1363/2023-106752(2) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Санкт-Петербург 

20 июля 2023 года Дело № А21-1059-15/2021  Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2023 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 20 июля 2023 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Серебровой А.Ю. судей Будариной Е.В., Морозовой Н.А. при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1 при участии: 

от ФИО2 – представитель ФИО3 (по доверенности от 18.03.2022),  от конкурсного управляющего должника – представитель ФИО4 (по  

доверенности от 23.12.2021), 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-15200/2023) ФИО2 и  ФИО5  

на определение Арбитражного суда Калининградской области от 24.04.2023 по  делу № А21-1059-15/2021 (судья Ефименко С.Г.), принятое по заявлению  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Термопринт» ФИО6 об оспаривании сделки в  рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Термопринт»  

ответчики: ФИО2, ФИО5  

об удовлетворении заявления, 

установил:

Определением Арбитражного суда Калининградской области (далее – арбитражный  суд, суд первой инстанции) суда от 12.02.2021 по заявлению общества с  ограниченной ответственностью «Формат» возбуждено дело о несостоятельности  (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Термопринт» (далее – Общество, должник).  

Определением арбитражного суда от 23.03.2021 в отношении 

Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим должника  утверждена ФИО7.  

Решением арбитражного суда от 14.12.2021 Общество признано  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство,  конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Общества в арбитражный  суд 15.12.2022 поступило заявление конкурсного управляющего должника  ФИО6 к ФИО2 и ФИО5 о признании недействительной сделки по начислению и выплате  Обществом в пользу ФИО2 дивидендов в размере 2 068 966,00 руб.,  применении последствий недействительности сделки в виде взыскания солидарно с  ФИО2 и ФИО5 в пользу Общества денежных средств в  размере 2 068 966,00 руб.  

Определением арбитражного суда от 24.04.2023 заявление конкурсного  управляющего удовлетворено.  

Не согласившись с указанным определением суда первой инстанции,  ФИО2 и ФИО5 обратились с апелляционной жалобой, в  которой просят обжалуемое определение отменить и принять по делу новый  судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.  

В апелляционной жалобе ее податели выражают несогласие с выводом суда  первой инстанции о совершении спорных платежей в период подозрительности в  целях причинения вреда кредиторам должника.  

Апеллянты указывают, что финансовые показатели деятельности Общества в  2018 году не предполагали признаков банкротства и позволяли единственному  учредителю должника принять решение о начислении и выплате себе дивидендов  без ущерба интересам кредиторов и контрагентов, с которыми должник сотрудничал  и имел длительные устойчивые деловые связи (UPM Raflatac и Avery Dennison B.V.).  

В обоснование данного довода апеллянты ссылаются на выводы аудиторских  заключений за 2018-2019 годы и данные бухгалтерские балансов Общества по  состоянию на 31.12.2018 и 31.12.2019, которыми подтверждаются финансовые  результаты деятельности Общества, наличие у него значительных активов и  существенной дебиторской задолженности.  

По мнению подателей жалобы, неисполненные денежные обязательства  перед двумя вышеуказанными иностранными контрагентами возникли у Общества в  марте 2021 года, то есть через 1,5 года после выплаты дивидендов.  

В апелляционной жалобе также выражается несогласие с примененными  судом первой инстанции последствиями недействительности сделки в виде  взыскания денежных средств со ФИО5, являющегося гражданским  мужем ФИО2, поскольку он с 2010 года не участвовал в управлении  Обществом, с 2011 года не занимал в нем руководящих должностей, не принимал  решения, влияющих на хозяйственную деятельность Общества.  

Кроме того, податели жалобы ссылаются на представленные в материалы  дела доказательства, подтверждающие, что перечисление ФИО2  денежных средств на счет ФИО5 осуществлено в порядке возврата  последнему долга.  

От конкурсного управляющего Общества в Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд представлен отзыв на апелляционную жалобу с возражениями  против ее удовлетворения.  

В судебном заседании Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы.  

Представитель конкурсного управляющего Общества возражал против  удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.  

Проверив в порядке статей 266 - 272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность и обоснованность определения  суда первой инстанции, исследовав и оценив материалы дела, изучив доводы  апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив правильность применения  судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд  апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

В силу положений, содержащихся в статье 223 АПК РФ, пункте 1 статьи 6,  пункте 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства).  

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником  или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по  основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума от 23.12.2010 №  63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального  закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63),  следует, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве к сделкам, которые  могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, относятся  действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих  в соответствии с гражданским законодательством, в том числе действия,  являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств или иные действия,  направленные на прекращение обязательств.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним  управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей  инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при  этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный  управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания  сделки, предусмотренных настоящим Законом о банкротстве.  

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов  и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения  

сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности  имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в  имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из  состава учредителей (участников) должника.  

Как следует из пункта 5 Постановления № 63, для признания сделки  недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности  всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

Исходя из пункта 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным  правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих  условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное  не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного  в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент  совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не  является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности  или недостаточности имущества.  

