Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

 

Именем Российской Федерации

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-18753/2017

г. Владивосток

18 сентября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 сентября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 сентября 2018 года.

 

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.А. Скрипки,

судей К.П. Засорина, Е.Н. Шалагановой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3

апелляционные производства № 05АП-6226/2018, № 6227/2018

на определение от 13.07.2018 

судьи О.В. Васенко

по делу № А51-18753/2017 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению Попова Виталия Владимировича

к обществу с ограниченной ответственностью «ТРАНСОЙЛГРУП» (место нахождения: 692904, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о признании несостоятельным (банкротом),

заявление ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника требования в общем размере 32 090 100 рублей,

при участии:

лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились, 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 (далее – ФИО4, заявитель по делу) обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ТРАНСОЙЛГРУП» (далее – ООО «ТРАНСОЙЛГРУП», должник).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 17.10.2017 в отношении ООО «ТРАНСОЙЛГРУП» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим должника утверждена ФИО5.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 25.11.2017 № 220. 

ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор) обратилась в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в общем размере 32 090 100 рублей.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 13.07.2018 в удовлетворении требований кредитора отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 и ФИО3 обратились в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт о признании  требований ФИО2 обоснованными.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ФИО2 указывает, что при вынесении обжалуемого определения суд неправильно применил нормы права, дал неверную оценку обстоятельствам дела. Полагает ошибочными выводы суда о корпоративном характере правоотношений ФИО2 и должника по договорам беспроцентного займа, а также о наличии у должника на момент их заключения признаков несостоятельности. 

ФИО3 в своей апелляционной жалобе указывает, что спорные денежные средства поступали на счет должника, в том числе и от него. 

Определениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2018 жалобы заявителей приняты к производству, и совместное рассмотрение назначено на 11.09.2018.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы ФИО3, проверив в порядке статей 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о прекращении производства  по апелляционной жалобе ФИО3 в силу следующих обстоятельств.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, не участвовавшие в деле, о правах и обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным этим Кодексом. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле. 

По смыслу приведенной нормы, необходимым условием для возникновения у лица, не участвующего в деле, права на обжалование судебного акта является то, что последний должен быть принят в отношении его прав и обязанностей. При этом судебный акт может быть признан вынесенным о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, лишь в том случае, если им устанавливаются либо прекращаются, изменяются права этого лица относительно предмета спора либо возлагаются определенные обязанности на это лицо, а не просто затрагивают его интересы.

Согласно статье 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации право обжаловать судебный акт в порядке апелляционного производства имеют лица, участвующие в деле, а также иные лица в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении статей 257, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судам апелляционной инстанции следует принимать во внимание, что право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт. В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора. Если после принятия апелляционной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Кодекса производство по жалобе подлежит прекращению.

Статьями 34 и 35 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» определен круг лиц, участвующих в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, и, соответственно, имеющих право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного и кассационного производства.

В силу пункта 1 статьи 34 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» лицами, участвующими в деле о банкротстве, являются: должник; арбитражный управляющий; конкурсные кредиторы; уполномоченные органы; федеральные органы исполнительной власти, а также органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления по месту нахождения должника в случаях, предусмотренных данным Законом; лицо, предоставившее обеспечение для проведения финансового оздоровления.

Статья 35 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» относит к лицам, участвующим в арбитражном процессе по делу о банкротстве, представителя работников должника; представителя собственника имущества должника - унитарного предприятия; представителя учредителей (участников) должника; представителя собрания кредиторов или представитель комитета кредиторов; представителя федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности в случае, если исполнение полномочий арбитражного управляющего связано с доступом к сведениям, составляющим государственную тайну; уполномоченных на представление в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, интересов субъектов Российской Федерации, муниципальных образований соответственно органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления по месту нахождения должника; иных лиц в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и настоящим Федеральным законом.

По смыслу положений Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсный кредитор становится лицом, участвующим в деле о банкротстве, с момента принятия судом определения о включении его требований в реестр требований кредиторов. 

Как разъяснено в абзаце 4 пункта 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», статус лица, участвующего в деле о банкротстве, и соответствующие права (в частности, на ознакомление с материалами дела в части предъявленных всеми кредиторами требований и возражений, на участие в судебных заседаниях по рассмотрению требований всех кредиторов, на обжалование судебных актов, принятых по результатам рассмотрения указанных требований), необходимые для реализации права на заявление возражений, возникают у кредитора с момента принятия его требования к рассмотрению судом. Таким образом, полномочия названных лиц ограничены вышеуказанными пределами и не подлежат расширительному толкованию.

