ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-7472/2021

Дело № А41-39964/20

16 июня 2021 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 июня 2021 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Коновалова С.А.,

судей Боровиковой С.В., Марченковой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

от ООО «Первое Решение»: ФИО2, по доверенности 20.02.2021, ФИО3, по доверенности от 17.05.2021; 

от ООО «Дозакл»: ФИО4, по доверенности от 02.11.2020,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Первое Решение» на решение Арбитражного суда Московской области от 05 марта 2021 года по делу №А41-39964/20 по заявлению ООО «Первое Решение» к ООО «Дозакл» о взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ:

ООО "Первое Решение" обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ООО "Дозакл" о взыскании реального ущерба в размере 169 915 665,56 рублей, а также упущенной выгоды в размере 316 803 312 руб.

Решением Арбитражного суда Московской области от 05 марта 2021 года по делу №А41-39964/20 в удовлетворении исковых требований отказано.

Стороны направили в судебное заседание своих представителей, представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель ответчика против указанных доводов возражал.

Рассмотрев дело в порядке ст. 268 АПК РФ, исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 10.01.2018 между ПАО "Дозакл" (арендодатель) и ООО "Первое решение" (арендатор) был заключен Договор аренды, согласно которому арендодатель передал, а арендатор принял за плату во временное пользование (аренду) нежилые помещения, описанные в приложении N 1 к Договору, общей площадью 3 732,6 кв. м, находящиеся на объекте "Главный производственный корпус", включая все внутренние инженерные системы, предназначенные для их функционирования.

21.03.2020 на территории Объекта начался пожар, в результате которого Объект, включая Помещения, переданные истцу, были уничтожены огнем практически полностью.

Как указано в Постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 17.04.2020, заключении специалиста ФГБУ "Судебно-экспертного учреждения Федеральной противопожарной службы "Испытательная пожарная лаборатория" по Московской области N 21/03/20-П-ВИ от 16.04.2020, единственным потенциальным источником зажигания в установленном очаге пожара явились светильники, закрепленные на металлическом тросе. При этом на Объекте имеются признаки характерные для аварийного режима работы электросети в виде дуги токов короткого замыкания.

В результате расследования обстоятельств пожара, проведенного старшим дознавателем по делам о пожарах Дмитровского городского округа майором внутренней службы ФИО5, нарушений пожарной безопасности со стороны истца, которые могли привести к возникновению пожара, установлено не было.

Как указывает истец, на момент пожара в помещениях находились сырье и материалы, в том числе упаковки и этикетки косметической продукции общей стоимостью 169 915 665,56 рублей. В результате пожара товар был полностью уничтожен, что привело к возникновению убытков у истца на сумму 169 915 665,56 рублей.

Помимо прочего, согласно требованиям истца, в результате пожара и уничтожения товара, истец лишился возможности его использовать в производственном процессе, что привело к возникновению упущенной выгоды в размере 320 378 621,71 рублей.

Согласно ст. 201 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно положениям Федерального закона N 35-ФЗ от 26.03.2003 "Об электроэнергетике" и ст. 543 ГК РФ, обязанности по обеспечению пожарной безопасности должны исполняться абонентом (потребителем), то есть ответчиком и не могут быть возложены на арендатора.

Пункт 1.5. Договора аренды предусматривает, что передаваемые в аренду помещения находятся в пригодном состоянии, отвечающем требованиям к эксплуатируемым нежилым помещениям, используемым для производства. Инженерные сети и оборудование (теплопровод, водопровод, электрические сети, электрооборудование и канализация), расположенные в Помещениях, находятся в исправном состоянии на момент подписания Договора и являются неотъемлемой частью Помещений.

При этом в силу п. 2.2.19 Договора аренды истец должен обеспечить ответчику возможность доступа в Помещения с целью осуществления ответчиком ремонта и осмотра Помещений, а также инженерных сетей и оборудования, расположенного в Помещениях.

Согласно п. 2.2.20 истец не имел права проводить без письменного согласования с ответчиком капитальных ремонтных работ в Помещениях, неотделимых улучшений, текущий ремонт инженерных систем и оборудования, расположенных в Помещениях.

Таким образом, никакие модификации и изменения в инженерные системы, в том числе систему электроснабжения, не могли быть внесены и не вносились без участия ответчика.

По мнению истца, вина в причинении ему убытков лежит на ответчике, поскольку последний не обеспечил поддержание Объекта в состоянии, пригодном для эксплуатации, а именно не обеспечил надлежащую работу электросети Объекта.

