2175/2023-282355(1) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН  

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107 E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru http://www.tatarstan.arbitr.ru тел. (843) 533-50-00 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

г. Казань Дело № А65-15336/2023  

Дата принятия решения – 22 сентября 2023 года. 

Дата объявления резолютивной части – 18 сентября 2023 года.  

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи  

Панюхиной Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи  

помощником судьи Мингазовой Н.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Компании "ЗД Спэрроу  

Груп Лимитед" (3D Sparrow Group Limited), г. Роад к Индивидуальному предпринимателю  

ФИО1, г. Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о  

взыскании 10000.00 руб. компенсации, с участием: от истца – не явился, извещен; ответчика – ФИО1, явка лично, паспорт, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец - общество с ограниченной ответственностью "Зингер Спб", 

г. Санкт-Петербург обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым  заявлением к ответчику - Индивидуальному предпринимателю ФИО1, г. Казань, о взыскании 10000 руб. компенсации за незаконное использование  права на товарный знак № 572790.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.06.2023 дело  назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в  соответствии со ст.228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее - АПК РФ).  

Определением суда от 31.07.2023 суд перешел к рассмотрению дела по общим  правилам искового производства для выяснения дополнительных обстоятельств по делу.  

18.09.2023 истец, надлежащим образом извещенный о времени и месте проведения  предварительного судебного заседания, в судебное заседание не явился, направил по системе  «Мой Арбитр» ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.  

Ответчик в судебном заседании указала, что товарный чек принадлежит ей. 

Определением суда от 31.07.2023 о переходе к рассмотрению дела по общим  правилам искового производства, суд известил участвующих в деле лиц, о том, что в  соответствии с ч. 4 ст. 137 АПК РФ, если лица, участвующие в деле, извещенные  надлежащим образом о времени и месте проведения предварительного судебного заседания  и судебного разбирательства дела по существу, не явятся в предварительное судебное  заседание и не заявят возражений против рассмотрения дела в их отсутствие, суд завершит  

предварительное судебное заседание и рассмотрит дело по существу в судебном  заседании арбитражного суда первой инстанции с принятием окончательного судебного  акта.  

Поскольку от ответчика возражений относительно возможности совершения  арбитражным судом данного процессуального действия в суд не поступило, арбитражный  суд, признал дело подготовленным к судебному разбирательству, в порядке,  предусмотренном статьей 137 АПК РФ и в соответствии с пунктом 27 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к  судебному разбирательству», завершил предварительное судебное заседание и начал  рассмотрение дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции.  

Дело рассмотрено в отсутствие истца в порядке ч.3 ст.156 АПК РФ. Исследовав материалы дела, судом установлено следующее. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, истцу принадлежат  исключительные права на товарный знак № 572790 («Буба»), что подтверждается  свидетельством на товарный знак № 572790, зарегистрирован в Государственном реестре  товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 28.04.2016, дата приоритета  21.04.2015, срок действия до 21.04.2025. Товарный знак № 572790 зарегистрирован, в том  числе в отношении товаров, указанных в 28 классе Международной Классификации Товаров  и Услуг (МКТУ).  

21.06.2021 г. по адресу: 

<

...>, пав.  5 ответчик допустил нарушение исключительного права истца путем предложения к продаже  и реализации товара «Игрушка».  

В подтверждение факта купли-продажи названного товара истец представил кассовый  чек от 21.06.2021 на общую сумму 650 руб., видеозапись процесса приобретения товара, а  также сам товар.  

Считая, что действиями ответчика по продаже контрафактного товара нарушены  исключительные права истца на объекты интеллектуальных прав, истец направил в адрес  ответчика претензию с требованием добровольно возместить причинный ущерб в виде  компенсации по факту нарушения исключительных прав.  

Поскольку ответчик требования претензии не исполнил, истец обратился в суд с  настоящим иском.  

Исследовав материалы дела, оценив их в порядке статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.  

В соответствии с Протоколом к Мадридскому соглашению о международной  регистрации знаков от 28.06.1989 (принят Постановлением Правительства Российской  Федерации от 19.12.1996 N 1503 "О принятии Протокола к Мадридскому соглашению о  международной регистрации знаков") в отношении исключительных прав истца на товарные  знаки в Российской Федерации применяется национальное законодательство по охране  интеллектуальной собственности.  

