АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

РЕШЕНИЕ

Дело № А45-31151/2023

г. Новосибирск

25 сентября 2024 года

Резолютивная часть  объявлена 23 сентября  2024 года

В полном объёме изготовлено 25 сентября  2024 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи  Санжиевой Ю.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кучеровой Ю.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению акционерного общества «Вымпел-Коммуникации» (ИНН 

<

***>) 

к Новосибирской таможне (ИНН 

<

***>)

о признании незаконным решения от 26.07.2023 года о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/140321/0105698 после выпуска товаров,

о признании незаконным решения от 26.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/020821/0379646 после выпуска товаров,

о признании незаконным решения от 26.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/291121/3004406 после выпуска товаров,

о признании незаконным решения от 27.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/270922/3260308 после выпуска товаров,

о признании незаконным решения от 27.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/300922/3263819 после выпуска товаров,

о признании незаконным решения от 27.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/300922/3263851 после выпуска товаров,

о признании незаконным решения от 31.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/300921/0498494 после выпуска товаров     

при участии в судебном заседании представителей:

заявителя: ФИО1, доверенность  от 22.03.20223, диплом, паспорт,   

заинтересованного лица: ФИО2, доверенность от 26.12.2023, служебное удостоверение, диплом, ФИО3, доверенность от 28.12.2023 №05-05/16818, служебное удостоверение

установил:

акционерное общество "Вымпел-коммуникации" (далее – Заявитель, Общество, АО "Вымпел-коммуникации") обратилось в арбитражный суд с заявлением к Новосибирской таможне (далее - Заинтересованное лицо, таможня, таможенный орган) о признании незаконным решения от 26.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/140321/0105698 после выпуска товаров.

Определением суда от 01 декабря 2023 года объединены дела №А45-31151/2023, №А45-31161/2023, №А45-31164/2023, №А45-31336/2023, №А45-31341/2023, №А45-31342/2023, №А45-31483/2023 в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением от 20.03.2024 производство по делу приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по делу №А45-31146/2023.

Согласно информации, размещённой в картотеке арбитражных дел, постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2024 решение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.03.2024 по делу № А45-31146/2023 отменено, по делу принят новый судебный акт, в удовлетворении заявления публичного акционерного общества «ВымпелКоммуникации» отказано.

Определением суда от 23.09.2024 производство по делу возобновлено.

Новосибирская таможня в отзыве и пояснениях указывает, что оспариваемые решения являются законными, обоснованными, принятыми с правильным применением норм права ЕАЭС и законодательства Российской Федерации о таможенном регулировании и не нарушает права и законные интересы заявителя. Более подробно доводы заинтересованных лиц изложены в отзыве и пояснениях.

 Исследовав материалы дела, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, оценив в совокупности все представленные доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления и при этом исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что Новосибирской таможней проведена камеральная таможенная проверка ПАО «ВымпелКом» (далее – Общество, Заявитель) за период с 01.06.2020 по 31.12.2022. 

Из Акта камеральной таможенной проверки от 31.05.2023 №10609000/210/310523/ А000016/000 следует, что по результатам указанной проверки таможенный орган счел ПАО «ВымпелКом» нарушившим таможенное законодательство. В частности, таможенный орган указал, что ПАО «ВымпелКом» не включило в структуру таможенной стоимости товаров (твердотельные энергонезависимые устройства хранения данных, не для военной промышленности KAРTА ПАМЯТИ (FLASH) CF NVM 1 GB с программным обеспечением V2 для мультиплексора NPT – 1200), ввозимых по декларациям №10005030/140321/0105698; 10005030/020821/0379646; 10005030/291121/3004406; 10005030/270922/3260308; 10005030/300922/3263819; 10005030/300922/3263851; 10005030/300921/0498494, дополнительные начисления в виде лицензионных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности. 

Решением от 26.07.2023  о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/140321/0105698 после выпуска товаров, Таможенный орган обязал ПАО «ВымпелКом» внести изменения (дополнения) в ДТ 10005030/140321/0105698 в виде увеличения таможенной стоимости товаров на 24 402,48 руб., увеличения (доначисления) таможенной пошлины на 2 440,24 руб., а суммы НДС на 5 368,54 руб.

 Решением от 26.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/020821/0379646 после выпуска товаров, Таможенный орган обязал ПАО «ВымпелКом» внести изменения (дополнения) в ДТ 10005030/020821/0379646 в виде увеличения таможенной стоимости товаров на 24 279,89 руб., увеличения (доначисления) таможенной пошлины на 2 427,99 руб., а суммы НДС на 5 341,58 руб. 

Решением от 26.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/291121/3004406 после выпуска товаров, Таможенный орган обязал ПАО «ВымпелКом» внести изменения (дополнения) в ДТ 10005030/291121/3004406 в виде увеличения таможенной стоимости в части товаров №10 на 6 194 210,68 руб.; в части товаров № 11 на 18 387 529,11 руб.; увеличения (доначисления) таможенной пошлины в части товаров № 10 на 619 421,07 руб., в части товаров № 11 на 1 838 752,91 руб.; а суммы НДС в части товаров № 10 на 1 362 726,35 руб. и в части товаров № 11 на 4 045 256,4 руб. 

Решением от 27.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/270922/3260308 после выпуска товаров, Таможенный орган обязал ПАО «ВымпелКом» внести изменения (дополнения) в ДТ 10005030/270922/3260308 в виде увеличения таможенной стоимости товаров на 330 096,67 руб., увеличения (доначисления) таможенной пошлины на 33 009,67 руб., а суммы НДС на 72 621,26 руб. 

