045/2019-6271(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-26927/2016

г. Краснодар

20 февраля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2019 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 20 февраля 2019 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Андреевой Е.В., судей Илюшникова С.М. и Калашниковой М.Г, при ведении протокола  судебного заседания помощником судьи Кайдаш Е.Н., при участии в судебном заседании  от конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью  «Молочный завод "На Лугу"» (ИНН 6113022687, ОГРН 1146188001134) –  Батраковой Р.Ш. – Басс К.А. (доверенность от 24.09.2018), от общества с ограниченной  ответственностью «Вера» (ИНН 6119001595, ОГРН 1026101231958) − Новгородова Я.Д.  (доверенность от 17.11.2016), от индивидуального предпринимателя Кизявка Е.А. −  Соколова А.С. (доверенность от 22.01.2018), от Тарасенко И.В. − Кизявка В.Н.  (доверенность от 04.07.2017), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о  времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации в  информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев с участием системы  видеоконференц-связи с Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом  кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Вера» на определение  Арбитражного суда Ростовской области от 11.07.2018 (судья Бруевич В.С.)  и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2018  (судьи Емельянов Д.В., Стрекачёв А.Н., Николаев Д.В.) по делу № А53-26927/2016,  установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Молочный завод  "На Лугу"» (далее − должник) ООО «Вера» (далее − общество) обратилось в  Арбитражный суд Ростовской области с заявлением: о признании недействительными  выплат роялти индивидуальному предпринимателю Кизявка Е.А. (далее −  предприниматель) в размере 60 911 538 рублей, совершенных должником в 4 квартале  2015 года и в 2016 году по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2  

Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее − Закон о банкротстве), как сделок совершенных должником в годичный срок;  о признании недействительным лицензионного договора от 05.06.2014, заключенного  предпринимателем и должником, и выплат роялти предпринимателю в размере  22 701 тыс. рублей, совершенных должником в течение 2014 года и 1 – 3 квартала  2015 года по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве;  о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с  предпринимателя в конкурсную массу должника денежных средств в размере  

83 612 538 рублей, уплаченных в качестве роялти по лицензионному договору  от 05.06.2014.  

Определением суда от 11.07.2018, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 25.11.2018, обществу отказано в удовлетворении заявленных  требований. Судебные акты мотивированы тем, что общество не доказало наличия  совокупности условий, необходимых для признания недействительными спорного  договора и выплат по нему.  

В кассационной жалобе общество просит отменить судебные акты. По мнению  заявителя жалобы, для оспаривания платежей роялти по части 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве необходимо доказать два обстоятельства: совершение платежей в годичный  срок подозрительности и то, что они в худшую для должника сторону отличаются от цены  и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  аналогичные сделки. При этом в материалах дела имеются необходимые доказательства  для применения пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве к платежам должника,  совершенным в годичный срок подозрительности на сумму 60 911 538 рублей.  Рассматривая недействительность сделки и платежей по ней по основаниям части 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве, суды указали на недоказанность обществом  обстоятельств, подлежащих доказыванию, но фактически не установили и не исследовали  такие обстоятельства. Кроме того, суды не учли, что предприниматель с момента создания  должника является контролирующим его лицом, поскольку фактически принимал  ключевые управленческие решения в хозяйственной деятельности должника.  

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника и  индивидуальный предприниматель Кизявка Е.А. просят оставить судебные акты без  изменения, указывая на их законность и обоснованность.  

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы жалобы,  представитель конкурсного управляющего должника, представитель индивидуального  

предпринимателя Кизявка Е.А. поддержали доводы отзыва, представитель Тарасенко И.В.  просил в удовлетворении жалобы отказать.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что  кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как видно из материалов дела, решением суда от 12.05.2017 в отношении должника  введено конкурсное производство сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим  утвержден Баштанарь О.О. Определением суда от 28.03.2018 конкурсный управляющий  Баштанарь О.О. освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего  должника; конкурсным управляющим утверждена Батракова Р.Ш.  