При этом, Акт эксплуатационной ответственности не был подписан сторонами Договора аренды, следовательно в рамках Договора аренды разграничение ответственности сторон за эксплуатацию систем, в частности, системы электроснабжения, произведено не было.

Поскольку в рамках Договора аренды ответчик является профессионалом, предложившим заключение договора по своей форме и, в отсутствие подписанного Акта разграничения эксплуатационной ответственности, несет полную ответственность за поддержание системы электроснабжения в надлежащем состоянии и предотвращение пожароопасных ситуаций в связи с ее эксплуатацией.

В обоснование размера предъявленного ко взысканию требования, истец указывает на то, что на момент пожара в Помещениях находилось сырье и материалы, в том числе упаковки и этикетки косметической продукции, общей стоимостью 169 915 665,56 рублей.

В обоснование расчета реального ущерба истцом представлены товарные накладные, накладные на передачу товара на склад, спецификации собственного производства, акты об инвентаризации и списании товара в отношении имущества истца, уничтоженного в результате пожара.

В результате пожара истец лишился возможности использовать товар в производственных целях, что привело к возникновению упущенной выгоды, поскольку уничтоженный товар подлежал использованию при производстве и реализации косметической продукции, производимой истцом. Исходя из объема утраченного Товара, истец произвел расчет стоимости продукции, которая могла быть произведена и реализована с учетом текущих рыночных цен на данный товар. Указанная сумма составила 316 803 312 руб.

При расчете упущенной выгоды истцом были учтены расходы, а именно потенциальная прибыль была уменьшена на сумму НДС, а также себестоимость изготовления продукции. При этом себестоимость включает коммерческие и производственные расходы.

Направленная истцом претензия о взыскании убытков была оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в суд с рассматриваемыми требованиями.

Пунктами 1 и 2 статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушение, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

По смыслу указанных норм и разъяснений лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие полного состава правонарушения: факт причинения убытков, противоправное поведение лица, действиями (бездействием) которого причинены убытки, причинную связь между указанными действиями (бездействием) и убытками, размер убытков, а также принятие мер по разумному уменьшению размера понесенных убытков.

Привлечение лица к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков возможно только при доказанности всей совокупности вышеперечисленных условий, отсутствие хотя бы одного из элементов состава гражданского правонарушения исключает возможность привлечения к имущественной ответственности.

Причинно-следственная связь между нарушением права и причинением убытков должна быть прямой; единственной причиной, повлекшей неблагоприятные последствия для истца в виде убытков, являются исключительно действия (бездействия) ответчика и отсутствуют какие-либо иные обстоятельства, повлекшие наступление указанных неблагоприятных последствий. Убытки истца являются прямым необходимым следствием исключительно действий (бездействий) ответчика, а именно в результате действий (бездействий) ответчика (причина) наступили неблагоприятные последствия для истца в виде убытков (следствие).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 12 постановления Пленума ВС РФ N 25 от 23.06.2015 г. размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как следует из фактических обстоятельств дела, 21.03.2020 г. в производственном корпусе, площадью 33000 кв. м произошел пожар, в результате которого объект был уничтожен огнем практически полностью.

Указанный производственный корпус был разделен на пролеты 1,2,3,4 и принадлежал ответчику.

На основании договора аренды от 10.01.18 г. истец арендовал часть Производственного корпуса, а именно нежилое помещение общей площадью 3 732,6 кв. м.

На арендуемых помещениях истец осуществлял производство и хранение косметической продукции (шампуни, гели, маски для лица и др.).

По факту произошедшего пожара было возбуждено уголовное дело N 12002460023000025. Согласно Постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 17.04.2020 г., заключению специалиста ФГБУ "Судебно-экспертного учреждения Федеральной противопожарной службы "Испытательная пожарная лаборатория" по МО N 21/03/20-П-ВИ от 16.04.2020 г., единственным потенциальным источником зажигания в установленном очаге пожара явились светильник, закрепленные на металлическом троссе.

При этом на объекте имеются признаки, характерные для аварийного режима работы электросети в виде дуги токов короткого замыкания. В результате расследования обстоятельств пожара, проведенного старшим дознавателем по делам о пожарах Дмитровского городского округа майором внутренней службы ФИО5, нарушений пожарной безопасности со стороны истца, которые могли привести к возникновению пожара, установлено не было.

