ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000,  http://4aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-1813/2015

г. Чита

02 ноября 2020 года.

Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 02 ноября 2020 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Даровских К.Н.,  

судей Монаковой О.В., Сидоренко В.А. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи апелляционные жалобы конкурсного управляющего акционерного общества «Ваш Личный Банк» - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» и индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 09 декабря 2019 года по делу № А19-1813/2015 по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «Ваш Личный Банк» - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности, в деле по заявлению Центрального банка Российской Федерации (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице Главного управления Центрального банка Российской Федерации по Иркутской области о признании акционерного общества "Ваш Личный Банк" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, юридический адрес: 666780, 

<

...>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании: 

от ГК "Агентство по страхованию вкладов": представитель по доверенности от 28.09.20 ФИО6,

от ФИО2:  представитель по доверенности от 06.12.19 ФИО7,

от ФИО3, ФИО5, ФИО4: представитель по доверенностям соответственно от 19.12. 2018, от 23.03.2018, от 07.02.2020 ФИО8

установил:

акционерное общество «Ваш Личный Банк» (далее - ВЛБАНК (АО), должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего ВЛБАНК (АО) возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» ( далее - конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий 22.03.2018 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к ФИО9 (ФИО9, ответчик), ФИО10 (ФИО10, ответчик), ФИО11 (ФИО11, ответчик), ФИО12 (ФИО12, ответчик), ФИО13 Наталье Дмитриевне (Никифорова Н.Д., ответчик), ФИО14 (ФИО14, ответчик), ФИО3 (ФИО3, ответчик), ФИО4 (ФИО4, ответчик), ФИО5 (ФИО5, ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании   с них в солидарном порядке 1 620 745 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 6 декабря 2018 года заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4, ФИО5 и взыскании с них в солидарном порядке 1 620 745 000 рублей выделено в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 11 апреля 2019 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4, ФИО5 отказано.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 16 июля 2019 года определение Арбитражного суда Иркутской области от 11 апреля 2019 года оставлено без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 20 сентября 2019 года определение Арбитражного суда Иркутской области от 11 апреля 2019 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 16 июля 2019 года отменены; обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

При новом рассмотрении заявления представитель конкурсного управляющего в судебном заседании заявление поддержал, полагал, что наряду с основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности, имеются основания для взыскания с ответчиков в солидарном порядке причиненных убытков в размере 93 179 462,72 рублей.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 09 декабря 2019 года в удовлетворении заявления акционерного общества «Ваш Личный Банк» - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности, о взыскании убытков отказано.

Не согласившись с определением суда от 09.12.2019, конкурсный кредитор ФИО2 и конкурсный управляющий обратились с апелляционными жалобами. 

ФИО2 в апелляционной жалобе указывает, что представленными в материалы дела документами подтвержден весь состав обстоятельств для взыскания убытков. Доказан противоправный характер поведения лиц,  привлекаемых к ответственности, вина, вред, причинно-следственная связь между противоправным поведением  и причиненным вредом. В результате совершения сделки должника с АО "Иркутскоблгаз-проект" создалась реальная угроза невозможности осуществления расчетов с любыми кредиторами АО «Иркутскоблгаз-проект» (в том числе будущими), а также возникла искусственная задолженность АО «Иркутскоблсаз-проект» перед АО «ВЛБанк» на сумму, превышающую требования всех кредиторов АО «Иркутскоблгаз-проект». Действительным экономическим смыслом совершенных сделок являлось формирование отрицательного финансового результата путем приобретения недвижимого имущества по завышенной (нерыночной) цене. Совершенные сделки с завышенной ценой и составляющие ущерб кредиторов заключались Банком накануне отзыва лицензии. Совет директоров одобрил сделки, выражая свою волю, будучи осведомленным об истинных целях указанных сделок. ФИО3, ФИО4, ФИО5 по первому вопросу повестки дня общего собрания совета директоров голосовали «ЗА», а значит ответственны за убытки причинённые юридическому лицу. Ответчиками не представлено доказательств отсутствия их вины. ФИО3 О,В., ФИО4, ФИО5, являясь членами совета директоров должника, не могли не знать положения устава Банка, Закона об акционерных обществах о том, что решение об одобрении крупной сделки в отношении имущества стоимостью более 50 процентов балансовой стоимости активов Банка принимается общим собранием акционеров Банка, аналогичная норма закреплена п. 3 ст. 79 ФЗ «Об акционерных обществах».

