ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-6041/2016

г. Саратов

31 октября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «28»    октября  2019  года.

Полный текст постановления изготовлен  «31»      октября   2019   года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В., 

судей Макарихиной  Л.А., Макарова    И.А.  

при ведении протокола судебного заседания с  использованием    средств  аудиозаписи секретарём судебного заседания ФИО1,      

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционные    жалобы   ФИО2, конкурсного управляющего индивидуального предпринимателя Главы Крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 Филина Владимира Валентиновича 

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 19 июля 2019 года по делу № А57-6041/2016 (судья Яценко Е.В.) 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, 

в рамках дела по заявлению ФИО6 (

<

...>) о признании должника - Индивидуального предпринимателя Главы Крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2  (412340, 

<

...>, ОГРНИП 312644634700018, ИНН 

<

***>), несостоятельным (банкротом)

при участии в судебном заседании ФИО2, представителя конкурсного управляющего индивидуального предпринимателя Главы Крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 Филина Владимира Валентиновича  до   объявления    перерыва  ФИО7, действующей на основании доверенности от 10 января 2019  года

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 06 октября  2016  года   индивидуальный    предприниматель    глава    крестьянского  (фермерского) хозяйства   ФИО2   (далее  - ИП Глава КФХ ФИО2, должник)   признана несостоятельным (банкротом) и в отношении неё открыто конкурсное производство. 

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 06 октября 2016 года конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5, являющийся членом НП «ОАУ «Авангард». 

Сведения об открытии конкурсного производства в отношении ИП Главы КФХ ФИО2 опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 08 октября 2016 года  № 187. 

В  Арбитражный   суд   Саратовской  области   обратился  конкурсный   управляющий   ИП    Главы   КФХ   ФИО2    ФИО5 с заявлением   о привлечении ФИО2 (далее  - ФИО2)  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

В  порядке   статьи   49  Арбитражного    процессуального    кодекса  Российской   Федерации   конкурсный   управляющий    ИП Главы   КФХ  ФИО2   ФИО5  уточнил   заявленные   требования, просил    привлечь  ФИО2    к субсидиарной  ответственности по   обязательствам  должника    в размере   12 992 441   руб.   24 коп.  Судом     уточнения   приняты.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 19 августа    2019 года   заявление конкурсного управляющего ИП   Главы   КФХ    ФИО2   ФИО5   удовлетворено   частично.  Взысканы  с ФИО2  убытки в размере 1 215 718 рублей для включения в конкурсную массу  Главы   КФХ    ФИО2   В удовлетворении остальной части заявленных требований – отказано.

Не согласившись с указанным определением  суда,  конкурсный   управляющий    ИП Главы   КФХ  ФИО2   ФИО5   обратился     в суд апелляционной инстанции с апелляционной  жалобой, в которой  просит отменить определение  суда первой инстанции в части отказа    в   удовлетворении заявленных  требований  и удовлетворить  заявление   в полном  объеме. 

Апелляционная  жалоба мотивирована   аналогичными  доводами, изложенными  в  суде   первой  инстанции.

Не согласившись с указанным определением  суда,  ФИО2   обратилась   в суд апелляционной инстанции с апелляционной  жалобой, в которой  просит отменить определение  суда первой инстанции в части взыскания  убытков    и отказать  в  удовлетворении заявленных   требований. 

Апелляционная    жалоба  мотивирована  тем,  что    ФИО2   не   может   быть  привлечена   к   субсидиарной ответственности по долгам КФХ.

ФИО2   возражает  против  удовлетворения   апелляционной  жалобы     конкурсного    управляющего     ИП  Главы   КФХ   ФИО2  ФИО5  по   основаниям,  изложенным    в отзыве.

Иные  лица, участвующие в деле о  банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 27 сентября   2019 года, что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте. 

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных  лиц. 

Согласно статье 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании  объявлялся перерыв до 28 октября    2019  года до 14  час. 30 мин.