Решением от 27.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/300922/3263819 после выпуска товаров, Таможенный орган обязал ПАО «ВымпелКом» внести изменения (дополнения) в ДТ 10005030/300922/3263819 в виде увеличения таможенной стоимости товаров на 2 352 682,54 руб., увеличения (доначисления) таможенной пошлины на 235 268,26 руб., а суммы НДС на 517 590,16 руб. Решением от 27 июля 2023 г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/300922/3263851 после выпуска товаров, Таможенный орган обязал ПАО «ВымпелКом» внести изменения (дополнения) в ДТ 10005030/300922/3263851в виде увеличения таможенной стоимости товаров на 3 529 023,24 руб., увеличения (доначисления) таможенной пошлины на 352 902,32руб., а суммы НДС на 776 385,11 руб. 

Решением от 31.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10005030/300921/0498494 после выпуска товаров, Таможенный орган обязал ПАО «ВымпелКом» внести изменения (дополнения) в ДТ 10005030/300921/0498494 в виде увеличения таможенной стоимости товаров на 5 365 685,53 руб., увеличения (доначисления) таможенной пошлины на 536 568,55 руб., а суммы НДС на 1 180 450,81 руб. 

ПАО «ВымпелКом» считает указанные Решения таможенного органа незаконными и необоснованными, нарушающими права заявителя, в связи с чем заявитель обратился с настоящим заявлением в суд.

Суд, рассмотрев утверждения истца, проанализировав доводы ответчика, сопоставив между собой представленные сторонами в материалы дела доказательства, обращает внимание на следующее.

Новосибирской таможней в период с 16.02.2023 по 31.05.2023 в отношении ПАО «Вымпел-Коммуникации» проведена камеральная таможенная проверка (далее - КТП, Проверка), предметом которой явилась достоверность сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенных декларациях и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенных декларациях.

В ходе проведения КТП установлено, что в период 2020-2022 годы  ПАО «Вымпел-Коммуникации» на Авиационном таможенном посту Шереметьевской таможни продекларированы товары «твердотельные энергонезависимые устройства хранения данных, не для военной промышленности КАРТА ПАМЯТИ (FLASH)» с различным объемом памяти (1 GB, 8 GB) для установки на мультиплексоры APOLLO DWDM, NEPTUNE (BG +NPT).

Товары ввезены во исполнение рамочного договора на поставку оборудования транспортной сети № 06489/14 от 0.10.2014 (далее -Договор), заключенного между ПАО «Вымпел-Коммуникации» («Покупатель», Россия) и компанией ECI Telecom Ltd («Поставщик», Израиль). 

Согласно преамбуле Договора, Поставщик разрабатывает, производит и реализует телекоммуникационное оборудование и системы для транспортных сетей, и изъявляет готовность поставить данное оборудование и системы Покупателю. Договор устанавливает условия относительно поставки оборудования, в течение срока действия Договора, включая: покупку и продажу аппаратных средств и запасных частей; предоставление прав использования на Программное Обеспечение и документацию.

Пунктом 11.3 Договора предусмотрено, что Покупатель вправе закупать у Поставщика на основании отдельного лицензионного соглашения или договора подписки на Усовершенствованные версии Программного обеспечения, и при условии уплаты соответствующих лицензионных платежей дополнительные функции Программного Обеспечения и расширения Программного обеспечения.

Также в рамках проведенной КТП установлено, что ПАО «Вымпел-Коммуникации» (Сублецензиат) с Израильской компанией ECI Telecom Ltd (Сублицензиар, Поставщик) заключен Сублицензионный договор от 9 января 2018 г. № VK-ECI/17/0 на представление неисключительных прав на использование новых усовершенствованных версий программного обеспечения для карт памяти (Flash) (далее - УВПО) в форме полной подписки (далее - СД № VK-ECI/17/0), предоставленных (карт памяти) в распоряжение Покупателя по Рамочному договору.

Стороны пришли к соглашению о том, что Сублицензиар обязуется передавать Сублицензиату по электронным каналам в течение срока действия СД № VK-ECI/17/0 УВПО с передачей прав на их использование, а Сублицензиат обязуется своевременно осуществлять выплату лицензионных платежей в размерах и сроки, установленные СД № VK-ECI/17/0 (подпункт 2.1 пункта 2).

Таможенным органом установлено, что лицензионные платежи за право пользования правами на УВПО за период с 2020 год по 2022 год осуществлены в адрес Сублицензиара в полном объеме (в том числе, факт оплаты также подтвержден ведомостями банковского контроля).

Карты памяти (flash) с установленными на них УВПО обеспечивают работу оборудования (на которое данные карты памяти (flash) встраиваются), т.е. являются его (оборудования) неотъемлемой частью (подпункт 11.2 пункта 11 Договора).

В рассматриваемом случае содержание сублицензионного договора полностью корреспондирует содержанию Рамочного договора, который прямо в нем поименован, а представленные в распоряжение Покупателя объекты интеллектуальной собственности (базовое версии ПО и УВПО неисключительные лицензии) в терминологии таможенного законодательства (подпункт 45 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС) являются товаром, в отношении которого произведена оплата (карты с предустановленными неисключительными лицензиями), что подтверждается ведомостями банковского контроля.

В связи с указанным, таможенный орган пришел к выводу о наличии в данном случае условий, указывающих, что приобретение неисключительных прав на использование новых усовершенствованных версий программного обеспечения в форме полной подписки, является условием продажи проверяемых товаров, в связи с чем, платежи за использование данных объектов интеллектуальной собственности подлежат включению в таможенную стоимость товаров в соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС.

Контроль таможенной стоимости товаров осуществляется с целью проверки соблюдения декларантом (таможенным представителем) требований, установленных правом ЕАЭС и законодательством государств-членов ЕАЭС в части правильности выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, ее структуры и величины, а также документального подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров.

Положения о таможенной стоимости, методах ее определения, дополнительных начислениях к цене ввозимых товаров определены главой 5 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 1 статьи 38 ТК ЕАЭС положения главы 5 ТК ЕАЭС основаны на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994) и Соглашением по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года.

Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС.

В силу пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.

При определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления, в том числе лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС), в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары (подпункт 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС).

Изложенное согласуется с общепринятым подходом к оценке допустимости учета роялти в структуре таможенной стоимости ввезенных товаров, нашедшим отражение в ряде рекомендаций Технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации, принятых в соответствии с пунктом 2 статьи 18 Соглашения по применению статьи VII ГАТТ 1994 (рекомендуемые мнения 4.3 и 4.7, 4.11 и 4.12), подтверждающих необходимость включения в таможенную стоимость платежей за использование объектов интеллектуальной собственности, уплачиваемых импортером для получения      возможности     осуществления      производственного      процесса (использования технологии), розничной дистрибуции товаров, в зависимости от того, были бы проданы соответствующие товары в страну импорта без заключения иных договоров, обеспечивающих коммерческие интересы продавца и связанных с ним лиц и их уплата являлась необходимым условием экспорта товаров с целью ввоза на территорию Российской Федерации.

Общество со ссылками на подпункт 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, а также пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - ППВС РФ № 49)) указывает, что в случае со спорным товаром не выполняются два условия, наличие которых необходимо для включения лицензионных платежей в таможенную стоимость товара, а именно: отнесение платежей к ввозимым товарам; уплата роялти — это условие продажи оцениваемых товаров (прямо или косвенно) для их вывоза на таможенную территорию ЕАЭС.

Указанный довод противоречит фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 7 Положения о добавлении лицензионных платежей и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, являющимся приложением к Рекомендациям Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20 (далее - Положение) в целях проверки выполнения условий, предусмотренных абзацем первым подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, и решения вопроса о том, подлежат ли лицензионные платежи добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, должны быть проанализированы условия лицензионного договора и внешнеэкономического договора (контракта), в соответствии с которым осуществляется продажа товаров для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС, а также иные документы, имеющие отношение к продаже товаров и уплате лицензионных платежей.

В случае когда лицензионные платежи не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, и уплачиваются отдельно от счета на оплату оцениваемых (ввозимых) товаров, при решении вопроса о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную стоимость этих товаров следует принимать во внимание следующие ключевые факторы: относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам; является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров (для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС).

Пунктом 8 Положения предусмотрено, что при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, ключевым вопросом является не то, как рассчитывается сумма лицензионных платежей, а то, почему они уплачиваются и что именно покупатель (лицензиат) получает в обмен на их уплату.

Согласно пункту 9 Положения при определении того, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, основным критерием является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей.

Об отсутствии у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей свидетельствует о наличии во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС, указания на то, что покупатель должен уплатить лицензионные платежи в качестве условия такой продажи.

Зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС, не содержит прямого указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются разными лицами.

Указанные положения соответствуют правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.12.2022 по делам №№ А09-1751/2021, А09-1129/2021, согласно которой отсутствие в договоре купли-продажи указания на необходимость заключения иных договоров в отношении объектов интеллектуальной собственности, не исключает возможность учета роялти для целей таможенной оценки, поскольку внесение платежей за использование объектов интеллектуальной собственности может являться подразумеваемым условием продажи, без выполнения которого импортер не в состоянии приобрести товар, а экспортер - не будет готов его продать.

Верховным Судом Российской Федерации разъяснено, что платежи за   использование   объектов   интеллектуальной   собственности   (роялти, лицензионные платежи) подлежат учету для целей таможенной оценки ввезенных товаров как один из компонентов таможенной стоимости при ее определении первым методом (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) в той мере, в какой они влияют на их экономическую ценность. При этом включение роялти в таможенную стоимость не ограничивается случаями, когда непосредственно ввезенные товары являются предметом лицензионных соглашений (товарный знак нанесен на товары и т.п.), а в договоре купли-продажи имеется явно выраженное указание на необходимость заключения лицензионного договора и уплаты роялти в качестве условия продажи товаров. Включение лицензионных платежей в таможенную стоимость также напрямую не обусловлено способом определения размера роялти (в зависимости от стоимости ввезенных товаров или иных показателей финансово-хозяйственной деятельности импортера), периодичностью уплаты лицензионных платежей, иными подобными обстоятельствами.

В рассматриваемом деле, необходимость включения лицензионных платежей в таможенную стоимость спорных товаров обусловлена следующими факторами: единый субъектный состав сторон сделок (Рамочного договора на поставку и Сублицензионного договора); лицензионные платежи относятся к спорным товарам, поскольку согласно Приложению № 1 к сублицензионному договору № VK-ECI/17/0 УВПО предоставляются в отношении программного обеспечения, право на использование которого Заказчик (ПАО «Вымпел-коммуникации») получил в соответствии с Рамочным договором на поставку № 06489/14 от 1 октября 2014 г. (договор на основании которого ввезён спорный товар); оплата сумм лицензионных платежей осуществлялась одномоментно с подачей спорных деклараций на товары - в 2020-2022 гг., тогда как Рамочный договор на поставку № 06489/14 и Сублицензионный договор № VK-ECI/17/0 заключены в 2014 году и в 2018 году соответственно. Указанное также напрямую свидетельствует об отнесении лицензионных платежей к спорным товарам и условиям из ввоза в Российскую Федерацию. 

В рамках проведения КТП Новосибирской таможней установлено, что уплата Обществом сумм лицензионных платежей по Сублицензионному договору № VK-ECI/17/0 осуществлена на основании счет-фактур (инвойсов) на инкассо (представлены в материалы дела - том 6) и подтверждается заявлениями на перевод (представлены в материалы дела - том 5), осуществленными в адрес ECI Telecom Ltd.

