АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

 ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, 

 вступивших в законную силу 

30 октября 2025 года Дело № А48–1180/2016 

 г. Калуга   

Резолютивная часть постановления объявлена 16.10.2025 Постановление в полном объеме изготволено 30.10.2025 

Арбитражный суд Центрального округа в составе: 

Председательствующего Ахромкиной Т.Ф. Судей Антоновой О.П. 

 ФИО1, 

При участии в заседании:  

от ФИО2: ФИО2 - паспорт гражданина РФ;  

 ФИО3 - представитель по доверенности от 17.09.2024 (доверенность сроком на 5 лет);  

от ФИО4: ФИО4 – паспорт гражданина РФ;  

от ФИО5: ФИО5 – паспорт гражданина РФ;  

от конкурсного управляющего ЗАО ФИО6. - представитель ГК «ЦЕРИХ»: «Агентство по страхованию вкладов» по доверенности от 31.07.2025;  

от ФИО7: ФИО7 – паспорт гражданина РФ; от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежаще. 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего Банка «ЦЕРИХ» (ЗАО) Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Орловской области от 01.04.2025 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2025 по делу № А48–1180/2016,  

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Банка «Церих» (ЗАО) конкурсный управляющий - Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов»  

обратился в Арбитражный суд Орловской области с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО9 (далее - ФИО2, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО9) к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка и взыскании солидарно с указанных лиц в пользу Банка «ЦЕРИХ» (ЗАО) 1 038 750 000 руб. (с учетом уточнений, связанных с исключением из числа ответчиков по делу в связи со смертью ФИО10, отсутствием у нее наследников и наследственного имущества).  

Определением Арбитражного суда Орловской области от 27.04.2022 с ФИО5 в пользу Банка «Церих» (ЗАО) взысканы убытки в размере 69 738 183,78 руб., а также 66 360,25 долларов США и 71 890,27 евро в рублевом эквиваленте по официальному курсу, установленному ЦБ РФ на день платежа; с ФИО2 в пользу Банка «Церих» (ЗАО) взысканы убытки в размере 158 526 501,51 руб.; с ФИО4 в пользу Банка «Церих» (ЗАО) взысканы убытки в размере 152 315 770,48 руб.; с ФИО8 в пользу Банка «Церих» (ЗАО) взысканы убытки в размере 30 374 724, 11 руб.; с ФИО8 и ФИО5 взысканы солидарно в пользу Банка «Церих» (ЗАО) убытки в размере 98 958 022,03 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.  

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2022 определение Арбитражного суда Орловской области от 27.04.2022 оставлено без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего Банка «ЦЕРИХ» (ЗАО) - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ФИО4, ФИО5, ФИО2 - без удовлетворения.  

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 07.08.2023 определение Арбитражного суда Орловской области от 27.04.2022 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2022 в части взыскания с ФИО5, ФИО2, ФИО4 убытков в пользу Банка «Церих» (ЗАО) отменено, дело в указанной части направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Орловской области. В остальной части судебные акты оставлены без изменения. При этом суд округа согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций о необходимости квалификации способа защиты прав должника и кредиторов как требования о взыскании убытков.  

При новом рассмотрении протокольным определением от 09.07.2024 к участию в деле в качестве соответчиков по эпизоду о взыскании убытков за выдачу кредита ФИО8 привлечены лица, являющиеся членами Совета директоров Банк «Церих» (ЗАО): ФИО7, ФИО11, Арт Я.А., ФИО12, ФИО8  

Поскольку в отношении ответчика ФИО8 возбуждено дело о банкротстве (решение Арбитражного суда Московской области от 22.07.2024 по делу № А41-23725/2024) протокольным определением от 17.09.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО8 привлечен финансовый управляющий ФИО13  

С учетом привлечения к участию в деле соответчиков, а также позиции суда округа, конкурсный управляющий Банка «Церих» (ЗАО) уточнил требования, просил суд:  

- взыскать с ФИО2 причиненные Банку убытки в размере 114 982 486,36 руб.;  

- взыскать с ФИО4 причиненные Банку убытки в размере 70 000 000 руб.;  

- взыскать солидарно с ФИО5, ФИО7, ФИО14, ФИО11, ФИО12, ФИО8 63 000 000 руб., 60 000 долларов США, 65 000 евро в  

рублевом эквиваленте по официальному курсу, установленному Центральным Банком Российской Федерации на день платежа.  

Определением Арбитражного суда Орловской области от 01.04.2025 с ФИО8 в пользу ЗАО «Церих» взысканы убытки в размере 60 000 долларов США и 65 000 евро в рублевом эквиваленте по официальному курсу, установленному Центральным банком Российской Федерации на день платежа. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.  

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2025 определение суда области от 01.04.2025 оставлено без изменения.  

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами в части отказа в удовлетворении заявленных требований, ГК «АСВ» обратилась в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Орловской области от 01.04.2025 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2025 в части отказа в привлечении к гражданско-правовой ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО12, ФИО11, ФИО14, а также в части отказа во взыскании с ФИО8 убытков в размере 63 000 000 руб. и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований конкурсного управляющего Банком в полном объеме.  

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий Банком ссылается на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, на их противоречивость. По мнению управляющего, судами не применены подлежащие применению нормы материального права (ст. 15, 393, ч. 1 ст. 53.1, ч. 3 ст. 181.2 ГК РФ, ст. 71, ч. 4 ст. 68 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - ФЗ об АО)), нарушены нормы процессуального права (ст. 68, ст. 71, ч. 4 ст. 170, ч. 2.1 ст. 289 АПК РФ).  

Кассатор считает, что при рассмотрении требований конкурсного управляющего Банком о взыскании убытков с ФИО2 и ФИО4 суды необоснованно применили правило о защите «делового решения». Указывает на то, что ФИО2 и ФИО4 также как и Банк России располагали информацией, негативно характеризующей заемщиков, поскольку проводимая регулятором проверка Банка осуществлялась им на основании документов, предоставленных самими заинтересованными лицами. Следовательно, указанные ответчики имели возможность выявить необъективность положительных профессиональных суждений, составленных подразделениями Банка и предотвратить причинение убытков Банку, чего последними сделано не было.  

Банк полагает, что суды незаконно мотивировали отказ во взыскании убытков с ФИО5, ФИО2 и ФИО4 несоответствием ответчиков третьему критерию вины, установленному в соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в определениях от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8) , от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), так как из указанных определений прямо следует, что содержащаяся в них правовая позиция применима только при привлечении лиц к субсидиарной ответственности, в связи с чем сформированные в них критерии используются «при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника». Таким образом, поскольку в настоящем обособленном споре не ставится вопрос о доведении Банка до банкротства и влиянии на это ответчиков, вопрос о том, инициировали ли ответчики совершение сделок и получили ли выгоду от их совершения не входил в предмет доказывания по рассматриваемому спору.  

По мнению конкурсного управляющего Банком, в части взыскания убытков с лиц, входивших в состав органов управления должником, споры подлежат рассмотрению в контексте правового подхода, сформированного Верховным Судом РФ в определении от 09.12.2021 № 307-ЭС19- 18598 (26), согласно которому при установлении того, повлекло  

ли поведение ответчика причинение убытков необходимо, во-первых, принять во внимание наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на принятие решения, повлекшего убытки для банка; во-вторых, установить наличие или отсутствие причинно-следственной связи в действиях (бездействии) по реализации ответчиком соответствующих полномочий и негативными последствиями для должника. Полагает, что даже если ответчики и не являлись инициаторами заключенных/одобренных ими сделок, не получали от их совершения выгоду они, как минимум, являются соучастниками противоправного недобросовестного поведения, повлекшего причинение Банку значительного ущерба, а, следовательно, подлежат привлечению к гражданско-правовой ответственности.  

ГК «АСВ» указывает на то, что суды необоснованно отказали во взыскании с ФИО8 убытков в размере 63 000 000 руб., указав на безденежность займа в данной части. Отмечает, что при первоначальном рассмотрении обособленного спора судами установлено, что наличные денежные средства по договору займа с ФИО8 были выданы ему через кассу Банка в операционном офисе «Остоженка», суд округа, направляя обособленный спор на новое рассмотрение, не подверг сомнению указанный вывод и не дал судам указания при новом рассмотрении о его перепроверке. Обращает внимание на то, что никаких доказательств, применимо непосредственно к займу, выданному ФИО8, о формировании ненадлежащих остатков Банком, о факте выдачи технических кредитов с целью сокрытия недостачи по кассе на сумму фиктивных депозитов, в материалах обособленного спора не имеется. Отмечает, что заключение Временной администрации Банка, на которое сослались суды в подтверждение своего вывода, не содержит информации и выводов, свидетельствующих о безденежности рублевого займа ФИО8  

Конкурсный управляющий указывает на то, что вывод судов о том, члены Совета директоров Банка ФИО7, ФИО12, Арт Я.А. и ФИО11 не участвовали в принятии решения об одобрении сделки с ФИО8, не соответствует фактическим обстоятельствам и представленным в материалы обособленного спора доказательствам, поскольку имеющийся в материалах обособленного спора протокол заочного заседания Совета директоров от 08.02.2016 № 6 оформлен в полном соответствии с требованиями части 3 статьи 181.2 ГК РФ, ФЗ об АО, Устава Банка, и Положения о Совете директоров Банка.  