Исследовав материалы дела, заслушав  доводы   лиц,  участвующих  в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции находит, что апелляционные жалобы   не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом  1 статьи   61.16 Закона  о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника, а также ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствие с разъяснением пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 13.10.2017 N 305-ЭС17-9683, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения им вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

По     мнению    конкурсного   управляющего    ИП   Главы     КФХ    ФИО2    ФИО5    в результате не предоставления первичных бухгалтерских документов имущественным правам кредиторов причинен вред в сумме 9 226 501,28 рублей, что подтверждается определением Арбитражного суда Тамбовской области от 03 апреля  2018 года  по делу А64-6753/2016. 

Так, определением Арбитражного суда Тамбовской области от 03 апреля  2018 года  по делу А64-6753/2016 установлено, что 30 сентября 2015 года  между ИП Главой КФХ ФИО2 и ООО «Импульс» заключен договор поставки № 12 на сумму 3 129 329 руб. 

По   указанному договору ИП Глава КФХ ФИО2 передала ООО «Импульс» подсолнечник двумя партиями в количестве 57,547 тонн и 94,209 тонн, в подтверждение чего представлены товарные накладные от 02 октября  2015 года  № 2 на сумму 1 978 389 руб. и от 08 октября  2015  года  № 3 на сумму 1 150 940 руб. 

Согласно пункту 2.2 договора поставки от 30 сентября  2015 года  № 12 формой оплаты по договору является взаимозачет долга по договорам займа от 01 декабря  2014 года  № 4, от 09 декабря  2014 года  № 8, от 23 марта 2015  года № 3, от 23 июня 2015 года № 5, заключенным между ООО «Импульс» и ИП Главой КФХ ФИО2 на общую сумму 2 794 000 руб. 

В связи   с  тем,  что  акт взаимозачета между ООО «Импульс» и ИП Главой ФИО8 составлен и подписан не был, определением Арбитражного суда Саратовской области от 16 июня 2017 года  по делу №А57-6041/2016 требование ООО «Импульс», основанное на указанных договорах займа, в размере 2 794 000 руб. включено в реестр требований кредиторов ИП Главы ФИО8 

Кроме того, 03 августа  2015 года  между ИП Главой КФХ ФИО2 и ООО «Импульс» заключен договор поставки № 4, в соответствии с которым заявитель поставил должнику пшеницу на сумму 648 960 руб., в подтверждение чего представлена товарная накладная от 10 августа  2015 года. 

18 сентября 2015 между ИП Главой КФХ ФИО2 и ООО «Импульс» заключен договор поставки № 5, в соответствии с которым заявитель поставил должнику подсолнечник на сумму 2 351 040 руб., в подтверждение чего представлена товарная накладная от 29 сентября 2015 года. На основании дополнительного соглашения от 02 октября 2015  года  №1 к договору поставки от 18 сентября 2015 года  № 5 ИП Глава КФХ ФИО2 осуществила поставку семян подсолнечника на сумму 1 968 939 руб., в подтверждение чего представлена товарная накладная от 02 октября 2015 года. 

Также, между ИП Главой КФХ ФИО2 и ООО «Импульс» 13 октября 2015 года  заключено дополнительное соглашение № 2 к договору поставки № 5, согласно которому ИП Глава КФХ ФИО2 осуществила несколько поставок сельскохозяйственной продукции на общую сумму 2 857 140 руб., в  октября 2015 года, 12 октября 2015  года. В соответствии с пунктами 2.3 договоров поставки от 03 августа  2015 года  № 4, 18 сентября 2015  года № 5 оплата покупателем цены товара производится путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика, указанный в договоре, либо наличная оплата. 

Однако, как указывает заявитель, согласно выпискам, предоставленным конкурсному управляющему из АО «Экономбанк» и ФИО9 АО «Россельхозбанк», денежные средства по договорам поставки от 03 августа  2015 года № 4, 18 сентября 2015 года № 5 в указанный период на расчетный счет ИП Главы КФХ ФИО2 не поступали, а также других документов, подтверждающих оплату по данному договору, конкурсный управляющий ИП Главы КФХ ФИО2 не имеет. 

Как указывает заявитель, задолженность по названным договорам поставки в общем размере 9 226 501,28 руб.: в том 8 161 408 руб. - основной долг, 1 065 093,28 руб. – неустойка с учетом уточнения до настоящего времени не погашена. 

