АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1642/19 

Екатеринбург

17 июня 2022 г.

Дело № А50-29262/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июня 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 июня 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Пирской О.Н., Новиковой О.Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ИдеалСтрой» ФИО2 на определение Арбитражного суда Пермского края от 10.08.2021 по делу № А50-29262/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном посредством путем использования системы веб-конференции, приняли участие:

конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «ИдеалСтрой» ФИО2 (лично, паспорт);

представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 14.07.2020

Определением Арбитражного суда Пермского края от 11.09.2017 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Уралэлектромонтаж» (далее – общество «УЭМ») в лице конкурсного управляющего ФИО5 о признании общества с ограниченной ответственностью «ИдеалСтрой» (далее – общество «ИдеалСтрой», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.10.2017 заявление общества «УЭМ» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 17.04.2018 общество «ИдеалСтрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющий должника утверждена ФИО2

В Арбитражный суд Пермского края 07.04.2020 от конкурсного управляющего ФИО2 поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывших руководителей должника ФИО3 и ФИО6.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 10.08.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 определение суда первой инстанции от 10.08.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Уральского округас кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального права и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, просит указанные судебные акты отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий указывает на то, что поскольку вступившим в законную силу судебным актом установлено, что бывшими руководителями должника не исполнена обязанность по передаче имущества и документации общества «ИдеалСтрой», отмечая, что сам по себе факт отсутствия документов является препятствием для проведения мероприятий по пополнению конкурсной массы, бездействие ответчиков привело к утрате возможности формирования конкурсной массы в размере 9 198 тыс. руб. (указанных в бухгалтерском балансе должника). Кассатор также отмечает, что основная часть требований, включенных в реестр основана на сделках, признанных недействительными, в связи с чем имеется причинно-следственная связь между совершением руководителем должника (ФИО3) таких сделок и банкротством общества «ИдеалСтрой». 

ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу по приведенным доводам возражает, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «ИдеалСтрой» зарегистрировано 25.11.2011; основным видом деятельности должника является торговля оптовая специализированная прочая, дополнительные виды – строительство жилых и нежилых зданий, подготовка строительной площадки, производства электромонтажных, санитарно-технических и прочих строительно-монтажных работ, работы строительные отделочные и др.

Должником в 2012 и 2015 годах получены: свидетельство о допуске к определенному виду или видам работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства (С-01-0809-20112012), свидетельство о допуске к определенному виду или видам работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства № 0091.02.

Руководителем и учредителем общества «ИдеалСтрой» в период с 25.11.2011 по 19.04.2017 являлся ФИО3, с 20.04.2017 и до открытия в отношении должника конкурсного производства (17.04.2018) руководителем и учредителем должника являлась ФИО6

В ходе процедур банкротства в реестр требований кредиторов общества «ИдеалСтрой» включены требования двух кредиторов: общества «УЭМ» в размере 73 549 706 руб. 33 коп. и уполномоченного органа в размере 60 426 руб. 04 коп.

Задолженность по текущим платежам по состоянию на 26.03.2021 составляла 977 220 руб. 98 коп. 

Общая сумма непогашенной задолженности должника составляет 74 587 353 руб. 35 коп.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства в качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности:

неисполнение ФИО3 обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом);

неисполнение ФИО3 и ФИО6 обязанности по передаче хозяйственной и бухгалтерской документации и имущества должника;

причинение ФИО3 вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения им сделок.

Рассматривая заявление конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (в части применения норм материального права) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с разъяснениями пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за неисполнение им обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 10, пункты 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве), конкурсный управляющий указывал на то, что обязанность по подаче в суд заявления о признании должника банкротом возникла у ФИО3 не позднее 01.02.2014 с учетом оспаривания сделок с должником по перечислению денежных средств в рамках дела о банкротстве общества «УЭМ». 

