﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-36617/2019

22 октября 2021 года

г. Санкт-Петербург

 /сд.4

Резолютивная часть постановления объявлена     04 октября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 октября 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Рычаговой О.А.

судей  Будариной Е.В., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Смирновой В.С. 

при участии лиц согласно протоколу судебного заседания

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-21962/2021)  финансового управляющего Комарова Михаила Юрьевича на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.05.2021 по делу № А56-36617/2019/сд.4 (судья  Мигукина Н.Э.), принятое по заявлению финансового управляющего Комарова Михаила Юрьевича о признании недействительной сделки должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя Хмельницкого Олега Арнольдовича,

ответчики по обособленному спору: 

1. Хмельницкая Наталья Сергеевна; 

2. Васильева Татьяна Владимировна 

третье лицо: Григорьев Юрий Анатольевич 

установил:

29.03.2019 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее также - Арбитражный суд) от общества с ограниченной ответственностью «НордВестТранс» (далее - ООО «НордВестТранс»), в лице конкурсного управляющего Сохена Юрия Моисеевича, поступило заявление о признании гражданина Хмельницкого Олега Арнольдовича (далее - должник, О.А.Хмельницкий) несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда от 13.05.2019 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве гражданина.

Определением Арбитражного суда от 26.08.2019, резолютивная часть которого объявлена 21.08.2019, заявление ООО «НордВестТранс» признано обоснованным; в отношении О.А.Хмельницкого введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина; финансовым управляющим утвержден Комаров Михаил Юрьевич. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 172 от 21.09.2019.

Решением Арбитражного суда от 27.01.2020, резолютивная часть которого объявлена 22.01.2020, О.А.Хмельницкий признан несостоятельным (банкротом); в отношении О.А.Хмельницкого введена процедура банкротства - реализация имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден Комаров Михаил Юрьевич. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 18 от 01.02.2020.

В Арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего Комарова Михаила Юрьевича (далее - заявитель либо финансовый управляющий) о признании недействительными ряда сделок. В указанном заявлении (далее - заявление) финансовый управляющий просит:

- признать недействительным договор дарения земельного участка и садового дома от 02.09.2014 серия 78 АА №7068192, заключенного между Хмельницким О.А. и Хмельницкой Н.С., договор купли-продажи земельного участка и садового дома от 27.05.2015, заключенный между Хмельницкой Н.С. и Васильевой Т.В. 

- обязать Т.В.Васильеву вернуть в конкурсную массу О.А.Хмельницкого Земельный участок площадью 656 кв.м., кадастровый № 78:38:0022153:80 и Садовый дом площадью 74,9 кв.м., кадастровый № 78:38:0022153:2049, 

- в случае невозможности возврата имущества взыскать с Хмельницкой Н.С. в пользу Хмельницкого О.А. убытки в виде рыночной стоимости земельного участка площадью 656 кв.м., кадастровый № 78:38:0022153:80 и Садового дома площадью 74,9 кв.м., кадастровый № 78:38:0022153:2049

Определением от 07.04.2021 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Григорьева Юрия Анатольевича, как собственника спорного земельного участка в настоящее время.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.05.2021 в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, финансовый управляющий Комаров М.Ю. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 31.05.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении заявленных требований. В обоснование жалобы ее податель ссылается на то, что судом необоснованно не учтено, что на момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства, имущество отчуждено в пользу заинтересованного лица; не принята во внимание нетипичность сделки и наличия в действиях сторон злоупотребления правом.

В суд от должника, ответчика  Васильевой Т.В.  и третьего лица Григорьева Ю.А. поступили отзывы на апелляционную жалобу, в котором они возражают против ее удовлетворения, ссылаясь на необоснованность изложенных в ней доводов, несоответствие фактическим обстоятельствам дела.

В настоящем судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить.

Представитель кредиторов Смирнова В.Б. и Смирнова Б.В. поддержал позицию финансового управляющего.

Представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил в удовлетворении жалобы отказать, полагая судебный акт первой инстанции законным и обоснованным. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно решения Зеленогорского районного суда от 24.12.2015 года по делу №2-207/2017, Хмельницкий О.А. на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 04.10.2014 года получил следующие объекты недвижимого имущества: Земельный участок площадью 656 кв.м. с кадастровым номером 78:38:0022153:80 и садовый дом площадью 74,9 кв. м. с кадастровым номером 78:38:0022153:2049 и в тот же день право собственности Хмельницкого О.А. было прекращено на основании договора дарения.

Согласно указанного договора дарения на бланке 78 АА 7068192, указанное выше имущество передается в дар его супруге - Хмельницкой Н.С.  Впоследствии  Хмельницкая Н.С. реализовала указанные объекты недвижимости по договору купли-продажи от 27.05.2015 года за 4 600 000 руб. Васильевой Татьяне Владимировне.

Финансовый управляющий полагая, что договор дарения и договор купли-продажи обладают всеми признаками подозрительной сделки, которые определены пунктом 2 ст.61.2 Закона о банкротстве, а также, что договоры дарения и купли-продажи являются недействительными одновременно и как сделки, совершенные со злоупотреблением правом (ссылаясь на статьи 10 и 168 ГК РФ), обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, установив в рассматриваемом случае, что  пороки, выходящие за пределы дефектов сделок с предпочтением или иных подозрительных сделок, конкурсным управляющим не доказаны пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы Х Закона о банкротстве, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 1 статьи 61.9 и абзаца 1 пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовому управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве. 