Кассатор полагает, что суды неправильно применили положения ст. 200 ГК РФ, в связи с чем пришли к неверному выводу об истечении срока исковой давности для привлечения к ответственности членов Совета директоров Банка.  

Центральный Банк Российской Федерации (Банк России) в лице Отделения по Орловской области Главного управления Центрального банка Российской Федерации по Центральному федеральному округу в отзыве на кассационную жалобы просит кассационную жалобу конкурсного управляющего Банка «Церих» (ЗАО) удовлетворить.  

ФИО2, ФИО5, ФИО4, ФИО7, Арт Я.А., ФИО12 в отзывах на кассационную жалобу, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебныъх актов, просят в удовлетворении жалобы конкурсного управляющего Банка «Церих» (ЗАО) отказать.  

В судебном заседании представитель ГК «АСВ» поддержала доводы кассационной жалобы.  

ФИО2 и ее представитель, ФИО4, ФИО5, ФИО7 возражали против отмены обжалуемых судебных актов.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в том числе путем размещения информации в Картотеке арбитражных дел, в суд округа не явились. Дело рассмотрено в порядке статьи 284 АПК РФ в отсутствие неявившихся лиц.  

Изучив материалы дела, выслушав пояснения участников процесса, обсудив доводы кассационной жалобы и отзывов на нее, судебняа коллегия кассационной интсанции находит определение Арбитражного суда Орловской области от 01.04.2025 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2025 в обжалуемой части подлежащими оставлению без изменения в связи со следующим.  

В силу пункта 3 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника.  

Согласно статье 189.7 Закона о банкротстве отношения, связанные с несостоятельностью (банкротством) кредитных организаций и не урегулированные параграфом 4.1 названного Закона, регулируются главами I, III, III.1, VII, XI указанного Федерального закона, а в случаях, предусмотренных этим Федеральным законом, нормативными актами Банка России.  

В соответствии с пунктом 7 статьи 189.23 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих кредитную организацию лиц к субсидиарной ответственности, к ответственности в форме возмещения убытков (за исключением случая, предусмотренного пунктом 5 настоящей статьи) подается конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также уполномоченным органом.  

Согласно абзацу первому статьи 11.1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее - Закон о банках и банковской деятельности) органами управления кредитной организации наряду с общим собранием ее учредителей (участников) являются совет директоров (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и коллегиальный исполнительный орган. Текущее руководство деятельностью кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным органом и коллегиальным исполнительным органом.  

Деятельность Банка регулировалась Уставом в редакции, утвержденной протоколом № 2 внеочередного общего собрания акционеров от 11.10.2012.  

В силу статьи 69 Закона об акционерных обществах, пункта 15.1 Устава Банка руководство текущей деятельностью Банка осуществляется единоличным исполнительным органом - Председателем Правления Банка и коллегиальным исполнительным органом - Правлением Банка.  

В соответствии с главой 12 Устава управление Банком осуществляется: Общим собранием акционеров Банка; Советом директоров Банка; Правлением Банка (коллегиальный исполнительный орган); Председателем Правления Банка (единоличный исполнительный орган).  

Согласно пункту 1.1 Положения о Правлении и Председателе Правления Банка «Церих» (ЗАО) (утв. Протоколом внеочередного Общего собрания акционеров Банка «Церих» (ЗАО) от 11.10.2012 № 2) исполнительные органы Банка, к которым относятся коллегиальный исполнительный орган (Правление) и единоличный исполнительный орган (Председатель Правления), являются ключевым звеном структуры корпоративного управления.  

Пунктом 1.3 Положения о Правлении на исполнительные органы возложено текущее руководство деятельностью Банка. С этой целью исполнительные органы отвечают за каждодневную работу Банка.  

В силу пункта 1.2 Положения о Правлении единоличный исполнительный орган одновременно осуществляет функции председателя коллегиального исполнительного органа - Председателя Правления.  

В соответствии с пунктами 4, 6, 10, 15.4 Устава Банка Председатель Правления Банка без доверенности действует от имени Банка, принимает решения по всем вопросам деятельности Банка, за исключением отнесенных Федеральным законом «Об акционерных обществах» и настоящим Уставом к компетенции Общего собрания акционеров, Совета директоров, Правления, в том числе: совершает сделки от имени Банка; осуществляет управление ликвидностью Банка, его активами и пассивами; контролирует своевременность выявления банковских рисков, адекватность определения (оценки) их размера, своевременность внедрения необходимых процедур управления ими.  

Деятельность кредитного комитета регулируется Положением о Кредитном комитете Банк «Церих» (ЗАО), утвержденным Протоколом Правления от 20.02.2014 № 8/2014.  

В силу пункта 1.2 Положения о кредитном комитете Банка «ЦЕРИХ» (ЗАО) кредитный комитет является постоянно действующим коллегиальным органом Банка и в своей деятельности подотчетен Правлению Банка.  

Согласно пункту 2.1. Положения о Кредитном комитете основной задачей Кредитного комитета является реализация Кредитной политики Банка.  

В соответствии с пунктом 2.2. Положения о Кредитном комитете для решения основной задачи на Кредитный комитет возлагается выполнение следующих функций: рассмотрение и принятие решений по заявкам потенциальных заемщиков (кроме банков и небанковских кредитных организаций) на предоставление кредитов и предоставление банковских гарантий, а также на изменение их условий; рассмотрение и принятие решений по установлению/изменению нетто-лимитов непокрытых линий по операциям на межбанковском рынке, остатков на корреспондентских счетах в банках - корреспондентах, покупки векселей и рыночных долговых ценных бумаг; определение условий кредитования по каждому конкретному заемщику (за исключением кредитов, предоставленных в рамках портфелей «однородных ссуд», а также кроме банков и небанковских кредитных организаций), включающих сумму кредита, срок кредитования, принимаемое обеспечение, процентную ставку, дополнительные и отлагательные условия.  

Для решения основной задачи на Кредитный комитет возлагается выполнение следующих функций:  

- рассмотрение и принятие решений по заявкам потенциальных заемщиков (кроме банков и небанковских кредитных организаций) на предоставление кредитов и предоставление банковских гарантий, а также на изменение их условий;  

- рассмотрение и принятие решений по установлению/изменению нетто-лимитов непокрытых линий по операциям на межбанковском рынке, остатков на корреспондентских счетах в банках - корреспондентах, покупки векселей и рыночных долговых ценных бумаг;  

- определение условий кредитования по каждому конкретному заемщику (за исключением кредитов, предоставленных в рамках портфелей «однородных ссуд», а также кроме банков и небанковских кредитных организаций), включающих сумму кредита, срок кредитования, принимаемое обеспечение, процентную ставку, дополнительные и отлагательные условия.  

В рассматриваемом случае требования конкурсного управляющего Банка «ЦЕРИХ» (ЗАО) о взыскании убытков предъявлены к членам Правления Банка: ФИО2, ФИО4, ФИО5, членая Совета директоров Банка: ФИО7, ФИО11, ФИО14, ФИО12, ФИО8  

Лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).  

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.  

В пункте 1 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах) указано, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.  

Из разъяснений, данных в пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), следует, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.  

Привлечение единоличного исполнительного органа к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.  

Согласно пункту 4 Постановления № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе, в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.  

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.  

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).  

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.  

В соответствии с пунктом 3 Постановления № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).  

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.  

Элементами гражданско-правовой ответственности являются противоправный характер поведения (бездействия) лица, причинившего убытки, наличие убытков и их размер, причинная связь между противоправным поведением правонарушителя и наступившими последствиями.  

Обращаясь с требованием о взыскании с ФИО2 убытков в размере 114 982 486,36 руб., конкурсный управляющий Банком ссылался на заключение должником сделок по выдаче заведомо невозвратных кредитов юридическим лицам ООО «Бекшта Менеджмент» и ООО «Арктика», которое привело к причинению Банку убытков, составляющих сумму неисполненных заемщиками обязательств по кредитным договорам.  