Согласно части 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -  ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на  результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации  (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему  усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может  распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на  средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим  лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за  исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их  использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое  

использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и  влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением  случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается  Кодексом.  

К результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам  индивидуализации, которым предоставляется правовая охрана, статья 1225 ГК РФ относит  товарные знаки и произведения науки, литературы и искусства.  

 В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ, на товарный знак, то есть на обозначение,  служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных  предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на  товарный знак (статья 1481).  

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и  исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве  (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).  

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть  зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их  комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом  сочетании.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого  зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право  использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не  противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).  

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для  индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак  зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на  этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются,  демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский  оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью,  либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании  услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в  предложениях о продаже товаров, выполнении работ, оказании услуг, а также в объявлениях,  на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других  способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).  

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только  размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.  

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его  товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых  товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого  использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).  

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском  обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться  только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к  продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным  знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без  разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.  

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на  которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения  обозначение, являются контрафактными. При этом признание таких товаров, их этикеток и  упаковок контрафактными закон не ставит в зависимость от того, каким способом и какое  лицо их использует - лицо, незаконно разместившее товарный знак на товарах, этикетках,  упаковках, или лицо, использующее, распространяющее их после незаконного ведения в  гражданский оборот, в том числе реализующее их в розницу.  

Как указано в пункте 13 информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики  рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об  интеллектуальной собственности", вопрос о сходстве до степени смешения является  вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и  специальных знаний не требует.  

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2006 N 2979/06, угроза  смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если  потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что  оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию.  

Товарный знак зарегистрирован в отношении товаров, относящихся, в том числе, к 28  классу МКТУ - игрушки, к которому относится реализованный ответчиком товар.  

При визуальном осмотре и исследовании товара (мягкая игрушка) очевидно, что на  нем имеются обозначения, схожие до степени смешения с зарегистрированным товарным  знаком истца № 572790. Проданный ответчиком товар содержит в себе отличительные  особенности товарного знака, исключительные права на которые принадлежат истцу.  

В пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской  Федерации" (далее Постановление Пленума № 10) разъяснено, что компенсация подлежит  взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан  доказывать размер понесенных убытков.  

Исходя из приведенных норм права, а также положений ч.1 ст. 65 АПК РФ, в предмет  доказывания по требованию о защите прав на товарный знак, произведения (изображения  персонажей) входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного  права и факт его нарушения ответчиком.  

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них  зависит правильное разрешение спора.  

При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на  допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего  спор.  

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительными правами  товарный знак № 572790 (изобразительное обозначение - «Буба»).  

Указанные выше обстоятельства сторонами по делу не оспариваются. 

В материалы дела представлены: кассовый чек, фотография с изображением товара,  приобретенного у ответчика в момент закупки, сам приобретенный товар, видеозапись  процесса закупки.  

Согласно статье 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается  заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или  товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.  

В пункте 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 N 122  "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением  законодательства об интеллектуальной собственности" указано, что доказательствами  незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут  выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный  диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и  наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и  производителе.  

Факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на спорные объекты путем  реализации контрафактного товара подтверждается кассовым чеком от 21.06.2021. на сумму  650 руб.  

В судебном заседании 18.09.2023 ответчик подтвердил факт реализации спорного  товара. Представила товарный чек № 2641 от 21.06.2021, где спорный товар обозначен как  «веселый чертик», стоимость составила 650 руб.  

Кроме того, истцом представлена видеозапись момента реализации ответчиком  контрафактного товара. Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на  основании ст. ст. 12, 14 ГК РФ.  

Судом в присутствии ответчика обозревалась видеозапись закупки товара, на вопрос  суда ответчик пояснила, что торговый павильон, зафиксированный на видео, принадлежит  ей.  

Пунктом 55 Постановления Пленума N 10 разъяснено, что при рассмотрении дел о  защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не  установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается  факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ).  

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей  55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания,  предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с  использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети  "Интернет".  

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в  рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем  представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату  товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.  

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на  проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они  производятся, не требуется.  

Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является  информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или  семейную тайну.  

Видеозапись производилась без нарушения законодательства и соответствует  принципам относимости и допустимости доказательств.  

Видеосъемка подтверждает, какой именно товар был продан, дата покупки следует из  чека, который подтверждает и факт заключения разовой сделки купли-продажи с  ответчиком.  

