ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru, 

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки Дело № А63-4361/2020 23.05.2023 

Резолютивная часть постановления объявлена 16.05.2023 Полный текст постановления изготовлен 23.05.2023 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Годило Н.Н., судей: Бейтуганова З.А., Джамбулатова С.И., при ведении протокола  судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в  судебном заседании: ФИО2, его представителя ФИО3 по  доверенности от 27.10.2016, в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных  надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО2 на определение Арбитражного суда Ставропольского края  от 29.11.2022 по делу № А63-4361/2020, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  индивидуального предпринимателя ФИО4 (г. Ставрополь,  ОГРНИП 304263514600057) принятое по заявлению ФИО2 об  установлении и о включении в реестр требований кредиторов должника, в общей сумме  11 617 780, 40 руб.,  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя  ФИО4 (далее по тексту – ИП ФИО4, должник),  29.07.2021 ФИО2 (далее по тексту – заявитель, ФИО3)  обратился в суд с заявлением об установлении и включении в реестр требований  кредиторов должника задолженности в общей сумме 11 617 780, 40 руб.  

Определением суда от 29.11.2022 в удовлетворении заявления отказано, ввиду  отсутствия доказательств фактического предоставления займа.  

ФИО3 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке,  предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее по тексту - АПК РФ), просил обжалуемое определение отменить,  принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования. Оспаривая  законность принятого судебного акта, заявитель указывает на то обстоятельство, что в  материалы дела представлены надлежащие доказательства наличия у кредитора  финансовой возможности предоставить заем, а также расходования должником  полученных средств.  

Определением суда от 30.03.2023 апелляционная жалоба принята к производству,  судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на  16.05.2023.  

Информация о времени и месте судебного заседания вместе с соответствующим  файлом размещена на сайте http://kad.arbitr.ru/ в соответствии положениями статьи 121  АПК РФ.  

Отзывы на апелляционную жалобу в суд не поступили. 

В судебном заседании представитель апеллянта озвучил свою позицию.  Одновременно заявил ходатайство об истребовании в Межрайонной ИФНС России № 12  по Ставропольскому краю налоговых деклараций по налог на доходы физических лиц и  налогу на добавленную стоимость за 2016 год; а также у конкурсного управляющего  выписки по расчетным счетам ФИО4, книги учета доходов и  расходов за 2016 год.  

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции пришел к  выводу, что оно не подлежит удовлетворению.  

В соответствии со статьями 9 и 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле,  должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих  требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления  последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

Согласно части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее  возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого  оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании  данного доказательства.  

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие  обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим  доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место  его нахождения.  

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд должен  проверить обоснованность данного процессуального действия с учетом принципов  относимости и допустимости доказательств, и при отсутствии соответствующей  необходимости, вправе отказать в его удовлетворении.  

Суд апелляционной инстанции при рассмотрении ходатайства об истребовании  доказательств пришел к выводу, что имеющихся в материалах дела доказательств  достаточно для вынесения судебного акта, кроме того, исследование указанной  бухгалтерской и налоговой отчетности должника не приведет к установлению  фактических обстоятельств наличия или отсутствия неисполненных обязательств  должника по договору займа, в связи с чем ходатайство не подлежит удовлетворению.  

 Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется  Шестнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34  АПК РФ.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее,  арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная  жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, ФИО3 (заимодавец) и ФИО4  (заемщик) 25.12.2015 заключили договор процентного займа между физическими лицами,  по условиям которого заимодавец в срок до 26.12.2015 передает в собственность  заемщику денежные средства в размере 7 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть  заимодавцу сумму займа в сроки и порядке, предусмотренном договором (т.1, л.д. 9-10).  

Пунктом 1.2 договора предусмотрено, что за пользование займом заемщик  выплачивает заимодавцу проценты из расчета 24 % в год. В пункте 2.1 договора указано,  что сумма займа считается предоставленной с момента выдачи заимодавцу расписки  заемщика в получении суммы займа, являющейся неотъемлемой частью договора.  

В соответствии с пунктом 2.2 договора заемщик обязуется вернуть сумму займа не  позднее 31.12.2020 (включительно), а проценты ежегодно в срок не позднее 26 декабря.  

Должником выдана расписка о том, что он получил от заявителя денежную сумму в  размере 7 000 000 руб. (т.1, л.д. 13).  

Сумма основного долга по договору займа и процентов должником заявителю не  возвращена.  