Судами установлено, что ФИО2 в период с 04.10.2013 по 08.02.2016 являлась первым заместителем председателя Правления Банка.  

В ноябре 2015 г. Банком были предоставлены кредиты двум юридическим лицам на общую сумму 114 982 486,36 руб., а именно:  

- 13.11.2015 заключен кредитный договор с ООО «Арктика» 

<

***> на сумму 100 000 000 руб. Решение об одобрении сделки принято на заседании Кредитного комитета (протокол от 12.11.2015) в составе ФИО15, ФИО16 (голосовали «ЗА»). Кредитный договор 

<

***> от 13.12.2015 от имени Банка и Распоряжение на перечисление денежных средств подписаны Первым заместителем Председателя Правления Банка ФИО2;  

- 13.11.2015 заключен кредитный договор с ООО «Бекшта Менеджмент» № 02-085/15 на сумму 15 000 000 руб. Решение об одобрении сделки принято на заседании Кредитного комитета (протокол от 12.11.2015) в составе ФИО15, ФИО16 (голосовали «ЗА»), ФИО9 (голосовал «ПРОТИВ»). Кредитный договор 

<

***> от 13.12.2015 от имени Банка и Распоряжение на перечисление денежных средств подписаны Первым заместителем Председателя Правления Банка ФИО2 Во исполнение условий заключенного договора Банк перечислил заемщику 14 982 486,36 руб.  

В обоснование своей позиции конкурсный управляющий должником указывал на то, что ссудная задолженность ООО «Бекшта Менеджмент» и ООО «Арктика» является активами V категории качества (безнадежными), т.к. заемщики (юридические лица) не вели реальной финансово-хозяйственной деятельности и изначально не были способны исполнить обязательства по предоставленным ссудам (минимальная численность работников в штате, плохое финансовое положение, неуплата либо уплата в незначительных объемах налоговых и иных платежей в бюджет, значительная доля (более 50%) ссудных операций по счетам, хозяйственные платежи (коммунальные платежи, оплата складских помещений, расходы на услуги связи, оплата канцелярских товаров, выплата заработной платы и пр.) носили единичный либо нерегулярный характер, незначительный объем ведения деятельности обоими заемщиками по счетам в Банке, а также наличие признаков проведения по ним сомнительных операций, отсутствие обеспечения либо формальное обеспечение кредитных обязательств).  

Согласно позиции конкурсного управляющего, основанной на результатах проведенной Банком России плановой тематической инспекционной проверки Банка, изложенных в Акте от 25.01.2016 № А1КИ25-11-18/2ДСП:  

- ООО «Арктика» до 2015 года практически не осуществляло хозяйственную деятельность, а его деятельность за 9 месяцев 2015 года характеризовалась: низким уровнем самофинансирования (0,5%); высоким уровнем долговой нагрузки (192,3 руб. на 1 руб. собственного капитала); низким уровнем рентабельности активов (1,3%) и рентабельности продаж (0,3%). Кроме того, установлено, что ООО «Арктика» не исполнило обязательства перед Банком по погашению процентов за пользование кредитом за март 2016 года, в результате сумма начисленных процентов 546,4 тыс. руб. 30.03.2016 отнесена на счет учета просроченной задолженности. Исполнение кредитных обязательств ООО «Арктика» формально обеспечивалось залогом товаров в обороте (продуктами глубокой заморозки). Вместе с тем данное обеспечение не может быть принято конкурсным управляющим к учету, поскольку оно не является обеспечением I и II качества в соответствии с Положением № 254-П. Заложенная продукция имела плавающую рыночную стоимость и относительно короткий срок хранения, в связи с чем возможность ее реализации вызывала большие сомнения;  

- ООО «Бекшта Менеджмент» активную деятельность начало с 2015 года, а его деятельность за 9 месяцев 2015 года характеризовалась: несущественной долей основных средств в активах (0,1%); высоким уровнем не обеспеченной высоколиквидными активами кредиторской задолженности (23,9%); низким уровнем самофинансирования (2%); высоким уровнем долговой нагрузки (50 руб. на 1 руб. собственного капитала); наличием отрицательного финансового результата в 2015 году; наличием неисполненной обязанности по уплате налогов, сборов, пеней и налоговых санкций. Кредитный договор с ООО «Бекшта Менеджмент» заключен при отсутствии какого-либо обеспечения.  

По мнению конкурсного управляющего, безнадежный характер выданной ссуды, также подтверждается следующими доказательствами.  

С момента отзыва у Банка лицензии (26.02.2016) заемщики полностью уклонились от исполнения обязательств по кредитным договорам, в результате чего кредиты на общую сумму 114 982 486,36 руб. до настоящего времени заемщиками не возвращены, что подтверждается вступившими в законную силу судебными актами: решениями  

Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2017 по делу № А40-51956/2017 в отношении ООО «Арктика» и от 26.04.2017 по делу № А40-237454/16 97-1982 в отношении ООО «Бекшта Менеджмент». На основании вышеуказанных судебных актов в отношении заемщиков возбуждены исполнительные производства, однако в рамках инициированных исполнительных производств ни у одного из заемщиков не было выявлено имущества, за счет которого обязательства перед Банком могли бы быть исполнены хотя бы в части.  

ООО «Арктика» 27.06.2023 исключено из ЕГРЮЛ по решению ИФНС от 21.11.2022.  

ООО «Бекшта Менеджмент» не исключено из ЕГРЮЛ. Однако, несмотря на то, что ООО «Бекшта Менеджмент» формально продолжает существовать, отсутствие у данного общества финансово-хозяйственной деятельности означает отсутствие возможности погасить обязательства перед Банком.  

Свои требования к ФИО4 Банк основывает на одобрении ею в составе Правления заключения с ОАО АКБ «Капиталбанк» договора уступки права требования к заведомо неплатежеспособному заемщику ООО «Триумф», которое привело к убыткам Банка в размере 70 000 000 руб., перечисленных Банком денежных средств за приобретенные права требования к ООО «Триумф».  

Как следует из материалов дела, ФИО4 с 14.10.2011 по 13.05.2016 являлась членом Правления Банка, с 26.08.2013 занимала должность главного бухгалтера Управления бухгалтерского учета и отчетности.  

Должником у ОАО АБК «Капиталбанк» по договору уступки права требования (цессии) № 03-ЦКБ/15-089 от 11.12.2015 приобретено право требования к ООО «Триумф» по кредитному договору 

<

***> от 26.08.2015 в общей сумме 70 443 тыс. руб. Договор уступки права требования (цессии) № 03-ЦКБ/15-089 от 11.12.2015 от имени Банка и распоряжение на оплату по договору цессии подписаны врио. Председателя Правления Банка ФИО10 Решение о заключении сделки по приобретению Банком у ОАО АКБ «Капиталбанк» прав требований к ссудной задолженности ООО «Триумф» принято на заседании Правления Банка (протокол № 59/2015 от 11.12.2015) в составе врио. Председателя Правления ФИО10 и членов Правления: ФИО4, (проголосовавших «за») и ФИО9 (проголосовавшего «против»).  

Исполнение кредитных обязательств ООО «Триумф» формально обеспечивалось залогом товаров в обороте (пятислойным гофрокартоном) (договор залога № 4500-15028-013 от 26.08.2015).  

Однако, по мнению конкурсного управляющего, данное обеспечение не может быть принято к учету, поскольку оно не является обеспечением I и II качества в соответствии с Положением № 254-П. Кроме того, подробный анализ кредитного досье заемщика выявил, что залоговое имущество, указанное в договоре залога № 4500-15028-013 от 26.08.2015, по данным бухгалтерской отчетности ООО «Триумф», составленной по состоянию на 30.09.2015, у заемщика не числилось.  

Конкурсный управляющий, проанализировав сделку по кредитованию, сделал вывод о заведомо невозвратном характере ссуды, поскольку ООО «Триумф» обладало рядом негативных признаков, свидетельствующих об отсутствии у него хозяйственной деятельности (минимальный уставный капитал, сведения о средней численности работников отсутствуют, в общих сведениях о заемщике, актах о проверке местонахождения значится минимальная численность работников, плохое финансовое положение, неуплата либо уплата в незначительных объемах налоговых и иных платежей в бюджет, значительная доля (более 50%) ссудных операций по счетам, непроведение платежей хозяйственного характера (хозяйственные платежи, выплата заработной платы, арендная плата), незначительный объем ведения деятельности по счетам в Банке, а также наличие признаков проведения по ним сомнительных операций, отсутствие обеспечения либо формальное обеспечение кредитных обязательств).  

