Пятый арбитражный апелляционный суд 

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А51-4475/2021

г. Владивосток

10 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 октября 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 10 октября 2025 года. Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего К.А. Сухецкой, судей М.Н. Гарбуза, К.П. Засорина, при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,  

апелляционное производство № 05АП-3593/2025 на определение от 11.06.2025 судьи Т.С. Петровой 

по делу № А51-4475/2021 Арбитражного суда Приморского края  

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 об оспаривании сделки должника (соглашения об отступном от 17.08.2020)  

в рамках дела по заявлению ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Пахлава» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 690014, 

<

...>/1) о признании его несостоятельным (банкротом),  

при участии в судебном заседании: 

от ФИО3: до перерыва представитель ФИО4 по доверенности от 15.07.2024 сроком действия 3 года, на основании определения Арбитражного суда Приморского края по делу № А51-4475/2021 от 15.07.2021, паспорт; после перерыва представитель ФИО5 по доверенности от15.07.2024 сроком действия 3 года, паспорт;  

от ФИО6: до и после перерыва представитель ФИО7 по доверенности от 27.04.2024 сроком действия 3 года, удостоверение адвоката;  

от ФИО1: до и после перерыва представитель ФИО8 по доверенности от 21.05.2025 сроком действия 3 года, на основании копии определения Арбитражного суда Приморского края по делу № А51-4475/2021 от 01.07.2022, паспорт;  

иные лица, не явились, надлежаще извещены 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Приморского края от 01.04.2021 принято заявление ФИО3 о признании общества с ограниченной ответственностью «Пахлава» (далее – должник, ООО «Пахлава») несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу.  

Определением от 15.07.2021 в отношении ООО «Пахлава» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.  

Решением арбитражного суда от 12.08.2022 ООО «Пахлава» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО2  

В рамках дела о несостоятельности должника конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительным соглашение об отступном от 17.08.2020 заключенное между ФИО9 и ООО «Пахлава», применить последствия недействительности сделки в виде возврата переданного, согласно приложению № 1 к соглашению об отступном от 17.08.2020 имущества, в конкурсную массу должника  

Определением арбитражного суда от 11.06.2025 соглашение об отступном от 17.08.2020, заключенное между ФИО9 и ООО «Пахлава», признано недействительной сделкой, применены последствия недействительности сделки.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просила определение отменить, вынести новый судебный акт. Доводы жалобы мотивированы тем, что судом первой инстанции при вынесении оспариваемого определения неверно применены нормы материального права, в частности, не дана надлежащая оценка утверждению кредитора о том, что у должника отсутствует право собственности на имущество, являющееся предметом оспариваемой сделки. Также указывает на правовую неопределенность в отношениях сторон сделки, полагает из материалов дела не следует, что спорное имущество получено ответчиком в рамках соглашения об отступном, в связи с чем, в удовлетворении такого требования кредитора о признании сделки недействительной надлежит отказать. Полагает, что арбитражный суд при рассмотрении настоящего обособленного спора вышел за рамки рассмотрения вопроса о недействительности соглашения об отступном и фактически признал недействительной всю цепочку сделок с имуществом. Приведены доводы о неправомерности исключения арбитражным судом аудиторского заключения из числа доказательств по делу.  

В материалы дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) поступил отзыв на апелляционную жалобу от конкурсного управляющего, согласно тексту которого, ФИО2 просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, а жалобу – без удовлетворения.  

Определением апелляционного суда от 23.07.2024 апелляционная жалоба оставлена без движения на срок до 20.08.2024. Определением апелляционного суда от 07.08.2024 в связи с устранением апеллянтом обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, назначено судебное заседание по ее рассмотрению на 22.09.2024.  

В судебном заседании 22.09.2025 представитель ФИО6 заявил ходатайство об отложении судебного заседания по причине продления срока оставления апелляционной жалобы ФИО9 на определение от 11.06.2025 по делу № А51-4475/2021 Арбитражного суда Приморского края без движения до 01.10.2025 включительно. Суд полагал преждевременным рассмотрение заявленного ходатайства об отложении судебного заседания, в связи с чем, определил рассмотреть его позднее. Представитель ФИО1 оглашал пояснения на поставленные вопросы суда, передал на обозрение суда дополнительные доказательства.  

