/

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-8755/2017-ГК

г. Пермь

20 августа 2018 года

Дело № А50-5928/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 августа 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 августа 2018 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Бородулиной М.В.,

судей   Власовой О.Г., Гладких Д.Ю. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Леконцевым Я.Ю.,

при участии представителя ответчика, открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» - Кудиновой Д.С. по доверенности от 29.12.2017,

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле 

(о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ),  в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную истца, общества с ограниченной ответственностью «Энергоэффект»,

на решение Арбитражный суд Пермского края 

от 16 апреля 2018 года, принятое судьей Лысановой Л.И.

по делу № А50-5928/2017

по иску общества с ограниченной ответственностью «Энергоэффект»                  (ОГРН 1145958035046, ИНН 5904641166)

к открытому акционерному обществу "Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала" (ОГРН 1056604000970, ИНН 6671163413)

третьи лица: публичное акционерное общество «Пермская энергосбытовая компания», общество с ограниченной ответственностью «Нооген», индивидуальный предприниматель Битнер Нина Васильевна, Региональная служба по тарифам Пермского края

о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости услуги по передаче электрической энергии.

 

Общество с ограниченной ответственностью «Энергоэффект» (далее –ООО «Энергоэффект») обратилось в Арбитражный суд Пермского края с  исковым заявлением к открытому акционерному обществу "Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала" (далее – ответчик, ОАО «МРСК Урала») предъявив требование  о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости услуги по передаче электрической энергии за период с октября по декабрь 2016 в сумме 15 123 206 руб. 69 коп. (с учетом удовлетворенного судом ходатайства ответчика о выделении в отдельное производство задолженности на сумму 3 356 947 руб. 06 коп.).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: публичное акционерное общество "Пермская энергосбытовая компания", общество с ограниченной ответственностью "Нооген", индивидуальный предприниматель Битнер Нина Васильевна (далее - ПАО "Пермэнергосбыт", ООО "Нооген", предприниматель Битнер Н.В.). 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.05.2017, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2017 исковые требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 06.12.2017 решение Арбитражного суда Пермского края от 22.05.2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2017 по данному делу отменено, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении судом первой инстанции на основании статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Региональная служба по тарифам  Пермского края (далее – РСТ Пермского края).

Ответчик обратился с заявлением от 06.04.2018 о повороте исполнения решения суда от 22.05.2017 по данному делу: взыскании с ООО «Энергоэффект»  в пользу ОАО «МРСК Урала» 15 123 206,69 руб., перечисленных по платежному поручению от 02.08.2017 № 25859, и возврате из федерального бюджета государственной пошлины в сумме 98 616 руб., перечисленной по платежному поручению от 02.08.2017 № 25838.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 16 апреля 2018 года в удовлетворении исковых требований отказано, с ООО «Энергоэффект» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина по иску в сумме 98 616 руб.; с ООО «Энергоэффект» в пользу ОАО «МРСК Урала» взыскано 15 123 206  руб. 69 коп.; ответчику из федерального бюджета возвращена государственная пошлина в сумме 98 616 руб.

Истец, не согласившись с решением суда, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования ООО «Энергоэффект» к ОАО «МРСК Урала» о взыскании неосновательного обогащения в сумме 15 123 206  руб. 69 коп. в виде стоимости услуг по передаче электрической энергии за период октябрь, ноябрь, декабрь 2016 года удовлетворить в полном объеме.

В апелляционной жалобе истец, ссылаясь на положения п. 2, п. 6, п. 15(1)  Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861 (далее – Правила № 861), полагает необоснованным отказ во взыскании задолженности за оказанные по передаче электрической энергии.

Настаивая на удовлетворении требований о взыскании неосновательного обогащения, истец отмечает, что в силу п. 7 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 N 1178, цены (тарифы) и (или) их предельные уровни вводятся в действие с начала очередного года на срок не менее 12 месяцев; законодательство в области регулирования тарифов не предусматривает возможность установления нескольких индивидуальных тарифов на услуги по передаче электроэнергии для одной и той же сетевой организации в отношении различных точек поставки. В этой связи, поскольку в спорный период, установленный для истца тариф на услуги по передаче электрической энергии являлся действующим, то он в силу положений ст. 424 ГК РФ обязан применяться в отношении всех объектов, посредством которых истец оказывает ответчику услугу по передаче электроэнергии. Полагает, что поскольку неучтенные в тарифе ООО «Энергоэффект» объекты ранее никогда не тарифицировались ни их собственниками, ни иными территориальными сетевыми организациями, следовательно, фактически оказанная услуг подлежит взысканию по тарифу ООО «Энергоэффект». Указывает на то, что в рассматриваемом правоотношении истец действовал добросовестно.

