ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 644024, 

<

...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-23728/2024

27 августа 2025 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 27 августа 2025 года. 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Воронова Т.А., судей Бацман Н.В., Краецкой Е.Б., при ведении протокола судебного заседания секретарем Зинченко Ю.О., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-4546/2025) государственного казенного учреждения Тюменской области «Управление капитального строительства» на решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19.05.2025 по делу № А75-23728/2024 (судья Бачурин Е.Д.),  

принятое по иску государственного казенного учреждения Тюменской области «Управление капитального строительства» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Медкон» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) о взыскании пени в размере 36 312 062,32 руб. по государственному контракту от 25.08.2023 № 0167200003423005050-42/23К,  

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, казенного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Управление капитального строительства»,  

в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции, приняли участие:  

от государственного казенного учреждения Тюменской области «Управление капитального строительства» - ФИО1 по доверенности от 09.01.2025;  

от общества с ограниченной ответственностью «Медкон» - ФИО2 по доверенности от 28.12.2024;  

установил:

государственное казенное учреждение Тюменской области «Управление капитального строительства» (далее – ГКУ ТО «УКС», учреждение, истец) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Медкон» (далее – ООО «Медкон», общество, ответчик) о взыскании пени в размере 36 312 062 руб. 32 коп. по государственному контракту от 25.08.2023 № 0167200003423005050-42/23К.  

 К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено казенное учреждение Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Управление капитального строительства» (далее – КУ «УКС Югры»).  

 Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19.05.2025 в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ГКУ ТО «УКС» обратилось в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.  

В обоснование апелляционной жалобы учреждение указывает, что объект «Центральная больница на 1100 коек в г.Нижневартовске (1,2 очереди)» 1 очередь (далее – Объект) функционирует и эксплуатируется эксплуатирующей организацией БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница», на объекте имеется все необходимое оборудование, в том числе сетевое/серверное, для надлежащей эксплуатации объекта; следовательно, у поставщика отсутствовали какие-либо препятствия в выполнении условий государственного контракта. При этом, новое оборудование (компьютеры и периферийное оборудование) для комплектации Объекта поставляет сам ответчик в рамках иного государственного контракта. Ответчиком в срок до 25.09.2023 не выполнен пункт 2.1.2 контракта об уведомлении о готовности товара. В свою очередь, ГКУ ТО «УКС» 25.03.2024 сообщало обществу о готовности принять оборудование, однако, поставка товара произведена лишь 21.11.2024. Письма ответчика, на которые ссылается суд первой инстанции, направлены истцу за сроками исполнения обязательств по контракту; доказательств поставки оборудования в дату, указанную ответчиком, не представлено. В письме от 18.06.2024 Исх-198 технический заказчик - КУ «УКС Югры», напротив, сообщило о готовности к приемке. Сотрудники филиала КУ «УКС Югры» постоянно находятся на объекте. Судом первой инстанции не учтено, что КУ «УКС Югры» в апреле-мае 2024 г. неоднократно направляло ответчику требования об устранении замечаний, возникших в ходе приемки товара; 28.06.2024 ответчику направлено письмо с просьбой обеспечить явку представителя для коллегиальной настройки и запуска анализаторов, было согласовано время коллегиальной настройки – 04.07.2024, однако, представитель общества не явился. Доказательства направления ответчиком письма от 14.06.2024 в адрес истца отсутствуют. В соответствии с протоколом проверки готовности оборудования от 09.10.2024, вопреки выводам суда первой инстанции, за большинство недостатков ответственность несет ООО «Медкон», что также подтверждается протоколами от 21.08.2024, 01.11.2024. Таким образом, нарушение сроков произошло по вине ответчика, препятствий к исполнению обязательства у ООО «Медкон» не имелось. Истец выражает несогласие с выводом суда первой инстанции об отсутствии согласования сроков после изменения условий контракта.  

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «Медкон» просит решение суда первой инстанции оставить без изменения.  

В заседании суда апелляционной инстанции представители сторон поддержали письменно изложенные позиции.  

Представитель надлежаще извещенного третьего лица в судебное заседание не явился; на основании статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в его отсутствие.  