По мнению истца, ответственность за поддержание в работоспособном и исправном состоянии противопожарных систем несет ответчик, поскольку в силу ст. 201 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. Следовательно, ответственность в возникновении у истца убытков должна быть возложена на ответчика, поскольку он не обеспечил надлежащую работу электросети, что привело к возникновению пожара.

В обоснование своих требований истец приводит выводы, сделанные специалистом в заключении N 21/03/20-П-Ви от 16.04.2020 г.:

- в здании имеются признаки, характерные для аварийного режима работы электросети в виде дуги токов короткого замыкания;

- единственным потенциальным источником зажигания в установленном очаге пожара явились светильники, закрепленные на металлическом троссе.

- каких-либо пожароопасных работ, в том числе, связанных с источником пламенного горения в складе не проводилось.

- наиболее вероятной причиной пожара в данном случае послужило воспломенение горючих материалов в очаге пожара от теплового проявления аварийного режима работы электросети склада, наиболее вероятно, аварийного режима работы светильника.

В рамках уголовного дела была проведена пожарно-техническая экспертиза, подготовлено экспертное заключение N Э/16-20 ФГБОУ ВО Санкт-Петербургского университета ГПС МЧС России.

Как следует из Заключения экспертизы по уголовному делу, так и из Заключения, подготовленного на стадии доследственной проверки, очаг пожара находился в помещении, арендованном ООО "Первое решение".

Однако согласно заключению N Э/16-20, в соответствии с осмотром места происшествия от 10.06.2020 г. непосредственно в очаге пожара были обнаружены остатки сварочного трансформатора.

В связи с чем, экспертами сделаны следующие выводы:

- непосредственной причиной возникновения пожара явилось загорание хранимых в очаге пожара материалов (упаковочного материала, бутылок ПЭТФ), от источников зажигания связанных с проводимыми сварочными работами;

- при организации и проведении электродуговой сварки 21.03.2020 г. в помещении, арендуемом ООО "Первое решение", имелись нарушения требований пожарной безопасности: место проведения огневых работ не было очищено от хранившихся в складском помещении горючих веществ и материалов (п. 419 ППР в РФ); огневые работы проводил работник, не имеющий квалифицированного удостоверения и не прошедший специальную подготовку; на проведение огневых работ в день возникновения пожара не был оформлен наряд-допуск по установленной форме. Между нарушением п. 419 ППР в РФ и возникновением пожара имеется причинно-следственная связь.

- эксплуатация арендуемых ООО "Первое решение" помещений с изменением их функционального назначения (с производственного на складское) без внесения изменения в проектную документацию является нарушением требованиям ч. 1.5 ст. 55.24 (14), подп. О) п. 23 ППр в РФ (8).

Кроме того, как указано в вышеназванном экспертном заключении, на быстрое распространение горения в помещении ООО "Первое решение" повлияло большое сосредоточение горючих веществ и материалов, складировавшихся на стеллажах высотой 5 метров, позднее обнаружение пожара, а также нахождение смонтированных в помещении АПС и АУПТ в неработоспособном и неисправном состоянии.

Истец опровергает вывод экспертов о том, что причиной пожара послужило нарушение требований пожарной безопасности при проведении сварочных работ, поскольку проведения электродуговой сварки 21.03.2020 в помещениях, арендованных истцом, не подтвержден и был физически невозможен, исходя из времени возникновения и развития пожара. Наличие сварочного аппарата не было выявлено в ходе осмотра места происшествия после пожара.

Согласно заключению специалиста от 30.11.2020 г. по результатам исследования фотографий, приложенных к заключению эксперта по уголовному делу, описания объектов, установлено, что отсутствуют кожух, отсутствуют рама для крепления трансформаторного сердечника и катушек, отсутствуют клеммы подключения входящей сети напряжения на первичную катушку данной конструкции, у латунного контакта с винтом-барашком отсутствует клемма для соединения с проводниками предназначенными для контакта зажимов с массой или для удержания электрода. На обмотке отсутствуют следы копоти и воздействия указанной экспертом температуры 800-900 С.

Таким образом, специалистом сделан вывод, что если бы сварочный аппарат находился в очаге пожара, то помимо трансформатора и фрагментов зажима для электродов там же должны были бы находиться рама, огарки электродов различной длины, фрагмента карболитовых накладок и рукоятки держателя электродов, конденсаторы, вентиляторы и диоды, а также детали и оборудования, в отношении которых проводились сварочные работы.