По мнению заявителя жалобы, судом в рамках настоящего дела в полном объеме установлено, что истцом были оказаны в спорный период услуги по передаче электрической энергии, а ответчиком не исполнено встречное обязательство об оплате; в этой связи, суд, отказывая в удовлетворении требований ООО «Энергоэффект» об оплате стоимости оказанных услуг, незаконно освободил ОАО «МРСК Урала» от исполнения возложенных на него законом обязанностей, что является нарушением прав и законных интересов ООО «Энергоэффект».

Кроме того, заявитель жалобы считает неприменимой к рассмотрению данного дела правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2017 N 306-ЭС17-12804 по делу N А49-4046/2016, при том, что фактические обстоятельства последнего и настоящего дела являются различными, и указанное определение Верховного Суда Российской Федерации неприменимо в рассматриваемом случае, исходя из добросовестного поведения ООО «Энергоэффект».

Ссылаясь на положения ст. 54 Конституции Российской Федерации, п. 3.2. постановления Конституционного суда Российской Федерации от 28.11.2017 №34-П, заявитель полагает, что не имеет обратную силу определение Верховного суда РФ №306-30 7-12804 от 28.12.2017 (дело №А49-4064/2016), содержащее выводы, на которые ссылается суд первой инстанции, отказывая ООО «Энергоэффект» в удовлетворении заявленных требований о взыскании оказанных услуг по передаче электрической энергии по объекту, неучтенному у него в тарифе.

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик - ОАО «МРСК Урала», соглашаясь с вынесенным решением, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика доводы апеллянта отклонил по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии со ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ООО "Энергоэффект" является сетевой организацией, оказывающей услуги по передаче электрической энергии и осуществляющей деятельность на территории г. Перми и в Пермском крае.

01.09.2016 ООО "Энергоэффект" РСТ Пермского края постановлением N 9-э утверждены индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии. Впоследствии постановлением РСТ Пермского края от 30.12.2016 N 65-э внесены изменения в постановление РСТ Пермского края от 01.09.2016 N 9-э.

ОАО "МРСК Урала" является также сетевой организацией и держателем котлового тарифа (организацией, которая заключает договоры оказания услуг по передаче электрической энергии с территориальными сетевыми организациями Пермского края и оплачивает эти услуги), осуществляет расчеты за услуги по передаче электрической энергии со смежными сетевыми организациями.

Договор оказания услуг по передаче электрической энергии между ООО "Энергоэффект" и ОАО "МРСК Урала" не заключен.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями, истец, указал на то, что в спорный период (октябрь, ноябрь, декабрь 2016 года) владел и пользовался электросетевым имуществом  ПС «КПД», КТП-00825 (СНП «Карагай»), КТП- 0056, КТП-0057 (ООО «СМУ № 3 Сатурн-Р»), КТПБ544/400 кВА (СПК «Новая жизнь»), БКТП-0375, 2КЛ-6кВ (ООО «УК Ива»), с использованием которого оказал ответчику услуги по передаче электрической энергии для потребителей на сумму 15 123 206  руб. 69 коп.

Оставление ответчиком без удовлетворения претензий об оплате стоимости услуг по передаче электроэнергии за октябрь, ноябрь, декабрь 2016 года явилось основанием для обращения в арбитражный суд с соответствующими исковыми требованиями о взыскании неосновательного обогащения.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, с учетом установленных по делу обстоятельств и особенности тарифного регулирования деятельности истца, исходил из того, что последствием действий истца, требующего оплаты услуг по передаче электроэнергии по электросетям, не учтенным в тарифном решении, явилось увеличение нагрузки на котловую выручку без очевидных дополнительных источников ее пополнения и перераспределение этой выручки в пользу истца вопреки принятому тарифному решению. В связи с изложенным суд пришел к выводу о том, что  основания для удовлетворения заявленного требования, отсутствуют.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав в судебном заседании пояснения представителя ответчика, суд апелляционной инстанции считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

В соответствии со ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Правовая позиция суда первой инстанции, изложенная в обжалуемом решении, основана на анализе и верном применении норм материального права в сфере электроэнергетики.

