Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А41-4754/2020

21 сентября 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 15 сентября 2020 года                                    

Полный текст решения изготовлен 21 сентября 2020 года                                    

Арбитражный суд Московской области в составе председательствующего судьи Ж.П. Борсовой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по исковому заявлению государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Видновская районная клиническая больница» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304500312000106) о взыскании задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами по договору аренды недвижимого имущества № 8 от 01.04.2013 г., задолженности по оплате коммунальных платежей в размере 956 688,4 руб.

по встречному исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304500312000106) к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Видновская районная клиническая больница» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании договора аренды недвижимого имущества № 8 от 01.04.2013 г. недействительным и применении последствий недействительности сделки

при участии в судебном заседании: 

от истца: представителя ФИО3 по доверенности от 16.12.2019 г.

в отсутствие ответчика, извещённого о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом

УСТАНОВИЛ:

Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Московской области «Видновская районная клиническая больница» (далее – ГБУЗ МО «ВРКБ», арендодатель, истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2, арендатор, ответчик) о взыскании задолженности по оплате за пользование недвижимым имуществом в размере 584 752 руб., задолженности по оплате коммунальных платежей в размере 305 270,51 руб., пени по договору в размере 66 645,89 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 22 133 руб.

При рассмотрении дела судом первой инстанции ГБУЗ МО «ВРКБ» в порядке ст. 49 АПК РФ изменило предмет иска, а затем основание иска, требуя взыскать с ИП ФИО2: 

- задолженность по оплате за пользование недвижимым имуществом в размере 733 426,2 руб.,

- задолженность по оплате коммунальных платежей в размере 305 270,51 руб.,

- проценты по ст. 395 ГК РФ в размере 106 690,04 руб.,

- расходы на проведение судебной экспертизы в размере 30 000 руб.,

- расходы по уплате государственной пошлины в размере 22 133 руб.

Исковые требования ГБУЗ МО «ВРКБ» мотивированы тем, что ИП ФИО2 в период с 01.01.2017 г. до 28.02.2019 г. осуществляла фактическое пользование недвижимым имуществом без внесения платы, в связи с чем на ее стороне имеет место неосновательное обогащение в форме сбережения своего имущества на основании п. 1 ст. 1102 ГК РФ.

При обращении в арбитражный суд ГБУЗ МО «ВРКБ» соблюден претензионный порядок урегулирования споров, предусмотренный частью 5 статьи 4 АПК РФ, что подтверждается направлением претензии № 3088-14/2019 от 30.09.2019 г. (л.д. 9 – 12 т. 1).

Возражая относительно первоначальных исковых требований ИП ФИО2 обратилась ГБУЗ МО «ВРКБ» с встречными исковыми требованиями: 

- признать недействительным (ничтожным) договор аренды недвижимого имущества № 8 от 01.04.2013 г., 

- применить последствия недействительности сделки,

- взыскать уплаченную сумму в размере 492 303,36 руб., 

- взыскать государственную пошлину в размере 6 000 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.07.2020 г. удовлетворено ходатайство ГБУЗ МО «ВРКБ» о назначении экспертизы по определению рыночной стоимости недвижимого имущества.

В судебном заседании представитель ГБУЗ МО «ВРКБ» поддержал исковые требования в полном объёме, возражал относительно встречного иска, просил отказать в его удовлетворении.

Дело рассмотрено Арбитражным судом Московской области на основании ч. 3 ст. 156 АПК РФ в отсутствие ИП ФИО2, извещенной о времени и месте судебного разбирательства в соответствии со ст. 121, 123 АПК РФ.

Арбитражный суд, выслушав объяснения представителя истца, непосредственно исследовав в судебном заседании представленные сторонами доказательства, полагает, что первоначальные исковые требования подлежат частичному удовлетворению, тогда как встречные исковые требования подлежат отклонению по следующим основаниям.

