﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-60824/2018

21 августа 2020 года

г. Санкт-Петербург

/з.29

Резолютивная часть постановления объявлена     13 июля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 августа 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Рычаговой О.А.

судей Медведевой И.Г., Савиной Е.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Куляевым С.Д.

при участии:

от ООО «СК «Озон»: не явился, извещен

от конкурсного управляющего должником: представитель Гутиев А.С. по доверенности от 07.10.2019

от ПАО «Донхлеббанк» в лице ГК «АСВ» - представитель Мухин А.В. по доверенности от 20.02.2020

от ООО «Электрощит Монтаж» - представитель Хребтов И.А. по доверенности от 03.09.2019

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего публичного акционерного общества «Донхлеббанк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» и общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Озон» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.11.2019 по делу № А56-60824/2018-з.29, принятое по заявлению ООО «Строительная компания «Озон» о включении требования в реестр требования кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Норманн-Строй» 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.07.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Норманн-Строй» (далее – должник).

	Определением от 06.08.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Фёдоров Юрий Владимирович.		Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ»17.08.2018 №148.

	Решением от 08.02.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден Фёдоров Ю.В.

	Определением от 20.03.2019 конкурсным управляющим должником утвержден Фёдоров Ю.В.

	Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 16.02.2019 № 29.

	В рамках дела о банкротстве общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Озон» (далее - ООО «СК «Озон», кредитор)обратилось в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с консолидированным требованием к должнику об исполнении денежных обязательств из договоров подряда от 14.12.2015 №№ 14-12/15Ян-1-1-ростверк, 14-12/15Ян-1-2-ростверк, от 04.02.2016 № 04-02/16Ян1- ростверк, от 11.07.2016 № 11-07/16Ян1-2-монолит, от 29.06.2016 № 29-06/16Мор1-монолит, от 06.07.2016 № 06-07/16Мор1-монолитбк, от 14.03.2018 № 14-03/18Ян1- монолит, от 15.03.2018 № 15-03/18Ян1-ЖБИ, от 16.03.2018 № 16-03/18Ян1-ПНД (далее - договоры подряда) в сумме 27 905 337,62 руб.

	Определением от 10.07.2019 арбитражный суд привлек в качестве лица, участвующего в обособленном споре, публичное акционерное общество «Донхлеббанк» (ОГРН 1026103273382) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»(далее - ПАО «Донхлеббанк», Банк).

	Определением от 07.11.2019 арбитражный суд включил в реестр должника консолидированное требование кредитора из договоров подряда в сумме 2 546 357,90 руб. Во включении требования на сумму 25 358 979,90 руб. судом отказано. При этом суд признал притворной сделкой заключенный между кредитором и Банком кредитный договор от 22.03.2018 № 01/03-18, фактически прикрывающий кредитные отношения между Банком и самим должником в целях оплаты работ кредитора.

	Не согласившись с указанным определением, Банк и кредитор обратились с апелляционными жалобами.

	Банк в своей апелляционной жалобе, ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, просит определение отменить и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить требования кредитора в полном объеме.

	Банк не согласен с выводом суда о наличии оснований для признания кредитного договора притворной сделкой, опосредующей расчеты между кредитором и должником, поскольку такой вопрос не может быть рассмотрен в рамках обособленного спора о включении требования кредитора в реестр требований должника, а названный вывод суда первой инстанции основан на ненадлежащих доказательствах.

	В частности, Банк считает, что показания свидетеля Драчёва Петра Валентиновича не являются надлежащим доказательством по настоящему обособленному спору, поскольку были получены в рамках другого обособленного спора.

	Кредитор в своей апелляционной жалобе просит изменить определение суда в части отказа во включении в реестр должника требования в сумме 5 358 979 руб. 90 коп., полагая, что вывод арбитражного суда об отсутствии в материалах дела доказательств выполнения работ на указанную сумму не соответствует представленным в материалы дела доказательствам.

	В отзыве на апелляционную жалобу Банка конкурсный управляющий должником просит судебный акт в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

	В отзыве на апелляционную жалобу кредитора конкурсный управляющий должником полагает возможным изменить судебный акт в обжалуемой части, включить требование кредитора в реестр должника в размере 7 905 337,62 руб.

	В судебном заседании представитель Банка поддержал доводы своей апелляционной жалобы.

	Представители ООО «Электрощит Монтаж», конкурсного управляющего должником возражали против удовлетворения апелляционной жалобы Банка, поддержали доводы апелляционной жалобы кредитора.

	Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

	Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между должником и кредитором заключены договоры подряда от 14.12.2015 №№14-12/15Ян-1-1-ростверк, 14-12/15Ян-1-2-ростверк, от 04.02.2016 № 04-02/16Ян1- ростверк, от 11.07.2016 №11-07/16Ян1-2-монолит, от 29.06.2016 №29-06/16Мор1- монолит, от 06.07.2016 №06-07/16Мор1-монолитбк, от 14.03.2018 №14-03/18Ян1- монолит, от 15.03.2018 №15-03/18Ян1-ЖБИ, от 16.03.2018 №16-03/18Ян1-ПНД.

	Ссылаясь на выполнение работ по договорам подряда в полном объеме, стоимость которых подтверждена подписанными должником без замечаний унифицированными актами по форме КС-2 и справками о стоимости работ по форме КС-З, и неоплату должником названных работ в размере 27 905337,62 руб., кредитор обратился в арбитражный суд с требованием о включении названной суммы в реестр требований кредиторов должника.

	В ходе рассмотрения обоснованности требования кредитора конкурсный управляющий должником, не оспаривая действительность отношений подряда и реальное выполнение кредитором работ, подлежащих оплате должником, заявил возражения против требования кредитора и пояснил, что указанные в требовании обязательства были фактически погашены за счет имущества общества посредством выдачи денежных средств под видом кредитной линии, открытой в Банке по договору от 22.03.2018 № 01/03-18. При этом управляющий указал на принадлежность должника и Банка к одной группе лиц – Инвестиционно-строительной группе «Норманн», фактически контролируемой одним физическим лицом - Смирновым В.И.

Суд первой инстанции установил, что кредитный договор, заключенный между кредитором и Банком, является притворной сделкой, прикрывающей кредитную сделку между Банком и должником в целях оплаты работ кредитора, а также то, что кредитором фактически получены денежные средства в размере 20 млн. руб., а требование на сумму 5 358 979,90 руб. не подтверждено представленными доказательствами, в связи с чем, отказал в удовлетворении требования на указанные суммы.

	Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции установил следующее.	

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным этим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

	Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Это правило реализуется посредством предоставления кредиторам, требования которых включены в реестр требований кредиторов, и иным указанным в законе лицам права на заявление возражений, которые подлежат судебной оценке (пункты 2 - 5 статьи 71, пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве).

	Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющего о нем кредитора.

	При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющему требование кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

	В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

	При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

	Таким образом, при рассмотрении вопроса обоснованности требований кредитора суд должен проверить реальность совершения и исполнения сделок, действительное намерение сторон создать правовые последствия, свойственные правоотношениям, в данном случае, по выполнению работ и их оплате.

	Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 АПК РФ), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Документы, представляемые в арбитражный суд и подтверждающие совершение юридически значимых действий, должны соответствовать требованиям, установленным для данного вида документов (часть 4 статьи 75 АПК РФ).

	В данном случае заявленное кредитором требование основано на обязательствах должника, вытекающих из договоров подряда.

	В силу статей 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

	В соответствии с пунктом 1 статьи 702, статьями 706 и 740 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

	Согласно части 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами, который в силу статьи 711 названного Кодекса является основанием для оплаты работ. Приемка заказчиком работ и порядок оплаты работ регулируются положениями статей 711 и 720 ГК РФ.

	При наличии поступивших возражений конкурсного управляющего арбитражный суд обязан исследовать не только правоотношения, заложенные в основу требований кредиторов, но также выявить, осуществлялось ли погашение задолженности должника перед кредитором, а также установить правовую природу отношений, опосредующих расчеты между сторонами. Таким образом, арбитражный суд должен исследовать все обстоятельства дела, в том числе все сделки, которые могут быть связаны с требованием и дать им соответствующую правовую оценку.

	При этом действия конкурсного управляющего по заявлению возражений относительно требования кредитора не могут быть квалифицированы как совершенные со злоупотреблением правом, поскольку обязанность конкурсного управляющего заявлять такие возражения предусмотрена пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве.

	На основании представленных в материалы дела доказательств, в том числе схемы финансирования работ по договорам подряда, заключения общества с ограниченной ответственностью «СиЭлСи Консалтинг» (далее - ООО «СиЭлСи Консалтинг») по итогам проведения анализа движения денежных средств на основании первичной документации Компании за период с 22.03.2018 по 01.06.2019 (далее - заключение ООО «СиЭлСи Консалтинг»), нотариально заверенных объяснений бывших работников должника, суд первой инстанции установил следующее.

	По вопросам финансирования и оплаты выполняемых по договорам подряда работ между должником и кредитором действовала схема финансирования и оплаты работ за счет кредитных средств, предоставляемых Банком кредитору.

