09.01.2019, по которому арендодатель передает, а арендатор принимает во временное платное пользование помещение первого этажа по адресу: 

<

...>. Размер арендной платы договором не установлен (т. 1, л.д. 91).

Впоследствии, 01.05.2018 между ФИО6 (арендодатель) и ФИО7 (арендатор) заключен договор №9 субаренды единого и обособленного нежилого помещения общей площадью 400 кв.м, расположенного на цокольном этаже в отдельно-стоящем капитальном здании по адресу: 

<

...>. Согласно пункту 3.1 договора размер арендной платы составляет 106 000 рублей в год (т.1, л.д. 81-84).

Между ФИО6 (арендодатель) и ФИО7 (субарендатор) заключен договор субаренды от 09.01.2019, по которому арендатор сдает, а субарендатор принимает в  субаренду помещение первого этажа, по указанному выше адресу. Согласно пункту 3.1 договора стоимость субаренды составляет 104 000 рублей в год (т. 1,  л.д. 83).

Финансовый управляющий в обоснование требований ссылался на то, что договор  от 26.04.2018 заключен между заинтересованными лицами (должником и его братом), что презюмирует осведомленность ФИО6 о финансовом положении должника, в отсутствие доказательств, подтверждающих оплату арендной платы. Полагая, что договоры аренды от 01.12.2018, от 09.01.2019, договоры субаренды от 09.01.2019, от 01.05.2018  являются единой сделкой, заключены между аффилированными лицами на условиях неравноценного встречного предоставления в период, когда должник имел признаки неплатежеспособности, в целях вывода активов должника перед банкротством, финансовый управляющий на основании  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Рассматривая обособленный спор и отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего о признании недействительными сделок - договоров аренды от 26.04.2018 и от 01.05.2018, суды исходили из того, что указанные сделки совершены за пределами трехгодичного периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (производство по делу о несостоятельности должника возбуждено 14.05.2021). 

Суд округа соглашается с указанным выводом судов первой и апелляционной инстанций ввиду отсутствия обоснования заявителем выхода за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В то же время суд округа усматривает основания для отмены судебных актов в остальной части, поскольку выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судами не дана оценка доводам финансового управляющего и конкурсного кредитора.

Проверка соответствия правоотношений, складывающихся между должником и третьими лицами, требованиям гражданского оборота с точки зрения пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», предполагает, что на объем подлежащих установлению обстоятельств значительное влияние оказывает период, в котором совершена спорная сделка.

Так, в случае если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно установления факта неравноценности встречного исполнения обязательств другой стороной сделки, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 указанной статьи (в частности, недобросовестности контрагента) не требуется (пункт 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Недействительность сделки, совершенной в более поздний срок предполагает необходимость установления совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом в силу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, судом в любом случае при оспаривании подозрительной сделки, совершенной в течении трех лет до банкротства  проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, осведомленность другой стороны о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов к моменту совершения сделки). При наличии возбужденной процедуры банкротства в отношении должника еще большее значение приобретает эффективное распоряжение принадлежащим ему имуществом в целях формирования и пополнения конкурсной массы для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому совершение сделок с основным активом должника в период подозрительности требует пристального судебного внимания и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.07.2021 № 308-ЭС18-14832 (5))

Как указано ранее, производство по делу о несостоятельности должника возбуждено 14.05.2021, договоры аренды между  ФИО3 и ФИО6 заключены 01.12.2018 и 09.01.2019, договор субаренды между ФИО6 и ФИО7 - 09.01.2019, следовательно, в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего, суды сослались на то, что финансовым управляющим не указана дата возникновения у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества. 

Однако, как следует из заявления о признании сделок недействительными, а также пояснений, представленных в суды апелляционной и кассационной инстанций, финансовый управляющий и конкурсный кредитор ссылались на то, что с 01.03.2017 в отношении должника были возбуждены исполнительные производства, указывали конкретные требования, которые впоследствии включены в реестр требований кредиторов. Требования ФИО10, включенные в реестр в сумме 23 977 704,71 руб. основного долга, 5 960 353,48 руб. санкций и 90 000 руб. судебных расходов определением суда от 01.07.2021,  основаны на решении Ленинского районного суда города Севастополя от 30.05.2016 по делу №2-1616/2016 и решении Ленинского районного суда города Севастополя от 03.04.2019 по делу №2-945/19 о взыскании задолженности по договору займа 03.01.2015.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении ВС от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК). В данном случае существенное значение имеет наличие кредиторов на момент совершения оспариваемых сделок.

Указанным обстоятельствам и доводам, какая-либо оценка судом не дана.

Заявляя о признании недействительными сделок договоров аренды от 01.12.2018 и от 09.01.2019, заключенных между ФИО3 и ФИО6, финансовый управляющий ссылался на то, что спорные сделки совершены при неравноценном встречном исполнении, по заниженной стоимости между аффилированными лицами, в отсутствие какой-либо оплаты в пользу должника, с целью вывода активов. 