Между муниципальным бюджетным учреждением здравоохранения «Видновская районная клиническая больница» (правопредшественником ГБУЗ МО «ВРКБ») и ИП ФИО2 был заключен 01.04.2013 г. договор № 8 аренды недвижимого имущества, закрепленного на праве оперативного управления за бюджетным упреждением на основании свидетельства о государственной регистрации права оперативного управления от 26.08.2018 г. № 50-ААN 468355. 

По условиям указанного договора правопредшественник ГБУЗ МО «ВРКБ» предоставил во временное пользование за плату нежилое помещение общей площадью 50,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...> (далее – спорное имущество).

Сторонами были согласованы условия о сроке действия договора в период с 01.01.2013 г. по 30.12.2013 г. (пункт 2.1 договора), а также об арендной плате в размере 20 141,28 руб., подлежащей оплате ежемесячно до 10-го числа каждого месяца за текущий месяц с учетом НДС (пункт 3.2 договора),

27.12.2013 г. было заключено дополнительное соглашение об изменении условий договора аренды № 8 от 01.04.2013 г. (л.д. 23 т. 1).

Сторонами в дополнительном соглашении были согласованы следующие условия:

- срок действия договора аренды – с 01.01.2014 г. по 30.12.2014 г. 

- месячная арендная плата составляет 20 884 руб. с учетом НДС;

- договор считается продленным на неопределённый срок, если до истечения срока настоящего договора ни одна из сторон не заявит об отказе от его продления.

Согласно позиции ИП ФИО2, изложенной во встречном исковом заявлении, договор аренды недвижимого имущества № 8 от 01.04.2013 г., является недействительным (ничтожным) ввиду отсутствия согласия собственника недвижимого имущества на заключение указанного договора аренды.

В соответствии с пунктом 1 статьи 296 ГК РФ учреждение, за которыми имущество закреплено на праве оперативного управления, владеет, пользуется этим имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, назначением этого имущества и, если иное не установлено законом, распоряжается этим имуществом с согласия собственника этого имущества.

Согласно пункту 3 статьи 298 ГК РФ бюджетное учреждение без согласия собственника не вправе распоряжаться особо ценным движимым имуществом, закрепленным за ним собственником или приобретенным бюджетным учреждением за счет средств, выделенных ему собственником на приобретение такого имущества, а также недвижимым имуществом. Остальным имуществом, находящимся у него на праве оперативного управления, бюджетное учреждение вправе распоряжаться самостоятельно, если иное не установлено законом.

Правомочие распоряжения означает возможность определения юридической судьбы имущества путем изменения его принадлежности, состояния или назначения, в том числе посредством его передачи по договору аренды.

Как следует из материалов дела, нежилое помещение общей площадью 50,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, на момент заключения договора аренды № 8 от 01.04.2013 г. находилось на праве оперативного управления у правопредшественника ГБУЗ МО «ВРКБ». 

Вместе с тем нежилое здание, частью которого является объект договора аренды, на момент заключения договора аренды принадлежало на праве собственности муниципальному образованию Ленинский муниципальный район Московской области на основании свидетельства о государственной регистрации права собственности от 09.01.2017 г. № 50-HBN 048755.

В ходе судебного разбирательства обе стороны спора не опровергли факт отсутствия согласия собственника спорного имущества на заключение указанного договора.

Вместе с тем, из Акта совместной внеплановой проверки от 06.07.2018 г. также следует, что ГБУЗ МО «ВРКБ» признает факт предоставления в пользование ИП ФИО2 спорного имущества без заключения договора.

Таким образом, ввиду того, что ИП ФИО2 фактически исполняла принятые на себя обязательства, отсутствие согласия собственника спорного имущества на совершение сделки не является основанием для признания его недействительным и не освобождает ИП ФИО2 от обязанности по уплате стоимости фактического пользования имуществом.

В обоснование своих требований о недействительности договора аренды ИП ФИО2 указывает также, что договор является недействительным в связи с его несоответствием закону.

Недействительность сделки означает, что действие, совершенное в виде сделки, не обладает качествами юридического факта, способного породить те гражданско-правовые последствия, наступления которого желали субъекты. 

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Если соблюдение требования закона или иного правового акта является условием действительности сделки, то сделка, совершенная в нарушение этого требования, ничтожна или оспорима.