	Согласно данной схеме кредитору необходимо было открыть в Банке кредитную линию на сумму, соответствующую стоимости согласованного сторонами договора подряда. Получаемые кредитные средства расходовались кредитором на финансирование и оплату выполняемых им работ. Расходование кредитных средств осуществлялось кредитором по согласованию с должником и Банком, кредитные средства не могли быть использованы кредитором иначе, кроме как на финансирование работ на строительных объектах должника и выплату стоимости выполняемых работ.

	Также в соответствии с предлагаемой должником и Банком схемой, размер кредитной линии предопределялся ценой договора подряда и задолженностью по оплате работ за предыдущие периоды, а срок погашения тела кредита наступал через 8-12 месяцев после даты заключения кредитного договора. Проценты по кредиту и комиссии вносились должником на ссудный счет подрядчика через заключение дополнительных соглашений об увеличении стоимости работ под видом авансирования или оплаты стоимости работ. Размер такого авансирования или оплаты стоимости работ должником, как правило, соответствовал размеру уплачиваемых комиссий и процентов за пользование кредитом, в сроки, установленные кредитным договором для оплаты таких комиссий и процентов. Первые транши кредитной линии рассматривались как авансовые платежи по договорам подряда, для чего подрядчик направлял должнику заявки на покупку строительных материалов, которые после его согласования представлялись в Банк для производства выплаты.

	Закрытие кредитной линии предполагалось посредством зачисления должником средств, вырученных от реализации объектов, созданных с участием подрядчика. Данный порядок объяснялся недостатком у должника оборотных средств и невозможностью самостоятельно получить кредит в аффилированном Банке.

	Факт аффилированности Банка и должника подтверждается материалами дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле.

	В частности, Смирнов В.М., являющийся акционером Банка (56,45 % акций), также являлся единственным учредителем должника, владеющим долей в размере 100 % в его уставном капитале.

	При этом Смирнов В.М., являющийся контролирующим лицом Банка и должника, определял их действия при исполнении названной выше схемы.

	На основании заключения ООО «СиЭлСи Консалтинг» суд первой инстанции установил, что платежи, зачислявшиеся должником и за его счет взаимосвязанными с ним лицами на ссудный счет кредитора в рамках договоров подряда, полностью либо с незначительными отклонениями по датам и размерам коррелируют списанию денежных средств Банком по кредитному договору. Сумма лимита кредитных линий в абсолютной величине сопоставима с ценой, предусмотренной договорами подряда, включая долг за прежние периоды.

	Вопреки доводам Банка судом первой инстанции правомерно дана оценка заключению ООО «СиЭлСи Консалтинг», а также объяснениям работника должника, подтверждающим наличие схемы финансирования и оплаты договоров подряда за счет кредитных средств, предоставляемых Банком.

	Обязанность представления доказательств по делу в обоснование своих требований и возражений предусмотрена частью 1 статьи 65 АПК РФ.

	В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы (часть 2 статьи 64 АПК РФ).

	При этом заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ (пункт 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

	В рассматриваемом случае суд при вынесении обжалуемого судебного акта правомерно учел объяснения работника должника и результаты, приведенные в заключении ООО «СиЭлСи Консалтинг».

	Доказательств, опровергающих установленные на основании указанных доказательств обстоятельства, Банком вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представлено. Правом заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы, вызвать иных свидетелей, принимавших непосредственное участие в заключении договоров подряда и кредитных договоров, Банк не воспользовался.

	Довод Банка о недопустимости свидетельских показаний Драчёва П.В. отклоняется апелляционным судом в силу следующего.

	В материалах настоящего обособленного спора содержатся нотариально заверенные письменные объяснения Драчёва П.В., представленные конкурсным управляющим.

	При этом в рамках обособленного спора по требованию ООО «3-С Инжиниринг» (№ А56-60824/2018-з.20) Драчёв П.В. допрошен судом первой инстанции в качестве свидетеля. Свидетель был предупрежден арбитражным судом об уголовной ответственности.

	Также установлено, что свидетельские показания Драчёва П.В. в полной мере соответствуют нотариально заверенным пояснениям свидетеля, предоставленным в письменном виде. Драчёв П.В., будучи главным инженером проектов, реализуемых должником, располагал сведениями касательно их финансирования, а также обладал информацией о подробностях реализации схемы финансирования договоров подряда за счет кредитных денежных средств, предоставленных Банком, в связи с чем, его свидетельские показания являются относимым и допустимым доказательством. Кроме того, показания Драчёва П.В. подтверждаются иными представленными в материалы дела доказательствами. Письменные объяснения Драчёва П.В., представленные материалах настоящего обособленного спора, соответствуют свидетельским показаниям Драчёва П.В. в деле № А56-60824/2018-з.20.