Предприниматель (лицензиар) и должник (лицензиат) заключили лицензионный  договор от 05.06.2014, по условиям которого лицензиар предоставляет лицензиату за  уплачиваемое лицензиатом вознаграждение неисключительную лицензию на  использование на территории Российской Федерации товарных знаков по СВ. № 513661  от 21.05.2014, СВ. № 513653 от 21.05.2014 в отношении всех товаров 29, 30 и 32 класса  МКТУ, указанных в свидетельствах. В соответствии с договором лицензиат имеет право  использовать товарные знаки на товаре, его упаковке, в сопроводительной и иной  документации, а также в рекламе. Лицензиат выплачивает лицензиару лицензионное  вознаграждение в размере 10% от рублевой выручки выпущенной и реализованной  продукции. Уплата лицензионного вознаграждения может производиться путем  перечисления денежных средств на указанный лицензиаром расчетный счет или  наличными денежными средствами в пределах, предусмотренных законодательством.  

Общество, полагая, что указанный договор и выплаты по нему предпринимателю  роялти являются недействительными сделками по основаниям, предусмотренным  статьей 61.2 Закона о банкротстве, обратилось в арбитражный суд.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды обоснованно  руководствовались следующим.  

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим  Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской  Федерации по лицензионному договору одна сторона − обладатель исключительного  права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации  (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право  

использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором  пределах. Предоставление права использования результата интеллектуальной  деятельности или средства индивидуализации по лицензионному договору подлежит  государственной регистрации в случаях и в порядке, которые предусмотрены статьей 1232  Кодекса. По лицензионному договору лицензиат обязуется выплатить лицензиару  обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное  (пункт 5 статьи 1235 Кодекса).  

Из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве следует, что сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств  признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств,  если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им  иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного  встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств  такого встречного исполнения обязательств.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается,  что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей  (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость  переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок  имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более  процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации −  десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по  данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед  совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или  место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением  сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или  исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или  иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством  Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником  обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или  искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества  должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом  либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее − постановление № 63)  разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до  принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для  признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1  статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств,  определенных в пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента),  не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением  была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия  заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только  на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных  им обстоятельств (абзац третий пункта 9 постановления № 63).  

Суды установили, что оспариваемая сделка совершена 05.06.2014 (заявление о  признании общества несостоятельным (банкротом) принято к производству арбитражного  суда определением от 04.10.2016).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления № 63, пункт 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для  признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной  цели должника к моменту совершения сделки.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо  одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал  признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы  одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34  статьи 2 Закона о банкротстве. При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать  об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя  разумно и проявляя необходимую по условиям оборота осмотрительность, установить  наличие этих обстоятельств.  

Суды установили, что взаимоотношения должника и предпринимателя являются  франчайзинговыми отношениями, по которым должнику предоставлено право вести  бизнес под брендом «На Лугу», иметь наименование, а также пользоваться товарными  

знаками № 513653 от 21.05.2014 и № 513661 от 21.05.2014 в производстве, реализации  (оптовой и розничной торговле), сопроводительной и иной документации, а также в  рекламе (согласно лицензионного договора). Лицензионный договор включает в себя все  предоставленные должнику вышеперечисленные права, а начисление роялти  привязывается исключительно только к получению рублевой выручки после реализации  произведенной продукции должником, выпущенной под данными товарными знаками.  Согласно условиям договора о совместной деятельности от 31.07.2014 должнику для  осуществления его хозяйственной деятельности и с целью расширения возможностей при  производстве и реализации продукции на безвозмездной основе предоставлен товарный  знак по свидетельству № 224547 от 11.10.2002, который использован им в своей  хозяйственной деятельности.  