Дата первой счет-фактуры (инвойса) на инкассо 31.03.2020, что предшествует дате регистрации декларации на товары № 10005030/230620/0171042 (проверяемой в рамках КТП), поданной Обществом раньше других проверяемых ДТ – 23.06.2020, что в свою очередь свидетельствует о начале уплаты лицензионных платежей в отношении спорных товаров до их непосредственного ввоза, и, как следствие, об отнесении данных лицензионных платежей к спорным товарам.

С учетом того, что с начиная с 3 квартала 2021 года все карты памяти поставляются «незаписанными», т.е. без встроенного/базового программного обеспечения (далее - ПО) (информация представлена Заявителем), их работа в составе оборудования «мультиплексоры» возможна только в случае установки на них ПО, а в данном случае, таким программным обеспечением является УВПО, поставляемое в рамках Сублицензионного договора № VK-ECI/17/0. Таким образом, запуск в работу указанных спорных «незаписанных» карт памяти с помощью именно УВПО, является условием продажи ввезенного товара.

Подпунктом 11.2 пункта 11 Рамочного договора предусмотрено, что имущественные права на программное обеспечение, поставленное как неотъемлемая часть оборудования по Рамочному договору, являются самостоятельным активом и не могут использоваться покупателем в его коммерческой деятельности отдельно от приобретаемого по данному договору оборудования в соответствии с условиями Рамочного договора, если иной не определено.

Исходя из преамбулы Сублицензионного договора от 09.01.2018 № VK-ECI/17/G Сублицензиат приобрел у Сублицензиара Систему.

Пунктом 1.3. статьи 1 «Определения» Сублицензионного договора от 09.01.2018 № VK-EC1/17/0 раскрыто понятие термина «Система», под которой понимается Оборудование, как определено ниже, приобретаемое Сублицензиатом, в отношении которого предоставляется полная подписка на Усовершенствованные версии Программного Обеспечения, и определенное в Приложении № 1 к Сублицензионному договору.

Под Оборудованием следует понимать Аппаратное и Программное Обеспечение, включая компоненты и элементы, измерительное, тестирующее оборудование и оборудование для контроля, поставляемое Сублицензиату по Сублицензионному договору от 09.01.2018 № VK-ECI/17/0, Рамочным Договорам на Поставку, Рамочным Лицензионным Договорам, Договорам о техническом обслуживании (пункт 1.4. статьи 1 «Определения» Сублицензионного договора от 09.01.2018  VK-ECI/17/0).

Пункт 1.5. статьи 1 «Определения» Сублицензионного договора от 9 января 2018 г. № VK-ECI/17/0 определяет термин «Программное Обеспечение» как все программы и их версии, вся соответствующая документация пользователя, их обновленные версии и копии, включая все пакеты приложений, ассемблеры, разработанные Сублицензиаром и приобретенные Сублицензиатом по условиям Рамочного Договора, которые могут работать на определенном Аппаратном обеспечении.

Усовершенствованные версии Программного Обеспечения - пригодная для работы на Оборудовании Версии Программного Обеспечения, публично и официально выпущенную производителем, отличающуюся и различаемую как самостоятельная Версия Программного Обеспечения по сравнению с ранее выпущенными Версиями Программного Обеспечения. После очередного исполнения обязательств по Договору Усовершенствованная версия Программного Обеспечения становится очередной Версией Программного Обеспечения в терминах Договора.

Указанное выше свидетельствует о том, что уплата лицензионных платежей за УВПО, устанавливаемое исключительно на спорные товары (с последующей установкой спорных товаров только на ввозимое оборудование), является условием продажи этих товаров для их ввоза на территорию Российской Федерации.

В связи с вышеизложенным, лицензионные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, уплаченные по сублицензионному договору № VK-ECI/17/0, подлежат добавлению к цене, фактически уплаченной за товары в размере, не включенном в иену, фактически уплаченную за эти товары, и в силу положений подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС подлежат включению в таможенную стоимость спорных товаров.

Довод Заявителя о том, что приобретаемые ПАО «Вымпел-коммуникации» УВПО не обязательны для установки на спорные товары ввидувозможности их (товаров) работы на встроенном/базовом ПО, и, как следствие,уплата лицензионных платежей не является условием продажи спорных товаров,является необоснованным ввиду следующего.

Вопрос возможности работы спорных товаров на встроенном/базовом ПО без обязательной в дальнейшем установки УВПО, по мнению таможенного органа, не связан с выполнением/не выполнением двух условий (отнесение лицензионных платежей к оцениваемым товарам; уплата лицензионных платежей является условием продажи), позволяющих включить в таможенную стоимость лицензионные платежи, а должен рассматриваться исключительно Обществом при ведении своей профессиональной коммерческой деятельности.

Вместе с тем, если следовать логике Заявителя, в случае принятия Обществом решения о том, что УВПО не будет установлено на спорные товары, возникает обоснованный вопрос о целесообразности приобретения по сублицензионному договору таких УВПО, указанных во внешнеторговом контракте и имеющих документально подтвержденную, оплаченную стоимость.

Таким образом, доводы Общества со ссылками на положения Рамочного договора на поставку № 06489/14, Сублицензионного договора № VK-ECI/17/0, а также на техническую документацию, такие как:

-      «покупатель вправе закупать у поставщика на основании отдельного договора УВПО» (страница 5 заявления);

-      «время от времени может потребоваться обновление ПО» (страница 4 заявления);

-      «покупка УВПО только расширяет возможности ввозимых товаров» (страница 5 заявления), то есть подтверждающие, по мнению Общества то, что спорный товар может работать и без УВПО, являются несостоятельными ввиду документально подтвержденного факта относимости указанных платежей к ввезенному в Россию товару.

Относительно довода Общества о необоснованной корректировкеНовосибирской таможней фактурной стоимости спорных товаров придобавлении сумм лицензионных платежей к таможенной стоимости, а также онепредставлении расчета, обосновывающего суммы доначисленных таможенныхплатежей, судом установлено  следующее.