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона Российской Федерации от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», установлено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве. 

Поскольку оспариваемые договоры отчуждения  недвижимого имущества заключены до 01.10.2015, а в указанный период должник не обладал статусом индивидуального предпринимателя, то указанная сделка не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (пункты 1, 2 статьи 61.2, статья 61.3 Закона о банкротстве). 

 Кроме того,  учитывая, что дело о банкротстве должника возбуждено 13.05.2019, под подозрение на основании  положений статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве могли бы попасть  только сделки, совершенные не позднее мая 2016 года, совершение спорных сделок ранее указанной даты, как справедливо указал суд первой инстанции,  исключает возможность судебного оспаривания их по главе III.1 Закона о банкротстве.

Заявляя о недействительности оспариваемых договоров по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ, финансовый управляющий ссылался на совершение сделки с заинтересованным лицом при наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, в целях уменьшения конкурсной массы (вывода активов) и причинения вреда имущественным правам кредиторов),

 В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). 

Согласно разъяснениям пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 60), пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; в силу пункта 4 этой же статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения; оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации, и, таким образом, для установления ничтожности договора на основании статьи 10 ГК РФ необходимо установить недобросовестность поведения (злоупотребление правом) контрагента, притом, что обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с названной нормой является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности на уменьшение конкурсной массы, и, в то же время, в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, то есть эти обстоятельства подлежат опровержению заинтересованными в этом лицами только в установленном законом порядке. 

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении упомянутых сделок (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов (о намерении причинения которого необходимо доказать в соответствии со статьей 10 ГК РФ), понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Поскольку договор передачи недвижимого имущества оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелось у сторон сделки намерение причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть, была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N 6526/10). 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

Участниками дела не оспаривался тот факт, что должник на момент совершения сделки являлся по отношению к ответчику заинтересованным лицом (супруг).

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 02.10.2018 № 304-ЭС17-1382 (5) довод только о наличии аффилированности не может являться достаточным доказательством недействительности сделок и непосредственно указывать на злоупотребление правом их сторонами. 

Действующее законодательство не предполагает ограничения прав на заключение договоров между заинтересованными лицами. Аффилированность сторон сделки не может непосредственно указывать на злоупотребление правом их сторонами и не может свидетельствовать о нарушении прав и интересов кредиторов должника. 

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1), направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок. При этом суд должен  установить именно противоправный сговор лиц с целью вывода средств из имущественной массы должника в ущерб кредиторам или иные согласованные недобросовестные действия сторон, подпадающие под признаки недействительности по ст. ст. 10, 168 РФ.

 Иной подход приводит к тому, что содержание пунктов 1 и 2 статьи 61.2, п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о необходимости доказывания наличия всей совокупности обстоятельств, подлежащих установлению для признания сделки недействительной по ст. 61.2, ст. 61.3 Закона о банкротстве, а также о сроке подозрительности и сроке исковой давности, что недопустимо.

Вместе с тем указанные управляющим в заявлении основания не выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Доказательств того, что, заключив спорные договоры, стороны очевидно имели умысел на реализацию противоправной цели не представлено. 

Поскольку оспариваемые сделки не имеет пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, суд первой инстанции обоснованно указал, что не имеется условий для применения положений статей 10, 168 ГК РФ.

При этом суд отметил, что мнимость договора дарения была предметом рассмотрения в суде общей юрисдикции. Вступившим в законную силу решением Зеленогорского районного суда Санкт-Петербурга от 24.12.2015 по делу № 2-267/2015 в признании сделки недействительной отказано.

 Кроме того,  договор купли-продажи земельного участка и садового дома от 27.05.2015, заключенный между Хмельницкой Н.С. и Васильевой Т.В.  не является сделкой должника и не может быть оспорен в рамках дела о его банкротстве.

Оснований для признания оспариваемых договоров цепочкой взаимосвязанных сделок прикрывающих фактическую сделку по отчуждению  имущества  должника с целью его передачи заинтересованному лицу не имеется, ввиду  недоказанности  их объективной и субъективной взаимосвязи, а именно наличие единой цели и взаимную обусловленность.

 Из материалов дела не следует, что Васильева Т.В.   является аффилированным или заинтересованным лицом по отношению к должнику или его супруге.  Имущество, информация о продаже которого была получена ей из публичного источника,  было приобретено Васильевой Т.В. при содействии  агента по недвижимости  по рыночной цене  и впоследствии  отчуждено третьему лицу. При этом до отчуждения имущества Васильева Т.В.  владела пользовалась и распоряжалась приобретенным имуществом как собственник, а именно обеспечила работы по сносу садового дома, осуществила регистрацию права собственности на садовый дом в связи с его ликвидацией, что не позволяет сделать вывод о том, что  должник фактически  сохранил контроль над выбывшим имуществом и сделка являлась притворной.

В силу изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении заявления финансового управляющего фактические обстоятельства судом первой инстанций установлены правильно, проверены доводы и возражения сторон, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы финансового управляющего не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

При изложенных выше обстоятельствах оспариваемое определение является законным и обоснованным, в силу чего отсутствуют основания для его отмены или изменения.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 31.05.2021 по делу № А56-36617/2019/сд.4 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.     

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

О.А. Рычагова

Судьи

Е.В. Бударина

 И.В. Сотов