В виду наличия противоречий между выводами сделанными в Заключении экспертизы N Э/16-20 от 14.07.2020 г. и Заключении N 21/03/20-П-ВИ от 17.04.2020 г., истец в суде первой инстанции ходатайствовал о назначении судебной экспертизы для установления причин пожара.

Отказывая в удовлетворении указанного ходатайства, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что поскольку в результате пожара спорный объект практически полностью уничтожен, результаты экспертизы не дадут достоверных результатов.

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно условиям договора аренды арендодатель передает, а арендатор принимает за плату во временное пользование нежилые помещения, описанные в Приложении N 1 к договору, общей площадью 3 732,6 кв. м, включая все внутренние инженерные системы, предназначенные для их функционирования.

Арендуемые помещения в силу п. 1.1 договора были переданы арендатору в производственных целях.

В соответствии с п. 1.5 договора передаваемые помещения находятся в пригодном состоянии, отвечающем требованиям, предъявляемым к эксплуатируемым нежилым помещениям, используемым для производства. Инженерные сети и оборудование (теплопровод, водопровод, электрические сети, оборудование и канализация), расположенные в помещениях, находятся в исправном состоянии на момент подписания договора и являются неотъемлемой частью помещений.

Исходя из буквального толкования указанного пункта следует, что помещения были переданы истцу в состоянии, предназначенном для функционирования арендуемых помещений.

При этом, Акт разграничения эксплуатационной ответственности сторонами подписан не был, следовательно, в рамках спорного договора аренды разграничение ответственности сторон за эксплуатацию систем, произведено не было.

Вместе с тем, согласно условиям договора арендатор принял на себя обязательства:

- использовать арендуемые помещения исключительно по их прямому назначению в соответствии с условиями договора (п. 2.2.1),

- при нахождении, как в помещениях, так и на территории арендодателя, обеспечивать выполнение правил и требований по охране труды, промышленной, пожарной, электрической и экологической безопасности, нести ответственность за исполнение вышеперечисленных правил и требований. Арендатор за свой счет обеспечивает все арендуемые помещения противопожарными средствами (огнетушителями и индивидуальными средствами защиты (противогазами) и следит за соблюдением сроков эксплуатации (п. 2.2.3).

- осуществлять все виды ремонта и обслуживания помещений (включая внутренние инженерные сети в пределах зоны ответственности арендатора в соответствии с Актом разграничения ответственности и технические системы), необходимые для поддержания помещений в том состоянии, в котором они были переданы арендатору в дату начала срока аренды, получив при этом письменное разрешение на проведение данного ремонта, Все неотделимые улучшения, сделанные арендатором, являются собственностью арендодателя (п. 2.2.13).

По смыслу указанных положений договора очевидно следует, что стороны договора возложили обязанность по соблюдению требований пожарной безопасности в арендованных помещениях на арендатора.

Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена данным кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах", суд вправе применить к договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ при изменении или расторжении соответствующего договора по требованию контрагента, если будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, явно обременительные для контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (оказался слабой стороной договора).

В пункте 10 названного постановления указано, что при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.

При заключении спорного договора истцом не предпринимались попытки внести изменения в проект договора, а также подписать Акт эксплуатационной ответственности. Согласно п. 1.1 договора помещения были предоставлены истцу в производственных целях.

ООО "Первое решение", осуществляя хранение в арендуемом помещении большого количества материалов и продукции, относящихся к горючим веществам и материалам, должен был проявить должную степень заботливости и осмотрительности, обеспечив в арендуемом помещении соблюдение правил пожарной безопасности, истец мог застраховать имущество, которое находилось в помещении.

Истец, осуществляя деятельность на свой страх и риск как субъект предпринимательской деятельности, должен был и мог предположить и оценить возможность отрицательных последствий такой деятельности.

Довод апелляционной жалобы со ссылкой на п. 2.2.20 в рассматриваемом случае не имеет правового значения, поскольку доказательств того, что истец обращался к ответчику за согласованием ремонтных работ, неотделимых улучшений, текущего ремонта инженерных систем и оборудования, в материалы дела не представлено.

В апелляционной жалобе истец указывает, что обязанность по поддержанию систем электроснабжения и пожаротушения возлагалась на ответчика на основании Договора №РР-212 на оказание услуг от 01.06.2016.