Гражданско-правовые отношения, связанные с поставкой и передачей электрической энергии на розничном рынке электрической энергии, регулируются Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее - Закон об электроэнергетике), Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 N 442 (далее - Основные положения N 442), и в части допускаемыми названными Положениями - Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861 (далее - Правила N 861).

Общими принципами организации экономических отношений в сфере электроэнергетики, помимо прочих, являются соблюдение баланса экономических интересов поставщиков и потребителей электрической энергии; обеспечение недискриминационных и стабильных условий для осуществления предпринимательской деятельности в сфере электроэнергетики, обеспечение государственного регулирования деятельности субъектов электроэнергетики, необходимого для реализации принципов, установленных статьей 6 Закона об электроэнергетике.

Экономической основой функционирования электроэнергетики является система отношений, связанных с производством и оборотом электрической энергии и мощности рынках электроэнергии. Эти отношения обусловлены технологическими особенностями функционирования объектов электроэнергетики (пункт 2 статьи 5 Закона об электроэнергетике).

В целях реализации указанных принципов правоотношения между субъектами розничных рынков регулируются нормативными правовыми актами и договорами, опосредующими куплю-продажу электроэнергии, оказание услуг по ее передаче и прочих услуг, неотъемлемо связанных с процессом поставки электроэнергии. Законодательством правоотношения урегулированы таким образом, что потребители (покупатели), участвующие в сфере обращения электрической энергии на розничных рынках, приобретают и оплачивают как электроэнергию, так и весь комплекс услуг, связанный с ее обращением.

Так, в частности, приобретая электроэнергию у поставщиков, потребители оплачивают услуги по ее передаче либо поставщикам электроэнергии с последующим расчетом между поставщиками и сетевыми организациями в рамках заключенных между ними договоров (если правоотношения поставщиков и потребителей регулируются договором энергоснабжения), либо непосредственно сетевым организациям по отдельным договорам (если правоотношения поставщиков и потребителей регулируются договором купли-продажи электроэнергии) (пункт 2 статьи 37 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 27 - 30, 40 - 43, 78 Основных положений N 442, пункты 69, 73 Основ ценообразования).

В договорах, опосредующих правоотношения по поставке электроэнергии, указываются точки поставки, которые являются местами исполнения обязательств и используются для определения объема взаимных обязательств субъектов розничных рынков по указанным договорам (в том числе в части услуг по передаче электроэнергии). По общему правилу места нахождения точек поставки предопределяются условиями технологического присоединения объектов электроэнергетики к объектам электросетевого хозяйства (пункты 2, 40, 41 Правил N 442, пункт 2 Правил N 861).

Оказание услуг по передаче электроэнергии осуществляется на основании договора возмездного оказания услуг, при исполнении которого сетевая организация обязана обеспечить передачу электроэнергии в точке поставки потребителя услуг (потребителя электрической энергии, в интересах которого заключается договор) (пункт 2 статьи 26 Закона об электроэнергетике, пункт 2, подпункт "а" пункта 15 Правил N 861.

В силу естественно-монопольной деятельности сетевых организаций услуги по передаче электроэнергии подлежат государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 ГК РФ, статьи 4 и 6 Федерального закона от 17.08.1995 N 147-ФЗ "О естественных монополиях", пункт 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 46-48 Правил N 861, подпункт 3 пункта 3 Постановления Правительства РФ от 29.12.2011 N 1178 "О ценообразовании в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике" (далее - Основы ценообразования N 1178).

Принцип недискриминационного доступа к услугам по передаче электроэнергии предусматривает обеспечение равных условий предоставления указанных услуг их потребителям независимо от организационно-правовой формы и правовых отношений с лицом, оказывающим эти услуги. Для всех потребителей услуг, расположенных на территории соответствующего субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе (категории), законодательством гарантируется равенство тарифов на услуги по передаче электрической энергии (пункты 3, 42 Правил N 861).