В дополнении к апелляционной жалобе ФИО2 со ссылкой на документы, полученные 07.02.2020, указывает, что Совет директоров ВЛБанка полностью контролировал деятельность Банка, был вовлечен во все события, происходившие в Банке, участвовал во встречах с контролирующим органом ЦБ РФ по Иркутской области  и принимал решения обязательные  для исполнения Правлением Банка, соответственно Совет директоров, также как и Правление несет ответственность за банкротства Банка. 

Конкурсный управляющий в обоснование жалобы указывает, что является доказанным волеизъявление ответчиков, направленное на совершение сделок с недвижимостью, ставшие основанием, для дальнейшего совершения внутрибанковских проводок без фактического движения денежных средств, что привело к формированию фиктивного остатка на расчетном счете АО ИОГП и дальнейшего его расходования для погашения ссудной задолженности рыночных заемщиков банка. Отказывая в привлечении к ответственности ФИО4, ФИО5 и ФИО3, суд пришел к ошибочному выводу об отсутствии в действиях ответчиков виновного и противоправного поведении и причинно-следственной связи между таким поведением и неблагоприятными последствиями в виде ухудшения финансового положения банка и причиненных ему убытков. В данном случае доказана не только совокупность условий, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, но и взыскания с них убытков. В материалы дела представлены все необходимые доказательства, того, что ФИО4, ФИО5 и ФИО3 являлись лицами, имеющими право давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять его действия, а именно являлись не только его акционерами, но и членами Совета директоров Банка, то есть субъектами не только субсидиарной ответственности, но и ответственности в форме возмещения убытков (ст. 71 Закона Об Акционерных обществах). Именно действия Совета директоров Банка по одобрению сделки с АО ИОГП повлекли за собой заключение договора № 210115-1 от 21.01.2015 и банковскую операцию по перечислению Банком на счет АО ИОГП суммы в размере 1 098 280,33 тыс. руб. Дальнейшее признание судом указанных договора и банковской операции недействительными не влияет на факт одобрения Советом директоров Банка заключения договора между Банком и кредитором и фактического проведения внутрибанковских проводок, приведших к выбытию с баланса ликвидных активов. Довод суда о возможности погашения требований Байка за счет восстановленной по результатам судебной работы по оспариванию сделок ссудной задолженности заемщиков не подтверждается имеющимися в деле доказательствами. Конкурсным управляющим, предоставлены в дело исчерпывающие доказательства того, что ликвидная на дату выбытия с баланса ссудная задолженность платежеспособных заемщиков, после ее возврата на баланс кредитной организации является, по сути, проблемным активом и, фактически, не гасится ни в добровольном порядке, ни в ходе исполнительных производств, возбужденных службой судебных приставов. Судом не учтено, что согласно п.8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»,  удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. В удовлетворении требования о возмещении убытков может быть отказано, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда. 

В судебном заседании представители конкурсного управляющего, конкурсного кредитора поддержали доводы своих апелляционных жалоб.

Представитель ответчиков возразил против доводов апелляционных жалоб.

Дело рассмотрено в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции. 

Рассмотрев доводы апелляционных жалоб, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий, обращаясь с заявленными требованиями указал, что банком реализована схема по выводу с баланса ликвидных активов за счет собственных средств, перечисленных им на основании заключенного 21.01.2015 с ЗАО «Иркутскоблгаз-проект» договора № 210115-1 на покупку недвижимого имущества, расположенного по адресу 

<

...> (Бизнес-центр Максим). 

На основании договора купли-продажи банк приобрел недвижимое имущество общей стоимостью 1 098 280 332 рубля. 

Согласно заключению эксперта стоимость объекта недвижимого имущества, переданного по сделке, завышена более чем в три раза по сравнению с рыночной, которая составляет 285 924 000 рублей. Таким образом, разница между рыночной стоимостью, приобретенного Банком объекта и ценой договора составила 812 356 330 рублей. 

