ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-48354/2020

Дело № А40-236702/15

г. Москва

21 октября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, 

судей Р.Г. Нагаева, В.С. Гарипова

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу к/у ООО «Техника Плюс» ФИО2

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 21 августа 2020, вынесенное судьей Игнатовой Е.С., об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительным соглашения о зачете взаимных требований, заключенного 08.04.2015 обществом с ограниченной ответственностью «Транском» и ФИО3 по делу № А40-236702/15 о банкротстве ООО «Техника Плюс»

при участии в судебном заседании:

от к/у ООО «Техника Плюс» -ФИО4 дов. от 02.07.2020

от ФИО3 – ФИО5 дов. от 26.02.2019

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 03.10.2016 ООО «Техника Плюс» признано банкротом, в отношении него открыта процедура конкурсного производства; определением суда от 12.12.2016 конкурсным управляющим утверждена ФИО2 

Конкурсный управляющий 04.02.2020 обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании недействительным соглашения о зачете взаимных требований, заключенного 08.04.2015 обществом с ограниченной ответственностью «Транском» (далее – общество «Транском») и ФИО3 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21 августа 2020 в удовлетворении заявления отказано. 

Не согласившись с определением суда, конкурсный управляющий должника обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

От ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представитель ответчика возражал по апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установлено судом первой инстанции, 08.04.2015 между обществом «Транском» и ФИО3 заключено соглашение о зачете взаимных требований, согласно которому прекращаются взаимные обязательства сторон в размере 20 125 525 рублей. 

В частности, прекращены обязательства ФИО3 по возврату обществу «Транском» неосновательного обогащения (подтвержденные вступившими в законную силу решениями Никулинского районного суда города Москвы от 13.12.2017 по делам № 2-6434/2017 и № 2-6435/2017) и обязательства общества «Транском» по погашению задолженности перед ФИО3 по договору аренды от 01.07.2013. 

Единственный участник общества «Транском» 02.07.2015 принял решение о реорганизации этого общества в виде присоединения к должнику. Соответствующая запись внесена в Единый государственный реестр юридических лиц 05.11.2015.

Заявитель, полагая, что соглашение о зачете заключено при злоупотреблении правом и в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также является мнимой сделкой, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Заявитель указал, что соглашение заключено за восемь месяцев до возбуждения дела о банкротстве должника; В результате заключения соглашения кредиторам должника причинен вред, поскольку они утратили возможность удовлетворить свои требования за счет взыскания дебиторской задолженности с ФИО3; на дату заключения соглашения должник отвечал признаку неплатежеспособности; Цена спорной сделки превысила 20 процентов от размера активов общества «Транском»; Стороны соглашения являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами; Задолженность общества «Транском» перед ФИО3 по договору аренды не подтверждена документально; Подписывая соглашение, стоны преследовали цель не допустить взыскания дебиторской задолженности с ФИО3 по требованиям кредиторов должника.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания спорной сделки недействительной в соответствии с ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также ст.ст. 10, 170 ГК РФ.

Апелляционный суд соглашается с такими выводами суда первой инстанции.

Как следует их материалов дела, заявление о признании должника банкротом принято судом первой инстанции 10 декабря 2015г, оспариваемое соглашение заключено 08.04.2015, т.е. в годичный и трехлетний периоды, установленные ч.ч. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно абз. 4 п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 при определении соотношения п. п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего: если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных п. 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (п. 9). В случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как п. 1, так и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: 

- сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота);

 - неравноценное встречное исполнение обязательств. 

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред 3 имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

 Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

 Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что конкурсный управляющий не доказал, что на дату совершения оспариваемой сделки общество «Транском» отвечало признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и, следовательно, не доказал, что спорная сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

Обосновывая своё требование, заявитель указал, что по сведениям годового бухгалтерского баланса за 2014 год размер активов общества «Транском» составлял 31 066 000 рублей, а размер его обязательств – 30 815 000 рублей (на 251 000 рублей меньше). Прибыль общества «Транском» за 2014 год составила 375 000 рублей. 

При этом, иных доводов не приведено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, представленная в материалах дела бухгалтерская отчетность о неудовлетворительном финансовом состоянии должника не свидетельствует.