В соответствии с пунктом 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона  сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона)  либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества  

должника. Данные презумпции также являются опровержимыми - они применяются,  если иное не доказано другой стороной сделки.  

Датой принятия заявления о признании должника банкротом считается дата  вынесения определения об этом; датой возбуждения дела о банкротстве является  дата принятия судом первого заявления независимо от того, какое заявление  впоследствии будет признано обоснованным (пункт 1 постановления Пленума  Высшего Арбитражного кодекса Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О  текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», абзац  третий пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных  с рассмотрением дел о банкротстве»).  

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника  возбуждено определением арбитражного суда от 12.02.2021.  

Соответственно, к оспариваемым платежам, совершенным 22.08.2019 и  26.08.2019, подлежат применению положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

В то же время в предмет доказывания в рамках настоящего спора в силу  указанных норм и разъяснений входит одновременно совершение сделки с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов, сам факт причинения вреда в  результате совершения сделки, а также осведомленность другой стороны сделки об  указанной цели должника.  

Из материалов дела следует, что ФИО2 является единственным  участником Общества c 08.12.2009 по настоящее время, а также его бывшим  руководителем.  

Согласно отчету по форме 6-НДФЛ за 2019 год должником в течение 2019  года в пользу физических лиц начислен доход в виде дивидендов в сумме  

2 068 966,00 руб., размер которого за вычетом подлежащего удержанию налога на  доходы физических лиц (13%, 268 966,00 руб.) составил 1 800 000,00 руб.  

Денежные средства в размере 1 800 000,00 руб. в счет выплаты дивидендов  перечислены в пользу ФИО2 двумя платежами: от 22.08.2019 на сумму  500 000,00 руб., от 26.08.2019 на сумму 1 300 000,00 руб. на основании платежных  реестров к зарплатному проекту № 146 от 22.08.2019 и № 147 от 26.08.2019.  

Сумма налога на доходы физических лиц в размере 268 966,00 руб. удержана  и уплачена в бюджет.  

После поступления денежных средств на счет ФИО2 денежные  средства в сумме 1 755 000,00 руб. перечислены ею на счет ФИО5  следующими переводами: в размере 495 000,00 руб. от 10.09.2019, 500 000,00 руб.  от 11.09.2019, 260 000,00 руб. от 12.09.2019, 500 000,00 руб. от 27.09.2019.  

Вышеизложенные обстоятельства послужили основанием для обращения  конкурсного управляющего должника в арбитражный суд с заявлением об  оспаривании платежей в пользу ФИО2 по пункту 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Материалами дела подтверждается, что на момент совершения спорных  платежей у должника имелись неисполненные обязательства, которые  впоследствии были включены в реестр требований кредиторов:  

 - требования UPM Raflatac Oy (ИКК 1064733-4) в размере 124 725 332,68 руб.,  возникшие в период с 09.10.2018 по 10.07.2020 на основании контракта № 1 от  17.09.2013 и международных товарно-транспортных накладных за период с  09.10.2018 по 10.07.2020, подтвержденные в дальнейшем решением Арбитражного  суда от 15.03.2021 по делу № А21-11909/2020, оставленным без изменения  постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2021, и  

включенные в реестр требований кредиторов должника определением  арбитражного суда 12.08.2021 по обособленному спору № А21-1059-2/2021;  

 - требования Авери ФИО8 (Avery Dennison B.V.) (Нидерланды) в  размере 99 519 851,40 руб., возникшие в период с 26.03.2019 по 28.07.2020 на  основании Контракта № 01/12/2009 от 07.12.2009 и международных товарно-транспортных накладных за период с 26.03.2019 по 28.07.2020, подтвержденные в  дальнейшем решением арбитражного суда от 11.03.2021 по делу № А21-13/2021,  оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного  апелляционного суда от 02.08.2021, и включенные в реестр требований кредиторов  должника определением арбитражного суда от 13.08.2021 по обособленному спору   № А21-1059-1/2021.  

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции, сославшись на  пункты 1, 2 статьи 29 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с  ограниченной ответственностью», согласно которым общество не вправе принимать  решение о распределении прибыли, а также выплачивать участникам дивиденды  при наличии признаков банкротства, пришел к обоснованному выводу, что на дату  совершения оспариваемых платежей у должника имелись неисполненные  обязательства, дивиденды были выплачены заинтересованному лицу по отношению  к должнику, что свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам  кредиторов.  

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии у Общества признаков  неплатежеспособности на момент совершения спорных платежей являются  несостоятельными, так как опровергаются материалами дела.  

Вопреки доводам апелляционной жалобы факт вынесения в 2021 году  судебных актов о взыскании с Общества задолженности в пользу UPM Raflatac и  Avery Dennison B.V. не имеет правового значения для определения момента  возникновения признаков неплатежеспособности, поскольку обязательства  Общества перед указанными кредиторами возникли в период с октября 2018 г. по  июль 2020 г., то есть до совершения спорных платежей при том, что ни к моменту их  совершения, ни после их осуществления данная задолженность не была погашена;  просрочка по денежным обязательствам перед названными кредиторами в сумме  более 150 млн руб. на момент совершения спорных платежей составляла не менее  7 месяцев.  