Вместе с тем, товарно-транспортных накладных, путевых листов, либо экспедиторских документов с приложением соответствующих доверенностей на лиц, уполномоченных на получение товара, подтверждающих факт перемещения товара в адрес грузополучателя, суду не представлено, равно как и не представлено сведений о наличии у должника собственных либо арендованных транспортных средств, а также путевых листов либо иных документов, подтверждающих возможный самовывоз товара. 

Напротив, согласно данным уполномоченного органа, а также согласно отчету конкурсного управляющего транспортных средств за ООО «Импульс» не зарегистрировано. Кроме того, по данным уполномоченного органа, у ИП Главы КФХ ФИО2 транспортных средств также не имеется, как и не имеется зарегистрированных за ней складских помещений, пригодных для хранения товара в количестве, указанном в договорах поставки. 

Определениями суда от 10 января 2018 года, от 30 января 2018 года, от 20 февраля  2018 год  по делу № А64-6753/2016 суд предлагал заявителю представить акт приема передачи документов, составленный между конкурсным управляющим ФИО5 и ИП Главой КФХ ФИО2, доказательства наличия у него товара перед поставкой должнику (приобретения, производства, хранения), перевозки товара, его отражения в бухгалтерский документах (книгу покупок и продаж, складские документы), наличия в штате работников, которые осуществляли отгрузку, перевозку товара; доказательства обращения в суд с заявлением о взыскании задолженности (в случае необращения - пояснить причины), доказательства отражения задолженности заявителя в бухгалтерском учете (бухгалтерский баланс с расшифровкой, оборотно-сальдовые ведомости). 

Кроме того, в рамках дела №А64-6753/2016 суд неоднократно предлагал заявителю представить доказательства реальности совершенных хозяйственных операций, однако сформировать и доказать позицию, подтверждающую реальность хозяйственных операций, на которых основаны заявленные требования, заявитель, по мнению суда, не смог. Также судом конкурсному управляющему должника предлагалось представить сведения и доказательства относительно способов доставки товара должнику, его хранения должником, относительно судьбы товара после его получения должником (перепродажи, использования в хозяйственной деятельности), наличия в штате работников, которые осуществляли прием, перевозку товара; отражения задолженности в бухгалтерском учете должника (бухгалтерский баланс с расшифровкой, оборотносальдовые ведомости), отражения полученного товара в бухгалтерский документах (книгу покупок и продаж, складские документы). 

Однако названные требования определений Арбитражного суда Тамбовской области от 10 января 2018 года, от 30 января 2018 года, от 20 февраля 2018 года лицами, участвующими в деле, не исполнены. 

Таким образом, судом в рамках дела №А64-6753/2016 установлено, что в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства, подтверждающие реальную передачу товара должнику, бесспорно свидетельствующие о фактическом получении должником товара от заявителя и его хранения должником, относительно судьбы товара после его получения должником (перепродажи, использования в хозяйственной деятельности), и следовательно подтверждающие наличие между сторонами обязательственных правоотношений, основанных на договоре поставки, ввиду чего, не доказав совершение сделки, заявитель не вправе требовать от должника возврата денежной суммы за поставленный товар в особом порядке, предусмотренном Законом о банкротстве. 

На основании вышеизложенного, 27 марта 2018 года Арбитражный суд Тамбовской области отказал конкурсному управляющему ИП Главы КФХ ФИО2 в удовлетворении заявления ИП Главы КФХ ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов ООО «Импульс» суммы задолженности в размере 8 161 408 руб. - основной долг, 1 065 093,28 руб. – неустойка. 

Вместе   с  тем,  сам по себе отказ во включении требований в реестр требований кредиторов должника - ООО «Импульс» требований ИП Главы КФХ ФИО2 не повлек для кредиторов ИП Главы КФХ ФИО2, убытков, ввиду того, что определением Арбитражного суда Тамбовской области от 15 ноября  2018 года (резолютивная часть) дело о признании ООО «Импульс» несостоятельным (банкротом) прекращено, ввиду отсутствия имущества и денежных средств на финансирование процедуры. Каких либо доказательств реальной возможности пополнения конкурсной массы должника - ООО «Импульс», в том числе за счет взыскания дебиторской задолженности либо за счет оспаривания конкретных сделок должника в материалы дела ООО «Импульс» не представлено. 