При вынесении оспариваемых решений Новосибирская таможня руководствовалась положениями Решения Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «О внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, и признании утратившими силу некоторых решений Комиссии Таможенного союза и Коллегии Евразийской экономической комиссии» (далее - Решение № 289), а их форма и содержание соответствовало Приложению № 1 к Порядку внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденному Решением № 289.

Графы спорных деклараций на товары, в т.ч. графа 42 «Цена товара», корректировались с учетом включения лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров.

К Сублицензионному договору № VK-ECI/17/0 от 09.01.2018 сторонами (ПАО «Вымпел-коммуникации и ECI Telecom LTD) согласованы и подписаны дополнения от 26 января 2021 г. № 1. В указанных дополнениях стороны договорились о том, что Сублицензиат (ПАО «ВымпелКом») производит регулярную оплату (лицензионный платеж) за право пользования правами на УВПО в размере квартальной Стоимости лицензии на подписку на УВПО, рассчитываемой и выплачиваемой ежеквартально в соответствии с согласованными Приложениями. Так суммы квартальных подписок на УВПО за 2021 год составляют   101 926, 69 долларов за квартал.

Таким образом, за 2021 год Сублицензиатом (ПАО «Вымпел-коммуникации) выплачено в адрес Сублицензиара (ECI Telecom LTD) 407 706,76 долларов США лицензионных платежей.

Фактурная стоимость товара по ДТ № 10005030/140321/0105698 в размере 30,49 долларов США умножается на общую сумму лицензионных платежей, уплаченных Заявителем за 2021 год, т.е.30,49 х 407 706,76 = 12 430 979,1.

Указанная сумма делится на общую фактурную стоимость поставок за 2021 г., т.е. 12 430 979,1 / 37 446,41 = 331,97 долларов США - это сумма доначисленных по данной ДТ лицензионных платежей.

С учетом того что таможенная стоимость определяется в рублях, сумма доначисленных по данной ДТ лицензионных платежей следует перевести также в рубли, чтобы понять на сколько увеличится таможенная стоимость после включения лицензионных платежей, т.е. 331,97 х 73,5081 (курс доллара к рублю на дату подачи декларации на товары № 10005030/140321/0105698) = 24 402,48 руб.

В связи с указанным, таможенная стоимость увеличилась именно на данную сумму - 24 402,48 руб.

Для того, что определить размер доначисленных таможенных пошлин таможенных пошлин, нужно вычесть 10% (ставка ввозной таможенной пошлины в отношении спорных товаров) от суммы, на которую увеличилась таможенная стоимость товаров (в связи с включением в нее лицензионных платежей), т.е. 10% от 24 402,48 = 2 440,24 руб.

НДС рассчитывается по формуле: (таможенная пошлина + таможенная стоимость) х 20%.

НДС без учета лицензионных платежей в таможенной стоимости составлял                 2 241,26 (заявленная Обществом таможенная стоимость) + 224,12 (таможенная пошлина 10%>) = 2 465,38 х 20% = 493,08 руб.

Итоговая таможенная стоимость товаров по ДТ № 10005030/140321/0105698 - это 24 402,48 (сумма ее увеличения в связи с включением лицензионных платежей) + 2 241,26 (изначальная таможенная стоимость, заявленная обществом) =   26 643,74 руб.

НДС с учётом включения лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров = 26 643,74 (итоговая таможенная стоимость) + 2 664,374 (таможенная пошлина 10%) от итоговой таможенной стоимости) = 5 861,62 руб.

Таким образом, итоговый НДС, необходимый к доплате - это НДС с учётом включения лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров минус НДС без учета таких платежей, т.е. 5 861,62 -493,08 = 5 368,54 руб.

Из представленных расчетов следует, что сумма доначисленных лицензионных платежей, таможенных платежей, а также НДС рассчитана таможенным органом верно, контрсчёт Обществом не представлялся.

Таможенным органом не производился произвольный перерасчет сумм в графах 42 («цена товара»), 45 («таможенная стоимость»), 46 («статистическая стоимость») и т.д. К таможенной стоимости товаров по спорным ДТ добавлены исключительно суммы уплаченных лицензионных платежей и произведен расчет, по результатам которого доначислены таможенные пошлины и НДС.

В связи с чем, довод Общества о непредставлении таможенным органом приведенных выше расчетов является несостоятельным ввиду отсутствия нормативно закрепленной обязанности в осуществлении такого расчета, а также не свидетельствует (довод) о том, что данный расчет таможней произведен неверно.

Таможенные органы в соответствии со статьями 324, 326, 340 ТК ЕАЭС проводят проверку таможенных, иных документов и (или) сведений, в отношениитаможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или)содержащихся в представленных таможенным органам документах, как до так ипосле выпуска товаров. 

Контроль таможенной стоимости товаров осуществляется с целью проверки соблюдения декларантом (таможенным представителем) требований, установленных правом Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС) и законодательством государств-членов ЕАЭС в части правильности выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, ее структуры и величины, а также документального подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров.

Положения о таможенной стоимости, методах ее определения, дополнительных начислениях к цене ввозимых товаров определены главой 5 ТКЕАЭС.

Согласно пункту 1 статьи 38 ТК ЕАЭС положения главы 5 ТК ЕАЭС основаны на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994) и Соглашением по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению должны основываться на достоверной, количественно определяемой документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС предусмотрено, что основой таможенное стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

Таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС (пункт 1 статьи 39 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктом 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.

Согласно подпункту 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются, в том числе, лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.

По смыслу указанной статьи для добавления лицензионных платежей к цене товара необходимо одновременно наличие двух условий, а именно: лицензионные платежи относятся к ввозимым товарам и эти лицензионные платежи покупатель прямо или косвенно произвел или должен произвести в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза. 

