ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

Дело № А68-11135/2021

20АП-3220/2024, 20АП-3221/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20.08.2024

Постановление в полном объеме изготовлено 02.09.2024

 

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А., судей Волошиной Н.А. и Мордасова Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Никматзяновой А.А., при участии в судебном заседании финансового управляющего ФИО1 ФИО2 (паспорт, копия решения Арбитражного суда Тульской области от 23.05.2022), представителя ФИО3 – ФИО4 (удостоверение адвоката  № 1574, доверенность от 02.05.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3, ФИО1 на определение Арбитражного суда Тульской области от 22.04.2024 по делу № А68-11135-9/2021 (судья Севастьянова М.В.), вынесенное по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО1 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 28.04.2020 и применении последствий недействительности сделки, 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (г. Тула) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

 

 

Определением суда от 26.10.2021 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.

Решением суда от 23.05.2022 ФИО1 признана несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим утвержден ФИО2

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры реализации имущества гражданина размещено в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 19.05.2022 (сообщение № 8823970).

09.01.2023 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 28.04.2020, заключенного между ФИО1 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Тульской области от 22.04.2024 по делу                            № А68-11135-9/2021 заявление финансового управляющего имуществом ФИО1 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) ФИО2 удовлетворено. Признан недействительным заключенный между ФИО1 и ФИО3 договор от 28.04.2020 купли-продажи доли в квартире с кадастровым номером 71:30:050301:703, расположенной по адресу: Тульская область, г. Тула, Центральный район, ул. Н.Руднева, д.30, кв.22. В порядке применения последствий недействительности ничтожной сделки - договора купли-продажи доли в квартире от 28.04.2020 с ФИО3 в конкурсную массу должника ФИО1 взысканы денежные средства в размере 1 250 000 рублей. С ФИО3 в конкурсную массу должника ФИО1 взыскана государственная пошлина в размере 6 000 рублей.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 и ФИО1 обратились с апелляционными жалобами в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которых просят обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

В апелляционной жалобе ФИО3 указывает на то, что суд первой инстанции необоснованно посчитал доказанным отсутствие встречного предоставления по сделке со стороны ФИО3, с учетом снятия ею со счета 1 000 000 руб. и указания на то, что оставшаяся незначительная часть цены договора была оплачена ею за счет личных накоплений её семьи – её личных и её сына.

Также полагает, что материалы дела не содержат доказательств, объективно свидетельствующих о том, что должник, совершая оспариваемую сделку - продажу доли в праве собственности на квартиру другому долевому сособственнику в соответствии с требованиями законодательства, и ответчик - приобретая ее, действовали исключительно в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Кроме того указала, что из картотеки исполнительных производств следует, что в отношении ФИО1 на дату совершения оспариваемой в настоящем обособленном споре сделки - 28.04.2020 - исполнительных производств не имелось, что исключало для ФИО3 возможность узнать о каких-либо имеющихся задолженностях                  ФИО1 перед третьими лицами.

ФИО1 в своей апелляционной жалобе указала на то, что доказательств наличия между контрагентами фактической аффилированности материалы дела не содержат. Должник обращает внимание суда на то, что ФИО3 не является близким родственником, согласно действующим нормам законодательства Российской Федерации. Не является аффилированным лицом в отношении самого должника, доказательств обратного материалы дела не содержат. Как и равно не содержат доказательств любого взаимодействия должника и его тети в разумный временной предбанкротный период.

Кроме того указала, что ФИО3 в полной мере представила доказательства наличия у неё денежных средств на оплату приобретаемой доли в квартире.

Финансовый управляющий ФИО1 ФИО2 представил отзыв, в котором просил оставить обжалуемое определение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО3 просил апелляционную жалобу ФИО3 удовлетворить, определение суда – отменить.

Финансовый управляющий ФИО1 просил определение суда оставить в силе, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 и 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалобы рассмотрены в отсутствие иных неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

 

 

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалоб, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим федеральным законом.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе соглашения или приказы об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) в порядке главы III. 1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III. 1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

 

 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Таким образом, финансовый управляющий признается лицом, обладающим правом подачи в суд заявления об оспаривании сделки, совершенной должником.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее- Постановление Пленума ВАС РФ № 63) в порядке главы III. 1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III. 1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

 

 

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пункту 1 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Заключение договора купли-продажи и передача имущества по нему в собственность покупателя представляет собой реализацию принадлежащих собственнику правомочий (по владению, пользованию и распоряжению имуществом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пункта 1 статьи 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Как следует из правовой позиции, изложенной в определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843, конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации. Соответствующая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4).