Реализация этого принципа осуществляется через котловую экономическую модель, в рамках которой денежные средства, оплаченные потребителями по единому (котловому) тарифу, впоследствии распределяются между участвовавшими в оказании услуг сетевыми организациями по индивидуальным тарифам, установленным для пар смежных сетевых организаций (далее - индивидуальные тарифы) (пункт 42 Правил N 861, пункт 49 Методических указаний N 20-э/2).

При расчетах в рамках указанной модели по принципу "котел сверху" потребитель заключает договор на оказание услуг по передаче электроэнергии с той сетевой организацией, которую регулирующий орган определил в регионе держателем котла, поскольку только для нее устанавливается тариф для расчетов с потребителями услуг (покупателями и продавцами электроэнергии). В этих правоотношениях держатель котла является исполнителем услуг и получает плату от всех потребителей услуг в регионе. Иные территориальные сетевые организации, участвующие в передаче электроэнергии в регионе, не имеют права заключать договоры непосредственно с потребителями и получают оплату за свои услуги от держателя котла по индивидуальным тарифам в рамках исполнения договорных обязательств по передаче электроэнергии, в которых держатель котла является заказчиком услуг (пункт 8, пункты 34 - 42 Правил N 861).

В соответствии с пунктом 42 Правил N 861, пунктом 63 Основ ценообразования N 1178, пунктом 49 Методических указаний N 20-э/2 расчет единых (котловых) тарифов в регионе производится на основе необходимой валовой выручки (далее - НВВ), определяемой исходя из расходов по осуществлению деятельности по передаче электрической энергии и суммы прибыли, отнесенной на передачу электрической энергии. Для расчета единых (котловых) тарифов в регионе суммируются НВВ всех сетевых организаций по соответствующему уровню напряжения. Индивидуальные тарифы для взаиморасчетов пары сетевых организаций определяются исходя из разности между тарифной выручкой сетевой организации - получателя услуги по передаче электрической энергии, получаемой ею от потребителей электрической энергии на всех уровнях напряжения, и НВВ.

Порядок расчета и исходные данные, на основании которых устанавливаются котловые и индивидуальные тарифы, указаны в разделе VIII и таблице N П1.30 Методических указаний 20-э/2. Размер тарифа рассчитывается в виде экономически обоснованной ставки как соотношение между валовой выручкой, необходимой для качественного и бесперебойного оказания услуг по передаче электроэнергии, и объема этих услуг. При определении НВВ в расчет принимается стоимость работ, выполняемых организацией на объектах электросетевого хозяйства, находящихся у нее на законных основаниях и используемых для передачи электроэнергии.

По общему правилу тарифные решения принимаются исходя из предложений регулируемых организаций о плановых (прогнозных) величинах. В качестве базы для расчета тарифов используются объем отпуска электроэнергии потребителям, величина мощности и величина технологического расхода (пункты 12, 17, 18 Правил N 1178, пункт 81 Основ ценообразования N 1178).

Предложенные регулируемыми организациями величины проверяются экспертным путем на соответствие экономической обоснованности планируемых (расчетных) себестоимости и прибыли, на обеспечение экономической обоснованности затрат на передачу электроэнергии. Кроме того, учитывается результат деятельности сетевых организаций по итогам работы за период действия ранее утвержденных тарифов. Тариф устанавливается на принципах стабильности и необратимости (пункт 2 статьи 23, статья 23.2 Закона об электроэнергетике, пункт 64 Основ ценообразования N 1178, пункты 7, 22, 23, 31 Правил N 1178, разделы IV, V Методических указаний N 20-э/2).

Из указанных правовых норм следует, что расчеты за услуги по передаче электроэнергии осуществляются по регулируемым ценам, которые устанавливаются на основании прогнозных, однако имеющих экономическое обоснование на момент утверждения тарифа данных (в том числе сведений о составе и характеристиках объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации, объемах перетока электроэнергии через эти объекты). Состав объектов электросетевого хозяйства, участвующих в оказании услуг, предопределяется помимо прочего точками поставки конечных потребителей, которые в отношениях между смежными сетевыми организациями в рамках котловой экономической модели по принципу "котел сверху" не могут отличаться от тех, что установлены в отношениях между держателем котла с потребителями услуг. Перенос сетевой организацией точки поставки без согласования с держателем котла не обязывает последнего в безусловном порядке оплатить услугу в этой точке (тем более, если потребитель продолжал принимать и оплачивать электроэнергию в прежней точке поставки).