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв, выслушав представителей, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства.  

Как следует из материалов дела, между ГКУ ТО «УКС» (государственный заказчик) и ООО «Медкон» (поставщик) заключён государственный контракт № 0167200003423005050- 42/23К от 25.08.2023 (далее – Контракт) на поставку программного комплекса автоматизации лечебно-диагностической деятельности медицинского учреждения по объекту «Центральная больница на 1100 коек в г. Нижневартовске (1,2 очереди)» 1 очередь.  

Согласно пункту 1.1. контракта поставщик по заданию государственного заказчика обязуется осуществить поставку программного комплекса автоматизации лечебно-диагностической деятельности медицинского учреждения (товар) для комплектации объекта капитального строительства: «Центральная больница на 1100 коек в г. Нижневартовске (1,2 очереди)» 1 очередь, по наименованиям, в количестве и ассортименте согласно спецификации, прилагаемой к настоящему контракту и являющейся его неотъемлемой частью (приложение к контракту), а также осуществить собственными силами и средствами доставку, разгрузку, установку, вывоз мусора (тары, упаковки) за пределы объекта, а государственный заказчик обязуется в порядке и сроки, предусмотренные контрактом, принять и оплатить поставленный товар.  

В соответствии с пунктом 6.1. контракта цена контракта составляет 124 101 375 руб.  

Согласно пункту 3.2.5. контракта государственный заказчик вправе передать часть своих прав и обязанностей, указанных в подпунктах 3.1.2., З.1.3., 3.2.1., 3.2.2., 3.2.3., 3.2.4., подпункте «б» пункта 5.5. контракта уполномоченному лицу в установленном законом порядке на основании заключенного государственного контракта.  

В соответствии с данным пунктом часть прав и обязанностей государственного заказчика переданы уполномоченному лицу - казенному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Управление капитального строительства» (далее - технический заказчик), на основании заключенного государственного контракта № 2/23пр от 01.01.2023 на безвозмездное оказание услуг по осуществлению функций технического заказчика при строительстве и реконструкции объектов капитального строительства на территории Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.  

Пунктом 4.1 контракта предусмотрены сроки исполнения контракта: начало исполнения контракта с даты заключения контракта. Окончание исполнения контракта 15.11.2023.  

Пунктом 4.2. контракта определено, что поставка доставка, разгрузка, установка товара поставщиком должна быть осуществлена с даты заключения контракта в срок до 30 сентября 2023 года, исполнение поставщиком обязательств по частям контрактом не предусмотрено. Датой приемки поставленного товара считается дата размещения в единой информационной системе документа о приемке, подписанного Государственным заказчиком (пункт 4.3. контракта).  

В соответствии со спецификацией в редакции дополнительного соглашения № 1 от 17.06.2024 к контракту, поставка программного комплекса автоматизации лечебно-диагностической деятельности медицинского учреждения включает в себя в том числе: поставку и установку программного обеспечения; настройку и интеграцию с действующими системами; подключение оборудования; тестирование и демонстрацию работоспособности комплекса.  

Согласно пункту 8.4. контракта, в случае просрочки исполнения поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, государственный заказчик направляет поставщику требование об уплате пеней. Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта (отдельного этапа исполнения контракта), уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом (соответствующим отдельным этапом исполнения контракта) и фактически исполненных поставщиком.  

Как указывает истец, документ о приемке товара подписан государственным заказчиком и размещен в единой информационной системе 20.11.2024, соответственно, товар поставлен обществом с нарушением срока, установленного контрактом.  

В связи с нарушением срока поставки товара поставщику направлены претензии № 34/01-Исх-2596 от 18.10.2023, Исх-1265 от 01.04.2024, исх. № 34/01-Исх-3684 от 27.09.2024.  

Поскольку требование об оплате неустойки ответчиком в добровольном порядке не исполнено, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском о взыскании с общества «Медкон» пени в размере 36 312 062,32 руб.  

Возражая по заявленным требованиям ответчик ссылался на то, что просрочки исполнения обязательств обусловлена действиями самого истца, который не обеспечил наличие и надлежащее состояние электронных вычислительных машин, на которые подлежала установка программного обеспечения.  