Определением от 25.09.2020 признано обоснованным заявление комитета по  управлению муниципальным имуществом города Ставрополя о признании  

ФИО4 несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена  процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО5  

Решением от 24.05.2021 в отношении должника введена процедура реализации  имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5  

В связи с тем, что должник имеет по отношению к кредитору неисполненные  обязательства, а в отношении должника введена процедура банкротства, кредитор  обратился в арбитражный суд с заявлением об установлении требования в рамках дела о  несостоятельности (банкротстве).  

Возражая против удовлетворения заявления, финансовый управляющий должника,  сослался на отсутствие доказательств финансовой возможности предоставить  займодателем сумму займа, а также на сам факт возникновения заемных правоотношений  между сторонами.  

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной  инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в  удовлетворении заявления, исходя из следующего.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) и части 1 статьи  223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным  судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности  (банкротстве).  

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры  реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и  уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей  100 настоящего Федерального закона. Пропущенный кредитором по уважительной  причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.  

В силу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации  имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему  правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня  опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры  реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).  

Согласно пунктам 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности  и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия  разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими  право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим  требование кредитором - с другой стороны. Установленными могут быть признаны только  требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и  размера задолженности.  

В соответствии с пунктом 6 статьи 16, статьей 100 Закона о банкротстве  требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их  обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.  

 При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит учитывать  среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и  действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о  финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в  бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической  оправданности совершаемых сделок (определение Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060).  

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле,  должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих  требований и возражений.  

Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо  руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более  тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным  общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению  заявления о включении требования в реестр является представление заявителем  доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности  перед ним и опровергающих возражения лиц, заявивших возражение против требования  (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от  07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3)).  

По смыслу статей 16, 71, 100 Закона о банкротстве с учетом разъяснений пункта 

26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел  о банкротстве» (далее по тексту - Постановление № 35) и сформировавшейся судебной  практики кредитор, заявляющий о включении своего требования в реестр, должен ясно и  убедительно подтвердить реальность долга, то есть его наличие и размер. При этом он  должен обосновать существование именно той задолженности, включить в реестр  которую он просит суд (определение Верховного Суда Российской Федерации от  15.08.2019 № 305-ЭС18-19688(2)).  

Во избежание нарушения прав остальных кредиторов, в целях установления  обоснованности долга, не допущения включения в реестр необоснованных требований  судебному исследованию подлежат действительные намерения сторон, все обстоятельства  заключения, этапов исполнения сделок, вопрос о взаимосвязанности сторон, оценка  экономической разумности и целесообразности договоров с должником-банкротом.  

По смыслу приведенных норм и разъяснений, в предмет доказывания по спорам об  установлении обоснованности и размера требований кредиторов входит оценка сделки на  предмет ее заключенности и действительности, обстоятельств возникновения долга,  установления факта наличия/отсутствия общих хозяйственных связей между кредитором  и должником, экономической целесообразности заключения сделки, оценка поведения  сторон с точки зрения наличия или отсутствия злоупотребления правом при заключении  сделки.  

Как установлено судом, заявитель просил включить в реестр требований  кредиторов задолженность возникшую, на основании заключенного с должником  договора займа.  

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по  тексту – ГК РФ), по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность  другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками,  а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или  равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа  считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.  

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка  заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной  денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).  

В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом  востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней  со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено  договором (статья 810 ГК РФ).  

Заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что  деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены  в меньшем количестве, чем указано в договоре (пункта 1 статьи 812 ГК РФ).  

Из приведенных норм права следует, что договор займа является реальной сделкой  и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.  

Исследовав материалы дела, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии  каких-либо правовых оснований для включения требований ФИО3 в реестр  требований кредиторов должника ввиду следующего.  

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 807 ГК РФ договор займа является реальной  сделкой и при отсутствии доказательств передачи заемщику суммы займа является  незаключенным, в связи с чем, обязательств заемщика по возврату займа не возникает.  

Исходя из положений статей 807, 808 ГК РФ передача займодавцем заемщику  суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа,  являющегося реальным договором.  

Таким образом, для установления обязанности заемщика вернуть денежные  средства, переданные ему по названному договору, надлежит установить факт передачи  ему займодавцем данных денежных средств.  