Описывая фактические обстоятельства, Общество в возражениях, указывает:

 «Улучшенная версия программного обеспечения (УВПО) не устанавливается в конкретные элементы транспортной сети связи ПАР «ВымпелКом» (мультиплексоры), а является общим сервисным расширением, позволяющим осуществлять удаленный мониторинг работы и удаленное сервисное обслуживание всей транспортной сети связи» (абзац 6) страницы 1 возражений);

 «УВПО НЕ размещается и не переносится на карты памяти, а размещается на удаленных серверах, загружается по сети связи с сервера управления» (абзац 7) страницы 1 возражений).

Указанная информация, представленная Заявителем, противоречит фактическим обстоятельствам, установленным при проведении Новосибирской таможней камеральной таможенной проверки и имеющимся в материалах проверки доказательствам (далее - КТП), а именно.

Письмом Новосибирской таможни от 04.05.2023 № 07-01-09/06174 (страница 136 тома № 1 материалов КТП), направленным в рамках проведения КТП, помимо запроса документов, ПАО «Вымпел-Коммуникации» задан ряд вопросов, на которые Обществом представлены мотивированные ответы (письмо Общества от 18.05.2023 № ШК-01-04 (страница 156 тома № 1 материалов КТП).

Вопрос таможни (2.1.): «Устанавливается ли на «незаписанные.» Карты памяти (flash) ПО и какое? Указать договор, в соответствии с которым устанавливается данное ПО?».

Ответ ПАО «Вымпел-Коммуникации» (2.1): «ДА, устанавливается Версии, требуемой в конкретном проекте в соответствии с сублииензионным договором № VK-ECI/17/0 от 09.01.2018»            

ПАО «Вымпел-Коммуникации» с Израильской компанией            ECI     Telecom Ltd    заключен    Сублииензионный    договор от 09.01.2018 № VK-ECI/17/0 на представление неисключительных прав на  использование    новых усовершенствованных     версий     программного обеспечения для карт памяти (Flash) в форме полной подписки, предоставленных (карт памяти) в распоряжение Покупателя по Рамочному договору.

Таким образом, по у сублицензионному договору ПАО «Вымпел-Коммуникации» приобрело именно УВПО. которое, согласно письму Общества от 18 мая 2023 г. № ШК-01-04 (представлено в рамках КТП), устанавливается на спорные карты памяти (flash).

Кроме того, согласно пункту 2.2 письма ПАО «Вымпел-Коммуникации» от 18.08.2023 № ШК-01-04: «ПО на карты устанавливается монтажниками

оборудования, непосредственно   перед   установкой   карт   в   монтируемое оборудование», которым (оборудованием) в соответствии с пунктом 1 данного письма Общества является мультиплексоры Apollo.

Вопреки доводам Общества, ввезенные в Россию товары - «карты памяти» и  устанавливаемое  на  них  (карты   памяти)  программное   обеспечение  в таможенном законодательстве (как и внутригосударственном) являются движимым имуществом - «товаром» (пп.45 п.1 ст.2 ТК ЕАЭС), за которые Обществом (декларантом) нерезиденту произведена оплата (подтверждено материалами КТП) в сумме, превышающей заявленную («действительную») таможенную стоимость товара, что свидетельствует о недостоверности заявленной таможенной стоимости и её несоответствии требованиям пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

 Общество полагает, что Новосибирская таможня в своих доводах доказывает тот факт, что на ввозимых картах памяти (flash) уже установлено УВПО, в связи с чем, по мнению Заявителя, таможенный орган увеличивает стоимость ввозимых карт памяти на стоимость лицензионных платежей за УВПО, ввозимое (исходя из позиции Общества) на спорных картах памяти (flash). 

Новосибирской таможней ни по результатам проведенной КТП, ни в рамках настоящего дела не заявлялось о том, что в спорных картах памяти (flash) на момент их декларирования (ввоза) уже установлено именно УВПО.

Карты памяти (flash) с установленными на них УВПО обеспечивают работу оборудования (на которое данные карты памяти (flash) встраиваются), т.е. являются его (оборудования) неотъемлемой частью (подпункт 11.2 пункта 11 Договора), приводился исключительно для того, чтобы показать выполнение одного из условий, необходимых для включения лицензионных в платежей в таможенную стоимость товара, а именно - «отнесение лицензионных платежей к ввозимым товарам» (т.е. картам памяти).

УВПО   предоставляются   в отношении           программного  обеспечения,  право  на  использование  которого Заказчик (ПАО «Вымпел-коммуникации») получил в соответствии с Рамочным договором на поставку № 06489/14 от 1 октября 2014 г. (договор на основании которого ввезён спорный товар).

Таким образом - УВПО устанавливается либо взамен устаревшего встроенного/базового ПО (установленного на спорных картах памяти) либо непосредственно на «незаписанную» карту памяти (flash), но в любом случае. через спорные карты памяти (flash), что подтверждается письмом ПАО «Вымпел-Коммуникации» от 18.05.2023 № ШК-01-04, в связи с чем, лицензионные платежи за УВПО. как и само УВПО, относятся к спорным товарам - картам памяти (flash).

Общество не учитывает тот факт, что качественные характеристики ввезенного в Россию товара, необходимые для его последующего использования по назначению в гражданском обороте на внутреннем рынке России (вид/тип карты, необходимое для работы программное обеспечение - «базовая версия» - п.11.2 Договора, «усовершенствованная версия» Договора)   согласованы  условиями   заключенных   с   нерезидентом внешнеэкономических сделок (Рамочным и Сублицензионным договором)

Таможенный орган не выделил самостоятельную стоимость «базовой версии», что согласуется с положениями п. 11.1 Рамочного договора и подтверждает соблюдение прав Общества

По условиям внешнеэкономической сделки стоимость «базового программного обеспечения» (п.11.2) из цены не выделена а «усовершенствованная версия - УВПО», которая также предназначена именно для ввозимого товара - карт памяти, имеет самостоятельную стоимость (п.11.3 Договора), указанную в отдельном соглашении (лицензионном договоре) что подтверждается, в том числе исполнением договора и произведенной Обществом оплатой.