Суд первой инстанции, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.  

Отказывая в исковых требованиях, суд первой инстанции руководствовался статьями 1, 8, 307, 308, 310, 330, 401, 405, 406, 521, 716, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее  

- Закон № 44-ФЗ), исходил из отсутствия оснований для привлечения компании к гражданско-правовой ответственности.  

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, по доводам апелляционной жалобы (пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»), суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены или изменения.  

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.  

В силу пункта 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.  

Срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 ГК РФ (пункт 1 статьи 457 ГК РФ).  

В договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работ (пункт 1 статьи 708 ГК РФ).  

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается (статьи 309, 310 ГК РФ).  

Контрактная система в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд является специальным институтом, для которого, однако, характерны особенности гражданских правоотношений, в том числе - возможность взыскания неустойки.  

Пунктом 1 статьи 329 ГК РФ предусмотрено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой.  

Действующее гражданско-правовое регулирование института ответственности по общему правилу исходит из того, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (пункт 1 статьи 401 ГК РФ). При этом, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).  

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», если иное не установлено законом, в случае, когда должник не может исполнить своего обязательства до того, как кредитор совершит действия, предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающие из обычаев или существа обязательства, применению подлежат положения статей 405, 406 ГК РФ.  

В соответствии со статьей 405 ГК РФ допускается возможность квалификации бездействия должника как невиновного в случае, если обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.  

Таким образом, правовая природа просрочки кредитора, как фактического обстоятельства, исключающего квалификацию поведения должника в качестве нарушения, состоит в объективной невозможности осуществления обязанным лицом возложенного на него исполнения. Иными словами, в качестве просрочки кредитора может быть расценено не любое несовершение им предусмотренных законом или договором действий, а лишь такое поведение, прямым следствием которого явилось вынужденное (невиновное) невыполнение обязательств должником. Однако применение указанной нормы недопустимо, если должник был в состоянии исполнить обязательство, вне зависимости от того, что кредитором не совершены действия, влекущие его просрочку (абзац третий пункта 1 статьи 406 ГК РФ).  

Отказывая в удовлетворении исковых требований и отклоняя доводы истца, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что не исполнение поставщиком обязательств по поставке и установке программного комплекса автоматизации лечебно-диагностической деятельности медицинского учреждения обусловлено просрочкой кредитора, поскольку оборудование, на которое должно было быть установлено ответчиком программное обеспечение, на объекте отсутствовало; при этом, суд первой инстанции принял во внимание следующие фактические обстоятельства.  

Ответчик неоднократно информировал истца о наличии зависящих от истца препятствий к установке оборудования, направив ему письма исх. № 765/МДН.23 от 03.11.2023, исх. № 863/МДН.23 от 20.12.2023, исх. № 214/МДН.24 от 15.04.2024.  

В частности, письмо исх. № 765/МДН.23 от 03.11.2023 содержит информацию о том, что программное обеспечение находилось на объекте с 20.09.2023, но его установка невозможна из-за неготовности сетевого оборудования, соответственно, указанным письмом ответчик предупредил истца о наличии объективных причин, препятствующих исполнению обязательств.  

Письмом исх. № 863/МДН.23 от 20.12.2023 ответчик уведомил истца о том, что передача и демонстрация товара будет осуществлена на объекте 21.12.2023, и повторно просил направить представителя истца для осуществления приемки; ответа со стороны истца не предоставлено. Указанное подтверждает, что ответчик сделал попытку исполнить обязательства, но истец не присутствовал на объекте.  

В письме исх. № 214/МДН.24 от 15.04.2024 ответчик указывает на обстоятельства, препятствующие исполнению обязательств: неготовность сетевого оборудования; отсутствие согласования сроков после изменения условий контракта; отказ истца принимать товар.  

В письме исх. № 34/012-Исх-198 от 18.06.2024 истец фактически признал отсутствие технической готовности объекта и необходимости предоставления оборудования и комплектующих, указанное прямо подтверждает, что истец осознавал наличие препятствий и не обеспечил условия для установки программного комплекса.  

