АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Ростов-на-Дону

«21» июня 2023 года                                                                                  Дело № А53-39143/22

 

Резолютивная часть решения объявлена   «14» июня 2023 года

Полный текст решения изготовлен            «21» июня 2023 года

 

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Гафиулина А. В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью специализированный застройщик ИСК «Ника» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ФИО2

о взыскании,

 

в отсутствие сторон, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью специализированный застройщик ИСК «Ника» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Компания Основа» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>), взыскании 1 230 887 рублей 83 копеек.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом, явку своих представителей не обеспечили. Судебное заседание проводится в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, судом установлено следующее.

Между ООО СЗ ИСК «Ника» (Заказчик) и ООО «Компания Основа» (Подрядчик) заключен договор на выполнение строительно-монтажных работ № «53-08/19» от 16 августа 2019 года (далее - договор).

Договор от 16.08.2019 от лица ООО «Компания Основа» заключил генеральный директор - ФИО2.

В соответствии со статьей 2 договора Заказчик поручает, а Подрядчик принимает на себя обязательства по выполнению работ по внутренней отделке на секции в осях 4-5, Б-Г на Объекте: "Многоквартирный жилой дом, расположенный на земельном участке 61:44:0082615:241 в г. Ростов-на-Дону, Октябрьский район, МКР 3, Литер 10".

В соответствии с п. 3.1. договорная цена работ и услуг, подлежащая оплате Подрядчику, составляет 17 997 460,29 рублей.

Согласно п. 5.1. договора работы должны быть полностью завершены не позднее «30» ноября 2019 года. К указанному сроку работы, предусмотренные договором, не выполнены.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.10.2020 по делу № А32-16432/2020 с ООО «Компания Основа» (ИНН 

<

***>) в пользу ООО СЗ ИСК «Ника» (ИНН 

<

***>) взыскана неустойка в размере 1 205 829 рублей 83 копеек, а также 25 058 рублей в порядке возмещения судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Исполнительный лист, выданный на основании решения, был направлен в службу судебных приставов.

В рамках исполнительного производства погашения задолженности не осуществлялось.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 23.12.2021 в рамках дела № А53-16208/2021 прекращено дело о банкротстве ООО «Компания Основа», инициирование ФНС России, в связи с отсутствием средств для финансирования процедуры банкротства.

27.05.2022 ООО «Компания Основа» (ИНН 

<

***>) исключено из ЕГРЮЛ как юридическое лицо в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Истец полагает, что ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве, поскольку не исполнила обязанность по подаче заявления о признании ООО «Компания Основа» банкротом, при том, что уже с 2017 года у организации стали накапливаться неисполненные обязательства по уплате обязательных платежей, что и послужило основанием для обращения ФНС России с заявлением о признании ООО «Компания Основа» банкротом.

В качестве признаков недобросовестности ФИО2 истцом приведены следующие доводы:

1. в 2017 году у ООО «Компания Основа» формируется задолженность по уплате обязательных платежей;

2. ФИО2, являясь руководителем ООО «Компания Основа», не исполнила обязанность, предусмотренную ст. 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», по подаче заявления о признании организации банкротом;

3. в 2019 году ФИО2 от лица ООО «Компания Основа» заключила договор с ООО СЗ ИСК «Ника». При этом, сведений о неплатежеспособности ООО «Компания Основа» не сообщила;

4. ООО «Компания Основа» не исполнило договорные обязательства. Работы в срок, предусмотренный договором, не выполнило.

В подтверждение указанных обстоятельств истец сослался на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 19.10.2020г. по делу № А32-16432/2020.

В дополнительных пояснениях истец отметил, что недобросовестность ФИО2, как руководителя ООО «Компания Основа» выразилась в следующем:

1) заключение договора при наличии признаков неплатежеспособности;

2) невыполнение работ, предусмотренных договором;

3) самовольное оставление строительной площадки, приведшее к приостановлению строительства;

4) невозврат давальческих материалов, полученных от ООО СЗ ИСК «Ника» на сумму 4 850 203,66 рублей.

Истец полагает, что ФИО2 изначально планировала все вышеуказанные действия с целью незаконного обогащения за счет ООО СЗ ИСК «Ника». Факт непосредственного участия ФИО2 в указанной схеме подтверждается тем, что ФИО2 самостоятельно подписывала акты выполненных работ в рамках договора № «53-08/19» от 16 августа 2019 года, а также товарные накладные о получении давальческих материалов.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с исковым заявлением.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд пришел к выводу о том, что в удовлетворении искового заявления надлежит отказать, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 61.19 Закона N 127-ФЗ, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с частью 3 статьи 61.14 Закона N 127-ФЗ и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона N 127-ФЗ, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Согласно части 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве заявление, поданное в соответствии с пунктом 1 данной статьи, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.03.2022 (резолютивная часть оглашена 24.02.2022) производство по делу N А32-6226/2021 о банкротстве в отношении ООО "Басик" прекращено на основании статьи 57 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве и на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для подачи истцом искового заявления о привлечении контролирующего общества с ограниченной ответственностью «Компания Основа» лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника вне рамок дела о банкротстве должника.

Согласно пункту 4 статьи 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

Из разъяснений пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" следует, что по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Из разъяснений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 12.04.2011 N 15201/10 следует, что при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" судам, применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Исходя из системного толкования названной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

В пунктах 1, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ), наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Аналогичный подход закреплен в абзаце первом пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которому по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

- совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своими корпорациями в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Между тем ответственность руководителя и участника перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обществом обязательства, а лишь в случае, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступило не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а явилась следствием неразумных и недобросовестных действий контролирующего общество лица.