Приведенное разъяснение, однако, касается права кредитора как лица, участвующего в деле, лишь относительно обжалования судебных актов, связанных с установлением факта наличия задолженности перед другими кредиторами, ее размера и очередности погашения, но не судебных актов относительно существа дела. В связи с чем, судебной коллегией в отсутствие судебного акта, подтверждающего включение финансовых требований ФИО3 в реестр должника, отклоняется довод апелляционной жалобы последнего о том, что ФИО3 является кредитором должника в связи с перечислением заемных денежных средств должнику.

Лица, не указанные в статьях 34 и 35 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», не могут обладать правами лиц, участвующих в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве.

Таким образом, ФИО3 в рамках настоящего дела подана апелляционная жалоба как лицом, не участвующим в деле, о правах и обязанностях которого не принят по делу судебный акт. В рамках настоящего обособленного спора не подлежат оценке заемные отношения между ФИО3 и ФИО2 

 В то же время, наличие у лица, не привлеченного к участию в деле, той или иной степени заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебного акта. Обратный подход по сути привел бы к неверному выводу о необходимости привлечения в каждом деле по иску (заявлению, требованию в деле о банкротстве) того или иного юридического лица всех лиц, косвенно заинтересованных в том или ином разрешении спора.

Поскольку апелляционная жалоба подана лицом, не участвующим в деле, в отсутствие судебного акта, подтверждающего включение финансовых требований ФИО3 в реестр должника, не подлежат оценке апелляционного суда доводы апеллянта о наличии на стороне должника задолженности перед ФИО3

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в случае, когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя. При отсутствии соответствующего обоснования апелляционная жалоба возвращается в силу пункта 1 части 1 статьи 264 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

После принятия апелляционной жалобы лица, не участвовавшего в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции определяет, затрагивает ли принятый судебный акт непосредственно права или обязанности заявителя, и, установив это, решает вопросы об отмене судебного акта суда первой инстанции, руководствуясь пунктом 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и о привлечении заявителя к участию в деле. Если после принятия апелляционной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по жалобе подлежит прекращению.

С учетом установленного, исходя из разъяснений пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», производство по апелляционной жалобе ФИО3 подлежит прекращению применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствует суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы ФИО2, проверив в порядке статей 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Одним из последствий введения в отношении должника наблюдения, предусмотренным статьей 63 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», является наступление сроков исполнения возникших до введения наблюдения денежных обязательств и уплаты обязательных платежей. С даты принятия арбитражным судом определения о введении наблюдения все требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей могут быть предъявлены к должнику с соблюдением установленного названным законом порядка предъявления требований к должнику.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» размер денежных обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он определен судом в порядке, предусмотренном Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

При этом под денежным обязательством в силу абзаца 4 статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации основанию.

В соответствии с пунктами 6 и 7.1 статьи 16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер. Требования конкурсных кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, учитываются в реестр требований кредиторов в составе требований кредиторов третьей очереди.

В силу пункта 1 статьи 71 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для целей участия в первом собрании кредиторов, кредиторы вправе предъявить требования по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

Поскольку сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано 25.11.2017, кредитор – ФИО2 предъявила свои требования к должнику, исходя из даты обращения кредитора в арбитражный суд (19.12.2017 согласно штампу канцелярии суда), в пределах установленного пунктом 1 статьи 71 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» срока.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приведет к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Таким образом, арбитражный суд в любом случае проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов.

Из содержания заявления ФИО2 следует, что ее требования обусловлены наличием неисполненного должником обязательства по возврату беспроцентного займа. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО2 (заимодавец) и ООО «ТРАНСОЙЛГРУП» в лице директора ФИО2 (заемщик) в 2015 и 2016 годах заключены следующие договоры беспроцентного займа:

- от 25.06.2015 на сумму 6 604 000 руб. сроком возврата до 01.04.2016 включительно;

- от 11.09.2015 № 2005/15 на сумму 13 000 000 руб. сроком возврата до 10.09.2016 включительно;

- от 29.02.2016 на сумму 15 500 000 руб. сроком возврата до 31.12.2016 включительно.

Поступление  на счет ООО «ТРАНСОЙЛГРУП» 6 604 000 руб. по договору займа без номера от 25.06.2015 подтверждается объявлением на взнос наличными № 3699 от 25.06.2015 на сумму 6 604 000 руб., а также выпиской по счету должника в КБ «ПРИСКО КАПИТАЛ БАНК» за 25.06.2015 .