На видеозаписи запечатлен процесс приобретения спорного товара. Внешний вид  спорного товара, а также изображение чека, зафиксированные на видеозаписи, визуально  совпадают с соответствующими доказательствами, представленными истцом в материалы  дела. Представленная истцом видеосъемка товара не прерывалась.  

Между тем, в нарушение статьи 65 АПК РФ обстоятельства, зафиксированные  представленной в материалы данного дела видеосъемкой, ответчик документально не  опроверг.  

Также представлено вещественное доказательство – мягкая игрушка. 

При этом относимость и достоверность представленных истцом доказательств  (кассовый чек, видеозапись, контрафактный товар) ответчиком в установленном законом  порядке не опровергнута, доказательства обратного суду не представлены, о фальсификации  доказательств не заявлено (ст.ст. 65, 68, 161 АПК РФ).  

При таких обстоятельствах совокупность доказательств позволяет с достоверности  установить факт продажи спорного контрафактного товара ответчиком.  

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в  предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле  также не имеется. Осуществляя его продажу без согласия правообладателя, ответчик  нарушил исключительные права последнего.  

Ответчиком также не представлено объективных доказательств о происхождении  товара, о легальном вводе данного экземпляра в гражданский оборот правообладателем или  третьим лицом с согласия правообладателя.  

При таких обстоятельствах, поскольку продажа указанного товара произведена  ответчиком без согласия правообладателя, суд приходит к выводу о наличии в действиях  ответчика факта нарушения исключительных прав истца, что свидетельствует об  

обоснованности предъявленных к нему исковых требований о взыскании  компенсации за нарушение исключительных авторских прав.  

В силу статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях  нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду  с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности,  установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с  пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя  вместо возмещения убытков выплаты компенсации:  

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по  усмотрению суда исходя из характера нарушения;  

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой  исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное  использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.  

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, в случаях, предусмотренных настоящим  Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств  индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо  возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение  указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта  правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права,  освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации  определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от  характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и  справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов  интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации  определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на  соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному  правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера  и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных  настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы  минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.  

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена  подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе  требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты  компенсации:  

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по  усмотрению суда исходя из характера нарушения;  

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен  товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака,  определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за  правомерное использование товарного знака.  

Из материалов дела усматривается, что истцом выбран способ определения  компенсации из расчета от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей за каждый случай  нарушения исключительного права.  

Размер суммы взыскиваемой компенсации, исходя из пункта 3 статьи 1252, статей  1301, 1515 ГК РФ, определен истцом – 10000 руб. за нарушение исключительных прав на  товарный знак № 572790.  

В соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 43.2 Постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с  введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации",  компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом  правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.  

Таким образом, с учетом установления судом значимых для настоящего дела  обстоятельств, подлежащих доказыванию с учетом предмета и оснований рассматриваемого  иска, суд приходит к выводу, что заявленные истцом требования о взыскании компенсации  за нарушение исключительных прав на товарный знак являются правомерными.  

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе  требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты  компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по  усмотрению суда исходя из характера нарушения.  

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим  Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств  индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо  возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение  указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта  правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права,  освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации  определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера  нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.  

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации,  изложенной в пункте 2 постановления от 13 декабря 2016 года № 28-П "По делу о проверке  конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта  4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами  Арбитражного суда Алтайского края", положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1  статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской  Федерации признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям  17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи  с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и другими его  положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей  выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при  осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько  объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств  конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного  данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной  по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее  снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом  что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их  превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного  дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным  предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности,  права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось  существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.  

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела,  установленного законом, по своей инициативе.  

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со  статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение  размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом  требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено  соответствующими доказательствами.  

При этом ответчиком ходатайства о снижении размера компенсации на основании п.3  ст.1252 ГК РФ не заявлено.  

Из материалов дела не следует, что у ответчика отсутствует материальная  возможность нести ответственность за нарушение исключительных прав истца в полном  размере; ответчиком не представлено доказательств тяжелого материального положения;  ответчик не доказал обстоятельство, что правонарушение не носило грубый характер и ему  не было известно о контрафактности используемой продукции, не представил доказательств  

принятия им мер для проверки товара на контрафактность; не представил  доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным  соблюдение исключительных прав истца.  