Довод Общества о необходимости распределения сумм лицензионных платежей не только на товары, ввозимые во исполнение спорного Рамочного договора на поставку в проверяемый период (2020-2022 годы но и на товары, ввозимые по данному договору до проверяемого периода, рассмотрен судом.

Согласно пункту 1.1. Приложения 2 «Ценовая модель полной подписки на усовершенствованные версии программного обеспечения» (стр. 223 тома № 2 материалов КТП) ценовая модель подписки на УВПО, определяется согласно Таблице 1 Приложения № 2.

В соответствии с пунктом 1.2. Приложения 2 цена, приведенная в Таблице 1 Приложения № 2, устанавливается в долларах, без учета налога на добавленную стоимость, в расчете за 3 календарных года.

Далее в Приложении № 2 приводится таблица, согласно которой 3 календарных года - это 2018 год, 2019 год и 2020 год. Из   указанного   следует,   что   оплата   лицензионных   платежей   по Сублицензионному договору производилась Заявителем с 2018 года.

Новосибирской таможней в силу положения абзаца третьего пункта 7 статьи 310 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (срок проведения таможенного контроля (3 года)) в рамках проверки не учитывались сублицензионные платежи, оплачиваемые Обществом в 2018 году  и в 2019 году и к спорным ДТ данные платежи не доначислять что подтверждает соблюдение прав Общества.

Однако, в случае если бы таможенный орган имел возможность проверить фактические обстоятельства ввоза товаров по спорному Рамочному договору на поставку и документальное подтверждение уплаты Обществом лицензионных платежей в 2018 году и 2019 году, то данные лицензионные платежи (уплаченные в 2018-2019 годы) аналогично распределялись бы Новосибирской таможней по декларациям на товары (увеличивали таможенную стоимость товаров), зарегистрированным (в случае наличия таких деклараций на товары) в соответствующих периодах (2018-2019 годы).

Вопреки доводам Заявителя, материалами КТП подтверждается факт заключения и исполнения Обществом двух внешнеэкономических сделок (рамочного и сублицензионного договоров), определяющих характеристики импортируемого в 2020-2022г. товара «карт памяти», необходимые для его (товара) использования по назначению (п. 11.3 Рамочного договора) с устанавливаемой усовершенствованной версией - УВПО (использования карт памяти с ПО в мультиплексорах), а именно количество ввезенных «карт памяти» и соответствующее им количество неисключительных лицензий, предоставленных и оплаченных в 2020-2022 годах, что подтверждает соблюдение прав Общества.

В рамках КТП таможенным органом дана оценка всей номенклатуре ввозимых товаров и установлено (письмо Общества от 18.05.2023 № ШК-01-04 (страница 156 тома № 1 материалов КТП), что неисключительные лицензии предоставлены именно для установки УВПО на «Карты памяти» для их (карт памяти) использования по назначению, а возможность инсталляции обновленных версий на большее количество технических средств, не влияет на установленный факт предоставления указанных прав на ввезенные в 2020-2022 годы карты памяти.

Заявитель также считает не соответствующей фактическим обстоятельствам дела позиция таможенного органа о том, что работа «незаписанных» карт памяти в составе оборудования «мультиплексоры» возможна только в случае установки на них УВПО, поставляемого на основании Сублицензионного договора.

Указанная позиция Общества противоречит ответу ПАО «Вымпел-Коммуникации» на запрос Новосибирской таможни, согласно которому ПО устанавливается «незаписанные» карты памяти в той версии, которая предусмотрена сублицензионным договором № VK-FCI/17/0 от 09.01.2018.

В рамках данного Договора Обществом приобретается право на использование исключительно УВПО, доводы Заявителя, изложенные в пункте 2.3. письменных возражений о том, что: возимые карты памяти по своим техническим характеристикам предназначены именно для размещения на них базового ПО, и не способны вместить объемы УВПО, которые в десятки/сотни раз больше»; «УВО не требует установки на карту памяти, оно размещается на удаленных серверах, загружается по сети связи с сервера управления.

Более того, согласно пункту 2 письма ПАО «Вымпел-Коммуникации» от 18.05.2023 № ШК-01-04 «Монтаж приобретенного оборудования на телеком сети ПАО «ВымпелКом» может происходить спустя достаточно длительное время после его ввоза. К этому моменту может произойти релиз новой версии ПО с  целью оптимизации процесса установки ПО его запись на карты памяти (flash) осуществляется непосредственно перед установкой в оборудование.

Таким образом, ПАО «Вымпел-Коммуникации» подтвержден факт записи новых версий ПО (УВПО) на карты памяти перед установкой этих карт в оборудование, а не установки УВПО через удаленные серверы, как заявляет Общество.

Вопрос возможности работы спорных товаров на встроенном/базовом ПО без обязательной в дальнейшем установки УВПО, по мнению таможенного органа, не связан с выполнением/не выполнением двух условий (отнесение лицензионных платежей к оцениваемым товарам: уплата лицензионных платежей является условием продажи), позволяющих включить в таможенную стоимость лицензионные платежи, а должен рассматриваться исключительно Обществом при ведении своей профессиональной коммерческой деятельности.

Относительно правомерности корректировки таможенным органом граф 42 «Цена товара» и 22 «Валюта и общая сума по счету» спорных ДТ судом установлено следующее.

В указанные графы таможенным органом вносились изменения по результатам расчета фактической (итоговой) таможенной стоимости, которая была скорректирована с учетом включенных в неё дополнительных начислений в виде лицензионных платежей за пользование объектами интеллектуальной собственности.