Приведенный в апелляционной жалобе анализ финансового состояния  Общества, основанный исключительно на валюте баланса, не отражает реального  положения Общества, не учитывает структуру баланса и соотношение показателей  разного вида активов и пассивов. Наличие у Общества основных средств и прочих  активов, существенная доля которых состоит из дебиторской задолженности, не  свидетельствуют о стабильном финансовом положении и отсутствии признаков  несостоятельности.  

Также подлежат отклонению ссылки подателей жалобы на аудиторские  заключения, поскольку они не содержат перечня и приложения документов, на  основании которых проводился анализ, отсутствуют доказательства передачи  документов бухгалтерского учета аудиторам. Кроме того, ООО «Аудиторская  экспертиза» (ИНН 

<

***>) и ООО «Практик» (ИНН 

<

***>), выполнявшие  для Общества аудит в 2018 и 2019 г.г., ликвидированы, последнее – в связи с  недостоверностью сведений, содержащихся в Едином государственном реестре  юридических лиц, при том, что данные бухгалтерского баланса, вывод о  достоверности которых сделан аудиторами, впоследствии изменены самим  должником. В частности, данные отчета о финансовых результатах за 2018 год, в  отношении которого проводился аудит, отличаются от сведений за предыдущий год,  

в отчете о финансовых результатах за 2019 г. Данные бухгалтерского баланса за  2019 г. Вывод о достоверности которых сделан аудитором, впоследствии также  изменены должником, что подтверждается отчетностью, размещенной на сайте  налогового органа.  

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для взыскания со  ФИО5 денежных средств также являются несостоятельными.  

По правилам пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными  лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель  должника, а также лица, входящие в коллегиальный исполнительный орган или  иной орган управления должника.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве  заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его  супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и  их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

Таким образом, ФИО5, являющийся гражданским мужем  генерального директора и единственного участника ФИО2, каковой факт  ответчиками не оспаривается, является заинтересованным лицом по отношению к  должнику.  

Кроме того, в материалы дела представлены документы, свидетельствующие  об участии ФИО5 в деятельности должника, что подтверждается  представленными в материалы дела электронными деловыми письмами  контрагентов, адресованными на имя ФИО5, договорами об  отчуждении основных средств, в частности договорами купли-продажи от 17.12.2019   № 73708, от 26.12.2019 № 73709 с ООО «Лизинговая компания «Сименс Финанс», в  которых (пункт 10.5) указаны контакты ФИО5 как представителя  должника.  

Указанные обстоятельства в совокупности с наличием у Общества признаков  неплатежеспособности на момент совершения спорной сделки свидетельствует как  о цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов, так и об  осведомленности ответчика ФИО5 об этой цели.  

Приведенные в апелляционной жалобе доводы, согласно которым  ФИО5 не являлся выгодоприобретателем по спорной сделке,  поскольку перечисления денежных средств в пользу ФИО5  осуществлены ФИО2 в счет погашения долга, судом апелляционной  отклоняются.  

Следует отметить, что между совершением спорной сделки по начислению  дивидендов в пользу ФИО2 и осуществленными последней  перечислениями денежных средств в пользу ФИО5 имеется  незначительный временной разрыв.  

Кроме того, цель возврата денежных средств в назначении платежей в пользу  ФИО5 не указана.  

Суммы денежных средств, поступивших от ФИО5 на счет  ФИО2 (1 000,00 руб. от 20.08.2019, 500 000,00 руб. от 22.08.2019,  340 000,00 руб. от 26.08.2019) не совпадают с суммой перечислений,  осуществленных ФИО2 в пользу ФИО5  

Доказательств поступления от ФИО5 денежных средств в  размере 1 260 000,00 руб., зачисленных на счет ФИО2 03.09.2019  наличными денежными средствами, в материалах дела не имеется.  

Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО5 и 

ФИО2 на систематической основе оказывали друг другу финансовую  

помощь на ведение бизнеса в виде займов с последующим их возвратом,  документально не подтверждены.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том,  что в результате оспариваемых перечислений имущественный вред причинен  должнику и его кредиторам совместными действиями ФИО2 и  ФИО5, в связи с чем правомерно применил последствия  недействительности сделки в виде солидарного взыскания денежных средств с  ответчиков.  

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия полагает, что  апелляционная жалоба не содержит доводов, свидетельствующих о наличии  обстоятельств, влияющих на обоснованность и законность судебного акта либо  опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем, доводы подателя  жалобы признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут  служить основанием для отмены судебного акта.  

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм  материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270  АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не  установлено.  

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 24.04.2023 по  делу № А21-1059-15/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу  ФИО2 и ФИО5 - без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий А.Ю. Сереброва  

Судьи Е.В. Бударина  

 Н.А. Морозова