Все выведенные в результате данной схемы денежные средства перечислены на счет ЗАО «Иркутскоблгаз-проект», открытый в банке, а затем направлены внутрибанковскими перечислениями на счета ООО «ТФО», ООО «Товарнофинансовый оператор», ООО «Финтрейд-траст», ООО «ПСС», ООО «ВЛФК», ООО «Сапфир» в качестве оплаты по договору купли-продажи ценных бумаг, требований о гашении векселей, возвратов по инвестиционным контрактам и договорам займа на общую сумму 1 020 090 850 рублей, после чего направлены на погашение рыночной ссудной задолженности ООО «Киренская транспортная компания», ООО «Ленская водочная компания», ООО «Фирма Север», ОАО «ЕдинствоТелеком», ООО «Финансовая арендаТранспорт», ФИО15 

В период конкурсного производства в рамках судебных разбирательств по делу № А19-1813/2015 между банком и ЗАО Иркутскоблгаз-проект» заключено мировое соглашение, в соответствии с которым, ЗАО «Иркутскоблгаз-проект» обязуется в течение одного года выплатить Банку разницу в стоимости недвижимого имущества в размере 812 356 332 рубля.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 15 мая 2017 года АО «Иркутскоблгаз-проект» признано банкротом. Требования банка включены в реестр требований кредиторов должника. Денежных средств от ЗАО «Иркутскоблгаз-проект» в конкурсную массу в оплату задолженности до настоящего момента не поступило.

В результате совершения сделки, ликвидные активы Банка (денежные средства, рыночные ссуды) замещены неликвидными, что стало причиной ухудшения финансового положения Банка и, как следствие, привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов в полном объеме. 

Размер субсидиарной ответственности рассчитан конкурсным управляющим по состоянию на 01.03.2018 и равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными  по  причине  недостаточности  имущества должника  и  составляет сумму  1 620 745 000 рублей.

Операции по ненадлежащему погашению ссудной задолженности вышеперечисленных  рыночных заемщиков путем совершения внутрибанковских проводок при отсутствии реальных денежных средств причинили Банку  ущерб в сумме погашенного основного долга и процентов, а именно, 93 179 462,72  рублей.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание указания суда кассационной инстанции, Арбитражный суд Иркутской области, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ответчиком к субсидиарной ответственности, взыскания убытков, с учетом установленных фактических обстоятельств, ввиду отсутствия в материалах дела доказательств, безусловно свидетельствующих о наличии противоправного характера поведения лиц, о привлечении к ответственности которых заявлено, их вины, вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом.

Четвертый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего. 

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц определены законодателем в разное время следующими положениями:

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 (N 73-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013);

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 (N 134-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017);

- глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Поскольку обстоятельства, которые заявитель указывает в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, возникли в период – январь 2015г., суд первой инстанции правильно определил, что к спорным отношениям подлежат применению положения статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции от 28.06.2013 (N 134-ФЗ).

Вместе с тем, предусмотренные Федеральным законом от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 15.01.2015 Советом директоров АО «ВЛБАНК» было принято решение об одобрении сделки по приобретению ВЛБАНК   (АО) у ЗАО «Иркутскоблгаз-проект» нежилого помещения, общей площадью 3 900 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, сумма сделки 1 103 700 000 рублей, как крупной сделки по приобретению имущества, стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов Банка, определенным по данным его бухгалтерской отчетности на последнюю отчетную дату. Решение принято большинством голосов. ФИО5 голосовал – за, ФИО3 голосовал – за, ФИО9 голосовал – за, ФИО4 воздержался от голосования.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 26 июня 2015 года по делу №А19-5795/2015 указанное выше решение, принятое Советом директоров ВЛБАНК (АО) 15.01.2015, отраженное в протоколе № 02 от 15.01.2015 признано недействительным, как принятое с нарушением порядка одобрения крупной сделки. Судебным актом установлено, что сделка должна была получить одобрение общего собрания акционеров, так как ее стоимость составила более 50% активов банка.