Само по себе неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой.

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285 по делу N А65-27181/2018).

Истец полагает, что ответчиком не приняты меры по подаче заявления о признании должника банкротом, что является самостоятельным основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Между тем, истцом в материалы дела не представлено достаточных и достоверных доказательств того, что ответчик как руководитель и участник общества при наличии достаточных денежных средств (имущества) уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество общества, выводил активы и т.д., как не имеется и доказательств наличия в действиях ответчика умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекших невозможность исполнения в будущем обязательств перед истцом, доказательств явной недобросовестности или неразумности действий ответчика, в том числе, умышленной ликвидации общества с долгами.

Наличие у общества с ограниченной ответственностью «Компания Основа» непогашенной задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика как руководителя в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшим причинение убытков истцу в виде оставшихся неудовлетворенными требований, установленных решением суда от 25.06.2019 по делу N А32-19254/2019.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Доказательств наличия условий, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, в материалы дела не представлено.

Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Таким образом, ответственность за нарушение обязанности, установленной статьей 9 Закона о банкротстве, определяется исключительно в размере обязательств, возникших после истечения срока для обращения в суд с заявлением.

В рассматриваемом случае материалы дела не содержат доказательств, что ответчик отвечал признакам неплатежеспособности в момент заключения с истцом договора, в рамках которого ответчиком не исполнены обязательства.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО3" разъяснен конституционно-правовой смысл положений пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ.

Как следует из абзаца 2 пункта 4 названного постановления, само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным 5 основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в названной норме.

Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации также указывает на необходимость установления, что именно неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

В соответствии с процессуальной позицией, закрепленную Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении N 20-П от 21.05.2021, пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" признан не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования содержащиеся в нем положения предполагают при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам кредитору - физическому лицу, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности, если на момент исключения общества из реестра соответствующие исковые требования кредитора удовлетворены судом, его применение судами исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Применительно к рассматриваемому спору истец не является кредитором - физическим лицом исключенного из ЕГРЮЛ Общества, напротив, задолженность последнего возникла перед истцом при осуществлении предпринимательской деятельности. Следовательно, в рамках настоящего иска истец обязан представить доказательства незаконных действий ответчика в целях неисполнения обязательств общества перед истцом, при условии наличия у общества с ограниченной ответственностью «Компания Основа» реальной возможности исполнить данное обязательство.

Пунктом 3 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ установлено, что решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия 6 такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 17.01.2012 N 143-0-0, пункты 1 - 3 статьи 21.1 и пункт 8 статьи 22 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" подлежат применению с учетом предусмотренных законом гарантий, предоставленных лицам, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ. К таким гарантиям относятся опубликование соответствующих сведений в органах печати, а также размещение в сети Интернет на сайте Федеральной налоговой службы России (приказ Федеральной налоговой службы от 16.06.2006 N САЭ-3-09/355@), а также возможность направления заявления, препятствующего принятию решения об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ.

Учитывая открытость данной информации и отсутствие обязанности регистрирующего органа информировать заинтересованных лиц иным способом об исключении юридического лица из реестра, истец и иные заинтересованные лица вправе были самостоятельно отслеживать информацию об обществе и принимаемых налоговой инспекцией решениях о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ, представлять возражения в соответствии со статьей 21.1 Закона N 219-ФЗ.

Истцом не представлено доказательств направления в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ, доказательств нарушения регистрирующим органом пунктов 1 и 2 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ, а также доказательств обжалования действий регистрирующего органа по исключению общества с ограниченной ответственностью «Компания Основа» из реестра (аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.01.2019 N 306-ЭС18-22935 по делу N А65-9284/2018).

Общество, будучи лицом, заинтересованным в сохранении у контрагента статуса юридического лица, исходя из положений пункта 2 статьи 1, статьи 9 Гражданского кодекса могло и должно было предпринять меры к предотвращению исключения из ЕГРЮЛ сведений о должнике, в частности путем направления в регистрирующий орган заявления в порядке пункта 4 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ о нарушении своих прав и законных интересов в случае исключения компании из реестра как недействующего юридического лица. Доказательства нарушения регистрирующим органом пунктов 1 и 2 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ в материалы дела не представлены. Общество также не воспользовалось своим правом на подачу заявления о признании компании несостоятельной (банкротом) в течение продолжительного периода времени как с 7 даты признания судом наличия на стороне компании долга перед обществом, так и с момента неисполнения решения суда.

Указанные выводы соответствуют правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632 по делу N А40-73945/2021.

Таким образом, суд пришел выводу о том, что истцом не доказано и не обосновано, в чем заключалась явная недобросовестность и неразумность действий ответчика, связанная с невыплатой задолженности истцу, повлекших иные неблагоприятные последствия.

Так, материалами дела не подтверждена непосредственная вина ответчика в причинении истцу предъявленных к взысканию убытков, а также наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и убытками истца как необходимого элемента состава гражданско-правового нарушения.

Каких-либо доказательств в подтверждение того, что невозможность погашения задолженности перед истцом возникла вследствие действий (бездействия) ответчика, истцом суду не представлено.

Истцом также не доказано, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) руководитель общества уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество должника.

Кроме того, в процессе рассмотрения спора истцом не заявлено ходатайств об истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о недобросовестности ответчика.

Таким образом, поскольку в отношении ответчика, осуществлявшего полномочия генерального директора общества, истцом не представлено ни обоснования заявленных требований к данному ответчику, ни соответствующих доказательств, в удовлетворении требований, заявленных к ФИО2, надлежит отказать, ввиду недоказанности.

Судебные расходы относятся на истца с учетом требований статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                               А.В. Гафиулина А. В.