При расчетах должен соблюдаться принцип компенсации затрат всем сетевым организациям, участвующим в оказании услуг в регионе, который реализуется через распределение котловой выручки посредством применения индивидуальных тарифов.

Тарифным решением, включающим котловой и индивидуальные тарифы и обосновывающие их данные, по существу утверждаются параметры экономического функционирования электросетевого комплекса региона на период регулирования. Участие в регулируемой деятельности всех сетевых организаций и учет их интересов при принятии тарифного решения определяют обязанность сетевых организаций придерживаться в своей деятельности установленных параметров. Следование этим величинам должно обеспечивать как формирование котловой валовой выручки, так и ее справедливое и безубыточное распределение между сетевыми организациями.

Таким образом, для сохранения баланса интересов всех сетевых организаций и потребителей услуг по общему правилу требования сетевой организации об оплате услуг должны основываться на тарифном решении.

Вместе с тем применение котловой модели не исключает риски, связанные с отклонением фактических величин от прогнозных, что может быть связано в том числе с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в законное владение сетевой организации в течение периода регулирования, а также с появлением дополнительных или изменением существующих точек поставки.

Если возникновение новых точек поставки вызвано объективными причинами (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения и т.п.) и это повлекло увеличение объема котловой выручки, то сетевые организации, оказывавшие услуги по данным точкам, вправе претендовать на получение дополнительного дохода, который может быть распределен в течение этого же периода регулирования с применением индивидуальных тарифов с последующей корректировкой мерами тарифного регулирования. Так, нормами законодательства о тарифообразовании установлен механизм корректировки выручки, который предусматривает экспертную оценку обоснованности незапланированных расходов (пункт 7 Основ ценообразования N 1178, пункты 19, 20 Методических указаний N 20-э/2). Иной подход означал бы нарушение баланса интересов сетевых организаций при распределении котловой выручки в пользу держателя котла.

Следует иметь в виду, что сети потребителей, находящиеся у них на правах собственности или иных законных основаниях при условии, что содержание и эксплуатация этих сетей производится за счет средств указанных потребителей, не учитываются при определении тарифа на услуги по передаче электроэнергии (пункт 46 Методических указаний N 20-э/2).

Если новые точки поставки или новые объекты электросетевого хозяйства появились у сетевой организации в результате перераспределения точек, учтенных в тарифном решении (при том, что котловая выручка не изменилась), то расчет держателя котла с сетевой организацией должен быть произведен таким образом, чтобы оплата не внесла дисбаланс в распределение котловой выручки и не повлекла с неизбежностью убытки для держателя котла. В частности, не исключается возможность оплаты по индивидуальному тарифу, установленному для расчетов с прежней сетевой организацией. Этот вывод следует из того, что законодательством установлены равные критерии оценки обоснованности затрат на оказание услуг по передаче электроэнергии по одним и тем же объектам электросетевого хозяйства вне зависимости от их принадлежности к конкретной сетевой организации. К тому же законодательством в ряде случаев допускается распределение между сетевыми организациями котловой выручки, при котором не нарушается по существу экономическое обоснование тарифного решения и не применяется механизм корректировки выручки (пункты 6, 18 Правил N 1178).

Кроме того, если действия по изменению точек поставки совершены по соглашению между сетевой организацией и ее контрагентом, то оценке подлежит преследуемая ими цель.

Из обстоятельств данного дела не следует, что обществом «Энергоэффект» объекты электросетевого хозяйства приобретены исключительно в виду подключения новых объектов электроснабжения, или изменения схемы энергоснабжения и т.п., что объективно повлекло бы увеличение объема котловой выручки и не могло быть объективно учтено при утверждении тарифа (ч. 3.1. ст. 70 АПК РФ). Из материалов дела следует, что спорные объекты находились у иных владельцев, которые не обращались в регулирующий орган за утверждением тарифа на спорный период, и, как следствие, были обязаны лишь не препятствовать перетоку электрической энергии через свои сети.