На основании пункта 3 статьи 812 ГК РФ, если в процессе оспаривания заемщиком  договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в  действительности не были получены от займодавца, договор займа считается  незаключенным. Когда деньги или вещи в действительности получены заемщиком от  займодавца в меньшем количестве, чем указано в договоре, договор считается  заключенным на это количество денег или вещей.  

Незаключенная сделка не является юридическим фактом, с которым закон  связывает возникновение, изменение и прекращение правоотношений, не влечет правовых  последствий и основанием возникновения, изменения или прекращения каких-либо  обязательств не является.  

В соответствии с позицией Президиума Высшего Арбитражного суда Российской  Федерации, изложенной в постановлении № 6616/11 от 04.10.2011, при наличии сомнений  в действительности договора займа суд не лишен права истребовать от займодавца  документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств в размере  суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за  период, предшествующий заключению сделки); сведения об отражении в налоговой  декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или  превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а  также иные доказательства передачи денег должнику. Суд не лишен права потребовать и  от должника представления документов, свидетельствующих о его операциях с этими  денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с  расчетного счета индивидуального предпринимателя), в том числе об их расходовании.  

В соответствии с указанными разъяснениями суду необходимо также установить,  имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были  истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и  налоговом учете и отчетности и т.д., поскольку только совокупность установленных  судом обстоятельств в целом позволяет определить достоверность факта передачи  должнику наличных денежных средств.  

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой  соответствия документов, установленным законом формальным требованиям.  

Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об  экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника  осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки  не исключает ее мнимость (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25).  

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее  заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают  большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление  дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.  

В качестве доказательств финансовой возможности предоставления займа  заявитель представил в материалы дела договор купли-продажи от 26.12.2014 квартиры,  расположенной по адресу: 

<

...>, стоимостью 1 800 000 руб. (т.3, л.д. 49-51); договор купли-продажи дома и  земельного участка от 23.03.2015, расположенных по адресу: 

<

...> стоимостью 8 000 000 руб. (т.1, л.д. 20-22); договор  купли-продажи автомобиля TOYOTA HIGHLANDER от 03.07.2015, стоимостью 2 500 000  руб. (т.1, л.д. 23); договор купли-продажи автомобиля KIA QUORIS от 18.10.2016,  стоимостью 2 000 000 руб. (т.3, л.д. 54).  

Заявителем отмечено, что за период с 25.12.2014 по 25.12.2016 ФИО3  было реализовано имущество на сумму 14 300 000 руб. За указанный период  

ФИО3, с учетом предоставленного 25.12.2015 ФИО4 займа в  размере 7 000 000 руб., также приобретено следующее имущество: по договору купли-продажи от 25.03.2016 квартира, стоимостью 1 700 000 руб.; по договору купли-продажи  от 25.03.2016 квартира, стоимостью 1 700 000 руб. (т.3, л.д. 61-67).; по договору купли-продажи от 18.03.2016, автомобиль KIA SOUL, стоимостью 1 129 647 руб. (т.3, л.д. 55-60).  

Итого, с учетом договора займа, ФИО3 за указанный период  приобретено имущества на сумму 11 529 647 руб.  

Проанализировав сделки купли-продажи, предшествующие заключению договора  займа от 25.12.2015, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на момент  предоставления займа заявитель не обладал финансовой возможностью для его  предоставления.  

Денежные средства от реализации объектов недвижимости по договорам от  26.12.2014 и от 23.03.2015 составили 9 800 000 руб.  

Сумма займа составила 7 000 000 руб., таким образом, в распоряжении заявителя  остается 2 800 000 руб., при этом суд первой инстанции обратил внимание на то  обстоятельство, что заявитель после отчуждения названных объектов недвижимости  

наряду с предоставлением займа приобрел две квартиры по договорам от 25.03.2016,  каждая стоимостью 1 700 000 руб., что в совокупности составило 3 400 000 руб.  

Так, договор купли-продажи автомобиля TOYOTA HIGHLANDER от 03.07.2015  заключен между ФИО3 и ФИО4, то есть перед тем, как одолжить  денежные средства по договору займа 25.12.2015, ФИО3 продал  

ФИО4 за 2 500 000 руб. автомобиль, что не является типичным поведением  в условиях обычного хозяйственного оборота.  

Средства же от реализации автомобиля по договору купли-продажи от 18.10.2016 в  любом случае не могли быть направлены на предоставление займа в декабре 2015 года и  на приобретение квартир в марте 2016 года.  

Кроме того, суд первой инстанции установлено, что заемщик обязуется вернуть  сумму займа не позднее 31.12.2020 (включительно), а проценты – ежегодно в срок не  позднее 26 декабря.  