К аналогичным выводам также пришли суды первой и апелляционной инстанции по настоящему делу в рамках обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего ООО «Техника Плюс» о признании недействительными сделками платежей, совершенных в период с 10.10.2014 по 27.02.2015, в пользу ФИО3 на общую сумму 1 510 200 руб.

При этом, апелляционный суд отмечает, что не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. 

В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Судом первой инстанции также установлено, что в материалы дела представлен договор аренды от 02.07.2013, заключенный ФИО3 (арендодатель) и обществом «Транском» (арендатор), акт оказания услуг по этому договору от 31.07.2014 № 00000001, а также договор субаренды, заключенный 01.08.2014 обществом «Транском» и индивидуальным предпринимателем ФИО6 (субарендатор), указывающие на реальность арендных отношений, в рамках которых на стороне арендатора сформировалась зачтенная 08.04.2015 задолженность. 

Договор аренды от 02.07.2013 не признан недействительной сделкой. 

В связи с этим суд первой инстанции правомерно исходил из недоказанности того, что в результате заключения соглашения о зачете взаимных требований на 20 125 525 рублей имущественное положение общества «Транском» изменилось в худшую сторону; доказательств причинения вреда чьим-либо интересам в результате совершения этой сделки не представлено. 

Необходимо учитывать, что реорганизация ООО «Транском» была осуществлена лишь в июле 2015. 

Соответственно, имея установленный факт отсутствия неплатежеспособности ООО «Транском» на момент реорганизации, а также учитывая то, что оспариваемая сделка совершена до такой реорганизации, доводы апелляционной жалобы о причинении вреда кредиторам являются необоснованными.

Кроме того, определением Арбитражного суда г. Москвы от 07.03.2018 по делу № А40-236702/15 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Техника Плюс» ФИО2 к ООО «РИСАНСИТИ» о признании недействительными действий по перечислению ООО «Транском» в пользу ООО «РИСАНСИТИ» денежных средств на сумму 20 000 000 руб. отказано. 

При этом, судом сделан вывод о том, что не может быть признано ненадлежащим исполнение добросовестному кредитору, который принял как причитающееся с ФИО3, предложенное третьим лицом.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 07.03.2018 г. установлено, что ООО «РИСАНСИТИ» имело право требования к ФИО3 на сумму 20 000 000 руб. Указанное требование исполнено третьим лицом ООО «Транском» за ФИО3 Указанное исполнение принято ООО «РИСАНСИТИ». 

С указанного момента у ООО «Транском» появилось право требования к ФИО3 на сумму 20 000 000 руб. В то же время, как следует из оспариваемого соглашения о зачете, ООО «Транском» имело задолженность перед ФИО3 по договору аренды от 02 июля 2013 г. на сумму 20 125 525 руб. 

Соответственно, у ФИО3 имелись обязательства перед ООО «Транском» на сумму 20 000 000 руб. вследствие исполнения ООО «Транском» обязательств ФИО3 перед ООО «РИСАНСИТИ».

ООО «Транском» имело обязательства перед ФИО3 по договору аренды от 02 июля 2013 г., реальное исполнение которого подтверждается договором субаренды, заключенным между ООО «Транском» и ИП ФИО6

 Таким образом, является несостоятельным довод жалобы о том, что оспариваемым соглашением прекращены несуществующие обязательства ООО «Транском» перед ФИО3

В рамках заключения оспариваемого соглашения, указанные в п.1 и 2 взаимные обязательства сторон были прекращены.

Таким образом, судом первой инстанции верно установлено, что в результате совершения оспариваемой сделки прекращены равноценные взаимные требования ФИО3 и ООО «Транском». 

Следовательно, заключение оспариваемого соглашения не повлекло за собой наличие у ООО «Транском» вреда, в смысле положений Закона о банкротстве.