Руководствуясь ранее приведенными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, проанализировав бухгалтерскую документацию должника за 2014-2018 годы, из которой следует, что в 2014, 2015, 2017 годах размер активов превышал кредиторскую задолженность, отметив, что представленная отчетность была принята уполномоченным органом, должнику были начислены налоги, которые должником оплачены за указанные периоды, задолженность по обязательным платежам за период с 2014-2016 годы у должника отсутствует, приняв во внимание, что в период с 01.01.2014 по 30.12.2016 обороты на расчетном счете составили: сумма по дебету счета – 746 641 044 руб. 30 коп., сумма по кредиту счета – 742 770 880 руб. 61 коп., а также учтя установленные в определениях от 07.06.2019 и 22.07.2019 факты ведения хозяйственной деятельности (заключение сделок) в период с 2014-2016 годы, в результате которых на расчетный счет должника поступили денежные средства в размере 327 097 568 руб. 35 коп., суды сделали вывод, что по состоянию на 01.02.2014 (дату, указанную конкурсным управляющим в качестве даты обязательной подачи заявления о собственном банкротстве) должник не отвечал признакам несостоятельности, мог самостоятельно погашать существующие задолженности за счет собственных активов.

При этом, оценив обстоятельства и материалы дела, учитывая финансовую деятельность должника, выписку по счету должника, бухгалтерскую отчетность должника, с учетом наличия в судах обособленных споров о признании сделок недействительными, оспаривание в рамках дел о банкротстве общества «УЭМ» сделок с должником, суды сделали вывод о том, что руководитель должника обязан был принять  меры в целях обращения в суд с заявлением о признании общества «ИдеалСтрой» несостоятельным (банкротом) не позднее 30.10.2017 (с учетом срока сдачи налоговой отчетности 30.09.2017).

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что определением суда от 11.09.2017 принято к производству заявление общества «УЭМ» о признании должника банкротом, суды сделали вывод, что в рассматриваемом случае вред независимым участникам оборота вследствие сокрытия руководителем должника информации о неудовлетворительном имущественном положении возглавляемого им юридического лица не причинен, соответственно основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве отсутствуют.

Рассматривая доводы о привлечении ФИО3 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с неисполнением ответчиками обязанности по передаче хозяйственной и бухгалтерской документации и имущества должника, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) также закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации, невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом приведенные в пункте 4 статьи 10 (пункте 2 статьи 61.11) Закона о банкротстве обстоятельства отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, по сути, представляют собой лишь презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.

В обоснование требований в указанной части конкурсный управляющий  указывал на то, что материальные ценности (запасы), расшифровка финансовых и других оборотных активов, сведения о дебиторах должника и первичные документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности, ему не переданы, что воспрепятствовало проведению мероприятий по взысканию дебиторской задолженности, отраженной в  бухгалтерской отчетности, на сумму 9 198 тыс. руб. 

Исследовав материалы дела относительно исполнения руководителями должника обязанности по передаче имущества должника, суды установили, что согласно бухгалтерской документации актив баланса за 2016-2017 годы представлен запасами на сумму 473 тыс. руб., денежными средствами на сумму 2 тыс. руб. и финансовыми и другими оборотными активами на сумму 8 725 тыс. руб. 

Вместе с тем, учитывая отсутствие объектов недвижимости, состоящих на учете в собственности должника, принимая во внимание, что согласно оборотно-сальдовой ведомости по счету 41.04 и пояснениям представителя ответчика, запасы на сумму 473 тыс. руб. представляют собой оборудование (кабели и провода), которые с учетом вида деятельности должника были использованы в рамках выполнения подрядных работ, отметив, что сведения о наличии данного имущества в 2017 году отсутствуют, суды сделали вывод, что соответствующие запасы были фактически использованы должником, в связи с чем не могут быть переданы ответчиком.

Отказывая в удовлетворении требований о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности за непередачу документации относительно дебиторской задолженности на сумму 8 725 тыс. руб., суды исходили из того, что конкурсный управляющий должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства, а также возникли ли существенные затруднения в проведении процедуры вследствие не передачи документов.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной  массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В настоящем случае суды пришли к выводу о недоказанности причинно-следственной связи между отсутствием у конкурсного управляющего документов, касающихся дебиторской задолженности, и невозможностью или затруднительностью пополнения конкурсной массы должника, причинения вреда имущественным правам кредиторов. Судами при этом были приняты во внимание значительные обороты должника, составлявшие сотни миллионов рублей в период осуществления им хозяйственной деятельности, и несопоставимый по сравнению с ними размер дебиторской задолженности.

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчика, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов общества. Наличие в рассмотренном деле таких обстоятельств судами не установлено, а конкурсным управляющим в состязательном процессе не доказано.

В качестве иного основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника управляющий указывал на совершение ответчиком сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов.  

