АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 мая 2022 года

Дело №

А56-111412/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 мая 2022 года

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Богаткиной Н.Ю.,                 Яковца А.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 08.09.2020), от должника ФИО3 и ответчика ФИО3 представителя ФИО4 (доверенности от 10.01.2022), от ФИО5 представителя ФИО6 (доверенность от 09.08.2019),

рассмотрев 17.05.2022 в открытом судебном заседании кассационные  жалобы финансового управляющего ФИО3 – ФИО7 и ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.10.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2022 по делу № А56-111412/2018/сд.1,

у с т а н о в и л :

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 финансовый управляющий ФИО7 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением, в котором с учетом уточнения просил признать недействительными сделками цепочку сделок, а именно договоров купли-продажи земельного участка, дачного дома и нежилого строения (бани) от 26.08.2014, заключенного между ФИО3 и ФИО5, от 23.12.2016, заключенного между ФИО5 и ФИО3 и от 05.07.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО1. В качестве применения последствий недействительности сделок финансовый управляющий просил возвратить спорное имущество в конкурсную массу должника свободным от обременения в пользу ФИО8.

Определением от 25.06.2020 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены  ФИО1 и ФИО3.

Определением арбитражного суда от 21.12.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен ФИО8

Определением от 22.10.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2022, заявление удовлетворено частично, признаны недействительными сделками договоры купли-продажи от 26.08.2014, заключенный между должником и ФИО5 и  от 23.12.2016, заключенный между  ФИО5 и ФИО3. В порядке применения последствий недействительности сделок с ФИО3 в конкурсную массу должника взыскано 30 000 000 руб., в остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано, производство по требованию о прекращении права залога в пользу ФИО8  прекращено.

В кассационных жалобах  финансовый управляющий  и кредитор ФИО5 просят отменить определение от 22.10.2021 и постановление от 22.02.2022 в части отказа в удовлетворении заявления, а также в части прекращения производства по требованиям к ФИО8  

Податели жалоб полагают, что суды не приняли во внимание аффилированность должника, ФИО3 и ФИО1, а также то, что должник фактически не утратил контроль над спорным имуществом и все оспариваемые договоры являются мнимыми сделками, заключенными с целью недопущения обращения взыскания на спорное имущество.

Кроме того, по мнению подателей жалоб,  материалами дела не подтверждается оплата ФИО1 стоимости спорного имущества ФИО3 по договору от 05.07.2018.

ФИО5  также полагает, что суды неверно определили сумму, подлежащую взысканию в качестве последствий недействительности договоров от 26.08.2014 и от 23.12.2016, поскольку в материалах дела имеется отчет об оценке спорного имущества от 14.03.2014, согласно которому его рыночная стоимость составляет 41 000 000 руб.

В отзывах на кассационные жалобы должник, ФИО1, ФИО8 и ФИО3 просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, считая их законными и обоснованными.

 В судебном заседании представитель ФИО5 поддержал доводы жалоб, а представитель должника и ФИО3, возражал против их удовлетворения.

От ФИО5 поступили возражения на отзывы должника и ФИО3.

 Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 26.08.2014 между должником и ФИО5  заключен договор купли-продажи земельного участка, дачного дома и нежилого строения, расположенных по адресу: Ленинградская обл., Приозерский р-н, Петровское сельское поселение, вблизи пос. Петровское, ДНП «Озерный рай», уч.1. 

В соответствии с условиями договора земельный участок был оценен сторонами в 120 000 руб., дачный дом -  130 000 руб., нежилое строение (баня) –  100 000 руб.

Далее,  23.12.2016, ФИО5 продал спорное имущество отцу должника ФИО3. Согласно условиям договора общая стоимость имущества определена сторонами в размере 1 929 262 руб. 44 коп.  

ФИО3, в свою очередь, продал спорное имущество ФИО1 по договору от 05.07.2018, в соответствии с которым  его стоимость составила  30 000 000 руб.

Определением от 18.09.2018 принято к производству заявление ФИО3 о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением от 08.12.2018 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина.

 Финансовый  управляющий, ссылаясь на то, что оспариваемые договоры взаимосвязаны друг с другом, носят мнимый характер и заключены с целью создания видимости выбытия спорного недвижимого имущества из владения должника и его  сокрытия от кредиторов, обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) и пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 32) разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В пункте 10 Постановления № 32 указано, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В данном случае суды установили, что по состоянию на 26.08.2014 у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором ФИО9 по договору займа от 29.12.2012, а также перед ФИО5 по договору займа от 17.12.2012.