Вместе с тем в одном из отзывов на возражения финансового управляющего  кредитором было указано на отсутствие в договоре обязанности по возврату процентов за  пользование займом, в какой-либо определенный срок, что у ФИО3  отсутствовали основания требовать выплаты процентов за пользование займом ранее  возврата суммы основного долга. Впоследствии в ходе рассмотрения спора заявителем в  материалы дела представлена копия заявления ФИО4 о предоставлении  отсрочки исполнения обязательства по договору процентного займа между физическими  лицами от 25.12.2015, из которого следует констатация обязанности по условиям договора  уплатить проценты за 2016 и 2017 годы в срок не позднее 26.12.2017 и 26.12.2018.  

В данном заявлении ФИО4 просит предоставить отсрочку уплаты  процентов, заявление вручено ФИО3 05.04.2019 и им подписано.  

Суд, оценивая такое противоречивое процессуальное поведение заявителя, пришел  к выводу об отсутствии подлинных намерений ФИО3 взыскать сумму процентов  до введения процедуры несостоятельности (банкротства) в отношении должника.  

Исследуя документальное подтверждение расходования полученных должником в  указанный период денежных средств в заявленном размере, судом первой инстанции  принято во внимание, что материалы дела не содержат документов, подтверждающих  поступление денежных средств от ФИО3 и их расходование должником на  какие-либо нужды.  

Согласно отзыву финансового управляющего и представленным в материалы дела  сведениям из регистрирующих органов, доказательства приобретения должником какого-либо имущества за счет заемных средств отсутствуют, на счета должника денежные  средства в сопоставимом объеме не зачислялись.  

Кроме того, как видно из материалов дела 29.10.2015, то есть за два месяца до  заключения спорного договора займа, ФИО4 по кредитному договору  привлечены кредитные денежные средства АО КБ «Росэнергобанк», требования которого  установлены в реестре требований кредиторов должника, с кредитной линией в размере  17 000 000 руб. с процентной ставкой 20% годовых.  

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что  ФИО3 не представлено доказательств наличия финансовой возможности, равно  как и должником, не раскрыта цель расходования денежных средств.  

Доводу заявителя о возможном расходовании денежных средств должником, как  председателем потребительского домостроительного союза «Домостроитель», в целях  деятельности данного союза, дана оценка судом первой инстанции, со ссылкой на  отсутствие соответствующих доказательств.  

Исследуя финансовое состояние заявителя, судом первой инстанции из  представленных в материалы дела справок о доходах физического лица установлено, что  доход ФИО3 за 2014 год составил 378 580, 94 руб., за 2015 год 26 216, 72 руб.  (т.3, л.д. 41-42).  

Принимая во внимание то обстоятельство, что цена договора в размере 

7 000 000 руб. в соотношении с данными о доходах физического лица, является  значительной, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности наличия у  ФИО3 финансовой возможности предоставить указанную сумму.  

Отказывая в удовлетворении апелляционной жалобы, суд апелляционной  инстанции исходит из того, что заявителем не опровергнуты разумные сомнения о  фактическом предоставлении должнику займа.  

Так, в судебном заседании суда апелляционной инстанции заявитель пояснил, что  деятельностью физического лица является ведение бизнеса. Вместе с тем, владея  бизнесом и денежными средствами на развития бизнеса, заявитель не обосновал  необходимость предоставления займа постороннему лицу на длительный срок (пять лет),  в отсутствие доказательств встречного исполнения (получение дохода от займа, а именно  процентов по договору), что ставит под сомнение разумность действий сторон, принимая  во внимание возражения финансового управляющего должника со ссылкой на факт  возникновения заемных правоотношений между сторонами.  

Данные обстоятельства заявителем жалобы не опровергнуты, не обоснована  экономическая целесообразность предоставления займа должнику, (в отсутствие  заинтересованности сторон) при наличии ведения бизнеса заявителем и возможность  получения дохода от него.  

Кроме того, отказывая в удовлетворении апелляционной жалобы, суд исходит из  того, что ФИО3 не раскрыта экономическая целесообразность предоставления  займа, за счет продажи своего имущества, не обоснован механизм расчета с должником.  

Представленные договора купли-продажи квартир свидетельствуют о том, что  после продажи кредитором квартир, полученные денежные средства были направлены на  выдачу займа.  