При рассмотрении спора в указанной части судами установлено, что фактически единственным кредитором должника является общество «УЭМ», требования указанного лица основаны на судебных актах: определении Арбитражного суда Пермского края по делу № А50-7949/2014 от 12.01.2017 о признании недействительной сделкой перечисления обществом «УЭМ» обществу «ИдеалСтрой» денежных средств в сумме 1 536 941 руб. 19 коп.; определении Арбитражного суда Пермского края от 23.06.2017 по делу № А50-7949/2014 о признании недействительными сделок общества «УЭМ» с обществом «ИдеалСтрой» на сумму 72 012 765 руб. 14 коп. 

Определением суда от 17.02.2021 по делу № А50-7949/2014 конкурсное производство в отношении общества «УЭМ» завершено; запись о прекращении деятельности общества «УЭМ» в связи с его с его ликвидацией внесена в ЕГРЮЛ 31.03.2020.

Конкурсный управляющий указывал, что совершение ответчиком сделок, которые в рамках дела о банкротстве общества «УЭМ» (№ А50-7949/2014) признаны недействительными, послужило основанием для признания должника банкротом.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность по обязательствам должника в случае недостаточности у него имущества может быть возложена на контролирующих должника лиц (в частности руководителя должника), если признание должника несостоятельным (банкротом) явилось следствием действий и (или) бездействия указанных лиц.

При этом по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Исследовав вышеприведенные судебные акты по делу № А50-7949/2014, суды установили, что определением Арбитражного суда Пермского края от 12.01.2017 признаны недействительными действия общества «УЭМ» по перечислению обществу «ИдеалСтрой» денежных средств по платежному поручению от 18.04.2016 № 292 на сумму 1 400 000 руб., по платежному поручению от 23.04.2016 № 295 на сумму 136 941 руб. 19 коп. как преимущественное удовлетворение требований отдельного кредитора перед иными кредиторами должника (статья 61.3 Закона о банкротстве); применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества «ИдеалСтрой» в пользу общества «УЭМ» 1 536 941 руб. 19 коп.  и восстановления задолженности общества «УЭМ» перед обществом «ИдеалСтрой» по договору от 31.05.2013 № СП-20/2013. 

Установив, что причиной возникновения задолженности в указанной части (1 536 941 руб. 19 коп.) послужило нарушение календарной очередности удовлетворения требований (статья 61.3 Закона о банкротстве), что не свидетельствует о причинении данными сделками вреда кредиторам и/или ухудшении финансового состояния должника в связи с совершением таких действий, при том, что судами установлена реальность отношений, факт перечисления денежных средств на расчетный счет общества «ИдеалСтрой», суды сделали вывод о том, что указанная сделка не привела к ухудшению финансового положения должника, в связи с чем не может служить основанием для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности.

Кроме того, судами учтено, что указанная сделка с учетом ее незначительности относительно масштабов деятельности должника не может быть признана причиной банкротства, что, в свою очередь, также исключает возможность привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за ее совершение.

Что касается иной сделки должника, совершённой с обществом «УЭМ», признанной недействительной определением Арбитражного суда Пермского края от 23.06.2017 по делу № А50-7949/2014, в соответствии с которым в порядке применения последствий её недействительности с ООО «Идеалстрой» взысканы денежные средства в сумме 72 012 765,14 рублей, то судами установлено следующее.

Из судебных актов по делу № А50-7949/2014 следует, что заказчиком работ на объекте (сдача в эксплуатацию КРЭУ - 500 кВ на Воткинской ГЭС) выступало общество «РусГидро», которое заключило с Компанией Ибедрола Инхеньерия и Конструксьон, С.А. Сосьедад Униперсональ (генеральный подрядчик) контрактное соглашение «Комплексная реконструкция ОРУ - 500 КВ» от 27.06.2011; между Компанией Ибедрола Инхеньерия и Конструксьон, С.А. Сосьедад Униперсональ (генеральный подрядчик) и обществом «УЭМ» (подрядчик) заключен контракт от 18.12.2012 № SO37005146 на выполнение работ, связанных с проектированием, производством, поставкой, снабжением, транспортировкой, монтажом, строительством, установкой, пуско-наладочных работ и сдачей КРЭУ - 500 кВ в эксплуатацию на Воткинской ГЭС, стоимость контракта – 59 999 437 руб., к которому подписаны дополнительные соглашения на выполнение дополнительных работ. 