Поскольку обязательства ООО «Траснком» перед ФИО3 и обязательства ФИО3 перед ООО «Траснком» являются реальными, довод апелляционной жалобы о том, что оспариваемая сделка не соответствует положениям ст. 410 ГК РФ, является необоснованным.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, то обстоятельство, что оспариваемое соглашение о зачете не было представлено в обособленный спор по заявлению об оспаривании платежей ООО «Транском» в адрес ООО «Рисансити», не свидетельствует о том, что такое соглашение не существовало и реально не исполнялось, поскольку в указанном обособленном споре не исследовались фактические правоотношения сторон, а суды руководствовались недоказанностью обстоятельств, установленных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

О допущенных судом первой инстанции нарушениях норм материального или процессуального права, а также выводах, не соответствующих фактическим обстоятельствам дела, не свидетельствует и довод апелляционной жалобы о том, что цена договора аренды от 02 июля 2013 г. не соответствует цене договора субаренды от 01.08.2014 г., поскольку предметом договора аренды от 02 июля 2013 г. являлось нежилое помещение площадью 414.8 кв. м., а не 148.6 кв. м., как по договору субаренды, заключенному с ИП ФИО7

Ссылка в апелляционной жалобе на разъяснения п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22 июня 2012 г. N 35 является необоснованной, поскольку п. 26 устанавливает повышенный стандарт доказывания при проверке обоснованности и размера требований кредиторов, заявленных ко включению в реестр требований кредиторов должника.

Относительно доводов о несоответствии оспариваемого соглашения положениям ст. 432 ГК РФ, апелляционный суд отмечает, что в силу ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

 Существенными условиями соглашения о зачете являются обязательства, подлежащие зачету, сумма таких обязательств. 

Как следует из оспариваемого соглашения о зачете, ФИО3 имеет обязательство перед ООО «Траснком», основанное на ряде платежных поручений.

Как установлено Определением Арбитражного суда г. Москвы от 07.03.2018 г. по делу А40-236702/2015, указанные платежные поручения содержат в себе указание на основание платежа: «Оплата по договору участия в долевом строительстве от 20.03.2014 г. за ФИО3 Викторовну…». 

В то же время, п. 2 соглашения установлено, что обязательство ООО «Транском» перед ФИО3 основано на договоре аренды от 02.07.2013 г.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы о том, что соглашение о зачете не соответствует положениям ст. 432 ГК РФ, является необоснованными.

Кроме того, как следует из пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Как следует из пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.

Конкурсным управляющим должника не представлено доказательств того, что ФИО3 относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве, к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение при применении пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Не представлено конкурсным управляющим должника и доказательств того, что ФИО3 знала или должна была знать о неплатежеспособности ООО «ТРАНСКОМ» (впоследствии реорганизованное путем присоединения к ООО «Техника Плюс») на момент совершения оспариваемой сделки.

Учитывая то обстоятельство, что на момент совершения соглашения о зачете ООО «Траснком» признаками неплатежеспособности не обладало, каких-либо кредиторов (в контексте положений Закона о банкротстве), а также, принимая во внимание то, что материалами дела не подтверждается наличие между ФИО8 и ФИО3 брачных отношений, довод апелляционной жалобы о том, что соглашение о зачете совершено между заинтересованными лицами, является несостоятельным.

Таким образом, оснований для признания оспариваемой сделки по ч.ч. 1 и 2 ст. 61.2 закона о банкростве не имеется.

Соглашается суд апелляционной инстанции и с выводом об отсутствии оснований для признания оспариваемого соглашения недействительным по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

Пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. 

Однако таких доказательств конкурсный управляющий должника в материалы дела не представил. 

Учитывая недоказанность конкурсным управляющим должника неплатежеспособности ООО «ТРАНСКОМ» на момент совершения оспариваемой сделки, а также неравноценности встречного исполнения ФИО3 у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания полагать, что оспариваемые перечисления совершены с целью реализации какого-либо противоправного интереса.

Равным образом, является несостоятельным довод апелляционной жалобы о мнимости соглашения о зачете. 

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

 Вместе с тем, наличие между ООО «Транском» и ФИО3 арендных отношений, наличие у ООО «Транском» субарендных отношений, исполнение обязательств ООО «Транском» в адрес ООО «Рисансити» подтверждают реальность самого договора аренды, а, значит, и задолженности ООО «Транском» перед ФИО3

При этом доводы конкурсного управляющего должника об отсутствии экономической целесообразности соглашения о зачете встречных требований, о значительном размере совершенной сделки, совершении ее в преддверии реорганизации и банкротства, на убыточных условиях, подлежат отклонению как необоснованные.

Все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

 Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 21 августа 2020 г. по делу № А40-236702/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу к/у ООО «Техника Плюс» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:В.В. Лапшина

Судьи:В.С. ФИО9

Р.Г. Нагаев