Совещаясь на месте, руководствуясь статьями 163, 184, 185 АПК РФ, арбитражный суд определил объявить перерыв в судебном заседании до 06.10.2025 до 14 часов 20 минут. Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.  

После перерыва 06.10.2025 судебное заседание продолжено в том же составе суда при ведении протокола тем же лицом, за время которого в материалы дела поступил отзыв от ФИО10, исходя из текста которого кредитор полагает, что суд первой инстанции правомерно признал соглашение об отступном недействительной сделкой, а доводы жалобы не содержат сведений, опровергающих выводы суда.  

В судебном заседании представитель ФИО6 не поддержал ранее заявленное ходатайство об отложении судебного заседания по причине продления срока оставления апелляционной жалобы ФИО9 без движения, поскольку данная апелляционная жалоба возвращения заявителю определением от 02.10.2025, ввиду чего ходатайство снято судом с рассмотрения и не рассматривается.  

Коллегий заслушаны пояснения представителей лиц, участвующих в судебном заседании в деле о банкротстве должника. Так, представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, определение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе. Представитель ФИО3 огласил свои пояснения по доводам, озвученным представителем ФИО1 В свою очередь, представитель ФИО6 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, считал обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

До начала судебного заседания от ФИО6 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств: анализ финансового состояния должника от 09.06.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2022, определение Арбитражного суда Приморского края от 09.06.2023, договор цессии от 10.07.2020, договор цессии от 10.08.2020, решение Ленинского районного суда г. Владивостока от 14.12.2020, определение Арбитражного суда Приморского края от 15.07.2021. Представитель ФИО6 заявленное ходатайство поддержал, давал пояснения суду. Представители ФИО3, ФИО1 огласили свои правовые позиции по заявленному ходатайству. Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определила заявленное ходатайство удовлетворить частично, отказав в приобщении копий судебных актов арбитражного суда, поскольку данные документы находятся в свободном доступе, к материалам дела приобщены следующие дополнительные доказательства: анализ финансового состояния должника от 09.06.2022, договоры цессии от 10.07.2020 и 10.08.2020, решение районного суда, как имеющиеся в материалах дела о банкротстве и представленные в материалы настоящего обособленного спора по предложению суда.  

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта исходя из следующего.  

Из материалов дела апелляционным судом установлено следующее, в рамках настоящего дела о банкротстве временный управляющий обратился в Арбитражный суд Приморского края с ходатайством об истребовании у руководителя должника ФИО11 информации, бухгалтерской и иной документации должника согласно перечню. Определением Арбитражного суда Приморского края от 29.04.2022 в удовлетворении ходатайства временного управляющего отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, временный управляющий и кредитор ФИО6 обратились с жалобами об отмене. Установив, что обязанность, предусмотренная пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве, ФИО11, как руководителем должника, не исполнена, а доказательства, подтверждающие наличие у него объективных препятствий к предоставлению действующему временному управляющему истребуемых сведений и документов, не представлено, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения ходатайства временного  

управляющего ФИО2 в части, с учетом уточнения первоначально заявленного требования, в силу его правомерности.  

Так, постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2022 изменено определение Арбитражного суда Приморского края от 29.04.2022 по настоящему делу, на ФИО11 возложена обязанность передать временному управляющему должника информацию и документы, в том числе касающиеся движимого имущества и товарно-материальных ценностей ООО «Пахлава», указанных в акте приема-передачи имущества ООО «Пахлава» от 06.07.2020 (в количестве 49 наименований), от 06.07.2020 (в количестве 21 наименования), от 06.07.2020 (в количестве 390 наименований), подписанных ФИО6 и ФИО11, с указанием местонахождения имущества, его состояния и мер, предпринимаемых для обеспечения сохранности имущества.  

В связи с неисполнением ФИО11 вышеуказанного постановления Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2022, исполняющий обязанности конкурсного управляющего повторно обратился в арбитражный суд.  