В материалах дела были представлены первичные документы по приемке Компанией Ибедрола Инхеньерия и Конструксьон, С.А. Сосьедад Униперсональ у общества «УЭМ» работ по контракту от 18.12.2012 № SO37005146; представлены платежные поручения о перечислении Компанией Ибедрола Инхеньерия и Конструксьон, С.А. Сосьедад Униперсональ обществу «УЭМ» за выполненные работы по контракту 115 353 531 руб. 35 коп.

Также, в материалы дела № А50-7949/2014 обществом «РусГидро» (заказчиком) представлены первичные документы по принятию заказчиком работ по договору у генерального подрядчика.

При этом по условиям договора от 30.12.2013 № СП-26/2013, заключенного обществом «УЭМ» с обществом «Стройресурс» (субподрядчик), последнее приняло на себя обязательство по выполнению строительных работ, соотносимых с указанными в контракте от 18.12.2012 № SO37005146; стоимость работ составляет 26 469 154 руб. 40 коп. В подтверждение факта выполнения работ обществом «Стройресурс» в материалы дела представлены подписанные сторонами акты о приемке выполненных работ за январь 2014 года № 1, 2, 3, справка о стоимости выполненных работ и затрат от 28.02.2014 № 10 на сумму 26 469 154 руб. 40 коп., а также локальные сметные расчеты № 02-06-03, 2/02-02-92/3, 1/01-09-02. 

Судами также установлено, что для выполнения работ на объекте обществом «Стройресурс» был привлечен, в том числе субподрядчик - общество «Гидроэнерго-сервис» по договору подряда от 25.10.2013 № 21- 10/13, договору подряда от 20.06.2013 № 22/13, которым в материалы дела представлены первичные документы, подтверждающие выполнение работ на объекте «Комплексная реконструкция Воткинской ГЭС». Общество «Стройресурс» частично оплатило обществу «Гидроэнерго-сервис» работы по договору, представлены платежные поручения; имеются вступившие в законную силу решения Арбитражного суда Пермского края о взыскании с общества «Стройресурс» в пользу общества «Гидроэнерго-сервис» задолженности за выполненные работы (дела № А50-6893/2014, А50-7598/2014, А50-22505/2015); требования общества «Гидроэнерго-сервис» в сумме 1 902 348 руб. задолженности определением от 19.01.2015 по делу № А50-19741/2014 были включены в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Стройресурс».

Проанализировав первичные документы, подписанные между Компанией Ибедрола Инхеньерия и Конструксьон, С.А. Сосьедад Униперсональ и обществом «УЭМ» по принятым работам и первичные документы, подписанные между обществом «Стройресурс» и обществом «Гидроэнерго-сервис» по принятым работам, суды признали, что из данных документов усматривается, что работы, принятые обществом «Стройресурс» у общества «Гидроэнерго-сервис», впоследствии были приняты генеральным подрядчиком Компанией Ибедрола Инхеньерия и Конструксьон, С.А. Сосьедад Униперсональ у общества «Уралэлектромонтаж». 

Определением суда от 18.06.2015 требование общества «Стройресурс» удовлетворено частично: в третью очередь реестра требований кредиторов общества «УЭМ» включена задолженность в сумме 27 974 612 руб. 56 коп., из них 1 505 458 руб. 16 коп. – задолженность по договору подряда от 30.12.2013 № СП-28/2013, 26 469 154,40 руб. – задолженность по договору подряда от 26.12.2013 № СП-26/2013; в удовлетворении остальной части требований отказано. 

С учетом вышеуказанных обстоятельств, установленных судебными актами, судами сделан вывод, что обществом «Стройресурс» оказано услуг по договору подряда от 26.12.2013 № СП-26/2013 всего на сумму 26 469 154 руб. 40 коп. 

Судебными актами установлено, что общество «УЭМ» не могло самостоятельно выполнять работы, между тем, на расчетный счет общества «УЭМ» Компанией Ибедрола Инхеньерия и Конструксьон, С.А. Сосьедад Униперсональ перечислены денежные средства в размере 115 353 531 руб. 35 коп., при этом, кем были выполнены работы на указанную сумму, не было предметом исследования судов.