Суммы лицензионных платежей, исходя из положений Сублицензионного договора от 09.01.2018 января 2018 г. № VK-ECI/17/0, согласованы сторонами договора в долларах США, тогда как суммы лицензионный платежей, необходимые к доначислению в таможенную стоимость товара должна быть исчислена в рублях.  В связи с чем суммы лицензионных платежей по каждой спорной ДТ исчислялись исходя из сумм лицензионных платежей, уплаченной Заявителем за каждый проверяемый год (2020, 2021, 2022 годы) с учетом фактурной стоимости проверяемого товара (по отдельной ДТ) пропорционально общей фактурной стоимости проверяемых поставок за год. 

Далее исчисленная сумма лицензионных платежей по каждой ДТ, с учётом курса доллара на дату декларирования товара переводилась в рубли. Поскольку при корректировке ДТ таможенная стоимость меняется, с целью математического соответствия, а также исключения ошибок в работе программных средств, таможенным органом изменены суммы в графах 22 и 42 спорных ДТ.

Данные изменения не повлекли за собой дополнительных взысканий для Общества (т.е. начисления дополнительно взыскиваемых сумм таможенных платежей), поскольку расчет таможенных платежей по спорным товарам произведен на основании сведений, указанных в графах 45 «таможенная стоимость» проверяемых ДТ. Таким образом, оспариваемые решения не нарушили права Заявителя и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

 Общество в возражениях ссылается на пункт 9 Положения о добавлении лицензионных платежей и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары (приложение к Рекомендациям Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20; далее - Положение № 20)

В соответствии с абзацем первым данного пункта, при определении того, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, основным критерием является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей.

Об отсутствии у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей свидетельствует наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, указания на то, что покупатель должен уплатить лицензионные платежи в качестве условия такой продажи. Подобное указание является решающим при определении того, были ли лицензионные платежи уплачены в качестве условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров (абзац второй пункта 9 Положения № 20).

Отсутствие в договоре купли-продажи указания на необходимость заключения иных договоров в отношении объектов интеллектуальной собственности, не исключает возможность учета роялти для целей таможенной оценки, поскольку внесение платежей за использование объектов интеллектуальной собственности может являться подразумеваемым условием продажи, без выполнения которого импортер не в состоянии приобрести товар, а экспортер - не будет готов его продать.

Также Верховным Судом Российской Федерации разъяснено, что платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти. лицензионные платежи) подлежат учету для целей таможенной оценки ввезенных товаров как один из компонентов таможенной стоимости при ее определении первым методом (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) в той мере, в какой они влияют на их экономическую ценность. При этом включение роялти в таможенную стоимость не ограничивается случаями, когда непосредственно ввезенные товары являются предметом лицензионных соглашений (товарный знак нанесен на товары и т.п.), а в договоре купли-продажи имеется явно выраженное указание на необходимость заключения лицензионного договора и уплаты роялти в качестве условия продажи товаров. Включение лицензионных платежей в таможенную стоимость также напрямую не обусловлено способом определения размера роялти (в зависимости от стоимости ввезенных товаров или иных показателей Финансово-хозяйственной деятельности импортера), периодичностью уплаты лицензионных платежей, иными подобными обстоятельствами.

Общества ссылается на  положения абзаца четвертого пункта 9 Положения № 20, согласно которому во всех случаях решение о том, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следует принимать с учетом анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих товаров. В качестве таких факторов могут учитываться следующие (помимо прочих): наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, или в иных документах, связанных с продажей таких товаров, положений, касающихся уплаты лииензионных платежей (в рассматриваемом в данном деле случае пунктом 11.3 рамочного Договора на поставку предусмотрено, что Покупатель вправе закупать у Поставщика на основании отдельного лицензионного соглашения   или договора подписки на усовершенствованные версии Программного обеспечения, и при условии уплаты соответствующих лицензионных платежей дополнительные функции Программного Обеспечения и расширения Программного обеспечения); наличие в лицензионном договоре положений, касающихся продажи оцениваемых (ввозимых) товаров (согласно Приложению № 1 к сублицензионному договору № VK-ECI/17/0 УВПО предоставляются в отношении программного обеспечения, право на использование которого Заказчик (ПАО «Вымпел-коммуникации») получил в соответствии с Рамочным договором на поставку № 06489/14 от 01.10.2014 (договор на основании которого ввезён спорный товар).

Перечень таких факторов, описанных в Положении № 20, не является исчерпывающим, в связи с чем, довод Заявителя о несоответствии положений спорных договоров (Рамочный договор на поставку и Сублицензионный договор) лишь части приведенных Обществом факторов, и, как следствие, не выполнении одного из условий (уплата лицензионных платежей является условием продажи ввозимых товаров), необходимых для включения лицензионных платежей в таможенную стоимость товара, является несостоятельным.

Кроме того, согласно абзацу третьему пункта 10 Положения № 20 приведенные в приложении к Положению № 20 примеры отдельных ситуаций, связанных с включением лицензионных платежей в таможенную стоимость товара, не охватывают все возможные ситуации, которые могут возникнуть в правоприменительной практике. Если какие-либо факторы или обстоятельства конкретной ситуации не соответствуют описанным в примере, необходимо провести анализ различий и их влияния на выводы о включении/невключении лицензионных платежей в таможенную стоимость товара.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном этим Кодексом.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

При рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязанность доказывания указанных обстоятельств, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

         Анализируя изложенные обстоятельства в их совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что Новосибирской таможней правомерно приняты решения от 26.07.2023, от 27.07.2023, от 31.07.2023.

           Изложенные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют об отсутствии оснований для удовлетворения заявления.

           Судебные расходы в соответствии со статьей 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителя в связи с отказом в удовлетворении заявления. 

  Руководствуясь статьями 110, 167-170, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

решил:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал  в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.  

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что настоящее решение выполнено в форме электронного документа, и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети "Интернет" в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Судья                                                                                                                Ю.А. Санжиева