Суды учли, что для определения цены вознаграждения по лицензионному договору  и доказательств эффективности его для должника в связи с предложением по заключению  спорного договора и его условий использованы результаты исследования доли продукции  донских производителей в розничной торговой сети по итогам II квартала 2013 года,  сформированные на официальном портале Правительства Ростовской области. Согласно  данным исследованиям в рейтинге известности брендов донских товаропроизводителей  бренд «На Лугу» занимает наивысшую ступень (1-е место) со степенью известности  бренда потребителям − 80,3% (процента). При этом к моменту вступления в законную  силу лицензионного договора все товарные знаки, имеющее отношение к бренду  «На Лугу», принадлежали предпринимателю. В связи с осуществлением должником  полного цикла хозяйственной деятельности в сопроводительной и иной документации, а  также в рекламе сумма роялти рассчитана, исходя из производства молочных продуктов,  оптовой торговли пищевыми продуктами, розничной торговли пищевыми продуктами в  специализированных магазинах и вне магазинов. При этом чистая прибыль должника по  состоянию на 31.07.2014 составляла 6 645 тыс. рублей при выручке в 46 717 тыс. рублей, в  то время как продукция под товарными знаками, которые в последующем переданы  должнику по лицензионному договору от 05.06.2014 составляет 35 584 713 рублей  78 копеек.  

Исходя из указанных обстоятельств, суды пришли к выводу о том, что в случае  начисления и выплаты роялти по состоянию на 31.07.2014 в размере 10% чистая прибыль  должника составила бы 3 086 529 рублей. Должник ежедневно осуществлял производство  и поставку продукции большому количеству потребителей (свыше 50 тысячи  потребителей ежедневно), но при этом не имел собственных производственных  мощностей, а осуществлял свою деятельность по договорам аренды и давальческой  

переработке на предприятиях − банкротах; должник осуществлял полный цикл  обслуживания потребителя: производство продукции, дальнейшую транспортировку и  складирование продукции, доставку продукции конечному покупателю, соответственно,  на предпринимателя, как лицо, обладающее исключительным правом на товарные знаки,  возложена ответственность в рамках солидарной ответственности за наступление  негативных последствий в случае реализации некачественной продукции. Фактически  предприниматель расширил и создал для должника дополнительный рынок сбыта  продукции, которыми должник ранее не обладал и с которого впоследствии получал  прибыль.  

Суды установили, что, по условиям лицензионного договора лицензиат  выплачивает лицензиару вознаграждение в размере 10% от рублевой выручки,  выпущенной и реализованной продукции; указанное вознаграждение может быть  надлежащим образом сформировано только при наступлении определенных условий;  максимальный срок оплаты роялти по лицензионному договору составляет 6 месяцев  после выпуска продукции должником, при этом начисление и уплата роялти  производились должником после получения им валовой прибыли от полученной рублевой  выручки при реализации продукции с использованием лицензионных товарных знаков.  

Суды установили, что из анализа условий дополнительного соглашения  от 09.08.2014 к лицензионному договору от 05.06.2014, стороны договора предполагали,  что хозяйственная деятельность должника будет иметь положительную динамику, в том  числе увеличение объема выпуска продукции под товарным знаком «На лугу»,  увеличении чистой прибыли должника. При этом фактическая выплата вознаграждения  должником в период его хозяйственной деятельности не ухудшила его финансовые  показатели, о чем свидетельствуют его балансовые показатели за 2014 и 2015 годы, в  которых данные выплаты учтены. Использование лицензионных товарных знаков влияло  исключительно на получение валовой прибыли должником. Выручку должника с учетом  отпускных цен и коммерческие расходы должник нёс и планировал в рамках своей  хозяйственной деятельности самостоятельно, предприниматель не мог влиять на данные  показатели. Согласно балансовым показателям должника и отчета о финансовых  результатах за 2014 – 2016 годы общая валовая прибыль должника составила  208 523 тыс. рублей, из которой 80,46% приходится именно на продукцию с  использованием лицензионных товарных знаков, что составило 167 777 605 рублей  80 копеек, и только получив её должник уплатил роялти в размере 83 612 538 рублей.  

Оценивая указанные обстоятельства, суды установили, что они свидетельствуют о  прибыльности должника и отсутствии вреда от использования товарных знаков. При этом  

у должника формировалась дополнительная прибыль от использования лицензионных  товарных знаков при заказе должником продукции у других производителей, с которых  роялти не уплачивались. Без заключения спорного лицензионного договора получение  должником валовой прибыли, необходимой для осуществления его хозяйственной  деятельности, было бы невозможно, поскольку под другими нелицензионными товарными  знаками, имеющими меньшую узнаваемость на рынке, должник смог произвести и  реализовать продукции в районе 10% от общего объема.  