В письме исх. № 377/МДН.24 от 14.06.2024 ответчик информирует о том, что технический заказчик не принял товар, хотя товар был готов к передаче; это указывает, что причиной задержки стало поведение истца, а не ответчика.  

Распоряжением заместителя Губернатора Ханты-Мансийского автономного округа- Югры от 24.07.2024 № 286-р создана комиссия по проведению тестовой эксплуатации программного комплекса автоматизации лечебно-диагностической деятельности Объекта.  

Так, в Протоколе проверки готовности оборудования от 09.10.2024, зафиксированы технические недостатки объекта, препятствовавшие установке программного обеспечения. В частности, отсутствовали необходимые настройки для работы с анализаторами, не была выполнена интеграция между РИС и МИС, отсутствовало резервное электропитание, не были обеспечены минимальные условия для развертывания программного комплекса.  

Протоколом проверки готовности оборудования от 09.10.2024 были также зафиксированы недостатки, являющиеся зоной ответственности истца, которые препятствовали ответчику в исполнении обязательств по государственному контракту, а именно: неготовность сетевого оборудования; отсутствие необходимых комплектующих; недостаточная подготовка диагностического оборудования; не выполненные работы по интеграции систем. Указанным  

проколом осуществление действий по устранению недостатков возложено на медицинское учреждение (графа «необходимые работы» и «ответственные»).  

Данные обстоятельства подтверждены подписями представителей истца и технического заказчика, включая Врио директора Управления капитального строительства ХМАО–Югры, Директора филиала КУ «УКС Югры» в Нижневартовске и Первого заместителя директора Департамента информационных технологий и цифрового развития ХМАО–Югры.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что совокупность имеющихся в материалам дела доказательств свидетельствует о том, что по состоянию на 09.10.2024 объект не был подготовлен заказчиком (истцом) для надлежащего исполнение поставщиком (ответчиком) обязательств по установке программного комплекса автоматизации лечебно-диагностической деятельности медицинского учреждения.  

Соответственно, просрочка исполнения обязательств со стороны ответчика является следствием поведения истца, а не самостоятельным умышленным нарушением со стороны общества, в связи с чем основания для наступления ответственности ООО «Медкон» в виде уплаты пени отсутствуют.  

Суд первой инстанции обоснованно обратил внимание, что аналогичные обстоятельства при исполнении иных контрактов по установке оборудования на том же Объекте в этот же период являлись предметом исследования и судебной оценки при рассмотрении иных дел.  

В частности, в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11.06.2025 по делу № А75-11947/2024 (по иску к ООО «Максофт»), постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025 по делу № А75-11946/2024 (по иску к ООО «Максофт Защита»), постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 25.06.2025 по делу № А75-11945/2024 (по иску к ООО «Максофт Защита»), постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2025 по делу № А75-11944/2024 (по иску к ООО «Максофт Защита») отражено, что при рассмотрении названных дел установлено, что в ходе исполнения контракта поставщиком (по контрактам поставке также подлежали компьютеры и периферийное оборудование на тот же Объект) был выявлен факт очевидной неготовности помещений для выполнения работ по контракту (объект не введен в эксплуатацию полностью), неготовности сетевого, серверного и компьютерного оборудования, установленного на объекте капитального строительства, которое имело место еще как минимум по состоянию на конец октября 2023 года.  

Судами учтено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

В обычной хозяйственной практике во избежание непроизводительных расходов по транспортировке груза с места на место, привлечения специальной техники, возможных хищений и утраты товара, не принятого в месте поставки, таковой поставляется непосредственно на подготовленную площадку, где будет размещен и смонтирован непосредственно после поставки, передан после этого заказчику с переходом на последнего риска случайной гибели имущества.  

Поставка программного обеспечения на объект, на котором отсутствует оборудование для установки на него программного продукта, означает, что компания после доставки товара должна будет принять меры по его сохранности на объекте до момента готовности соответствующего оборудования либо нести расходы по его обратной транспортировке к грузоотправителю, а затем возвращаться, возможно даже неоднократно, к вопросу его повторной поставки с последующей настройкой корпоративного сервера лицензирования  

и пакета офисных программ на локальных рабочих местах, что не соответствует обычаям гражданского оборота, нарушает баланс интересов сторон.  