Также 20.01.2015 Советом директоров ВЛБАНК (АО) 20.01.2015 принято решение , о конкретизации параметров одобренной 15.01.2015 сделки: приобретение ВЛБАНК (АО) у ЗАО «Иркутскоблгаз-проект» следующих нежилых помещений, общей площадью 3 752,75 кв.м., расположенных по адресу: 

<

...>: Наименование объекта Кадастровый номер Передаваемая площадь (кв.м.) Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 1 139,8 кв.м., этаж 1, номера на поэтажном плане 1-17 38:36:000034:18412 1 139,8 Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 437,4 кв.м., этаж № 2, антресоль № 2, номера на поэтажном плане 8, 10, 12, 13, 16, 1838:36:000034:19546 437,4 Помещение, назначение: нежилое помещение, общая площадь 255,4 кв.м., этаж 2, номер на поэтажном плане 1-5 38:36.000034:18428 255,4 15 Помещение, назначение: нежилое помещение, общая площадь 106,1 кв.м., этаж технический № 1, номера на поэтажном плане 6-9 38:36:000034:18411 106,1 46/54 Помещения, назначение: нежилое помещение, общая площадь 2 099,6 кв.м., этаж цокольный № 1, подвал № 1, номера на поэтажном плане 1-17, 1-19 38:36.000034:18416 1 814,05 Сумма сделки составляет 1 098 280 332,80 рублей, в том числе НДС 167 534 288,05 рублей.

Решение принято ФИО5, ФИО3, ФИО9, ФИО4 единогласно.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 29 июня 2015 года по делу №А19-5794/2015 указанное выше решение, принятое Советом директоров ВЛБАНК (АО) 20.01.2015, отраженное в протоколе № 02/2 от 20.01.2015 признано недействительным, как принятое с нарушением порядка одобрения крупной сделки. Судебным актом установлено, что сделка должна была получить одобрение общего собрания акционеров, так как ее стоимость составила более 50% активов банка.

В соответствии с абзацами 1-3 пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии в том числе следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Соответственно, в рассматриваемом случае ответчики являются лицами,  контролирующими должника, и являются субъектами, которые в силу Закона о банкротстве могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В соответствии с приведенными в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснениями для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство) Пунктом 23 постановления N 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как разъяснено в абзаце 1 пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и новой нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают (п. 23 Постановления N 53).

Таким образом, на заявителе лежит обязанность по доказыванию совершения и одобрения контролирующим лицом сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, либо доведением общества до банкротства совершением спорных сделок.

Кроме того, действия в виде заключения сделок должны предшествовать негативным последствиям в виде невозможности погасить задолженность. 

Проанализировав представленные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что достоверных доказательств, подтверждающих, что именно указанные выше сделки повлекли неплатежеспособность должника, не имеется. Достоверных данных о том, что при одобрении заключения договора купли-продажи с ЗАО «Иркутскоблгаз-проект» члены Совета директоров должника должны были предвидеть, что заключенное конкурсным управляющим мировое соглашение с ЗАО «Иркутскоблгаз-проект» не будет исполняться в установленном порядке, не представлено. Заявителем не представлено надлежащих доказательств, что банкротство Банка вызвано исключительно действиями ФИО5 ФИО3, ФИО4

Представленные доказательства напротив подтверждают, что на дату принятия оспариваемых сделок Банк уже отвечал признакам неплатежеспособности, соответственно спорные сделки не привели к банкротству.

При таких обстоятельствах оснований для привлечения к субсидиарной ответственности не имеется.

Относительно требования о взыскании убытков причинных кредиторам должника спорными сделки, апелляционный суд приходит к следующему.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Указывая на наличие в действиях ответчиков состава убытков в сумме 93 446 430,64 руб., заявители ссылаются  на то, что в результате одобрения спорных сделок, должник не смог получить реальное исполнение по возврату кредиторской задолженности с ООО «Киренская транспортная компания», ОАО «Единство-Телеком», ООО «Ленская водочная компания», ООО «Фирма Север», ООО «Финансовая аренда-Транспорт» на указанную сумму ввиду погашения данной кредитной задолженности путем направления данной суммы внутрибанковскими проводками со счета ЗАО «Иркусткоблгаз-проект» на счета указанных в пояснениях организаций.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может потребовать полного возмещения ему убытков.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков лицо, требующее возмещения убытков, обязано доказать факт совершения ответчиком противоправных действий, причинения ему вреда, размер убытков и наличие причинной связи между противоправными действиями ответчика и возникшими убытками.