По мнению управляющего, данное мнение в определенной степени подтверждается результатами проведенной Банком России тематической проверки, свидетельствующими о наличии в деятельности данного заемщика следующих негативных факторов: деятельность ООО «Триумф» на 01.10.2015 характеризовалась существенным (в 2,5 раза) снижением финансового результата (1 560 тыс. руб.) по сравнению с 01.10.2014 (3 971 тыс. руб.); наличием в 3 кв. 2015 г. отрицательного финансового результата в сумме 1 273 тыс. руб.; низким уровнем самофинансирования (0,4%); крайне высоким уровнем долговой нагрузки (223 рубля на 1 рубль собственного капитала); низким уровнем рентабельности активов (0,4%) и рентабельности продаж (0,3%); наличием неисполненных обязательств по уплате налога на прибыль.  

Расходование кредитных средств было осуществлено ООО «Триумф» в адрес компании, имеющей признаки отсутствия ведения реальной финансово-хозяйственной деятельности, основной долг по договору, впоследствии уступленному Банку, ООО «Триумф» не погашало, а источником денежных средств для гашения процентов являлись поступления от компаний, также имеющих признаки отсутствия ведения реальной финансово-хозяйственной деятельности.  

Конкурсный управляющий полагал данную ссудную задолженность активом V категории качества (безнадежным), т.к. ООО «Триумф» не вело реальной финансово-хозяйственной деятельности и изначально не было способно исполнить обязательства по предоставленной ссуде. Приобретение данного права требования не имело для Банка экономического смысла.  

ГК «АСВ» также указывало на то, что с момента отзыва у Банка лицензии (26.02.2016) заемщик полностью уклонился от исполнения обязательств по кредитному договору, в результате чего полученный им кредит до настоящего времени не возвращен, что подтверждается вступившим в законную силу судебным актом: решением Арбитражного суда Ростовской области от 11.05.2017 по делу № А53-32800/2016. Кроме того в рамках инициированного исполнительного производства не выявлено имущества, за счет которого обязательства перед Банком могли бы быть исполнены хотя бы в части, а согласно выписке из ЕГРЮЛ деятельность ООО «Триумф» прекращена 31.10.2023 по решению Инспекции Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга.  

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании убытков за совершение сделок с ФИО2, ФИО4, суд первой инстанции исходил из следующего.  

Согласно требованиям Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности», действовавшего в спорный период (далее - Положение № 254-П), кредитная организация обязана комплексно и объективно оценивать финансовое положение заемщика (контрагента), риски по выданным ссудам, заключенным сделкам и формировать резервы на возможные потери по ссудам и сделкам, влекущим риски возникновения финансовых потерь.  

Как предусмотрено пунктами 3.1, 3.1.2, 3.1.3 Положения № 254-П, банк должен проводить оценку риска по каждой выданной ссуде на основании комплексного и объективного анализа деятельности заемщика, с учетом его финансового положения, качества обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении кредитной организации информации о любых рисках заемщика, включая сведения о внешних обязательствах заемщика, о функционировании рынка (рынков), на котором (которых) работает заемщик. Источниками получения информации о рисках заемщика являются правоустанавливающие документы заемщика, его бухгалтерская, налоговая, статистическая и иная отчетность, дополнительно предоставляемые заемщиком сведения, средства массовой информации и другие источники, определяемые кредитной организацией самостоятельно. Кредитная организация должна обеспечить получение  

информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва.  

Вся информация о заемщике или контрагенте, включая сведения о рисках заемщика (контрагента), фиксируется в его досье. В соответствии с пунктом 3.1.5 Положения № 254-П кредитная организация в порядке, установленном уполномоченным органом кредитной организации, документально оформляет и включает в досье заемщика профессиональное суждение, составленное в соответствии с требованиями подпункта 3.1.1 настоящего Положения.  

Вместе с тем, согласно правовым подходам, сформированным в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 305-ЭС18-13210(2), от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8), от 17.11.2021 № 305-ЭС17-7124(6), от 18.08.2022 № 305-ЭС17-12877(6), при рассмотрении подобного рода споров, необходимо исследовать в частности следующие обстоятельства: полномочия привлекаемого к ответственности лица применительно к совершению вменяемых ему в вину действий; наличие или отсутствие разумной экономической цели в выдаче кредита или приобретении ссудной задолженности; соблюдение КДЛ нормативных актов Банка России и внутренних документов должника, касающихся оценки риска невозврата кредита, формирования резервов по ссудам, организации внутреннего контроля Банка; оценка сделки на предмет убыточности на дату заключения сделки, информированность ответчика при принятии решения об одобрении сделки или в процессе ее исполнения о заведомо невозвратном характере ссуды или убыточности иной сделки, в том числе с учетом наличия или отсутствия его аффилированности с кем-либо из участников сделки, ее инициирования или получения по ней какой-либо выгоды; осведомленность ответчика о нарушении принципов объективности при подготовке профильным подразделением профессионального суждения по сделке, а также принятие (непринятие) КДЛ разумных, соответствующих обычно применяемым в банковской практике мер по проверке полноты и достоверности сведений и документов о деятельности контрагента по сделке на стадии принятия решения о ее совершении.  

Так, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 07.10.2021 № 305-ЭС18-13210(2) изложена позиция о том, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:  

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);  

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное состояние (однако, не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);  

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).  

Возражая против доводов истца, ответчик вправе ссылаться на правило о защите делового решения, а именно, что он действовал разумно и добросовестно (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ). Так, в частности, совершение (одобрение) сделки на основании положительного заключения (рекомендации) профильного подразделения банка (в том числе кредитного департамента) предполагает, что действия ответчика не отклонялись от  

стандартов разумности и добросовестности, обычно применяемых в этой сфере деятельности. Тогда как на истце лежит бремя опровержения названной презумпции посредством доказывания, например того, что, исходя из существа сделки, для ответчика была очевидна ее крайняя невыгодность для кредиторов, либо что ответчик достоверно знал о нарушении принципов объективности при подготовке профильным подразделением заключения по сделке или, по крайней мере, обладал неполной (недостоверной) информацией по соответствующему контрагенту.  

По этой причине, разрешая подобного рода споры, судам надлежит исследовать вопрос соблюдения при заключении сделок корпоративных норм и правил, действующих в банке, нормативных актов, а также оценивать условия сделок на предмет их убыточности.  

Как установлено судами, в Банке «Церих» (ЗАО) полномочия и действия по проверке заемщиков и оформлению кредитных досье регламентировались Положением о кредитовании юридических лиц, ИП и физических лиц в Банке «Церих» (ЗАО) (Утв. приказом врио. Председателя правления Банка от 16.02.2015 № 10-01/015-2).  

Согласно данному Положению заемщики проходили следующие этапы проверки: 

- первичная оценка заемщиков Фронт офисом ЦЕРИХ в соответствии с пунктом 4.1.1 Положения, в ходе которой были установлены ключевые обстоятельства, имеющие значение для кредитования, а именно: срок деятельности Заемщиков, соотношение их активов и пассивов, наличие судебных процессов, структура денежных и товарных потоков, размер годовой выручки и оборота по счетам Заемщиков и т.д.;  

- экспресс-анализ Заемщиков Управлением активных операций ЦЕРИХ согласно пункту 4.2 Положения в целях определения их соответствия требованиям Банка в части финансового положения;  

- комплексная экспертиза кредитных заявок Управлением активных операций, Управлением риск-менеджмента, Управлением правового обеспечения, Управлением безопасности согласно пункту 4.3.2 Положения, в ходе которой были совершены следующие действия: оценка уровня кредитного риска по сделкам, оценка обеспечения исполнения обязательств по сделкам, оценка деловой репутации Заемщиков.  

В силу пунктов 2.2, 6.10 Положения о Кредитном комитете Банка «Церих» (ЗАО), утвержденного Правлением Банка 20.02.2014, рассмотрение вопросов, связанных с кредитованием юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, а также принятие решений о выдаче кредитов, классификации ссуд в соответствующую категорию качества и их реструктуризации, о пролонгации кредитов и признании их реструктурированными осуществлялось кредитным комитетом Банка. Решение Кредитного комитета является обязательным для исполнения всеми структурными подразделениями и должностными лицами Банка. Оно может быть отменено только решением Правления Банка.  

