АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ

428000, Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Ленина, 4 http://www.chuvashia.arbitr.ru/

 

 

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-8166/2023

г. Чебоксары

01 августа 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 18 июля 2024 года. Полный текст решения изготовлен 01 августа 2024 года. 

 

Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии в составе судьи Максимовой М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Андреевой Ю.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «Казань-Шинторг»,

(420088, 

<

...>, литер А, 

ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

к ФИО1, (г. Чебоксары, Чувашская Республика, ИНН 

<

***>),

и Абрамяну Нареку Грачьяевичу, (Чувашская Республика, г. Чебоксары, ИНН 

<

***>),

(Нижегородская область, г. Бор, ИНН 

<

***>),

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 84 690 руб. 62 коп.,

в отсутствие сторон, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Казань-Шинторг» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с иском о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Дорожно-ремонтное строительное управление № 5» (далее – Общество) и взыскании 84 690 руб. 62 коп.

Определением суда от 27.05.2024 к участию в деле в качестве соответчика привлечен Абрамян Нарек Грачьяевич.

Требование основано на пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и мотивировано неисполнением Обществом обязательств по погашению задолженности перед ООО «Казань-Шинторг», установленной решением Арбитражного суда Чувашской Республики от 23.07.2021 по делу № А79-3393/2021, а также, что решение от 28.06.2023 об исключении Общества из ЕГРЮЛ в связи с не предоставлением в налоговый орган отчетности, принято по причине бездействия руководителя и учредителя ФИО1 и уклонения последнего от исполнения обязанности по сдаче отчетности, совершению операций на расчетных счетах, лишив истца возможности взыскать задолженность в рамках исполнительного производства.

Стороны, будучи надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, полномочных представителей в судебное заседание не направили, отзывы не представили, возражений против рассмотрения дела в их отсутствие не заявили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, арбитражный суд установил. 

Общество с ограниченной ответственностью «Дорожно-ремонтное строительное управление № 5» зарегистрировано в качестве юридического лица 19.07.2016.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, с 01.11.2019 единоличным исполнительным органом (директором) общества являлся ФИО1, он же с 15.11.2019 являлся единственным участником общества.

В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по оплате поставленного товара, решением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 23.07.2021 по делу № А79-3393/2021 с ООО «Дорожно-ремонтное строительное управление № 5» в пользу ООО «Казань-Шинторг» взыскан долг в размере 74 500 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 6 933 руб. 62 коп., а также 3 257 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

27 августа 2021 года истцом получен исполнительный лист серии ФС № 037008574.

29 июня 2023 года внесена запись в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности Общества.

14 мая 2024 года на основании решения суда Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 07.05.2024 по делу № А79-9828/2023 указанную запись об исключении из ЕГРЮЛ Общества признали недействительной.

17 июля 2024 года регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

Полагая, что вследствие недобросовестных действий (бездействий) ФИО1 истец лишился возможности взыскать задолженность в рамках исполнительного производства, последний обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона об ООО исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Согласно пункту 1 статьи 15 Кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

На основании статьи 53.1 Кодекса лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.

Согласно статье 64.2 Кодекса исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные этим кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из статей 15, 1064 Кодекса следует, что для возложения гражданско-правовой ответственности за причинение вреда необходимо установить совокупность условий: наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между противоправным поведением и наступившими вредными последствиями. При отсутствии хотя бы одного из перечисленных элементов применение к правонарушителю мер гражданско-правовой ответственности не допускается.

Постановлением от 21.05.2021 № 20-П Конституционный Суд Российской Федерации дал оценку конституционности положений пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, правовое положение обществ с ограниченной ответственностью регулируется федеральными законами, в частности Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Закона об ООО исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Кодекса, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (введенном Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») предусмотреть компенсирующий негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О, № 582-О, от 29.09.2020№ 2128-О и др.).

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Таким образом, пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» предполагает его применение судами при привлечении лиц, контролировавших общество, к субсидиарной ответственности по его долгам, исходя из предположения о том, что именно бездействие указанных лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Критерии добросовестного и разумного поведения директора определены в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Так, согласно названным разъяснениям, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица. 

Контролирующее лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, в том случае, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота с учетом сопутствующих деятельности общества предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Как следует из материалов дела, 29.06.2023 налоговым органом внесена запись в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности юридического лица Общества.

При этом пунктом 2 статьи 62 Кодекса учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица. При недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия солидарно за свой счет.

Сведений о наличии у Общества какого-либо имущества в материалах дела не имеется.

Учитывая, что ФИО1 являлся не только единственным учредителем, но и директором, то есть лицом, имеющим фактическую возможность определять действия юридического лица, следовательно, обязан был действовать в интересах этого юридического лица, добросовестно и разумно и нести ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Будучи единственным учредителем, а также директором указанного общества, ответчик не мог не знать о наличии задолженности перед истцом, тем более при наличии вынесенного в пользу ООО «Казань-Шинторг» решения Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 23.07.2021 по делу № А79-3393/2021, однако, мер по погашению задолженности не предпринимал.

Таким образом, принимая во внимание, что исключение Общества из ЕГРЮЛ произошло вследствие фактического прекращения юридическим лицом деятельности, поскольку ФИО1 не представлял в Управление Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике в течение последних 12 месяцев данные бухгалтерской отчетности, движение денежных средств по банковским счетам, последний как должностное лицо общества, ответственное за ведение бухгалтерского и налогового учета, а также за своевременное предоставление отчетности, действуя разумно и добросовестно, не мог не знать о непредставлении необходимых документов в налоговый орган.

Непредставление налоговой и бухгалтерской отчетности относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям, в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства. Данные обстоятельства нельзя признать нормальной практикой, а действия ФИО1 противоречат основной деятельности коммерческой организации.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, ответчик, будучи контролирующим должника лицом, уклонился от исполнения обязательств перед кредитором, его поведение по прекращению ведения бухгалтерской и налоговой отчетности в совокупности с непринятием мер к обращению в суд с заявлением о банкротстве (в рамках которого могли быть приняты меры к формированию конкурсной массы, в том числе посредством взыскания дебиторской задолженности, оспаривания сделок и т.д., учитывая сведения баланса, отражающего наличие активов, за счет которой могли быть удовлетворены требования истца), не принятия мер, которые бы исключили возможность ликвидации основного должника в административном порядке, однозначно указывает на наличие признаков злоупотребления правом.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд находит обоснованным требование истца о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности и взыскании ущерба.

Оснований для привлечения второго соответчика к ответственности суд не находит ввиду того, что на момент образования спорной задолженности участником Общества ФИО2 не являлся.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на ответчика в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

иск удовлетворить.

Привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Дорожно-ремонтное строительное управление № 5» (ИНН 

<

***>).

Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Казань-Шинторг» 84 690 (Восемьдесят четыре тысячи шестьсот девяносто) руб. 62 коп. ущерба и 3 388 (Три тысячи триста восемьдесят восемь) руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд, г. Владимир, в течение месяца с момента его принятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Волго-Вятского округа, г. Нижний Новгород, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Кассационная жалоба может быть подана в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемых решения, постановления арбитражного суда.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.

 

Судья

М.А. Максимова