В настоящем случае суд первой инстанции правомерно учел постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26.07.2019 по делу № А45-10581/2016, которым установлено, что оплата за недвижимое имущество (сделки по купле-продаже которого были одобрены ответчиками 15.01. и  20.01.2015) фактически оформлены техническими проводками без реального исполнения банковских операций – аналогичные действия по погашению кредитов оспорены и признаны недействительными в деле №А19-1813/2015 о банкротстве АО «ВЛБанк».

Из чего следует, что денежная сумма в размере 1 098 280 332 руб. 80 коп. фактически Банком не перечислялась и не могла быть перечислена ввиду его неплатежеспособности.

Также суд первой инстанции правомерно принял во внимание, что должник восстановил право требование к вышеуказанным организациям на сумму, предъявляемую в качестве убытков, что подтверждается судебными актами, вступившими в законную силу.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 10 февраля 2016 года по делу №А19-1813/15 оставлены без изменения постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 29 июля 2015 года и определение Арбитражного суда Иркутской области от 30 сентября 2015 года о признании недействительной сделки по погашению 27.01.2015 задолженности по кредитному договору от 28.07.2014 № 78/14-К, заключенному между ВЛБАНК (АО) и ООО «Единство-Телеком» и применению последствий недействительности сделки в виде восстановления ссудной задолженности по кредиту и денежных средств на банковском счете ответчика ООО «Единство-Телеком» в сумме 10 655 000 рублей.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 10 февраля 2016 года по делу №А19-1813/15 оставлены без изменения постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22 июля 2015 года и определение Арбитражного суда Иркутской области от 30 сентября 2015 о признании недействительной сделки по погашению 27.01.2015 задолженности по кредитному договору от 11.08.2014 № 82/14-К, заключенному между ВЛБАНК (АО) и ООО «Единство-Телеком» и применению последствий недействительности сделки в виде восстановления ссудной задолженности по кредиту и денежных средств на банковском счете ответчика ООО «Единство-Телеком» в сумме 14 420 000 рублей.

Решением Усть-Кутского городского суда Иркутской области от 20 марта 2018 года по делу № 2-20/2018 и Решением Усть-Кутского городского суда Иркутской области от 6 февраля 2018 года по делу № 2-21/2018 с ООО «Азимут» (правопреемник ООО «Ленская водочная компания») взыскана задолженность по кредитному договору 

<

***> от 24.04.2013 года в размере 4 237 964руб. 45 коп. и задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 11.04.2014 года в размере 3 6 39 406 руб. 04 коп.

Распоряжениями временной администрации АО «ВЛБанк» №№ 38, 39 от 12.03.2015, 16.03.2015 сторнированы проводки в отношении ООО «Фирма Север» по кредитным договорам № 

<

***> от 29.04.2014, № 14/041 от 21.04.2014.

Таким образом, причины неисполнения указанных судебных актов не находятся во взаимосвязи с действиями (бездействиями) ответчиков, доказательств обратного не представлено.

Соответственно, суд первой инстанции обоснованно указал об отсутствии в действиях ответчиков виновного (противоправного) поведения и причинно-следственной связи между таким поведением и неблагоприятными для должника последствиями в виде причинения убытков.

Аргументы заявителей апелляционных жалоб проверены судом апелляционной инстанции, однако они признаются несостоятельными, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и не подтверждаются материалами дела.

Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено в связи с чем, определение по делу подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Определение   Арбитражного суда Иркутской области от 09 декабря 2019 года по делу №А19-1813/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение месяца.

Председательствующий                                                                         К.Н. Даровских

Судьи                                                                                                        О.В. Монакова   

                                                                                                                В.А. Сидоренко