Указанные фактические обстоятельства имели место и при исполнении государственного контракта, на котором основаны требования и в рамках настоящего дела. Оснований полагать, что именно для исполнения спорного контракта, в отличие от иных аналогичных контрактов, заказчиком совершены все необходимые подготовительные действия и никаких препятствий для установки оборудования не имелось, у суда апелляционной инстанции отсутствуют, доказательств обратного в материалы дела не представлено.  

Вопреки доводам апелляционной жалобы, к Протоколу проведения тестовой эксплуатации Программного комплекса от 21.08.2024 была приложена Таблица с подробным перечнем недостатков и перечнем действий, которые необходимо осуществить истцу для создания для ответчика условий по обеспечению технической готовности для исполнения ответчиком обязательств по установке программного комплекса.  

Так, в Протоколе от 21.08.2024, подписанном в том числе представителем Департамента информационных технологий и цифрового развития ХМАО-Югры, отражены такие недостатки, как ПО 9 анализаторов не настроено, так как нет соответствующих настроек от поставщика оборудования (зона ответственности УКС); РИС настроена на всем тяжелом оборудовании, к которому получен доступ, доступ к четырем единицам отсутствует (зона ответственности УКС); отсутствует необходимое электропитание, в ЦОД не организовано необходимое количество розеток, есть только бытовые удлинители, которые уже перегорали, отсутствует резервное питание и система управления им (зона ответственности УКС); отсутствует система управления температурой в ЦОД, что также является зоной ответственности УКС; а также иные недостатки и обстоятельства, ответственность за которые несет УКС и которые препятствовали завершению исполнения ответчиком обязательств по Государственному контракту. В приложении к Протоколу от 09.10.2024 (п.1) указаны действия, которые необходимо было совершить истцу для предоставления технической готовности и возможности для исполнения обязательств ответчиком.  

Таким образом, именно на истце лежит ответственность за те недостатки, которые препятствовали установке оборудования.  

Протокол проверки готовности оборудования от 09.10.2024 содержит указание на нарушения, аналогичные нарушениям, отраженным в Протоколе проведения тестовой эксплуатации программного комплекса от 21.08.2024, что свидетельствует о длящемся несовершении истцом подготовительных действий.  

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик пояснил (и данное пояснение не опровергнуто истцом), что довод апелляционной жалобы о том, что новое оборудование (компьютеры и периферийное оборудование) для комплектации вышеуказанного Объекта поставляет сам ответчик в рамках заключенного государственного контракта № 0167200003423004996-45/23К от 07.09.2023, не соответствует действительности, поскольку установка программного комплекса в рамках государственного контракта № 0167200003423005050- 42/23К осуществлялась на иное оборудование, поставляемое на Объект третьими лицами, а не ООО «Медкон» в рамках указанного истцом государственного контракта.  

Как следует из пояснений самого истца и представленных им документов, ГКУ ТО «УКС» обратилось к ответчику с запросом информации о сроках поставки лишь 19.03.2024 (при том, что срок поставки договором изначально был установлен до 30.09.2023), ранее истец уведомлений о готовности принять поставку не направлял, не отвечал на письма общества о готовности передать товар; утверждение о том, что в конце декабря третье лицо передало ответчику замечания, не подтвержден документально, само по себе направление замечаний не свидетельствует о готовности объекта.  

При этом, неготовность оборудования сохранялась и впоследствии, что подтверждается протоколом проведения тестовой эксплуатации от 21.08.2024.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии вины ООО «Медкон» в несвоевременном исполнении обязательства и отсутствии оснований для взыскания неустойки за просрочку исполнения.  

В удовлетворении исковых требований отказано правомерно. Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению. 

Нормы материального права судом первой инстанции при разрешении спора были применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.  

Решение суда первой инстанции является законным и обоснованным. 

Следовательно, оснований для отмены обжалуемого решения арбитражного суда не имеется, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы, судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на ее подателя.  

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19.05.2025 по делу № А75-23728/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.  

Председательствующий Т.А. Воронов  

Судьи Н.В. Бацман  

 Е.Б. Краецкая