Суды исследовали и обоснованно отклонили довод общества об аффилированности  сторон сделки, установив, что приказом от 23.04.2014 № 25-и Тарасенко И.В. уволена из  ОАО «Кагальницкий молокозавод» в связи с его ликвидацией, о чем произведена запись в  трудовой книжке. При этом суды отметили, что Тарасенко И.В. действительно входила в  состав ликвидационной комиссии, однако, не являлась её председателем,  распорядительными функциями единоличного исполнительного органа наделена не была.  Приказом от 07.05.2014 № 1 Тарасенко И.В. являлась учредителем должника с  возложением на себя полномочий директора; с 23.04.2014 она не имеет какого-либо  отношения к ОАО «Кагальницкий молокозавод», к компании ООО «АВВИНКС»  (учредитель ОАО «Кагальницкий молокозавод»), а также не состоит с предпринимателем  в родственных отношениях.  

Кроме того, суды отметили, что кредитор (предприниматель) и директор должника  Кизявка В.Н. не являлись аффилированными лицами по отношению к должнику, в  семейно-брачных отношениях не состоят, общее хозяйство не ведут, что подтверждается  свидетельством о расторжении брака. С 01.04.2014 учредитель ООО «АВВИНКС»  Кизявка В.Н. не обладал исполнительными и распорядительными функциями в  

ООО «АВВИНКС». Лицензионный договор от имени должника подписан Тарасенко И.В.,  которая не связана с предпринимателем и ООО «АВВИНКС». В период исполнения  лицензионного договора после его государственной регистрации директором должника  Кизявка В.Н. и предпринимателем подписано дополнительное соглашение от 09.08.2014 к  лицензионному договору от 05.06.2014, улучшающее условия договора для должника при  достижении им определенных показателей.  

Исходя из этого, суды обоснованно отклонили довод общества о заключении  лицензионного договора заинтересованными лицами.  

Суды учли, что хозяйственную деятельность должника проверяла ИФНС по  Октябрьскому району г. Ростова-на-Дону в рамках выездной налоговой проверки, по  результатам которой был составлен акт налоговой проверки от 03.04.2017 № 1218 и  решение от 30.06.2017 № 12/33. При этом в рамках указанной налоговой проверки у  

налогового органа не возникло сомнений в отношении достоверности бухгалтерских  документов, на основании которых исчислен роялти, размера начисленного роялти, а  также экономической обоснованности этих расходов.  

Суды также установили, что в материалах дела отсутствуют документы,  подтверждающие стоимость (отсутствие стоимости) спорного товарного знака, в том  числе с учетом эффективности экономической деятельности должника в данной отрасли.  Специальными познаниями, позволяющими определить стоимость использованного  товарного знака «На лугу» и экономический эффект от его использования, суд не  обладает. При этом общество не представило доказательства нулевой стоимости  вознаграждения лицензиара по оспариваемому лицензионному договору, в связи с чем у  судов отсутствовали основания для вывода о причинении спорными сделками вреда  имущественным правам кредиторам должника.  

Исходя из изложенного, является верным вывод судов о недоказанности  обществом наличия совокупности условий, необходимых для признания  недействительными спорного договора, а также выплат по нему. Выводы судов  соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам,  основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального  права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств.  

Доводы кассационной жалобы по существу направлены на переоценку  доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации. Между тем пределы рассмотрения дела  в арбитражном суде кассационной инстанции установлены положениями статьи 286  Кодекса. В соответствии с частью 3 названной статьи при рассмотрении дела  арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, соответствуют ли выводы  арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права  установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.  Таким образом, арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по  оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе  его рассмотрения по существу.  

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы  отсутствуют.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.07.2018 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2018 по делу  

 № А53-26927/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий Е.В. Андреева 

Судьи С.М. Илюшников   М.Г. Калашникова