В силу статьи  10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 170 ГК РФ мнимой считается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, притворной – сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях.

Изучив представленные доказательства в совокупности, приняв во внимание пояснения лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, пришел к обоснованному выводу, что договор, заключенный между должником и ФИО5 являлся притворной сделкой, поскольку фактическим намерением сторон при его заключении было установление обеспечения имевшихся заемных обязательств должника перед ФИО5, а договор, заключенный между              ФИО5 и отцом должника – мнимой сделкой, поскольку у названных лиц  не было намерения создать правовые последствия, возникающие при заключении договора купли-продажи недвижимого имущества.

Вместе с тем суды первой и апелляционной инстанций не установили оснований для признания недействительной сделкой договора купли-продажи спорного имущества, заключенного с ФИО1

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В данном случае ФИО1 по смыслу пункта 3 статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)  не является заинтересованным лицом по отношению должнику.

 Суды пришли к выводу о недоказанности того, что ФИО1 должно было быть известно о финансовом состоянии должника, являющегося сыном продавца, и  противоправной  цели заключения договора купли-продажи от 05.07.2018. 

Кроме того, суды приняли во внимание то, что ФИО1 принадлежит дом, расположенный по соседству, в котором проживает его мать, что объясняет его намерение приобрести спорное имущество.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, не опровергают названные выводы судов.

Также суды пришли к выводам о наличии  у ФИО1 с учетом предоставленного ФИО8 займа финансовой возможности оплатить стоимость спорного имущества, а также о том, что  обстоятельствами  настоящего обособленного в совокупности подтверждается оплата ФИО1 спорного имущества.  

Вопреки доводам подателей жалоб, тот факт, что ФИО3 не уплатил налог на полученный в результате заключения с ФИО1 договора доход, притом, что названный доход был  им задекларирован, не свидетельствует об отсутствии реальной оплаты.

Оснований не согласиться с названными выводами судов  у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы финансового управляющего и кредитора ФИО5 о том, что должник не утратил контроль над спорным имуществом и продолжает им владеть и пользоваться, обоснованно отклонен судами.

Изучив представленные в материалы дела объяснения председателя правления ДНП «Озерный рай», ответы мобильных операторов и выписки по счетам должника, суды пришли к выводу, что названные документы подтверждают, что должник и его супруга периодически находились на территории ДНП после продажи спорного недвижимого имущества ФИО1, однако не подтверждают того, что  они, а не  ФИО1 фактически владели и пользовались им.

Представленные ФИО5 в суд апелляционной инстанции видеозаписи, произведенные установленной рядом со спорным земельным участком камерой видеонаблюдения, правомерно не приобщены к материалам дела.

При этом, вопреки доводам подателей жалоб, в деле имеются документы, подтверждающие несение ФИО1 расходов на содержание спорного имущества (оплата газа, строительных материалов и услуг) и его страхование (том 1, л.д. 88-109).

С учетом установленных обстоятельств суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов об отсутствии оснований для признания договора от 05.07.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО1, недействительной сделкой.

В силу положений статьи 61.6 Закона о банкротстве  все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения. 

В настоящем случае суды, признав недействительными сделками договоры купли-продажи от 26.08.2014 и от 23.12.2016, с учетом того, что возврат в конкурсную массу должника спорного имущества невозможен, взыскали с ФИО3 в конкурсную массу                             30 000 000 руб.

Суды, изучив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, пришли к выводу, что иная стоимость спорного имущества, отличная от 30 000 000 руб., не подтверждается. Отчет от 14.03.2014, на который ссылается ФИО5, составлен по состоянию на 12.03.2014 по заказу ООО «Минтрест» для использования в целях принятия управленческого решения. 

При этом ни финансовый управляющий, ни иные лица, участвующие в деле, не заявляли о несоразмерности установленной договором от 05.07.2018 стоимости (30 000 000 руб.).

Доводы, указанные в кассационных жалобах, не опровергают выводов судов, а сводятся к несогласию с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела, что не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что суды дали оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в настоящем деле, надлежащим образом исследовали все имеющиеся в материалах дела доказательства и установили обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения спора, выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу.

Нормы материального права применены судами верно, выводы соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационных жалоб отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.10.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2022 по делу № А56-111412/2018 оставить без изменения, а кассационные  жалобы финансового управляющего ФИО3 – ФИО7 и ФИО5 –  без удовлетворения.

 

Председательствующий

В.В. Мирошниченко

Судьи

Н.Ю. Богаткина

А.В. Яковец