При рассмотрении дела судом первой инстанции доказательств исполнения судебного акта бывшим руководителем должника в материалы дела не представлено; доказательств, свидетельствующих об отсутствии или утрате документации и материальных ценностей должника не имеется, исходя из чего, арбитражный суд определением от 09.06.2023 частично удовлетворил заявленное ходатайство и.о. конкурсного управляющего должника: обязал ФИО11 передать конкурсному управляющему товарно-материальные ценности, сведения и документы, либо сведения об их местонахождении в отношении в том числе, движимого имущества ООО «Пахлава», указанное в актах приема-передачи имущества ООО «Пахлава» от 06.07.2020 (в количестве 49 наименований), от 06.07.2020 (в количестве 21 наименования), от 06.07.2020 (в количестве 390 наименований), подписанных ФИО6 и ФИО11 Названное определение суда оставлено без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2023 и постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 08.12.2023.  

Полагая, что ФИО11 обладая информацией и документами о составе, местонахождении и состоянии движимого имущества, товарно-материально ценностях должника, вопреки принятым судебным актам об обязании передачи бывшего руководителя должника соответствующей документации, уклонялся от исполнения возложенных на наго обязанностей ввиду неправомерного распоряжения имуществом должника ООО «Пахлава», в связи с чем полное удовлетворение требований кредиторов невозможно, исполняющий обязанности конкурсного управляющего обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

В опровержение доводов конкурсного управляющего об обоснованности привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности ФИО11 в материалы дела о банкротстве представлено соглашение об отступном от 17.08.2020, согласно тексту которого ФИО9 (кредитор) и ООО «Пахлава» в лице генерального директора ФИО11 (должник), заключили соглашение согласно которому: «Должник, взамен исполнения обязательства, вытекающего из уступки прав требования (цессия) от 10.08.2020, заключенного между ФИО1, ФИО3, и ФИО9 на сумму 2 500 000 рублей, а также обязательств вытекающих из договора беспроцентного займа от 28.07.2020 заключенного между ФИО9 и ООО «Пахлава» на сумму 1 171 000 рублей, а всего на сумму 4 210 000 рублей предоставляет отступное в виде передачи Кредитору движимого имущества ООО «Пахлава» согласно приложению № 1, являющегося неотъемлемой частью настоящего соглашения».  

В соответствии с пунктом 1.2. соглашения об отступном, с момента предоставления отступного, обязательство Должника, вытекающее из указанного в пункте 1.1 договора уступки права требования, и договора беспроцентного займа, прекращается полностью, включая обязательство по оплате неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами.  

Стоимость передаваемого имущества оценена сторонами в 4 210 000 рублей (пункт 2.1.), срок передачи имущества: не позднее 24.08.2020 (пункт 2.3.), имущество передается по адресу: 

<

...> (пункт 2.4).  

Конкурсный управляющий, полагая, что соглашение должника об отступном от 17.08.2020 совершено с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника во избежание обращения взыскания на имущество ООО «Пахлава» с заинтересованным лицом, осведомленным о цели причинить вред добросовестным кредиторам, поскольку в результате ее совершения последние не смогли получить удовлетворение своих требований за счет принадлежащего должнику движимого имущества, обратился в суд с рассматриваемым требованием.  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и исходил из наличия совокупности обстоятельств, позволяющих квалифицировать спорную сделку по соглашению об отступном в качестве мнимой, оформленной лишь для вида в счет погашения несуществующего долга. Мнимая сделка не предполагает применение таких последствий, как реституция, поскольку фактически не была исполнена обеими сторонами договора.  

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, письменных пояснений на нее, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, апелляционный суд не установил оснований для отмены судебного акта, при этом усмотрел надлежащим применение специальных оснований состава недействительности подозрительных сделок, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве  

Дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.  

В силу статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением гл. III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), по правилам указанной главы Закона о банкротстве могут быть оспорены действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств или направленные на прекращение обязательств, в том числе, предоставление отступного.  

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ, что указано в пункте 4 постановления № 63, пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах,  

связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)». В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.  

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки. Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по статье 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.  