Поступление  на счет ООО «ТРАНСОЙЛГРУП» 13 000 000 руб. по договору займа № 2005/15 от 11.09.2015 подтверждается объявлением на взнос наличными № 9626 от 11.09.2015 на сумму 13 000 000 руб., а также выпиской по счету должника в КБ «ПРИСКО КАПИТАЛ БАНК» за 11.09.2015.

В качестве доказательства внесения в кассу должника денежных средств по договору займа от 29.02.2016 кредитором представлена оборотно-сальдовая ведомость по счету 66 за июнь 2015-декабрь 2016 года.

При этом доказательств передачи должнику 15 500 000 руб. по договору беспроцентного займа от 29.02.2016 ФИО2 не представлено.

Указывая, что задолженность по договорам займа в размере 32 090 100 руб. не погашена и в отношении должника введена процедура банкротства, ФИО2 обратилась в суд с рассматриваемым требованием.

Давая оценку правоотношениям по договорам беспроцентного займа, апелляционный суд полагает необходимым применить положения главы 21  «Понятие обязательства» и главы 42 «Заем и кредит» Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статьям 307, 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства возникают из договора, иных оснований, предусмотренных законом, и должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Основанием для прекращения обязательства является его надлежащее исполнение (статья 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с требованиями статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. 

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

При этом, на основании пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 с 12.09.2008 являлась директором ООО «ТРАНСОЙЛГРУП», а с 06.09.2012 по настоящее время также является участником общества с долей участия в уставном капитале 100 процентов.

В целях настоящего Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника (пункт 1 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу в силу пункта 2 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, заинтересованными лицами по отношению к арбитражному управляющему, кредиторам признаются лица в соответствии с пунктами 1 и 3 настоящей статьи (пункт 4 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

По смыслу статьи 4 Закон РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 (ред. от 26.07.2006) «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо; лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы.

Апелляционным судом установлено, что договоры беспроцентного займа на дату их заключения подписаны между ФИО2 (заимодавец) и ООО «ТРАНСОЙЛГРУП» (заемщик) от имени директора ФИО2 

Таким образом, ФИО2 относилась к категории контролирующих должника лиц и осуществляющих его корпоративное управление в соответствии с Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и статьей 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При представлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Совокупность представленных в дело доказательств свидетельствует о корпоративном характере предоставления ФИО2 денежных средств по договорам беспроцентного займа от 25.06.2015, от 11.09.2015, от 29.02.2016.

Кроме того, по состоянию на дату представления обществу займов по договорам 25.06.2015 и от 11.09.2015 предприятие имело кредиторскую задолженность перед контрагентом ООО «Судоходная компания «Павино» в размере 415 329 435,05 руб. за поставленные и неоплаченные нефтепродукты, возникшую в период с 26.12.2014 по 19.03.2016, подтвержденную вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Приморского края от 23.08.2016 по делу № А51-16462/2016.

Денежные средства, предоставленные ФИО2 обществу-должнику на основании договоров займа во втором полугодии 2015 года, фактически прикрывали негативные факторы участия и управления ФИО2 в качестве контролирующего лица, посредством оформления заемных обязательств, с учетом которых должник стал считаться должником по заемному обязательству перед его же контролирующим лицом.

Будучи в оспариваемый период единственным участником должника и его единоличным органом управления, в условиях корпоративного управления всей хозяйственной деятельностью должника ФИО2 должна была нести ответственность за возможные риски доведения должника до банкротства, а также ответственность за эффективное управление должником, не противопоставляя свои личные и корпоративные интересы интересам по отношению к требованиям иных (независимых) кредиторов.

В рассматриваемой ситуации вместо использования предусмотренных законом механизмов надлежащего воздействия на хозяйственную деятельность должника и на разрешение вопроса по поддержанию его финансовой устойчивости и по погашению кредиторской задолженности за счет увеличения уставного капитала должника либо иных источников, ФИО2 использовала конструкцию заемных отношений с должником, сохранив тем за собой право на взыскание с должника кредиторской задолженности, претендуя на статус мажоритарного кредитора в деле о банкротстве должника в ущерб интересам иных (независимых) кредиторов, обеспечивая контролируемый процесс банкротства и претендуя на получение значительной части конкурсной массы в случае ее обнаружения и формирования.

Вместе с тем, как установлено абзацем 3 статьи 29 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», общество не вправе принимать решение о распределении своей прибыли между участниками общества, если на момент принятия такого решения общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате принятия такого решения.