Приведенные доводы, в том числе о безвозмездности договоров аренды для должника, об установлении сторонами размера арендной платы значительно ниже их реальной рыночной стоимости также судом фактически не рассмотрены. 

При новом рассмотрении дела суду необходимо проверить доводы финансового управляющего, касающиеся неравноценности встречного исполнения сделок, что входит в предмет доказывания применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве (путем назначения экспертизы или оценки публичных сведений о рыночной стоимости услуг пользования аналогичным имуществом и т.д.).

Суды указали, что совершение сделки между близкими родственниками законодательно не запрещено и не свидетельствует о том, что сделка исполнялась не на тех условиях, которые отражены сторонами в договоре.

Между тем, в силу статьи 19 Закона о банкротстве, ФИО6 является заинтересованным с должником лицом, и, соответственно, презюмируется его осведомленность о финансовом состоянии должника, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие эту презумпцию, и, свидетельствующие об ином, отсутствуют.

 Исходя из сложившихся правовых подходов предложение арендодателя по установлению явно заниженной ставки арендной платы должно породить у арендатора обоснованные сомнения относительно правомерности и предпосылок подобного поведения.

Как следует из условий договора от 01.12.2018, размер арендной платы за весь арендуемый объект площадью 400 кв.м. составляет 45 000 рублей (пункт 5.1.), при этом в договоре  аренды от 09.01.2019 размер арендной платы не указан. Доказательства оплаты аренды по спорным договорам ФИО6 в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, фактически ни должник, ни его брат не раскрыли действительные цели оформления договорных отношений и обстоятельства пользования имуществом должника, формально из которых усматривается безвозмездное пользование братом должника его имуществом в коммерческих целях. 

При таких обстоятельствах следует исходить из того, что на момент совершения оспариваемых сделок имущественное положение должника не позволяло осуществлять заключение сделок с его имуществом в той свободе действий, что предусмотрено положениями статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме этого, финансовый управляющий оспаривает договоры от 01.05.2018, от 09.01.2019  о передаче имущества в аренду ФИО6, договор от 09.01.2019 о передаче имущества в субаренду ФИО7 как единую сделку, фактически прикрывающую получение реального дохода должником от сдачи в аренду имущества должника.

Суды, отклоняя указанные доводы, исходили лишь из того, что должник –                         ФИО3 не является стороной сделки с ФИО7

Какие-либо иные обстоятельства судом не проверялись, в том числе, наличие единого умысла на причинение вреда кредиторам, добросовестность контрагентов по договору аренды и субаренды, равноценность встречного исполнения, не дана оценка доводам финансового управляющего о том, что указанные договоры представляют собой единую сделку.

При новом рассмотрении дела суду следует оценить в совокупности все обстоятельства и заявленные доводы, в том числе представленные в материалы дела сведения о наличии взаимоотношений в более ранний период ФИО7  с семьей Д-вых. Так, согласно пояснениям финансового управляющего,  представленным в суд, сособственниками объекта недвижимости – земельный участок, по адресу: г. Севастополь, СНТ Пилот, 165, кадастровый номер 91;02;004003;1289, кадастровой стоимостью 2 770 443,19 рублей являются ФИО7 с 21.12.2012 и ФИО9 (1/5 в собственности) с 17.02.2017.

Кроме того в материалах дела имеются  сведения о первоначальной аренде недвижимого имущества по договору от 01.05.2017, заключенному между ФИО7 (арендатор) напрямую с должником - ФИО3 (арендодатель), по которому во временное владение и пользование предоставлен объект недвижимости: помещение первого этажа, расположенный по адресу: 

<

...>. Согласно пункту 5.1 договора стоимость арендной платы установлена 100 000 рублей в месяц. 

Приведенные обстоятельства судом не проверены, соответствующие обстоятельства не исследованы.

Для правильного и полного рассмотрения дела суду при новом рассмотрении дела необходимо исследовать преследуемую цель совершения сторонами спорных сделок, не направлено ли заключение сделок  на искусственное создание ситуации, при которой в имущественную массу должника не поступали доходы от сдачи недвижимого имущества в аренду, как до, так и после возбуждения дела о банкротстве должника, что приводило к сокрытию доходов и исключению достижения цели банкротства, ввиду невозможности полного удовлетворения требований независимых конкурсных кредиторов должника. 

При этом суду необходимо исследовать и оценить обстоятельства первоначальной сдачи в аренду должником спорного имущества в 2017 году напрямую ФИО7 на условиях установления  размера арендной платы, значительной превышающей размер аренды (субаренды) по оспариваемым договорам, предложить раскрыть должнику и ответчикам причины и цель изменения договорных отношений пользования имуществом должника ФИО7 По итогу исследования данных обстоятельств следует оценить, причинен ли вред имущественным правам кредиторов в результате совершения действий должника и ответчиков, преследовали ли такую цель ответчики, приняв во внимание родственные отношения стороны договора аренды и, в то же время, отсутствие таковых со стороной договора субаренды. Следует учитывать, что наличие родственных связей стороны сделки с должником позволяет считать, что такое лицо могло и должно было знать о наличии кредиторской задолженности и соответственно преследуемой цели должника. Относительной же незаинтересованной стороны сделки финансовому управляющему и кредитору необходимо доказать недобросовестность такого ответчика, в том числе безусловную осведомленность о преследуемой цели должника, обеспечив справедливый баланс интересов всех задействованных в правоотношения лиц. 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В пунктах 80, 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено, что по смыслу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. В случае недействительности договора, по которому полученное одной из сторон выражалось во временном возмездном пользовании индивидуально-определенной вещью, эта сторона возмещает стоимость такого пользования другой стороне, если оно не было оплачено ранее.