В обоснование недействительности оспариваемой сделки конкурсный управляющий указал на заключение данного соглашения должником с аффилированным лицом, при наличии неисполненных обязательств и критического финансового состояния должника с 2018 года, в отсутствие реальной задолженности перед ФИО9, а потому о направленности сделки на вывод ликвидного имущества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, то есть на причинение вреда кредиторам. Вмененные должнику возможные нарушения в полной мере укладываются в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов.  

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Учитывая дату возбуждения дела о банкротстве (01.04.2021), соглашение об отступном от 17.08.2020 заключено в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом, следовательно, оно может быть оспорено как на основании пункта 1, так и на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки: сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  

аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Таким образом, необходимым условием для признания сделки должника недействительной по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве является неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной этой сделки. При этом в части, касающейся согласования договорной цены, неравноценность имеет место в тех случаях, когда эта цена существенно отличается от рыночной.  

Из диспозиции названной нормы следует, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.  

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.  

Так, в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Установленные абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:  

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;  

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в числе которых совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).  

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).  

Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику.  

Согласно пункту 6 Постановления № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве. Так, неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостатком денежных средств; недостаточность имущества - превышение размера денежных  

обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.  

Проверив наличие совокупности признаков, необходимой для признания сделок недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, коллегия пришла к следующим выводам.  

По состоянию на момент совершения оспариваемой сделки у должника уже имелись кредиторы, обязательства перед которым возникли ранее совершения соглашения об отступном, и требования которых в дальнейшем включены в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр). Так, определением Арбитражного суда Приморского края от 15.07.2021 в реестр требований кредиторов ООО «Пахлава» включены требования ФИО3, подтвержденные решением Ленинского районного суда г. Владивостока Приморского края от 14.12.2020 по делу № 2-4037/2020, которым с должника взыскано 53 085 04,95 руб. основной задолженности и 686 291,00 руб. финансовых санкций в составе требований, подлежащих удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; требования Федеральной налоговой службы включены определением Арбитражного суда Приморского края от 29.09.2021 во вторую очередь реестра в размере 340 450,50 руб. основной задолженности, в третью очередь 340 596,65 руб. основной задолженности и 130 575,37 руб. финансовых санкций начисленных уполномоченным органом за 1-3 кварталы 2020 года, по УСН за 2020 год; согласно определению арбитражного суда от 10.11.2021 в третью очередь реестра включены требования индивидуального предпринимателя ФИО12 в размере 796 577,51 руб. основной задолженности и 567 163,19 руб. финансовых санкций, подтвержденные решением Арбитражного суда Приморского края от 09.03.2021 по делу № А51-16552/2020, возникшие в период с декабря 2019 года по июнь 2020 года в рамках договора поставки от 01.09.2019 № 36; и иные требования кредиторов включенные в реестр по обязательствам, возникшим в период заключения спорной сделки.  

Наличие изложенных обстоятельств свидетельствует о том, что на момент заключения спорного соглашения об отступном ООО «Пахлава» длительное время надлежащим образом не исполняло иные финансовые обязательства перед кредиторами, чьи требования подтверждены надлежащими доказательствами и установлены в судебном порядке.  

Относительно заинтересованности должника и кредитора друг к другу суд принимает во внимание многократно сформулированную правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации о возможной аффилированности участников гражданских отношений не только на основании юридических предпосылок (напр., взаимного участия), но и на основании сведений об их неформальной заинтересованности в деятельности друг друга. Согласно выводам, положенным в основу определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 N 305-ЭС18-17629(2), аффилированные лица не заинтересованы в раскрытии своего статуса, наоборот, обычно скрывают его, составляя внешне безупречные документы, их отношения не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.  

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).  

Учитывая объективную сложность получения оппонентами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств.  

Как верно указывает конкурсный управляющий, в деле о банкротстве № А51-13753/2021 общества с ограниченной ответственностью «Калина Хлопок» арбитражным судом в определении от 23.02.2022, установлено, что кредитор - ООО «Джэпан Авто Лайнс» аффилирован с ООО «Калина Хлопок», так как контролирующие должника лица ФИО3 и ФИО13 фактически контролируют кредитора и используют его как инструмент корпоративного управления. Кредитор входит в одну группу лиц с контролирующими должника (ООО «Калина Хлопок) лицами. В связи с чем, требование ООО «Джепан Авто Лайнс» в размере 2 968 551,81 руб., признано обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

Вышеуказанным определением фактически установлена афилированность ООО «Калина Хлопок», ФИО14, ФИО13 с ООО «Джэпан Авто Лайнс».  