С 01.09.2013 г. статья 168 ГК РФ изложена в редакции, согласно которой сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой, а не ничтожной, за исключениями, установленными названной статьей.

Договор аренды недвижимого имущества № 8 был заключен сторонами 01.04.2013 г., то есть до внесения изменений  в статью 168 ГК РФ.

Согласно положениям статьи 168 ГК РФ (в редакции от 11.02.2013 г., действовавшей на момент заключения договора 01.04.2013 г.) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (пункт 1 статьи 422 ГК РФ).

Следовательно, на момент заключения договора аренды от 01.04.2013 г. законом была установлена презумпция ничтожности сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта.

Согласно части 1 статьи 17.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ (в редакции от 30.12.2012 г., действовавшей в момент заключения договора 01.04.2013 г.) «О защите конкуренции» (далее – закон «О защите конкуренции») заключение договоров аренды и иных договоров, предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального имущества, не закрепленного на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, может быть осуществлено только по результатам проведения конкурсов или аукционов на право заключения этих договоров.

В соответствии с частью 1 статьи 17 закона «О защите конкуренции» в порядке, предусмотренном пунктом 3 части 1 настоящей статьи, осуществляется заключение договоров аренды и иных договоров, предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального имущества, которое принадлежит на праве оперативного управления государственным или муниципальным бюджетным учреждениям.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» также разъяснил, что договор аренды в отношении государственного или муниципального имущества может быть заключен только по результатам проведения торгов. В связи с этим договор аренды названного имущества, заключенный на новый срок без проведения торгов, является ничтожным (статья 168 ГК РФ), равно как и соглашение о продлении такого договора.

При системном толковании указанных положений суд приходит к выводу об установлении в российском гражданском законодательстве явно выраженного императивного запрета совершения действий (бездействия), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции при проведении торгов, в том числе на заключение подобных сделок, адресованного участникам оборота.

В тех случаях, когда требуется проведение конкурсов или аукционов на право заключения договоров аренды государственного или муниципального имущества, подразумевающих состязательность хозяйствующих субъектов, их не проведение, за исключением случаев, допускаемых законом, не может не влиять на конкуренцию, поскольку лишь при публичном объявлении конкурсов и аукционов в установленном порядке могут быть выявлены потенциальные желающие получить право аренды указанного имущества.

Изложенное согласуется с правовой позицией, сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 16034 от 11.03.2014 г.

Таким образом, в пользу ничтожности договора аренды недвижимого имущества № 8 от 01.04.2013 г. свидетельствует нарушение им требований, сформулированных как явно выраженный законодательный запрет.

В ходе судебного разбирательства представитель ГБУЗ МО «ВРКБ» обратился с заявлением о применении последствий пропуска срока исковой давности в отношении встречных исковых требований  (л.д. 71 – 72 т. 3).

Исходя из смысла заявления ГБУЗ МО «ВРКБ», суд полагает, что арендодатель подтверждает факт непроведения торгов в отношении заключения договора аренды.

Кроме того, обе стороны в судебном заседании  подтверждают то обстоятельство, что торги не проводились в целях заключения договора аренды спорного имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. 

Согласно п. 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Согласно позиции ГБУЗ МО «ВРКБ» арендатор приступил к исполнению договора не позднее 05.08.2013 г., что подтверждается платежным поручением № 106 от 05.08.2013 г. 

В соответствии с п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Срок исковой давности, пропущенный гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

На основании изложенного, учитывая, что ИП ФИО2 пропущен срок исковой давности, суд отказывает в удовлетворении требований о признании недействительным (ничтожным) договор аренды недвижимого имущества № 8 от 01.04.2013 г. и применении последствий недействительности, а также взыскании уплаченной суммы в размере 492 303,36 руб.

Между тем истечение исковой давности по требованию о признании недействительной ничтожной сделки не исцеляет ничтожную сделку от лежащего на ней порока и не превращает ее в действительную.