В связи с этим, в случае потенциального включения заявленного конкурсным управляющим ИП Главой КФХ ФИО2 требования в реестр требований кредиторов должника - ООО «Импульс», ИП Глава КФХ ФИО2 погашение заявленных требований не получила бы.

Кроме того, в обоснование поданного заявления, конкурсный управляющий ИП Главы КФХ ФИО2 указал, что, в реестр требований кредиторов подано требование ООО «Агроцентр» из которого следует, что ИП Глава КФХ ФИО3 приобрела у ООО «Агроцентр» по договору №А-24 от 01 апреля 2013  года  борону БДМ-6х4 с прикатывающими катками, культиватор КШУ-12 с бороной пружинной трехрядковой, борону-почвоуплотнитель Rangler-III, культиватор купол-4,2 с приспособлением для навески борон, трактор Беларус-82.1 Указанные единицы сельхозтехники и приспособлений, регистрационная и техническая документация к ним не указывались в перечне имущества должника и не переданы конкурсному управляющему. 

Однако, как установлено решением Арбитражного суда Саратовской области по делу №А57-7738/2018 от 26 07 2018, 28 апреля 2017 года между ИП Главой КФХ ФИО2, в лице конкурсного управляющего ФИО5, действующего на основании определения Арбитражного суда Саратовской области по делу А57-6041/2016 от 06 октября 2016 года и ООО «Кирсановская зерновая компания» был заключен договор аренды движимого имущества. В соответствии с условиями Договора арендодатель передает в пользование арендатора движимое имущество, указанное в п. 1.1 Договора, а именно: 

- трактор колесный БЕЛАРУС 82.1, регистрационный знак 

<

***> 1 шт., 

- борона БДМ, 1 шт., 

- культиватор КШУ-12, 1шт., 

- борона Rangler 1 шт., 

- культиватор купол – 4,2, 2 шт. 

Согласно п.7.1 Договора срок аренды составляет с 01 мая 2017 года по 01 июля 2017 года. 

Факт надлежащего исполнения обязательства со стороны истца по передаче имущества арендатору ответчиком не оспаривается. 

Суд установил факт пользования ответчиком спорным движимым имуществом за период с 01 мая 2017 года по 01 июля 2017 года. 

Решением Арбитражного суда Саратовской области №А57-7738/2018 от 26 июля 2018 года с ООО  «Кирсановская зерновая компания» пользу ИП    Главы КФХ   ФИО2   в лице конкурсного управляющего ФИО5   взыскана задолженность по арендной плате в размере 560 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 16 913,15 рублей. 

Кроме того, как установлено судом, согласно материалам проверки №6576 МО МВД России «Ртищевский», сотрудники полиции производили осмотр территории хозяйства, после выставления 16 октября  2016 года  конкурсным управляющим ФИО5 там охраны. В протоколах осмотра имеются сведения о наличии имущества, отсутствие которого конкурсный управляющий ФИО5 указывает в своих доводах. 

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом, предоставленными в материалы дела документами подтверждается наличие у конкурсного управляющего доступа к имуществу ИП Глава КФХ ФИО2, в том числе: факт распоряжения этим имуществом.

Таким образом, утверждение конкурсного управляющего о не передаче ему со стороны ФИО2 спорного имущества, является несостоятельным.

Конкурсным управляющим ИП    Главы  КФХ    ФИО2     ФИО5  в нарушение статьи 65 Арбитражного    процессуального    кодекса  Российской  Федерации  не представлено доказательств того, что именно не передача бывшим руководителем должника ФИО2   указанных документов и имущества  привела к затруднению при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве и формированию конкурсной массы.

В связи с чем, отсутствуют основания для привлечения ФИО2   к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Кроме того, конкурсный управляющий ИП   Главы  КФХ   ФИО2  ФИО5   также указывал на привлечение ФИО2   к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление от 21.12.2017 N 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основании недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Согласно пункту 56 Постановления от 21.12.2017 N 53, по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства).