Банком России порядок организации кредитной работы в Банке «Церих» (ЗАО) был проанализирован в ходе тематической проверки, проведенной в отношении Банка «Церих» (ЗАО) в период с 11.11.2015 по 25.01.2016, по результатам которой составлен акт проверки № А1КИ25-11-18/2ДСП от 25.01.2016, из которого усматривается, что в ходе проверки рабочей группой Банка России фактов несоответствия порядка документального оформления и составления профессиональных суждений внутренним документам Банка не установлено. Профессиональные суждения Банка по кредитам, вошедшим в выборку, содержали, в том числе, информацию об уровне кредитного риска; заключение о результате оценки финансового положения заемщика и качества обслуживания долга; информацию о наличии иных существенных факторов, учитываемых при классификации ссуд; информацию о составе и качестве обеспечения; анализ обстоятельств, свидетельствующих о возможном отсутствии у заемщика реальной деятельности или осуществлении ее в незначительных объемах, указанных в Приложении 5 к Положению Банка России № 254-П. По кредитам, вошедшим в выборку, сроки документального  

оформления профессиональных суждений, установленные подпунктом 3.1.5 пункта 3.1 Положения Банка России № 254-П, соблюдались (т. 71, л.д. 8).  

Замечаний относительно содержания внутренних документов Банка «Церих» (ЗАО) и их несоответствия нормативным актам ЦБ РФ Банк России должнику не предъявлял.  

Согласно внутренним документам Банка в области кредитования и оценки риска, в частности, Методикой оценки кредитных рисков по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности в Банк «Церих» (ЗАО), утвержденной приказом Врио Председателя Правления Банка № 10-01/095 от 10.07.2015, Методикой комплексного анализа финансового положения контрагентов - юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, утвержденной приказом Врио Председателя Правления Банка № 10-01/015-2 от 16.02.2015, Банком была проведена оценка кредитного риска по ссудам, предоставленным ООО «Арктика» и ООО «Бекшта Менеджмент».  

В ходе проведения проверочных мероприятий профильные подразделения ЦЕРИХ не обнаружили обстоятельств, препятствующих выдаче кредитов заемщикам. По итогам указанных мероприятий Кредитный комитет Банка принял положительное решение о кредитовании ООО «Арктика» и ООО «Бекшта Менеджмент».  

В результате оценки ссудная задолженность ООО «Арктика» отнесена Банком ко второй категории качества (среднее финансовое положение; хорошее качество обслуживания долга) с формированием резерва на возможные потери по ссуде в размере 15%. Ссудная задолженность ООО «Бекшта Менеджмент» отнесена Банком к третьей категории качества (среднее финансовое положение; хорошее качество обслуживания долга). В связи с тем, что имеется обстоятельство, свидетельствующее о возможном отсутствии реальной деятельности, резерв на возможные потери по ссуде сформирован в размере 50% или 6591,2 тыс. рублей.  

Аналогичным образом Банком была проведена оценка кредитного риска по ссуде, предоставленной ООО «Триумф». Согласно профессиональному суждению, приобретенные права требования отнесены Банком к третьей категории качества (плохое финансовое положение, хорошее качество обслуживания долга) с формированием резерва на возможные потери в размере 21% или 14869,2 (по ссудной задолженности - 14 700,0 тыс. рублей, по начисленным процентам - 169,2 тыс. рублей). При этом оценка качества обслуживания долга Банком проведена, исходя из информации о платежах заемщика в другой кредитной организации за период с августа по ноябрь 2015 года, предоставленной АКБ «Капиталбанк» (ПАО), помещенной в кредитное досье.  

Разрешая спор, суд указал на то, что ответчики (ФИО2 и ФИО4), действуя в пределах предоставленных им полномочий, не нарушили обычную деловую практику Банка и не выходили за пределы принятых в Банке обычных процедур контроля, действовали добросовестно и разумно, что исключает их вину и причинно-следственную связь с возникновением на стороне Банка убытков. По мнению суда, фактически конкурсным управляющим ставятся в вину ответчикам негативные последствия, наступившие для Банка в связи с неисполнением обязательств со стороны контрагентов. Между тем, возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности (пункт 1 статьи 2 ГК РФ), и сама по себе не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий ответчиков при отсутствии доказательств того, что сделки изначально заключались с целью их неисполнения либо ненадлежащего исполнения.  

Исходя из изложенного, учитывая, что ФИО2 и ФИО4 не являются ни инициаторами, ни выгодоприобретателями от заключения спорных сделок, принимая во внимание выводы, сделанные рабочей группой Банка России в акте проверки, относительно классификации ссудной задолженности ООО «Арктика», ООО «Бекшта Менеджмент», ООО «Триумф», суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.  

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами суда области в данной части.  

При этом судами был отклонен довод конкурсного управляющего о том, что в компетенцию Банка России не входит исследование всех активов Банка, что оценка финансового состояния кредитной организации проводится регулятором исключительно с точки зрения формального соответствия балансовых и капиталосодержащих показателей установленным нормативам, полномочиями по ретроспективной оценке активов Банка, результатов его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности наделен исключительно конкурсный управляющий; что анализ, произведенный конкурсным управляющим в соответствии с порядком, регламентированным временными правилами, является более полным и объективным по отношению к точечным проверкам, проводимым Банком России, в связи с чем выводы комиссии о том, что ООО «Арктика», ООО «Бекшта Менеджмент», ООО «Триумф» нельзя отнести к «техническим заемщикам» ввиду их неотнесения к числу таковых Банком России в ходе проведения проверки за период с 11.11.2015 по 25.01.2016 являются ошибочными.  

В силу пункта 1.3 Инструкции Банка России от 05.12.2013 № 147-И «О порядке проведения проверок кредитных организаций (их филиалов) уполномоченными представителями Центрального банка Российской Федерации (Банка России)» основной целью проведения Банком России проверок кредитных организаций (их филиалов) является оценка на месте общего состояния кредитной организации либо отдельных направлений (вопросов) ее деятельности, в том числе: оценка соблюдения законодательства Российской Федерации и нормативных актов Банка России, оценка достоверности учета (отчетности) кредитной организации (ее филиала), определение размера рисков, активов, пассивов, оценка качества активов кредитной организации (ее филиала) (в том числе активов кредитной организации (ее филиала), включенных в состав активов, принимаемых в обеспечение кредитов Банка России, в том числе находящихся в залоге по кредитам Банка России), величины и достаточности собственных средств (капитала) кредитной организации, оценка качества управления кредитной организации, включая оценку системы управления рисками и состояния внутреннего контроля, оценка финансовой устойчивости, экономического положения, финансового состояния кредитной организации и перспектив деятельности кредитной организации, а также выявление действий, угрожающих интересам кредиторов и вкладчиков кредитной организации.  

Согласно пунктам 9.1, 9.3, 9.4 Положения № 254-П Банк России его территориальные учреждения и уполномоченные представители, действующие в соответствии со статьей 73 ФЗ о Банке России, проводят оценку активов и пассивов кредитной организации в соответствии с частью 4 статьи 72 ФЗ о Банке России, в том числе оценивают кредитный риск по выданным кредитной организацией ссудам и выносят профессиональное суждение в отношении обоснованности классификации ссуд и размера сформированного резерва, руководствуясь требованиями и методами, предусмотренными настоящим Положением.  

При осуществлении надзора, в том числе при проведении проверок уполномоченными представителями Банка России, Банк России, его территориальные учреждения оценивают наличие, качество (в том числе соответствие требованиям и методикам оценки, содержащимся в настоящем Положении) и степень исполнения в кредитной организации внутренних документов по вопросам классификации ссуд и формирования резерва, предусмотренных настоящим Положением. В случае несогласия с решением, принятым уполномоченным органом управления (органом) кредитной организации, территориальное учреждение Банка России предъявляет кредитной организации требование о реклассификации ссуды и (или) о соответствующем уточнении резерва, которое оформляется предписанием.  

В пункте 1.3 Инструкции № 147-И отражено, что одним из вопросов тематической проверки Банка «Церих» (ЗАО) являлась оценка качества ссуд, ссудной и приравненной к  

ней задолженности, полноты формирования и использования резерва на возможные потери по ссудам, в том числе по ссудам, договоры по которым переданы в обеспечение по кредитам Банка России.  

В соответствии с вышеуказанными нормативными актами Банка России при проведении тематической проверки рабочей группой Банка России проведена оценка кредитного риска по выданным кредитной организацией ссудам и вынесено профессиональное суждение в отношении обоснованности классификации ссуд и размера сформированного резерва, руководствуясь требованиями и методами, предусмотренными Положением Банка России № 254-П, в том числе, в отношении ООО «Арктика», ООО «Бекшта Менеджмент», ООО «Триумф».  

В Акте проверки № А1КИ25-11-18/2ДСП от 25.01.2016 содержатся ссылки на многочисленные документы, проанализированные рабочей группой Банка России в ходе проверки, которые касаются, в частности, текущей деятельности заемщиков, их дебиторов и финансового состояния, на которые конкурсный управляющий не ссылается и которые в материалы дела не представлены, из чего следует, что рабочая группа Банка России располагала гораздо большим объемом информации относительно заемщиков. При этом следует учитывать, что проверка Банка России проводилась в период с 11.11.2015 по 25.01.2016, то есть фактически на момент совершения спорных сделок и классификации ссудной задолженности Банком.  