Компенсация обоснованно рассчитана истцом с учетом следующих обстоятельств:  характера нарушения - без соответствующего разрешения правообладателя использован  популярный и широко известный товарный знак в коммерческих (предпринимательских)  целях; формирование у потребителя мнения о том, что правообладатель является  производителем низкокачественного товара (контрафактный товар - низкокачественный).  

Сведения о наличии зарегистрированных товарных знаков в РФ являются открытыми,  помимо реестра Роспатента. Ответчик имел возможность получить информацию из реестров  посредством сети Интернет или направления запроса в регистрирующий орган, однако не  реализовал своего права и допустил к продаже товар без проверки.  

Ответчик был осведомлен о противоправной природе реализуемого им товара,  поскольку обязанность проверки товара в розничных магазинах лежит на продавце.  

Таким образом, ответчик, будучи специализированным субъектом права, ведущим  экономическую деятельность, совершил действия, которые нельзя характеризовать  исходящими из принципа надлежащего исполнения обязательств (ст. 309 ГК РФ), а также  принципа добросовестности (ст. 10 ГК РФ), выраженные в предложении к продаже и  продаже, что напрямую нарушает действующее законодательство, о чем он, как  специализированный субъект не может не знать.  

В результате вышеуказанных правонарушений, наступают неблагоприятные  последствия: потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции,  поскольку данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатами  правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно; правообладатель теряет  прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введенной в гражданский оборот  продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от  приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами правообладателя либо  непосредственно правообладателем; обилие продукции, маркированной конкретным  товарным знаком, которая впоследствии признается контрафактной, является причиной  снижения инвестиционной привлекательности приобретения права использования данного  товарного знака. Увеличивается риск вредного воздействия данной продукции на здоровье  человека, так как данная продукция введена в гражданский оборот неправомерно. Учитывая,  что пользователями данной продукции преимущественно являются малолетние дети, ее  оборот приобретает особую актуальность.  

На основании изложенного, суд удовлетворяет исковые требования в полном объеме. 

Истцом также заявлено о взыскании с ответчика понесенных судебных издержек, в  том числе 650 рублей стоимости спорного товара, 122 рублей почтовых расходов, 20000  рублей в возмещение расходов на оплату госпошлины.  

В подтверждение несения расходов на оплату стоимости товара истцом представлены  кассовый чек от 21.06.2021, в подтверждение несения почтовых расходов – почтовые  квитанции от 19.09.2022 и от 17.05.2023, уплата госпошлины подтверждается платежным  документом (чек-ордер) ПАО Сбербанк от 17.05.2023.  

Учитывая наличие документального подтверждения понесенных истцом расходов, в  соответствии со статьями 106, 110 АПК РФ, требование истца о возмещении судебных  издержек заявлено правомерно.  

Требование о возмещении стоимости товара в размере 160 рублей носит  компенсационный характер и подлежит удовлетворению в заявленном размере согласно  ст.1515 ГК РФ.  

В силу п.2 ст. 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд определяет  дальнейшую судьбу вещественных доказательств.  

Согласно ч.1 ст. 80 АПК РФ вещественные доказательства, находящиеся в  арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых  они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.  

Арбитражный суд вправе сохранить вещественные доказательства до принятия  судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела, и возвратить их после  вступления указанного судебного акта в законную силу (ч.2 ст. 80 АПК РФ).  

Вместе с тем АПК РФ оговаривает специальные правила распоряжения  вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут  находиться во владении отдельных лиц (ч.3 ст. 80 АПК РФ).  

В случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено  средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство,  такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат  изъятию из оборота и уничтожению (п.4 ст. 1252 ГК РФ).  

При таких обстоятельствах приобщенное в материалы дела вещественное  доказательство не может быть возращено и подлежит уничтожению.  

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан  

Р Е Ш И Л :

иск удовлетворить. 

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1, г.  Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу Компании "ЗД Спэрроу Груп  Лимитед" (3D Sparrow Group Limited), 

<

...> руб. компенсации за нарушение  исключительных прав на товарный знак № 572790, 2000 руб. расходов по оплате  госпошлины, 650 руб. стоимости товара, 122 руб. почтовых расходов.  

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  через Арбитражный суд Республики Татарстан в месячный срок.  

Председательствующий судья Н.В. Панюхина