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, т.е. лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ от 06.07.2016).

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Как предусмотрено абзацем 4 пункта 20 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям ст. 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе, установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Из указанных разъяснений следует, что возможность суда самостоятельно квалифицировать предъявленное требование, вовсе не исключает необходимость доказывания сторонами обстоятельств, входящих в предмет доказывания того или иного требования.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации среди способов защиты гражданских прав называет возмещение убытков.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Таким образом, взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В свою очередь, согласно пункту 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

При этом, бремя доказывания отсутствия вины возложено на контролирующее должника лицо.

В ходе реализации своих полномочий конкурсным управляющим ФИО5  установлено, что ИП Главе КФХ ФИО2 на праве аренды принадлежали земельные участки из земель населенных пунктов: 

- земельный участок из земель населенных пунктов, площадью 15400 кв.м с кадастровым номером 64:30:010102:116 по адресу: Саратовская область, Ртищевский р-н, западная часть 

<

...>; 

- земельный участок из земель населенных пунктов, площадью 1948 кв.м с кадастровым номером 64:30:010102:114 по адресу: Саратовская область, Ртищевский р-н, западная часть 

<

...>, 

- земельный участок из земель населенных пунктов, площадью 1440 кв.м с кадастровым номером 64:30:010102:117 по адресу: Саратовская область, Ртищевский р-н, западная часть 

<

...>. 

На вышеуказанных земельных участках расположены объекты недвижимого имущества: 2 отдельно стоящих склад, склад - производственная база, мехток, 2 домика для охраны объекта, отапливаемые дровами. На территории земельных участков находилась сельскохозяйственная техника, принадлежащая третьим лицам. 

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Саратовской области с заявлением о признании недействительности сделки. 

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Саратовской области от 09 июля 2018 года по делу № А57-6041/2016, заявление конкурсного управляющего ИП   Главы    КФХ   ФИО2   ФИО5   о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки удовлетворено. 

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве признана недействительной сделка - договор субаренды земли от 10 февраля 2016  года,  заключенный между ИП   Главой  ФИО2   и ООО «СпецАгроСнаб», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «СпецАгроСнаб» в конкурсную массу ИП   Главы   КФХ    ФИО2   денежных средств в размере 1 215 718 руб. 

Судом установлена неравноценность исполнения спорной сделки, заключенной межу ИП  Главой   КФХ   ФИО2   и ООО  «СпецАгроСнаб», в результате которой кредиторам должника были причинены убытки и в конкурсную массу с ООО «СпецАгроСнаб» была взыскана сумма 1 215 718 рублей.

Определение Арбитражного суда Саратовской области от 09 июля 2018 года по делу № А57-6041/2016 не исполнено, денежные средства ООО «СпецАгроСнаб» в конкурсную массу не поступили. 

В результате неразумных действий ИП   Главы  КФХ ФИО2  крестьянско-фермерскому хозяйству и кредиторам должника причинены убытки на общую сумму 1 215 718 рублей 

Таким образом,  ФИО2 совершено действие, приведшее к возникновению убытков у кредиторов должника. 

В  апелляционной   жалобе    ФИО2    указывает  на то, что   создание    фермерского    хозяйства      одним    гражданином     не  предусматривает формирования  имущества    такого  хозяйства    на   праве     совместной      собственности, поскольку      единственным       собственником      такого     имущества    является      глава    и единственный    член     крестьянского   (фермерского)   хозяйства, имеющий статус  индивидуального       предпринимателя.  Согласно     статье   24 Гражданского   кодекса  Российской  Федерации  отвечает     по   своим   обязательствам      всем   принадлежащим     ему  имуществом, за  исключением    имущества,   на которое    в соответствии    с законом    не  может     быть     обращено  взыскание. Положения  статей   23,24 Гражданского     кодекса  Российской  Федерации    не  разделяют     имущество     физического  лица     на  его     имущество      как   индивидуального     предпринимателя      и   иное   имущество, не   связанное      с предпринимательской      деятельностью, для  целей      обращения     взыскания     по  долгам     гражданина,   как   связанным, так    и  не  связанным      с его   предпринимательской     деятельностью. В  связи   с  чем,  ФИО2    считает,   что    с нее   не  могут     быть взысканы   убытки.