При рассмотрении довода по встречному иску ИП ФИО2 о том, что в январе 2016 г. ГБУЗ МО «ВРКБ» предложило альтернативную возможность оплаты стоимости пользования нежилым помещением посредством оформления договоров пожертвования (л.д. 82 – 89 т. 1) с перечислением денежных средств на расчет счет ГБУЗ МО «ВРКБ», суд приходит к следующему.

В период с 18.01.2016 г. по 06.11.2018 г. ИП ФИО2 были перечислены денежные средства в размере 2 026 012 руб. (л.д. 90 – 154 т. 1), что, по мнению ИП ФИО2, стало результатом злоупотребления правом со стороны ГБУЗ МО «ВРКБ», и ГБУЗ МО «ВРКБ» получило двойную выгоду, осуществляя действия, противоречащие основаниям правопорядка. 

Также ответчик ссылается на часть 1 статьи 178 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с принципом состязательности и частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Данный довод судом не принимается во внимание, поскольку ИП ФИО2 не представлены доказательства, подтверждающие осуществление злоупотребления правом со стороны ГБУЗ МО «ВРКБ» в ходе фактического пользования ею спорным имуществом, а также внесение ИП ФИО2 пожертвований в счет оплаты платежей за такое пользование.

Вместе с тем заблуждение относительно правовых последствий договоров пожертвования не может являться основанием для признания недействительным спорного договора аренды.

Также судом не принимается во внимание довод ИП ФИО2, касающийся непредоставления ГБУЗ МО «ВРКБ отчета об использовании денежных средств, поскольку требования относительно исполнения договоров пожертвования не относятся к предмету настоящего дела.

Рассматривая на предмет обоснованности требования ГБУЗ МО «ВРКБ» о взыскании с ИП ФИО2 задолженности по оплате за пользование недвижимым имуществом в размере 733 426,2 руб. суд руководствуется следующим.

Поскольку ИП ФИО2 фактически пользовалась спорным имуществом в период с 01.01.2017 г. до 28.02.2019 г. без оплаты за пользование им, ГБУЗ МО «ВРКБ» считает, что ответчик получил имущественную выгоду и сберег свое имущество.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 4 пункта 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», возражение ответчика о том, что требование истца основано на ничтожной сделке, оценивается судом по существу независимо от истечения срока исковой давности для признания этой сделки недействительной.

В обоснование заявленного требования истец ссылается на вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Московской области от 27.02.2019 г. по делу № А41-104888/18 г., имеющего преюдициальное значение для разрешения настоящего спора в соответствии с ч. 2 ст. 69 АПК РФ.

При рассмотрении дела № А41-104888/18 г. арбитражный суд установил, что письмом № У-17/6 от 19.05.2017 г. ГБУЗ МО «ВРКБ» уведомило ИП ФИО2 о необходимости освободить спорное помещение, а также обязал ИП ФИО2 освободить занимаемое ей нежилое помещение.

Согласно позиции ИП ФИО2 решение суда исполнено ей в установленные судебным актом сроки (л.д. 71 т. 1).

Из чего можно заключить, что ИП ФИО2 в спорный период – с 01.01.2017 г. до 28.02.2019 г., осуществляла фактическое пользование спорным имуществом.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

Функциональное назначение обязательств, возникающих из неосновательного обогащения, состоит в обеспечении восстановления имущественных потерь потерпевшего приобретателем, обогатившимся в результате неосновательного приобретения имущества потерпевшего или сбережения своего имущества за счет потерпевшего.

В рассматриваемом деле имеет место самостоятельная форма сбережения имущества – неосновательное обогащение в результате временного использования приобретателем чужого имущества без намерения приобретения юридического титула на него.

Суд, исходя из представленных доказательств и объяснений сторон, полагает, что ИП ФИО2 фактически пользовалась спорным имуществом, поэтому на ее стороне возникло обязательство возместить ГБУЗ МО «ВРКБ» стоимость такого использования.

Вместе с тем доказательствами, имеющимися в материалах дела, подтверждается и ИП ФИО2 не оспаривается факт пользования ею спорным имуществом, принадлежащим  ГБУЗ МО «ВРКБ» на праве оперативного управления.