В рамках настоящего дела о банкротстве, определением Арбитражного суда Приморского края от 30.09.2022 в свою очередь установлена аффилированность должника ООО «Пахлава» и ООО «Калина Хлопок» через исполнительные органы юридических лиц ФИО15 (отец ФИО3 является участником ООО «Джэпан Авто Лайнс») и ФИО13 (мать ФИО1 также является участником ООО «Джэпан Авто Лайнс»).  

Согласно представленному в материалы дела ответу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Приморскому краю на запрос суда от 19.06.2024 (л.д. 73 т. 1 – л.д. 46 т. 2), ФИО9 кредитор по оспариваемому соглашению с 01.03.2019 по 07.08.2020 являлся, совместно со своей женой ФИО16, работником ООО «Джэпан Авто Лайнс» в должности старшего менеджера.  

Таким образом, подтверждена тесная связь ФИО9 с контролирующими лицами ООО «Пахалава» в период заключения оспариваемого соглашения об отступном ввиду подтвержденного факта устойчивых деловых связей между взаимосвязанными обществами, через исполнительные органы юридических лиц.  

При этом ФИО9 не раскрыт экономический смысл его интереса в оформлении договора беспроцентного займа с генеральным директором должника, отвечающего в период его заключения признакам неплатежеспособности; а также обоснованность заключения договора уступки прав требования (цессии) от 10.08.2020 с вышеуказанными заинтересованными лицами ФИО1 и ФИО3 до даты исполнения принятых на себя ООО «Пахлава» (до 15.08.2020 согласно пункту 1.2 Договора займа) обязательств по возврату заемных денежных средств, так как указанная сделка не относится к числу получения дополнительных гарантий возвратности предоставленных денежных средств, напротив, увеличила долговую нагрузку ООО «Пахлава» в отношении ФИО9  

Совокупность установленных выше обстоятельств опровергает позицию о реальности сделок займа от 28.07.2020 и цессии от 10.08.2020 и, как следствие, сделки об отступном от 17.08.2020. При этом указанное бездействие ФИО9 как стороны названных сделок не характерны для независимого участника гражданского оборота и сами по себе с достаточной степенью очевидности свидетельствуют о наличии между сторонами общих экономических интересов с учетом их заинтересованности.  

ФИО9, являясь заинтересованным по отношению к должнику лицом, не мог не понимать смысл действительной заключения соглашения, при наличии у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами, а также не осознавать, что целью совершения такого договора являлся вывод ликвидного имущества должника (ресторанного оборудования), за счет которого могло быть произведено удовлетворение требований кредиторов, что явно свидетельствует о недобросовестном поведении со стороны участников такой сделки. Более того, ФИО9 не приведен экономический смысл в получении вместе денежных  

средств движимого имущества, отличающегося специфической узкой направленностью (ресторанное оборудование), а также доказательства его последующего отчуждения (реализации) либо хранения.  

Таким образом, в результате совершения оспариваемой сделки, в отсутствие доказательств реальности правоотношений сторон из договоров займа и уступки, в прекращение обязательств по которым заключено соглашение об отступном, причинен вред имущественным правам кредиторов должника, рассчитывающим на максимально полное удовлетворение своих требований. Доказательств наличия какой-либо иной не противоречащей закону цели, которую могли преследовать стороны соглашения о представлении отступного при его подписании, в материалах дела не имеется.  

Помимо указанного, соглашение об отступном оценено как рисковое соглашение сторон, особенно в обстоятельствах, когда должник находится в преддверии банкротства (период подозрительности), в такой ситуации риски для кредитора значительно возрастают. Так, в условиях предвидимого банкротства должника существует высокая вероятность того, что экономически необоснованная безвозмездная сделка по договору займа, нетипичная сделка цессии, могут быть подвергнуты внимательному анализу и потенциальному оспариванию со стороны конкурсных кредиторов или арбитражного управляющего. Это связано и с тем, что любые сделки, совершенные в преддверии банкротства, часто рассматриваются как попытки вывести активы из потенциальной конкурсной массы, что может нарушать интересы других кредиторов.  