С учетом вышеизложенного, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания не соответствующими действительности выводов, сделанных рабочей группой Банка России в акте проверки, относительно классификации ссудной задолженности ООО «Арктика», ООО «Бекшта Менеджмент», ООО «Триумф».  

Судами также отмечено, что лицами, участвующими в деле, не представлено доказательств того, что должник, равно как и непосредственно ответчики ФИО2, и ФИО4, на момент заключения/одобрения спорных сделок обладали какой-либо иной информацией, негативно характеризующей заемщиков, что соответствующая задолженность являлась заведомо нереальной ко взысканию, а также, что поведение ответчиков являлось недобросовестным или неразумным, поскольку участвуя в заключении/одобрении спорных договоров, ответчики руководствовались профессиональными суждениями, подготовленными квалифицированными сотрудниками Банка, не доверять которым у ответчиков оснований не имелось.  

Доводы кассатора о необоснованном применении в отношении ФИО2 и ФИО4 правил о защите «делового решения» подлежат отклонению.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.04.2025 № 308-ЭС24-21242, от 21.02.2025 № 305-ЭС24-22290, оценивая обстоятельства, связанные с наличием задолженности и причинами неплатежа, следует учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статьи 56 ГК РФ), наличие у участников общества и его руководителя широкой свободы усмотрения при принятии деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статьи 10 ГК РФ) (пункт 1 постановления № 53).  

Если будет доказано, что действия контролирующего лица не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов подконтрольного общества, то оно не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 18 постановления № 53).  

В рассматриваемом случае доказательств того, что действия ФИО2 и ФИО4 выходили за пределы обычного делового риска суду не представлено.  

Несогласие заявителя жалобы с выводами судов в части отказа в удовлетворении заявления Банка о взыскании с ФИО2 и ФИО4 убытков не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.  

Банк «Церих» (ЗАО) просил взыскать с ФИО5, ФИО7, ФИО14, ФИО11, ФИО12, ФИО8 солидарно денежные средства 63 000 000 руб., а также 60 000 долларов США, 65 000 евро в рублевом эквиваленте по официальному курсу, установленному Центральным Банком Российской Федерации на день платежа.  

При этом ФИО5 подлежит привлечению к гражданско-правовой ответственности за заключение и одобрение в составе Кредитного комитета Договора займа с ФИО8; ФИО7, Арт Я.А., ФИО12, ФИО11 - за одобрение в составе Совета директоров Банка выдачи займа ФИО8; ФИО8 - как выгодоприобретатель по сделке о выдаче ему займа.  

В обоснование требований к ФИО5, ФИО7, ФИО14, ФИО11, ФИО12, ФИО8 конкурсный управляющий указывает на то, что денежные средства ФИО8 были предоставлены фактически на невозвратной основе: в отсутствие обеспечения по договору займа, в отсутствие у заемщика доходов для исполнения обязательств по возврату займа. Финансовое положение ФИО8 на момент выдачи займа в соответствии с пунктом 3.3 Положения № 254-П оценивалось как «плохое». В кредитном досье заемщика имеются только документы, подтверждающие доход, который ФИО8 получал в Банке в виде заработной платы в размере 77 887,00 руб./мес. иных документов, влияющих на одобрение заключения кредитного договора, заемщиком представлено не было.  

Возражая против предъявленных к нему требований, ФИО5 указывал на то, что обязанность по подписанию договора займа с ФИО8 была прямо возложена на ФИО5 Советом директоров (пункт 1.2 протокола заседания Совета директоров от 08.02.2016), в полномочия которого входило одобрение сделок с заинтересованными лицами. Одобрение же ФИО5 сделки с ФИО8 в составе кредитного комитета само по себе не может быть поставлено ему в ответственность в отсутствие конкретных доказательств причинно-следственной связи между действиями ответчика и убытками должника, поскольку ФИО5 не инициировал предоставление займа ФИО8 и не получил выгоду от его выдачи.  

Отказывая в удовлетворении заявления в части взыскания убытков с ФИО5, суды исходили из позиции, изложенной в Определениях ВС РФ от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8), от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), согласно которой одобрение одним из членов совета директоров (либо иного коллегиального органа) существенно убыточной сделки само по себе не является достаточным для констатации его вины в невозможности погашения требований кредиторов и привлечения его к субсидиарной ответственности. К ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки (по смыслу абзац 3 пункта 16 Постановления № 53) и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.  

В указанных Определениях Верховного Суда РФ сформирована правовая позиция, согласно которой судам во всех случаях надлежит определять степень вовлеченности каждого из ответчиков в процесс вывода спорного актива должника и их осведомленность о причинении данными действиями значительного вреда кредиторам.  

Как следует из материалов дела, за месяц до даты отзыва лицензии 08.02.2016 Банком заключен кредитный договор с ФИО8 № б/н на сумму 63 000 000 руб., 60 000 дол. США, 65 000 евро.  

Решение об одобрении сделки принято на заседании Кредитного комитета (протокол от 08.02.2016) в составе ФИО15, ФИО5  

Предоставление займа ФИО8 одобрено Советом директоров Банка (протокол № 6 от 08.02.2016) в составе ФИО7, ФИО11, ФИО14 и ФИО12 (голосовали «ЗА»). ФИО8 участия в голосовании не принимал как член Совета директоров, заинтересованный в сделке.  

Кредитный договор № б/н от 08.02.2016 от имени Банка подписан заместителем Председателя Правления Банка ФИО5 Распоряжение на перечисление денежных средств подписано ФИО10  

Денежные средства по указанному договору были выданы через кассу Банка в Операционном офисе «Остоженка».  

Судами установлено, что ФИО5 принят на работу в Банк по трудовому договору № 373 от 09.11.2015 (приказ № 165-лс от 09.11.2015) на должность начальника отдела сопровождения сети Управления регионального развития.  

В дальнейшем был переведен на должность начальника Управления розничного кредитования (приказ № 181/1 от 11.12.2015), затем на должность директора операционного офиса «Подольск» Управления регионального развития (приказ № 6-лс от 25.01.2016).  

На должность заместителя Председателя Правления ФИО5 переведен приказом № 16-лс от 01.02.2016.  

Согласно письму Банка России от 20.05.2016 № Т1-28-8-06/72763ДСП в период с 01.02.2016 ФИО5 входил в состав Правления Банка. Решением Правления Банка.  

24.12.2015 определен новый состав кредитного комитета, в который включен ФИО5 (протокол заседания Правления № 64/2015 от 24.12.2015).  

Исходя из изложенного, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что нахождение ФИО5 на момент подписания договора займа с ФИО8 (08.02.2016) в статусе контролирующего должника лица (члена Правления Банка) всего 8 календарных дней, объективно исключает с его стороны возможность за столь короткий срок оказать какое-либо существенное влияние на деятельность должника (применительно к первому критерию для вывода о виновности ответчика).  

Установив факт отсутствия доказательств того, что ФИО5 является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий, суды посчитали, что применительно к рассматриваемому спору Банком не доказана вся совокупность условий для возложения на ФИО5 ответственности в виде взыскания убытков.  

Требования о взыскании убытков в виде полученных ФИО8 денежных средств конкурсным управляющим были также предъявлены к председателю Совета директоров Банка ФИО7, членам Совета директоров Банка ФИО11, ФИО14, ФИО12 с 02.12.2015, а также ФИО8 как выгодоприобретателю.  

В ходе рассмотрения спора ФИО7 и ФИО12 было заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для предъявления к ним требований.  

ФИО7 в обоснование своей позиции указал на то, что заявитель, должен был узнать о нарушенном праве и имел такую возможность с даты признания Банка «Церих» (ЗАО) несостоятельным банкротом, по крайней мере, с даты подачи заявления о привлечении ФИО5, ФИО10, ФИО2, ФИО8, ФИО4, ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка «Церих» (ЗАО). По мнению ФИО7, изменение предмета и требования заявления не может служить основанием для начала течения срока исковой давности.  

Согласно позиции ФИО12 срок исковой давности для обращения конкурсного управляющего с заявлением в арбитражный суд начал течь с 20.04.2016 - со  

дня, следующего за днем объявления резолютивной части решения по делу № А48-1180/2016, и истек 20.04.2019, тогда как ФИО12 был привлечен к участию в деле в качестве соответчика только протокольным определением Арбитражного суда Орловской области от 09.07.2024. При этом все обстоятельства, указанные конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц к ответственности должны были быть известны лицам, участвующим в деле о банкротстве, из содержания выполненного временным управляющим анализа финансовой деятельности должника и приложенных к нему документов, в том числе протоколов собраний членов Совета директоров.  