При определении размера неосновательного обогащения по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) также применяется правило пункта 3 статьи 424 ГК РФ о применении цены, которая при сравнимых обстоятельствах взимается за аналогичные товары, работы или услуги.

В соответствии с пп. 3 и 4 ст. 5 Закона Московской области от 10.07.2009 г. №88/2009-ОЗ «Об аренде имущества, находящегося в собственности Московской области» величина арендной платы определяется на основания данных отчета, подготовленного независимым оценщиком. Размер арендной платы за пользование объектами областной собственности, предоставленными в аренду без проведения торгов (конкурсов, аукционов), за исключением объектов, указанных в данном законе, определяется по результатам оценки рыночной величины арендной платы, проводимой в соответствии с законодательством, регулирующим оценочную деятельность в Российской Федерации.

В силу ч. 3 ст. 9 АПК РФ арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Для достижения цели гражданского судопроизводства по правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела суд рекомендовал сторонам в определении от 29.06.2020 г. рассмотреть вопрос о назначении оценочной экспертизы.

Так, удовлетворив определением от 27.07.2020 г. ходатайство ГБУЗ МО «ВРКБ» о назначении оценочной экспертизы, суд поручил ее проведение автономной некоммерческой организации «Московский областной центр судебных экспертиз».

Из содержания представленного заключения эксперта № 334/2020 от 20.08.2020 г., подготовленного экспертом ФИО4 автономной некоммерческой организации «Московский областной центр судебных экспертиз» следует, что рыночная стоимость права пользования помещением, расположенным по адресу: 

<

...> (ГБУЗ МО «ВРКБ», взрослая поликлиника), лит. А, подвал, пом. 21, 22 общей площадью 68,7 кв.м. за период с 01.01.2017 г. по 28.02.2019 г. составляет 993 814 руб. (л.д. 110 т. 3)

Оценив в соответствии со ст. 71 АПК РФ заключение эксперта, суд приходит к выводу о том, что оно оформлено в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 АПК РФ, в нем отражены все предусмотренные ч. 2 ст. 86 АПК РФ сведения.

В заключении содержатся ответы на вопросы, имеющие важное значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, заключение мотивировано, выводы эксперта предельно ясны, обоснованы исследованными им обстоятельствами, содержат ссылки на доказательства, имеющиеся в материалах дела, противоречия в выводах эксперта отсутствуют. Экспертом обоснованы выбранные им методы исследования.

Обстоятельств, связанных с заинтересованностью эксперта по отношению к кому-либо из участников спора, арбитражным  судом не установлено. Квалификация эксперта подтверждена представленными документами.

В ходе судебного разбирательства не поступили от сторон спора ходатайства о назначении повторной экспертизы.

Однако согласно позиции ИП ФИО2 в ее фактическом пользовании находились помещения площадью 50,7 кв.м, а не 68,7 кв.м. Экспертом дана оценка стоимости на основании  неверно указанного размера площади спорного имущества.

Исходя из этого, следует, что расчет стоимости задолженности за фактическое пользование спорным имуществом, представленный истцом, по мнению ИП ФИО2 является неверным (л.д. 66 т. 3).

В связи с этим ГБУЗ МО «ВРКБ» уточнило исковые требования в соответствии с указанной экспертом ставкой арендной платы за 1 квадратный метр.

Таким образом, стоимость фактического пользования спорным имуществом следующая: 

- 26 516,1 руб. в месяц за пользование помещением размером 50,7 кв.м. (523 руб. за 1 кв.м.) – по состоянию на 01.01.2017 г.;

- 29 152,5 руб. в месяц за пользование помещением размером 50,7 кв.м. (575 руб. за 1 кв.м.) – по состоянию на 01.12.2017 г.;

- 30 267,9 руб. в месяц за пользование помещением размером 50,7 кв.м. (597 руб. за 1 кв.м.) – по состоянию на 01.11.2018 г.