Относительно применении последствий недействительности сделок, суд указал на то, что заявленные финансовым управляющим последствия в виде понуждения ФИО7 освободить арендуемые помещения, взыскания в солидарном порядке с ФИО7 и ФИО6 убытков в размере 22 428 000 рублей, не соответствуют  положениям статьи 167 Гражданского кодекса РФ,  обоснование применения указанных последствий, отсутствует.

Вместе с тем,  суд не связан требованиями заявителя при решении вопроса о применении последствий признания сделки недействительной, что позволяет суду, как применить последствия недействительности сделки, в случае если требование о реституции не заявлено, так и применить необходимые и соответствующие совершенной сделке последствия ее недействительности в случае, если такое требование заявлено неверно.

В данном случае, по результатам исследования и оценки всех имеющихся в деле доказательств, с учетом того, что спорный объект недвижимости реализован финансовым управляющим в процедуре банкротства, исходя из конкретных обстоятельств дела, в зависимости от того, к каким выводам суд придет относительно равноценности цены сделки и добросовестности ответчиков, возможно применение последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 денежных средств в размере фактически полученного дохода, либо равноценной стоимости аренды. В случае установления судом наличия единого умысла ответчиков на причинение вреда кредиторам и их недобросовестности, возможно взыскание равноценной стоимости пользования имуществом с обоих ответчиков.

Наряду с изложенным, суду следует обратить внимание на активную позицию по делу кредитора ФИО2, выкупившего долг к должнику (представляется значимым выяснение вопросов целей приобретения права требования к должнику и за какую сумму), учитывая погашение в его пользу значительной части включенных в реестр требований (32 641 421,85 рублей), сопоставив размер погашения  (погашен ли основной долг) и оставшуюся задолженность с требуемыми последствиями признания недействительной сделки. 

При этом суд округа обращает внимание всех лиц, участвующих в деле о банкротстве на недопустимость злоупотребления своими правами (статья 10 ГК РФ) и преследования не цели защиты действительно нарушенного права, а исключительно цели финансового обогащения.  

Из положений части 2 статьи 10 ГК РФ следует, что в случае установления судом явного злоупотребления лицом своим правом суд может отказать в защите принадлежащего ему права. Непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

Суду следует предложить лицам, участвующим в деле разрешить конфликт мирным путем, обеспечивающим прекращение производства по делу о банкротстве (в том числе путем утверждения плана реструктуризации (обратившись к суду с соответствующим ходатайством, в том числе за введением процедуры реструктуризации долгов) либо мирового соглашения, либо отказа от оставшихся требований к должнику), что может позволить должнику избавиться от статуса лица, признанного банкротом, влекущего определенные негативные последствия по итогу завершения процедуры (статья 213.30 Закона о банкротстве).  

С учетом отсутствия у суда округа полномочий на исследование и оценку доказательств, а также на совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение 

При новом рассмотрении спора суду необходимо устранить отмеченные недостатки, дать надлежащую правовую оценку всем имеющимся в деле доказательствам и доводам сторон в совокупности, обеспечив соблюдение справедливого баланса интересов, и принять судебный акт в соответствии с установленными обстоятельствами, имеющимися в деле доказательствами и нормами материального права. 

При оглашении и изготовлении резолютивной части постановления от 22.05.2024 ошибочно указан договор субаренды нежилого помещения № 1 от 01.05.2018, заключенный между ФИО6 и ФИО7, ввиду недопустимости изменения резолютивной части судебного акта при изготовлении полного текста постановления, при новом рассмотрении обособленного спора, судам следует исходить из того, что указанная сделка выходит за пределы периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, на что указано в мотивировочной части постановления. 

руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 287, ст.ст. 289, 290 АПК РФ, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда г. Севастополя от 20.11.2023 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2024 по делу № А84-2370/2021 в части отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего должника ФИО3 - о признании недействительными сделок - договора аренды от 01.12.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО6; договора субаренды нежилого помещения №9 от 01.05.2018, заключенного между ФИО6  и ФИО7; договора аренды от 09.01.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО6; договора субаренды от 09.01.2019, заключенного между ФИО6 и ФИО7 отменить, направить в указанной части  обособленный спор  на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Крым.

В остальной части определение Арбитражного суда г. Севастополя от 20.11.2023 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2024 по делу № А84-2370/2021 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                      Е.В.Гладышева

 

Судьи                                                                                                        М.А. Григорьева

 

                                                                                                                    ФИО1