	При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку.

	Бремя опровержения доводов о пороках сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы.

	При оценке допустимости включения требования кредитора в реестр должника, оплата которого согласно доводам конкурсного управляющего фактически должником совершена, суду надлежало детально исследовать природу сложившихся между сторонами отношений, а также поведение сторон сделки в период исполнения договоров подряда и кредитного договора, что и сделано судом первой инстанции.

	Установив признаки притворности взаимосвязанной сделки, суд с учетом конкретных обстоятельств дела вопреки доводам Банка вправе переквалифицировать те или иные отношения в отношения, которые обладают признаками состава, предусмотренного пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, признав за требованием невозможность его включения в реестр требований кредитора должника в связи с фактическим его исполнением.

	В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

	По смыслу положений пункта 2 статьи 170 ГК РФ по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

	В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

	К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации.

	Исходя из изложенного, для признания сделки притворной необходимо установить, какую цель преследовали все стороны при ее заключении и на что была направлена действительная воля каждой из сторон.

	Судом первой инстанции установлено, что воля должника и Банка, являющихся аффилированными лицами, а также кредитором была направлена на прикрытие схемы финансирования договоров подряда посредством предоставления кредитору кредитных линий, в рамках которых уплата процентов и комиссий (обслуживание кредита) осуществлялось фактически должником, а полученные кредитором средства расходовались на финансирование (закупку материалов, субподрядчиков) и оплату работ. Следовательно, как правильно установил суд первой инстанции, кредитный договор выступал способом финансирования и оплаты выполняемых кредитором работ по договорам подряда, заключенным с должником.

	В рассматриваемом случае, вопреки доводам Банка, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о необходимости дать оценку кредитному договору, заключенному между Банком и кредитором и оценить его взаимосвязь с договорами подряда, заключенными между должником и кредитором, на которых основаны заявленные требования кредитора.

	В этой связи, суд первой инстанции обоснованно установил факт взаимосвязи кредитного договора с договорами подряда, признав указанный кредитный договор притворной сделкой, прикрывающей сделку кредита между Банком и должником в целях оплаты выполненных кредитором работ, а денежные обязательства должника перед кредитором на сумму 20 000 000 руб. — погашенными.

	Иной характер сложившихся между участниками обособленного спора отношений Банком не доказан.

	При этом суд апелляционной инстанции установил, что согласно представленным в материалы обособленного спора унифицированным актам по форме КС-2, КС-3, подписанным должником без замечаний, стоимость выполненных кредитором работ составила 27 905 337 руб. 62 коп., что не оспаривается конкурсным управляющим должником и находит подтверждение в оборотно-сальдовой ведомости по счету кредитора.	

	Поскольку материалами дела подтверждено погашение требования кредитора на сумму 20 000 000 руб., то включению в реестр требований кредиторов должника подлежат 7 905 337,62 руб.

	Таким образом, обжалуемое определение подлежит изменению в части  установления размера требования ООО «СК «Озон», подлежащего включению в реестр должника.

	Апелляционная жалоба Банка удовлетворению не подлежит.

	Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.11.2019по делу № А56-60824/2018-з.29 отменить в части оставления без удовлетворения консолидированного требования ООО «Строительная компания «Озон» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Норманн-Строй» на сумму 5 358 979,90 руб., изложив его резолютивную часть в следующей редакции:

«Включить в реестр требований кредиторов ООО «Норманн-Строй» с отнесением в третью очередь удовлетворения консолидированное требование ООО «Строительная компания «Озон» из договоров подряда о от 14.12.2015 №№14-12/15Ян-1-1-ростверк, 14-12/15Ян-1-2-ростверк, от 04.02.2016 №04-02/16Ян1- ростверк, от 11.07.2016 №11-07/16Ян1-2-монолит, от 29.06.2016 №29-06/16Мор1- монолит, от 06.07.2016 №06-07/16Мор1-монолитбк, от 14.03.2018 №14-03/18Ян1- монолит, от 15.03.2018 №15-03/18Ян1-ЖБИ, от 16.03.2018 №16-03/18Ян1-ПНД в сумме 7 905 337,62 руб.

	В остальной части, на сумму 20 000 000 руб., заявление ООО «Строительная компания «Озон» оставить без удовлетворения».

	В удовлетворении апелляционной жалобы ПАО «Донхлеббанк» отказать.

	Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

О.А. Рычагова

 

Судьи

Е.В. Савина

 И.Г. Медведева