Как следует из материалов дела, в рассматриваемом случае государственная регистрация права собственности на спорное недвижимое имущество произведена ФИО3 29.04.2020, заявление о признании должника банкротом принято к производству 26.10.2021, то есть сделка по продаже имущества для целей банкротства считается совершенной в пределах трех лет до возбуждения дела и потому сделка может быть оспорена по специальным основаниям недействительности, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Для признания недействительной такой сделки ему необходимо доказать одновременное наличие следующих обстоятельств:

- сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления;

- условия сделки о встречном исполнении обязательств другой стороной сделки неравноценны предоставлению должника по сделке, при этом неравноценность должна быть существенная и имеет место в пользу другой стороны и в нарушение интересов должника.

Только при наличии совокупности обоих признаков оспариваемая сделка может рассматриваться как подозрительная сделка.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу рассматриваемой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества (предполагается, что любое лицо должно знать, что если в отношении должника введена процедура банкротства, то должник имеет такие признаки);

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из положений абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве следует, что под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При определении вреда имущественным правам кредиторов суд имеет в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества суд исходит из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которым под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное; под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Согласно пункту 7 постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов с установлением цели (направленности) сделки и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Судом первой инстанции установлено, что на дату совершения оспариваемой сделки – 28.04.2020 должник имел обязательства перед ПАО «Совкомбанк» по кредитному договору 

<

***> от 01.06.2018, перед ООО «РегионКонсалт» по кредитному договору 

<

***> от 14.04.2008.

Требования указанных кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, право на судебную защиту предполагает наличие конкретных гарантий, позволяющих реализовать его в полном объеме, а правосудие может признаваться таковым, только если оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах. Суд при рассмотрении дела обязан исследовать по существу его фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы; иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным (пункт 2.3 Определения от 06.10.2015 № 2317- О).

Несмотря на то, что изначально должником и ответчиком отрицался факт родства, из представленных в материалы обособленного спора документов, судом первой инстанции установлено, что должник и ответчик являются родственниками, а именно: должник приходится ответчику племянницей. Доводы должника и ответчика о том, что до заключения оспариваемой сделки они между собой отношения не поддерживали, суд области оценил критически.

В соответствии с правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 26 постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», применяемой в настоящем случае по аналогии, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Суд первой инстанции неоднократно предлагал как должнику, так и ответчику представить доказательства, подтверждающие осуществление оплаты по оспариваемому договору.

Вместе с тем, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ доказательств осуществления ответчиком фактической оплаты за спорное имущество в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что отметка в оспариваемом договоре о произведенной оплате сама по себе не может являться достаточным и достоверным доказательством произведенной оплаты, совокупность представленных в материалы дела доказательств подтверждает недобросовестность поведения должника при заключении сделки по отчуждению высоколиквидного имущества в отсутствие встречного представления и причинение вреда интересам кредиторов.

Правовой целью договора купли-продажи являются передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 ГК РФ).

Факт получения (неполучения) оплаты за имущество является юридически значимым обстоятельством для определения, была ли у сторон цель вывода имущества должника из конкурсной массы в преддверии банкротства должника или действительного получения должником равноценного встречного исполнения за него.

Суд первой инстанции неоднократно также предлагал ответчику представить суду доказательства финансовой возможности на приобретение спорной доли, а также передачи денежных средств должнику в указанном в договоре размере.

Вместе с тем, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ таких доказательств ответчиком не представлено.

Само по себе указание в договоре купли-продажи на передачу денежных средств не свидетельствует о фактической оплате. При наличии аффилированности между сторонами сделки к доводу о передаче денежных средств должен применяться повышенный стандарт доказывания.

Доказательства расходования денежных средств, полученных от совершения оспариваемой сделки, должником в материалы дела не представлены.

Принимая во внимание разъяснения постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, судом первой инстанции учтено, что в материалах дела отсутствуют надлежащие, относимые и допустимые доказательства финансовой возможности покупателя (как самой ФИО3, так и согласно доводам ФИО3 ее сына ФИО5) произвести единовременную оплату по договору от 28.04.2020, а также фактического получения и последующего расходования продавцом (Должником) указанных средств.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.04.2016 № 301-ЭС15-20282, в случае отсутствия доказательств оплаты по сделке имущество считается реализованным при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Цель причинения вреда с учетом безвозмездности спорной сделки презюмируется.

Осведомленность ответчика об этой цели вытекает из проставленной на спорном договоре отметке об оплате в отсутствие действительной оплаты.

Вред заключается в безвозмездном выводе активов при отсутствии намерения оплатить их.

При таких обстоятельствах, учитывая, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, при наличии у должника неисполненных денежных обязательств перед кредиторами, в результате ее совершения произошло выбытие из владения должника ликвидных активов, в связи с чем, уменьшился размер имущества должника, что повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов, при этом ответчик, учитывая фактические обстоятельства спора, не мог не знать о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов,  суд первой инстанции пришел к верному выводу о признании оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, в связи с чем правомерно удовлетворил требования финансового управляющего.