Индивидуальный предприниматель Глава Крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 зарегистрирована в Межрайонной инспекцией ФНС № 19 по Саратовской области 12 декабря 2012 года  в статусе ИП ГЛАВА КФХ. 

Согласно статье 1 Федерального закона от 11.06.2003 N 74-ФЗ "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" крестьянское (фермерское) хозяйство (далее также - фермерское хозяйство) представляет собой объединение граждан, связанных родством и (или) свойством, имеющих в общей собственности имущество и совместно осуществляющих производственную и иную хозяйственную деятельность (производство, переработку, хранение, транспортировку и реализацию сельскохозяйственной продукции), основанную на их личном участии. Фермерское хозяйство осуществляет предпринимательскую деятельность без образования юридического лица. К предпринимательской деятельности фермерского хозяйства, осуществляемой без образования юридического лица, применяются правила гражданского законодательства которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, если иное не вытекает из федерального закона, иных нормативных правовых актов Российской Федерации или существа правовых отношений.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" положения Закона о банкротстве, касающиеся банкротства граждан, не применяются к отношениям, связанным с банкротством крестьянских (фермерских) хозяйств, в том числе когда заявление о признании банкротом подается в арбитражный суд в отношении гражданина, являющегося одновременно индивидуальным предпринимателем - главой крестьянского (фермерского) хозяйства (пункт 2 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Банкротство крестьянских (фермерских) хозяйств осуществляется по общим правилам Закона о банкротстве с особенностями, установленными параграфом 3 главы X указанного Закона.

Конкурсную массу крестьянского (фермерского) хозяйства составляет имущество, принадлежащее на праве общей собственности членам этого хозяйства. Перечень имущества (вещи и имущественные права) установлен  пунктом  1 статьи   221 Закона о банкротстве.

Имущество, принадлежащее главе крестьянского (фермерского) хозяйства и членам крестьянского (фермерского) хозяйства на праве собственности, а также иное имущество, в отношении которого доказано, что оно приобретено на доходы, не являющиеся общими средствами крестьянского (фермерского) хозяйства, не включается в конкурсную массу (пункт  3   статьи   221  Закона  о банкротстве).

Таким    образом,   Закон    о банкротстве   разделяет  имущество   КФХ   и   личное   имущество    ИП Главы   КФХ. В том случае, если конкретными виновными действиями ИП Главы КФХ должнику будут причинены убытки, то ответственность ИП Главы КФХ не может быть ограничена исключительно имуществом, внесенным в состав имущества КФХ, а такое лицо должно будет в порядке субсидиарной ответственности отвечать всем своим имуществом, в том числе личным и не внесенным в состав имущества КФХ, иное означало бы возможность ухода виновного лица от материальной ответственности и нарушило бы права кредиторов должника.

Соответственно,  в зависимости от   конкретных  действий  ИП Главы главы  КФХ      лицо  может     быть   привлечено    к  субсидиарной   ответственности.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, а также то, что в составе КФХ имеется только один член КФХ – ФИО2,  суд   первой   инстанции    правомерно   взыскал с ФИО2   убытки в размере 1 215 718 рублей для включения в конкурсную массу ИП Главы   КФХ   ФИО2 

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные     жалобы  не содержат. 

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что по рассматриваемому вопросу судом первой инстанции вынесено законное и обоснованное определение, оснований для отмены либо изменения которого не имеется. Выводы суда по данному вопросу основаны на установленных обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционные  жалобы   ФИО2, конкурсного управляющего индивидуального предпринимателя Главы Крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 Филина Владимира Валентиновича  следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 19 августа 2019 года по делу № А57-6041/2016 оставить без изменения, апелляционные   жалобы -  без удовлетворения.

Постановление арбитражного  суда  апелляционной   инстанции  вступает   в законную   силу со дня   его  принятия и может  быть обжаловано  в Арбитражный  суд  Поволжского  округа  в течение   одного месяца   со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                    О.В.  Грабко

 Судьи                                                    Л.А.  Макарихина     

И.А.  Макаров