Также судом апелляционной инстанции принято во внимание процессуальное поведение генерального директора ФИО11, который представил оспариваемое соглашение об отступном от 17.08.2020 только при рассмотрении арбитражным судом обособленного спора о привлечении его к субсидиарной ответственности, с учетом неоднократного вынесения судами первой и апелляционной инстанции решений об истребования документов должника у бывшего руководителя по ходатайствам арбитражного управляющего, и его личное обращение в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой на принятые судебные акты.  

Необходимо отметить, что для установления воли сторон в соответствии с положениями статей 160, 421, 431, 434 ГК РФ оценке подлежит вся совокупность их отношений, в том числе содержание заключенных сторонами соглашений, составленных сторонами в целях их заключения и исполнения документов, предшествующее и последующее поведение участников сделки. В делах о несостоятельности установлен повышенный по сравнению с общеисковым процессом стандарт доказывания, действующий, в том числе при оспаривании сделок должника, поэтому факт исполнения обязательств по договору не может подтверждаться исключительно письменным подтверждением со стороны должника либо составленным сторонами договора оправдательным документом, безупречное оформление которого (в отсутствие реальных правоотношений) находится в интересах сторон указанной порочной сделки.  

В контексте изложенного коллегия не принимает доводы апеллянта о том, что оспариваемая сделка не может быть квалифицирована как влекущая причинение вреда по мотиву того, что спорное оборудование не являлось собственностью ООО «Пахлава», а потому сделка по его отчуждению не обременила конкурсную массу. Заявляя о том, что спорное движимое имущество не принадлежит должнику, апеллянт в контексте изложенного тем самым опровергает довод о реальности соглашения об отступном, поскольку по его условиям должником контрагенту передано принадлежащее ему оборудование. Отказ в оспаривании сделки должника по предложенному мотиву принадлежности оборудования иному лицу фактически легитимирует контрпозицию контролирующего лица о причинах непередачи оборудования управляющему, притом, что конкурсный управляющий усмотрел ее абсолютную несостоятельность. Вопрос о переносе титула собственника (или его сохранении) за иным лицом, учитывая фактические обстоятельства осуществления должником деятельности в сфере  

общественного питания в арендуемом помещении, не входит в предмет рассматриваемого спора о признании сделки должника недействительной, указанные обстоятельства могут быть предмет самостоятельного обособленного спора.  

Установив вышеперечисленные обстоятельства, арбитражный суд пришел к выводу о наличии совокупности обстоятельств, необходимых и достаточных для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

 В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2). Аналогичное правило содержится в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.  

Поскольку надлежащих доказательств предоставления встречного исполнения по сделкам по договорам беспроцентного займа от 28.07.2020 и уступки прав требования от 10.08.2020, и, как следствие, сделки об отступном от 17.08.2020, со стороны возражающих лиц не представлено, двусторонняя реституция не подлежит применению ввиду безвозмездности договоров.  

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции и признаны несостоятельными, поскольку данные доводы не опровергают установленные по делу обстоятельства, основаны на неверном толковании норм материального права и иной оценке доказательств. Все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены судом посредством оценки представленных сторонами спора доказательств в порядке статьи 71 АПК РФ по своему внутреннему убеждению в их совокупности, в том числе отчет аудиторского центра ООО ГК «ДВАЦ», представленный в материалах дела. Иная оценка подателем жалобы обстоятельств дела не свидетельствует о судебной ошибке и не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.  

На основании изложенного, арбитражный апелляционный суд доводы заявителя жалобы отклоняет и считает, что определение принято судом инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального права, содержащиеся в нем выводы, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.  

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 11.06.2025 по делу № А51-4475/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.  

Председательствующий К.А. Сухецкая Судьи 

М.Н. Гарбуз 

К.П. Засорин 

\