Выводы суда первой инстанции в части применения последствий недействительности сделки также являются правомерными.

Доводы жалобы ФИО3 о том, что ею в материалы дела представлены доказательства наличия у неё денежных средств на покупку спорной доли в имуществе, подлежат отклонению на основании следующего.

В соответствии с правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 26 постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»  при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Суд первой инстанции, в рамках рассмотрения обособленного спора, неоднократно предлагал как должнику, так и ответчику представить доказательства, подтверждающие осуществление оплаты по оспариваемому договору. Вместе с тем, доказательств осуществления ответчиком фактической оплаты за спорное имущество в материалы дела не представлено.

Суд апелляционной инстанции соглашается с позицией финансового управляющего о том, что само наличие средств в несопоставимом с ценой сделки объеме за 6 месяцев до заключения договора купли-продажи не свидетельствует о ее совершении с оплатой.

Арбитражным судом справедливо отмечено, что факт получения (неполучения) оплаты за имущество является юридически значимым обстоятельством для определения, была ли у сторон цель вывода имущества должника из конкурсной массы в преддверии банкротства должника или действительного получения должником равноценного встречного исполнения за него.

Как следует из материалов дела, ФИО3 представлена выписка с р/с в                  ПАО банк «Открытия», согласно которой вклад «До востребования» был открыт 18.11.2019 с внесением средств в размере 1 млн. рублей. Операция по снятию средств осуществлена 24.12.2019 в размере 1 000 009,97 рублей.

В суде первой инстанции ФИО3 пояснила, что она получила извещение ФИО1 о желании продать свою долю в квартире в 2020 году, что свидетельствуют о том, что     денежными    средствами на    р\с в  ПАО «Открытие» ФИО3 распоряжалась в иных целях, поскольку еще не знала о желании ФИО1 продать свою долю.

Ссылка ФИО3 о том, что она сняла средства «накануне» сделки не соответствует представленным ею документам.

Пояснения ФИО6, о том, что у    нее были остатки денежных средств от продажи имущества в 2013 году не подтверждены документально. Так, ФИО3 не представила справку о своих счетах и выписках по ним с 2013 года по дату сделки; не представила данные о своем имуществе с 2013 года, а также иную информацию, подтверждающую ее объяснения.

Представленный договор купли-продажи от 01.02.2013 не может быть принят во внимание как источник формирования средств на покупку ФИО3 доли в имуществе ФИО1, с учетом сформированных ВС РФ позиций о временном характере подтверждения сведений об имущественных возможностях покупателей.

Таким образом, ФИО3 не доказано происхождение денежных средств, а также возможности по оплате ? доли спорного имущества на условиях, указанных в договоре купли-продажи.

Кроме того, ФИО1 не представлены пояснения о расходовании средств, сопоставимых с ее совокупной кредиторской задолженностью.

Как следует из материалов дела, в определении Арбитражного суда Тульской области от 03.10.2022, при рассмотрении требований ПАО «Совкомбанк», указано, что Банк и должник заключили кредитные договоры 

<

***> от 01.06.2018, №2203294000 от 06.05.2019. Согласно расчету по состоянию на дату подачи заявления общий размер задолженности Должника перед кредитором составляет 46 795,58 руб., из которых: по договору 

<

***> от 01.06.2018 - 30 945,15 руб., по договору                          № 2203294000 от 06.05.2019 - 15 850,43 руб.

При этом, согласно данным ПАО «Совкомбанк» на май 2020 года остаток задолженности по договору 

<

***> от 01.06.2018 составлял 46 800,33 р. При этом срок просрочки по уплате обязательств составил 21 день, в июне 10 дней. Данное поведение не согласуется с поведением человека, получившего 1,250 млн. рублей.

При этом, в этот же период - с апреля по ноябрь 2020 года ФИО1 активно пользуется картой «Халва», допуская просрочку платежей, что приводит к задолженности перед кредитором по данной карте.

Кроме того  из материалов дела следует, что  в реестр требований кредиторов должника включены требования кредитора    ООО «Регионконсалт»,  задолженность перед которым  сформировалась  по договорным обязательствам от 2008 года с датой фиксации остатка 17.05.2022. То есть с мая 2020 года по дату подачи заявления о вступлении в реестр требований кредиторов ФИО1 не погашала обязательства, что   подтверждает отсутствие у нее денежных средств, а, следовательно, безденежный характер спорной сделки.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу о признании оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, в связи с чем правомерно удовлетворил требования финансового управляющего.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не 

свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тульской области от 22.04.2024 по делу                                          № А68-11135/2021 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

Судьи

Ю.А. Волкова 

Н.А. Волошина

Е.В. Мордасов