Следовательно, задолженность ответчика по оплате за фактическое пользование имуществом в период с 01.01.2017 г. до 28.02.2019 г. составила сумму в размере 773 426,2 руб., а именно:

- 291 677,1 руб. за период с 01.01.2017 г. до 30.11.2017 г.;

- 320 677,5 руб. за период с 01.12.2017 г. до 31.10.2018 г.;

- 121 071,6 руб. за период с 01.11.2018 г. до 28.02.2019 г.

Ввиду того, что на момент разрешения спора и после проведения экспертизы ИП ФИО5 не оплатила стоимость фактического пользования имуществом, суд признает требование о взыскании суммы неосновательного обогащения за фактическое использование недвижимым имуществом в период с 01.01.2017 г. по 28.02.2019 в размере 733 426,20 руб. обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Кроме того, ГБУЗ МО «ВРКБ» заявлено требование о взыскании процентов в порядке ст. 395 ГК РФ за период с 01.01.2017 г. до 14.09.2020 г. 

В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

По своей гражданско-правовой природе начисление процентов, предусмотренных п. 1 ст. 395 ГК РФ, представляет собой самостоятельную (особую) меру гражданско-правовой ответственности за нарушение денежного обязательства.

Нормы гражданского законодательства в случае просрочки в уплате задолженности позволяют в порядке п. 1 ст. 395 ГК РФ взыскать с неисправного должника проценты одновременно за неправомерное пользование чужими денежными средствами и как санкцию за просрочку в уплате основного долга, причем исключают возможность уменьшения на основании ст. 333 ГК РФ их размера, не признавая неустойкой (п. 6 ст. 395 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. 

Ввиду того, что ИП ФИО2 не внесена плата за фактическое пользование спорным имуществом, суд делает вывод о наличии у истца права на защиту гражданских прав путем взыскания процентов в порядке ст. 395 ГК РФ и права на удовлетворение требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 106 690,04 руб. 

Представленный представителем ГБУЗ МО «ВРКБ», расчет процентов, произведенный в порядке п. 1 ст. 395 ГК РФ (л.д. 69 т. 3) судом проверен, арифметически выполнен верно.

Однако суд не находит правовых основания для удовлетворения требования ГБУЗ МО «ВРКБ» о взыскании с ответчика задолженности по оплате коммунальных платежей в размере 305 270,51 руб.

Определением от 16.03.2020 г. судом предложено ГБУЗ МО «ВРКБ» представить обоснованный расчет требований в части коммунальных платежей, однако в ходе судебного разбирательства истцом не был доказан факт пользования ИП ФИО5 коммунальными услугами в период с 01.01.2017 г. до 28.02.2019 г.

Как пояснил представитель истца в судебном заседании, первичная документация по начислениям за коммунальные услуги не сохранилась, подтвердить данные расходы не представляется возможным. 

В соответствии со ст. 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, осуществляется в порядке, предусмотренном положениями ст. 110 АПК РФ, согласно которому возмещение судебных расходов осуществляется лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 333.21 НК РФ расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ИП ФИО5 пропорционально размеру удовлетворенных требований в размере 17 936 руб.

Судебные издержки на проведение судебной оценочной экспертизы, стоимость которой согласно счету на оплату № 261 от 21.08.2020 г. составила 30 000 руб., подлежат взысканию с ИП ФИО5 пропорционально размеру удовлетворенных требований в размере 22 004,35 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 АПК РФ, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

Исковое заявление ГБУЗ МО "ВРКБ" к ИП ФИО2 удовлетворить частично. 

Взыскать с ИП ФИО2 в пользу государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Видновская районная клиническая больница» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>):

-  неосновательное обогащение за фактическое использование недвижимым имуществом в период с 01.01.2017  по 28.02.2019 в размере 733 426,20 руб.,

-  проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 106 690,04 руб.,

-  расходы по оплате судебной экспертизы в размере 22 004,35 руб., 

-  расходы по уплате госпошлины в размере 17 936 руб. 

В удовлетворении остальной части иска отказать. 

В удовлетворении встречного искового заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца через Арбитражный суд Московской области. 

                Судья                                                                                  Ж.П. Борсова