Между тем, при рассмотрении заявления о признании сделки недействительным в рамках дела №А50-7949/2014 обществом «РусГидро» представлены акты сдачи-приемки выполненных работ (КС-2, ОС-1, ОС-3), счета-фактуры. Компанией Ибедрола Инхеньерия и Конструксьон, С.А. Сосьедад Униперсональ 17.02.2017 представлены акты о приемке выполненных работ по контракту SO37005146 от 18.12.2012, справки о стоимости выполненных работ и затрат по данному контракту, согласно которым работы выполнялись начиная с марта 2013 года, при этом, договор на выполнение аналогичных работ между обществом «УЭМ» и обществом «Стройресурс» датирован 26.12.2013.

Судом первой инстанции также установлено, что в целях выполнения работ по договору № СП11/2012 (между обществами «УЭМ» и «ИдеалСтрой»), 04.02.2013 между обществом «ИдеалСтрой» (подрядчик) и обществом «Промкомплект» заключен договор № 11/2012 на выполнение работ, по условиям которого предмет и сроки выполнения работ совпадают с условиями договора, заключенные между обществом «ИдеалСтрой» и обществом «Уралэлектромонтаж».

Также в этот же день, 04.02.2013 между обществом «Идеалстрой» (подрядчик) и обществом «Стройресурс» (субподрядчик) заключен договор № 04-02-1/2013, согласно которым субподрядчик обязуется выполнить работы, связанные с проектированием, производством, поставкой, снабжением, транспортировкой, монтажом, строительством, установкой, пуско-наладочных работ и сдачей КРЭУ-500 кВ в эксплуатацию на Воткинской ГЭС. 

Согласно представленному уполномоченным органом акту сверки взаимных обязательств между обществом «Уралэлектромонтаж» и обществом «ИдеалСтрой» за период с 01.01.2013 по 31.12.2013 обороты составили на сумму 67 291 172 руб., задолженность в пользу общества «ИдеалСтрой» составила 10 874 940 руб. 44 коп. 

Согласно представленной в материалы дела выписке по операциям обществом «Идеалстрой» за период с 04.02.13 по 01.05.14 со ссылкой на договор № СП-11/12 от 04.02.13 произведено 70 платежей на общую сумму 73 204 978 руб. 50 коп. 

В соответствии с субподрядным договором № 04-02-1/13 поступившие по договору № СП-11/12 денежные средства в оплату выполненных субподрядных работ были перечислены в адрес обществ «Стройресурс» и «Промкомплект» в сумме 72 731 576 руб. 40 коп. (за исключением генподрядного вознаграждения). 

Непосредственно в даты поступления денежных средств от «УЭМ» были поступления денежных средств от иных лиц в суммах более чем в 2 раза превышающих сумму, полученную от общества «УЭМ» по оспоренным сделкам.

Исследовав реализованную указанными лицами схему построения бизнеса (фактическое выполнение работ нижестоящими звеньями при последовательном перечислении денежных средств от генерального заказчика), учтя, что фактически работы были выполнены и приняты генеральным заказчиком, а также то, что кредитором, обладающим большей частью требований, является общество «УЭМ», которое в системе построения бизнеса находилось в предыдущем звене распределения денежных средств (относительно должника), учтя последующее распределение денежных средств иным субподрядчикам (общества «ПромКомплект», «СтройРесурс»), суды сделали вывод, что перечисление должнику денежных средств от общества «УЭМ» в рассматриваемом случае не свидетельствует о злонамеренности действий ответчика, направленных на причинение вреда должнику или его кредиторам, а также причинении вреда кредиторам (в результате фактического выполнения работ конечными получателями денежных средств были исполнены обязательства общества «УЭМ» перед генеральным подрядчиком).

Иными словами, суды пришли к выводу, что денежными средствами, перечисленными обществом «УЭМ» в адрес должника в счёт оплаты подрядных работ по оспоренной сделке, были в конечном счёте оплачены работы, выполнявшиеся для должника обществами «СтройРесурс», «Гидроэнерг-сервис» и «ПромКомплект», факт выполнения которых и их реальность подтверждены судебными актами в деле о банкротстве общества «УЭМ». При этом судами было установлено, что рассматриваемая сделка не могла повлечь банкротство должника.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия всей необходимой и достаточной совокупности обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ФИО3 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы заявителя кассационной жалобы судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами первой и апелляционной инстанции при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебного акта либо опровергнуть выводы судов. Оснований для переоценки выводов судов, установленных ими фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 10.08.2021 по делу № А50-29262/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ИдеалСтрой» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий           Ф.И. Тихоновский 

Судьи           О.Н. Пирская 

                                                                                             О.Н. Новикова