Как верно отмечено судом первой инстанции, договоры аренды на спорное сетевое имущество были представлены в регулирующий орган уже после утверждения тарифного решения. Истец, приобретая по договорам аренды и субаренды, ранее находящееся соответственно во владении СНП «Карагай», СМУ №3 «Сатурн -Р», СПК «Новая жизнь» электросетевое оборудование после тарифного решения (спусти незначительный промежуток времени), не привел каких-либо объективных предпосылок для таких действий, помимо исключительно извлечения прибыли.

Из материалов дела, а также письменных пояснений РСТ Пермского края следует, что спорные объекты находились у иных владельцев, которые не обращались в регулирующий орган за утверждением тарифа, и, как следствие, были обязаны лишь не препятствовать перетоку электрической энергии через свои сети.

Закон не предоставляет судебную защиту лицу, пытающемуся извлечь преимущества из своего недобросовестного поведения (статья 10 ГК РФ); формальное соблюдение требований законодательства со стороны общества «Энергоэффект» не является достаточным основанием для вывода об отсутствии в действиях лица злоупотребления своими правами. 

В случае, если действия, совершенные по воле сетевой организации, направлены на изменение без объективных причин заложенных при формировании тарифа параметров, влекущие такие последствия, как необоснованное увеличение фактической валовой выручки этой сетевой организации по сравнению с плановой НВВ, дисбаланс тарифного решения, убытки одних сетевых организаций и неосновательные доходы других, что не согласуется ни с интересами субъектов электроэнергетики, ни с общими принципами организации экономических отношений и основами государственной политики в сфере электроэнергетики, такие действия должны квалифицироваться как недобросовестные.

Использование сетевой организацией по своей воле дополнительных объектов электросетевого хозяйства, не учтенных в тарифном решении, с требованием об оплате дополнительного объема услуг, в рамках котловой модели, может повлечь дисбаланс в распределении котловой выручки и, как следствие, нарушение прав прочих участников котловой модели. Использование сетевой организацией дополнительных объектов электросетевого хозяйства (в том числе посредством аренды) после утверждения тарифа само по себе не является противозаконным. Однако, сетевая организация как профессиональный участник рынка электроэнергетики должна соотносить экономические последствия своих действий с правилами взаиморасчетов за услуги по передаче электроэнергии, так как свобода ее деятельности ограничена государственным регулированием, и не должна нарушать права иных участников котловой модели. Риск наступления неблагоприятных последствий экономических решений сетевой организации, своей волей принявшей в пользование дополнительные сети, должен лежать на этом лице.

Таким образом, заявленная обществом "Энергоэффект" к взысканию задолженность приходится на переток электрической энергии через электросетевое оборудование, затраты по содержанию которого, а также доходы от использования которого не были учтены в утвержденном обществу "Энергоэффект" индивидуальном тарифе на услуги по передаче электрической энергии в расчетном периоде и, соответственно, в котловом тарифе общества «МРСК Урала».

На основании изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Изложенное соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в определении от 28.12.2017 N 306-ЭС17-12804 по делу N А49-4064/2016.

Довод истца о необоснованном применении судом первой инстанции правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2017 N 306-ЭС17-12804 по делу N А49-4046/2016 несостоятелен.

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции. Суд правильно определил спорные правоотношения сторон и предмет доказывания по делу, с достаточной полнотой выяснил обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, правильно применил нормы материального и процессуального права.

Поскольку материалами дела подтверждается то, что рамках исполнения ранее вынесенного решения суда первой инстанции от 22.05.2017, отмененного судом кассационной инстанции, ответчиком в пользу истца оплачена задолженность 15 123 206,69 руб. (платежное поручение от 02.08.2017 № 25859) и уплачена в федеральный бюджет государственная пошлина в сумме 98 616  руб., (платежное поручение от 02.08.2017 № 25838), решение суда первой инстанции от 16.04.2018 по данному делу в части возврата ответчику ранее взысканного по отмененному решению, соответствует положениям ст. 325 АПК РФ.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу ст.270 АПК РФ могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции.

С учетом изложенного решение суда от 28.03.2018  является законным и обоснованным, отмене или изменению не подлежит. 

В соответствии со ст.110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь ст.ст. 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда Пермского края от 16 апреля 2018 года по делу № А50-5928/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня  его принятия через Арбитражный суд Пермского края. 

 

Председательствующий

М.В. Бородулина

 

Судьи

О.Г. Власова

 

Д.Ю. Гладких