Возражая против доводов ФИО7 и ФИО12, конкурсный управляющий указал, что при первоначальном рассмотрении заявления, суд по инициативе ФИО5 рассмотрел вопрос о причастности членов Совета директоров к причинению Банку ущерба и возможности привлечения в этой связи с гражданско-правовой ответственности. Оснований для привлечения членов Совета директоров Банка к гражданско-правовой ответственности за одобрение договора займа с ФИО8 судом установлено не было. Поскольку рассмотрение судом данного вопроса было обусловлено в первую очередь инициативой ответчика ФИО5, с которым тот мог выступить исключительно после принятия Арбитражным судом Орловской области заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих Банк лиц к субсидиарной ответственности к своему производству (12.04.2019), учитывая, что определение суда первой инстанции по итогам первоначального рассмотрения спора датировано 27.04.2022, а довод о необходимости привлечения к ответственности членов Совета директоров Банка последовательно излагался ФИО5 во всех его процессуальных документах с самого начала рассмотрения судом обособленного спора, трехлетний срок исковой давности для заявления требований о привлечении членов Совета директоров Банка к гражданско-правовой ответственности не может считаться пропущенным инициатором такого привлечения.  

При повторном рассмотрении спора Арбитражный суд Орловской области вернулся к рассмотрению ранее поставленного ответчиком ФИО5 вопроса о привлечении членов Совета директоров Банка к гражданско-правовой ответственности с учетом постановления Арбитражного суда Центрального округа от 07.08.2023 и, с согласия конкурсного управляющего, 09.07.2024 привлек их к участию в деле в качестве соответчиков. В этой связи, по мнению конкурсного управляющего срок исковой давности по требованию о привлечении членов Совета директоров Банка к гражданско-правовой ответственности пропущен не был.  

ФИО5, в свою очередь, связывал начало трехлетнего срока исковой давности для привлечения к ответственности членов Совета директоров с момента вынесения постановления кассационной инстанции от 07.08.2023 по настоящему делу, а не с момента признания Банка банкротом. При этом предельный пресекательный срок подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности составляет 10 лет со дня совершения действий. В связи с этим, по мнению ФИО5, срок исковой давности не пропущен.  

Согласно пунктам 1, 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.  

В силу пункта 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137, а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.  

Действия, которые вменяются в вину членам Совета директоров, были совершены 08.02.2016.  

Согласно пункту 1 статьи 189.23 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ, если банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, такие лица в случае недостаточности имущества кредитной организации несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам в порядке, установленном статьей 10 настоящего Федерального закона, с особенностями, установленными настоящей статьей.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 189.23 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, при наличии одного из обстоятельств, указанных в абзацах третьем и четвертом пункта 4 статьи 10 настоящего Федерального закона. Положения абзаца 4 пункта 4 статьи 10 настоящего Федерального закона применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность формирования, ведения, хранения документов, отражающих экономическую деятельность кредитной организации, и баз данных кредитной организации на электронных носителях (резервных копий баз данных), а также обязанность их передачи временной администрации по управлению кредитной организацией или ликвидатору (конкурсному управляющему).  

Заявление о привлечении лица, контролирующего кредитную организацию, к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, может быть подано не позднее трех лет со дня признания кредитной организации банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом (пункт 6 статьи 189.23 Закона о банкротстве).  

В рассматриваемом случае резолютивная часть решения по делу № А48-1180/2016 о признании Банка «Церих» (ЗАО) несостоятельным (банкротом) оглашена судом 19.04.2016, с первоначальным заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО2, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО9 конкурсный управляющий обратился в суд 25.02.2019, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности.  

На момент обращения в суд обстоятельства, указанные конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения членов Совета директоров к ответственности должны были быть известны конкурсному управляющему из содержания выполненного временным управляющим анализа финансовой деятельности должника и приложенных к нему документов, в том числе протоколов собраний членов Совета директоров.  

Поскольку ФИО7, ФИО12 были привлечены к участию в деле в качестве соответчиков только протокольным определением Арбитражного суда Орловской области от 09.07.2024, суд области и, поддержавший его, апелляционный суд пришли к выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности и об отказе в удовлетворении заявления ГК «АСВ» к ФИО7 и ФИО12, заявившим о пропуске срока.  

Суды не согласились с позицией конкурсного управляющего о том, что срок исковой давности для обращения с заявлением к ФИО7 и ФИО12 не пропущен для ФИО5 как инициатора привлечения соответчиков, для которого такой срок не мог начаться раньше принятия заявления ГК АСВ к производству суда.  

При этом суды исходили из того, что в силу части 5 статьи 46 АПК РФ при невозможности рассмотрения дела без участия другого лица в качестве ответчика арбитражный суд первой инстанции привлекает его к участию в деле как соответчика по ходатайству сторон или с согласия истца. В данном случае согласие конкурсного управляющего на привлечение членов Совета директоров в качестве соответчиков было выражено в письменных объяснениях, представленных к судебному заседанию 11.01.2024 после вынесения судом на обсуждение данного вопроса, а окончательные требования к членам Совета директоров были сформулированы конкурсным управляющим в письменных объяснениях от 16.09.2024.  

Судами отмечено, что в ходе первоначального рассмотрения заявления суд неоднократно предлагал заявителю сформировать круг ответчиков и конкретизировать требования, с учетом участия лиц в заключении/одобрении спорных сделок, при том, что конкурсный управляющий обладал сведениями о составе Совета директоров, участии в одобрении сделки по выдаче займа ФИО8 (согласно протоколу заседания № 06 от 08.02.2016, представленному конкурсным управляющим при первоначальном рассмотрении требований). Однако на момент первоначального предъявления заявления, на наличие каких-либо препятствий для предъявления требований к членам Совета директоров конкурсным управляющим не указано и судом не установлено.  

Исходя из изложенного, суды пришли к выводу о том, что на момент привлечения членов Совета директоров в качестве соответчиков истек трехлетний объективный срок исковой давности, исчисляемый со дня признания должника банкротом в силу пункта 6 статьи 189.23 Закона о банкротстве, а также срок исковой давности с момента, когда лицо (конкурсный управляющий) узнало или должно было узнать о нарушении своего права.  

Следует отметить, что лицо, обращающееся в суд за защитой своих прав и законных интересов, самостоятельно определяет круг лиц (ответчиков), к которым предъявляет соответствующее требование.  

Исходя из положений статей 46 - 47 АПК РФ замена ответчика или привлечение надлежащего ответчика в качестве соответчика, второго ответчика допускается только по ходатайству или с согласия истца, в данном случае конкурсного управляющего. Предъявление иска к ненадлежащему лицу влечет отказ в удовлетворении заявленных требований. То есть, замена ответчика без согласия истца не допускается.  

Возражая против заявленных требований, ФИО12 и Арт Я.А. указали на нарушение порядка проведения заседания Совета директоров 08.02.2016, а также отрицали свое в нем участие и голосование за одобрение выдачи займа ФИО8 Указывали, что не были извещены о назначении заседания Совета директоров Банка, им не были направлены информационные материалы и документы по займу ФИО8, бюллетени для голосования по повестке заседания.  

Из материалов дела следует, что в протоколе № 6 заочного заседания Совета директоров Банка «Церих» (ЗАО) от 08.02.2016 отсутствуют подписи лиц, принявших участие в голосовании, в графе, где указаны результаты голосования, заполненных со стороны ответчиков бюллетеней для голосования, содержащих их волеизъявление по вопросу одобрения сделки с ФИО8, с их подписями к протоколу заочного заседания не приложено. В ответ на запросы ответчиков конкурсным управляющим указано, что бюллетени голосования заочного заседания Совета директоров Банка «Церих» (ЗАО) от 08.02.2016 направить не представляется возможным в связи с непередачей конкурсному управляющему полного комплекта документов от бывших руководителей Банка.  

Как пояснил в ходе рассмотрения спора ФИО7, 08.02.2016 к нему обратились ФИО8 и ФИО11, которые принесли уже готовый протокол заочного заседания Совета директоров Банка «ЦЕРИХ» (ЗАО) от 08.02.2016 по вопросу выдачи и одобрения займа акционеру Банка, члену Совета директоров Банка - ФИО8, в протоколе были уже указаны машинописные итоги голосования. Организацией и подготовкой заочного заседания Совета директоров Банка по вопросу принятия решения об одобрении сделки с ФИО8 ФИО7, как председатель Совета директоров Банка «Церих» (ЗАО), не занимался, уведомление о назначении заседания, повестку дня заседания, бюллетени для голосования и материалы членам Совета не направлял, кто и как голосовал, не знал, свой бюллетень для голосования не подписывал и бюллетени других членов Совета директоров не видел, с ними не общался и не имел сведений о волеизъявлении остальных членов Совета директоров по вопросу одобрения сделки. После разъяснения цели займа, ФИО7, как председатель Совета директоров Банка «Церих» (ЗАО) подписал указанный протокол.  