Согласно п. 1.1 договора ответчик принял на себя обязательства по выполнению услуг по поддержанию в исправном техническом состоянии инженерных сетей и оборудования ООО "Дозакл", служащих для снабжения энергоресурсами ООО "Первое решение".

Исходя из условий договора, ответчик принял на себя обязательства по поддержанию в исправном состоянии инженерных сетей, необходимых для снабжения истца энергоресурсами, а не обязательства по поддержанию в надлежащем состоянии электрических сетей и систем пожаротушения в арендованных истцом помещениях.

Кроме того, стороны пояснили, что обязательства по договору ООО "Дозакл" исполнялись, каких-либо возражений по качеству оказанных ответчиком услуг истцом не заявлялось.

Согласно доводам истца, в силу положений Федерального закона N 35-ФЗ от 26.03.2003 г. "Об электроэнергетике", ст. 543 Гражданского кодекса Российской Федерации обеспечение пожарной безопасности должно производиться по всем помещения зданий и сооружений, собственником которых является ответчик.

В соответствии со статье 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

По смыслу указанной нормы в понятие "содержание имущества" включается его ремонт и сохранение в состоянии, не представляющей опасности при использовании по назначению.

В соответствии с пунктом 57 Правил пожарной безопасности в Российской Федерации (ППБ 01-03), утвержденных Приказом МЧС РФ от 18.06.2003 N 313 проектирование, монтаж, эксплуатацию электрических сетей, электроустановок и электротехнических изделий, а также контроль за их техническим состоянием, необходимо осуществлять в соответствии с требованиями нормативных документов по электроэнергетике.

В силу части 1 статьи 38 Федерального закона N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

Как указывает истец, системы пожаротушения и пожарной сигнализации ГПК, ответственность за работоспособность которых несет ответственность, в момент пожара не сработали, что находится в причинной связи с распространением пожара.

Вместе с тем, при анализе и сопоставлении сведений, имеющихся в заключении специалиста, заключении по уголовному делу, иных доказательств по делу, нельзя сделать однозначный вывод о том, что причиной пожара в данном случае мог послужить именно тепловой эффект аварийного пожароопасного режима работы, возникшего в электрических устройствах.

Кроме того, суд исходит из того, что вероятность предотвращения возникновения и распространения пожара в случае надлежащего состояния противопожарных систем, из фактических обстоятельств дела и пояснений сторон не следует, учитывая масштаб и быстрое распространение пожара.

Так, из показаний свидетелей в рамках уголовного дела следует, что находящиеся на спорном объекте рабочие пытались потушить пожар с помощью огнетушителей, а также шлангом гидранта, однако какого-либо результата это не принесло, так как пламя было сильным и распространялось по всему складу.

Из заключения экспертизы в рамках уголовного дела также следует, что на развитие пожара могло повлиять только наличие исправных систем противопожарной защиты в помещениях, арендованных истцом, а не во всем здании ГПК, так как именно системы в арендованных помещениях должны были ликвидировать пожар до возникновения критических значений опасных факторов пожара.

На скорость распространения пожара могли повлиять свойства и количество используемых и хранящихся истцом в помещении горючих веществ и материалов, независимо от причин возгорания.

Следовательно, в материалы дела не представлено достаточных доказательств того, что единственной причиной, повлекшей неблагоприятные последствия для истца в виде убытков, являются исключительно действия (бездействия) ответчика и отсутствуют какие-либо иные обстоятельства, повлекшие наступление указанных неблагоприятных последствий.

Истец после изменения функционального значения использования арендуемых помещений, должен был обеспечить поддержание исправности и работоспособности противопожарных систем.

В фототаблице протокола осмотра места происшествия имеется изображение труб от АПУТ в помещениях ООО "Первое решение", а также изображение помещения насосной станции АУПТ.

Тип и интенсивность орошения АУПТ выбираются и рассчитываются исходя из свойств пожарной нагрузки. Следовательно, при складировании большого количества горючей нагрузки, истцом должно было быть учтено фактическое назначение помещения.

Таким образом, истец сам не предпринял необходимых действий по предупреждению возможного ущерба вследствие пожара, а равно принятие мер по разумному уменьшению размера понесенных убытков.

Доводы апелляционной жалобы повторяют доводы иска, были рассмотрены и обоснованно отклонены судом первой инстанции.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Московской области от 05.03.2021 по делу №А41-39964/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через суд первой инстанции.

Председательствующий

С.А. Коновалов

Судьи

С.В.  Боровикова

 Н.В.  Марченкова