Однако из материалов дела установлено, что в 2015-2016 годах должником - ООО «ТРАНСОЙЛГРУП» в пользу ФИО2 выплачены дивиденды в сумме 12 827 263,49 руб. (согласно сведениям о доходах ФИО2 за 2012-2016 годы наибольшая часть ее дохода приходится на дивиденды, регулярно получаемые от участия в ООО «ТРАНСОЙЛГРУП», а именно: 1 890 696,88 руб. в 2012 году; 30 257 764,39 руб. в 2014 году; 6 426 138,67 руб. в 2015 году и 6 401 124,82 руб. в 2016 году, всего 44 975 724,76 руб.

При этом ФИО2 не предприняла действий по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, а продолжила хозяйственную деятельность, дополнительно привлекая денежные средства, используемые должником для расчетов с контрагентами, в том числе используя конструкцию договоров займа. С заявлением о банкротстве должника в арбитражный суд обратился кредитор - ФИО4 в августе 2017 года.

В то же время, как верно отмечено судом первой инстанции, действия ФИО2 по передаче должнику в качестве беспроцентных займов денежных средств по договорам займа от 25.06.2015 и 11.09.2015, привлеченных ей лично как заемщиком от иностранных граждан-заимодавцев (в размере 500 000 долларов США от ФИО6 и 350 000 долларов США от ФИО3), также не свидетельствует о ее добросовестном поведении, направленном на привлечение инвестиций для развития ООО «ТРАНСОЙЛГРУПП», а указывают на попытку минимизировать вредные последствия управленческой деятельности.

Доводы ФИО2 о направлении дивидендов, полученных от участия в ООО «ТРАНСОЙЛГРУП», на приобретение доли в уставном капитале ООО «НАХОДКА ОЙЛ БУНКЕР» исключительно в интересах общества-должника (для обеспечения оперативной отгрузки нефтепродуктов контрагентам ООО «ТРАНСОЙЛГРУП»), обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку доля в уставном капитале приобретена ФИО2 лично, то есть сделка совершена в интересах ФИО2 в целях получения наибольшей прибыли от работы группы подконтрольных ей предприятий.

В этой связи, приняв во внимание приведенные правовые нормы и разъяснения в их совокупности и взаимосвязи с имеющимися в деле доказательствами, апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции о квалификации по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации передачу ФИО2 должнику 19 604 000 руб. с использованием конструкции договоров беспроцентного займа при наличии корпоративных связей должника-заемщика с заимодавцем-участником общества, льготных условий предоставления займов должнику без какого-либо экономического обоснования, как корпоративные отношения по поводу увеличения уставного капитала, а действия по зачислению на счета общества денежных средств от имени ФИО2 как направленные на искусственное создание кредиторской задолженности перед контролирующим должника лицом.

Данный вывод согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(1).

С учетом изложенного, в установлении требований ФИО2 в реестр требований кредиторов должника отказано правомерно.

Исходя из разъяснений Определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(1), установленной в рамках настоящего обособленного спора квалификации спорных правоотношений, возникших между ФИО2 и должником по договорам беспроцентного займа, подлежат отклонению доводы апеллянта - ФИО2 об ошибочности вывода суда первой инстанции о корпоративном характере сложившихся между ними правоотношений.

Довод ФИО2 о том, что на момент заключения договоров беспроцентного займа должник не имел признаков несостоятельности, опровергается материалами дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Приморского края от 23.08.2016 по делу № А51-16462/2016.

По смыслу статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно указанному решению по состоянию на дату представления обществу займов по договорам 25.06.2015 и от 11.09.2015 предприятие имело кредиторскую задолженность перед контрагентом - ООО «Судоходная компания «Павино» в размере 415 329 435,05 руб. за поставленные и неоплаченные нефтепродукты, возникшую в период с 26.12.2014 по 19.03.2016.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба ФИО2 в нарушение требований, предусмотренных статьями 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не содержит.

Иное толкование заявителем положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств настоящего спора не свидетельствуют о неправильном применении судом норм права.

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции счёл, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрена уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на судебные акты, принятые арбитражным судом по результатам проверки обоснованности требований кредиторов о включении в реестр по делам о несостоятельности (банкротстве).

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Прекратить производство по апелляционной жалобе ФИО3 на определение Арбитражного суда Приморского края от 13.07.2018 по делу № А51-18753/2017. 

Определение Арбитражного суда Приморского края от 13.07.2018 по делу № А51-18753/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

 

Председательствующий

 

Н.А. Скрипка

Судьи

 

К.П. Засорин

 

Е.Н. Шалаганова