В свою очередь, ФИО5 указал, что 08.02.2016 после ознакомления с кредитным досье, протоколом заочного заседания Совета директоров Банка «Церих» (ЗАО) от 08.02.2016, подписал протокол заседания Кредитного комитета от 08.02.2016 по вопросу о предоставления займа ФИО8, одновременно с договором займа, при этом присутствовали ФИО8 и ФИО15 В то же время ФИО5 не имел никаких сведений о том, каким образом был составлен протокол заочного заседания Совета директоров Банка от 08.02.2016, который ему был предоставлен акционером и заинтересованным лицом - ФИО8  

Оценив доводы сторон, руководствуясь Федеральным законом от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», Федеральным законом от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», Уставом Банка «Церих» (ЗАО), Положением о Совете директоров Банка «Церих» (ЗАО), принимая во внимание пояснения ФИО12, ФИО14, ФИО7, ФИО5, учитывая, что ФИО12, Арт Я.А., ФИО7, ФИО11 не были заинтересованными по отношению друг к другу лицами, суды пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим не представлено однозначных и бесспорных доказательств участия ответчиков в заседании Совета директоров 08.02.2016, что заседание Совета директоров Банка «Церих» (ЗАО) от 08.02.2016 фактически имело место и члены Совета директоров Банка действительно выразили свое волеизъявление относительно одобрения сделки по выдаче займа ФИО8  

Не установив факт проведения заседания Совета директоров Банка «Церих» (ЗАО) по вопросу о предоставления займа ФИО8 и подписания протокола заседания Кредитного комитета от 08.02.2016, суды отказали в удовлетворении требований Банка о взыскании убытков с ФИО7, ФИО11, ФИО14, ФИО12  

При этом суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО8 к ответственности в виде взыскания убытков в размере 60 000 дол. США, 65 000 евро, посчитав безденежным займ в размере 63 000 000 руб.  

Как следует из условий договора займа б/н от 08.02.2016, Банк обязался предоставить ФИО8 денежные средства в сумме 63 000 000 руб., 60 000 дол. США, 65 000 евро.  

Вместе с тем, проанализировав обстоятельства получения ФИО8 денежных средств по договору займа от 08.02.2016, судами установлено следующее.  

В соответствии с представленными конкурсным управляющим расходными кассовыми ордерами №№ 1-3 от 08.02.2016 и банковскими ордерами №№ 1-3 от 08.02.2016 наличные денежные средства по указанному договору в размере 63 000 000 руб., 60 000 дол. США, 65 000 ЕВРО были выданы ФИО8 через кассу Банка в Операционном офисе «Остоженка».  

Между тем, согласно выпискам по кассе за 08.02.2016 остаток наличных денежных средств по кассе на начало дня составил 25 266 860,68 руб., 324 014 долларов США и 79 065 евро, исходящий остаток на конец дня составил 7 080 642,29 руб., 127 836 долларов США, 8 365 евро, что свидетельствует о недостаточности рублевой денежной наличности для выдачи займа ФИО8  

Как следует из Заключения Временной администрации о финансовом состоянии должника и Заключения о наличии признаков преднамеренного банкротства Банк «Церих» (ЗАО), в период выдачи кредита через кассу в той же кассе 08.02.2016 и 09.02.2016 отражены операции по внесению физическими лицами 38 вкладов до востребования на общую сумму 42 290 000 руб. (35 вкладов на сумму 38 990 000 руб. - 08.02.2016 и 3 вклада на сумму 3 300 000 руб.).  

Согласно Приложению № 16 к Заключению о наличии признаков преднамеренного банкротства Банка «Церих» (ЗАО) «Формирование ненадлежащих остатков на счетах депозитов», в т.ч. на имя ряда акционеров Банка: ФИО17, ФИО7, врио. председателя Правления Банка ФИО10, а также лиц, предположительно связанных с указанными лицами и иными работниками Банка, по которым вкладчикам  

отказано в страховом возмещении, свидетельствует о формировании ненадлежащих остатков Банком, а также о факте выдачи технических кредитов с целью сокрытия недостачи по кассе на сумму фиктивных депозитов.  

На основании изложенного, суды пришли к выводу, что факты недостаточности рублевой денежной наличности в кассе Операционного офиса «Остоженка» для выдачи займа ФИО8 и формирования фиктивных депозитов подтверждают отсутствие возможности предоставления Банком ФИО8 ссуды в рублевом эквиваленте (63 000 000 руб.), что свидетельствует о безденежности займа в данной части.  

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о том, что факт выдачи займа ФИО8 в соответствии с его условиями, в том числе, в рублевом эквиваленте, подтвержден вступившим в законную силу решением Щелковского городского суда Московской области по гражданскому делу № 2-5038/16 от 26.08.2016, которым с ФИО8 в пользу Банка по договору процентного займа б/н от 08.02.2016 взыскано 69 738 258,20 руб. (63 000 000 руб. - просроченный основной долг, 2 431 352 рубля - проценты на просроченный основной долг, 4 246 905,74 рублей - пени), 66 360,25 долларов США в эквивалентной рублевой сумме (60 000 долларов США - просроченный основной долг, 2 315,57 долларов США - проценты на просроченный основной долг, 4 044,67 долларов США - пени), 71 890,27 евро в эквивалентной рублевой сумме (65 000 евро - просроченный основной долг, 2 508,54 евро - проценты на просроченный основной долг, 4 381,73 Евро - пени), а также расходы по оплате госпошлины в размере 60 000 руб., суды указали на то, что конкурсный управляющий и ФИО8 не принимали участия в заседании Щелковского городского суда Московской области, решение было вынесено заочно и сторонами не обжаловалось. При этом, исходя из содержания решения суда общей юрисдикции, обстоятельства фактической выдачи займа ФИО8 судом не исследовались и не анализировались.  

В кассационной жалобе конкурсным управляющим Банком «Церих» (ЗАО) – Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» не приведено ссылок на конкретные нарушения норм права при принятии обжалуемых судебных актов. Ссылка кассатора на отсутствие у судов оснований для установления факта безденежности займа и отказа в связи с этим во взыскании с ФИО8 убытков в размере 63 000 000 руб. не может являться основанием для отмены судебных актов по настоящему спору в указанной части в связи со следующим.  

Как следует из материалов дела, при первоначальном рассмотрении спора с ФИО5 взысканы убытки в размере 69 738 183,78 руб., а также 66 360,25 долларов США и 71 890,27 евро в рублевом эквиваленте по официальному курсу, установленному Центральным Банком РФ на день платежа. При этом основанием для их взыскания послужило принятие им в составе Кредитного комитета решения об одобрении сделки по выдаче кредита ФИО8 и подписание с ним кредитного договора.  

Поскольку определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, принятые при первоначальном рассмотрении обособленного спора в части взыскания с ФИО5 убытков, отменены, вопрос о правомерности такого взыскания за предоставление займа ФИО8 направлен на новое рассмотрение, суды, на новом круге рассмотрения, с учетом заявленных Банком уточнений требований (о взыскании солидарно с ФИО5, ФИО7, ФИО14, ФИО11, ФИО12, ФИО8 63 000 000 руб., 60 000 долларов США, 65 000 евро) и возражений ответчиков на данное требование, учитывая невозможность принятия в качестве преюдиции заочного решения Щелковского городского суда Московской области по гражданскому делу № 2-5038/16 от 26.08.2016, принимая во внимание значительность взыскиваемых сумм и солидарный характер заявленных ко взысканию требований, посчитали необходимым проверить факт предоставления займа в заявленном размере.  

Установив безденежность займа в размере 63 000 000 руб. и отсутствие оснований для взыскания убытков с ФИО5, суды посчитали необходимым именно с ФИО8 взыскать в пользу Банка 66 360,25 долларов США и 71 890,27 евро в рублевом эквиваленте по официальному курсу, установленному Центральным Банком РФ на день платежа.  

Доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

В силу положений статьи 286 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражений относительно жалобы. Между тем доводов, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанции, кассационная жалоба не содержит.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.  

При указанных обстоятельствах оснований для отмены обжалуемых судебных актов не имеется.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Орловской области от 01.04.2025 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2025 по делу  

 № А48–1180/2016 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Т.Ф. Ахромкина  

Судьи О.П. Антонова 

 ФИО1