Какие-либо обстоятельства и доказательства, свидетельствующие об  аффилированности ФИО3 с должником, в материалы дела не представлено.  Вместе с тем, конкретные обстоятельства заключения сделки с должником ФИО3,  в частности поиск займодателем и выбор им заемщика, проверка финансовой  состоятельности заемщика при выдаче займа на длительный срок, место и порядок  передачи наличных денежных средств в значительном размере, перед судом не раскрыты.  В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО3 не привел  приемлемых пояснений относительно конкретных обстоятельств заключения договора  займа именно с должником, указав, что необходимость привлечения заемных средств у  ФИО3 для должника обусловлена завершением строительства средней школы.  

При наличии возражений конкурсного управляющего относительно реальности  заключенного между сторонами договора займа и получении денежных средств  должником, в отсутствие экономической целесообразности предоставления займа, за счет  продажи своего имущества, заявителем не обоснован механизм расчета должника, в связи  с чем, у суда возникают объективные сомнения в реальности договора займа, которые  кредитором документально не опровергнуты.  

Нераскрытие ФИО3 обстоятельств заключения договора займа при том,  что на факт аффилированности кредитора с должником не указывается, ФИО3 не  представил пояснений о том, как происходили поиск и выбор заемщика.  

Условия договора займа не являются типичными: заем выдается на длительный  срок (пять лет) без установления регулярных выплат до даты его возврата и без  предоставления какого-либо обеспечения обязательств.  

Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий  участников гражданских правоотношений (статья 10 ГК РФ).  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной  в определении от 07.06.2018 по делу № А41-77824/2015, при наличии признаков  заинтересованности кредитора по отношению к должнику требование кредитора,  заинтересованного к должнику, должно быть проверено судом более тщательно, а на  подобного кредитора возлагается обязанность по опровержению доводов  заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в действиях кредитора.  

Какие-либо объективные доказательства передачи денежных средств в рамках  договора займа отсутствуют, требование кредитора о возврате денежных средств не  заявлялось.  

Совокупность приведенных обстоятельств обусловила отказ суда апелляционной  инстанции в признании обоснованным требования кредитора.  

Представленные в суд апелляционной инстанции дополнительные доказательства,  приложенные к апелляционной жалобе а именно: выписки из лицевого счета по вкладу  «Пенсионный –плюс» за 2014-2016 гг, не доказывают реальность займа и наличие  свободных средств у заимодавца, в связи с чем являются несостоятельными, поскольку  указанные доказательства не свидетельствуют бесспорно о наличии у ФИО3 всей  суммы займа, равной 7 000 000 руб. на момент подписания 25.12.2015 договора с  ФИО4  

Выписки свидетельствуют не о сумме полученного дохода (принимая во внимание  справки НДФЛ за 2014-2015 г.г.), а о движении денежных средств на счету у заявителя.  

Кроме того, согласно части 2 статьи 268 АПК РФ, дополнительные доказательства  принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в  деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам,  не зависящим от него и суд признает эти причины уважительными. Заявляя ходатайство о  приобщении к делу в качестве дополнительных доказательств, заявитель не обосновал  невозможность представления поименованных документов в суд первой инстанции по  причинам, не зависящим от него, которые суд апелляционной инстанции мог бы признать  уважительными. Принимая во внимание дату обращения заявителя в суд, с заявлением о  включении в реестр требований кредиторов - 29.07.2021 и дату вынесения обжалуемого  судебного акта 29.11.2022. То есть у заявителя имелось достаточно времени для  предоставления всех доказательств в суд первой инстанции в обоснование своих  требований.  

Указанные документы составлены после вынесения обжалуемого судебного акта, о  чем свидетельствует дата их формирования 12.01.2023, в связи с чем не могут быть  приобщены к материалам дела, поскольку в апелляционном порядке проверяется  законность и обоснованность судебного акта на момент его принятия, исходя из  обстоятельств, существовавших на дату рассмотрения спора.  

Таким образом, обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при  правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований  для его отмены не имеется.  

Нарушений или неправильного применения норм материального или  процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием к отмене или  

изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не  установлено.  

С учетом изложенного, определение суда отмене, а апелляционная жалоба  удовлетворению - не подлежат.  

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче  апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не  уплачивается.  

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272, 275 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный  апелляционный суд,   

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств и приобщении  дополнительных доказательств, отказать.  

Определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.11.2022 по делу  № А63-4361/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд  первой инстанции.  

Председательствующий Н.Н. Годило  

Судьи З.А. Бейтуганов  

 С.И. Джамбулатов